Апелляционное определение № 33-10597/2025 33-563/2026 от 21 января 2026 г.

Судья: Маркова Н.В.Докладчик: Першина И.В.

Дело № 33-563/2026 (33-10597/2025; 2-3488/2025) УИД: 42RS0009-01-2025-005025-34


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 января 2026 года

г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе

председательствующего Першиной И.В.,

судей Сучковой И.А., Чурсиной Л.Ю.,

при секретаре Клюевой В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Першиной И.В. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Центрального районного суда города Кемерово от 28 августа 2025 года

по иску ФИО1 к следственному управлению Следственного комитета Российской Федерации по Кемеровской области-Кузбассу о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, уточнив иск, просит взыскать с руководителя следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Кемеровской области-Кузбассу (СУ СК России по Кемеровской области-Кузбассу) компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями, в размере 5 000 руб., устранить распространенную в отношении него в средствах массовой информации и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» информацию, вызывающую предубеждение и предрешающую вопрос о его виновности в совершении преступления, принести официальные извинения.

Иск обоснован тем, что 05.03.2025 он был задержан следователем СУ СК России по Кемеровской области-Кузбассу в качестве подозреваемого в совершении преступления, при задержании были нарушены нормы УПК РФ, его гражданские права, свободы и законные интересы.

Ему причинили <данные изъяты>, подвергли <данные изъяты>, оказывали <данные изъяты>, использовали личную <данные изъяты> по своему усмотрению.

06.03.2025 следователем в нарушение норм УПК РФ были проведены повторные процессуальные действия по его задержанию с целью, в том числе, создания материала для распространения в средствах массовой информации и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что нарушило срок фактического задержания.

В период с 05.03.2025 по 07.03.2025 его <данные изъяты>, права на <данные изъяты>, на выбор и помощь конкретного адвоката, незаконное проникновение в квартиру, где он проживал.

Через средства массовой информации и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет» в отношении него распространены сведения, подорвавшие <данные изъяты>, в репортаже его <данные изъяты>, в связи с этим его <данные изъяты>. Распространение негативной информации, <данные изъяты>, создает потенциальную угрозу для его здоровья и жизни, приводит к утрате социальных благ, причинило <данные изъяты>.

Истец ФИО1 в судебном заседании иск поддержал.

Представители следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Кемеровской области-Кузбассу ФИО2, ФИО3 против иска возражали.

Решением суда постановлено:

«В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Следственному управлению Следственного комитета Российской Федерации по Кемеровской области-Кузбассу о компенсации морального вреда - отказать.».

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, прекратить производство по иску.

Ссылается на непредоставление ему копии возражений ответчика на исковое заявление, отказ суда в ознакомлении с материалами дела.

Не согласен с выводами суда о несостоятельности его доводов о задержании 05.03.2025 со ссылкой на отсутствие обращения с жалобой в порядке ст. 125 УПК РФ. Данные выводы не мотивированы, противоречат положениям ст. 45 Конституции Российской Федерации, сделаны без учета того, что он обращался с жалобами в порядке ст. 125 УПК РФ. Суд необоснованно отдал предпочтение протоколу задержания от 06.03.2025 перед иными доказательствами, которые у истца отсутствуют и подлежали истребованию судом.

Указывает на немотивированное принятие судом протоколов явки с повинной без их оценки на предмет достоверности и допустимости, необоснованное отклонение его объяснений о незаконности мер, примененных органом следствия при задержании, заключения эксперта. Суд не проявил доверия к доводам истца, которые ответчиком не опровергнуты, позиции ответчика необоснованно отдано предпочтение.

Указание суда на ст. 286 УК РФ приведено без учета зависимого положения истца, полномочий суда по вынесению частного определения.

Суд необоснованно не истребовал доказательства в подтверждение его доводов о наличии ходатайства о приглашении конкретного адвоката, не учел его зависимое положение, обязанность ответчика доказать отсутствие такого ходатайства, учитывая отказ от назначенного адвоката.

Также не согласен с выводом суда о том, что претерпеваемые им <данные изъяты> не состоят в причинно-следственной связи с действиями должностных лиц органа предварительного следствия, поскольку иные лица, кроме адвоката, при задержании не присутствовали.

Ответчик не имел права разглашать и распространять в отношении него информацию в сети «Интернет» в силу ст. 161 УПК РФ, такое распространение в нескольких публикациях привело к нарушению его гражданских прав, свобод и законных интересов. Вопреки выводам суда в открытом доступе на различных новостных сайтах размещены фото и видеоизображения, на которых лицо не скрыто, тексты публикаций <данные изъяты>, что свидетельствует о наступлении для него неблагоприятных последствий, предрешённой виновности.

Суду также было известно, что <данные изъяты>

На апелляционную жалобу представителем СУ СК России по Кемеровской области-Кузбассу ФИО3 принесены возражения.

О времени и месте судебного заседания, назначенного в суде апелляционной инстанции на 22 января 2026 года, стороны извещены надлежаще. В судебное заседание не явились.

В соответствии со ст. 167 ч.3, ст. 327 ч. 1 ГПК РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание истца, представителя ответчика.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений относительно апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии со ст. 327.1 ч.1 ГПК РФ, судебная коллегия полагает, что оснований для отмены решения суда не имеется.

Как установил суд первой инстанции и следует из материалов дела, в производстве СУ СК России по Кемеровской области-Кузбассу находилось уголовное дело №, возбужденное в 1995 году по признакам преступления, предусмотренного ст. 103 УК РСФСР (умышленное убийство).

Из протокола задержания от 06.03.2025 следует, что ФИО1 в присутствии защитника ФИО11. был задержан в качестве подозреваемого по уголовному делу № в соответствии со ст. 91 и ст. 92 УПК РФ. Основанием задержания указано <данные изъяты> (л.д. 71-73).

Постановлением следователя по особо важным делам четвертого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Кемеровской области-Кузбассу от 06.03.2025 ФИО4 <данные изъяты> (л.д. 31-34).

Постановлением Центрального районного суда города Кемерово от 07.03.2025 ФИО4 <данные изъяты> (л.д. 74-75).

Постановлением Центрального районного суда города Кемерово от 07.03.2025 признано законным производство обыска в жилище ФИО1, расположенном по адресу: <адрес>, произведенного 06.03.2025 (л.д. 80-81).

04.08.2025 ФИО1 обратился с жалобой на действия следователя по особо важным делам четвертого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Кемеровской области-Кузбассу в порядке 124 УПК РФ. Постановлением заместителя руководителя четвертого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Кемеровской области-Кузбассу от 06.08.2025 в удовлетворении жалобы ФИО1 отказано (л.д. 76-77).

Отказывая в удовлетворении иска о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции указал, что сотрудниками СУ СК РФ по Кемеровской области-Кузбассу не совершено противоправных действий в отношении ФИО1, доставление, задержание, производство обыска соответствуют требованиям закона, ухудшение состояния здоровья истца не произошло, доказательства нарушения личных неимущественных прав, причинения <данные изъяты> в результате задержания не представлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований для отмены решения суда не имеется.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В абз. 3 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (далее - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

Из разъяснений, изложенных в п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33, следует, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (статья 2, часть 1 статьи 17 и часть 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации, пункт 1 статьи 1070, абзацы третий и пятый статьи 1100 ГК РФ). Так, суд вправе взыскать компенсацию морального вреда, причиненного, например, в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого в совершении преступления (статья 91 УПК РФ), или в результате незаконного административного задержания на срок не более 48 часов как меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении (часть 3 статьи 27.5 КоАП РФ), или в результате признания незаконным помещения несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел (статья 22 Федерального закона от 24 июня 1999 года N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних"), или в результате производства в жилище обыска или выемки, признанных незаконными (статья 12 УПК РФ), и др.

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абз. 1 п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

ФИО1 указывает, что фактически он был задержан 05.03.2025, при задержании ему причинены <данные изъяты>, применены <данные изъяты>, оказано <данные изъяты>, до 07.03.2025 он был <данные изъяты>

Пунктом 11 части 1 ст. 5 УПК РФ предусмотрено, что задержание подозреваемого - мера процессуального принуждения, применяемая органом дознания, дознавателем, следователем на срок не более 48 часов с момента фактического задержания лица по подозрению в совершении преступления, а в условиях военного положения - на срок не более 30 суток с момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления.

В соответствии с пунктом 15 части 1 ст. 5 УПК РФ момент фактического задержания - момент производимого в порядке, установленном настоящим Кодексом, фактического лишения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления.

Согласно ч. 1 ст. 91 УПК РФ орган дознания, дознаватель, следователь вправе задержать лицо по подозрению в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы, при наличии одного из следующих оснований:

1) когда это лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения; 2) когда потерпевшие или очевидцы укажут на данное лицо как на совершившее преступление; 3) когда на этом лице или его одежде, при нем или в его жилище будут обнаружены явные следы преступления.

В силу частей 1, 2 ст. 92 УПК РФ после доставления подозреваемого в орган дознания или к следователю в срок не более 3 часов должен быть составлен протокол задержания, в котором делается отметка о том, что подозреваемому разъяснены права, предусмотренные статьей 46 настоящего Кодекса.

В протоколе указываются дата и время составления протокола, дата, время, место, основания и мотивы задержания подозреваемого, результаты его личного обыска и другие обстоятельства его задержания. Протокол задержания подписывается лицом, его составившим, и подозреваемым.

Из протокола задержания подозреваемого по уголовному делу № от ДД.ММ.ГГГГ видно, что ФИО1 был задержан в 15-40 час. 06.03.2025 в соответствии со ст. ст. 91, 92 УПК РФ, протокол составлен в 16-00 час. 06.03.2025, после задержания истец направлен для содержания в <данные изъяты>.

Основанием задержания явилось обнаружение у ФИО1 <данные изъяты> (пункт 13 протокола).

При задержании следственные действия проводились в присутствии защитника (адвоката) ФИО6, при задержании ФИО1 были разъяснены права подозреваемого, предусмотренные ст. 46 УПК РФ, он воспользовался правом на телефонный звонок родственнику, получил копию протокола задержания, по окончании задержания от ФИО1 и его защитника ФИО6 заявлений не поступило (л.д.71-73).

Из заключения эксперта ГБУЗ ОТ ККБСМЭ № от ДД.ММ.ГГГГ видно, что ФИО1 <данные изъяты> и осмотрен полностью в 10-25 час. 06.03.2025. В ходе осмотра жалоб не предъявлял, по результатам осмотра установлено <данные изъяты>. В заключении эксперта со слов ФИО1 указано, что при задержании и допросах сотрудниками полиции физическая сила к нему не применялась (л.д. 69-70).

В постановлении Центрального районного суда города Кемерово от 07.03.2025 об <данные изъяты> указано, что ФИО1 был задержан 06.03.2025 в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ, предъявлено обвинение. Из указанного постановления не следует, что при <данные изъяты> ФИО1 сообщил суду о незаконности его задержания, что задержание имело место 05.03.2025, а не 06.03.2025 (л.д.74-75).

С жалобой на незаконные действия сотрудников СУ СК РФ по Кемеровской области-Кузбассу при его задержании ФИО1 обратился в порядке ст. 124 УПК РФ к руководителю следственного органа 04.08.2025.

Постановлением Центрального районного суда города Кемерово от 20.05.2025 ФИО1 отказано в принятии жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ на несоответствие фактическим обстоятельствам уголовного дела протокола задержания и протокола изъятия электронных устройств ввиду отсутствия предмета обжалования (л.д. 78-79).

Исходя из установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о недоказанности причинения истцу нравственных и\или физических страданий в результате действий (бездействия) должностных лиц СУ СК России по Кемеровской области-Кузбассу, нарушение должностными лицами следственного органа неимущественных прав или охраняемых законом интересов истца.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств, свидетельствующих об ухудшении состояния здоровья при задержании в качестве подозреваемого в преступлении, ФИО1 в нарушение положений ст. ст. 12, 56 ГПК РФ не представлено. Отклонение судом первой инстанции ходатайств истца об оказании содействия в истребовании дополнительных доказательств не повлекло неполноту судебного разбирательства и неправильность выводов суда, не является основанием для отмены решения.

Указание в заключении эксперта ГБУЗ ОТ ККБСМЭ № от ДД.ММ.ГГГГ на наличие у ФИО1 <данные изъяты>, не является основанием для удовлетворения иска о взыскании компенсации морального вреда, поскольку не подтверждает возникновение данных повреждений в результате неправомерных действий (бездействия) должностных лиц следственного органа.

Ссылки истца в апелляционной жалобе на немотивированное принятие судом протоколов явки с повинной, <данные изъяты> правового значения для настоящего дела не имеют.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности задержания истца ДД.ММ.ГГГГ, а не ДД.ММ.ГГГГ, поскольку законность задержания истца в качестве подозреваемого была проверена судом при рассмотрении ходатайства следователя об <данные изъяты>, доводы истца о нарушении требований УПК РФ при задержании - руководителем следственного органа в порядке ст. 124 УПК РФ.

Судом первой инстанции также отклонены доводы истца о лишении права на выбор и помощь конкретного адвоката, учитывая указание в протоколе задержания ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ на присутствие при задержании подозреваемого адвоката ФИО6, действовавшей на основании ордера №, принимавшей участие при задержании истца, и подписавшей протокол задержания. Сведения об отводе данного адвоката при проведении задержания, ходатайство о приглашении другого адвоката в протоколе задержания отсутствуют.

Также подлежат отклонению доводы истца о незаконности изъятия сотрудниками СУ СК России по Кемеровской области-Кузбассу ноутбука и смартфонов, использовании личной и семейной информации на указанных устройствах по своему усмотрению, поскольку следственные действия по производству обыска проводились в присутствии истца, в том числе, по изъятию в ходе обыска ноутбука и смартфонов, признаны постановлением Центрального районного суда города Кемерово от 07.03.2025 законными.

Отказывая в удовлетворении иска о возложении на ответчика обязанности по устранению информации, распространенной в отношении истца через средства массовой информации и в телекоммуникационной сети «Интернет», принесении официального извинения, суд первой инстанции указал, что видеосюжет не содержит сведений, позволяющих идентифицировать лицо, изображенное в сюжете, как истца.

Доводы в апелляционной жалобе о нарушении ответчиком личных неимущественных прав истца в связи с распространением о нем негативной информации, непринятии мер конфиденциальности, передаче информации с его изображением являются необоснованными.

Исходя из положений п. 1 Перечня сведений конфиденциального характера, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 06.03.1997 N 188, к сведениям конфиденциального характера относятся сведения о фактах, событиях и обстоятельствах частной жизни гражданина, позволяющие идентифицировать его личность (персональные данные), за исключением сведений, подлежащих распространению в средствах массовой информации в установленных федеральными законами случаях.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона «О персональных данных» под персональными данными понимается любая информация, относящаяся к определенному или определяемому на основании такой информации физическому лицу (субъекту персональных данных).

К таким сведениям относятся: фамилия, имя, отчество, дата и место рождения, пол, адрес места жительства, сведения из документа, удостоверяющего личность, идентификационный (регистрационный, учетный) номер налогоплательщика (при наличии), семейное положение, социальное положение, образование, национальность, профессия, доходы, иные сведения, относящиеся к субъекту персональных данных.

Личные данные гражданина относятся к сведениям конфиденциального характера, являются персональными данными, и подлежат защите.

Приказом Следственного комитета Российской Федерации от 11.08.2011 N 127 "Об организации взаимодействия Следственного комитета Российской Федерации со средствами массовой информации и общественностью" взаимодействие со средствами массовой информации, общественными объединениями определено как одно из важнейших направлений работы следственных органов при реализации установленных полномочий по обеспечению исполнения законодательства Российской Федерации об уголовном судопроизводстве и повышения доверия граждан к СК России, учреждений и организаций СК России (далее- Приказ СК России от 11.08.2011 N 127).

В п. 1.6. Приказа СК России от 11.08.2011 N 127 указано на необходимость регулярно информировать население России о состоянии следственной работы, мерах по раскрытию преступлений, результатах расследования и судебного рассмотрения уголовных дел, вызвавших повышенный общественный интерес, обеспечивая при этом достаточную информативность предоставляемых сведений, соблюдение требований закона и интересов следствия.

Для этих целей использовать различные формы взаимодействия со СМИ: проведение личных встреч руководителей следственных органов, учреждений и организаций СК России с редакторами ведущих периодических изданий, электронных средств массовой информации, информационных агентств, с журналистами; организацию пресс-конференций и брифингов по наиболее актуальным вопросам; проведение встреч и "круглых столов" с представителями общественных объединений и религиозных организаций и др.

В п. 4 Приказа СК России от 11.08.2011 N 127 предписано должностным лицам СК России, ответственным за организацию и осуществление взаимодействия со СМИ, в целях выполнения поставленных задач, в том числе, размещать актуальную информацию о деятельности СК России, его следственных органов, учреждений и организаций на официальном Интернет-сайте СК России, интернет-сайтах следственных органов СК России, сайтах информационных агентств и издательств.

В п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2010 N 16 "О практике применения судами Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" разъяснено, что к общественным интересам следует относить потребность общества в обнаружении и раскрытии угрозы демократическому правовому государству и гражданскому обществу, общественной безопасности, окружающей среде.

Согласно ч. 1 ст. 161 УПК РФ данные предварительного расследования не подлежат разглашению, за исключением случаев, предусмотренных частями второй, четвертой и шестой настоящей статьи.

2. Данные предварительного расследования могут быть преданы гласности лишь с разрешения следователя или дознавателя и только в том объеме, в каком ими будет признано это допустимым, если разглашение не противоречит интересам предварительного расследования и не связано с нарушением прав, свобод и законных интересов участников уголовного судопроизводства.

Запрет на предание гласности данных предварительного расследования не распространяется на сведения: распространенные следователем, дознавателем или прокурором в средствах массовой информации, информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" или иным публичным способом (п. 2 ч. 4 ст. 161 УПК РФ).

Не является разглашением данных предварительного расследования: изложение сведений по уголовному делу в ходатайствах, заявлениях, жалобах и иных процессуальных документах по этому делу, а также в заявлениях и иных документах, подаваемых в государственные и межгосударственные органы по защите прав и свобод человека; предоставление сведений по уголовному делу лицу, привлекаемому к участию в этом деле в качестве специалиста, при условии дачи им письменного обязательства о неразглашении указанных сведений без согласия следователя или дознавателя (часть 6 ст. 161 УПК РФ).

Из материалов дела следует, что ответчиком на официальном сайте Следственного управления (www.kuzbass.sledcom.ru) 13.03.2025 размещен видеоролик пресс-службы «<данные изъяты>» по адресу: (<данные изъяты>) (л.д. 24).

Также 13.03.2025 в публичном пространстве в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на официальном сайте «Российской газеты» (www.rg.ru) по адресу: <данные изъяты> размещена публикация «<данные изъяты>» (л.д. 56-57).

Таким образом, средствами массовой информации в порядке взаимодействия со следственными органами изложены факты о совершенных в 1995-1996 гг. преступлениях, задержании подозреваемого в совершении преступлений, проживавшего в <адрес>, <данные изъяты>, обстоятельствах, приведших к установлению подозреваемого в преступлениях, производстве следственными органами следственных действий.

Распространенные сведения сообщены без указания на конкретные факты, события и обстоятельства частной жизни гражданина, на его персональные данные, не содержат его фотографию, что исключает возможность идентифицировать личность, и не могут признаваться разглашением тайны следствия, а также высказыванием предположений и версий о виновности задержанного лица в совершении преступлений, нарушение неимущественных прав истца не допущено.

Судебная коллегия учитывает, что имеется общественный интерес к теме, которая обсуждается в оспариваемых статьях и сюжетах, органы СК России, публикуя оспариваемые истцом сведения, исполняют возложенные на них задачи по информированию общественности о совершенных и расследуемых преступлениях, профилактике и пресечению преступного поведения со стороны граждан.

Доводы в апелляционной жалобе о том, что истцу не предоставлена копия возражений ответчика на исковое заявление, об отказе истцу судом в ознакомлении с материалами дела, подлежат отклонению, поскольку судом разъяснено истцу, находящемуся под стражей, право на ознакомление с материалами дела через представителя.

Доводы в апелляционной жалобе направлены на иную оценку исследованных судом доказательств и выводов суда об обстоятельствах, имеющих значение для дела, установленных судом, что в силу ст. 330 ГПК РФ не может служить основанием для отмены решения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Центрального районного суда города Кемерово от 28 августа 2025 года в обжалованной части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий- И.В. Першина

Судьи- И.А.Сучкова

Л.Ю.Чурсина

Мотивированное апелляционное определение составлено 30.01.2026.