Решение № 2-294/2020 2-294/2020~М-260/2020 М-260/2020 от 9 июля 2020 г. по делу № 2-294/2020

Дело № 2-294/2020


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

10 июля 2020 года г. Сердобск

Сердобский городской суд Пензенской области в составе:

председательствующего судьи Фролова А.Ю.,

при секретаре Лысак Ю.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Сердобске Сердобского района Пензенской области гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО4 о признании недействительным договора дарения квартиры,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании недействительным договора дарения квартиры, мотивируя тем, что обращаясь в суд с данным исковым заявлением, она просит признать недействительным по причине своего существенного заблуждения относительно природы сделки договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между мной, ФИО2 - дарителем, и ФИО5 (прим.: на день заключения договора она носила фамилию: ФИО6) - одаряемой, на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Ответчик ФИО4 её племянница - дочь от её брата. Детей у неё нет. Ранее с племянницей она связывала свою надежду на то, что она облегчит её проживание в старости. Теперь она престарелый, одинокий и очень больной человек. Она инвалид I группы, человек, лишенный обеих ног. Но тогда, когда она стала нуждающейся в посторонней помощи, такая надежда на племянницу у неё пропала. Она никогда не хотела лишать себя права собственности на спорную квартиру. Это знала и ответчица. Но в 2004 года она учинила спорный договор дарения квартиры в пользу племянницы ФИО4 ввиду своего заблуждения. Она говорила ФИО4, что желает, чтобы её квартира после её смерти перешла бы ей в собственность. С учётом этого разговора несколько позднее племянница попросила её подписать спорный договор. Она ей внушила, что это не реальный договор дарения квартиры, а лишь оформленное договором её обещание подарить ей реально в будущем её квартиру. Также племянница её уверяла в том, что если она захочет, то в любое время сможет расторгнуть этот договор. Заключив спорный договор, по тогдашним заверениям ответчицы, она оставалась собственником квартиры. У неё не было оснований не верить и не доверять ей. С племянницей тогда у неё были очень добрые отношения, и она была её единственной надеждой на то, что она облегчит её старость, что и обещала она. До подписания договора ФИО4 её заверяла о том, что когда ей трудно станет жить одной, она её возьмет в свою семью. И действительно, когда её племянница переехала на постоянное жительство в <адрес>, она приглашала её жить с её семьей в её квартире. Также говорила, что если с ней жить не пожелает, то она купит ей в г. Санкт-Петербурге отдельную квартиру. Но уже 5 лет, как племянница никаких связей с ней не поддерживает. Её племянница ФИО1 на момент заключения спорного договора в <адрес> уже не проживала. Сама ФИО4 спорный договор не подписывала. Собрав нужные документы, она уехала к себе домой, тогда она жила в <адрес>. По её просьбе, по её доверенности спорный договор подписала ФИО7 До сентября прошлого, 2019, она так и считала, что ДД.ММ.ГГГГ она подписала в пользу ФИО4 договор - обещание подарить ей в будущем свою квартиру и по-прежнему остается собственником спорной квартиры. Такое её мнение основывалось на том, что она всё время оставалась фактической хозяйкой спорной квартиры. Только она и с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, как и прежде, несёт все бремя расходов на содержание спорной квартиры. Все договоры на предоставление коммунальных услуг по данной квартире по-прежнему оформлены на её имя. Все коммунальные услуги за квартиру оплачивает она, и квитанции на оплату коммунальных услуг выписываются на её имя, как на собственника квартиры. По её адресу не поступало ни почтой, ни иным видом связи ни одной квитанции, ни одного иного документа на имя ФИО4, как на владельца спорной квартиры. Только она со дня вселения в спорную квартиру, с ДД.ММ.ГГГГ, по настоящее время за счет своих средств поддерживает квартиру в надлежащем состояния, проводит ремонтные работы. Она единственный человек, который зарегистрирован в спорной квартире. Ответчик никогда не была зарегистрирована в этом жилом помещении. Со дня учинения спорного договора прошло уже более 15 лет. Однако вопреки её мнению о том, что она по-прежнему является собственником спорной квартиры, в сентябре 2019 года от общих родственников ей стало известно, о высказываниях ответчика о том, что спорный договор дарение квартиры от ДД.ММ.ГГГГ - это реальный договор дарения квартиры, а не договор-обещание подарить квартиру, и она, ответчик, якобы намерена летом 2020 года приехать в <адрес> с целью выселить её из спорной квартиры путём помещения её в дом ветеранов, а квартиру продать. После этого она вынуждена была обратиться к юристам за разъяснением существа спорного договора. Только от них она впервые узнала, что спорный договор - это настоящий договор дарения квартиры, а не оформленное договором её обещание подарить ФИО4 реально только в будущем её квартиру. Однако подписывая ДД.ММ.ГГГГ договор дарения своей квартиры в пользу ФИО4, она тогда не желала лишать себя этого своего единственного жилья, расположенного по адресу: <адрес> «А», <адрес>. Подписывая спорный договор от ДД.ММ.ГГГГ, она считала, что подписывает оформленное договором её обещание подарить ФИО4 реально только в будущем свою квартиру. Спорный договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ нотариально не удостоверен, при подписании его в Управлении Росреестра содержание договора вслух ей не зачитывалось, сотрудник Росреестра смысл этого договора ей не разъясняла. Из-за своей юридической неграмотности, пожилого возраста она не понимала правовую природу спорного договора и его последствия. Ведь она совсем не обладает специальными познаниями в составлении каких-либо документов и, в частности, договоров на отчуждение недвижимого имущества. Ранее, когда она была здорова, она всю свою трудовую жизнь проработала рядовой рабочей - крановщицей на больших кранах в строительных организациях, с бумагами она никогда не работала. Считает, что спорная сделка от ДД.ММ.ГГГГ является недействительной, поскольку, заключая указанный договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, она, заблуждаясь, подразумевала, что совершает оформленное договором лишь своё обещание подарить ФИО4 реально в будущем свою квартиру. Таким образом, в соответствии со ст. 178 ГК РФ спорная сделка от ДД.ММ.ГГГГ должна признаваться недействительной, поскольку выраженная в ней её воля неправильно сложилась вследствие существенного заблуждения относительно природы сделки и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые она действительно имела в виду. Под влиянием существенного заблуждения относительно природы сделки она, как участник этой спорной сделки от ДД.ММ.ГГГГ, помимо своей воли составила неправильное мнение и осталась в неведении относительно обстоятельств, имеющих для неё существенное значение, и под их влиянием ДД.ММ.ГГГГ совершила спорную сделку, которую она не совершила бы, если бы не заблуждалась относительно природы данной сделки. Став ДД.ММ.ГГГГ собственником спорной квартиры, ФИО4 не переоформила на свое имя лицевые счета в коммунальных предприятиях, обслуживающих спорную квартиру. Соответственно, за спорную квартиру она никогда не платила и не платит за коммунальные услуги. Таким образом, она нарушает свою обязанность, предусмотренную статьей 57 Конституции России, обязывающую каждого гражданина платить установленные законом налоги, сборы, платежи. Будучи человеком законопослушным ответчик нарушает эту свою конституционную обязанность по причине того, что реально спорную квартиру в дар она не приняла. По этой же причине в нарушение требований п. 18.1 ст. 217, пункта 5 ст. 227, п. 2 ст. 229 Налогового кодекса РФ ФИО4 не подала в установленный срок в налоговый орган декларацию и не уплатила налог за подаренную ей квартиру. Эти и другие приведенные в настоящем исковом заявлении обстоятельства дела указывают на то, что ФИО4 не приняла дар по спорному договору от ДД.ММ.ГГГГ, а это в силу ст. 572 ГК РФ дополнительно свидетельствует о недействительности спорного договора. Одновременно названные обстоятельства содействовали её заблуждению относительно правовой природы спорной сделки от ДД.ММ.ГГГГ. Спорный договор подлежит признанию недействительным и в силу п. 2 ст. 578 ГК РФ. Согласно этой правовой нормы даритель вправе потребовать в судебном порядке отмены дарения, если обращение одаряемого с подаренной вещью, представляющей для дарителя большую неимущественную ценность, создает угрозу ее безвозвратной утраты. Теперь она знает, что она не собственник спорной квартиры, соответственно, имущественную ценность для неё она не составляет. Но в этой квартире она непрерывно проживает более тридцати лет (с ДД.ММ.ГГГГ), другого жилья у неё нет. Она еще престарелый человек, инвалид, лишенный обеих ног. При таком положении спорная квартира для неё представляет большую неимущественную ценность. Теперешний собственник спорной квартиры ФИО4 безответственно относится к содержанию этого жилого помещения. Более пятнадцати лет, как она стала владельцем данной квартиры, она совсем не приняла никаких мер к поддержанию её в надлежащем состоянии. Такое её безответственное отношение создавало бы угрозу безвозвратной утраты квартиры, если бы она не поддерживала бы это жилое помещение за счет своих средств в надлежащем состоянии. Просит суд признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес> заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ней, ФИО17 - дарителем, с одной стороны, и ФИО1 - одаряемой, с другой стороны. Применить последствия недействительности сделки, в связи с чем: отменить государственную регистрацию договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, произведенную Учреждением юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним на территории <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, регистрационная запись №. Отменить государственную регистрацию права собственности ФИО1 на квартиру по адресу: <адрес>, произведенную Учреждением юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним на территории <адрес> ДД.ММ.ГГГГ. Восстановить регистрационные записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности за ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела была извещена надлежащим образом, в своем заявлении просила рассмотреть дело в её отсутствие с участием адвоката Дарюшина Ю.Н., действующего на основании ордера № 1670 от 08.05.2020, и нотариально заверенной доверенности от 30.04.2020.

Представитель истца ФИО2 - адвокат Дарюшин Юрий Николаевич, действующий на основании ордера № 1670 от 08.05.2020, и нотариально заверенной доверенности от 30.04.2020, поддержал заявленные требования по основаниям указанным в исковом заявлении и дополнил, что истец ФИО2 с 2014 является инвалидом I группы по общему заболеванию. В 2012 у неё отняли одну ногу, а в 2014 она лишилась и другой ноги. По квартире она передвигается на инвалидной коляске. Уход за ней осуществляет соцработница и по доброй воле – соседи. Никакого другого жилья, кроме спорной квартиры, у истца ФИО2 нет. Ответчик ФИО4 никакой моральной и материальной поддержки своей тёте истцу ФИО2 не оказывает. Ответчик ФИО4 также целиком уклонилась и от оплаты услуг за содержание спорной квартиры. Более 5 лет она со своей больной тётей никаких связей не поддерживает, даже по телефону, номер которого тёте не сообщает. Истец ФИО2 никогда не хотела лишать себя права собственности на спорную квартиру. Это её единственное жилое помещение. Это знала и ответчица. Но в 2004 истец ФИО2 учинила спорный договор дарения квартиры в пользу племянницы ФИО4 ввиду своего заблуждения по следующим причинам. Истец ФИО2 говорила племяннице ФИО4, что желает, чтобы её квартира после её смерти перешла бы ей в собственность. С учётом этого разговора несколько позднее племянница попросила истца ФИО2 подписать спорный договор. Она внушила тёте, что это не реальный договор дарения квартиры, а лишь оформленное договором обещание подарить племяннице реально в будущем свою квартиру. Также племянница уверяла тётю в том, что если та захочет, то в любое время сможет расторгнуть этот договор. Заключив спорный договор, по тогдашним заверениям ответчик, истец ФИО2 оставалась собственником квартиры. У истца ФИО2 не было оснований не верить и не доверять ФИО4 С племянницей тогда у них были очень добрые отношения, и она была её единственной надеждой на то, что та облегчит её старость, что и обещала племянница. До подписания договора ФИО4 заверяла тётю о том, что когда ей (истцу ФИО2) трудно станет жить одной, она её возьмет в свою семью. Но уже 5 лет, как племянница никаких связей со своей тётей не поддерживает. ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО2 в Регистрационной палате в <адрес>, как даритель, подписала договор дарения своей квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, в пользу племянницы ФИО4 Подписывая спорный договор от 01.07.2004, истец ФИО2, поддавшись убеждению ответчика ФИО4, считала, что подписывает оформленное договором свое обещание подарить ФИО4 реально только в будущем свою квартиру. Однако настоящая правовая сущность спорного договора дарения квартиры для истца ФИО2 вскрылась осенью 2019. Тогда от общих с ответчиком родственников ей стало известно, о высказываниях ответчика о том, что спорный договор дарение квартиры от ДД.ММ.ГГГГ – это реальный договор дарения квартиры, а не договор – обещание подарить квартиру, и она, ответчик, якобы намерена летом 2020 приехать в <адрес> с целью выселить истца ФИО2 из спорной квартиры путём помещения её в дом ветеранов, а квартиру продать. Пока ФИО4 с этой целью в 2020 в <адрес> не приезжала. Сейчас ответчик вместе со своими детьми находиться в самоизоляции у своих родителей в Удмуртии. После получения известия о планах в отношении квартиры ответчика ФИО4, истец ФИО2 на предмет названных намерений по спорной квартире ответчика вынуждена была обратиться к юристам за разъяснением существа спорного договора. Только от них она впервые узнала, что спорный договор от 01.07.2004 - это настоящий договор дарения квартиры, а не оформленное договором её обещание подарить ФИО4 реально только в будущем свою квартиру. Однако подписывая ДД.ММ.ГГГГ договор дарения своей квартиры в пользу ФИО4, истец ФИО2 тогда не желала лишать себя единственного жилья, расположенного по адресу: <адрес>. Подписывая спорный договор от ДД.ММ.ГГГГ, истец ФИО2 считала, что подписывает оформленное договором свое обещание подарить ФИО9 реально только в будущем свою квартиру. При подписании ДД.ММ.ГГГГ договора дарения своей квартиры в пользу племянницы ФИО4 истец ФИО2 была введена в существенное заблуждение этой племянницей. Под влиянием существенного заблуждения относительно природы сделки истец ФИО2, как участник спорной сделки от ДД.ММ.ГГГГ, помимо своей воли составила неправильное мнение и осталась в неведении относительно обстоятельств, имеющих для неё существенное значение, и под их влиянием ДД.ММ.ГГГГ совершила спорную сделку, которую она не совершила бы, если бы не заблуждалась относительно природы данной сделки. При таком положении в соответствии со ст. 178 ГК РФ спорная сделка от ДД.ММ.ГГГГ должна признаваться недействительной, поскольку выраженная в ней воля истца ФИО2 неправильно сложилась вследствие существенного заблуждения относительно природы сделки и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые она действительно имела в виду. Спорный договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ нотариально не удостоверен, при подписании его в Росреестре содержание договора вслух для истца ФИО2 не зачитывалось, самой ей не представлялась возможность ознакомиться с этим договором, который принесла в Росреестр представитель ФИО4 по доверенности ФИО8 Сотрудник Росреестра смысл этого договора для истца ФИО2 не разъясняла, также не были разъяснены ей её права и обязанности, как дарителя жилого помещения. Сотрудник Росреестра лишь проверила личность истца ФИО2 по ее паспорту. Не понимание истцом ФИО2 правовой природы спорного договора от 01.07.2004 и его последствий содействовало также ее юридическая неграмотность, пожилой возраст. Истец ФИО2 совсем не обладает специальными познаниями в составлении каких-либо документов и, в частности, договоров на отчуждение недвижимого имущества. Ранее, когда она была здорова, она всю свою трудовую жизнь проработала рядовой рабочей - крановщией на больших кранах в строительных организациях, с бумагами она никогда не работала. Ввиду того, что своей племянницей ФИО4 истец была введена в заблуждение относительно правовой природы спорного договора дарения квартиры, искренне продолжая считать себя собственником спорной квартиры, истец ФИО2 и после ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, как и прежде, несла и несёт все бремя расходов на содержание спорной квартиры. Все договоры на предоставление коммунальных услуг по данной квартире по-прежнему оформлены на имя истца ФИО2 Все коммунальные услуги за квартиру оплачивает истец ФИО2 за счёт своих личных денежных средств, и квитанции на оплату коммунальных услуг выписываются на ее имя, как на собственника квартиры. По адресу спорной квартиры не поступало ни почтой, ни иным видом связи ни одной квитанции, ни одного иного документа на имя ФИО4, как на владельца спорной квартиры. Только истец ФИО2 со дня вселения в спорную квартиру, с 18.05.1989, по настоящее время за счет своих средств поддерживает квартиру в надлежащем состояния, проводит ремонтные работы. В 2014 она за счёт личных денежных средств заменила входную дверь в квартиру с деревянной на металлическую, расширила дверь, чтобы можно было проезжать на инвалидной коляске, также 5 годами раньше за свои денежные средства заменила оконные рамы в квартире. Ответчик ФИО4 никогда никаких материальных расходов по содержанию спорной квартиры, по оплате коммунальных услуг не несла и не несёт. Квитанции на оплату коммунальных услуг за спорную квартиру, выписанные на имя истца ФИО2, письменная информация от коммунальных предприятий о том, что лицевые счета на оплату коммунальных услуг в коммунальных предприятиях по спорной квартире заведены только на истца ФИО2 – это доказательства того, ДД.ММ.ГГГГ при подписании спорного договора дарения квартиры истец ФИО2 находилась в состоянии глубокого заблуждения относительно правовой природы спорного договора.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела была извещена надлежащим образом. В своем заявлении в адрес суда, просила рассмотреть дело в её отсутствие, заявленные требования не признала (заявление приобщено к материалам дела).

07.07.2020 в судебном заседании по ходатайству представителя истца Дарюшина Ю.Н. судом к материалам дела приобщен письменный отзыв на заявление ответчика ФИО4

Представитель третьего лица, исполняющая обязанность начальника межмуниципального отдела по Сердобскому, Бековскому районам Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пензенской области ФИО10, действующая на основании доверенности, в судебном заседании пояснила, что ФИО2 и ФИО11 не знает, с ними не знакома. Из дела правоустанавливающих документов видно, что она принимала заявление на регистрацию права собственности и перехода права собственности на квартиру между ФИО2 и ФИО15 в 2004 году, но она этого не помнит за давностью времени. Они всегда устанавливают личность при приеме документов на регистрацию. Они не проверяют вменяемость граждан при приеме документов на регистрацию, в том числе визуально. Бывают случаи, когда гражданин не отвечает на вопросы, видно, что заторможен. Бывает, что в связи с возрастом человек не может сам держать ручку, расписаться, ему помогают родственники, но перед этим она спрашивает, знают ли они, что подписывают. В данном случае видно, что документы подписывались лично сторонами сделки, без посторонней помощи. Она только принимает документы, определить вменяемость человека она не может, поскольку не является специалистом в данном вопросе. Стороны сделки пришли с уже составленным договором дарения в простой письменной форме, она его не составляла. Некоторые приходят с уже подписанными договорами, некоторые расписываются при ней, как было в данном случае, она не помнит. В её практике работы в Росреесте имелись случаи, когда было очевидно, что гражданин не в себе, не понимает, зачем он пришел, граждане только получали консультацию. Случаев, когда граждане приходили за регистрацией заявления, не осознавая своих действий, на них оказывали давление, и им отказывали в регистрации, не было. В приеме заявления за регистрацией права, они не отказывают, им направляют решения судов о признании гражданина недееспособным, и они делают отметку в реестре. В отношении ФИО2 такового решения не было.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании пояснила, что с <данные изъяты>

Свидетель ФИО13 в судебном заседании пояснила, что <данные изъяты>

Свидетель ФИО14 в судебном заседании пояснил, что <данные изъяты>

Выслушав объяснения представителя истца, свидетелей, изучив материалы гражданского дела, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 2 ст. 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В случае установления недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенной нормы права, сделка признается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 подарила ФИО15, квартиру общей площадью 35,7 кв.м. с кадастровым номером № по адресу: <адрес>. Указанный объект недвижимого имущества принадлежал ФИО2 на праве собственности, что подтверждается имеющимся в материалах дела свидетельством о государственной регистрации от ДД.ММ.ГГГГ, договором на передачу квартир (домов) в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрация права собственности ФИО16 на квартиру, что подтверждается сведениями из Единого государственного реестра недвижимости, которые так же имеются в материалах дела.

При этом в судебном заседании установлено, что ответчик ФИО4 является племянницей истца.

Как на момент совершения оспариваемой сделки, так и на момент рассмотрения дела в суде, истец проживала и продолжает проживать в спорной квартире, расположенной по адресу: <адрес> что не оспаривалось сторонами и подтверждается материалами дела.

Она по-прежнему владеет и пользуется жилым помещением, несет бремя его содержания, оплачивает полную стоимость коммунальных услуг.

Спорная квартира является единственным жильем для ФИО2

При этом из материалов дела следует, что ответчик ФИО4 продолжает проживать по месту своей регистрации по адресу: <адрес>. В настоящее время ответчик со своими детьми проживает у своих родителей по адресу: <адрес>, на самоизоляции.

Из содержания п. 8 договора дарения следует, что ст. ст. 131, 163, 209, 216, 218, 223, 288-292, 460, 469, 475, 477, 489, 491, 552, 556, 558 ГК РФ, сторонам были известны.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8, действующей в интересах ФИО15, было получено свидетельство о государственной регистрации права серии <адрес> на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>А, <адрес>, в соответствии с заключенным между сторонами по делу договором дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Из копии регистрационного дела в отношении <адрес>, расположенной по адресу: <адрес> находящегося в материалах дела, усматривается, что при передаче документов после осуществления регистрации права собственности ответчика на указанное жилое помещение в Управление Росреестра по адресу: <адрес>, их получили лично ФИО2 и представитель ФИО15, ФИО8, о чем свидетельствуют их собственноручные подписи в расписке в получении документов на государственную регистрацию от ДД.ММ.ГГГГ.

Оценив собранные по делу доказательства по правилам ст. ст. 12, 67 ГПК РФ, суд пришел к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ допустимых и достоверных доказательств наличия обстоятельств, являющихся основанием к признанию договора дарения в праве собственности на квартиру от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, не представлено, а судом таковых добыто не было.

В ходе рассмотрения дела представитель истца Дарюшин Ю.Н. пояснил, что истец была введена ответчиком в заблуждение относительно правовой природы заключенной между сторонами спорной сделки. Так, на момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 полагала, что данная сделка представляет собой оформленный договором обещание подарить ФИО4 в будущем свою квартиру. Ответчик воспользовался её болезненным состоянием, преклонным возрастом. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что ответчиком была проведена оспариваемая сделка с целью скрыть другую сделку, то есть она является притворной.

Представленная в материалы дела медицинская документация свидетельствует о том, что ФИО2 является инвалидом первой группы, на учете врача психиатра и нарколога не состоит, сведения о наличии у ФИО2 признаков какого-либо психического расстройства с существенными нарушениями в интеллектуально-мнестической и эмоционально-волевых сферах отсутствуют, в связи с чем в период заключения договора дарения квартиры ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Между тем, судом установлено, что ФИО2 лично подписывала договор дарения в Управлении росреестра, находилась в состоянии полной дееспособности.

Судом установлено, что волеизъявление ФИО2 на заключение договора дарения квартиры соответствовало в момент заключения договора её действительной воле, действия истца свидетельствуют о намерении заключить, именно, договор дарения квартиры, а не оформленный договором обещание подарить ФИО11 (ФИО15) в будущем свою квартиру. Так, спорный договор заключен истцом лично, подписан без каких-либо замечаний и зарегистрирован в установленном законом порядке. При этом ФИО2 лично получала после регистрации ответчика права собственности на спорную квартиру документы, что исключает её заблуждение относительно заключаемого договора и какого-либо обмана со стороны ответчика, тем самым отсутствуют основания для признания сделки притворной.

Более того, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что инициатором заключения договора являлась истец ФИО2, то есть она не только понимала, какие действия ею совершаются, но и осознавала юридические последствия этих действий, желала их наступления.

Возражая против заявленных требований, сторона ответчика указывала на то, что обязательства ответчика оплачивать за истца коммунальные платежи, а также выплачивать иные денежные суммы является несостоятельной, поскольку не имеет никакого отношения к оспариваемому договору. Ответчик не препятствует в проживании истцу в спорной квартире. Доводы истца о том, что она заблуждалась относительно существа сделки, поскольку полагала, что в будущем ФИО4 облегчит её проживание в старостиявляются несостоятельными, поскольку договор дарения не содержит какого-либо встречного обязательства ответчика по осуществлению ухода за истцом.

Свидетель ФИО14 также подтвердил, что у ФИО2 с её племянницей <данные изъяты>

Суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора заключенным под влиянием обмана или на крайне невыгодных условиях вследствие стечения тяжелых обстоятельств, поскольку наличие таких обстоятельств, а также обмана в ходе рассмотрения дела не установлено, доказательства этому в материалах дела отсутствуют. Само по себе состояние здоровья истца, имеющей ряд сопутствующих заболеваний, а также <данные изъяты>, что отражается на способности к самообслуживанию, не свидетельствует о нахождении ФИО2 в крайне тяжелых жизненных обстоятельствах.

Дав надлежащую оценку показаниям допрошенных в ходе рассмотрения дела свидетелей, суд пришел к выводу о наличии волеизъявления истца на заключение сделки дарения, осознании ею, какую сделку и на каких условиях она заключает. Изменение после совершения сделки мнения о способе распоряжения своим имуществом основанием для признания ранее состоявшегося договора недействительным не является.

Учитывая, что все существенные условия заключенного между сторонами договора были изложены четко, ясно и понятно, возражений по вопросу заключения данного договора истцом при заключении договора, не высказывалось, она добровольно подписала указанный договор, понимая его содержание, условия и суть сделки, также принимая во внимание то обстоятельство, что стороной истца не представлено относимых, допустимых доказательств, с бесспорностью свидетельствующих о том, что истец заключила договор под влиянием заблуждения или обмана, а сделка является притворной, суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований, предусмотренных действующим законодательством, для признания сделки недействительной в соответствии со ст. ст. 178, 179 ГК РФ и применения последствий недействительности сделки.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе ФИО2 удовлетворении заявленных исковых требований к ФИО4 о признании недействительным договора дарения квартиры.

На основании изложенного и руководствуясь требованиями ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО4 о признании недействительным договора дарения квартиры отказать.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Сердобский городской суд в течение месяца с момента принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 17 июля 2020 года.

Судья А.Ю.Фролов