Апелляционное постановление № 22-181/2025 от 8 апреля 2025 г. по делу № 1-43/2024

Судья Смолин А.Н. дело № 22-181/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кострома 9 апреля 2025 года

Костромской областной суд в составе:

председательствующего Николаевой Е.И.

с участием прокурора отдела прокуратуры Костромской области Шепелева С.Е.

осужденного ФИО2

защитника – адвоката Егорова А.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Вовк М.В., помощником судьи Клестовой С.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе защитника - адвоката Егорова А.В. на приговор Красносельского районного суда Костромской области от 20 декабря 2024 года, которым

ФИО3 ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец д. <адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ – к штрафу в размере 200 000 рублей с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев,

от назначенного наказания ФИО2 освобожден в связи с истечением срока давности уголовного преследования на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ,

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена,

решена судьба вещественных доказательств, мотокультиватор бензиновый «АСИЛАК СЛ-85В» конфискован в собственность государства,

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО2 признан виновным в том, что, будучи подвергнутым на основании постановления мирового судьи судебного участка № 30 Красносельского судебного района Костромской области от 29.06.2020 года административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 9 месяцев за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, 05 августа 2022 года около 16.58 часов, сознавая, что действует вопреки требованиям пункта 2.7 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 года № 1090, согласно которому водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения, будучи в состоянии опьянения, управлял транспортным средством, а именно сел на водительское место механического колесного транспортного средства непроизводственного изготовления – культиватора бензинового «АСИЛАК СЛ-85В» серийный номер двигателя В 850301206 без государственного регистрационного знака с прицепом в сцепке и, заведя двигатель, осуществил движение по улице д. <адрес>, где у <адрес> указанной деревни был остановлен сотрудниками отделения ГИБДД Отделения МВД России по Красносельскому району.

В апелляционной жалобе адвокат Егоров А.В., считая приговор незаконным, просит отменить его, а ФИО2 оправдать в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. В обоснование жалобы адвокат Егоров А.В. приводит следующие доводы:

признавая ФИО2 виновным в управлении объектом, поименованным как механическое колесное транспортное средство непроизводственного изготовления, суд пришел к ошибочному выводу о том, что мотокультиватор с тележкой в сцепке является транспортным средством. Согласно диспозиции ст. 264.1 УК РФ противоправным признается управление автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством, в приговоре не приведено доказательств того, что мотокультиватор с тележкой в сцепке возможно отнести к перечисленным в диспозиции статьи объектам. Мотокультиватор не может развивать скорость более 50 км/ч, не является автомототранспортным средством, следовательно, не подлежит государственной регистрации. Мотокультиватор с тележкой в сцепке не относится к подлежащим государственной регистрации прицепам. Для управления мотокультиватором не требуется специальное право, так как перечень таких транспортных средств регламентирован законом. Мотокультиватор с тележкой в сцепке не может быть отнесен к самоходным машинам, так как на него не оформляется паспорт самоходной машины, что является обязательным условием для отнесения объекта к самоходной машине;

в обжалуемом приговоре не указано, к какому виду механических транспортных средств или самоходных машин относится мотокультиватор с тележкой в сцепке. Установление категории или подкатегории механического транспортного средства или самоходной машины является обязательным, так как для признания лица виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ необходимо, чтобы на управление механическим транспортным средством или самоходной машиной требовалось наличие специального права в соответствии с законодательством РФ; приговор противоречив в части отнесения культиватора к транспортным средствам, описывая деяние, суд вначале называет объект механическим колесным транспортным средством непроизводственного изготовления, а далее называет его - другим механическим транспортным средством, не указано, какое право и какой категории требовалось для управления мотокультиватора с тележкой в сцепке;

суд оставил без оценки доказательства стороны защиты: ответ директора Департамента агропромышленного комплекса Костромской области, согласно которого мотокультиватор бензиновый с тележкой в сцепке не может быть классифицирован как транспортное средство в связи с отсутствием паспорта самоходной машины; ответ ООО «Садовая техника и инструменты», согласно которому мотокультиватор отнесен к агрегатам для обработки почвы, а не к одноосным тракторам. Анализируя Решение коллегии Евразийской экономической комиссии от 12.02.2019, согласно которой мотокультиватор относится к одноосным тракторам, суд не учел, что для отнесения мотокультиватора к одноосным тракторам требуется наличие в его конструкции вала или шкива отбора мощности, которыми мотокультиватор Асилак не оборудован, следовательно, не является одноосным трактором;

в нарушение положений ст. 17 УПК РФ, суд поставил выводы эксперта ФИО10 выше выводов специалиста ФИО22, немотивированно признал заключение указанного специалиста необоснованным и не достоверным. Эксперт и специалист, после исследования объекта сошлись во мнении, что для управления мотокультиватором не требуется специального права, заключение специалиста ФИО22 согласуется с выводами эксперта ФИО10 при ответах на поросы 2, 3 экспертизы. Специалист ФИО22 пояснила, что не имеет значения, какая тележка прицеплена, имеет ли она крылья и какие прикреплены колеса, свойства объекта от этого не меняются;

не дана оценка второму и третьему выводам заключения повторной экспертизы ФИО10, эксперт пояснил, что раз мотоблок с тележкой в сцепке нельзя отнести к какой-то категории, то и прав на управление им не требуется;

исследованная в судебном заседании видеозапись не подтверждает исправность мотокультиватора, на видеозаписи не слышно работающего двигателя, не видно отработанных выхлопных газов, суду представлены доказательства о заказе деталей для мотокультиватора за несколько дней до событий, описанных в приговоре, без которых работа двигателя невозможна. Показания ФИО2 и свидетеля ФИО4, о неработоспособности мотокультиватора, судом не опровергнуты;

в обжалуемом приговоре не приведено доказательств вины ФИО2 по ч.1 ст. 264.1 УК РФ, выводы суда не основаны на исследованных материалах дела, что привело к постановлению приговора, основанного на неправильном применении уголовного закона.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката прокурор Красносельского района Костромской области Лапшин Л.Н. просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника-адвоката Егорова А.В. без удовлетворения. Указывает, что доводы жалобы несостоятельны, продиктованы стремлением избежать ответственности за содеянное.

Вопреки доводам жалобы, ФИО2 на дороге общего пользования управлял самодельным устройством (мотоблок), эксплуатирующимся с прицепом, приспособленным для перевозки груза, приводимым в движение с помощью установленного на мотоблоке двигателя внутреннего сгорания водителем, находившемся на самодельном посадочном месте. Отсутствие регистрации и надлежащего оформленного паспорта транспортного средства правового значения при рассмотрении уголовного дела не имеют. Наличие или отсутствие государственной регистрации имеет значение для автомототранспортных средств с максимальной конструктивной скоростью более 50 км/ч, тогда как транспортное средство под управлением ФИО2 такими скоростными характеристиками не обладает.

В соответствии с заключением эксперта от 23.01.2023 года представленный на экспертизу объект является механическим колесным транспортным средством непроизводственного назначения. Согласно заключению эксперта от 22.01.2024 года исследуемый объект относится к самоходным механическим транспортным средствам категории А1 и при движении по дорогам общего пользования водителю необходимо иметь удостоверение тракториста-машиниста или временное удостоверение на право управления самоходными машинами категории А1. Указанные сведения подтвердила в ходе допроса в качестве специалиста представитель Гостехнадзора ФИО12

К заключению специалиста ФИО22 от 07.03.2024 следует отнестись критически, понятие самоходной машины определено федеральным законом, кроме того, при исследовании специалистом не учтено, что тележка, прикрепленная ФИО2 к мотокультиватору, изготовлена самодельным способом. Исследование проведено без визуального осмотра мотокультиватора с прикрепленной тележкой. В судебном заседании специалист ФИО22 показала, что вопрос отнесения мотокультиватора к категории транспортного средства является правовым вопросом.

В ходе рассмотрения дела установлено, что мотокультиватор не является транспортным средством и самоходной машиной в силу предназначения, но при его переоборудовании самодельной тележкой с посадочным местом, обеспечивающим возможность перевозки пассажиров, его управлении с посадочного места и передвижения по дорогам общего пользования с пассажирами, требует получения паспорта самоходной машины и специальных прав для его управления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение прокурора, полагавшего приговор суда законным, обоснованным и справедливым и возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, защитника и осуждённого, поддержавших доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с п.1-4 ст.389.15 УПК РФФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; существенное нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона и несправедливость приговора.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника перечисленных оснований для отмены приговора в целом по настоящему делу не имеется.

Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно, выводы суда о виновности ФИО2 основаны на совокупности непосредственно исследованных в судебном заседании доказательств, содержание которых полно и подробно приведено в описательно-мотивировочной части приговора. Всем исследованным доказательствам суд дал в приговоре оценку, при этом учел все обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, пришел по результатам оценки доказательств в их совокупности к обоснованному выводу о доказанности наличия в действиях ФИО2 состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264.1 УК РФ, и о назначении ему наказания.

ФИО2 по делу утверждал, что при указанных в приговоре обстоятельствах он хотя и находился в состоянии алкогольного опьянения, но не управлял культиватором, а толкал его за ручки, двигатель культиватора в это время не работал. Эта позиция ФИО2 тщательно проверялась судом и была им обоснованно признана опровергнутой исследованными доказательствами.

Так, из показаний свидетелей ФИО5 №2 и ФИО5 №1 – сотрудников ДПС ГИБДД следует, что во время несения службы 05 августа 2022 года в д. Есюнино Красносельского района они заметили движущийся им навстречу мотокультиватор в сцепке с прицепом. Водитель культиватора при этом находился на сиденье, его ноги были подняты от земли и находились на специальной площадке, двигатель культиватора работал и именно с его помощью культиватор приводился в движение, в прицепе при этом находилась женщина и двое детей. Заметив их, водитель спрыгнул с сиденья и побежал в сторону, а культиватор при этом продолжил движение еще порядка 10 м пока не уперся в забор дома. Они побежали за водителем, догнали его, им оказался ФИО2, у которого были признаки опьянения. В связи с этим ФИО2 был на месте освидетельствован, установлено состояние опьянения.

Помимо этого, факт остановки сотрудниками ГИБДД культиватора с прицепом под управлением ФИО2, находившегося в состоянии опьянения, подтвержден также иными доказательствами: протоколом осмотра компакт диска с видеозаписью остановки сотрудниками ГИБДД культиватора с прицепом под управлением ФИО1, зафиксированные на которой события соответствуют показания свидетелей ФИО5 №2 и ФИО5 №1, показаниями допрошенного в суде специалиста ЭКЦ УМВД России по Костромской области ФИО21 о содержании покадрового изображения этой видеозаписи, которое также соответствует показаниям свидетелей; протоколом об отстранении от управления транспортным средством, актом освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения от 05 августа 2022 года, согласно которому такое освидетельствование произведено с использованием анализатора паров «Alcotest 6810», при этом значение этанола составило 0,41 миллиграмм на 1 литр выдыхаемого воздуха, что указывает на нахождение ФИО2 в состоянии опьянения; документами по делу об административном правонарушении, согласно которым постановлением мирового судьи судебного участка № 30 Красносельского судебного района Костромской области от 29 июня 2020 года ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.18 КоАП РФ (за управление автомобилем в состоянии алкогольного опьянения) с назначением ему наказания в виде штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 9 месяцев; справкой, согласно которой во исполнение указанного постановления мирового судьи ФИО2 сдал водительское удостоверение 24 декабря 2020 года, другими доказательствами, приведенными в приговоре.

Основанные на показаниях ФИО2 и явно заинтересованной в исходе дела ФИО4 доводы защиты о том, что культиватор по состоянию на 5 августа 2022 года был не исправлен, поскольку накануне к нему были заказаны запчасти, судом правильно отвергнуты как не ставящие под сомнение совокупность вышеперечисленных доказательств. Сам же по себе факт заказа каких-либо запасных частей к технике, документы о чем представлены в деле, еще не свидетельствует о наличии на момент заказа такой ее неисправности, которая препятствовала бы ее эксплуатации.

Доводы осужденного и его защитника о том, что культиватор с прицепом, которым при вышеуказанных обстоятельствах управлял ФИО2, не является транспортным средством, тщательно проверялись как органами предварительного расследования, так и судом. С указанными доводами суд обоснованно не согласился.

Суд пришел к выводу, что ФИО2, находясь в состоянии опьянения, управлял другим транспортным средством – механическим колесным транспортным средством непроизводственного изготовления – культиватором бензиновым «АСИЛАК СЛ-85В» с прицепом в сцепке.

Исходя из диспозиции ч.1 ст. 264.1 УК РФ уголовная ответственность наступает за управление лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения или за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством.

В соответствии с п. 1 примечаний к ст. 264 УК РФ под другими механическими транспортными средствами в статье 264.1 УК РФ понимаются трактора, самоходные дорожно-строительные и иные самоходные машины, а также транспортные средства, на управление которыми в соответствии с законодательством РФ о безопасности дорожного движения предоставляется специальное право.

Как разъяснено в 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», ответственности по ст. 264.1 УК РФ подлежит достигшее 16-летнего возраста лицо, управлявшее автомобилем, трамваем или другим механическим транспортным средством, предназначенным для перевозки по дорогам людей, грузов или оборудования, установленного на нем. Под механическими транспортными средствами в том числе в статье 264.1 УК РФ понимаются автомобили, автобусы, троллейбусы, трамваи, мотоциклы, квадрициклы, мопеды, иные приводимые в движение двигателем транспортные средства, на управление которыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о безопасности дорожного движения предоставляется специальное право, а также трактора, самоходные дорожно-строительные и иные самоходные машины.

Указанные разъяснения Пленума Верховного Суда РФ основаны на положениях Правил дорожного движения РФ, в соответствии с п. 1.2 которых транспортное средство – это устройство, предназначенное для перевозки по дорогам людей, грузов или оборудования, установленного на нем, а механическое транспортное средство - это транспортное средство, приводимое в движение двигателем (этот термин распространяется также на любые трактора и самоходные машины).

В целях определения того, является ли культиватор в сцепке с прицепом, которым 5 августа 2022 года управлял ФИО2, транспортным средством, по делу проведено несколько автотехнических экспертиз, по ходатайству защиты приобщено к материалам дела заключение специалиста ФИО22, исследованы иные доказательства.

При этом все эксперты-автотехники, участвовавшие в производстве экспертиз, сошлись во мнении, что указанное техническое устройство, которым управлял ФИО2, является транспортным средством.

Так, из заключения автотехнической экспертизы, проведенной в период предварительного следствия в ФБУ Ярославская лаборатория судебной экспертизы Минюста России, следует, что представленный на исследование объект является механическим колесным транспортным средством непроизводственного изготовления (т.1 л.д. 177-181).

Из заключения назначенной судом дополнительной автотехнической экспертизы того же экспертного учреждения, на разрешение которой были поставлены вопросы о том, к какой категории транспортных средств относится указанный культиватор и необходимо ли при движении на нем с прицепом в сцепке по дорогам общего пользования специальное право (водительское удостоверение) и какой категории, следует, что указанный культиватор с прицепом с сцепке относится к самоходным механическим транспортным средствам категории А1, при движении его по дорогам общего пользования необходимо иметь удостоверение тракториста-машиниста (тракториста) или временное удостоверение на право управления самоходными машинами категории А1 (т.2 л.д. 205- 214).

Из заключения назначенной судом повторной автотехнической экспертизы, проведенной в ФБУ Вологодская ЛСЭ Минюста России, следует, что исследуемый культиватор бензиновый с тележкой в сцепке является механическим транспортным средством, при этом в соответствии с действующим законодательством РФ он не является самоходной машиной, ни к какой категории и входящих в них подкатегории транспортных средств он не определен, действующим законодательством к лицу, им управляющему, требований наличия водительского удостоверения (специального разрешения) какой-либо категории не определено ( т.3 л.д.3-11).

В данном случае суд хотя и обозначил в описательно-мотивировочной части приговора принятие им за основу заключения повторной автотехнической экспертизы, однако, признавая ФИО2 виновным по предъявленному ему обвинению, фактически согласился с этим заключением лишь только в части отнесения культиватора с прицепом в сцепке к механическим транспортным средствам, поскольку признал в приговоре, что, несмотря на выводы эксперта о невозможности признания культиватора с прицепом в сцепке самоходной машиной и об отсутствии необходимости специального права на управление культиватором в сцепке по дорогам общего пользования, он являлся транспортным средством в значении, определяемом пунктом 1 примечаний к ст. 264 УК РФ.

При этом суд хотя и отметил в приговоре некоторые противоречия в заключениях первоначальной и дополнительной автотехнических судебных экспертиз, но в приговоре их не отвергал, приведя на странице 13 приговора в обоснование того, что и эти экспертные заключения заслуживают доверия, весомые и убедительные обстоятельства, с которыми суд апелляционной инстанции согласен.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что исходя из определенных экспертами, а также указанных в документации к культиватору бензиновому технических характеристик того устройства, которым управлял ФИО2, с технической точки зрения оно обладает всеми признаками другого механического транспортного средства, к числу которых в соответствии с уголовным законом отнесены и самоходные машины вне зависимости от того, предоставляется ли на управление ими специальное право.

Устройство, которым управлял ФИО2, как видно из протокола осмотра места происшествия и следует из заключений проведенных по делу автотехнических экспертиз, состоит из культиватора бензинового в передней части с присоединенным к нему сзади при помощи трубы прямоугольного профиля прицепа, имеется рулевое устройство в виде двух рукояток, четыре колеса, место водителя, площадка для ног водителя, грузовой отсек, привод на переднюю ось, оно оснащено и приводится в движение четырехтактным двигателем бензинового типа мощностью 5,5 кВт/7,5 л.с. и объемом 208 куб.см, конструктивно имеет возможность самостоятельного передвижения по дороге, может перевозить людей и грузы.

При таких обстоятельствах суд обоснованно признал, что управляемый ФИО2 культиватор бензиновый с прицепом в сцепке при передвижении по дороге общего пользования являлся другим механическим транспортным средством, о котором указано в п. 1.2 Правил дорожного движения РФ и которым в силу п.2.7 этих Правил запрещено управлять в состоянии опьянения.

Другое механическое транспортное средство, которым в данном случае управлял ФИО2, отвечает всем перечисленным в п.1 ст. 1 Федерального закона от 02.07.2021 года № 297-ФЗ «О самоходных машинах и других видах техники» признакам самоходной машины, к которым относятся помимо тракторов, самоходных дорожно-строительных машин, коммунальных, сельскохозяйственных машин и внедорожных автомототранспортных средств и другие наземные безрельсовые механические транспортные средства, имеющие двигатель внутреннего сгорания объемом свыше 50 кубических сантиметров или электродвигатель максимальной мощностью более 4 киловатт.

Доводы защиты о том, что культиватор бензиновый с прицепом в сцепке не может являться самоходной машиной, поскольку на него не оформлен паспорт самоходной машины, в то время как в силу ст. 9 Федерального закона «О самоходных машинах и других видах техники» на такие машины выдаются паспорта, правильно отвергнуты судом в приговоре.

Действительно, закон требует, чтобы организация-изготовитель выдавала на самоходные машины паспорта на определенных бланках, которые выдаются таким организациям в порядке, установленном Правительством РФ. Вместе с тем, наличие или отсутствие указанного паспорта не может быть признано критерием, который только и позволял бы определить, является та или иная машина самоходной или нет. Такой паспорт оформляется организацией-изготовителем на машину, которая уже является самоходной в силу ряда ее технических признаков и свойств и производится этой организацией именно как самоходная машина.

Организацией–изготовителем культиватор бензиновый с прицепом в сцепке, то есть в том виде, в каком им управлял ФИО2, не производился, а потому и паспорт самоходной машины на него оформляться не мог. Производитель в данном случае изготовил культиватор бензиновый как устройство для обработки и культивации земли в садах, на приусадебных участках, то есть как средство малой сельхозмеханизации, а не для того, чтобы он, будучи кустарно оборудованным двухколесным прицепом, автономно передвигался по дорогам, перевозя людей и грузы. Для использования в этих целях (а устройства, предназначенные для таких целей, в силу закона являются транспортными средствами) культиватор был переоборудован пользователем самостоятельно в непроизводственных условиях. При этом какие-либо паспорта, сертификаты или иные документы на подобные самоходные машины лицами, которые самостоятельно вносят в технические устройства, изначально не предназначенные организацией-изготовителем для передвижения по дорогам и перевозки людей и грузов, такие конструктивные изменения, которые меняют их предназначение и позволяют использовать их в качестве транспортных средств, со всей очевидностью не изготавливаются.

Между тем, именно и только на отсутствии паспорта самоходной машины основан вывод как повторной автотехнической экспертизы о невозможности признания культиватора бензинового с прицепом в сцепке самоходной машиной (т.3 л.д.10), так и аналогичный вывод специалиста ФИО22 (т.3 л.д.69). Эти выводы, равно как и указанные в ответе директора департамента агропромышленного комплекса Костромской области сведения о невозможности классификации мотокультиватора бензинового с прицепом в сцепке как транспортного средства в связи с отсутствием паспорта транспортного средства или паспорта самоходной машины (т.3 л.д.53), по вышеуказанным причинам правильно признаны судом несостоятельными.

ФИО5 ФИО15, показания которого были приведены судом в приговоре, являлся вопреки доводам защитника в заседании суда апелляционной инстанции, не просто очевидцем совершения ФИО2 преступления, но также и должностным лицом – сотрудником ГИБДД, участвовавшим в принятии решения об отстранении ФИО2 от управления транспортным средством и проведении в отношении него, как в отношении лица, управлявшего транспортным средством, иных административных процедур. При таких обстоятельствах показания этого свидетеля, основанные на имеющихся у него специальных знаниях, о том, по каким именно критериям сотрудники ГИБДД в данном конкретном случае отнесли объект, которым управлял ФИО2, к другому механическому транспортному средству - самоходной машине, обоснованно приняты судом во внимание и согласуются с экспертными выводами.

Сомнений в том, что, управляя в состоянии опьянения другим механическим транспортным средством, осужденный двигался по дороге общего пользования, нет, данное обстоятельство судом проверялось, в подтверждение указанного факта судом исследована выписка из реестра муниципальной собственности, из которой следует, что в д. Есюнино Красносельского района имеется дорога общего пользования, именно по дороге к месту остановки транспортного средства под управлением ФИО2 на патрульном автомобиле подъехали и сотрудники ГИБДД.

Ссылка защиты на решение Красносельского районного суда Костромской области от 25 ноября 2022 года, принятое по жалобе адвоката Егорова А.В. в интересах ФИО2 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 12.7 КоАП РФ, как и на постановление Второго кассационного суда общей юрисдикции от 26 июня 2023 года об оставлении указанного решения без изменения, правильно отклонена судом, преюдициального значения для разрешения уголовного дела эти судебные акты не имеют.

Таким образом, оснований для оправдания ФИО2 не имеется.

Действия ФИО2 судом квалифицированы правильно.

Наказание ФИО2 назначено с учетом требований ст.ст. 6, 60 УК РФ, вид назначенного ему наказания является самым мягким из числа предусмотренных уголовным законом, а его размер является минимальным исходя из санкции ч.1 ст. 264.1 УК РФ.

Поскольку с момента совершения ФИО2 преступления до момента постановления приговора истекло более 2 лет, а в силу п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести, истек срок, равный 2 годам, то судом принято обоснованное решение об освобождении его от наказания вследствие истечения срока давности привлечения его к уголовной ответственности. Решение о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования судом не принималось, поскольку ФИО2 против этого в судебном заседании возражал.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом не допущено. Участие председательствующего судьи в рассмотрении в порядке ст. 125 УПК РФ жалобы защитника на постановление о возбуждении настоящего уголовного дела, не исключало возможность рассмотрения им в дальнейшем уголовного дела по существу, поскольку никаких выводов по вопросам, перечисленным в ст. 299 УПК РФ, судьей в постановлении о разрешении жалобы допущено не было. Факт вынесения этим же судьей в процессе рассмотрения уголовного дела постановления о его возвращении прокурору не исключал дальнейшего – после отмены вынесенного им постановления - участия судьи в продолжении по делу судебного разбирательства, в постановлении о возвращении уголовного дела прокурору судья выводов о виновности ФИО2 не формулировал, что не отрицает и защита.

Несмотря на отсутствие оснований для отмены приговора в целом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отмене приговора в части разрешения вопроса о судьбе мотокультиватора бензинового «АСИЛАК СЛ-85В».

Суд принял решение о конфискации культиватора, однако в обоснование вывода о принадлежности культиватора ФИО2 не привел в приговоре убедительных доказательств и суждений.

ФИО2 никогда по делу не утверждал о принадлежности культиватора ему, в суде первой инстанции, а равно в суде апелляционной инстанции утверждал, что культиватор был приобретен не им, а его супругой ФИО5 №3 в связи с чем и хранился на принадлежащей лично ей даче в д. Есюнино Красносельского района, а он лишь пользовался им с разрешения ФИО5 №3

В опровержение указанной позиции осужденного суд не привел в приговоре доказательств, ссылка суда на приобщенную к материалам дела гарантийную карту №, свидетельствующую о приобретении культиватора ДД.ММ.ГГГГ у ИП ФИО16 (т.2 л.д.88) является недостаточной для подтверждения указанного обстоятельства, из приговора неясно, какие именно из записей в этой гарантийной карте суд признал подтверждающими принадлежность культиватора ФИО2, сам ФИО2 по поводу ее содержания не допрашивался; показания свидетеля ФИО5 №3, утверждавшей о совместной с ФИО1 покупке культиватора судом при решении вопроса о конфискации имущества не анализировались, в чем состояла совместность этой покупки, у свидетеля не выяснял; конкретных выводов о том, находился ли культиватор по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в общей собственности ФИО1 и на то время ФИО17 (ставшей впоследствии ФИО5 №3) или в индивидуальной собственности осужденного нет. Между тем, по делу установлено и может иметь значение для решения вопроса о конфискации, что по состоянию на дату приобретения культиватора, то есть на ДД.ММ.ГГГГ, осужденный в браке не состоял, брак между ним и ФИО5 №3 был зарегистрирован лишь ДД.ММ.ГГГГ.

При таких данных в указанной части дело подлежит направлению на новое судебное разбирательство, при котором следует установить указанные обстоятельства, проанализировать в том числе с учетом требований гражданского и семейного законодательства правовой режим имущества и принять о его судьбе законное и обоснованное решение.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Красносельского районного суда Костромской области от 20 декабря 2024 года в отношении ФИО3 ФИО1 в части решения вопроса о конфискации мотокультиватора бензинового «АСИЛАК СЛ-85В» отменить, дело в этой части направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе,

в остальном приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника Егорова А.В. – без удовлетворения.

Кассационные жалобы, представление могут быть поданы во Второй кассационный суд общей юрисдикции через Красносельский районный суд Костромской области в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья Е.И. Николаева