Апелляционное определение № 22-394/2026 от 25 февраля 2026 г.

Председательствующий Абулхаиров Р.С. Дело № 22-394/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Омск 26 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда в составе председательствующего судьи Бондаренко А.А.

cудей Винклер Т.И. и Калмыкова С.М.,

осужденного ФИО1, его адвоката Сафронова С.И.,

адвоката Майстренко Д.В. в интересах осужденного ФИО2,

прокурора Опаленко А.С.,

при секретаре Михайленко А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя (основному и дополнительному) Фоминой М.В., апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвоката Сафронова С.И. в интересах осужденного ФИО1, апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвоката Майстренко Д.В. в интересах осужденного ФИО2, на приговор Советского районного суда г. Омска от 05 декабря 2025 года, в соответствии с которым

ФИО1, <...> г.р., уроженец р.<...><...>, не судимый,

ФИО2, <...> г.р., уроженец <...><...>, не судимый,

осуждены за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 199 УК РФ, каждый к 2 годам лишения свободы.

В соответствии со ст. 73 УК РФ постановлено каждому наказание считать условным с испытательным сроком 1 год. На осужденных для исполнения возложены обязанности, согласно приговора.

Гражданский иск прокурора в интересах Российской Федерации на сумму <...> рублей оставлен без рассмотрения с признанием за гражданским истцом права на обращение в суд в порядке гражданского судопроизводства.

Сохранен арест на имущество ФИО2, наложенный постановлением Куйбышевского районного суда г. Омска от <...>, до разрешения исковых требований в гражданском порядке (на квартиру по адресу: <...>, квартиру по адресу: <...>, городской округ <...>, ул. <...>, <...>.

Заслушав выступление прокурора Опаленко А.С., поддержавшей доводы апелляционного представления в полном объеме и возражавшей против удовлетворения доводов поданных жалоб, выступление адвоката Сафронова С.И. в интересах осужденного ФИО1 и адвоката Майстренко Д.В. в интересах осужденного ФИО2, поддержавших доводы жалоб в полном объеме и возражавших против позиции прокурора, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенное в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору.

Суд пришел к выводу о внесении осужденными в налоговые декларации по НДС от имени ООО «Ф.» за 1-4 кварталы <...> года, 1-4 кварталы <...> года, 1, 3 кварталы <...> года заведомо ложных сведений о налоговых вычетах по хозяйственным взаимоотношениям с номинальными организациями ООО «КС», ООО «КГ», ООО «О.», ООО «С.», о представлении их в ИФНС России по <...> г. Омска, и тем самым об уклонении ФИО1 и Д. от уплаты НДС в крупном размере в сумме <...> рубль. Преступление совершено в г. Омске при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденные вину признали в уклонении от уплаты налога на добавленную стоимость по сделкам, совершенным ООО «Ф,» с ООО «С.», в остальной части вину отрицали.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Фомина М.В. просит об изменении приговора, поскольку наличие несовершеннолетнего ребенка, <...> г.р., суд учел в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, несмотря на его малолетний возраст в период, инкриминируемый следствием, то есть в период <...> г.г.

Оспаривает приговор, полагая незаконным принятие судебного решения об оставлении иска без рассмотрения. Ссылается на установленные судом обстоятельства уклонения от уплаты налогов с использованием осужденными при совершении преступления фиктивных организаций, не осуществлявших реальной хозяйственной деятельности. Приводит ссылку на руководящие разъяснения Верховного суда РФ, согласно которым суду в ходе судебного разбирательства надлежит принимать исчерпывающие меры для разрешения имеющегося по делу гражданского иска по существу, с тем чтобы нарушенные преступлением права были своевременно восстановлены, не допускать при постановлении обвинительного приговора необоснованной передачи вопроса о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. Считает, что не является основанием для передачи вопроса о размере возмещения по гражданскому иску для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства необходимость производства дополнительных расчетов, если они связаны, в том числе, с уточнением размера имущественного вреда, который имеет значение для квалификации содеянного и определения объема обвинения, даже когда такие расчеты требуют отложения судебного разбирательства.

Оспаривает выводы суда, изложенные в обоснование принятого решения, о том, что налоговый орган не представил суду полные сведения о задолженности ООО «Ф.» за <...> г.г. с указанием ее вида, на момент вынесения приговора, не принято окончательное решение по делу <...> о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Ф.» ФИО1 и ФИО2 в Арбитражном суде Омской области, при исчислении размера иска истец из общей суммы, предъявленной в обвинении, не вычел сумму в размере <...> рублей, на которую ООО «Ф.» за 2, 4 кварталы <...> года увеличило размер при исчислении к уплате в бюджет налога на добавленную стоимость, а также сумму <...> рублей, которую ФИО2 добровольно возместил, а также о том, что гражданский истец расчетов суду не представил, имеющиеся материалы дела определить конкретную сумму, подлежащую взысканию, в рамках рассматриваемого уголовного дела не позволяют.

Просит к таким выводам отнестись критически в связи с тем, что сумма ущерба судом установлена как <...> рубля, подтверждена материалами уголовного дела, в частности, заключением экспертов, данными протоколов осмотра, заявлена сумма ущерба в иске с приложением соответствующих расчетов и установленного размера недоимки, что позволяло суду удовлетворить иск в заявленном размере путем взыскания с ООО «Ф.», ФИО1 и ФИО2

Считает, что отказ суда в рассмотрении гражданского иска в интересах Российской Федерации на сумму причиненного преступлением ущерба противоречит принципам гражданского судопроизводства, а также закрепленной в законодательстве обязанности суда обеспечить полное рассмотрение всех заявленных требований. Что касается стадии банкротства, на которой находится общество, то прокурор обращает внимание, что она может занимать длительный период времени.

Просит взыскать в пользу государства в солидарном порядке сумму причиненного преступлением ущерба в <...> рублей с учетом частичного возмещения в размере <...> рубль.

В дополнительном апелляционном представлении государственный обвинитель Фомина М.В. обращает внимание, что ФЗ № 78 от 18.03.2023 года, вступившим в законную силу <...>, в уголовный закон внесены изменения, в частности, санкция ч.2 ст.199 УК РФ предусматривает лишение свободы в качестве основного наказания сроком на 5 лет вместо 6, тем самым преступление из категории тяжкого перешло в категорию средней тяжести.

С учетом инкриминируемого осужденным периода преступной деятельности --- год просит применить положения ст.10 УК РФ и квалифицировать действия как ФИО1, так и ФИО2 по п. «а» ч.2 ст.199 УК РФ (в редакции ФЗ № <...> от <...>) и рассмотреть вопрос о смягчении назначенного наказания и сокращении испытательного срока.

В апелляционной жалобе адвокат Сафронов С.И. в интересах осужденного ФИО1 находит приговор постановленным с существенным нарушением норм материального и процессуального права.

Считает, что в инкриминируемый осужденным период незаконно включен 1 и 3 квартал <...> года в качестве периода совершения преступных действий. Обращает внимание, что уголовное дело было возбуждено <...>, исходя из суммы недоимки по НДС в размере <...> рублей, что являлось достаточным для квалификации действий осужденных по ст. 199 УК РФ, далее размер ущерба по уголовному делу был установлен в размере <...> рублей, затем на протяжении полутора лет эта сумма оставалась неизменной. Полагает, что <...> в связи с принятием ФЗ № 79 и соответствующего установления законодателем минимальной суммы крупного размера уклонения от уплаты налогов в <...> рублей, несмотря на длительный период следствия и необходимость прекращения уголовного дела в связи с декриминализацией, следствием сумма была искусственно увеличена. Считает осуществление уголовного преследования по инициативе следователя в условиях увеличения суммы налогов за <...> год незаконным, поскольку это произошло с нарушением требований части 1.3 ст. 140 УПК РФ, согласно которой поводом для возбуждения уголовного дела о налоговых преступлениях служат только материалы, которые направлены налоговыми органами в соответствии с законодательством о налогах и сборах для решения вопроса о возбуждении уголовного дела. Приводя доводы об исключительной компетенции налогового органа в сфере выявления и исчисления размера недоимки по НДС, обращает внимание, что требования ст. 140 УПК РФ о порядке возбуждения уголовного дела предусматривает единообразный порядок выявления таких нарушений и направления соответствующих сообщений в следственные органы.

Обращает внимание на порядок взаимодействия налогового органа и следственных органов, при котором налоговый орган принимает решение о привлечении налогоплательщика к ответственности, такое решение вступает в силу и налогоплательщику отводится 75 дней на выплату недоимки, пеней и штрафов, и если компания не выполнила требование налогового органа, а размер недоимки превышает <...> рублей, в течение 10 дней направляются соответствующие материалы в следственные органы для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

В этой связи также обращает внимание на Приказ Генеральной прокуратуры РФ от 24 октября 2023 года N 736 “Об организации прокурорского надзора за исполнением законодательства в налоговой сфере”, согласно пункту 2.9 которого на прокуроров возложена обязанность в своей деятельности исходить из названных требований уголовно-процессуального закона, а также законодательства о налогах и сборах, положений части 3 статьи 32 НК РФ, рекомендовано прокурорам при оценке достаточности оснований для возбуждения уголовного дела о налоговом преступлении тщательно изучать результаты налоговых проверок, оперативно-розыскной деятельности, а также полученные в ходе доследственных мероприятий объективные данные, указывающие на признаки налогового преступления либо их отсутствие.

Отмечает по настоящему делу, что выездная налоговая проверка в отношении ООО «Ф.» проводилась за период <...> г.г., материалы уголовного дела не содержат сведений о проведении в отношении налогоплательщика каких-либо проверок за <...> год, равно как и не содержат сведений и расчета задолженности за данный период. Ссылается на установленный в ходе судебного следствия факт того, что деятельность налогоплательщика за <...> год ФНС не проверялась, о чем свидетельствует отсутствие в материалах уголовного дела расчета размера недоимки и пени. Приводит доводы о том, что проведение выездной налоговой проверки за <...> год в силу закона исключало возможность ее проведения за <...> год, в связи с чем такая выездная проверка не была проведена. Ссылается в этой части доводов на показаниями ФИО1, допрошенных сотрудников ФНС, а также документально истребованные дополнительно судом у налогового органа сведения. Полагает, что следственный орган, подменяя исключительные полномочия ФНС, вышел за рамки налоговой проверки. Приводит доводы о неоднократном возвращении уголовного дела следователю прокурором для устранения именно таких нарушений.

Ссылается на то, что период деятельности, охватываемый 1 и 3 кварталами <...> года, вменен незаконно, поэтому настаивает, что действия ФИО1 не содержат состава уголовно-наказуемого деяния, предусмотренного ст. 199 УК РФ, в силу недостаточности размера задолженности за <...> годы.

Просит приговор Советского районного суда г. Омска от <...> отменить, а ФИО1 оправдать и признать за ним право на реабилитацию.

В дополнительной жалобе в защиту интересов ФИО1 адвокат аналогичным образом оспаривает обоснованность вменения органом следствия 1 и 3 кварталов <...> года, настаивая на том, что искажен размер причиненного в этот период ущерба бюджету.

Приводит ссылку на пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 48 "О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления", согласно которого в случае возникновения неустранимых сомнений в определении периода для исчисления крупного размера неуплаченных налогов, суду необходимо толковать их в пользу обвиняемого. Адвокат приводит доводы о том, что для определения размера ущерба бюджетной системе, причиненного налоговым преступлением, суд должен устанавливать действительный размер обязательств по уплате налогов, учитывать в совокупности все факторы, как увеличивающие, так и уменьшающие размер неуплаченных налогов.

Полагает, что не установлен действительный размер обязательств по уплате НДС за <...> год, эта сумма, по мнению защиты, лишь предполагаемая, рассчитана экспертом при условии органов следствия в условиях ненадлежащего ведения бухгалтерского учета по отдельным контрагентам. Отмечает, что ФНС проверяла деятельность ООО «Ф,» за <...> год и не выявила фактов допущения каких-либо нарушений, что подтверждено представленным защитой в ходе судебного следствия ответом ФНС о проведении камеральной проверки, не выявившей нарушений. Обращает внимание, что требования у налогового органа об уплате недоимки по НДС за <...> год отсутствуют, не исчислены суммы такого налога, подлежащего уплате, равно как и не определены размеры соответствующих штрафов и пени. Считает, что при таких данных следствием искусственно завышена сумма сокрытого налога.

Приводит доводы о том, что следствием была проведена дополнительная экспертиза, ее выводы основаны на предположении, изложены без исследования реальных обстоятельств хозяйственной деятельности ООО «Феникс». Полагает, что истребованные сведения из ФНС также основаны на предположении. Не соглашается с тем, что следствие исключило из «трехлетнего периода» 2 и 4 кварталы <...> года, в которых ООО «Ф.» имело профицитные показатели по НДС.

Ссылается на заключение эксперта о том, что за период <...> года ООО «Ф.» уменьшило при исчислении к уплате в бюджет НДС на сумму <...> рублей, что в судебном заседании при допросе эксперт подтвердил, при этом во 2 и 4 кварталах <...> года ООО «Ф.» увеличило при исчислении к уплате в бюджет НДС на сумму <...> рубль. Считает, что следствием и судом не принят во внимание такой вывод эксперта в разрезе всего трехлетнего периода, выборочно включены в объем обвинения кварталы, в которых НДС к уплате был уменьшен при исчислении, при этом 2 и 4 кварталы <...> года, в которых НДС к уплате при исчислении к уплате был увеличен, не учтены. Настаивает, что такой порядок противоречит методике проведения экспертизы, поскольку за <...> годы сумма НДС, увеличенная к исчислению, не была включена в размер сокрытого налога. Считает, что необходимо было учесть в совокупности все факторы, как увеличивающие, так и уменьшающие размер неуплаченных налогов.

По мнению защиты, соглашаясь с законностью вменения <...> года и уменьшая размер сокрытого налога до <...> рублей, суд последовательно должен был принять во внимание аналогичные периоды <...> года. В то же время, отмечает, что суд не мог выйти за рамки предъявленного обвинения в сторону его увеличения, данное обстоятельство могло быть устранено лишь путем возращения уголовного дела на стадию предварительного расследования для расширения соответствующего периода, либо закономерного исключения данного периода из объема обвинения. Полагает, что это влечет вынесение оправдательного приговора по делу.

Настаивает на недопустимости доказательств, представленных суду в виде копий материалов уголовного дела № <...>, расследуемого следователями МВД по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, в отношении третьих лиц, не являющихся подсудимыми по настоящему делу. Ссылается на то, что документы не имеют надлежащего процессуального происхождения, приобщены к материалам уголовного дела в виде их копий, полученных по запросу следственного органа, не были осмотрены и не были признаны в качестве вещественных доказательств, из уголовного дела № <...> какие-либо материалы в отдельное производство не выделялись. Ссылается на положения ст. 155 УПК РФ, регламентирующей случаи, когда в ходе предварительного расследования становится известно о совершении иными лицами преступления, не связанного с расследуемым преступлением, в этой связи следователь выносит постановление о выделении материалов, содержащих сведения о новом преступлении, из уголовного дела, при этом направляет их для принятия решения в соответствии со статьями 144 и 145 УПК РФ. Приводит доводы о том, что только в этом случае материалы, содержащие сведения о новом преступлении и выделенные из уголовного дела в отдельное производство, допускаются в качестве доказательств по данному уголовному делу. Считает, что отсутствовали какие-либо препятствия для производства следователем Следственного комитета следственных действий самостоятельно и без их подмены незаконно приобщенными протоколами следственных действий.

Ссылается на ч. 2 ст. 151 УПК РФ, согласно которой осуществление предварительного расследования по уголовным делам, предусмотренным ст. 199 УК РФ, отнесено к исключительной компетенции следователей Следственного Комитета Российской Федерации, и в этой связи настаивает на нарушении подследственности. Ссылается на то, что среди материалов содержатся протоколы обысков, осмотров, допросов свидетелей, проведенных следователями МВД, а также копии документов, полученных ими при расследовании другого уголовного дела. Считает, что в рассматриваемом случае следственные действия проведены следователями МВД, поэтому использовать протоколы следственных действий с учетом исключительной подследственности следователей Следственного комитета РФ, не представляется возможным. Полагает, что, поскольку для данного уголовного дела эти протоколы и документы являются полученными не в результате следственных действий, проведенных в соответствии с требованиями УПК РФ, они являются недопустимыми доказательствами с очевидно незаконной природой их процессуального происхождения.

Приводит ссылку на заключение специалиста от <...> и положения ст. 81 УПК РФ, согласно которым вещественными доказательствами признаются любые предметы и документы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела, они осматриваются, признаются вещественными доказательствами и приобщаются к уголовному делу, о чем выносится соответствующее постановление. Ссылается на порядок хранения вещественных доказательств, предусмотренный ст. 82 УПК РФ, согласно которого данная норма императивно закрепляет соответствующие процессуальные обязанности следователя и не подлежит двойному толкованию. Обращает внимание, что в нарушение указанных требований диск, переданный следователем специалисту для исследования, не был осмотрен и не был признан вещественным доказательством, не осматривалась даже его упаковка, в связи с чем, защита была лишена возможности отождествить выводы специалиста с процессуально- полученной информацией. Кроме того, по выводам защиты, исследование по своей сути подменило экспертное заключение, о чем свидетельствует процедура его проведения (вопросы уточнены, ходатайство рассмотрено в порядке, характерном для обращения эксперта). Обращает внимание, что специалист не предупреждался об ответственности, защита не ознакомлена с постановлением о назначении исследования и его результатами, как того требует уголовно-процессуальный закон при проведении экспертизы.

Приводит ссылку на заключение эксперта от <...>, аналогичным образом ссылаясь на ст. 81 УПК РФ о вещественных доказательствах, настаивая, что заключение эксперта основано на предположении относительно фактов нарушения учетной деятельности предприятия, о чем свидетельствует формулировка «при условии», а также содержит ответ на второй вопрос при условии, что следствие не располагает информацией о суммах товаров, поставленных иными лицами, кроме указанных контрагентов. Обращает внимание, что в нарушение требований закона о вещественных доказательствах эксперту передавался диск, представленный на <...>, который не был осмотрен и не признавался вещественным доказательством, не осмотрена даже его упаковка, в связи с чем настаивает на невозможности отождествления выводов с процессуально полученной информацией и невозможности подтверждения обстоятельств, при которых экспертом при проведении экспертизы использовались сведения и документы, полученные в надлежащем процессуальном порядке. Отмечает, что показания допрошенного в судебном заседании эксперта подтверждают, что объективного исследования на предмет установления денежных сумм, не выплаченных в рамках НДС, не проводилось, а выполнен лишь математический расчет в рамках поставленных следователем условий, а объективность и достоверность этих условий экспертом не проверялась.

Приводит доводы о недопустимости заключения дополнительной экспертизы, аналогичным образом ссылаясь на ст. 81 УПК РФ о вещественных доказательствах. Обращает внимание, что эксперту передавался диск, который не был осмотрен и не признавался вещественным доказательством, не была осмотрена его упаковка, в связи с чем, были допущены нарушения, не позволяющие согласиться с тем, что при проведении экспертизы использовались сведения и документы, полученные в надлежащем процессуальном порядке. Кроме того, считает, что заключение эксперта основано на предположении, содержит выводы вероятностного характера о нарушении организацией учетной деятельности. Аналогичным образом ссылается на проведение экспертизы «при условии», а также на ответ на второй вопрос с формулировкой, что «следствие не располагает информацией о суммах товаров, поставленных иными лицами кроме указанных контрагентов». Приводит доводы о том, что изложенное выше данные свидетельствует об искусственном увеличении размера причиненного ущерба. Ссылается на отсутствие сведений о налоговых проверках предприятия за <...> год, о поступлении сообщений налогового органа о проверке в целях возбуждения уголовного дела за этот период, расчетов штрафов, пеней и неустоек. Приводит ссылку на установленный из показаний допрошенного в судебном заседании эксперта факт отказа следователя в предоставлении дополнительной информации, а также на обстоятельства, при которых исследование сокрытого налога не проводилось.

Считает, что ответ ФНС (т.<...>) не может являться доказательством по делу, поскольку его содержание основано на предположении. Обращает внимание, что защита обращала на эти обстоятельства внимание суда, что оставлено без соответствующей оценки. Полагает, что эти доказательства, вопреки позиции защиты и требований законодательства, были положены в основу приговора.

Отмечает, что в судебном заседании не были допрошены сотрудники бухгалтерии ООО «Ф,», четырех спорных контрагентов, не допрошен директор ООО «КГ», ООО «КС», и его показания не оглашались, не исследована первичная бухгалтерская документация, не сделано это даже экспертом в рамках дополнительной экспертизы ввиду отказа следователя в предоставлении документации.

Считает, что ФИО1 лишен возможности прекращения производства по делу по основанию погашения ущерба. Ссылается на то, что до настоящего времени неизвестна точная сумма ущерба, предъявляемая налоговым органом в привязке к установленному СК размером недоимки, так как нет точных сведений о размере штрафов и пени за каждый из инкриминируемых периодов. Ссылается на то, что данное обстоятельство прослеживается и в мотивировочной части приговора, так как суд, мотивируя невозможность рассмотрения гражданского иска прокурора в рамках уголовного дела, приводит данное обстоятельство как одно из соответствующих оснований для разъяснения права на обращение с иском в порядке гражданско-процессуального законодательства.

Оспаривает юридическую оценку действий осужденных по признаку «группы лиц по предварительному сговору», поскольку ни один из допрошенных свидетелей и ни один из исследованных документов не свидетельствует об участии ФИО2 именно в управлении ООО «Ф.», о принятии им каких-либо финансово- значимых решениях для данной организации, об участии в составлении и предоставлении бухгалтерской отчетности и ведению бухгалтерского учета в какой-либо его части. Приводит ссылку на пункт 7 вышеупомянутого постановления Пленума Верховного суда РФ, которым закреплено что субъектом преступления, предусмотренного статьей 199 УК РФ, может быть лицо, уполномоченное в силу закона либо на основании доверенности подписывать документы, представляемые в налоговые органы организацией, являющейся плательщиком налогов, сборов, страховых взносов, в качестве отчетных за налоговый (расчетный) период, такими лицами являются руководитель организации-плательщика налогов, сборов, страховых взносов либо уполномоченный представитель такой организации (статья 29 НК РФ), субъектом данного преступления может являться также лицо, фактически выполнявшее обязанности руководителя организации - плательщика налогов, сборов, страховых взносов. Как указывает защитник, в отношении ФИО2 такие обстоятельства доказаны не были. Полагает, что исключение данного квалифицирующего признака влечет квалификацию действий ФИО1 по ч. 1 ст. 199 УК РФ и прекращение производство по уголовному делу в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Приводит также доводы о том, что гражданский иск не подлежал удовлетворению и не подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства в связи с тем, что задолженность ООО «Ф.» налоговым органом списана, что является достаточным и необходимым для отказа в удовлетворении требований истца основаниям. Цитирует положения Конституционного суда РФ в Постановлении от <...> № <...>-П и полагает, что в гражданском иске судом должно было быть отказано. Просит учесть удостоверенные судом замечания на протокол судебного заседания, приговор отменить, а ФИО1 оправдать и признать за ним право на реабилитацию, одновременно отказав в гражданском иске прокурора.

В апелляционной жалобе адвокат Майстренко Д.В. в интересах осужденного ФИО2 полагает приговор незаконным, ссылаясь на положения ст.140 УПК РФ, регламентирующие в качестве повода для возбуждения уголовного дела о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 198-199.2 УК РФ, материалы, которые направлены налоговыми органами в соответствии с п. 3 ст. 32 НК РФ для решения вопроса о возбуждении уголовного дела. Приводит ссылку на порядок направления таких материалов, который регламентирован п.3 ст. 32 Налогового кодекса, не ранее чем через 75 дней со дня вступления в силу решения налогового органа о привлечении налогоплательщика к ответственности. Ссылается на ст. 101 НК РФ и излагает порядок вступления в силу решения о привлечении к ответственности по истечении одного месяца со дня вручения, на ст. 101.2 НК РФ, уточняющую, что при обжаловании в апелляционном порядке в вышестоящем налоговом органе срок вступления решения в силу переносится на момент, когда свою позицию по нему выскажет вышестоящий орган. Считает, что предусмотренный законодателем механизм позволяет предпринимателям не соглашаться с утверждениями налогового органа, изложенными в решении о привлечении к налоговой ответственности путем предоставления доказательств и дополнительных документов на стадии апелляционного обжалования в вышестоящий орган налоговой службы, а в последствии и в Арбитражный суд при обжаловании законности действий налогового органа, а также позволяет до истечения установленных законодательно сроков погасить имеющуюся задолженность перед бюджетом в случае согласия с решением но проведенной проверке.

Настаивает, что при таких данных единственный возможный повод к возбуждению уголовного дела по ст. 199 УК РФ - это материалы, переданные после истечения всех сроков, указанных в ст. 32 НК РФ. В этой связи считает, что возбуждение уголовных дел с нарушением требований ст. 32 НК РФ является незаконным, а все доказательства, собранные в рамках таких дел, должны быть расценены как недопустимые.

Анализирует материалы рассматриваемого уголовного дела, настаивая, что предусмотренный законом порядок вменения суммы налогов за период <...> года соблюден не был, в связи с чем, считает, что следствием представлены недопустимые доказательства за указанный период, обвинение предъявлено необоснованно ввиду того, что увеличены пределы компетенции следственного органа. Считает, что следствие подменило налоговый орган, обладающий исключительной компетенцией в вопросе проверки налогоплательщика и установления недоимки по налогам и сборам.

Приводит позицию о том, что на основании материалов проверки налогового органа определяется сам факт наличия недоимки и ее размер, а на этапе предварительного следствия на основании имеющегося факта проводятся лишь мероприятия, направленные на установление вины лиц, подлежащих уголовной ответственности по ст. 199 УК РФ. Настаивает, что следственный орган не имеет компетенции на проведение налоговых мероприятий по определению правильности исчисления налога, его размеров и задолженности перед бюджетом.

Ссылается на решение налогового органа о привлечении к налоговой ответственности ООО «Ф,», на решение Арбитражного суда Омской области по делу <...> от <...>, а также приводит сведения, предоставленные налоговым органом по запросам участвующих в деле лиц и суда в материалы производства по делу.

Обращает внимание, что проверка со стороны ФНС в установленном выше порядке в отношении ООО «Ф,» была проведена только за период <...> г.г., при этом размер недоимки по НДС составил <...> рублей, за <...> год выездная налоговая проверка в отношении ООО Ф.» не проводилась, более того из предоставленного стороной защиты письма ФНС по Омской области следует, что за <...> год проводилась камеральная проверка ООО «Ф.» по НДС и каких-либо нарушений выявлено не было.

Приводит доводы о том, что на основании положений Федеральных законов от 18.03.2023 N 78-ФЗ и от 06.04.2024 N 79-ФЗ были изменены категория преступления, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст.199 УК РФ, так как преступлением стало относиться к категории средней тяжести, при этом повышен порог для возбуждения уголовных дел в соответствии с основаниями, предусмотренными п.1.3 ст. 140 УПК РФ, до <...> рублей, тем самым установленный размер недоимки за <...> г.г. по ООО «Ф,» должен был перейти в разряд административных правонарушений, то есть преступное деяние декриминализовано.

Считает, что именно с указанными изменениями были связаны нарушения, допущенные на стадии предварительного следствия при незаконном вменении периода 2020 года, выходящего за пределы налоговой проверки, проведенной ФНС России по Омской области и послужившей в порядке ст. 32 НК РФ и 140 УПК РФ основанием для возбуждения уголовного дела.

Полагает, что следствие, не соблюдая установленную процедуру проверки налогоплательщика посредством проведения мероприятий налогового контроля, которые находятся в исключительной компетенции уполномоченного органа на территории Российской Федерации - ФНС России, на основании предположений и при отсутствии решения о привлечении к налоговой ответственности вменило недоимку за <...> год по НДС в размере <...> рублей. Считает это недопустимым в соответствии с изложенными выше обстоятельствами. Приводит позиции Генеральной прокуратуры Российской Федерации по данному вопросу, которые изложены в Приказе № <...> от <...> «Об организации прокурорского надзора за исполнением законодательства в налоговой сфере», в частности, обращает внимание, что в пункте 2.9 указано, что при осуществлении прокурорского надзора надлежит исходить из того, что в соответствии с частью 1.3 статьи 140 УПК РФ поводом для возбуждения уголовного дела о преступлениях, предусмотренных статьями 198-199.2 УК РФ служат только материалы, которые направлены налоговыми органами в соответствии с законодательством о налогах н сборах для решения вопроса о возбуждении уголовного дела в порядке части 3 статьи 32 НК РФ.

Таким образом, считает, что в связи с принятием Федерального закона от 06.04.2024 N 79-ФЗ, увеличившего порог для возбуждения уголовных дел в соответствии с примечанием к ст. 199 УК РФ до <...> рублей, при размере недоимки по НДС <...> рублей по ООО «Ф.» на <...><...> года, при наличии решения ФНС о привлечении к налоговой ответственности за 2018-2019 г.г., данных о возбуждении уголовного дела на основании постановления следователя от <...>, явилось незаконным производство по делу в рамках ранее возбужденного уголовного дела.

Настаивает, что дело подлежало прекращению в связи с декриминализацией деяния, однако через 2 года и 3 месяца после проведения проверки уполномоченного органа и определения размера недоимки за <...> г.г., то есть через 1 год и 6 месяцев после возбуждения уголовного дела, с учетом внесенных изменений в порядок возбуждения уголовных дел по ст. 199 УК РФ, следователь вменил финансовый период, не входивший в предмет налоговой проверки, то есть самостоятельно возбудил эпизод по ст. 199 УК РФ, не имея на то ни процессуальных по порядку возбуждения, ни материальных оснований по сумме. Считает, что проведение налоговой проверки за <...> год являлось необходимым условием для «довозбуждения» уголовного дела за <...> год. Ссылается на показания допрошенного по делу налогового инспектора, подтвердившего факт того, что налоговый орган не был лишен такой возможности, однако не посчитал это необходимым и ограничился камеральной проверкой с положительным итоговым результатом, что подтверждено ответом ФНС России по Омской области.

Обращает внимание, что размер недоимки по НДС за <...> год следователь определил не на основании установленного законодательно механизма фискального учета и проверки налогоплательщика с определением налоговой базы и проведения проверки контрагентов путем встречных проверок и запроса информации, а на основании экспертизы, условия которой он сам же и определил.

Просит об отмене приговора и об оправдании ФИО2

В дополнительной жалобе в интересах Дурченко адвокат настаивает на незаконности постановленного приговора ввиду отсутствия результатов налоговой проверки за <...> год, отсутствия в системе учета налогов и сборов данных о задолженности ООО «Ф.», при этом отмечает, что предварительным следствием размер недоимки по НДС за <...> год определен на основании экспертизы, выполненной с нарушением законодательного механизма фискального учета и проверки налогоплательщика с определением налоговой базы.

Оспаривает выводы суда со ссылкой на заключение эксперта от <...>, настаивая на недопустимости доказательства по процессуальным основаниям, а также на недостоверности выводов. Приводит доводы о том, что на экспертизу не были предоставлены документы первичного бухгалтерского учета, а сама экспертиза проведена под условием следователя. Обращает внимание, что ходатайство эксперта от <...> удовлетворено следователем частично, документы первичного учета для проведения экспертизы предоставлены не были. Ссылается на выводы эксперта, выполненные с учетом того, что «следствие не располагает сведениями, в каких именно суммах товары, отраженные в учете ООО «Ф.», как поставленные контрагентами ООО «КС», ООО «<...>», ООО «О.» и ООО «С.»». По мнению защиты, по денлу не понятно, каким образом определен размер недоимки по НДС, как установлена нереальность хозяйственных операций. Обращает внимание, что необходимость определения сумм и товаров, конкретной их стоимости по видам, которые, по мнению следствия, не были поставлены спорными контрагентами ООО «Ф.», возложена на органы предварительного следствия.

Обращает внимание на постановку вопросов в части исследования 1-4 кварталов <...> года, 1-4 кварталов <...> года, 1-4 кварталов <...> года, на определение экспертом размера НДС по 1, 2, 3, 4 кварталу <...> года с учетом его принятия к вычету и уплате в бюджет. Ссылается на отражение экспертом за 2, 4 квартал 2020 года ООО «Ф.» данных об увеличении при исчислении к уплате в бюджет НДС суммы в <...> рублей по спорным контрагентам и сведений об уменьшении суммы ООО «Ф.» за соответствующие налоговые периоды суммы НДС, подлежащего к уплате в бюджет за 1-4 кварталы <...> года, 1-4 кварталы <...> года, 1-4 кварталы <...> года, на общую сумму <...> рублей. Обращает внимание на объем предъявленного обвинения на сумму недоимки по НДС в размере <...> рубля. Ссылается на учет НДС не за весь финансовый период <...> года, а лишь за 1 и 3 кварталы <...> года, при том без учета оплаты в бюджет суммы в размере <...> рублей во 2 и 4 квартале <...> года. Полагает об осознанном вменении названной суммы с учетом минимального порога в <...> рублей, установленного требованиями ст. 199 УК РФ для возбуждения уголовного дела. При таких данных настаивает на необходимости применения судом положений ст. 237 УПК РФ в связи с допущенными следователем нарушениями, связанными с исключением 2 и <...> из расчета недоимки по НДС за <...> год.

Оспаривает правильность расчета недоимки по НДС за <...> год, произведенного налоговым органом в отношении спорного контрагента ООО «КС». Приводит ссылку на решение по налоговой проверке и соответствующий расчет, предоставленные в арбитражное дело, по которому принято к вычету <...> рублей в 1 квартале <...> года и оплачено в бюджет <...> рублей во 2 квартале <...> года, в 3 и 4 кварталов 0, что в итоге за <...> год составило размер недоимки по НДС <...> рублей (<...> Отмечает, что сумма <...> рублей, как подлежащая вычету из суммы <...> рублей по 1 кварталу <...> года, определялась налоговым органом, исходя из общего размера входящего и исходящего НДС за 2 квартал <...> года, как-то, <...> рублей, то есть принятая к вычету сумма НДС за 2 квартал <...> года, минус <...> рублей, как подлежащая уплате в бюджет сумма НДС за 2 квартал <...> года, что приводит к значению в минус <...> рублей, что при сложении с + <...> рублей дает результат по 2 кварталу в размере <...> рублей.

Полагает, что указанная выше методика определения размера недоимки НДС по разнице в кварталах одного финансового периода, как в случае с ООО «КС» в <...> году, свидетельствует о том, что экспертом при расчете недоимки по НДС за <...> год правильно определена общая сумма недоимки с учетом выплат в бюджет во 2 и 4 квартале <...> года ООО «Ф.» размере <...> рублей. Полагает, что изложенное подтверждает позицию защиты о том, что следователь, вменяя недоимку по НДС за <...> годы и в 1, 3 квартале <...> года в размере <...> рублей, необоснованно исключил из расчета период 2 и <...>, тем самым, изменяя методику, применяемую налоговым органом при расчете недоимки по НДС, и искусственно завышая расчет недоимки НДС и в --- году.

Ссылается на положения пунктов 13 и 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления», согласно которых в случае возникновения неустранимых сомнений в определении периода для исчисления крупного или особо крупного размера неуплаченных налогов, сборов, страховых взносов суду необходимо толковать их в пользу обвиняемого» (пункт 13), для определения размера ущерба бюджетной системе, причиненного налоговым преступлением, суд должен устанавливать действительный размер обязательств по уплате налогов, сборов, страховых взносов в соответствии с положениями законодательства о налогах и сборах, учитывать в совокупности все факторы, как увеличивающие, так и уменьшающие размер неуплаченных налогов, сборов и страховых взносов» (пункт 14).

Настаивая на необоснованности выводов суда и незаконности постановленного приговора, полагает, что проведенные по делу судебные бухгалтерские налоговые экспертизы являются по сути расчетными, так как на их разрешение поставлен лишь один вопрос о том, каким был бы размер недоимки. Указывает, что при применении расчетного метода достоверное исчисление налогов невозможно по объективным причинам, в связи с чем, недопустимо предъявление обвинение в уклонении от уплаты налогов на основании данных о размере неуплаченных налогов, полученных налоговым органом расчетным методом. Отмечает, что сторона обвинения в рамках уголовного процесса не освобождается от обязанности по доказыванию точной суммы неуплаченных в бюджет налогов.

В то же время, настаивая на недопустимости проведенных экспертиз, отмечает, что проведены они без изучения фактических поставок товаров, без исследования первичной документации ООО «Ф,» и спорных контрагентов, что влечет признание вероятностным характера данных экспертиз.

Ссылается на показания допрошенных свидетелей К. и Е. о том, что при представлении интересов ООО «Ф.» они пришли к выводам о том, что при исключении спорных контрагентов ООО «Ф.» возник бы товарный разрыв, то есть исполнять указанные выше обязательства по поставке товаров без их закупки у спорных контрагентов, ООО «Ф.» не смог бы. Отмечает, что такие выводы послужили основанием для проведения судебной экспертизы в рамках арбитражного производства (заключение эксперта № <...> от <...>). Полагает, что названные документы имеют доказательственное значение для настоящего производства в связи с тем, что назначенная арбитражным судом Омской области судебно-налоговая экспертиза была проведена с соблюдением условий ее проведения, необходимых для уголовного судопроизводства, так эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, документы, подтверждающие надлежащую квалификацию эксперта, опыт работы и необходимый образовательный уровень представлены в материалы уголовного дела. Приводит доводы о том, что эксперт истребовал значительный объем дополнительных документов и сведений в отношении взаимоотношений ООО «Ф.» с контрагентами, в том числе, с ООО «О.», ООО «С.», ООО «КС», ООО «КГ», что подтверждено ходатайствами эксперта от <...> и от <...>. Ссылается на то, что в ответ на указанные ходатайства в Арбитражный суд Омской области были предоставлены дополнительные документы, сведения о которых отсутствуют в материалах налоговой проверки, что свидетельствует о проведении экспертизы на основании первичной бухгалтерской документации для определения фактического товарооборота ООО «Ф,», в том числе, со спорными контрагентами. Напротив, отмечает, что заключения эксперта Ч. представленное в материалах уголовного дела, подготовлены выборочно и без изучения хозяйственной деятельности ООО «Ф.».

Настаивает, что достоверных и допустимых доказательств, подтверждающих нереальность хозяйственных операций между ООО «ФФ,» и спорными контрагентами, в ходе судебного следствия исследовано не было. Обращает внимание, что фактические поставщики спорной продукции следствием не установлены, а выводы следствия опровергаются показаниями допрошенных по делу свидетелей о реальности поставок товаров ООО «Ф.», что было бы невозможно без спорных закупок, что подтверждено заключением эксперта в рамках арбитражного производства. Настаивает, что первичная документация налогоплательщика и документы налоговой проверки сами по себе не доказывают факта совершения преступления, а, напротив, подтверждают осуществление налогоплательщиком финансово-хозяйственной деятельности.

Обращает внимание на то, что за <...> финансовый год налоговой инспекцией не были проведены налоговые проверки спорных обществ, доказательства, исследованные в суде за этот период, имеют поверхностный характер, так как не была проверена реальность совершенных сделок с контрагентами, указанными в обвинительном заключении, признанными «техническими компаниями», не допрошены директора и сотрудники спорных организаций, при этом достоверность показаний директора ООО «О.» К. вызывает обоснованные сомнения в связи с их противоречивостью на допросе с участием защитника и без него. Ссылается на предоставленные в материалы уголовного дела доказательства, подтверждающие наличие хозяйственных взаимоотношений ООО «Ф,» с указанной организацией, в частности, первичной документации о поставке товаров за <...> год, выписки по счету ООО «Ф.» из <...> России, подтверждающей факт перечисления в адрес ООО «О.» денежных сумм по указанным выше взаимоотношениям. Отмечает, что изучены только декларации и книги покупок и продаж, но не договоры и первичная документация во взаимосвязи с иной хозяйственной деятельностью ООО «Ф.», которая нашла свое отражение в материалах дела и подтверждена допрошенными свидетелями.

В этой связи считает, что приведенные в обвинительном заключении и представленные стороной обвинения в судебном заседании доказательства являются недостаточными для вывода о виновности осужденных в совершении инкриминируемого ему преступления, а доводы, приведенные стороной защиты, не опровергнуты представленными стороной обвинения доказательствами.

Ссылается на данные ФНС России по Омской области об отсутствии задолженности ООО «Ф.» перед бюджетом, на нулевое сальдо по единому налоговому счету, являющемуся единственным источником осведомленности налогоплательщика о состоянии расчетов с бюджетом с <...>. Ссылается на решение МИФНС № <...> по Омской области от <...> о признании безнадежной к взысканию и списанию задолженности ООО «Ф.», в том числе, по НДС в размере <...> рублей за рассматриваемый по настоящему делу период <...> г. г., на данные об отсутствии задолженности за <...> год по сведениям налогового органа.

Обращает внимание на Постановление Конституционного суда Российской Федерации от 02.07.2020г. №32-П в связи с жалобой гражданина ФИО3», отмечая, что Конституционный Суд Российской Федерации указал на обстоятельства признания недоимки и задолженности по пеням и штрафам безнадежной к взысканию и их списании, что влечет освобождение налогоплательщика от уплаты налога, поскольку происходит законное освобождение налогоплательщика от исполнения налоговой обязанности, по сути, в административно-управленческих интересах самого публичного субъекта. Ссылается на то, что таким образом пункт 1 статьи 15 ГК РФ и статья 1064 ГК РФ не предполагают взыскания с физического лица денежных средств в размере недоимки по налогу по иску о возмещении вреда, причиненного публично-правовому образованию неуплатой налога, если эти недоимки в законном порядке признаны безнадежными к взысканию, что обусловлено поведением налоговых органов. Считает, что в этой связи суду надлежало отказать в удовлетворении заявленного гражданского иска, а не оставлять его без рассмотрения, что прямо нарушает законные права и интересы осужденных.

Цитирует смысл п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления», где указано, что субъектом преступления, предусмотренного статьей 199 УК РФ, может быть лицо, уполномоченное в силу закона либо на основании доверенности подписывать документы, представляемые в налоговые органы организацией, являющейся плательщиком налогов, сборов, страховых взносов, в качестве отчетных за налоговый (расчетный) период, такими лицами являются руководитель организации - плательщика налогов, сборов, страховых взносов либо уполномоченный представитель такой организации (статья 29 НК РФ). Субъектом данного преступления может являться также лицо, фактически выполнявшее обязанности руководителя организации - плательщика налогов, сборов, страховых взносов. Полагает, что материалами уголовного дела подтверждено, что директором ООО «Ф,» являлось реальное лицо, а не номинальный руководитель, фактически выполнявший обязанности руководителя организации. Оспаривает в этой связи квалификацию действий ФИО2 по признаку группы лиц по предварительному сговору в связи с невозможностью ее вменения по субъектному составу.

Ссылаясь на то, что российское законодательство рассматривает в качестве руководителя - единоличного исполнительного органа организации исключительно первое должностное лицо этой организации, возглавляющее ее и руководящее всей ее деятельностью, которое и должно считаться руководителем организации, в качестве руководителя предприятия может выступать стороннее лицо, назначенное в рамках внешнего управления либо конкурсного производства в порядке арбитражно-процессуального законодательства либо доверительного управления при осуществлении наследственных процедур, делает вывод о том, что субъект данного преступления - специальный, особая характеристика которого связана с наличием у него особых полномочий, которых у Д. по отношению к ООО «Ф.» не было.

Полагает об отсутствии доказательств того, что названный осужденный является лицом, осуществлявшим организационно-распорядительные функции в ООО «Ф.», так как допрошенные по делу свидетели, ссылающиеся на него, как на контактное лицо при взаимодействии с ООО «Ф.», не указывали на какие-либо распорядительные функции с его стороны, не могли вспомнить, как и когда, контактировали с ним, при этом все предоставленные на запрос следователя официальные ответы от контрагентов ООО «Ф.» содержал в себе первичную документацию, подписанную со стороны ООО «Ф,» директором ФИО1, доверенностей, оформленных на имя ФИО2, в материалах дела нет. Считает, что признаками специального субъекта по настоящему делу названный осужденный не обладает.

Допускает возможность квалификации его действий как пособничество к совершению преступления, обращая внимание, что в данном случае уголовное дело подлежит прекращению в связи с истечением срока давности уголовного преследования по ч.5, ст.33, ч.1, ст. 199 УК РФ. Просит отменить приговор, постановить в отношении ФИО2 оправдательный приговор, в гражданском иске прокурора отказать либо приговор по делу отменить и возвратить уголовное дело прокурору.

На апелляционные жалобы адвокатов прокурором поданы возражения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления и поданных прокурором возражений, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Суд в полной мере установил обстоятельства, при которых как директор ООО «Ф,» ФИО1, так и его фактический руководитель ФИО2, в инкриминируемый им период <...> г. г. воспользовались возможностью создания названного общества, совместно осуществляли руководство финансово-хозяйственной деятельностью, распоряжались на равных правах финансами названной организации, осуществляли контроль за расходами и доходами, и в составе группы лиц по предварительному сговору совершили уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, в крупном размере, поскольку обладали равными правами и обязанностями, указанными в Уставе общества.

Субъектом преступления, предусмотренного статьей 199 УК РФ, может быть лицо, уполномоченное в силу закона либо на основании доверенности подписывать документы, представляемые в налоговые органы организацией, являющейся плательщиком налогов, сборов, страховых взносов, в качестве отчетных за налоговый (расчетный) период. Такими лицами являются руководитель организации - плательщика налогов, сборов, страховых взносов либо уполномоченный представитель такой организации (статья 29 НК РФ). Субъектом данного преступления может являться также лицо, фактически выполнявшее обязанности руководителя организации - плательщика налогов, сборов, страховых взносов.

Несмотря на возражения защиты, ФИО1 являлся руководителем ООО «Ф.», в соответствии с Уставом данного общества обладал полномочиями по руководству текущей деятельностью общества и правом действовать без доверенности при решении всех его вопросов, при этом наряду с ним ФИО2 также фактически осуществлял руководство деятельностью ООО «Ф.», действовал в интересах общества, как это установлено судом. Вопреки позиции защиты, суд указал о распределении ролей между осужденными, согласно которых ФИО2 осуществлял поиск поставщиков продукции и приобретал ее у них на выгодных условиях через организацию «П.», не являвшуюся плательщиком НДС, после чего происходила их реализация через ООО «Ф.». В свою очередь, ФИО1 подписывал бухгалтерские и налоговые документы, содержащие ложные сведения. Названное позволяло осужденным отражать в составе налоговых вычетов за три года с <...> год данные о приобретении товаров у контрагентов, которые реальной финансово-хозяйственной деятельности не осуществляли в силу их «номинальности», и занижать подлежащую уплате в бюджет сумму НДС.

Обвинительный приговор, вопреки позиции защиты, соответствует требованиям ст.303-304, 307-309 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства совершенного преступления, изложены доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности осужденных, мотивированы выводы относительно квалификации действий каждого из осужденных и назначенного наказания. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УК РФ, судом установлены с приведением в приговоре мотивов принятого решения.

Так, выводы суда о виновности осужденных подтверждены совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств, в том числе,

- показаниями руководителей К. (ООО «О.»), Б. (ООО «С.»), подтвердивших номинальность каждой из организаций,

-показаниями самих осужденных о партнерстве в сфере строительного бизнеса и создании схемы уклонения от уплаты налогов посредством использования контрагента ООО "С.",

-данными о руководителе Н., возглавлявшем ООО «КС» и ООО «КГ», признанных налоговым органом номинальными организациями,

- подробным содержанием акта выездной налоговой проверки деятельности ООО «Ф.» по взаимоотношениям с ООО «КС», ООО «КГ», ООО «О», ООО «С.» за <...> год,

- решением налогового органа о привлечении общества к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения по сделкам с номинальными контрагентами за <...> г.г.,

-решением Арбитражного суда Омской области, проанализировавшего результаты выездной налоговой проверки ООО «Ф.» по вопросам правильности исчисления налога на добавленную стоимость и налога на прибыль за <...> г.г., в соответствии с которым в удовлетворении требования ООО «Ф.» о признании незаконным решения налогового органа о привлечении общества к налоговой ответственности было отказано,

- содержанием письма налогового органа, согласно которого отражение в книгах покупок налогоплательщиком ООО «Ф.» за 2020 год информации о взаимоотношениях с ООО «КГ», ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «<...>» может свидетельствовать о нарушении налогового законодательства, поскольку ранее в рамках выездной налоговой проверки за период <...> г.г. налоговым органом собрана достаточная совокупность доказательств, свидетельствующих об искажении фактов хозяйственной жизни в налоговом и бухгалтерском учете налогоплательщика и нарушении требований ст.54.1 НК РФ (не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика) по взаимоотношениям с вышеуказанными контрагентами,

- показания сотрудников налогового органа К. и И., давших подробные пояснения о выявленном факте уклонения от уплаты налогов общества в <...> году по результатам выездной налоговой проверки, и заявлявших об уклонении от уплаты налогов ООО «Ф.» в <...> году с использованием тех же номинальных организаций, которые не вели хозяйственной деятельности на протяжении трех финансовых лет, так как признаны «техническими» организациями, и не вели такой деятельности на протяжении всего периода существования организаций,

- содержанием протокола обыска об обнаружении в офисе организации ООО <...>», возглавляемой ФИО2, документов ООО «Ф.», протоколом их осмотра,

- показаниями сотрудников организаций осужденных <...>, подтвердивших участие осужденных как ФИО1, так и ФИО2, соответственно, в деятельности ООО «Ф,» и ООО «П.»,

- показаниями сотрудников организаций, вступавших в хозяйственные отношения с ООО «Ф,», к которым обвинением отнесены показания свидетеля Л. (ООО «Б.»), Р. (АО «<...>»), С. (ООО «<...>»), Г. (ТК «<...>»), А. (ООО «<...>»), К. (ООО «С.»), Б. (по деятельности НПХ «<...>»), С. («<...>»), подтвердивших в ходе предварительного и судебного следствия участие осужденных в поставке им товарно-материальных ценностей от имени ООО «Ф.» и ООО «П.», а также о связи их друг с другом,

- показаниями свидетелей, к которым обвинением отнесены поставщики лесопродукции Н. (САУ «<...>»), М. (САУ «<...>»), У. (ИП У.), С. (ИП С.), К. (ИП К. ), Ш. (ИП «Ш. ), данными о поставке в адрес ООО «Ф. » названных выше товаров в объеме <...> м номинальными организациями ООО «С. », ООО «КГ», ООО «КС», ООО «О.», данными <...> ООО «П.» о приобретении материалов в объеме <...> м3 и реализации в объеме <...> м3, в которых отсутствует отражение факта реализации остальной древесины,

-данными протокола осмотра с участием ФИО1 торговой площадки на территории строительного рынка в г. Омске, <...>, на которой не хранились пиломатериалы,

-заключением эксперта от <...>, согласно которому включение в состав сумм исчисленного налога и налоговых вычетов сумм налога на добавленную стоимость, предъявленных контрагентам и выставленных от имени ООО «КС», КГ», ООО «О» и ООО «С.», при условии, что отраженные товары, как реализованные в адрес указанных организаций фактически не реализовывались, отраженные в составе вычетов ООО «Ф.» товары, как приобретенные у указанных организаций, фактически приобретались у лиц, не являвшихся плательщиками НДС, в 1-4 кварталах <...> года счета-фактуры по сделкам с названными контрагентами, зарегистрированные в книгах продаж и покупок ООО «Ф.» за соответствующие налоговые периоды, оформлены за товары, уменьшило сумму налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в бюджет ООО «Ф.» за 1-4 кварталы <...> года, 1-4 кварталы <...> года, 1,3 кварталы <...> года на общую сумму <...> рубль, а именно, по налоговым периодам: уменьшило при исчислении к уплате в бюджет НДС на сумму <...> рублей (1-4 <...> года, 1-4 <...> года, 1,3 <...> года), увеличило при исчислении к уплате в бюджет НДС за 2, 4 кварталы <...> года на <...> рублей,

-показаниями допрошенного судом эксперта Ч. подтвердившей выводы проведенного ею экспертного исследования и расчет суммы в <...> рублей, как разницы между <...> рублей и <...> рублей.

Вопреки позиции защиты, с каждым суждением суда коллегия соглашается. Сформировавшееся у суда убеждение в виновности как ФИО1, так и ФИО2 основано на анализе вышеназванной совокупности доказательств по делу, каждое из которых было исследовано судом, проанализировано путем сопоставления друг с другом. Данных о предвзятости либо необъективности суда при оценке доказательств, о предпочтении стороне защиты либо обвинения в условиях предоставления тех или иных доказательств, материалы уголовного дела не содержат.

Несмотря на заявления защиты, суд обоснованно привел в приговоре ряд свидетельских показаний, подтвердивших тесное взаимодействие ФИО1 и ФИО2 в коммерческой деятельности посредством использования одной и той же организации ООО «Ф. », непосредственно от имени которой Д. вступал в договорные отношения, используя подконтрольное ему ООО «П.». Их деятельность не только пересекалась в сфере продажи пиломатериалов, но и позволяла оформлять договорные отношения конкретно с организаций «Ф.», являвшейся плательщиком НДС. Именно об этом свидетельствуют показания лиц, которые приобретали товары у ООО «Ф.», осуществляя непосредственное взаимодействие как с ФИО1, так и с ФИО2.

Вопреки позиции защиты, суд привел в приговоре содержание показаний <...> и других, существо которых позволяет согласиться с судом и признать, что ФИО2 принимал активное участие в деятельности ООО «Ф.», заключал договоры на поставку от имени названного общества, фактически поставляя товар от ООО «П.».

Отдельные обнаруженные противоречия в показания свидетелей вполне объяснимы давностью событий, интересующих следствие и суд, не влияющих на их существо и достоверность. Позиция ФИО2 о том, что на него свидетели указывали лишь по причине имевших место ранее контактов малоубедительна, при этом опровергается его собственным признанием в том, что схема уклонения от уплаты налогов им и ФИО1, как партнерами по бизнесу, была разработана, объем обвинения в части его фактического руководства обществом «Ф.» при сделках с ООО "С." как ФИО2, так и ФИО1 признали в суде.

Противоречивость позиции осужденных, которые фиктивность сделок с указанной организаций сначала последовательно отрицали, в судебном порядке решение налогового органа обжаловали и с организацией «С.», убедительных доводов, позволяющих усомниться в выводах налогового органа о номинальности еще трех организаций, не привели, объективно свидетельствует о желании осужденных избежать уголовной ответственности за содеянное ими.

Вопреки позиции защиты, суд установил обстоятельства, при которых именно ФИО2 осуществлял поиск поставщиков товарно-материальных ценностей, которые фактически приобретались через подконтрольную ему организацию ООО «П.», не являющуюся плательщиком налога на добавленную стоимость. И такие обстоятельства объективно подтверждены, в частности, показаниями свидетеля Б. (т.<...>) о ставших ему известными обстоятельствах, при которых <...>» имело взаимоотношения с ООО «Ф.», представителем по вопросу поставки товара от которого выступал ФИО2, свидетеля Свидетель №17 (т.<...>) о взаимоотношениях АО «ГКМПЦ имени Х.» с ООО Ф, на поставку пиломатериалов в лице ФИО1, в закупочной документации которого контактным лицом со стороны ООО «Ф,» указан ФИО2 <...>), свидетеля Л., который показал (т.<...>), что между ООО «<...>» и ООО «Ф,» был заключен договор поставки, подписанный директором ФИО1, по всем вопросам договорных отношений он разговаривал с представителем ООО «Ф.» - И., она же работала в ООО «П.», все вопросы по поставке фанеры он решал с А. <...>), свидетеля Г. (т---) о взаимоотношениях ТК «<...>» с ООО «Ф.», о поставке пиломатериалов ежемесячно, о переговорах по заключению договора поставки пиломатериалов с ФИО2, о пояснениях последнего о том, что указанная организация принадлежит ему, он является в ней руководителем, свидетеля Свидетель №16 о взаимоотношениях ООО «<...>» с ООО «П.» по поставке готовых изделий из бруса, а также с ООО «Ф,», так как указанная организация могла реализовывать пиломатериалы с НДС посредством участия ФИО2.

Заявления защиты о том, что участие ФИО2, его руководящая роль в обществе ООО «Ф.», ничем объективно не подтверждено, коллегия находит несостоятельными. В части осужденный сам таких обстоятельств не отрицал, при том показания названных выше свидетелей, а также показания лиц, согласно которым именно ФИО2 приобретал по низкой цене товар у поставщиков, которым ФИО1 не был знаком, такие обстоятельства подтверждают.

В частности, согласно показаний свидетеля М., от имени ООО «П.» выступал ФИО2, а ООО «Ф.» ему не знакомо (т.<...>), свидетеля Н. о том, что между САУ «<...>» и ООО «<...>» были заключены договора поставки пиломатериалов (т. <...>), свидетеля С., согласно которым он доставлял товар для ООО «П.» (т. <...>), свидетеля У. о заключении договора поставки с ООО «П. » на доставку пиломатериалов и переговорах с ФИО2, свидетеля К. о взаимоотношениях его ИП с ООО «П.» на поставку пиломатериалов, свидетеля Ш. (т. <...>) о реализации леса ООО «<...>», о продаже его ФИО2 безналичным способом.

Сложившиеся на почве знакомства отношения между осужденными, их длительность при обстоятельствах работы в одной сфере коммерческой деятельности и в условиях нахождения на одном строительном рынке, в совокупности с вышеназванным свидетельствуют о сговоре ФИО1 и ФИО2 на совершение преступления, что при отсутствии убедительности оспаривает защита. Осужденные организовали видимость приобретения ООО «Феникс» товарно-материальных ценностей от названных выше номинальных организаций, не осуществлявших реальной хозяйственной деятельности, организовали отражение в бухгалтерской отчетности заведомо ложных сведений о приобретении товаров на основании фиктивных договоров, отразили в составе налоговых вычетов в налоговых декларациях сведения о приобретении товарно-материальных ценностей у ООО «<...>», ООО «<...>», ООО «О.», ООО «С.».

При таких данных на основании тех бухгалтерских и налоговых документов, которые были предоставлены в распоряжение следователя и суда, суд установил, что обществом необоснованно была отражена сумма по фиктивным взаимоотношениям в размере <...> рублей, исчислен к уплате организацией был налог в размере <...> рубля, обязано общество было уплатить в бюджет сумму в <...> рублей, что с учетом установленного увеличения при исчислении к уплате в бюджет налога на сумму <...> рублей, составило размер в <...> рублей, с чем коллегия соглашается.

Названный размер с учетом законодательного урегулирования нижнего предела суд правильно признал крупным, что защитой оспаривается при отсутствии какой-либо убедительности. В рамках ст.252 УПК РФ и пределов судебного разбирательства судебная коллегия с выводами суда в полной мере соглашается. Действиям осужденных дана верная юридическая оценка, основанная на уголовном законе. Суд в должной мере учел все юридически значимые обстоятельства по делу, характер и размер ущерба, причиненного преступлением, а свои выводы обосновал со ссылкой на дополнительное экспертное исследование Ч,, что является правильным, поскольку сомнений в допустимости названного доказательства у коллегии не возникает.

Подробно приведенные защитой доводы о недопустимости как этой экспертизы от <...>, так и выполненной ранее экспертизы, но без учета периода <...> года, коллегия убедительными не находит.

Вопреки позиции защиты, выполнение экспертных исследований под условием следственного органа не умаляет доказательственного значения их результатов, поскольку требованиям уголовно-процессуального закона это не противоречит. Допрошенный в судебном заседании эксперт Ч., будучи предупреждена судом об уголовной ответственности за ложность суждений, подтвердила свои выводы, указала на размер исчисленного обществом налога, показала о разнице, которая ею была установлена. О невозможности ответа на поставленные следователем вопросы при отсутствии перечня документов, заявленных экспертом к изучению, Ч. не заявляла. Согласно выводов эксперта установлен способ совершения преступления, а именно, включение в налоговую декларацию заведомо ложных сведений.

Несмотря на возражения защиты, каждое из приведенных в приговоре заключений эксперта Ч. соответствует требованиям ст.204 УПК РФ, содержит ответы на поставленные перед экспертом вопросы, достаточно аргументировано, не содержит противоречий, а потому не вызывает сомнений в своей объективности.

Доводы защиты о нарушении прав осужденных на защиту в связи с невозможностью ознакомления с постановлением о назначении первоначального исследования специалиста-ревизора, не убедительны. Как это видно из содержания постановленного приговора, заключение специалиста судом в качестве доказательства не приведено.

Что касается подробно приведенных защитой доводов, согласно которых на изучение специалиста, а также эксперта Ч. , не были представлены оптически диски, упакованные надлежащим образом, и осмотренные следователем, то эти недостатки не влекут сомнений в правильности установления крупного размера налогов, от уплаты которых уклонились осужденные.

Каждый из дисков, как это видно из материалов дела, поступил из налоговых органов, имеет регистрационные данные и дату направления в следственные органы, в сопроводительных документах это находит отражение, как и конкретное содержание электронной информации, в них отраженной. Доводы апелляционных жалоб не содержат данных, позволяющих усомниться в том, что исследовалась именно та информация налогового органа, которая отражена специалистом и экспертом. В частности, диск № <...> (т<...>), диск № <...> (т.<...>) ревизором исследовался, их содержание в виде копий налоговых деклараций ООО Ф, » за <...> год, книг покупок и продаж за этот же период, приведено. В каждом случае указаны данные, позволяющие диски идентифицировать, как-то, (т.<...> названные выше два диска с копиями налоговых деклараций за <...> г.г., регистров бухгалтерского учета, отчеты по 4 поставщикам, признанных судом номинальными, и другими документами. Заявления защиты о том, что диски не осматривались следователем, значимыми для дела коллегия не находит, поскольку отсутствуют основания полагать, что сотрудниками налогового органа, специалистом, допущена фальсификация как при скачивании информации на оптический диск, так и при изложении информации в соответствующем исследовании.

Вопреки позиции защиты, отдельные оптические диски, представленные в деле, не осматривались ввиду отсутствия значимой для следствия и суда информации. В апелляционных жалобах доводы об обратном суду апелляционной инстанции не приведены.

Для производства экспертизы <...> названные выше оптические диски также были представлены, их содержание, свидетельствует о том, что в рамках экспертного исследования изучался период <...> г.г., соответственно, исследовались налоговые декларации ООО «Ф.» за <...> год, книги покупок и продаж за этот же период, иные документы, данные всего объема электронной информации экспертом приведены. Поэтому полагать, что в этом случае отсутствие протокола осмотра представленных дисков позволяет сомневаться в достоверности такой информации либо не доверять выводам эксперта, судебная коллегия оснований не имеет.

Экспертиза от <...> аналогичным образом выполнена с использованием дисков, отсутствие протокола осмотра которых не влечет сомнений в выводах Ч., поскольку их содержание экспертом в достаточном объеме приведено. В частности, оптический диск за № <...> от <...> содержит копии налоговых деклараций по налогу на прибыль ООО «Ф, » за <...> год, в которых отражены взаимоотношения с ООО «КС», ООО «С. », ООО «О.», диск № <...> от <...> содержит информацию по налоговым декларациям за 1, 2, 3, 4 кварталы 2020 года, книг покупок и продаж за названный период. Согласно содержания поданного экспертом ходатайства и ответа на него, видно, что первичной и иной документации в распоряжении следственного органа не имелось, однако факты отражения в бухгалтерском и налоговом учете ООО «Ф.» (включение в сумму исчисленного налога на добавленную стоимость и вычетов по налогу, а также в доходы и расходы при исчислении налога на прибыль организаций) операций с названными выше контрагентами по приобретению не товаров отсутствовали, документы, подтверждающие фактические расходы ООО «Ф, » в <...> г. г. в связи с приобретением товаров, отраженных по данным учета как приобретенные, не найдены, налоговый орган такими документами не располагал, должностными лицами общества отказано в даче показаний. Вопреки позиции защиты, это не повлияло на возможность эксперта с учетом добытых следствием доказательств прийти к выводу об уменьшении при исчислении ООО «Ф, » к уплате в бюджет НДС суммы в <...> рублей как разницы в <...> рубля и <...> рубль. Оснований подвергать сомнению выводы эксперта с учетом подробно приведенных защитой доводов о получении ряда доказательств в рамках арбитражного судопроизводства коллегия не имеет.

Все значимые для дела носители электронной информации следователем осмотрены, в зависимости от стадии производства по делу и ряда обстоятельств, связанных с возвращением уголовного дела прокурору, повторно. Информация с диска, который был утрачен, содержащая материалы выездной налоговой проверки, вопреки заявлениям защиты, была дополнительно осмотрена следователем. Оптический диск № <...> (т<...>) осмотрен следователем <...> (т.<...>), наряду с материалами выездной налоговой проверки спорных контрагентов за 2018-2019 г.г., он содержит данные о поставке ООО «Ф,» изделий в объеме <...> м3, информации <...> о приобретении ООО «П.» в этот период лесоматериалов в объеме <...> м3, о реализации <...> м3, из них в адрес ООО «Ф.» <...> м3, о реализации пиломатериалов последним в адрес контрагентов объема в <...> м3,. Названное наглядно приведено на бумажном носителе в т. <...> Оптический диск № <...> от <...> также был осмотрен следователем, он в полной мере содержит информацию по налоговым декларациям ООО «Ф,» за <...> год со сведениями по взаимоотношениям с номинальными контрагентами (т. <...>), осмотрен и диск № <...> от <...> (т.<...>). Кроме того, оптический диск № <...>, поступивший из УФНС по Омской области от <...>, содержащий данные о декларациях за <...> год и книгах покупок и продаж ООО «Ф,» за <...> год, в которых отражены взаимоотношения с ООО «КС», ООО «С.», ООО «О.» (том <...>). Таким образом, вся значимая для дела информация осмотрена, а существо соответствующих протоколов стороной защиты не оспаривается.

Несмотря на позицию защиты, правильность выводов эксперта, сформулированных под условием следователя, а также при обстоятельствах, согласно которых следствие не располагало рядом сведений, на которые в жалобах обращено внимание, сомнений не вызывает. Объективных данных, ставящих под сомнение выводы суда, защитой не приведено.

Номинальность организаций, от имени которых приобреталась ООО «Ф,» продукция, объективно подтверждена показаниями свидетеля К., возглавлявшего ООО «О.» и подтвердившего, что взаимоотношений между названной организацией и ООО «Ф.» не было, товары не поставлялись, никакие документы от его имени и от имени ООО «О.» им не подписывались, приведенными судом в приговоре показаниями свидетеля М., согласно которым она осуждена за незаконное образование ООО «<...>», которое в адрес ООО О.» товары не поставляло, показаниями свидетеля Б., подтвердившего обстоятельства, при которых его познакомили с Ш., предложившим открыть организацию с его согласия за денежное вознаграждение ООО «С.», в котором он являлся номинальным руководителем, деятельность не осуществлял. Содержание показаний названных лиц не вступает в противоречие с содержанием подробно приведенных в акте выездной налоговой проверки данных о номинальности как названных организаций, так и организаций ООО «КС» и ООО «КГ», возглавляемых директором Н.. Несмотря на то, что названное лицо не было допрошено судом, никаких данных, опровергающих выводы суда, защитой не предоставлено. Факт обнаружения в ходе обыска в офисе ООО «ТК» печатей и документации не только организаций ООО «О.», ООО «С.», руководители которых судом были допрошены, но и ООО «КС» и ООО «КГ», с доводами защиты не позволяет согласиться.

Допрошенные судом сотрудники налогового органа <...> лишь подтвердили обстоятельства проведения выездной налоговой проверки за <...> г. г., при этом изложили обстоятельства осуществления контрольно-аналитической работы, подтвердившей факт создания «площадки» в целях формирования формального документооборота с участием значительного количества «технических» организаций, при этом привели и обоснование таким выводам, свидетельствующее о наличии кредиторской задолженности со спорными контрагентами на значительную сумму, об отсутствии претензий к ООО «Ф,», о невозможности истребования документов по требованию налогового органа, в частности, у Свидетель №27 При таких данных ссылку суда в приговоре на показания названных свидетелей излишней коллегия не находит, поскольку в совокупности с иными доказательствами, виновность осужденных свидетели подтверждали. О проведении налоговым органом аналитической работы свидетельствует и обращение налогового органа в адрес руководителя УМВД по Омской области в мае 2022 года с просьбой пресечь противоправную деятельность с участием «выгодоприобретателя» ООО «Ф,» и организаций, номинальность которых установлена судом (данные УФНС России по Омской области от <...> за № <...> из уголовного дела № <...>). Представленные налоговым органом данные свидетельствуют о создании «площадки» по предоставлению услуг незаконной минимизации налоговых обязательств по налогу на добавленную стоимость, а также обналичиванию денежных средств (том <...>). Вопреки позиции защиты, материалы из уголовного дела по обвинению З. в совершении мошенничества, в совокупности с доказательствами по настоящему уголовному делу, подтверждают номинальность фирм, интересующих следствие и суд по настоящему уголовному делу.

Коллегия не может согласиться и с тем, что принятые во внимание документы из другого уголовного дела свидетельствуют о недопустимости доказательств, полученных с нарушением требований о соблюдении подследственности, поскольку их существо защитой под сомнение не ставится и судом они проверены с участием сторон.

Так, допрошенный в судебном заседании свидетель Ш., о роли которого показания дал свидетель Б., подтвердил, что работал в компании ООО «<...>», оказывающей услуги как компании Д., так и иным организациям ООО «О.», ООО «КС», ООО «КГ», ООО «<...>». В распоряжение суда был предоставлен протокол осмотра мобильного телефона директора ООО <...>», в котором была обнаружена информация, подтверждающая фиктивность документов, имеющих отношения к настоящему уголовному делу В ходе осмотра обнаружена переписка с директором ООО «О.» К., в которой идет речь о формальном составлении финансовых документов без ведения реальных финансовых операций, а также об обналичивании денежных средств, а также переписка с ФИО2 относительно передачи денежных средств. Поскольку в материалах уголовного дела представлен соответствующие запрос следователя (т.<...>) и данные о получении копий процессуальных документов из названного выше уголовного дела, позволяющих установить источник получения приобщенных документов, допустимость доказательств, несмотря на подробно приведенные защитой доводы, в этой части сомнений не вызывает.

С учетом подробного изложения налоговым органом результатов аналитической работы, а также данных, дополнительно предоставленных следователю <...> (т.<...>), с позицией налогового органа об отражении налогоплательщиком ООО «Ф.», кроме того, в налоговой отчетности за <...> год информации по взаимоотношениям с организациями, номинальность которых установил суд, коллегия соглашается с выводами суда. Законность и обоснованность проведения органом следствия процессуальных действий, направленных на установление всех обстоятельств преступной деятельности ФИО1 и ФИО2 в рамках возбужденного и не оконченного производством на <...><...> года уголовного дела материалами дела подтверждена. Преступление совершено в рамках единого умысла на уклонение от уплаты налогов в пределах трех финансовых лет, что характеризует его как продолжаемого и в этой связи не требующего возбуждения нового уголовного дела.

Невозможность проведения выездной налоговой проверки за <...> года убедительно следует из показаний допрошенных сотрудников налогового органа <...> ввиду начатой проверки в пределах 3 финансовых лет в <...> году, несущественности рисков при сумме в <...> млн рублей, обстоятельств, при которых ООО «Ф,» находится в стадии ликвидации. Вопреки позиции защиты, законодателем не поставлена под запрет возможность проверки обстоятельств уклонения от уплаты налогов следственным путем. Напротив, исходя из смысла закона, доказательствами могут быть признаны, не только результаты проверки деятельности коммерческой организации, но и бухгалтерская и налоговая отчетность, декларации, заключение эксперта, иные материалы. И такие доказательства, несмотря на возражения защиты, в распоряжение суда были представлены и им оценены в полной мере.

Вопреки позиции защиты, органом следствия проведен ряд мероприятий, направленных на изобличение руководителей ООО «Ф.» в преступной деятельности в <...> году, в частности, дополнительно истребованы налоговые декларации, книги покупок и продаж, в том числе, за <...> год, осмотрена полученная на электронных носителях информация, подтверждающая отражение в налоговой отчетности аналогичных контрагентов, участвовавших в преступной схеме в <...> годах. Отсутствие оригиналов договоров и счетов фактур за <...> год, регистров налогового и бухгалтерского учета ООО «Ф.» для составления налоговых деклараций по налогу на прибыль по учетам доходов и расходов за <...> год, основанием для отмены постановленного приговора являться не может, поскольку не умаляет доказательственного значения выводов эксперта Ч.. Не поставлены под сомнение выводы суда и доводами защиты со ссылкой на неполноту предварительного следствия ввиду того, что не установлены и не допрошены руководители и сотрудники организаций-контрагентов, их бухгалтера. Сведения, подтверждающие невозможность получения данных, опровергающих фиктивность документооборота по сделкам за <...> г.г., в показаниях сотрудников налогового органа <...> содержатся.

Как это следует из материалов уголовного дела, следствием дополнительно допрошен ряд свидетелей, подтверждающих присутствие той же преступной схемы с участием ООО «Ф. и в <...> году. В частности, был допрошен свидетель Свидетель №11, показания которого (т.<...>) были оглашены судом, он подтвердил, что в <...> году САУ «<...>» и ОО «П.» продолжали взаимодействие по поставке пиломатериалов с ФИО2, свидетель Свидетель №17, будучи допрошенной дополнительно (т. <...>, показала о том, что в <...> году были заключены в лице директора ООО «Ф,» ФИО1 договоры на доставку материалов, с участием контактного лица Д., свидетель С. (т. <...>) подтвердил, что ООО «<...>», в том числе, в <...> году поставляло пиломатериалы по выставленным счетам фактурам, допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №24 (т. <...>) подтвердил, в том числе, отношения между ООО «<...>» и ООО «П.» в <...> году с участием ФИО2, контактный телефон которого <...> он записал у себя в старой записной книжке, из показаний свидетеля Н. (т.<...>), дополнительно допрошенного, видно, что он подтвердил отношения в <...> году между САУ «<...>» и ООО «П.», с которым были заключены договора поставки пиломатериалов. Согласно показаний сотрудника налогового органа <...>, ООО «Ф.» предоставило ООО «П.» займы на общую сумму <...> рублей, при этом денежные средства, поступившие в виде займа на расчетный счет ООО «П.» обналичивались, путем снятия с расчетного счета через банкоматы в <...> г.г., перечислялись в качестве погашения долга по договору с «<...>», названная сумма в <...> рублей превышает налогооблагаемую прибыль в 4 раза и указывает на отсутствие сделок. Достоверность установленных в ходе выездной налоговой проверки ООО «Ф.» обстоятельств по обналичиванию денежных средств, в том числе, посредством ООО «КС», ООО «КГ», ООО «О.» и ООО «С.», о чем свидетельствует транзитный характер движения денежных средств по счетам подконтрольных организаций и их контрагентов, не поставлена под сомнение судом, с чем коллегия соглашается, поскольку объективного подтверждения заявления защиты о реальной финансово-хозяйственной деятельности указанных организаций в распоряжение суда представлено не было.

Вопреки позиции защиты, финансовый период в три года установлен судом, как и размер налогов, образующий крупный. По смыслу примечания к ст.199 УК РФ (в редакции ФЗ № 79 от 06.04.2024 года) крупным размером в настоящей статье признается сумма налогов, сборов, страховых взносов, превышающая за период в пределах трех финансовых лет подряд восемнадцать миллионов семьсот пятьдесят тысяч рублей. Вопреки позиции защиты, судом размер, превышающий установленную законодателем сумму, установлен.

В условиях доказанности обстоятельств документального подтверждения осужденными факта осуществления финансово-хозяйственной деятельности организациями, имитирующими такие отношения в целях уклонения от уплаты НДС, с учетом увеличения при исчислении к уплате в бюджет налога на добавленную стоимость на сумму <...> рублей за 2, 4 кварталы <...> года (2 квартал – <...> рублей, 4 квартал – <...> рублей), размер исчисленного организацией размера в сумме <...> рублей суд установил правильно. При этом, вопреки позиции защиты, пределы судебного разбирательства, предусмотренные ст. 252 УПК РФ, нарушены судом не были.

Привлечение в качестве обвиняемых как ФИО1, так и ФИО2, соответствует положениям гл. 19, 23 УПК РФ. Такое решение о предъявлении обвинения с учетом, в том числе, периода неуплаты налогов за 1 и 3 кварталы <...> года, принято после проведения дополнительной судебно-налоговой экспертизы, выводы которой судом положены в основу приговора, так как сомнений в достоверности не вызывают. Суждения эксперта об уменьшении суммы налогов при исчислении к уплате в бюджет НДС при условии, что отраженные в составе исчисленного налога ООО «Ф,» в исследуемых периодах товары, как реализованные в адрес ряда номинальных организаций, фактически не реализовывались, отраженные в составе вычетов ООО «Ф.» в исследуемых периодах товары, как приобретенные у указанных организаций, фактически приобретались у лиц, не являющихся плательщиками НДС, в противоречие с иной совокупностью доказательств не вступают.

Вопреки позиции защиты, обстоятельства, при которых возбуждено уголовное дело было <...> до изменений, внесенных законодателем в примечание к ст.199 УК РФ и действующих с <...>, не могут свидетельствовать о предвзятости и необъективности органа следствия, поскольку в каждом случае обнаружения признаков преступления следователь ввиду возложенной на него ст.21 УПК РФ обязанности принимает предусмотренные законом меры по изобличению лиц, виновных в совершении преступления. Ходатайство защиты о прекращении уголовного дела в связи с декриминализацией преступного деяния было рассмотрено и обоснованно отклонено. Дана органом следствия и оценка позиции защиты о невозможности добровольного исполнения обязательств по уплате налогов за <...> г.г., такой расчет в т.<...> на л.д.<...> представлен.

Обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, в нем указано существо предъявленного обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, в том числе, сведения о том, какие конкретно нормы законодательства о налогах нарушены обвиняемыми, сроки уплаты конкретных налогов, а также, каким образом был исчислен период для определения крупного размера для целей применения ст.199 УК РФ.

Нарушений, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, по делу не установлено, в связи с чем, оснований в соответствии со ст.237 УПК РФ для возвращения дела прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению у суда не имелось. Не усматривает таких оснований и судебная коллегия. Обстоятельства, при которых уголовное дело дважды было возвращено прокурором, как и данные об обжаловании таких решений следственным органом, значимыми для дела не являются. Нарушений норм уголовно-процессуального закона и стеснения прав осужденных, в том числе, их права на защиту, ни на стадии досудебного производства, ни на стадии судебного разбирательства по уголовному делу, не допущено.

Вопреки позиции защиты, неполноты как предварительного, так и судебного следствия, не установлено. Судебное следствие проведено с соблюдением принципов уголовного судопроизводства, сторонам были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей. Из протокола судебного заседания следует, что нарушений принципа состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено, замечания стороны защиты в установленном порядке удостоверены. Ходатайства стороны защиты разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Ссылка стороны защиты на отсутствие нарушений при исчислении налога со стороны ООО «Ф.» в <...> году выводы суда о виновности осужденных под сомнение не ставит ввиду того, что по своей сути камеральная проверка не связана с углубленным изучением деятельности налогоплательщика. Камеральная налоговая проверка является простой формой текущего документального контроля за соблюдением налогового законодательства, который проводится на основе налоговых деклараций, находящихся в распоряжении налогового органа. Поэтому в отличие от выездной налоговой проверки нацелена на оперативное исправление ошибок налоговой отчетности.

Вопреки позиции защиты, допрос специалиста К. в судебном заседании не влечет сомнений в виновности осужденных. Приговор таких суждений, связанных с показаниями К. не содержит. Вместе с тем, с учетом акта выездной налоговой проверки и показаний сотрудников налогового органа, были установлены IP-адреса, совпадение которых в совокупности с рядом, иных изложенной в приговоре доказательств, подтверждает возможность отправления налоговой отчетности, в том числе, в <...> году, с участием номинальных контрагентов, а также ООО «П.».

Показания допрошенной в судебном заседании К. об обращении к ней ФИО1 в связи с выездной налоговой проверкой с просьбой об оказании помощи и оценки правильности расчета налогов, о претензиях налогового органа к бенефициару в лице ФИО2, о ее позиции относительно реальности сделок, а также показания допрошенной в судебном заседании Е. заключившей договор с ФИО1 об оказании юридических услуг по сопровождению выездной налоговой проверки ООО Ф.», о ее позиции о том, что сделки со спорными контрагентами являлись реальными, на которые в жалобе ссылалась защита, значимыми для дела не являлись. Решение налогового органа было оспорено в Арбитражном суде Омской области, в удовлетворении требований ООО «Ф.» о признании недействительным решение налогового органа, отказано.

Действиям осужденных дана правильная юридическая оценка по по п. «а» ч. 2 ст. 199 УК РФ как уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенное в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору. Вместе с тем, названная квалификации требует уточнения, исходя из периода преступной деятельности, инкриминированного осужденным, как 2018-2020 г.г., и положений ст.10 УК РФ, путем указания на редакцию названной статьи уголовного закона с изменениями, внесенными ФЗ № 79 от 18 марта 2023 года. Оснований для иной правовой оценки действий осужденных, для их оправдания либо прекращения уголовного преследования за давностью уголовного преследования, в связи декриминализацией преступного деяния, коллегия не имеет.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО2 не является субъектом преступления, предусмотренного ч.2 ст.199 УК РФ, об отсутствии в его действиях состава преступления, являлись предметом рассмотрения суда, получили надлежащую оценку в судебных решениях. Исходя из исследованных доказательств, показаний указанных выше свидетелей <...>, установлено, что ФИО1 не являлся номинальным директором, обладал полномочиями по руководству текущей деятельностью общества, при этом, наряду с ним ФИО2 фактически осуществлял также руководство деятельностью ООО «Ф.», что рядом показаний свидетелей, приведенных выше также подтверждено. Описательно-мотивировочная часть приговора содержит описание преступного деяния, совершенного по предварительному сговору группой лиц. То, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией защиты, само по себе не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда.

В соответствии со ст.307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора в отношении осужденных приведены мотивы принятого решения о назначении наказания за совершенное преступление, отнесенное законодателем к категории средней тяжести.

Судом при решении вопроса о наказании в полной мере учтены не только характер и степень общественной опасности совершенного преступления, но и данные о личности осужденных, влияние назначенного наказания на исправление каждого из осужденных и условия жизни их семей.

Наказание осужденным за совершение преступление средней тяжести назначено с соблюдением требований ст. ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности каждого, смягчающих обстоятельств, к которым суд отнес наличие малолетних детей (у ФИО2 также одного несовершеннолетнего ребенка), состояние здоровья осужденных, их близких родственников, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, частичное возмещение ущерба, благотворительная деятельность, в том числе, для целей СВО. Учел суд при назначении наказания то, что осужденные ранее не судимы, на учетах в наркологическом и психоневрологическом диспансерах не состоят, социально обустроены, характеризуются положительно. Иных обстоятельств, смягчающих наказание осужденных, в частности, ФИО2, один из детей которого, <...> г.р., в период совершения преступления также являлся малолетним, исходя из возраста ребенка на день провозглашения приговора, коллегия не находит.

Мотивы решения всех вопросов, связанных с назначением наказания, в том числе, с невозможностью применения ч.6 ст.15 УК РФ и ст.64 УК РФ, в приговоре приведены. В виде и размере своем наказание в виде лишения свободы коллегия находит справедливым, не усматривая оснований для его смягчения, в том числе, по обстоятельствам, указанным выше. Назначение осужденным наказания с применением ст.73 УК РФ стороной обвинения не оспорено. Назначение условно наказание обосновано наличием совокупности обстоятельств, признанных судом смягчающими, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, с учетом, кроме того, данных о том, что ранее они не судимы, социально обустроены. Принимает коллегия во внимание и семейное положение каждого из осужденных.

Согласно ч.3 ст.44 УПК РФ гражданский иск в защиту интересов Российской Федерации может быть предъявлен прокурором. Вопреки доводам защиты, оснований для отказа в удовлетворении иска в связи с признанием налоговым органом безнадежной к взысканию задолженности за <...> г.г. и ее списанию, как и отсутствие данных о задолженности по единому налоговому счету, рассмотрение в Арбитражном суде Омской области дела по вопросу привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО1 по обязательствам ООО "Ф,", коллегия не имеет. По смыслу положений ст.1064 УК РФ вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в его совершении. При таких данных судебная коллегия не может согласиться с мнением суда об оставлении гражданского иска прокурора о взыскании с осужденных денежной суммы в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, без рассмотрения.

Законодателем предусмотрен исчерпывающий перечень судебных решений, влекущих наступление для гражданского истца таких последствий, к которым обвинительный приговор не относится. При таких данных решение в этой части, не основанное на законе и противоречащее требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, подлежит отмене.

Принимая новое решение о признании за прокурором права на удовлетворение иска, в данном конкретном случае судебная коллегия исходит из предусмотренного законом права на обращение прокурора с иском о возмещении вреда в случае не поступления в бюджет от организации-налогоплательщика денежных сумм, связанных с уклонением от уплаты налогов, при этом принимает во внимание доказанность обстоятельств совершения осужденными преступления, за что они осуждены с установлением всех элементов состава умышленного преступления. Вместе с тем, ввиду того, что в настоящее время существует спор о размере такого возмещения, в частности, связанный с отсутствием данных, свидетельствующих о возможности либо невозможности взыскания суммы, заявленной прокурором, с ООО «Феникс», единственным учредителем которого является ФИО1 (т.<...>), об имущественном положении названного общества, что по уголовным делам названной категории подлежит безусловному учету при определении размера возмещения, коллегия находит необходимым передать на разрешение исковые требования в порядке гражданского судопроизводства. Вопросы, связанные с сохранением ареста на имущества ФИО2, судом разрешены. Повода и оснований для вмешательства в приговор в этой части судебная коллегия не имеет.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.389.20, 398.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Советского районного суда г. Омска от 05 декабря 2025 года в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить.

Считать ФИО1 и ФИО2 осужденными по п. «а» ч. 2 ст. 199 УК РФ ( редакции ФЗ № 78 от 18 марта 2023 года).

Этот же приговор в части постановленного решения об оставлении без рассмотрения гражданского иска отменить.

Признать за прокурором Омской области право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя Фоминой М.В., апелляционные жалобы адвоката Сафронова С.И. и адвоката Майстренко Д.В. без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в течение 6 месяцев со дня его провозглашения, в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи жалобы (представления) в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в г. Кемерово через суд, постановивший приговор.

Осужденные вправе участвовать в рассмотрении дела судом кассационной инстанции и пользоваться помощью защитника.

Председательствующий

Судьи