Апелляционное определение № 33-2452/2025 от 3 декабря 2025 г.

УИД 19RS0001-02-2025-003118-11

Дело № 33-2452/2025

Председательствующий судья Земба М.Г.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего Морозовой В.Н.,

судей Балашовой Т.А., Прониной А.В.,

с участием прокурора Буйницкого В.Е.,

при ведении протокола помощником судьи Сухановой И.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 4 декабря 2025 года апелляционную жалобу ответчика ФИО1 на решение Абаканского городского суда Республики Хакасия от 8 августа 2025 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО2 , ФИО3, ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ЧЯД, к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда,

Заслушав доклад судьи Балашовой Т.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2, ФИО3, ФИО4, действующая в интересах ЧЯД обратились в суд с иском к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного убийством их близкого человека ФИО5 Требования мотивировали тем, что приговором Абаканского городского суда Республики Хакасия от 20.03.2025 ответчик признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима. Данным приговором с ФИО1 в пользу потерпевшей матери погибшего ФИО5 – ФИО6 в счет компенсации морального вреда взыскано 1 500 000 руб. В связи с тем, что приговором суда установлена вина ФИО1 в причинении смерти ФИО5, истцы – родственники погибшего (отец, брат, сын) просили взыскать с ФИО1 в качестве компенсации морального вреда: 2 000 000 руб. в пользу ФИО2, 2 000 000 руб. в пользу ФИО3, 3 000 000 руб. в пользу ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего сына погибшего ЧЯД

В судебном заседании истец ФИО2 требования поддержал; представитель ответчика ФИО7 возражал против их удовлетворения, указал на отсутствие тесных связей погибшего с кем-либо из истцов, истцами не представлено доказательств причинения им морального вреда в заявленном размере. Просил учесть, что у ФИО1 имеются обязательства перед кредитными организациями по трем кредитным договорам, которые в настоящее время исполняет его супруга.

В соответствии со статей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие истцов ФИО3, ФИО4, действующей в интересах ЧЯД просивших о рассмотрении дела в их отсутствие, ответчика ФИО1, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Суд постановил решение об удовлетворении исковых требований частично.

Взыскал с ФИО1 в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО2 1 500 000 руб., в пользу ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего ЧЯД 1 500 000 руб., в пользу ФИО3 500 000 руб. В удовлетворении остальной части требований отказал.

С решением суда не согласен ответчик ФИО1 В апелляционной жалобе просит решение суда изменить, выражая несогласие с взысканным размером компенсации морального вреда, вынести новое решение об удовлетворении исковых требований истцов в размере, соответствующем принципам разумности и справедливости. Указывает на то, что приговором суда взыскана компенсация морального вреда в пользу ФИО6 исходя из того, что погибший поддерживал отношения только с ней. Из ее пояснений следует, что с сыном погибший не общался, а про отношения с братом ничего неизвестно. Указывает, что судом не учтено его материальное положение и его реальная возможность компенсировать причиненный моральный вред во взысканном судом размере. Полагает, что при определении размера компенсации морального вреда необходимо учесть и неправомерные действия погибшего, которые способствовали совершению преступления.

Письменных возражений относительно требований апелляционной жалобы не поступило.

В суде апелляционной инстанции ответчик ФИО1 требования апелляционной жалобы поддержал, истец ФИО2, прокурор Буйницкий В.Е. полагали решение суда не подлежащим отмене.

В суд апелляционной инстанции не явились истцы ФИО3, ФИО4, действующая в интересах несовершеннолетнего ЧЯД будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

В соответствии с чч. 1, 2 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.

Выслушав лиц, участвующих в деле, рассмотрев дело по доводам и требованиям апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО5 приходится сыном ФИО2, родным братом ФИО3 и отцом ЧЯД., матерью которого является ФИО4, что подтверждается представленными в материалах дела свидетельствами о рождении серии VI-БА № от ДД.ММ.ГГГГ, серии I-ПВ № от ДД.ММ.ГГГГ и серии I-ПВ № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 9, 11, 12).

Согласно свидетельству о смерти серии I-ПВ № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д.10).

Приговором Абаканского городского суда Республики Хакасия от ДД.ММ.ГГГГ, измененным апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия от ДД.ММ.ГГГГ в части зачета в срок отбывания наказания периода содержания под стражей, ответчик ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет с отбыванием наказании в исправительной колонии строгого режима. Этим же приговором с ФИО1 в пользу потерпевшей – матери погибшего ФИО6 взыскана компенсация морального вреда в размере 1 500 000 руб.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Указанным приговором суда установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в период с 00 час. 3 мин. до 00 час. 45 мин. ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь у входной двери подъезда № <адрес> в <адрес>, стал разговаривать с ФИО8 относительно поведения последнего и поведения его гостей, которые через домофон звонят в другие квартиры, чтобы пройти в подъезд. На этой почве между ФИО1 и ФИО8, который находился у подъезда с ФИО9, возникла словесная перепалка. ФИО5, находящийся в состоянии опьянения, не являющийся участником возникшей ссоры, подошел к ФИО1, которому нанес удар в область головы, в результате чего между потерпевшим и ФИО1 завязалась драка, в ходе которой ФИО9 весом своего тела прижал ФИО1 к входной двери в подъезд. В процессе борьбы ФИО9 упал спиной на бетонное покрытие, и ФИО1, оказавшись поверх ФИО9, имея умысел на убийство последнего, действуя из личных неприязненных отношений, возникших из-за противоправного поведения потерпевшего, нанес последнему в область головы справа не менее двух ударов, и имеющимся при себе ножом совершил не менее одного воздействия клинком в область левой кисти ФИО5, которому также нанес удар в область грудной клетки, в результате чего потерпевшему ФИО5 были причинены телесные повреждения в виде: ссадины в лобной области справа, двух ссадин на правой щеке, которые расцениваются, как повреждения, не причинившие вред здоровью человека; двух резаных ран на левой кисти в области ногтевой фаланги 2 и 3 пальца, которые расцениваются, как повреждения, причинившие легкий вред здоровью; слепого прижизненного, проникающего колото-резаного ранения грудной клетки, проникающего в полость грудной клетки с повреждением левого легкого, прикорневой зоны левого легкого, левой легочной вены: на левой боковой поверхности грудной клетки рана, линейной формы с направлением раневого канала сверху вниз, справа налево, спереди назад, длиной раневого канала по зонду 12,5 см с повреждением по ходу раневого канала кожи, подкожно-жировой клетчатки, поверхностной фасции, большой грудной мышцы, наружного листка малой грудной мышцы, межреберных мышц 6 межреберья, с переломом нижнего края 5 левого ребра и верхнего края 6 левого ребра, с формированием «засечки», далее с повреждением сосудисто-нервного пучка, расположенного по нижнему краю 5 ребра, пристеночной плевры левой плевральной полости, верхней доли левого легкого на уровне 81-2 сегмента, прикорневой зоны левого легкого, с повреждением центрального бронха левого легкого, клетчатки переднего средостения, стенки легочной вены, где слепо заканчивается - в просвете верхней легочной вены, которое квалифицируется, как тяжкий вред здоровью по признаку вреда здоровью, опасного для жизни и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти. Смерть ФИО5 констатирована ДД.ММ.ГГГГ в 00 час. 59 мин. на участке местности в 12 метрах в северном направлении от входной двери в подъезд № <адрес> в <адрес>, и наступила от непосредственно обильной внутренней кровопотери (левосторонний гемоторакс) около 1700 мл жидкой темно-красной крови и рыхлых темно-красных свертков, в результате причинения ему слепого прижизненного проникающего колото-резаного ранения грудной клетки, проникающего в полость грудной клетки с повреждением левого легкого, прикорневой зоны левого легкого, левой легочной вены (л.д.13-26).

При рассмотрении уголовного дела подсудимый ФИО1 не согласился с квалификацией его деяния, указывая, что умысла на убийство ФИО5 он не имел, в данной конкретной ситуации он защищался.

Однако, при вынесении приговора в части компенсации морального вреда матери погибшего суд не усмотрел оснований для освобождения ФИО1 от возмещения морального вреда в порядке статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) (учет вины потерпевшего и имущественного положения лица, причинившего вред).

Разрешая настоящий спор, оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд исходил из доказанности вины ответчика в совершении преступления в отношении ФИО5, в результате которого последний скончался, что установлено вступившим в законную силу приговором Абаканского городского суда Республики Хакасия от ДД.ММ.ГГГГ, и пришел к выводу, что в результате умышленных противоправных действий ФИО1, в результате которых наступила смерть ФИО5, истцам, безусловно, причинены моральные и нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях, связанных с утратой близкого человека (сына, отца, родного брата), что само по себе является основанием для взыскания компенсации морального вреда, в связи с чем пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

Апеллятор, не соглашаясь с принятым решением, указывает на недоказанность наличия тесных родственных связей ФИО5 с отцом ФИО2 и братом ФИО3, отсутствии доказательств привязанности сына ЧЯД к своему биологическому отцу ФИО5, а также на то, что судом не учтено его (ФИО1) имущественное положение, не позволяющее выплатить истцам взысканный размер компенсации морального вреда.

Оценивая доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия полагает их необоснованными, а требования жалобы – не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума от 15.11.2022 № 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, право на уважение родственных и семейных связей и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п. 14, 15 постановления Пленума от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В п. 25 постановления Пленума от 15.11.2022 № 33 предусмотрено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 постановления Пленума от 15.11.2022 № 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 27 постановления Пленума от 15.11.2022 № 33).

Кроме того, как разъяснено в п. 29 постановления Пленума от 15.11.2022 № 33, разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика, должен быть соразмерным последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту (п. 30 постановления Пленума от 15.11.2022 № 33).

Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства. Дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными. О принятии новых доказательств суд апелляционной инстанции выносит определение.

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 42, 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 № 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" следует, что в соответствии с абз. 2 ч. 2 ст. 327 ГПК РФ суд апелляционной инстанции принимает дополнительные (новые) доказательства, если признает причины невозможности представления таких доказательств в суд первой инстанции уважительными.

К таким причинам относятся, в частности, необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании, о приобщении к делу, об исследовании дополнительных (новых) письменных доказательств либо ходатайств о вызове свидетелей, о назначении экспертизы, о направлении поручения; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) по причине пропуска срока исковой давности или пропуска установленного федеральным законом срока обращения в суд без исследования иных фактических обстоятельств дела.

Дополнительные (новые) доказательства не могут быть приняты судом апелляционной инстанции, если будет установлено, что лицо, ссылающееся на них, не представило эти доказательства в суд первой инстанции, поскольку вело себя недобросовестно или злоупотребляло своими процессуальными правами.

Если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (п. 1 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств.

Суду апелляционной инстанции также следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не установлены обстоятельства, имеющие значение для дела (п. 2 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания (ч. 2 ст. 56 ГПК РФ).

Судебной коллегией приняты в качестве дополнительных доказательств показания свидетелей ФИО10, ФИО6, фотографии в подтверждение наличия тесных родственных связей между умершим ФИО5, его отцом ФИО2 и братом ФИО3, поскольку в суде первой инстанции указанные обстоятельства не исследовались, однако являются юридически значимыми при разрешении заявленных исковых требований.

Так, по ходатайству истца ФИО2 в суде апелляционной инстанции были допрошены в качестве свидетелей мать умершего ФИО5 – ФИО6 и коллега истца ФИО2 – ФИО10

Из показаний ФИО6 следует, что Максим приходится ей старшим сыном, Денис – младшим сыном, ЧЯД приходится ей внуком. Разница в возрасте сыновей составляет 4 года. После расторжения брака с ФИО2 в 1997 г. семья продолжила проживать совместно примерно до 2004 года, в дальнейшем, ФИО2 стал проживать отдельно от семьи. Несмотря на раздельное проживание, ФИО2 принимал активное участие в жизни детей, дети с ним общались, летний период времени дети проводили у бабушки и дедушки со стороны отца, ФИО2 каждую неделю их там навещал. Младший сын перестал с ней проживать с того момента, как у него появились отношения с матерью ЧЯД, старший сын перестал с ней проживать с того момента, как умер дедушка со стороны отца, он был вынужден уехать в <адрес>, чтобы оказывать помощь по хозяйству бабушке, где в настоящее время и проживает. Сыновья между собой всегда были дружны, в детстве занимались лепкой из пластилина, рисованием, в подростковом возрасте вместе занимались спортом, с отцом иногда ездили на рыбалку. Позже Максим получил право управления бульдозером и стал работать вахтовым методом, стал часто уезжать, по возвращении с вахты жил у нее. Внук ЧЯД любил своего отца, тянулся к общению с ним, Денис материально его поддерживал, всегда созванивались.

В подтверждение наличия тесных семейных связей между братьями ФИО5 и ФИО3, а также между детьми и отцом ФИО2 свидетелем ФИО6, а также истцом ФИО2 представлены в материалы дела совместные фотографии, копии которых приобщены к материалам дела.

Из пояснений свидетеля ФИО10 следует, что он приходится коллегой ФИО2, дружат с ним по общности интересов с 2010 года, бывал у него в гостях, а также в гостях у его родителей. ФИО2 всегда хорошо общался со своими детьми ФИО11 и Денисом, заботился о них. Нередко дети приходили к нему на работу. Максим часто жил у него в период междувахтового отдыха. Денис и Максим помогали по хозяйству родителям ФИО2, отец пользовался у них большим уважением, ездили с ним на рыбалку. Взаимоотношения между братьями были хорошими, дружными.

Показания свидетелей логичны и последовательны, согласуются с иными доказательствами по делу, их дополняют, в связи с чем судебная коллегия признает их доказательствами по делу, которые апеллятором не опровергнуты.

Помимо показаний допрошенных в судебном заседании суда апелляционной инстанции свидетелей, из представленных в материалы дела фотографий и переписки ФИО5 с матерью его ребенка ЧЯД – ФИО4 в мессенджере Whats App усматривается, что ФИО5 поддерживал связь со своим ребенком, непосредственно общался не только с ФИО4, но и с их совместным сыном ЧЯД встречался с ним, гулял, перечислял деньги на содержание сына.

Вопреки доводам жалобы, из протокола допроса потерпевшей ФИО6 от 05.11.2024 в рамках уголовного дела следует, что семьи у ФИО5 не было, но он сожительствовал с девушкой, у них был общий сын ЧЯД, ему 6 лет, с ними ФИО5 поддерживал отношения.

Кроме того, допрошенная в судебном заседании суда первой инстанции в качестве свидетеля ФИО12 пояснила, что является подругой ФИО4, ФИО5 она знала с 2015-2016 гг. Тогда ФИО4 и ФИО5 дружили, затем вместе снимали квартиру по <адрес> в <адрес>, позже у них родился сын ЧЯД. Потом они жили у бабушки по <адрес>. Народов в <адрес>, а затем переехали в <адрес>. В 2019 году они разошлись, ФИО4 переехала жить в <адрес>, работала там преподавателем в колледже. ФИО4 рассказывала ей (свидетелю), что ФИО5 продолжал общаться с ней и ребенком, они постоянно созванивались, ЧЯД скучал по отцу. ФИО5 работал вахтовым методом, специально подгадывал время, чтобы приехать и увидеться с сыном. Когда ФИО4 уходила в отпуск, она на три месяца приезжала в <адрес>, куда ФИО5 часто приезжал и виделся с сыном. После смерти отца ЧЯД сильно плакал, переживал, скучал, спрашивал об отце.

Учитывая изложенное, доводы жалобы об отсутствии оснований для возмещения истцам компенсации морального вреда в связи с отсутствием доказательств тесной связи ФИО5 как отца с его сыном ФИО13, как сына с отцом ФИО2, как брата с ФИО3, судебная коллегия отклоняет.

В качестве дополнительных доказательств имущественного положения ответчика, судом апелляционной инстанции принята выписка из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой в собственности ФИО1 находится ? в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Кроме того, судом исследовано семейное положение ответчика, установлено, что ФИО1 состоит в браке с ФИО14, на иждивении у ответчика находится несовершеннолетняя дочь – ФИО15 , ДД.ММ.ГГГГ рождения. Приговором суда установлено, что до осуждения ответчик был трудоустроен машинистом электровоза эксплуатационного локомотивного депо Абакан-11 Красноярской дирекции тяги филиала ОАО «РЖД», ранее не судим.

Судом принято во внимание наличие у ответчика кредитных обязательств: согласно кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 095 957 руб. под 9,7 % годовых на срок 60 месяцев; согласно кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ в размере 300 000 руб. под 33,5 % годовых на срок 60 месяцев (л.д. 137-162).

При определении размера подлежащей взысканию в пользу каждого истца компенсации морального вреда судебная коллегия учитывает вышеприведенные нормы права и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, показания свидетелей, обстоятельства причинения вреда, степень вины ответчика, характер и степень причиненных истцам нравственных страданий, не находит оснований для удовлетворения доводов апелляционной жалобы, полагает, что размер компенсации морального вреда, взысканный в пользу истцов ФИО2 и ЧЯД по 1 500 000 руб., ФИО3 500 000 руб., определен судом в соответствии с установленными в суде обстоятельствами, доводы жалобы о несоответствии определенного судом размера принципам разумности и справедливости и обстоятельствам дела отклоняет.

Придя к такому выводу, судебная коллегия исходит из того, что судом правомерно учтены характер совершенного ответчиком умышленного деяния, посягающего на жизнь человека, его материальное положение, степень нравственных страданий, которые претерпели истцы, потерявшие сына, брата и отца. Определенный судом размер компенсации морального вреда по мнению судебной коллегии является соразмерным последствиям преступных действий ответчика и сможет компенсировать истцам перенесенные нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

В соответствии с п. 1 ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен (п.2).

Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (п.3).

Ссылка ответчика на наличие в его действиях необходимой обороны, опровергается вступившим в законную силу приговором суда, при вынесении которого судом дана надлежащая оценка всем имеющимся в уголовном деле доказательствам.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах, размер компенсации морального вреда является оценочной категорией, которая включает в себя оценку совокупности всех обстоятельств, и эти обстоятельства судом установлены и оценены правильно, судебная коллегия не находит оснований для изменения взысканного размера компенсации морального вреда.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что суд, принимая решение, правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, проверил представленные доказательства, и дал им правильную правовую оценку, не согласиться с которой у судебной коллегии оснований не имеется.

Нарушения норм материального права, а также требований процессуального закона, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом не допущено.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия находит решение суда законным и обоснованным, не подлежащим отмене по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Абаканского городского суда Республики Хакасия от 8 августа 2025 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ФИО1 – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев с момента изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд первой инстанции.

Председательствующий В.Н. Морозова

Судьи Т.А. Балашова

А.В. Пронина

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.