Апелляционное определение № 22-3282/2025 от 10 декабря 2025 г.

Председательствующий: Герстнер Ю.Б. Дело № <...>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 11 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда в составе председательствующего судьи Смоль И.П.,

судей Вашкевич В.А., Курнышовой Е.Г.,

при секретаре Левиной А.Ю.,

с участием прокурора Селезневой А.Н.,

адвоката Кальницкого В.В.,

осужденного ФИО1,

потерпевшего ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора округа Троеглазова Е.И., апелляционной жалобе адвоката Кальницкого В.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Куйбышевского районного суда г. Омска от <...> в отношении ФИО1.

Заслушав доклад судьи Вашкевич В.А., выступления сторон, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором Куйбышевского районного суда г. Омска от 21.10.2025

ФИО1, <...>,

осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения изменена на заключение под стражу, последний взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, на основании п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания под стражей с <...> по <...> включительно, а также с <...> до вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Приговором разрешен гражданский иск, определена судьба вещественных доказательств.

Взыскано с ФИО1 в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 400 000 рублей, в удовлетворении исковых требований в остальной части, а также во взыскании расходов на представителя – отказано.

Согласно приговору, ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Преступление ФИО1 совершено <...> в г. Омске при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину признал частично.

В апелляционном представлении заместитель прокурора округа Троеглазов Е.И. находит приговор незаконным в связи существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью назначенного наказания ввиду его чрезмерной мягкости.

По мнению автора представления, назначенное ФИО1 судом наказание не отвечает целям, предусмотренным ст. 43 УК РФ. Полагает, что суд не дал надлежащей оценки характеру и степени общественной опасности совершенного осужденным преступления, направленного против жизни и здоровья личности, его тяжкую категорию, а также конкретные обстоятельства содеянного и данные о личности ФИО1 Также без должного внимания оставлены и причиненные потерпевшему телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред для его здоровья по признаку опасности для жизни, наступившие негативные последствия в виде неудовлетворительного состояния его физического здоровья и морального состояния.

Кроме того, считает, что в части заявленных исковых требований потерпевшего о взыскании расходов на лечение, покупку лекарственных средств и препаратов и расходов на реабилитацию, при отсутствии соответствующих расчетов, подтверждающих документов и заключений врачей, суду следовало признать за потерпевшим право на удовлетворение гражданского иска в части взыскания указанных выше расходов и передать вопрос о разрешении данного гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Также, не соглашаясь с решением суда в части процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, указывает, что соглашение об оказании юридической помощи было заключено Свидетель №4, которая является супругой потерпевшего, его предметом являлось представление ее интересов, а также интересов потерпевшего ФИО3, согласно платежным поручениям расходы понесены были Свидетель №4, следовательно, несение расходов одним из супругов в пользу другого свидетельствует о наступлении финансовых обязательств внутри семьи.

В связи с изложенным, просит приговор изменить, усилить ФИО1 наказание по ч. 1 ст. 111 УК РФ до 3 лет лишения свободы; приговор в части взыскания гражданского иска о возмещении материального вреда и процессуальных издержек с осужденного в пользу потерпевшего Свидетель №4 отменить, дело в этой части направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В апелляционной жалобе адвокат Кальницкий В.В. ставит вопрос об отмене приговора и оправдании ФИО1 по предъявленному обвинению, ссылаясь на то, что изложенные в приговоре выводы суда о виновности ФИО1 в совершении вмененного ему преступления не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не подтверждаются доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства.

Анализируя доказательства по делу, в том числе показания самого осужденного ФИО1, потерпевшего ФИО3, свидетелей Свидетель №7, Свидетель №3, ФИО 4, Свидетель №6, ФИО 1, Свидетель №4, заключение эксперта и показания эксперта ФИО 7, считает, что квалификация действий ФИО1 не нашла своего подтверждения.

Утверждает, что телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью потерпевшего образовались в результате его же действий, когда он накинулся на ФИО1, с учетом придания инерции и последующего падения обоих на лестничную площадку и удара головой ФИО3 о бетонное покрытие. Удар, нанесенный ФИО2 в область лица справа, не может квалифицироваться самостоятельно, поскольку имеющиеся повреждения в области головы справа могли быть следствием падения ФИО3 на левую часть головы.

Полагает, что между действиями ФИО1 и последствиями отсутствует прямая причинно-следственная связь, а нанесенный ФИО1 один удар в область головы ФИО3, не привел бы к причинению тяжких повреждений.

Считает недопустимыми доказательствами – показания свидетеля Свидетель №4 и потерпевшего ФИО3 в связи с наличием существенных противоречий по обстоятельствам произошедшего конфликта, нахождения потерпевшего в состоянии алкогольного опьянения, количестве нанесенных ударов ФИО1 ФИО3, и заинтересованностью свидетеля Свидетель №4

Указывает, что показания свидетеля Свидетель №4 и потерпевшего ФИО3 об обстоятельствах произошедшего конфликта опровергаются показаниями свидетелей Свидетель №3, ФИО 8 ФИО 8, Свидетель №6, которые пояснили, что ФИО3, находясь в состоянии сильного опьянения, без разрешения прошел в квартиру ФИО 8, где причинил Свидетель №3 телесные повреждения, порвал кофту и бусы; свидетель ФИО 1 подтвердила факт нахождения ФИО3 в состоянии алкогольного опьянения, и нахождение супругов ФИО3 в квартире ФИО 8; показаниями свидетеля Свидетель №7 - очевидца конфликта, об обстоятельствах падения ФИО3 и ФИО1 на лестничную площадку, в результате которого потерпевший ударился головой об бетонный пол, и нанесении ФИО1 одного удара в правую часть лица ФИО3; факт нахождения потерпевшего в состоянии алкогольного опьянения подтверждается представленными стороной защиты видеозаписями, показаниями свидетелей, описанием в медицинской документации о наличии запаха алкоголя; из просмотренной видеозаписи с камеры домофона видно, что ФИО3 в сопровождении врачей самостоятельно покинул подъезд дома; заключениями судебно-медицинских экспертиз у свидетеля Свидетель №4 и потерпевшего ФИО3 не обнаружено тех повреждений, о которых давала показания сама свидетель Свидетель №4

Считает, что судом не дано должной оценки заключению эксперта № <...> от <...>, которым у потерпевшего установлены повреждения в виде открытой черепно-мозговой травмы в виде ушиба головного мозга средней степени тяжести с контузионными очагами в височной и лобной долях справа, субдуральной гематомой малого объема правой лобной доли, линейным переломом левой височной кости, параорбитальной гематомой справа, сопровождающаяся гемосинусом основной пазухи, и отогематореей слева, которые образовались от не менее 2-х травматических воздействий: в правую параорбитальную область (удар тупым твердым предметом с ограниченной контактирующей поверхностью, каковым могли являться рука, сжатая в кулак, обутая нога, либо о соударение о таковой, в т.ч. при падении с высоты собственного роста) и левую височную область головы (соударение о тупой твердый предмет с преобладающей (по отношению к височной области головы) контактирующей поверхностью, каковым могли являться в т.ч. бетонное покрытие площадки второго этажа в подъезде дома, плоская часть ступеней лестницы, в т.ч. при падении с высоты собственного роста, либо с высоты, несколько превышающей собственный рост, как с приданным ускорением, так и без такового.

Также не дано должной оценки и показаниям эксперта ФИО 7, данных ей в судебном заседании, о том, что тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни выставлен экспертом по факту обнаружения у ФИО3 перелома височной кости, который мог образоваться исключительно при падении с высоты собственного роста (травма-ускорение) и не мог быть получен при иных обстоятельствах, в том числе удара в правую лицевую часть и последующего соударения потерпевшего головой о бетонный пол.

Обращает внимание, что показания свидетелей ФИО 1, Свидетель №7, эксперта ФИО 7 неполно отражены в протоколе судебного заседания, о чем им были поданы соответствующие замечания.

Считает, что при изложенных в приговоре обстоятельствах суд в нарушение ст. 14 УПК РФ вынес приговор, основанный на предположениях, которые должны толковаться в пользу подсудимого.

Помимо этого, указывает на чрезмерную суровость назначенного ФИО1 наказания.

Считает, что суд первой инстанции не в полной мере учел установленные судом смягчающие наказание обстоятельства при определении меры наказания.

Также, суд фактически не учел отношение ФИО1 к содеянному и его поведение после совершения преступления, которое выразилось не только в признании вины и даче правдивых показаний, но и в активном содействии правоохранительным органам в раскрытии и расследовании преступления.

Считает, что имеющееся в материалах дела объяснение ФИО1 должно быть расценено как явка с повинной, поскольку последний будучи опрошенным по обстоятельствам получения повреждений ФИО3, добровольно сообщил о факте падения с ФИО3, а добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда потерпевшему на сумму 400 000 рублей, а также просьба вызвать скорую помощь после совершения преступления и принесение извинений потерпевшему - как оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления.

Также суд в приговоре не обосновал невозможность назначения наказания с применением положений ст. 73, 53.1 УК РФ.

Помимо этого, не соглашается с решением суда в части гражданского иска, полагая, что ранее выплаченная сумма потерпевшему в размере 400 000 рублей в счет морального вреда и расходов на лечение является разумной, и компенсирует причиненные неблагоприятные последствия.

Просит вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор, в удовлетворении исковых требований потерпевшего отказать.

На апелляционное представление заместителя прокурора округа адвокатом Кальницким В.В. принесены возражения.

На апелляционную жалобу адвоката Кальницкого В.В. также принесены возражения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и представления, поданных возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Уголовное дело рассмотрено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, и глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Выводы суда об обстоятельствах преступления, о виновности ФИО1 в его совершении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на совокупности представленных сторонами доказательств, полный и подробный анализ которых приведен в приговоре.

Несмотря на занятую ФИО1 позицию, его вина в совершении инкриминированного деяния подтверждается совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств, в частности, показаниями допрошенных по делу лиц в той части, в которой они признаны судом достоверными и согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, а именно показаниями потерпевшего ФИО3, пояснившего суду, что ФИО1 схватил его за плечи, вытащил на площадку и нанес удар в левую часть головы, скорее всего кулаком, отчего он потерял сознание; показаниями свидетеля ФИО3, согласно которым ФИО1 вытащил её супруга из тамбура на лестничную площадку и кулаком правой руки нанес ему один удар в область виска головы, отчего тот упал на пол лестничной площадки, потянув за собой ФИО1, далее последний, сев на лежащего на спине супруга, нанес ему не менее 5 ударов в область головы и лица; оглашенными в судебном заседании показаниями осужденного ФИО1, данными на предварительном следствии в качестве подозреваемого, из которых явствует, что в ходе борьбы он наносил удары ФИО3 хаотично, по туловищу, оказавшись на полу, нанес потерпевшему, находящемуся под ним, один удар кулаком правой руки в область лица слева; показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, видевших лежащего на лестничной площадке ФИО3 в крови в области головы; оглашенными показаниями свидетеля ФИО 2 о наличии у ФИО3 при осмотре головы множественных ушибов и крови, заключениями судебных экспертиз, показаниями эксперта ФИО 7 по проведенным экспертизам, а также иными приведенными в приговоре письменными доказательствами.

Согласно заключениям эксперта № <...> от <...> и № <...> от <...> у ФИО 3 обнаружены повреждения: открытая черепно-мозговая травма в виде ушиба головного мозга средней степени тяжести с контузионными очагами в височной и лобной долях справа, субдуральной гематомой малого объема правой лобной доли, линейным переломом левой височной кости, параорбитальной гематомой справа, сопровождающаяся гемосинусом основной пазухи (кровь в пазухе клиновидной кости), гемотимпанумом (наличие крови в среднем ухе) и отогематореей (истечение крови из слухового прохода) слева. Данный комплекс повреждений в области головы расценивается в совокупности, повреждения причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п. 6.1.2 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» - приложение к приказу МЗ и СР РФ от <...> № <...>н). Разделить имеющуюся травму головы в данном конкретном случае не представляется, ввиду повреждения структур головного мозга, которые могли возникнуть при любом из травматических воздействий. Повреждения могли образоваться от не менее 2-х травматических воздействий: в правую параорбитальную область (удар тупым твердым предметом с ограниченной контактирующей поверхностью, каковым могли являться рука, сжатая в кулак, обутая нога, либо соударение о таковой, в т.ч. при падении с высоты собственного роста) и левую височную область головы (соударение о тупой твердый предмет с преобладающей (по отношению к височной области головы) контактирующей поверхностью, каковым могли являться т.ч. бетонное покрытие площадки второго этажа в подъезде дома, плоская часть ступеней лестницы, в т.ч. при падении с высоты собственного роста, либо с высоты, несколько превышающей собственный рост, как с приданным ускорением, так и без такового. Срок образования данных повреждений не противоречит, указанному в постановлении. Образование данных повреждений в совокупности (одновременно) при падении с высоты собственного роста на плоскую поверхность, в т.ч. на тупые твердые предметы с ограниченной контактирующей поверхностью, такие как ограниченные части ступеней и перил лестничных пролетов, углы стен, открытые двери и т.д., исключается.

В судебном заседании эксперт ФИО 7 подтвердила выводы проведенных ею экспертиз, пояснив, что повреждения у ФИО3 образовались в результате двух точек воздействия, оценивались в совокупности, разделить последствия указанных воздействий не представляется возможным.

При этом суждения эксперта в судебном заседании на пояснения сторон в вероятностном значении не носят доказательственного смысла по настоящему делу. В своих показаниях, на что обращено внимание стороной защиты в жалобе, эксперт указывает о моделировании ситуации исходя их экспертной практики, не применительно к обстоятельствам уголовного дела.

Вопреки утверждениям адвоката, все доказательства судом проверены в соответствии с требованиями ст.87 УПК РФ в совокупности и оценены с учетом правил, предусмотренных ст.88 УПК РФ, с точки зрения допустимости и относимости к рассматриваемым событиям, а также достаточности для постановления обвинительного приговора. Суд первой инстанции указал в приговоре, по каким основаниям он принял одни из доказательств и отверг другие, в частности показания свидетеля Свидетель №7 в судебном заседании. Выводы суда являются убедительными, оснований не согласиться с ними судебная коллегия не находит.

Тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене приговора.

Оснований для признания недопустимым доказательством показаний потерпевшего и свидетеля Свидетель №4, судебная коллегия не усматривает, поскольку показания данных лиц о юридически значимых обстоятельствах, инкриминированных ФИО1, в частности о количестве нанесенных ударов, обстоятельствах их нанесения, являются последовательными как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, согласуются между собой, а также с показаниями ФИО1, данными в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого. Причин для оговора осужденного со стороны потерпевшего и свидетеля Свидетель №4 выявлено не было, и судебная коллегия таковых не усматривает. Суд первой инстанции правомерно положил в основу приговора показания ФИО1 в качестве подозреваемого, так как последние получены в присутствии защитника, то есть в условиях, исключающих какое-либо на него воздействие, с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, замечаний и заявлений от участников допроса не поступало.

Предшествующее событиям поведение потерпевшего Свидетель №4, подтверждающееся показаниями свидетелей Свидетель №3, ФИО 4, Свидетель №7, Свидетель №6, ФИО 5, а также исследованными в судебном заседании видеозаписями, было должным образом оценено судом и признано в соответствии с п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельствам.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы об отсутствии у ФИО1 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, о том, что повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью, возникли при падении, вызванном поведением самого потерпевшего, являлись предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты им с приведением мотивов принятых решений. Оснований для иных выводов судебная коллегия не усматривает.

Отвергая утверждения осужденного об отсутствии у него умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему, исходя из обстоятельств преступного деяния, характера действий осужденного, количества и направленности ударов, а именно в жизненно-важный орган - голову, судебная коллегия соглашается с выводами суда, что ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде тяжкого вреда здоровью, однако относился к возможности их наступления безразлично. По убеждению судебной коллегии, между действиями ФИО1, который после нанесенного первого удара в голову потерпевшего, повлекшего падение последнего, не прекратил свои противоправные действия, продолжив наносить ему удары кулаками по голове, и наступившими последствиями, квалифицируемыми как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, безусловно наличествует прямая причинно-следственная связь.

Таким образом, проверив и оценив в совокупности все исследованные доказательства, суд правильно установил фактические обстоятельства совершенного преступления, умысел осужденного на его совершение и пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, правильно квалифицировал действия осужденного по ч.1 ст.111 УК РФ, оснований для оправдания, а также иной квалификации действий осужденного, а именно ч.1 ст.118 УК РФ, судебная коллегия не находит.

Объективных данных, указывающих на нахождение ФИО1 в момент нанесения телесных повреждений потерпевшему в состоянии необходимой обороны, превышения пределов необходимой обороны, а также в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), материалы уголовного дела не содержат, поведение виновного было основано на личных неприязненных отношениях, возникших до причинения телесных повреждений потерпевшему.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

Поданные стороной защиты замечания на протокол судебного заседания рассмотрены судом в установленном законом порядке, о чем вынесено соответствующее постановление, каких-либо несоответствий, существенно искажающих установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства дела и влияющих на законность и обоснованность принятого судом решения, не установлено. Дословное изложение пояснений и высказываний лиц, участвующих в судебном заседании, уголовно-процессуальным законом не предусмотрено, поскольку протокол судебного заседания не является стенограммой.

Наказание ФИО1 судом назначено в соответствии со ст.6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о его личности, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, наличия смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судом в полной мере учтены раскаяние в содеянном, частичное признание вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие малолетнего ребенка, неудовлетворительное состояние здоровья подсудимого и его близких, участие в благотворительной деятельности, противоправное и аморальное поведение потерпевшего, послужившее поводом для совершения преступления, принятие мер к компенсации морального вреда.

Оснований для признания иных обстоятельств смягчающими наказание, на что ссылается сторона защиты, в частности явки с повинной, оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, судебная коллегия не усматривает. Преступление было совершено ФИО1 в условиях очевидности, в присутствии свидетелей, в силу чего правоохранительные органы располагали сведениями о его причастности к преступному деянию, в связи с чем объяснение не может быть признано добровольным сообщением о преступлении. Кроме того, как правильно отмечено судом, мер к вызову скорой медицинской помощи ФИО1 самостоятельно не принял, последнюю исходя из исследованных судом материалов уголовного дела вызвали соседи.

Поскольку в силу ст.43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, суд пришел к верному выводу о том, что менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижения целей наказания, правильно назначил ФИО1 наказание в виде лишения свободы с его реальным отбыванием, не усмотрев оснований для применения положений ст.73, 64, ч.6 ст.15 УК РФ. Не согласиться с данными выводами суда у апелляционной инстанции оснований не имеется.

Положения ч.1 ст.62 УК РФ при назначении наказания судом первой инстанции соблюдены.

Правовых оснований для назначения наказания в виде принудительных работ, как альтернативы лишению свободы, не имеется, так как такой вид наказания санкцией ч.1 ст.111 УК РФ не предусмотрен.

В этой связи, судебная коллегия оценивает назначенное наказание как справедливое и соответствующее требованиям уголовного закона. Оснований для его усиления либо смягчения, судебная коллегия не находит.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденному следует отбывать наказание, назначен в строгом соответствии с положениями ст.58 УК РФ.

Гражданский иск потерпевшего о взыскании с осужденного денежной суммы в счет компенсации морального вреда, разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства. Размер суммы, взысканной в счет компенсации морального вреда, определен в соответствии с ч.2 ст.151, ч.2 ст.1101 ГК РФ с учетом характера и степени причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, с учетом уже выплаченных денежных средств, требований разумности и справедливости, при этом учитывалось также имущественное положение осужденного.

Между тем, при разрешении гражданского иска потерпевшего о компенсации расходов, затраченных на лечение, а также в части разрешения вопроса о процессуальных издержках в виде расходов на оплату услуг представителя потерпевшего, судом допущены нарушения закона.

Как следует из материалов дела потерпевшим заявлен гражданский иск о возмещении материального ущерба, связанного с расходами на лечение в размере 15 234 рубля 50 копеек, а также подано заявление о выплате процессуальных издержек, связанных с оплатой юридических услуг представителя в сумме 70 000 рублей.

Суд, при их разрешении в описательно-мотивировочной части приговора указал, что представленные медицинские документы и чеки в обоснование расходов, затраченных на лечение, однозначно не свидетельствуют, что они понесены на приобретение препаратов, средств реабилитации и иных предметов по назначению врача и не могли быть предоставлены в рамках ОМС, а расходы по оплате услуг представителя понесены супругой потерпевшего, которой и было заключено соглашение об оказании юридической помощи как ей, так и её супругу в рамках настоящего уголовного дела, в связи с чем, отказал в их удовлетворении, что следует из резолютивной части приговора.

Данное решение суда судебной коллегии представляется необоснованным, нарушившим права потерпевшего на восстановление его прав и интересов.

В силу действующего законодательства, имущественный вред, причиненный непосредственно преступлением, но выходящий за рамки предъявленного подсудимому обвинения, в частности расходы потерпевшего на лечение в связи с повреждением здоровья, подлежит доказыванию гражданским истцом путем предоставления суду соответствующих документов. В случае отсутствия таковых иск оставляется без рассмотрения, с разъяснением права обращения в порядке гражданского судопроизводства.

Несмотря на данные требования, суд отказал в удовлетворении исковых требований, фактически лишив возможности потерпевшего в дальнейшем реализовать свои права как гражданского истца.

Кроме того, в соответствии с п. 8 ч. 2 ст. 42 УПК РФ потерпевший по уголовному делу имеет право иметь представителя.

Согласно ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 УПК РФ.

В соответствии с ч. 1, п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УК РФ процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства. К ним относятся, в том числе, суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения его представителю.

В ходе предварительного и судебного следствия защиту интересов потерпевшего представлял адвокат Янин Е.С., на основании соглашения от <...> об оказании юридической помощи, заключенного с супругой потерпевшего Свидетель №4, действующей в интересах ФИО3, предметом которого являлось представление интересов потерпевшего и свидетеля Свидетель №4 в ходе предварительного следствия по уголовному делу и в суде первой инстанции.

Оплата услуг представителя была произведена в день заключения соглашения, согласно его условиям, Свидетель №4, являющейся законной супругой потерпевшего, поскольку сам потерпевший, в силу объективных причин, а именно нахождением в БУЗОО «БСМП № <...>» г.Омска не мог заключить соглашение и произвести по нему оплату. Это обстоятельство судом учтено не было как и то, что несение расходов одним из супругов в пользу другого свидетельствует о наступлении финансовых обязательствах внутри семьи.

При таких обстоятельствах, решение суда в части разрешения гражданского иска о возмещении материального ущерба, связанного с расходами на лечение, а также о возмещении расходов, связанных с оплатой услуг представителя, нельзя признать законным и обоснованным. Вышеперечисленные нарушения, допущенные судом, являются существенными, повлиявшими на исход дела, и влекут за собой отмену принятого судебного решения в указанной части с передачей указанных вопросов на новое рассмотрение.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Куйбышевского районного суда г. Омска от <...> в отношении ФИО1 в части разрешения гражданского иска о компенсации расходов, затраченных на лечение потерпевшим, а также в части разрешения вопроса о процессуальных издержках в виде расходов на оплату услуг представителя потерпевшего, отменить.

Уголовное дело в части разрешения вопроса о процессуальных издержках в виде расходов на оплату услуг представителя потерпевшего передать на новое судебное рассмотрение в соответствии с правилами ст.ст. 396-399 УПК РФ в тот же суд иным составом суда.

Гражданский иск о компенсации расходов, затраченных на лечение потерпевшим, передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд в порядке гражданского судопроизводства.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката без удовлетворения, апелляционное представление удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе участвовать в рассмотрении дела судом кассационной инстанции и пользоваться помощью защитника.

Председательствующий _____________________(И.П. Смоль)

Судьи _____________________(В.А. Вашкевич)

_____________________(Курнышова Е.Г.)