Приговор № 1-102/2023 от 5 декабря 2023 г. по делу № 1-102/2023

№ 1-102/2023

УИД 10RS0001-01-2023-000488-93


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Беломорск 6 декабря 2023 года

Беломорский районный суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Бурой В.Р.,

при секретаре Некрасовой А.Н.,

с участием государственного обвинителя Галанина П.П.,

потерпевшей Б.В.А.,

подсудимого К.В.Ю.

защитника-адвоката А.О.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

К.В.Ю., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> АССР, гражданина РФ, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, <данные изъяты>, ранее не судимого;

в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ задержанного ДД.ММ.ГГГГ, под стражей не содержавшегося,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

у с т а н о в и л:

К.В.Ю. в период с 17 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ до 13 часов 27 минут ДД.ММ.ГГГГ, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, в ходе конфликта с Д.В.А. и сложившимися в связи с этим к ней личными неприязненными отношениями, имея умысел на причинение Д.В.А. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, осознавая, что нанесение ударов в жизненно-важные органы, а именно в голову потерпевшей, может причинить тяжкий вред ее здоровью, понимая и желания этого, осознавая, что совершает общественно-опасное деяние, в результате которого могут наступить общественно-опасные последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей, допуская их наступление, но не предвидя, что в результате его действий может наступить смерть потерпевшей Д.В.А., хотя должен был и мог предвидеть наступление таковых последствий, проявляя в этой части неосторожность в форме преступной небрежности, с целью причинения Д.В.А. телесных повреждений, умышленно нанес ей не менее двух ударов руками по голове, а также осуществил захват своей рукой потерпевшей, придавливая ее рукой в области шеи и грудной клетки к дивану, установленному в квартире, причинив своими действиями Д.В.А.:

- тупую травму головы: субдуральую гематому в объеме 150-200 мл (по клиническим данным) по конвексу правого полушария, кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут головы в правой височной области, кровоподтек в области левого глаза, квалифицированную судебно-медицинским экспертом как тяжкий вред здоровью по признаку опасного для жизни человека, состоящую в прямой причинной связи с наступлением смерти;

- кровоподтеки на шее и грудной клетке, квалифицированные судебно-медицинским экспертом как телесные повреждения, не причинившие вред здоровью.

ДД.ММ.ГГГГ в результате полученной закрытой черепно-мозговой травмы, осложнившейся отеком и дислокацией головного мозга, наступила смерть Д.В.А. в ГБУЗ РК «Беломорская центральная районная больница» по адресу: <адрес>.

В судебном заседании подсудимый К.В.Ю. вину в совершении инкриминируемого ему преступления признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ.

На основании п.3 ч.1 ст. 276 УПК РФ оглашались его показания, данные в ходе следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого (том 2 л.д.21-26, 49-51, 60-66, 74-79), согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он находился в доме, расположенном по адресу: <адрес> вместе с Д.В.А. После распития спиртного между ними произошел конфликт, после которого он решил пойти в гараж. Д.В.А. направилась за ним, стала его оскорблять, после чего он стал к ней поворачиваться, и во время поворота нанес ей удар локтем в голову, от которого она присела на диван в коридоре. Затем он почувствовал резкую боль в области паха и понял, что Д.В.А. нанесла ему удар ногой. Он повернулся к ней, она продолжала сидеть на диване, и кистью правой руки придавил ее в области шеи и груди к дивану, и нанес ей несколько ударов (около трех) кулаком левой руки в боковую часть головы справа. После нанес ей еще несколько ударов кулаком левой руки по телу, затем свои действия прекратил. Д.В.А. встала с дивана и ушла из квартиры в сторону реки. Через некоторое время он увидел, что она находится рядом с домом, подошел к ней, на лице у нее был кровоподтек. Он принес ей свои извинения. Так как Д.В.А. отказалась их принять, он ушел в гаража, где остался спать. Утром 16 июля он направился в квартиру, на полу веранды обнаружил Д.В.А., разбудил ее, потом вернулся в гараж. Там увидел М.М.И., они вместе распивали спиртное, потом к ним пришел Ф.А.М., который привез им еще спиртного. После они разошлись. Около 20 часов он (К.В.Ю.) вышел из гаража, в огороде обнаружил Д.В.А., лежащую на земле лицом вниз, поднял ее и подтянул к входу в дом. В этот момент увидел М.М.И. и попросил того ему помочь. Они вместе подняли Д.В.А., занесли в дом и положили на пол веранды. М.М.И. ушел, а он оттащил Д.В.А. в комнату, там поднял ее на диван и лег спать. Утром 17 июля, когда проснулся, Д.В.А. лежала на диване. Он ушел на работу, а когда он вернулся домой около 12 часов, она лежала без сознания на полу. Ему стало понятно, что с Д.В.А. что-то не так, поэтому он позвонил ее дочери Б.В.А. и попросил прийти. Б.В.А., придя к ним домой, вызвала скорую, Д.В.А. увезли в больницу, где 3 августа она умерла от полученной травмы головы. В содеянном раскаивается, убивать Д.В.А. не хотел.

После оглашения указанных показаний подсудимый К.В.Ю. их содержание подтвердил, пояснил, что до того, как Д.В.А. его ударила в пах, он ее оттолкнул локтем на диван. От удара в пах он испытал сильную физическую боль, но нанес удары Д.В.А. после этого удара не сразу, а тогда, когда его отпустила боль. Он находился в состоянии алкогольного опьянения, однако оно не повлияло на совершение им преступления. ДД.ММ.ГГГГ скандал произошел на почве ревности, ранее такие скандалы происходили на протяжении трех лет.

Помимо признательных показаний подсудимого его вина К.В.Ю. в совершении инкриминируемого ему преступления, подтверждается исследованными в ходе судебного следствия доказательствами.

Показаниями потерпевшей Б.В.А., данными в судебном заседании, согласно которым Д.В.А. приходилась ей матерью. ДД.ММ.ГГГГ ее мать приходила к ней домой, сказала, что К.В.Ю. выгнал ее из дома. Они вместе пошли к ней домой. Так как К.В.Ю. дома не оказалось, Д.В.А. осталась в доме. Позднее в тот же день она (Б.В.А.) звонила своей матери, но телефон оказался выключенным. ДД.ММ.ГГГГ около 10 часов 50 минут ей позвонил К.В.Ю., попросил прийти к ним домой, сказал, что с матерью что-то не то. Она пришла домой к матери, увидела, что та лежит на полу в комнате, полубоком. Спросила у К.В.Ю., что произошло. Он сказал, что ничего не знает, поскольку был в <адрес> и отрицал свою причастность к произошедшему до того момента, как был задержан сотрудниками полиции. Она попросила помочь поднять мать на кровать, затем вызвала скорую помощь, которая увезла Д.В.А. в больницу, где 3 августа последняя умерла. Видела, что у матери был кровоподтек под правым глазом и две ссадины на спине. Между ее матерью и К.В.Ю. часто происходили конфликты, когда они выпивали, в ходе которых К.В.Ю. выгонял ее из дома. Охарактеризовать свою мать может как не конфликтного человека.

Заявленный на следствии гражданский иск на сумму <данные изъяты> рублей поддержала, пояснила, что смертью матери ей были причинены моральные страдания, поскольку она потеряла близкого ей человека.

Показаниями свидетеля М.М.И. данными в судебном заседании и оглашенными на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ, (том 1 л.д.130-133), согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он распивал спиртное вместе с К.В.Ю., также к ним приходил Ф.А.М.. Позднее он проходил мимо дома, где проживали К.В.Ю. и Д.В.А., увидел Д.В.А., лежащую на земле в огороде. Он спросил у К.В.Ю., что произошло с ФИО1, на что тот ему ответил, что она лежит пьяная и попросил помочь ему занести ее в дом. В доме они положили Д.В.А. на пол в прихожей, при этом на предложение занести Д.В.А. в комнату, К.В.Ю. ответил отказом. Больше он (М.М.А.) ее не видел. Позднее узнал, что она в больнице. Охарактеризовал погибшую положительно.

Показаниями свидетеля Ф.А.М., данными в судебном заседании и оглашенными на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ (том 2 л.д.142-144), согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он по просьбе К.В.Ю. привез последнему и М.М.И., которые находились в гараже у дома по адресу: <адрес> посад, <адрес>, спиртное, немного выпил с ними. Он не хотел при этом, чтобы Д.В.А. ругалась на них, но К.В.Ю. сообщил, что она не придет, поскольку лежит на пороге в состоянии алкогольного опьянения. Д.В.А. в тот день он не видел. Через несколько дней узнал, что ее увезли на «скорой».

Показаниями свидетеля Ц.А.В., оглашенными на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ (том 1 л.д.145-148), согласно которым ДД.ММ.ГГГГ около 18 часов она проезжала недалеко от дома по адресу: <адрес>А, где проживала Д.В.А. Видела, что последняя шла от своего огорода в сторону дома шаткой походкой. Ей показалось, что Д.В.А. была в неадекватном состоянии.

Показаниями свидетеля П.А.В., оглашенными на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ (том 1 л.д.149-151), согласно которым она работает фельдшером скорой помощи ГБУЗ «Беломорская ЦРБ». ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов 27 минут диспетчеру скорой помощи поступил вызов о том, что по адресу: <адрес> без сознания находится Д.В.А. Приехав на место, увидела в комнате на диване без сознания находилась Д.В.А. Также в квартире находились ее дочь и сожитель. Он пояснил, что приехал в поселок, обнаружил Д.В.А. в огороде без сознания, после чего затащил ее в квартиру. Осмотрев Д.В.А., на ее спине и руках она обнаружила мелкие ссадины, на лице – кровоподтек. Тогда она спросила, не избивали ли ее, на что дочь Д.В.А. сообщила, что сожитель часто избивал ее мать. Он им сказал, что его не было в поселке, когда все произошло. Было принято решение о госпитализации Д.В.А.

Показаниями свидетеля Х.С.Н., оглашенными на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ (том 1 л.д.152-155), согласно которым с Д.В.А. и К.В.Ю. они были соседями. Между последними часто происходили конфликты. Д.В.А. часто жаловалась ей, что К.В.Ю. ее бьет, и она (Х.С.Н.) лично говорила К.В.Ю., чтобы тот перестал избивать сожительницу. ДД.ММ.ГГГГ к дому Д.В.А. приехала ее дочь Б.В.А., которая попросила у нее телефон скорой помощи. В период с 14 по ДД.ММ.ГГГГ К.В.Ю. был дома или в гараже, Д.В.А. в это время она не видела.

Свидетель Б.А.В. в судебном заседании пояснил, что работает участковым уполномоченным полиции в <адрес>. Подсудимый К.В.Ю. и Д.В.А. ему знакомы как жители поселка. Насколько он помнит, в 2020 году Д.В.А. сообщила в дежурную часть полиции о том, что ее сожитель К.В.Ю. ее избивает. Но при проведении проверки указанный факт отрицала. Были ли еще случаи таких обращений, он не помнит. При обходе участка неоднократно беседовал с Д.В.А., которая говорила, что К.В.Ю. много выпивает. Но на предложение выселить его из своего дома, говорила, что не может этого сделать, поскольку любит последнего.

Иным документом - копией карты вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> была оказана первичная медицинская помощь находящейся без сознания Д.В.А. (том 1 л.д. 20).

Протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен участок местности, расположенный напротив <адрес> в <адрес> Республики Карелия. Протокол сопровождается фотографиями, оформленными в виде фототаблицы (том 1 л.д. 21-25).

Протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрена <адрес> в <адрес> посад <адрес>. В ходе осмотра квартиры из коридора изъят коврик, на поверхности которого имеются следы буро-коричневого цвета, похожие на кровь. Протокол сопровождается фотографиями, оформленными в виде фототаблицы (том 1 л.д. 26-32).

Протоколом дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрена <адрес> в <адрес>. Протокол сопровождается фотографиями, оформленными в виде фототаблицы (том 1 л.д.37-46).

Протоколом осмотра трупа от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в помещении морга Беломорского отделения ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» осмотрен труп Д.В.А., на трупе обнаружены следующие телесные повреждения: на лице по нижнему краю левого глаза кровоподтек, на передней поверхности с переходом на переднюю поверхность грудной клетки кровоподтек. Кровоподтек на правой голени. Протокол сопровождается фотографиями, оформленными в виде фототаблицы (том 1 л.д.47-53).

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому смерть Д.В.А. наступила ДД.ММ.ГГГГ в 4 часа 20 минут от закрытой черепно-мозговой травмы, осложнившейся отеком и дислокацией головного мозга. При судебно-медицинском исследовании трупа Д.В.А. установлены телесные повреждения: тупая травма головы: субдуральная гематома в объеме 150-200 мл (по клиническим данным) по конвексу правого полушария, кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут головы в правой височной области, кровоподтек в области левого глаза. Данная травма квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасного для жизни человека (п.6.1.3 Приложения к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н). Возникла от не менее двух травматических воздействий твердого предмета, образовалась за 17-20 дней до наступления смерти и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти и могла образоваться при обстоятельствах, указанных К.В.Ю. в ходе проверки показаний на месте, а именно от ударов К.В.Ю.. Кровоподтеки на шее, грудной клетке, правой голени. Эти повреждения квалифицируются как не причинившие вред здоровью (п.9 Приложения к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н). Кровоподтёки на шее, грудной клетке возникли от не менее одного травматического воздействия твердого предмета и могли образоваться за 17-20 дней до наступления смерти и не состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти. Кровоподтеки на шее и грудной клетке могли образоваться при обстоятельствах указанных К.В.Ю. в ходе проверки показаний на месте, а именно от захвата кистью руки. Кровоподтек на правой голени возник от не менее одного травматического воздействия твердого предмета и мог образоваться от соударения об таковой. После причинения установленной тупой травмы головы потерпевшая могла совершать целенаправленные действия короткий промежуток времени. В ходе производства экспертизы получен образец крови Д.В.А. на марлевой тампон и контроль марли (том 1 л.д.61-69).

Протоколом получения образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у К.В.Ю. на марлевый тампон получен образец крови, а также контрольный образец марлевого тампона (том 1 л.д. 161).

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на коврике, изъятом в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ, обнаружена кровь человека, которая могла произойти от потерпевшей Д.В.А. (том 1 л.д. 172-174).

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на ковре, изъятом в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ, имеется след крови в виде помарки, которая возникла в результате статистического контакта с окровавленным предметом (том 1 л.д. 176-177).

Протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрены два марлевых тампона с образцами крови Д.В.А. и К.В.Ю., два контроля марки, коврик, приобщенные к материалам дела в качестве вещественных доказательств. Протокол сопровождается фотографиями, оформленными в виде фототаблицы (том 1 л.д. 185-189, 190).

Протоколом явки с повинной К.В.Ю. от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому он добровольно сообщил об обстоятельствах причинения им телесных повреждений Д.В.А. (т. 2 л.д. 15).

К.В.Ю. в процессе предварительного следствия ДД.ММ.ГГГГ добровольно принял участие в проверке своих показаний на месте, рассказал и продемонстрировал при каких обстоятельствах он ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> в <адрес> причинил телесные повреждения Д.В.А. (т. 2 л.д. 32-44).

Давая оценку рапорту оперативного дежурного дежурной части ОМВД России по <адрес> С.С.О. от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 16) и рапорту помощника оперативного дежурного дежурной части ОМВД России по <адрес> Ю.Л.Н. от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.17), то суд исключает указанные рапорты из числа доказательств по уголовному делу, поскольку с учетом положений ст. 140, 141, 143 УПК РФ они доказательствами по уголовному делу являться не могут.

Анализируя указанные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Факт причинения Д.В.А. при обстоятельствах, изложенных в приговоре, телесных повреждений, от которых наступила ее смерть, подсудимым не оспаривается и подтверждается его собственными признательными показаниями, данными им в судебном заседании и на стадии предварительного расследования, а также показаниями потерпевшей, свидетелей, протоколами следственных действий и заключениями проведенных экспертных исследований, иными материалами уголовного дела и сомнений у суда не вызывает.

Указанные доказательства являются полными, подробными, противоречий не имеют, взаимно дополняют друг друга и согласуются между собой, а поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и относятся к существу предъявленного К.В.Ю. обвинения, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения дела.

Оснований для оговора потерпевшей и свидетелями подсудимого, равно как и для самооговора подсудимого, судом не установлено.

Как установлено в судебном заседании, К.В.Ю. в ходе ссоры с сожительницей умышленно нанес последней не менее двух ударов руками по голове, что со всей очевидностью указывает на умысел подсудимого, направленный на причинение Д.В.А. тяжкого вреда здоровью.

Мотивом совершения преступления у К.В.Ю. явились личные неприязненные отношения, возникшие к Д.В.А. в результате конфликта.

При этом обстоятельств, указывающих на нахождение К.В.Ю. в состоянии физиологического аффекта, необходимой обороны, равно как и на превышение ее допустимых пределов, по делу не установлено.

Какие-либо доказательства, указывающие на возможность причинения Д.В.А. телесных повреждений, в том числе тяжкого вреда здоровью, повлекшего ее смерть, при иных обстоятельствах (иными лицами), отсутствуют.

Согласно заключению эксперта полученное Д.В.А. в результате нанесенных ей подсудимым ударов телесное повреждение - тупая травма головы в виде субдуральной гематомы в объеме 150-200 мл по конвексу правого полушария, кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут головы в правой височной области, кровоподтек в области левого глаза, по квалифицирующему признаку опасности для жизни оценивается как тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью Д.В.А.

При этом установленные в результате экспертного исследования количество, характер, локализация и механизм образования телесных повреждений, обнаруженных у погибшей, согласуются с показаниями подсудимого об обстоятельствах и способе применения к той физического насилия, а давность образования телесных повреждений соответствует указанному в обвинении времени совершения преступления.

Результаты проведенных по делу экспертиз, в том числе по установлению тяжести вреда здоровью Д.В.А., ни подсудимым, ни его защитником не оспариваются. Заключения экспертиз соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, имеют четкие, мотивированные, научно обоснованные ответы на поставленные вопросы и объективно подтверждаются обстоятельствами дела.

Согласно установленным судом обстоятельствам, смерть Д.В.А. как результат своих умышленных действий К.В.Ю. не предвидел, однако, при необходимой внимательности и предусмотрительности, учитывая его возраст, жизненный опыт, силу и локализацию нанесенных им ударов должен был и мог предвидеть.

Таким образом, у суда нет никаких сомнений в доказанности вины К.В.Ю. по предъявленному обвинению, а исследованные в судебном заседании доказательства образуют достаточную совокупность, позволяющую дать юридическую оценку действий подсудимого и постановить обвинительный приговор.

Действия подсудимого К.В.Ю. суд квалифицирует по ч. 4 ст. 111 УК РФ – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Решая вопрос о виде и размере наказания, суд в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ учитывает степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В силу ст.ст. 6, 43 УК РФ наказание должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения, личности виновного и применяться в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Судом принимается во внимание, что подсудимый совершил умышленное особо тяжкое преступление, направленное против личности

Обстоятельств, исключающих преступность и наказуемость совершенного К.В.Ю. деяния, а также обстоятельств, которые могут повлечь освобождение подсудимого от уголовной ответственности и наказания, не имеется.

Подсудимый К.В.Ю. характеризуется следующим образом: <данные изъяты>.

Свидетель К.А.А. в судебном заседании пояснил, что знаком с К.В.Ю. более 7 лет, может охарактеризовать его как спокойного, не конфликтного, доброжелательного человека. Выпивали вместе они редко.

К смягчающим наказание К.В.Ю. обстоятельствам суд относит в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - признание вины, раскаяние в содеянном, состояние его здоровья, принесение потерпевшей извинений.

Учитывая показания подсудимого К.В.Ю. о том, что до того, как Д.В.А. нанесла ему удар ногой в пах, он ее оттолкнул, от чего она упала на диван, а также учитывая показания потерпевшей Б.В.А. и свидетеля Х.С.Н. о том, между подсудимым и погибшей ранее неоднократно случались конфликты, в ходе которых подсудимый причинял ей телесные повреждения, суд не усматривает по делу обстоятельств, свидетельствующих о том, что поведение погибшей Д.В.А. было противоправным или аморальным, в связи с чем не усматривает оснований для признания указанного факта в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.

Учитывая пояснения подсудимого в судебном заседании о том, что инкриминируемое ему преступление было совершено им не под влиянием алкоголя, суд не усматривает оснований для признания в качестве отягчающего наказание К.В.Ю. обстоятельства совершение им преступления в состоянии алкогольного опьянения, поскольку отсутствуют бесспорные доказательства того, что состояние алкогольного опьянения явилось причиной совершения преступления или повлияло на его совершение.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ К.В.Ю. в момент инкриминируемого ему деяния не находился во временном состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), которые могли бы оказать существенное влияние на его сознание и поведение в исследуемой ситуации. Его поведение было организовано, действия носили последовательный и целенаправленный характер, пролонгированы во времени, сопровождались сменой операционального состава, переключением внимания, вступлением в речевой контакт, отсутствием физической и психологической астении. Он мог осознавать фактический характер своих действий и руководить ми. В применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается, опасности для себя и других лиц не представляет (т. 2 л.д. 9-12).

У суда отсутствуют основания сомневаться во вменяемости К.В.Ю., поскольку подсудимый хорошо ориентируется в судебной ситуации, принимает участие в исследовании доказательств по делу, на учете у психиатра не состоит. Суд признает К.В.Ю. вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

Принимая во внимание характер и общественную опасность совершенного преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности виновного, суд не усматривает оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ.

С учетом данных о личности подсудимого К.В.Ю., обстоятельств дела, высокой степени общественной опасности совершенного подсудимым преступления, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, учитывая, что санкция ч. 4 ст. 111 УК РФ предусматривает наказание только в виде лишения свободы, суд считает невозможным назначить К.В.Ю. более мягкое, чем лишение свободы, наказание. Назначение подсудимому наказания в виде лишения свободы будет являться адекватной мерой правового воздействия, соответствующей характеру и степени общественной опасности совершенного им преступления.

Дополнительное наказание К.В.Ю. в виде ограничения свободы суд не применяет, принимая во внимание совокупность смягчающих наказание обстоятельств.

При этом суд не усматривает каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного подсудимым преступления, его поведения до, во время, а равно после его совершения, которые давали бы основания для вывода о существенном снижении степени общественной опасности как совершенного преступления, так и о существенном снижении степени общественной опасности самого подсудимого, как лица, совершившего преступление, и приходит к выводу об отсутствии оснований для применения в отношении подсудимого положений ст. 64 УК РФ.

Признательная позиция подсудимого, его заявления о раскаянии, по мнению суда, с учетом конкретных обстоятельств установленного преступления, не могут быть расценены как исключительные обстоятельства, связанные с его поведением после преступления, в свете требований ст. 64 УК РФ. Приведенные обстоятельства уже принимаются во внимание судом, как подлежащие учету при назначении К.В.Ю. наказания как обстоятельства, смягчающие его.

Решая вопрос о сроке наказания, суд принимает во внимание фактические обстоятельства совершенного преступления, выразившиеся в характере и общественной опасности содеянного, однако учитывает признание подсудимым своей вины и его раскаяние в содеянном.

Одновременно, решая вопрос о способе исполнения назначаемого подсудимому наказания в виде лишения свободы, суд учитывает данные о его личности, который определенных занятий не имеет; тяжесть совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких, направленного против личности, и характеризующегося повышенной общественной опасностью. Все указанные обстоятельства не позволяют суду сделать вывод о возможности достижения целей уголовного наказания, указанных в ст. 43 УК РФ, и исправления подсудимого без реального отбывания назначаемого наказания. Соответственно, суд не усматривает правовых оснований для применения в отношении К.В.Ю. положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении.

При назначении наказания суд руководствуется положениями ч.1 ст. 62 УК РФ.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание К.В.Ю. следует отбывать в исправительной колонии строгого режима.

С учетом назначенного К.В.Ю. наказания в виде реального лишения свободы, мера пресечения в виде запрета определенных действий в отношении него подлежит изменению на заключение под стражу.

Согласно ч. 3.1 ст. 72 УК РФ К.В.Ю. подлежит зачету в срок отбывания наказания время его содержания под стражей, а также период, в течение которого К.В.Ю. был задержан в порядке ст. 91,92 УПК РФ до разрешения судом вопроса об избрании в отношении К.В.Ю. меры пресечения в виде запрета определенных действий.

Потерпевшей Б.В.А. на предварительном следствии заявлен иск о компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

В судебном заседании подсудимый К.В.Ю. исковые требования признал в полном объеме.

В соответствии с ч.1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степень вины причинителя вреда, учитывает требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что исковые требования Б.В.А. о взыскании с К.В.Ю. компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

Разрешая вопрос о сумме компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела и степень физических и нравственных страданий Б.В.А., которая потеряла мать.

Суд также учитывает финансовое положение подсудимого, который является получателем пенсии, иждивенцев не имеет.

Учитывая степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, объем причиненных физических и нравственных страданий, конкретные обстоятельства дела, суд полагает, что моральный вред, причиненный К.В.Ю. потерпевшей Б.В.А., должен быть компенсирован в размере <данные изъяты> рублей

Вопрос о судьбе вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

По делу одновременно с постановлением приговора судебным решением удовлетворено заявление адвоката А.О.М. о выплате денежного вознаграждения в связи с участием в судебном заседании в качестве защитника подсудимого по назначению.

В соответствии со ст.ст. 131-132 УПК РФ процессуальные издержи по уголовному делу состоят из сумм, выплаченных адвокату А.О.М. в период предварительного следствия в сумме <данные изъяты>, а также в судебном заседании в сумме <данные изъяты>., всего в общей сумме <данные изъяты>

В соответствии с ч.ч. 1 и 6 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы. Суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного.

Подсудимый К.В.Ю. в судебном заседании пояснил, что готов возместить расходы по оплате труда адвоката.

Суд не усматривает оснований для освобождения подсудимого К.В.Ю. от возмещения процессуальных издержек, учитывая, что он признан виновным в совершении особо тяжкого преступления, инвалидности не имеет, является трудоспособным лицом. При этом суд учитывает, что взыскание процессуальных издержек может быть обращено на будущие доходы подсудимого во время отбывания наказания либо после его отбытия.

Руководствуясь ст.ст. 307- 309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

К.В.Ю. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 8 (восемь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения К.В.Ю. в виде запрета определенных действий изменить на заключение под стражу. Взять К.В.Ю. под стражу немедленно в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть К.В.Ю. в срок отбывания наказания из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима время содержания под стражей по настоящему делу в период с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления настоящего приговора в законную силу, а также период его задержания с 18 июля по ДД.ММ.ГГГГ.

Вещественные доказательства после вступления приговора в законную силу:

- два марлевых тампона с образцами крови, два контроля марки, коврик – на основании п. 3 ч.3 ст. 81 УПК РФ – уничтожить.

Гражданский иск Б.В.А. удовлетворить.

Взыскать с К.В.Ю. в пользу Б.В.А. компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.

Процессуальные издержки в сумме <данные изъяты> взыскать с К.В.Ю.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного суда Республики Карелия через Беломорский районный суд Республики Карелия в течение 15 суток со дня его постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы (апелляционного представления), осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Судья В.Р. Бурая