Апелляционное определение № 33-1262/2026 33-17609/2025 от 9 февраля 2026 г.

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 10.02.2026.

УИД 66RS0048-01-2023-001735-27

Дело № 33-1262/2026

(№ 2-107/2024)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 28.01.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Карпинской А.А., судей Коршуновой Е.А., Жернаковой О.П.,

при ведении протокола судебного заседания и аудиопротокола помощником судьи Шалудько Ю.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов,

поступившее по апелляционной жалобе ответчика на решение Ревдинского городского суда Свердловской области от 28.08.2024,

Заслушав доклад судьи Коршуновой Е.А., объяснения представителя истца ФИО3, ответчика ФИО2, представителей ответчика ФИО4, ФИО5, судебная коллегия

установила:

Истец ФИО1 обратилась в суд с требованием к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее по тексту также – ДТП).

Требования мотивированы тем, что 27.05.2023 года по адресу: <адрес>, произошло ДТП с участием автомобилей: ВАЗ-2121, государственный регистрационный знак <№>, под управлением ФИО2, буксирующего самодельный, не зарегистрированный в ГИБДД прицеп, и автомобиля Ниссан Вингроуд, государственный регистрационный знак <№> под управлением ФИО1

ФИО1 двигалась на личном автомобиле Ниссан, за автомобилем ВАЗ 2121, буксирующем самодельный прицеп в попутном направлении. Неожиданно у <адрес> автомобиль ВАЗ 2121 с прицепом остановился. ФИО1 также остановила свой автомобиль. После полной остановки автомобиля Ниссан, водитель ВАЗ 2121 неожиданно резко стал двигаться задним ходом, и допустил наезд прицепом на стоящий автомобиль истца. В связи с тем, что водитель ФИО2 управлял ТС с прицепом, на котором отсутствовали осветительные приборы, он нарушил п. 8.1 ПДД РФ, а также нарушил п. 8.12 ПДД. В результате наезда прицепом на стоящее транспортное средство истца автомобиль Ниссан получил механические повреждения. Автомобиль истца застрахован в страховой компании АО «Альфа Страхование», по результатам независимой оценочной компании ООО «НМЦ «ТехЮрСервис» проводящей расчеты для страховой компании, стоимость ремонта составила без учета износа -224 775 рублей, с учетом износа - 121 800 рублей.

На основании изложенного, истец просит взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму ущерба 102 975 рублей; сумму досудебного заключения специалиста по установлению причин возникновения ДТП, расходы по оплате государственный пошлины в размере 3 260 рублей, почтовые расходы, расходы за оказание юридических услуг и представительство в суде в размере 35 000 рублей; расходы за оформление доверенности на представителя в размере в размере 2690 рублей.

Решением Ревдинского городского суда Свердловской области от 28.08.2024 иск ФИО1 удовлетворен частично. С ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскано 102 975 руб., расходы на составление заключения специалиста в размере 15 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3260 руб., почтовые расходы в размере 253 руб., расходы по оплате юридических услуг представителя в размере 35000 руб. В удовлетворении остальной части требований ФИО1 отказано.

Не согласившись с указанным решением, ответчик подал на него апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В обоснование доводов жалобы указывает, что надлежащим ответчиком по требованиям истца является страховщик, поскольку истцу выплачено страховое возмещение в сумме 224 775 руб., что не превышает лимита ответственности страховщика. Кроме того, указывает, что судом первой инстанции не установлены обстоятельства выплаты страхового возмещения и факт наличия заключенного между страховщиком и страхователем соглашения. Выражает несогласие с заключением судебной экспертизы, полагает его немотивированным и необоснованным. Указывает, что судом первой инстанции необоснованно отказано в вызове эксперта в суд. Выражает несогласие с выводом суда о его виновности в ДТП. Полагает, что ДТП произошло не только в результате его виновных действий, но и в результате грубой неосторожности со стороны истца. Не согласен с определенным размером ущерба, поскольку истцом не представлены доказательства фактического несения указанных расходов. Полагает, что судом первой инстанции необоснованно отказано в ходатайстве ответчика о назначении повторной судебной экспертизы. Заявляет ходатайство о назначении по делу повторной судебной автотехнической экспертизы. Полагает, что расходы по оплате услуг эксперта взысканы необоснованно, поскольку указанное экспертное заключение в основу решения не положено. Расходы по оплате услуг представителя считает завышенными.

В заседании суда апелляционной инстанции ответчик и представители ответчика ФИО4, ФИО5 на доводах апелляционной жалобы настаивали, просили ее удовлетворить, решение суда отменить. Поддержали ходатайство о назначении по делу повторной судебной автотехнической экспертизы.

Представитель истца ФИО3 в заседании суда апелляционной инстанции возражал против доводов апелляционной жалобы, просил решение суда оставить без изменения. Полагал, что оснований для удовлетворения ходатайства ответчика о назначении по делу повторной судебной автотехнической экспертизы не имеется.

Представитель третьего лица АО «Альфа Страхование» в заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом и в срок.

Информация о судебном заседании размещена на интернет-сайте Свердловского областного суда www.ekboblsud.ru от 14.08.2025, Руководствуясь ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее -ГПК РФ), судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, проверив материалы дела и обжалуемое решение на предмет законности и обоснованности в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия оснований для его отмены либо изменения не находит.

В силу п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть в зависимости от вины.

Положениями Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) предусмотрено обязательное страхование риска гражданской ответственности владельцев транспортных средств на случай причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства.

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (п. 4 ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положениями ст. 7 Закона об ОСАГО предусмотрено, что страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего 400 000 руб.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», по договору обязательного страхования размер страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему в связи с повреждением транспортного средства, по страховым случаям, наступившим начиная с 21.09.2021, определяется в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального банка Российской Федерации от 04.03.2021 N 755-П (далее - Единая методика).

Согласно ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Положениями абз. 2 п. 23 ст. 12 Закона об ОСАГО предусмотрено, что с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с настоящим Федеральным законом.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 N 31, причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072, п. 1 ст. 1079, ст. 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2).

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец ФИО1 является собственником автомобиля Ниссан Вингроуд <№> (л.д.20).

27.05.2023 в 13:50 час. в <адрес> произошло ДТП с участием автомобиля ВАЗ-2121, государственный регистрационный знак <№>, под управлением ФИО2, буксирующего самодельный, не зарегистрированный в ГИБДД прицеп и автомобиль Ниссан Вингроуд, государственный регистрационный знак <№> под управлением ФИО1

По факту ДТП никто из участников ДТП к административной ответственности за нарушение требований ПДД РФ, находящихся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями привлечен не был.

На момент ДТП гражданская ответственность владельца ТС Ниссан Вингроуд, государственный регистрационный знак <№> была застрахована в обязательном законом порядке в АО «АльфаСтрахование» по полису <№>, гражданская ответственность владельца автомобиля ВАЗ-2121, государственный регистрационный знак <№> – в ПАО СК «Росгосстрах» по полису <№>.

Истец ФИО1 по прямому возмещению убытков обратилась в АО «АльфаСтрахование» с заявлением о взыскании страхового возмещения.

Признав данное ДТП страховым случаем и в связи с тем, что вина участников ДТП не была установлена, АО «АльфаСтрахование» выплатило истцу страховое возмещение в размере 50% от размера ущерба, определенного в соответствии с Правилами ОСАГО – 60 900 руб. (л.д.45).

Поскольку между сторонами возник спор относительно виновности водителей в ДТП, определением суда от 20.12.2023 по ходатайству ответчика по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза. Проведение поручено эксперту Ц.Е.А.

Согласно заключению эксперта Ц.Е.А., в возникшей критической дорожно-транспортной ситуации несоответствий действий водителя автомобиля Ниссан Вингроуд, государственный регистрационный знак <№> требованиям Правил дорожного движения РФ не установлено. Действия водителя ТС ВАЗ-2121, государственный регистрационный знак <№> не соответствовали требованиям п.8.1 (абзац 1), п.8.12 и 10.1 ПДД РФ, а также п.5.8 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств. С технической точки зрения действия водителя ТС ВАЗ-2121, государственный регистрационный знак <№> находятся в причинно-следственной связи с фактом ДТП.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что размер убытков, причиненных в связи с повреждением автомобиля «Ниссан Вингроуд», подлежит определению на основании заключения ООО «НМЦ ТехЮрСервис», согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Ниссан Вингроуд» без учета износа составляет 224 775 руб. 42 коп. В этой связи суд пришел к выводу о том, что выплаченного страхового возмещения по договору ОСАГО недостаточно для восстановления транспортного средства, что явилось основанием для удовлетворения требований истца о взыскании с ФИО2 убытков сверх страхового возмещения в порядке ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации в 102975 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда о виновности ответчика в ДТП и о праве истца получить полное возмещение ущерба за счет причинителя вреда, в части разницы между страховым возмещением по ОСАГО и среднерыночной стоимостью восстановительного ремонта автомобиля в силу следующего.

В соответствии с п. 1.3 ПДД РФ участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Согласно п. 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с абц. 1 п. 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно п. 8.12 ПДД РФ движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц.

Пунктом 10.1 ПДД РФ предусмотрено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Из объяснений ФИО2, данных сотрудникам ГИБДД МО МВД России «Ревдинский» после ДТП следует, что 27.05.2023 около 14:00 часов, находясь на <адрес>, рядом с домом <№> в <адрес>, он находился на своем автомобиле марки «Нива», государственный регистрационный знак <№>, ехал прямо в сторону <адрес>, со скоростью 5км/ч. В тот момент, когда он остановился, осуществив полную остановку ТС, с целью заезда задним ходом в свой двор. Не осуществив переключение скорости задней передачи, коробка передач находилась в нейтральном положении. Убедившись, что нет помех, собрался переключить коробку в положение «задний ход», но почувствовал удар сзади. Выйдя из машины, он увидел, что в прицеп, который был прикреплен к его автомобилю въехал автомобиль Ниссан Вингроуд, государственный регистрационный знак <№>.

Аналогичные пояснения давались ответчиком в суде первой инстанции.

Из объяснений ФИО1, данных сотрудникам ГИБДД после ДТП, следует, что 27.05.2023, приблизительно в 13:50 час. она на автомобиле Ниссан Вингроуд, государственный регистрационный знак <№> двигалась со стороны <адрес>, в сторону <адрес>, двигалась за Нивой, государственный регистрационный знак <№>. Автомобиль Нива остановился и начал сдавать задним ходом. Она остановила свой автомобиль до полной остановки. После чего автомобиль Нива, двигаясь задним ходом, совершил наезд на ее автомобиль.

С учетом вышеизложенного, суд, проанализировав дорожно-транспортную ситуацию, исходя из приведенных выше положений ПДД РФ, а также заключения судебной экспертизы, действий каждого водителя, их объяснений, обстоятельств происшествия, места столкновения транспортных средств, локализации повреждений автомобилей, установил, что водитель автомобиля «Нива» ФИО2 при движении задним ходом, не убедился в безопасности маневра, допустил наезд на стоящее транспортное средство Ниссан Вингроуд, под управлением ФИО1

Вопреки доводам ответчика, материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих, что водитель ФИО1 в момент ДТП осуществляла движение вперед и допустила столкновение с транспортным средством ответчика, напротив, материалами дела и результатами судебной экспертизы подтверждается обратное.

По смыслу положений ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами. Однако, это не означает права суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

Таким образом, экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оснований сомневаться в правильности выводов судебной экспертизы № 20240206-1от 23.05.2024, выполненной экспертом Ц.Е.А. (ИП Ц.Е.А.), у судебной коллегии не имеется, судебная экспертиза была проведена в соответствии с требованиями Федерального закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперту разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, он также был предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Указанное заключение отвечает требованиям ч. 2 ст. 86 ГПК РФ, является ясным, полным, объективным, определенным, не имеющим противоречий. В заключении содержатся аргументированные и полные ответы на поставленные судом вопросы, результаты исследований отражены в исследовательской части заключения, выводы эксперта являются последовательными и логичными.

Несогласие ответчика с выводами судебной экспертизы само по себе не является обстоятельством, исключающим доказательственное значение имеющегося в деле экспертного заключения, и не свидетельствует о наличии оснований для проведения повторной экспертизы.

Таким образом, оценив экспертное заключение по правилам ст. 67 ГПК РФ, судебная коллегия не усмотрела оснований для назначения по делу повторной экспертизы, так как достаточных доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертом при проведении исследования требований действующего законодательства, а также доказательств наличия в заключение противоречивых или неясных выводов, в материалы дела в нарушение требований ч. 1 ст. 56 ГПК РФ ответчиком не представлено.

Доводы апеллянта о том, что надлежащим ответчиком по заявленным требованиям является страховщик, а также несогласие ответчика с размером взысканного ущерба основанием к отмене обжалуемого решения не являются.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п. 1 ст. 15 указанного Кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Как разъяснено в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Пункт 13 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъясняет, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которое это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Таким образом, принцип полного возмещения убытков применительно к случаю повреждения транспортного средства предполагает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право не было нарушено.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 2.2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 11.07.2019 N 1838-О, законоположения в рамках Закона об ОСАГО относятся к договорному праву и в этом смысле не регулируют как таковые отношения по обязательствам из причинения вреда.

Требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований по обязательствам из причинения вреда.

Закон об ОСАГО, будучи специальным нормативным актом, вместе с тем не отменяет действия общих норм гражданского права об обязательствах из причинения вреда между потерпевшим и причинителем вреда, а потому потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, противоправное поведение которого вызвало этот ущерб, с предъявлением ему соответствующего требования.

Возмещение вреда в полном объеме означает возмещение затрат на восстановление транспортного средства до состояния, предшествовавшего причинению вреда.

При этом выбор способа защиты нарушенного права по смыслу приведенных выше положений ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принадлежит лицу, право которого нарушено, при этом данные расхода не обязательно должны быть понесены фактически, а могут подтверждаться заключением о размере расходов, которые должен будет понести потерпевший, для восстановления имущества.

Изменение формы возмещения в рамках ОСАГО с натуральной на денежную не лишает потерпевшего (лица, получившего данное право по договору цессии) права требовать и не снимает обязанности с причинителя, в полном объеме возместить причиненный вред в соответствии с положениями ст.ст. 1064 и 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации. Следует учитывать, что изменение формы страхового возмещения (с натуральной на денежную) прямо допускается подп. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО по соглашению страховщика и потерпевшего. Такое соглашение осуществляется в рамках договорных правоотношений между страховщиком и потерпевшим и вопреки доводам жалобы ответчика не отменяет деликтного обязательства причинителя по возмещению причиненного вреда в полном объеме, так же как и не отменяет права потерпевшего (лица, приобретшего данное право по цессии) требовать с причинителя вреда возмещения разницы между страховым возмещением, полученным по ОСАГО, и фактическим размером ущерба в соответствии с положениями ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о праве истца на возмещение вреда за счет причинителя, в части, не возмещенной выплатой по ОСАГО.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что истцом не представлены доказательства фактического несения указанных расходов, не могут быть признаны состоятельными, поскольку в соответствии с разъяснениями, приведенными в п. 64 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 N 31, реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подп. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Исходя из изложенного, истец вправе был заключить со страховщиком соглашение о выплате страхового возмещения в денежной форме, выбор формы страхового возмещения принадлежит страхователю, что само по себе не может влечь отказ в удовлетворении требований за счет причинителя вреда. Размер страхового возмещения, выплаченный на основании соглашения истца и страховщика, является надлежащим, что следует из экспертного заключения ООО «НМЦ «ТехЮрСервис», согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа составляет 224775 руб. 42 коп.

По вышеизложенным обстоятельствам подлежат отклонению доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, поскольку в соответствии с положениями Закона об ОСАГО истец вправе был получить страховое возмещение в натуральной форме, тогда бы автомобиль был полностью отремонтирован, однако, отказался от восстановительного ремонта автомобиля и получил страховое возмещение в денежной форме, как основанные на неверном толковании ответчиком вышеприведенных норм материального права.

Поскольку между страховщиком и истцом достигнуто соглашение о выплате страхового возмещения, АО «Альфа Страхование» выплатило страховое возмещение в денежном выражении и обоснованность такой выплаты истцом не оспаривается, что в силу вышеуказанных положений закона и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 N 31 является правомерным поведением.

Доводы жалобы о несогласии ответчика с взысканием судебных расходов на оплату экспертных услуг в размере 15 000 рублей, не могут быть приняты во внимание судебной коллегией в силу следующего.

Как следует из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в Постановлении (номер) от (дата) "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) (пункт 20).

Истец, не обладая специальными познаниями, обосновывал заявленные требования о взыскании материального ущерба, в соответствии с досудебным заключением эксперта. Вопреки доводам ответчика, на основании указанного экспертного заключения определен размер подлежащего взысканию ущерба.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции находит, что выводы суда первой инстанции о взыскании расходов по оплате экспертного заключения в размере 15 000 рублей основаны на обстоятельствах дела, нормах права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая конкретные обстоятельства дела, объем и сложность проделанной представителем работы, руководствуясь принципом разумности, суд пришел к выводу о том, что размер понесенных истцом расходов подлежит взысканию с ответчика в заявленном размере в сумме 35 000 руб.

Доводы апелляционной жалобы, оспаривающие взысканный судом размер расходов на представителя со ссылкой на его завышенный размер, не могут быть приняты во внимание в качестве оснований для отмены решения суда, поскольку они сводятся к переоценке исследованных судом первой инстанции доказательств, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку требования ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом первой инстанции были выполнены.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Ответчиком в апелляционной жалобе не приведено обоснование для снижения расходов по оплате услуг представителя по мотиву требований разумности. Доказательств тому, что расходы не соответствуют среднерыночной стоимости аналогичных услуг в регионе, явно завышены, ответчиком не представлено и из материалов дела это не следует, кроме того, исходя из материалов дела в суде первой инстанции, ответчик не заявляла возражений относительно размера заявленных истцом расходов на оплату слуг представителя.

Иные доводы апелляционной жалобы по существу направлены на несогласие с выводами суда первой инстанции и не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом, имели бы юридическое значение для правильного разрешения спора по существу, влияли на обоснованность и законность принятого судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Разрешая спор, суд правильно применил нормы материального и процессуального права, установил имеющие значение для дела обстоятельства на основании представленных сторонами доказательств, которым дана оценка в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Предусмотренных ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены, изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Каких-либо нарушений норм процессуального права, влекущих за собой отмену решения суда в силу ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции не допущено, судом апелляционной инстанции не подтверждено.

Руководствуясь ст. ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

В удовлетворении ходатайства ответчика ФИО2 о назначении по делу повторной судебной автотехнической экспертизы отказать.

Решение Ревдинского городского суда Свердловской области от 28.08.2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий Карпинская А.А.

Судьи Коршунова Е.А.

Жернакова О.П.