Решение № 71-47/2025 от 4 февраля 2025 г. по делу № 71-47/2025

дело № 71-47/2025

УИД: 66RS0053-01-2024-004624-35


РЕШЕНИЕ

г. Екатеринбург 5 февраля 2025 года

Судья Свердловского областного суда Филиппова Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление судьи Сысертского районного суда Свердловской области от 18 декабря 2024года № 5-700/2024, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 5 ст. 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

установила:

обжалуемым постановлением судьи ФИО1 признана виновной в нарушении порядка проведения публичного мероприятия и ей назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 10 000 рублей.

В жалобе ФИО1 ставит вопрос об отмене судебного акта в связи с отсутствием события административного правонарушения и допущенными процессуальными нарушениями.

Проверив материалы дела и доводы жалобы, заслушав ФИО1, защитника Мангилеву В.Б., поддержавших доводы жалобы, оснований к отмене постановления судьи не нахожу в связи со следующим.

Административная ответственность по ч. 5 ст. 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена за нарушение участником публичного мероприятия установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, и влечет наложение административного штрафа в размере от 10 000 до 20 000 рублей или обязательные работы на срок до 40 часов.

На обеспечение реализации установленного Конституцией Российской Федерации права граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирования направлены положения Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее - Федеральный закон от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ).

В соответствии с п. 1 ст. 2 названного закона публичным мероприятием признается открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений, в том числе с использованием транспортных средств. Целью публичного мероприятия является свободное выражение и формирование мнений, выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики или информирование избирателей о своей деятельности при встрече депутата законодательного (представительного) органа государственной власти, депутата представительного органа муниципального образования с избирателями.

Проведение публичного мероприятия должно основываться на принципах законности, выражающейся в соблюдении положений Конституции Российской Федерации, данного Закона, иных законодательных актов Российской Федерации, и добровольности участия в публичном мероприятии (ст. 3 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ).

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантированное ст. 31 Конституции Российской Федерации право граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование требует надлежащего законодательного обеспечения его правомерной реализации, учитывающего конституционное признание прав и свобод человека и гражданина высшей ценностью, определяющей смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и подлежащей обеспечению правосудием (ст. 2 и 18 Конституции Российской Федерации). Одновременно это не освобождает федерального законодателя от обязанности проявлять на основе разумного баланса частных и публичных начал необходимую заботу о поддержании при организации и проведении публичных мероприятий общественного порядка и безопасности граждан (как участвующих, так и не участвующих в них), в том числе используя в указанных целях введение адекватных мер, направленных на предупреждение и предотвращение нарушений общественного порядка и безопасности, прав и свобод граждан, не исключая установления ограничений (запретов), касающихся мест проведения собраний, митингов, демонстраций, шествий и пикетирований (Постановление от 1 ноября 2019 года № 33-П).

В силу п. 6 ст. 2 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ пикетирование - это форма публичного выражения мнений, осуществляемого без передвижения и использования звукоусиливающих технических средств путем размещения у пикетируемого объекта одного или более граждан, использующих плакаты, транспаранты и иные средства наглядной агитации, а также быстровозводимые сборно-разборные конструкции.

Положения п. 1 ч. 3 ст. 6 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ обязывают участников публичного мероприятия во время его проведения выполнять все законные требования сотрудников органов внутренних дел (военнослужащих и сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации).

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» (далее - Федеральный закон от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ) полиция для выполнения возложенных на нее обязанностей имеет право требовать от граждан и должностных лиц прекращения противоправных действий.

Из материалов дела следует, что 2 декабря 2024 года в период с 12:00 по 12:17 ФИО1, находясь по адресу: <...> у здания Администрации Сысертского городского округа, являясь участником несанкционированного публичного мероприятия, проводимого в форме пикетирования группой лиц, с целью выражения протеста против строительства мусороперерабатывающего комплекса на территории Сысертского городского округа, в нарушение требований Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ приняла участие в указанном выше мероприятии совместно с иными лицами, используя в качестве средств наглядной агитации плакат с надписью: «Мусорный полигон на торфе – это мина для Свердловской и Челябинской областей!», демонстрируя указанную агитацию проходящим мимо гражданам.

Факт совершения ФИО1 административного правонарушения подтвержден достаточной совокупностью доказательств, а именно: протоколом об административном правонарушении, отвечающим требованиям ст. 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (л.д. 3); рапортами сотрудников полиции (л.д. 5, 6, 11, 12-13); письменным объяснением ФИО1 (л.д. 7); фотоматериалами (л.д. 9-10); видеозаписью (л.д. 42); официальным предупреждением (л.д. 8); схемой проведения публичного мероприятия в виде группового пикетирования на территории Сысертского района против строительства мусороперерабатывающего комплекса, фотоматериалами и видеозаписью к ней (л.д. 14-24), получившими в судебном постановлении надлежащую оценку с точки зрения относимости, достоверности и допустимости.

Таким образом, оценив вышеназванные доказательства в соответствии с требованиями ст. 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья районного суда пришел к обоснованному выводу о нарушении ФИО1 порядка проведения публичного мероприятия.

Действиям ФИО1 дана верная юридическая оценка по ч. 5 ст. 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Доводы жалобы об отсутствии в действиях ФИО1 события административного правонарушения несостоятельны.

Согласно ч. 1.1 ст. 7 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» уведомление о пикетировании, осуществляемом одним участником, не требуется, за исключением случая, если этот участник предполагает использовать быстровозводимую сборно-разборную конструкцию. Минимальное допустимое расстояние между лицами, осуществляющими указанное пикетирование, определяется законом субъекта Российской Федерации. Указанное минимальное расстояние не может быть более пятидесяти метров. Совокупность актов пикетирования, осуществляемого одним участником, объединенных единым замыслом и общей организацией, может быть признана решением суда по конкретному гражданскому, административному или уголовному делу одним публичным мероприятием.

По настоящему делу юридически значимым обстоятельством по доказыванию является проведение несколько пикетов, каждый из которых формально подпадает под признаки одиночного, но с достаточной очевидностью объединены единством целей и общей организацией, которые проводились одновременно и территориально тяготели друг к другу, а их участники использовали ассоциативно узнаваемые или идентичные наглядные средства агитации и выдвигали общие требования и призывы.

Указанное обстоятельство нашло подтверждение исходя из достаточной совокупности доказательств по делу.

Так, из рапорта заместителя начальника ООПАЗ УОООП ГУ МВД России по Свердловской области следует, что 2 декабря 2024 года проводились одиночные пикеты с указателями населенных пунктов: д. Андреевка, с. Никольское, с. Новоипатово, д. Верхняя Боевка, д. Щелкун, у входа в Администрацию Сысертского городского округа, данные пикеты объединены единством целей и общей организацией, проводились одновременно непосредственно на территориях, прилегающих к земельному участку, где планируется строительство мусороперерабатывающего комплекса. Более того, участники одиночных пикетов использовали ассоциативно узнаваемые и идентичные наглядные средства агитации (единообразное оформление, использование идентичных цветов в тексте) и в них содержались общие требования, а именно протест против строительства мусорного полигона (л.д. 12-13). Указанные в рапорте сведения согласуются с фотографиями участников одиночных пикетов, объединенных единой целью (л.д. 15-20).

Из материалов дела об административном правонарушении усматривается, что ФИО1 2 декабря 2024 года участвовала в одиночном пикете у здания Администрации Сысертского городского округа, то есть была одной из участников организованных актов пикетирования с одним участником, объединенных единым замыслом и общей организацией, совокупность которых является одним публичным мероприятием, без подачи в установленном порядке уведомления о проведении пикетирования, с использованием средства наглядной агитации и предварительным размещением в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» обращения, адресованного неопределенному кругу лиц, содержащего информацию о проведении указанного мероприятия.

Таким образом, совершенное ФИО1 деяние образует объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 5 ст. 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В соответствии с требованиями ст. 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства его совершения, предусмотренные ст. 26.1 данного Кодекса.

В п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 года № 28 № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях» Верховный Суд, помимо прочего, разъяснил, что организация либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия, административная ответственность за которые наступает по ч. 5 ст. 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, могут иметь место в случае, если несколько пикетов, каждый из которых формально подпадает под признаки одиночного, с достаточной очевидностью объединены единством целей и общей организацией, проводятся одновременно и территориально тяготеют друг к другу, а их участники используют ассоциативно узнаваемые или идентичные наглядные средства агитации и выдвигают общие требования и призывы. Данные обстоятельства могут подтверждаться, например, наличием одного организатора публичных мероприятий, единым оповещением возможных участников и проведением предварительной агитации, изготовлением и распространением средств наглядной агитации в отношении нескольких пикетов.

В рассматриваемом случае факт организации 2 декабря 2024 года публичного мероприятия в отсутствие соответствующего уведомления установлен исходя из исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств в их совокупности и взаимной связи (л.д. 14-24).

Выводы суда первой инстанции о доказанности в деянии привлекаемого к административной ответственности лица состава вмененного административного правонарушения сомнений не вызывают, а несогласие заявителя с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судьями норм указанного Кодекса и Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ, подлежащих применению в данном деле, основанием для отмены или изменения обжалуемых судебных актов не является. Судьей правильно установлено, что в данном случае проведение несколькими лицами одиночных пикетов было объединено единым замыслом и общей организацией, в связи с чем представляет собой скрытую форму публичного мероприятия, предусматривающего необходимость подачи уведомления о его проведении в орган публичной власти, что было доказано должностными лицами административного органа, уполномоченными составлять протокол об административном правонарушении.

В соответствии с ч. 1 ст. 26.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях документы признаются доказательствами, если сведения, изложенные или удостоверенные в них организациями, их объединениями, должностными лицами и гражданами, имеют значение для производства по делу об административном правонарушении.

Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, в том числе результатов проверки, проведенной в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля, если указанные доказательства получены с нарушением закона (ч. 3 ст. 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Вопреки доводам жалобы, имеющиеся в деле доказательства являются допустимыми, им дана надлежащая оценка. Оснований для переоценки выводов судьи районного суда не имеется, выводы о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения являются правильными, должным образом мотивированными с приведением исчерпывающих оснований в судебном акте. Неустранимых сомнений в виновности ФИО1 в совершении правонарушения не усматривается. Принципы презумпции невиновности и законности, закрепленные в ст. 1.5, 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, при рассмотрении дела, соблюдены.

Довод жалобы о нарушении срока составления протокола, не влечет отмену обжалуемого постановления, поскольку согласно позиции Верховного Суда, выраженного в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», срок направления протокола для рассмотрения судье, установленный ст. 28.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не является пресекательным.

Каких-либо нарушений процессуальных прав ФИО1 связанных с ограничением в доступе к правосудию, в праве на справедливое судебное разбирательство и равноправие сторон, из материалов дела не усматривается. Право на судебную защиту, гарантированное ст. 46 Конституции Российской Федерации, ею реализовано беспрепятственно. Нарушений, гарантированных Конституцией Российской Федерации и ст. 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, из представленных материалов также не усматривается.

Доводы жалобы о ненадлежащем извещении ФИО1 о рассмотрении дела об административном правонарушении несостоятельны.

Согласно ч. 2 ст. 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях дело об административном правонарушении рассматривается с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. В отсутствие указанного лица дело может быть рассмотрено лишь в случаях, предусмотренных ч. 3 ст. 28.6 настоящего Кодекса, либо если имеются данные о надлежащем извещении лица о месте и времени рассмотрения дела и если от лица не поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела либо если такое ходатайство оставлено без удовлетворения.

В соответствии с ч. 1 ст. 25.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лица, участвующие в производстве по делу об административном правонарушении, а также свидетели, эксперты, специалисты и переводчики извещаются или вызываются в суд, орган или к должностному лицу, в производстве которых находится дело, заказным письмом с уведомлением о вручении, повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование извещения или вызова и его вручение адресату.

Из материалов дела следует, что о времени и месте рассмотрения дела об административном правонарушении ФИО1 извещена надлежащим образом телефонограммой по телефонному номеру, указанному в протоколе об административном правонарушении и письменном объяснении лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении (л.д. 27), что подтверждается личной явкой заявителя в суд первой инстанции, а также определением судьи Сысертского районного суда Свердловской области об отложении рассмотрения дела на 18 декабря 2024 года в 14:00, и распиской об уведомлении ФИО1 (л.д. 46).

В силу ст. 25.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с учетом разъяснений, изложенных в п. 38 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2023), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 апреля 2023 года, телефонограмма отнесена к числу способов, с использованием которых лица, участвующие в производстве по делу об административном правонарушении, могут быть извещены.

Соответственно, судьей районного были приняты надлежащие меры к извещению ФИО1 о месте и времени рассмотрения дела.

На основании изложенного, привлечение ФИО1 к административной ответственности не может рассматриваться как ограничение ее прав, поскольку за нарушение установленного порядка проведения публичного мероприятия Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность (ч. 5 ст. 20.2), то есть Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях признает общественно опасным и в силу этого противоправным и наказуемым сам факт нарушения участником публичного мероприятия порядка его проведения.

Поскольку ФИО1 реализовала свое право на участие в публичном мероприятии без учета ограничений, установленных федеральным законом, она обоснованно привлечена к административной ответственности не за выражение своего мнения, а за нарушение установленного порядка проведения публичного мероприятия.

Ссылка в жалобе на незаконный отказ в видеофиксации судебного заседания в районном суде и несоблюдении требования о гласности судопроизводства, не может быть признана обоснованной, поскольку в силу ч. 3 ст. 24.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях видеозапись судебного заседания, в котором происходит рассмотрение дела об административном правонарушении, допускается с разрешения судьи, обязанность судьи предоставить такое разрешение процессуальными нормами не предусмотрена. Более того, ходатайство о ведении видеозаписи судебного заседания разрешено судьей соблюдением требований ст. 24.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 17 июля 2012 года № 1339-О, в силу ч. 1 ст. 24.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях заявленные участниками производства по делу об административном правонарушении ходатайства подлежат обязательному рассмотрению судьей, органом, должностным лицом, в производстве которых находится данное дело, что, однако, не предполагает их обязательное удовлетворение.

Приведенные в жалобе доводы направлены на переоценку установленных по делу фактических обстоятельств, противоречат совокупности собранных по делу доказательств, не ставят под сомнение наличие в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 5 ст. 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Несогласие заявителя с оценкой имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о том, что судьей допущены нарушения норм материального права и (или) предусмотренных законом процессуальных требований.

В ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями ст. 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности соответствует требованиям ст. 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 названного Кодекса для данной категории дел.

Административное наказание в виде административного штрафа назначено ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 3.1, 3.5, 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в размере, предусмотренном санкцией ч. 5 ст. 20.2 названного Кодекса, соответствует принципам законности, справедливости, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности, а также тяжести содеянного.

Дело об административном правонарушении в отношении ФИО1 рассмотрено с соблюдением гарантированных процессуальных прав, по установленным Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях правилам, право ФИО1 на справедливое судебное разбирательство не нарушено.

Нарушений прав, гарантированных Конституцией Российской Федерации и ст. 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в том числе права на защиту, не усматривается.

Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, предусмотренных ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не установлено.

Существенных нарушений процессуальных требований при производстве по делу не установлено, оснований для отмены или изменения постановления судьи не имеется.

Руководствуясь ст. 30.6, п. 1 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

решил:

постановление судьи Сысертского районного суда Свердловской области от 18 декабря 2024года № 5-700/2024, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 5 ст. 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения, а ее жалобу - без удовлетворения.

Вступившее в законную силу решение может быть обжаловано (опротестовано) путем подачи жалобы (протеста) непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Свердловского

областного суда Ю.А. Филиппова