Апелляционное постановление № 22К-2695/2024 от 30 октября 2024 г. по делу № 3/2-148/2024

Судья Калашников С.В. Материал № 22-2695/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

30 октября 2024 года г. Саратов

Саратовский областной суд в составе судьи судебной коллегии по уголовным делам Артомонова В.В.

при секретаре Тарасовой Е.Ю.

с участием:

прокурора Михайлова Д.В.,

обвиняемых А.Ю., С.М., Г.М.о.,

защитников – адвокатов Набиева Д.Ю., Боровикова Д.С., Гулиева И.Г.

переводчиков ФИО1, ФИО2

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционным жалобам адвокатов Боровикова Д.С., Набиева Д.Ю., Гулиева И.Г. на постановление Октябрьского районного суда г. Саратова от 04 октября 2024 года, которым

А.Ю., <дата> года рождения, уроженцу <адрес>, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.322.1 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 02 месяца, а всего до 08 месяцев, то есть по 11 декабря 2024 года,

С.М., <дата> года рождения, уроженцу <адрес>, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст.322.1, ч.1 ст.210 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 02 месяца, а всего до 08 месяцев, то есть по 11 декабря 2024 года,

Г.М. оглы, <дата> года рождения, уроженцу <адрес>, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст.322.1, ч.1 ст.210 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 02 месяца, а всего до 07 месяцев 27 суток, то есть по 11 декабря 2024 года.

Заслушав выступления обвиняемых А.Ю., С.М., Г.М.о. и адвокатов Набиева Д.Ю., Боровикова Д.С., Гулиева И.Г., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Михайлова Д.В., полагавшего необходимым постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

В апелляционной жалобе адвокат Боровиков Д.С., действуя в защиту обвиняемого С.М., выражает несогласие с постановлением суда, считая его незаконным, необоснованным, вынесенным с грубым нарушением уголовно-процессуального закона, и не соответствующим постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41. Обращает внимание, что ранее избранную меру пресечения в виде подписки о невыезде С.М. не нарушал, оснований, предусмотренных ст. 110 УПК РФ, для изменения на более строгую не имелось, так как С.М. от следствия не скрывался, на участников по делу давления не оказывал, иным способом не препятствовал расследованию дела, что было проигнорировано судом. Считает, что суд продлил его подзащитному меру пресечения, сославшись только на тяжесть вменяемых ему преступлений, что по смыслу уголовно-процессуального закона недопустимо, поскольку тяжесть преступления не может быть безусловным основанием для продления самой строгой меры пресечения. Кроме того, цитирует постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 и определение Верховного Суда РФ от 19 марта 2020 года № 72-УД20-1, обращая внимание, что изложенное в данных актах толкование норм права судом первой инстанции было не учтено. Просит постановление суда отменить, а С.М. избрать меру пресечения в виде подписки о невыезде или домашнего ареста.

В апелляционной жалобе адвокат Набиев Д.Ю., действуя в защиту обвиняемого А.Ю., считает постановление суда незаконным, необоснованным, несправедливым. В доводах жалобы цитирует нормы Конституции РФ, УПК РФ, Федерального закона от 15 июля 1995 № 101-ФЗ, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, данные в постановлениях от 10 октября 2003 года № 5, от 19 декабря 2013 года № 41, полагает, что суд их нарушил, так как не предоставил переводчика А.Ю., который хуже остальных обвиняемых владеет русским языком, является уроженцем Республики Узбекистан, не понимает юридические термины, не умеет свободно изъясняться на русском языке. Отмечает, что суд не указал, а следователь не привел реальных доказательств того, что А.Ю., находясь на свободе, скроется от следствия и суда, продолжит заниматься преступной деятельностью, иным образом будет препятствовать расследованию дела. Считает, что суд нарушил принцип состязательности сторон, так как не известил его о дате, времени и месте судебного заседания не менее чем за 03-е суток, а также нарушил принцип равенства граждан перед законом. Просит постановление суда отменить, а А.Ю. избрать более мягкую меру пресечения.

В апелляционной жалобе адвокат Гулиев И.Р., действуя в защиту обвиняемого Г.М.о., считает постановление суда незаконным. Обращает внимание, что право Г.М.о. на защиту было нарушено судом, поскольку вопрос о мере пресечения был рассмотрен без его участия, как адвоката по соглашению. Указывает, что он заблаговременно посредством телефонограммы уведомил суд о том, что в назначенное время участвовать в судебном заседании не сможет, поскольку занят в другом процессе. Просит постановление суда отменить, а Г.М.о. из-под стражи освободить.

Проверив представленный материал, доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены либо изменения постановления суда.

Старший следователь 3 отдела СЧ ГСУ ГУ МВД России по Саратовской области ФИО3 обратился в суд с ходатайством о продлении срока содержания А.Ю., С.М., Г.М.о. под стражей.

Из протокола судебного заседания видно, что данное ходатайство рассмотрено в соответствии с процедурой, предусмотренной ст.ст. 108, 109 УПК РФ. Каких – либо нарушений уголовно-процессуального закона, прав обвиняемых, в том числе и права на защиту, вопреки доводам жалоб, судом допущено не было.

Согласно положениям ст. 15 УПК РФ судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. При этом права обвиняемых и их защитников по предоставлению доказательств и исследованию их в судебном заседании, не нарушались.

Данных о необъективности председательствующего судьи не усматривается. Каких-либо формулировок, ставящих под сомнение законность и обоснованность судебного решения, свидетельствующих о предвзятости суда, в постановлении судом не допущено.

Все заявленные участниками судебного разбирательства ходатайства, в том числе и о предоставлении А.Ю. переводчика, судом рассмотрены согласно требованиям закона, необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств, имеющих существенное значение для принятия обоснованного решения, вопреки доводам жалобы, допущено не было.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами защитника о нарушении судом права обвиняемого А.Ю. на защиту, выразившемся в лишении его права давать показания на родном языке и необеспечении участия переводчика.

Как установлено судом и следует из материалов дела, А.Ю. проживает на территории Российской Федерации, являясь гражданином данной страны и общается на русском языке, он участвовал в следственных действиях, производство которых осуществлялось на русском языке, при этом он не заявлял о своей нуждаемости в услугах переводчика.

Перед допросами А.Ю. в качестве подозреваемого и обвиняемого ему в присутствии адвоката разъяснялись права, предусмотренные ст.46, 47 УПК РФ, в том числе право давать показания и объяснения на родном языке или языке, которым он владеет, пользоваться помощью переводчика бесплатно, в услугах которого он не нуждался. Разъяснение указанных прав подтверждено имеющимися в протоколах подписями обвиняемого, который давал показания.

Согласно протоколу судебного заседания, содержание которого не оспаривалось и замечания на него не подавались, защитник Набиев Д.Ю. пояснил, что его подзащитный гражданство Российской федерации получил 4 года назад, при этом сдал для этого все необходимые экзамены.

Изложенное позволяет заключить, что суд первой инстанции надлежащим образом удостоверился в том, что уровень владения А.Ю. языком, на котором ведется уголовное судопроизводство, со всей очевидностью является достаточным для реализации им своих процессуальных прав и обязанностей.

При рассмотрении ходатайства все указанные в постановлении следователя обстоятельства судом проверены в полном объеме и надлежащим образом.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения, этот срок может быть продлен судьей районного суда в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК РФ, на срок до 6 месяцев. Дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких или особо тяжких преступлений и только в случае особой сложности уголовного дела.

По настоящему материалу указанные требования закона соблюдены.

А.Ю. обвиняется в совершении тяжкого преступления, С.М. и Г.М.о. (каждый) обвиняются в совершении тяжкого и особо тяжкого преступлений.

Постановлением судьи от 13 апреля 2024 года А.Ю. и С.М. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, Г.М. мера пресечения в виде заключения под стражу избрана 17 апреля 2024 года. В указанных судебных решениях приведены основания для избрания обвиняемым именно этой меры пресечения и перечислены обстоятельства, учитываемые при ее избрании.

Срок содержания А.Ю., С.М., Г.М.о. под стражей продлевался в установленном законом порядке.

Постановления, в соответствии с которыми обвиняемые содержались под стражей, вступили в законную силу и в компетенцию суда второй инстанции проверка их законности не входит.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более мягкую, когда изменяются основания для её избрания, предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ.

Вопреки доводам жалоб, данных о том, что отпала необходимость в избранной А.Ю., С.М., Г.М.о. мере пресечения в виде заключения под стражу, а также о том, что изменились основания, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ, которые учитывались судом при избрании и сохранении им данной меры пресечения, из представленного материала не усматривается, в связи с чем суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда об отсутствии оснований для изменения обвиняемым меры пресечения на иную, более мягкую. При этом суду были известны и в полной мере учтены все фактические обстоятельства, а также сведения о личностях А.Ю., С.М. и Г.М., в том числе те, о которых говорится в жалобах, однако они не являются определяющими при решении вопроса по мере пресечения.

Выводы о необходимости продления срока содержания А.Ю., С.М., Г.М.о. под стражей, вопреки доводам апелляционных жалоб, сделаны судом с учетом всех существенных обстоятельств, в постановлении мотивированы и сомнений в своей правильности не вызывают.

При этом, суд обоснованно исходил из того, что А.Ю., С.М. и Г.М. хотя и являются гражданами России, имеют постоянное место жительства и регистрации, трудоустроены, у них на иждивении находятся малолетние дети, однако обвиняются в совершении тяжкого преступления, (а С.М. и Г.М. и особо тяжкого преступления), в связи с чем, учитывая конкретные обстоятельства инкриминируемых обвиняемым деяний и криминологическую характеристику преступлений, в совершении которых они обвиняются, имелись основания полагать, что вне изоляции они могут скрыться от органов предварительного следствия и суда или иным образом препятствовать производству по делу.

По мнению суда апелляционной инстанции, принимая решение, суд обоснованно исходил из того, что длительность содержания А.Ю., С.М., Г.М.о. под стражей не противоречит Конституции РФ, предусматривающей ограничение федеральным законом прав и свобод человека в том мере, в какой это необходимо в целях защиты здоровья, прав и законных интересов других граждан.

В соответствии с конкретными обстоятельствами, срок, на который продлено содержание под стражей А.Ю., С.М., Г.М.о., является разумным и оправданным, поскольку вызван реальной необходимостью защиты общественных интересов, которые, несмотря на презумпцию невиновности, перевешивают принцип уважения индивидуальной свободы.

Данных о неэффективной организации расследования не имеется. Невозможность закончить предварительное следствие в установленный срок и особая сложность уголовного дела объективно установлены редставленными материалами и мотивированы в постановлении.

Данные, обосновывающие наличие у стороны обвинения оснований для задержания А.Ю., С.М. и Г.М. и осуществления уголовного преследования последних в материалах имелись и судом проверены.

Данных о том, что по состоянию здоровья А.Ю., С.М. и Г.М. не могут содержаться под стражей, в материалах не имеется.

В случае необходимости квалифицированная медицинская помощь лицам, содержащимся под стражей, может быть оказана и в условиях следственного изолятора.

Доводы адвоката Набиева Д.Ю. об ухудшении состояния здоровья А.Ю. не являются безусловным основанием для изменения А.Ю. меры пресечения.

Более того, в настоящее время сторона защиты вправе ходатайствовать в порядке, установленном постановлением Правительства РФ от 14.01.2011 года № 3, о проведении медицинского освидетельствования А.Ю. на предмет наличия у него тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей.

Доводы апелляционных жалоб, что выводы суда о возможности обвиняемых, в случае избрания более мягкой, чем заключение под стражу меры пресечения, скрыться либо иным путем воспрепятствовать производству по делу, ничем не подтверждены и носят лишь характер предположений, не состоятельны, противоречат имеющимся материалам и не свидетельствуют о незаконности постановления суда.

Указанные обстоятельства в качестве основания для избрания, и, соответственно, сохранения, меры пресечения, предусмотрены ст. 97 УПК РФ, которой установлены категории вероятностного характера, т.е. мера пресечения подлежит применению уже при наличии достаточных оснований предполагать возможность обвиняемого скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, иным участникам судопроизводства в целях их предотвращения.

Одних лишь заверений обвиняемых об отсутствии у них намерений скрываться от следствия и препятствовать производству по делу в данном случае недостаточно для признания необоснованными доводов следователя и выводов суда о необходимости сохранения обвиняемым меры пресечения в виде заключения под стражу.

Доводы адвоката Гулиева И.Г. и обвиняемого Г.М. о нарушении права последнего на защиту ввиду необоснованного допуска к его защите адвоката Лопатникова К.В., не состоятельны и противоречат представленным материалам.

Как следует из материалов (т.2 л.м.9.) адвокат Гулиев И.Г. о рассмотрении 4 октября 2024 года ходатайства следователя о продлении срока содержания Г.М. под стражей, также, как и адвокат по назначению Лопатников К.В., был извещен лично 2 октября 2024 года, при этом каких-либо заявлений о невозможности явки в судебное заседание он не представил.

Доводы адвоката Гулиева И.Г., что он заблаговременно посредством телефонограммы уведомил суд о том, что в назначенное время участвовать в судебном заседании не сможет, поскольку занят в другом процессе, несостоятельны, поскольку не подтверждаются какими- либо материалами.

Поскольку адвокат Гулиев И.Г. в судебное заседание не явился, суд, в соответствии с действующим законом, принял меры к обеспечению защиты прав обвиняемого и обеспечил участие в судебном заседании для защиты интересов обвиняемого Г.М. адвоката Лопатникова К.В., который также осуществляет защиту обвиняемого по назначению следователя, в том числе и в ходе предварительного расследования.

Лопатников К.В. является профессиональным адвокатом, в судебном заседании его позиция была активной, не расходилась с позицией обвиняемого, сомневаться в его компетентности у суда первой инстанции оснований не имелось, как не имеется их и у суда инстанции апелляционной.

Доводы адвоката Набиева Д.Ю. о том, что суд нарушил принцип состязательности сторон, так как не известил его о дате, времени и месте судебного заседания не менее чем за 3-е суток, не могут быть приняты во внимание, поскольку не основаны на законе, по существу являются неправильным толкованием правовых норм и на правильность обжалуемого постановления повлиять не могут.

Непредставление А.Ю. переводчика органами следствия в ходе предварительного расследования, на что обратил в судебном заседании адвокат Набиев Д.Ю., полагая, что следствием нарушено право обвиняемого на защиту, на законность принятого судом решения повлиять не могут, предметом настоящего судебного рассмотрения не являются, поскольку обвиняемый вправе, при наличии к тому законных оснований, обжаловать противоправные, по его мнению, действия либо бездействие сотрудников следственных органов в ином установленном законом порядке.

Кроме того, законность и обоснованность всех действий органов предварительного расследования в полном объеме, может быть предметом судебной проверки при рассмотрении уголовного дела по существу.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований давать иную оценку фактическим обстоятельствам, которыми суд руководствовался при принятии решения, а также для изменения обвиняемым меры пресечения, поскольку иные меры пресечения не будут являться гарантией их надлежащего поведения и беспрепятственного осуществления предварительного расследования.

Исходя из изложенного, оснований для удовлетворения жалоб суд второй инстанции не усматривает.

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Октябрьского районного суда г. Саратова от 04 октября 2024 года, которым А.Ю., С.М., Г.М. оглы (каждому) продлен срок содержания под стражей, оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Судья В.В. Артомонов