Решение № 12-26/2017 от 11 мая 2017 г. по делу № 12-26/2017

Дело №12-26/2017


Р Е Ш Е Н И Е

по жалобе на постановление

по делу об административном правонарушении

12 мая 2017 года село Карпогоры

Судья Пинежского районного суда Архангельской области Галкин С.А., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобы ФИО1 и его защитника Немова Л.А. на постановление мирового судьи судебного участка № 2 Пинежского судебного района Архангельской области от 29.03.2017, которым ФИО1 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

у с т а н о в и л:

постановлением мирового судьи судебного участка № 2 Пинежского судебного района Архангельской области от 29.03.2017 ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12. 26 Кодекса РФ об административных правонарушениях и ему назначено наказание в виде штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

Защитник Немов Л.А. не согласившись с указанным судебным постановлением обратился с жалобой, в которой просит постановление отменить, а производство по административному делу в отношении ФИО1 прекратить по основаниям п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава правонарушения, а также недоказанностью обстоятельств, на основании которых он привлечен к административной ответственности. Полагает, что мировым судьёй нарушены положения статей 1.6, 29.11 КоАП РФ касательно порядка привлечения к административной ответственности и наказанию в связи с нарушением сроков вынесения и объявления постановления по делу об административном правонарушении поскольку мотивированное постановление изготовлено 31 марта 2017 года, а направлено 04 апреля 2017 года. Нарушение срока отправления постановления свидетельствует о нарушении судом ч.1 ст. 29.11 КоАП РФ. Также в нарушении ст. 26.11 КоАП РФ судом дана ошибочная оценка доказательствам. Одни доказательства суд принял за достоверные, а к другим - показаниям свидетеля Щ. - отнесся критически. При этом суд не сделал анализ, не дал оценку причин признания достоверными одних доказательств и исключения других. При этом показания свидетеля Щ. соответствуют требованиям ст.ст. 26.1, 26.2 КОАП РФ, согласуются с показаниями свидетелей И. и С., пояснениями Земцовскогого (по месту произошедшего события, расположению автомобиля, отсутствию Алкотектора и другим). Пояснения Земцовского последовательны на протяжении длительного рассмотрения дела, взаимодополняют друг друга, подтверждены показаниями свидетелей И., С., Щ., самих сотрудников ДПС по месту произошедшего события на стоянке, а не на проезжей части, как указывали сотрудники ДПС, расположению автомобиля, отсутствию Алкотектора, не разъяснению установленного законом порядка освидетельствования на месте и другим. Показания сотрудников ДПС напротив не последовательны, опровергают составленные самими же сотрудниками административные материалы - протоколы, рапорт, объяснения понятых, свидетельствуют о нарушении должностными лицами установленного законом порядка направления Земцовского на медицинское освидетельствование, а также порядок проведения освидетельствования на месте. Показания сотрудников ДПС, сведения в составленных ими документах, опровергаются показаниями понятых, Щ., другими материалами дела, в частности о том, что Земцовскому не предлагалось пройти освидетельствование на месте с использованием технического средства «ЮПИТЕР» и запечатанной трубки. При таких обстоятельствах мировой судья нарушил, закрепленный в части 3 статье 123 Конституции РФ принцип равноправия сторон. Судьей сделан необоснованный, ошибочный, не основанный на законе вывод, что сотрудниками ДПС не нарушен порядок направления Земцовского на медицинское освидетельствование. Из показаний свидетелей И. и С., Щ., Б. и К., протоколов, акта освидетельствования следует, что сотрудники ДПС грубо нарушили порядок проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте, в связи с чем у них не было законных оснований направления Земцовского на медицинское освидетельствование, а именно: у сотрудников ДПС отсутствовал Алкотектор, сотрудники ДПС не разъяснили при понятых Земцовскому порядок прохождения освидетельствования на месте, а в своем рапорте и объяснениях понятых сотрудники ДПС зафиксировали не соответствующие действительности сведения с целью придания законности административных процедур, проводимых ими, а именно то, что предложили Земцовскому пройти освидетельствование на месте с применением технического средства - «ЮПИТЕР» и запечатанной трубки. Своими незаконными действия сотрудники ДПС нарушили требования части 6 ст. 27.12 КоАП РФ, пункта 10 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.06.2008 № 475, пунктов 130, 131, 132 Приказа МВД РФ №185 от 02.03.2009 «Об утверждении Административного регламента МВД...», а именно, что установленный законом порядок прохождения освидетельствования на месте сотрудниками ДПС нарушен, что выразилось, в том числе, что перед освидетельствованием на состояние алкогольного опьянения сотрудники ДПС не проинформировали в присутствии понятых освидетельствуемого водителя ТС о порядке освидетельствования с применением технического средства измерения. Таким образом, установленных законом оснований для направления Земцовского на медицинское освидетельствование у сотрудников ДПС не было, соответственно их действия по направлению его на такое освидетельствование не являлись законными и обоснованными. Соответственно в действиях Земцовского отсутствует состав административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ.

ФИО1 не согласившись с вышеуказанным постановлением мирового судьи, обратился с жалобой, в которой просит указанное постановление отменить и прекратить административное дело ввиду его незаконности, необоснованности и вынесенным с грубейшими нарушениями норм материального и процессуального права, по следующим основаниям. Считает, что вывод мирового судьи о том, что сотрудники ДПС не нарушили порядок направления на медицинское освидетельствование, противоречит материалам дела и действующему законодательству. Так, свидетель Щ. показал, что автомобиль Земцовского находился на стоянке в выключенном состоянии задом к стене магазина «...». На месте Земцовского на состояние алкогольного опьянения с использованием технических средств измерения (Алкотектора) не освидетельствовали, поскольку у сотрудников ДПС не было Алкотектора, о чем те сами и сказали. При этом понятых не было. Понятые появились через 40-60 минут и расписались в бланках. Пояснения и замечания Земцовского об отказе от освидетельствования на месте, в связи с отсутствием Алкотектора, сотрудники ДПС в документы вносить не стали. Ему были вручены протокол об отстранении от управления транспортным средством и Акт освидетельствования. От освидетельствования в наркологическом диспансере он отказался, так как он не был освидетельствован должностным лицом на состояние алкогольного опьянения с использованием технических средств измерения и законных оснований для прохождения медицинского освидетельствования не было. Он сотрудникам ДПС сообщал, что автомобилем не управлял. Допрошенные в суде свидетели - понятые И. и С. также подтвердили, что когда сотрудники ДПС пригласили их в качестве понятых, то он уже находился в патрульном автомобиле. Его же автомобиль стоял на стоянке (парковке) задом к магазину «...». Понятые прибора Алкотектор не видели.

Он пояснял суду, что на месте сотрудники ДПС его на состояние алкогольного опьянения с использованием технических средств измерения, обеспечивающих запись результатов исследования на бумажном носителе, не освидетельствовали, поскольку у них не было Алкотектора. Сотрудники ДПС сразу сказали, что повезут его в наркологический диспансер на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. На данное предложение он сказал, что, так как согласен с тем, что находится в состоянии алкогольного опьянения, то готов (согласен, не против) пройти медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте и попросил предоставить для этого соответствующее техническое средство измерения. На его предложение сотрудники ДПС пояснили, что Алкотектора у них нет. В связи с этим провести процедуру освидетельствования на месте они не имеют возможности, и поэтому сейчас оформят документы - Акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в котором укажут, что якобы он отказался от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте и повезут его в наркологический диспансер. Он ответил, что не поедет в наркологический диспансер на медицинское освидетельствование, так как законных оснований для прохождения медицинского освидетельствования нет в связи с отсутствием соответствующего технического средства измерения для прохождения освидетельствования.

В Акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения отсутствуют сведения о приборе - Алкотектор, что также объективно подтверждает, что такое освидетельствование сотрудниками ДПС ГИБДД не предлагалось и не проводилось в установленном законом порядке, и перед началом освидетельствования не разъяснялся порядок его проведения.

Таким образом, считает, что сотрудниками ДПС нарушены требования ч.6 ст.27.12 КоАП РФ, п.10 Правил освидетельствования, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.06.2008 № 475. Установленных законом оснований для направления его на медицинское освидетельствование у сотрудников ДПС не было, соответственно их действия по направлению его на такое освидетельствование не являлись законными и обоснованными. Протокол о направлении на медицинское освидетельствование составлен с нарушением действующего законодательства, в связи с чем является недопустимым доказательством по делу. Мировой судья необоснованно принял во внимание одни доказательства и критически отнесся к другим; имеет место ошибочное, не основанное на нормах ст. 26.11. КоАП РФ, оценочное мнение судьи, когда одни доказательства признаны достоверными и положены в основу решения, а другие игнорируются, признаются недостоверными.

Судья не принял как достоверные показания свидетеля Щ., указав, что они опровергаются совокупностью представленных по делу доказательств, сделал вывод о том, что общие обстоятельства описываемого свидетелем события правонарушения совпадают с позицией Земцовского. Из материалов дела следует, что с его позицией совпадают не только показания Щ., но и показания понятых С. и И., которые при тех же условиях признаны судом достоверными. После допросов в суде Щ., понятых и сотрудников ДПС очевиден тот факт, что административные протоколы, рапорта сотрудников ДПС, объяснения понятых содержат недостоверные сведения (не соответствуют фактическим обстоятельствам дела) и не могут быть положены в основу судебного решения. Из материалов дела, отлично от мнения мирового судьи, объективно следует, чтопоказания сотрудников ДПС не последовательны и не согласуются с материаламидела. Не согласен с выводом мирового судьи о том, что не точное указание места совершение правонарушения не влечет недействительность протокола, в связи с несущественностью этого недостатка и восполнением его в суде при рассмотрении дела по существу.

Кроме того, у понятых И. и С. не выяснен вопрос: сколько времени понятые находились на месте оформления административного материала. Соответственно данное сомнение возможно устранить либо дополнительным допросом понятых, либо истолковать сомнение в пользу Земцовского. Согласно его пояснениям, показаниям свидетеля Щ. - понятые появились примерно через 40-60 минут после начала фактического отстранения Земцовского от управления автомобилем. И после того, как Земцовский выяснил, что Алкотектер у сотрудников ДПС отсутствует, понятые расписались в административных документах.

Не допрошен в качестве свидетеля дежурный полиции С., якобы направивший сотрудников ДПС по сообщению гражданина в <адрес>. Не истребована в ОМВД, где дежурный полиции С. принял сообщении о правонарушении в отношении ФИО1 Книга учета заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях и Журнала учета сообщений за 13 августа 2016 года, для обозрения в судебном заседании с целью установления наличия сообщения и указанных в нём обстоятельств о необходимости задержания автомобиля ФИО1

Обозрением КУСП и ЖУИ будет возможным установить лицо, сообщившее об управлении Земцовским автомобилем с признаками алкогольного опьянения. После установления данного лица появится возможность допросить его в целях выяснения всех обстоятельств дела, восстановления объективной картины происшедшего и в итоге к установлению истины по делу, что и является задачей производства по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 24.1 КоАП РФ.

Не рассмотрение и не разрешение мировым судьёй удовлетворенного и приобщенного к материалам дела в полном объеме ходатайства, а также жалобы на постановление по делу об административном правонарушении, в полном объеме ухудшает его положение как лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, соответственно все невыясненные обстоятельства указанные в ходатайстве, а также удовлетворенной жалобе на постановление по делу об административном правонарушении подлежат установлению в полном объеме, либо должны быть признаны судом неустранимыми сомнениями в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, и толковаться его в пользу согласно ч.4 ст. 1.5 КоАП РФ. Следовательно, в его действиях отсутствует состав административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.26 КоАП РФ.

ГИБДД УМВД по г.Старый Оскол надлежащим образом о времени и месте судебного заседания извещено.

ФИО1 и его защитник Немов Л.А. поддержали жалобы по изложенным в них основаниям.

Проверив дело в полном объеме, рассмотрев доводы жалоб, выслушав объяснения ФИО1 и его защитника, считаю, что оснований для удовлетворения жалоб не имеется в силу следующего.

В соответствии с ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объёме.

В соответствии с п. 4 ст. 22 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации устанавливается Правилами дорожного движения, утверждаемыми Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 утверждены Правила дорожного движения Российской Федерации, которые в силу п.1.3 подлежат обязательному соблюдению участниками дорожного движения.

Транспортное средство отнесено ст. 1079 ГК РФ к источнику повышенной опасности. Управление транспортным средством в состоянии опьянения является грубым нарушением правил безопасности движения, поэтому пунктом 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ) водителю запрещено управлять транспортным средством в состоянии опьянения.

Пунктом 2.3.2 ПДД РФ установлена обязанность водителя по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования обусловлено правами должностных лиц полиции, предусмотренными ст. 13 Федерального Закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», согласно которой указанные лица вправе направлять и (или) доставлять на медицинское освидетельствование в соответствующие медицинские организации граждан для определения наличия в организме алкоголя или наркотических средств, если результат освидетельствования необходим для подтверждения либо опровержения факта административного правонарушения, для объективного рассмотрения дела об административном правонарушении, а также проводить освидетельствование указанных граждан на состояние опьянения в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Ответственность за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения закреплена в части 1 статьи 12.26 КоАП РФ и состоит в наложении на водителя административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, является формальным, объективная сторона данного правонарушения выражается в отказе выполнить законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения при наличии признаков алкогольного опьянения у водителя транспортного средства, независимо от его трезвого или нетрезвого состояния.

Из материалов дела следует, что 13 августа 2016 года в отношении ФИО1 инспектором ДПС ОГИБДД УМВД России по г.Старый ФИО2 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ.

По результатам рассмотрения протокола об административном правонарушении и материалов дела мировым судьей судебного участка №2 Пинежского судебного района Архангельской области вынесено обжалуемое постановление. При рассмотрении дела установлено, что 13 августа 2016 года около 20.10 часов ФИО1, управляя а\м «ХЕНДАЙ ix55» гос. рег. знак <...> у дома №*** на <адрес> Старооскольского района Белгородской области, будучи с признаками алкогольного опьянения (запах алкоголя изо рта), отказался от прохождения освидетельствования на состояние опьянения, после чего в 21. 00 час. не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, т.е. своими действиями совершил административное правонарушение, предусмотренное частью 1 статьи 12. 26 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

В ходе производства по делу об административном правонарушении ФИО1 ссылается на то, что в вечернее время 13 августа 2016 года транспортным средством не управлял, автомобиль стоял на стоянке возле торгового центра. А когда он подошел к автомашине, к нему подъехали сотрудники ДПС. При этом не оспаривает, что в момент его задержания находился в состоянии опьянения, поскольку употреблял пиво с другом и отказался от прохождения медицинского освидетельствования, поскольку сотрудниками ДПС был нарушен порядок прохождения освидетельствования, у них не было Алкотектора и ему сразу было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Кроме того, имеющимся в деле доказательствам мировым судьей дана ненадлежащая оценка.

В силу ст. 26.1 КоАП РФ наличие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, относятся к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения дела и подлежащим выяснению по делу об административном правонарушении.

Указанные обстоятельства устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными КоАП РФ, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (ст. 26.2 КоАП РФ).

В соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ судья, члены коллегиального органа, должностное лицо, осуществляющие производство по делу об административном правонарушении, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

В соответствии с частью 4 статьи 1.5 КоАП РФ неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Вопреки доводам подателей жалоб, правильность выводов мирового судьи о событии административного правонарушения и виновности ФИО1 в его совершении подтверждается представленными по делу доказательствами, которые являются достаточными, чтобы исключить какие-либо сомнения в виновности ФИО1 в совершении вмененного ему административного правонарушения.

13 августа 2016 года инспектором ДПС взвода ОР ДПС ГИБДД УМВД по г.Старый Оскол лейтенантом полиции К. был составлен рапорт о том, что на маршруте несения службы совместно с лейтенантом полиции Б., был задержан ФИО1, который с признаками алкогольного опьянения управлял автомобилем «ХЕНДАЙ ix55» гос. рег. знак <...>. ФИО1 в присутствии двух понятых были разъяснены права и предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте с использованием прибора Алкотектор Юпитер, на что последний отказался. После чего ему было предложено пройти медицинское освидетельствование в наркологическом диспансере г.Старый Оскол, на что он также ответил отказом. В отношении ФИО1 был составлен административный материал по ч.1 ст.12.26 КоАП РФ.

При рассмотрении протокола об административном правонарушении К., будучи допрошенным в качестве свидетеля, подтвердил факт управления ФИО1 автомобилем с признаками алкогольного опьянения. Из его показаний следует, что когда они приехали к магазину для проверки информации покупателя, увидели, что на парковочной стоянке стоит автомобиль белого цвета с включенными фарами и работающим двигателем. В нем сидел ФИО1 и еще один человек. Автомобиль был припаркован, поэтому они остановились примерно в 150 м от него и решили подождать, когда он поедет. Примерно через 10 минут, автомобиль под управлением ФИО1 начал движение по парковочной площадке и остановился при выезде на дорогу. Они подъехали к нему. Из полости рта Земцовского исходил запах спиртного, последний пояснил, что он не местный, отдыхал у друга в <адрес>, отдал водительское удостоверение. После чего в присутствии понятых Земцовский был отстранен от управления автомобилем. От прохождения освидетельствования на месте и в наркологическом диспансере Земцовский отказался. При этом ФИО1 не оспаривал, что автомобилем управлял он, не заявлял ходатайств о допросе находившегося в его автомашине пассажира, со всем соглашался. На месте были составлены протокол об отстранении ФИО1 от управления ТС, акт освидетельствования, протокол о направлении на медицинское освидетельствование, протокол задержания ТС, отбирались объяснения у понятых, а также был составлен протокол об административном правонарушении. Все это происходило на стояночной площадке при выезде на <адрес> Старооскольского района возле магазина «...», расположенного по адресу: <адрес>. При этом, когда в отношении Земцовского начали составлять документы, он стал отрицать факт управления автомобилем, кто управлял, также не называл.

Показания свидетеля К. об обстоятельствах административного правонарушения подтвердил свидетель – инспектор ДПС ОР ДПС ГИБДД УМВД России по г.Старому ФИО3.

Из объяснений в качестве свидетелей С. и И., которые являлись понятыми при составлении процессуальных документов в отношении ФИО1, следует, что в их присутствии ФИО4 были разъяснены права, которые ему были понятны и от услуг защитника он отказался. После чего ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством, и ему было предложено пройти освидетельствование на состояние опьянения с помощью прибора Юпитер, на что тот отказался. После чего ему было предложено проследовать в наркологический диспансер г.Старый Оскол для прохождения медицинского освидетельствования на что тот также ответил категорическим отказом.

При допросе указанных свидетелей мировым судьей они указанные выше обстоятельства подтвердили, при этом дополнили, что по виду ФИО1 был в нетрезвом виде, из его полости рта исходил запах спиртного, была заторможенная, путанная речь, поведение не соответствовало обстановке, он не реагировал на замечания сотрудников ДПС. Земцовскому в патрульной автомашине было предложено пройти освидетельствование на состояние опьянения, на что он отказался и пытался выйти из машины, взяв с собой документы. Ему предложили проехать в наркологический диспансер. Он стал говорить, что автомобилем не управлял. В их присутствии были составлены протоколы, взяты письменные объяснения, вызван эвакуатор. На ФИО1 никакого давления не оказывалось. Прибор Алкотектор они не видели.

Рапорт инспектора К., показания в качестве свидетелей инспекторов К. и Б., понятых С. и И., другие материалы проверки, включая определение о передаче дела об административном правонарушении мировому судье по подведомственности, протокол об отстранении от управления транспортным средством №*** от 13.08.2016, акт медицинского освидетельствования №*** от 13.08.2016, протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения <...> №***, протокол о задержании транспортного средства <...> №***, объяснения понятых в качестве свидетелей, протокол об административном правонарушении <...> №*** (л.д.2,3,5,6,7,8,9,10,11), которые представлены в материалах дела и исследованы при рассмотрении жалобы, прилагались к протоколу об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ как доказательственная база по делу.

Все документы составлены уполномоченным на то лицом в соответствии с нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и отнесены ст.26.2 КоАП РФ к числу доказательств по делу об административном правонарушении.

Указанные выше свидетели при даче показаний были предупреждены об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ за дачу заведомо ложных показаний.

Данных о какой-либо заинтересованности сотрудников полиции, находящихся при исполнении служебных обязанностей, либо названных свидетелей –понятых в исходе дела, их предвзятости к ФИО4 или допущенных ими злоупотреблениях по делу не установлено, оснований ставить под сомнение факты, указанные должностными лицами в составленных ими документах, подвергать сомнению их показания в суде, не имеется.

Указанные доказательства получили оценку на предмет допустимости, достоверности и достаточности в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ. Оснований сомневаться в достоверности и допустимости данных доказательств не имеется, в связи с чем мировой судья правомерно положил их в основу принятого решения.

Как следует из представленных материалов, в протоколе об административном правонарушении, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и об отстранении от управления транспортным средством, в акте освидетельствования на состояние опьянения, ФИО4. указан как лицо, управляющее транспортным средством. ФИО1 не выразил каких-либо замечаний относительно содержания процессуальных документов.

Из представленных материалов, в частности из протокола о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование, следует, что основанием для применения к нему данной меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении послужило отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, что согласуется с требованиями пункта 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.06.2008 № 475.

После выявления признаков опьянения ФИО1 в присутствии двух понятых был отстранен от управления транспортным средством и ему инспектором ДПС предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения.

Однако ФИО1 в присутствии двух понятых отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, после чего был направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, от прохождения которого также отказался, что подтверждается названным выше протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Совершенные инспектором ДПС процессуальные действия согласуются с требованиями п. 10 и 11 названных выше Правил.

Требование инспектора ДПС о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения являлось законным, поскольку имелись достаточные основания полагать, что ФИО1 управлял транспортным средством и находился в состоянии опьянения ввиду наличия у него внешних признаков опьянения (запах алкоголя изо рта, поведение, не соответствующее обстановке, нарушение речи), отказался от освидетельствования на месте, а потому не может быть принят во внимание довод жалоб заявителей о том, что основания для направления его на медицинское освидетельствование отсутствовали.

От подписи в составленных инспектором ДПС К. протоколах об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и в акте освидетельствования ФИО1 в присутствии двух понятых отказался, каких-либо объяснений относительно события вмененного административного правонарушения не давал, о чем в указанных процессуальных документах имеются соответствующие записи и что согласуется с требованиями ч. 5 ст. 27.12, ч. 5 ст. 27.12.1, ч. 6 ст. 27.13 и ч. 5 ст. 28.2 КоАП РФ.

Довод ФИО1 о том, что была нарушена процедура освидетельствования, так как освидетельствование на месте ему никто не предлагал, не может быть принят во внимание исходя из следующего. Учитывая, что в протоколах об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством и о направлении на медицинское освидетельствование имеются записи о присутствии понятых, указаны данные личностей и имеются их подписи, нет оснований полагать, что понятые фактически не присутствовали. Кроме того, понятые И. и С. допрошенные при рассмотрении дела мировым судьей в судебном заседании в качестве свидетелей, подтвердили, что в их присутствии сотрудники ДПС предлагали пройти ФИО1 освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, однако последний от прохождения данного вида освидетельствования отказался.

Более того, протоколы об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством и направлении на медицинское освидетельствование составлены в соответствии с правилами ст. 28.2, ст. 27.12 КоАП РФ, уполномоченным должностным лицом, в присутствии двух понятых, которые своими подписями удостоверили правильность оформления и достоверность содержания протоколов. Каких-либо процессуальных нарушений при составлении указанных протоколов не установлено.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 г. № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что основанием привлечения к административной ответственности по статье 12.26 КоАП РФ является зафиксированный в протоколе об административном правонарушении отказ лица от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, заявленный как непосредственно должностному лицу Государственной инспекции безопасности дорожного движения, так и медицинскому работнику. В качестве отказа от освидетельствования, заявленного медицинскому работнику, следует рассматривать не только отказ от медицинского освидетельствования в целом, но и отказ от того или иного вида исследования в рамках медицинского освидетельствования.

О соблюдении установленного порядка направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, в частности, свидетельствует наличие двух понятых при составлении протокола о направлении на такое освидетельствование.

В случае отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения сотрудником полиции составляется самостоятельный процессуальный документ - протокол об административном правонарушении, в котором находит отражение состав административного правонарушения, названный в статье 12.26 КоАП РФ.

В силу п. 1 ч. 2 ст. 28.3 КоАП РФ должностные лица органов внутренних дел (полиции) вправе составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

То обстоятельство, что в своих показаниях понятые показали, что не видели прибор Алкотектор, не подтверждает довод подателя жалобы, что ему не предлагалось пройти освидетельствование на месте. Поскольку в данном случае ФИО1 был заявлен отказ от прохождения освидетельствования по основаниям, не связанным с процедурой его проведения, необходимости в выполнении требований п. 132 Административного регламента не имелось.

Данный вывод согласуется с правовой позицией, изложенной в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.10.2006 № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», согласно которой обстоятельством, влекущим для водителя негативные последствия, является именно отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, который может быть заявлен не только непосредственно должностному лицу, уполномоченному на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, но и медицинскому работнику.

При таких обстоятельствах не может быть принят во внимание довод жалобы ФИО1 о том, что ему не предлагалось пройти освидетельствование на месте, в связи с чем не было оснований для направления его на медицинское освидетельствование, поэтому нарушен порядок прохождения освидетельствования.

В п. 18 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что нарушением, влекущим невозможность использования доказательств, может быть признано, в частности, получение объяснений потерпевшего, свидетеля, лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, которым не были предварительно разъяснены их права и обязанности, предусмотренные частью 1 статьи 25.1, частью 2 статьи 25.2, частью 3 статьи 25.6 КоАП РФ, статьей 51 Конституции Российской Федерации, а свидетели, специалисты, эксперты не были предупреждены об административной ответственности соответственно за дачу заведомо ложных показаний, пояснений, заключений по статье 17.9 КоАП РФ, а также существенное нарушение порядка назначения и проведения экспертизы.

Все совершенные инспектором ДПС К. в отношении ФИО1 процессуальные действия проведены в соответствии с действующим законодательством и сомнений в законности и обоснованности не вызывают, а составленные процессуальные документы соответствуют требованиям норм КоАП РФ. Каких-либо существенных нарушений закона при составлении процессуальных документов, которые являлись бы основанием для признания их недопустимыми доказательствами, допущено не было.

В соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств мировым судьей установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные статьей 26.1 данного Кодекса.

Утверждение ФИО1 о том, что указанным транспортным средством он не управлял, своего подтверждения не нашло.

Доводы жалобы направлены на переоценку установленных по делу фактических обстоятельств, противоречат совокупности собранных по делу доказательств, обоснованно отвергнуты мировым судьей по основаниям, изложенным в обжалуемом постановлении, и не ставят под сомнение наличие в действиях ФИО1 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

При рассмотрении дела об административном правонарушении мировым судьей установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения и сделан правильный вывод о том, что ФИО1 управляя транспортным средством при наличии признаков алкогольного опьянения, будучи остановленный сотрудником полиции, отказался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, то есть не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем совершил правонарушение, предусмотренное частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ.

Материалы дела свидетельствуют, что рассмотрев протокол об административном правонарушении, мировой судья не допустил нарушения процессуальных требований и принципа равноправия сторон, правильно организовал и провел судебное разбирательство, создал лицам, участвующим в деле, необходимые условия для реализации ими своих процессуальных прав. Всесторонне, полно и объективно выяснил обстоятельства, подлежащие в силу статьи 26.1 КоАП РФ выяснению по делу об административном правонарушении.

Оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 26.11 КоАП РФ на основании всестороннего, полного и объективного исследования всех доказательств дела в их совокупности, изложил в постановлении мотивы, по которым одни доказательства положил в основу принятого решения, а другие отверг как недостоверные.

Соблюдение процессуального требования о всестороннем, полном и объективном выяснении обстоятельств не означает, что результат судебного разбирательства должны непременно соответствовать целям и интересам лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

По существу доводы жалобы защитника Немова Л.А. и привлеченного к административной ответственности ФИО1 сводятся к иной, чем у мирового судьи оценке доказательств, исходя из правовой позиции лица, привлекаемого к ответственности, и оспаривания правильности выводов мирового судьи об установленных им обстоятельствах по делу. Однако приведенные в жалобе доводы не могут служить основанием для отмены постановления, так как они не свидетельствуют о несоответствии выводов мирового судьи о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Изложенные в жалобах доводы, были предметом судебного исследования мировым судьей при рассмотрении дела об административном правонарушении, и они получили надлежащую и правильную оценку.

При производстве по делу об административном правонарушении сроки привлечения к административной ответственности на дату рассмотрения дела мировым судьей не истекли. Дело об административном правонарушении рассмотрено также в соответствии с подведомственностью, установленной частью 1 статьи 23.1 КоАП РФ. Наказание назначено с соблюдением требований статьи 4.1 КоАП РФ, в пределах санкции ч.1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в минимальном размере.

Принципы презумпции невиновности и законности, закрепленные в ст. ст. 1.5, 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, соблюдены. Вопреки доводам жалобы, в оспариваемом постановлении мировой судья не презюмировал виновность ФИО1, а исходил из того, что она установлена совокупностью представленных доказательств.

Нарушений норм процессуального закона при производстве по делу об административном правонарушении допущено не было, нормы материального права применены правильно.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения состоявшегося по делу об административном правонарушении постановления по доводам, изложенным в жалобах, не имеется.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении выносится решение об оставлении постановления без изменения, а жалобы без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь п.1 ч.1 ст. 30.7 КоАП РФ, судья

р е ш и л:

постановление мирового судьи судебного участка № 2 Пинежского судебного района Архангельской области от 29 марта 2017 года - оставить без изменения, а жалобы ФИО1 и его защитника Немова Л.А. - без удовлетворения.

Судья С.А.Галкин