Апелляционное определение № 33-594/2026 от 18 марта 2026 г.

Судья Макеева И.С. Дело № 2-8689/2025

№ 33-594/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Курганского областного суда в составе судьи-председательствующего Фроловой Ж.А.,

судей Буториной Т.А., Голубь Е.С.,

при секретаре судебного заседания Поповой Д.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Кургане 19 марта 2026 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,

по апелляционным жалобам Министерства финансов Российской Федерации и Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Курганской области на решение Курганского городского суда Курганской области от 15 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Фроловой Ж.А., пояснения сторон, заключение прокурора, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации.

В обоснование исковых требований указывал, что <...> был задержан в качестве обвиняемого в совершении ряда тяжких и особо тяжких преступлений, предусмотренных ст.ст. 162, 163, 126, 127, 209, 229. Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ). В отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. В общей сложности состоялось 3 судебных процесса с участием коллегий присяжных заседателей в суде первой инстанции и 3 судебных заседания судов апелляционных инстанций. Приговором Курганского областного суда Курганской области от <...> истец признан невиновным и оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 139, п. «а», «в» ч. 3 ст. 129 УК РФ на основании пп. 2, 4 ч. 2 ст. 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта за непричастностью к совершению преступления; в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 209, п. «а» ч. 3 ст. 126, п. «а» ч. 3 ст. 161 УК РФ, а также трех преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ, двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 127 УК РФ, двух преступлений, предусмотренных пп. «а», «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ, трех преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ на основании пп. 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ на основании пп. 2, 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта за не установлением события преступления; в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ, на основании пп. 3, 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта за отсутствием состава преступления. За ним признано право на реабилитацию. <...> указанный приговор Курганского областного суда апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации оставлен без изменения, вступил в законную силу.

В результате незаконного уголовного преследования продолжительностью более 5 лет, обвинения в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, которых не совершал, незаконного осуждения и незаконного нахождения под стражей более 3 лет ему был причинен моральный вред, размер которого оценил в 15000000 руб. Во время незаконного уголовного преследования он испытывал нравственные страдания, постоянное чувство страха, был лишен возможности вести привычный образ жизни, его достоинство как добросовестного и законопослушного гражданина было унижено.

Просил суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 15000000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель адвокат ФИО18 исковые требования поддерживали в полном объеме.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области в судебное заседание не явился, представил письменный отзыв, в котором возражал против удовлетворения иска.

Представители третьих лиц Прокуратуры Курганской области по доверенности ФИО23, Управление Министерства внутренних дел (далее – УМВД) России по Курганской области по доверенности ФИО26, УМВД России по г. Кургану по доверенности ФИО25, следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Курганской области по доверенности ФИО24 не оспаривали предусмотренное законом право истца на взыскание компенсации морального вреда с Министерства Финансов Российской Федерации в связи с незаконным уголовным преследованием, при этом, полагали, что требования истца в части суммы возмещения морального вреда являются завышенными, не отвечают требованиям разумности и справедливости, а также не подтверждены доказательствами.

Прокуратура Курганской области представила письменный отзыв на исковое заявление, следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Курганской области представило письменные возражения на исковое заявление.

Третьи лица ФИО2, ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились при надлежащем извещении.

Судом постановлено решение, которым исковые требования удовлетворены частично. С Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда взыскано <...> руб., а также расходы на оплату услуг представителя в размере <...> руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе Министерство финансов Российской Федерации просит решение суда изменить и принять новое решение по делу, снизив размер компенсации морального вреда и расходов по оплате услуг представителя.

В обоснование жалобы указывает, что размер взысканной судом компенсации морального вреда явно завышен и не подтвержден надлежащими доказательствами. Не нашло подтверждения причинение истцу существенных физических и нравственных страданий, не установлено наступление серьезных негативных последствий. Судом нарушены нормы процессуального права, поскольку существенные для дела обстоятельства не подтверждены в решении допустимыми, достоверными и достаточными доказательствами.

В апелляционной жалобе третье лицо УМВД России по Курганской области просит решение суда изменить в части размера компенсации морального вреда, уменьшив его до разумных пределов.

В обоснование жалобы, приводя хронологию событий возбуждения и расследования в отношении истца уголовного дела, указывает, что истцом не представлено достаточных доказательств причинения значительных физических и нравственных страданий. Судом также не определено, какие нравственные или физические страдания причинены истцу.

Возражений на апелляционные жалобы не поступило.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации по доверенности ФИО22 доводы апелляционной жалобы поддержал, просил уменьшить размер компенсации морального вреда.

Представитель третьего лица УМВД России по Курганской области по доверенности ФИО26 на доводах апелляционной жалобы настаивала, просила решение суда первой инстанции изменить.

Истец ФИО1 возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Представитель третьего лица Прокуратуры Курганской области ФИО8 доводы апелляционных жалоб поддержала, полагала взысканную судом компенсацию морального вреда завышенной.

Представитель третьего лица Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Курганской области по доверенности ФИО9 доводы апелляционных жалоб поддержала.

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Руководствуясь ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу п. 3 ч. 2 ст. 133 данного кодекса имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пп. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и пп. 1 и 4-6 ч. 1 ст. 27 данного кодекса.

В соответствии с ч. 1 ст. 134 УПК РФ право на реабилитацию признается за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, судом в приговоре, определении, постановлении, а следователем, дознавателем – в постановлении.

Исходя из содержаний данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает при наличии реабилитирующих оснований.

Из материалов дела усматривается, что <...> следователем по <...> ФИО29 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ.

<...> следователем <...> ФИО30 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

<...> уголовное дело № передано для дальнейшего расследования следователю по <...> ФИО31

<...> ФИО1 был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ.

<...> уголовное дело № соединено в одно производство с уголовным делом №, соединенному уголовному делу присвоен общий №.

<...> ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162 УК РФ, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

<...> постановлением судьи Курганского городского суда Курганской области обвиняемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, ФИО1 помещен в <...>.

В ходе предварительного следствия и судебного разбирательства срок содержания под стражей ФИО1 неоднократно продлялся. Последний раз срок содержания под стражей в отношении ФИО1 был продлен постановлением судьи Курганского областного суда от <...> по <...>.

Согласно материалам дела, ФИО1 обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 209, ч. 2 ст. 139, п. «а» ч. 3 ст. 126, п. «а» ч. 3 ст. 161, ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ, трех преступлений, предусмотренных пп. «а», «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ, трех преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ, двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 127 УК РФ, трех преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ.

Приговором Курганского областного суда от <...>, вынесенным с участием присяжных заседателей, ФИО1 оправдан по предъявленному ему обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 209, п. «а» ч. 4 ст. 162 (разбоя в отношении ФИО10), ч. 3 ст. 127 (незаконного лишения свободы ФИО11), п. «а» ч. 3 ст. 126 и п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ (вымогательства у ФИО12), на основании пп. 1 и 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ ввиду неустановления события преступления; в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 139 и п. п. «а», «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ (хищения наркотических средств у ФИО10, ФИО13 и ФИО14), на основании пп. 2 и 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ ввиду непричастности к совершению преступления; в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 162 (разбоя в отношении ФИО11), п. «а» ч. 4 ст. 162 (разбоя в отношении ФИО15 и ФИО16), ч. 3 ст. 127 (незаконного лишения свободы ФИО16), п. «а» ч. 3 ст. 163 (вымогательства у ФИО11), пп. «а», «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ (хищения наркотических средств у ФИО17) и ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ, на основании пп. 3 и 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ ввиду отсутствия в деянии состава преступления.

За ФИО1 признано право на реабилитацию и возмещение в порядке гл. 18 УПК РФ вреда, связанного с уголовным преследованием по обвинению в совершении преступлений, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства уголовного дела.

Он же признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 3 ст. 229 и ч. 5 ст. 33, п. «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ, и осужден по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ к 7 годам лишения свободы; по ч. 5 ст. 33, п. «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ к 4 годам 3 месяцам лишения свободы. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО1 <...> лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации от <...> указанный приговор отменен, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение.

Мера пресечения в отношении ФИО1 содержание под стражей оставлена, срок продлен до <...>.

Приговором Курганского областного суда от <...>, вынесенным с участием присяжных заседателей, ФИО1 признан невиновным и оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 209, ч. 2 ст. 139, п. «а» ч. 3 ст. 126, ч. 1 ст. 30 и п. «а» ч. 4 ст.162 УК РФ, а также трех преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ, двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 127 УК РФ, и двух преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ, на основании п. 1 и 4 ч. 2 ст. 302 УК РФ в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта за неустановлением события преступления; в совершении преступления, предусмотренного подп. «а», «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта за непричастностью к совершению преступления.

Как следует из выписки протокола открытого судебного заседания Курганского областного суда с участием присяжных заседателей от <...>, в соответствии со ст. 346 УПК РФ в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей в отношении подсудимого ФИО1 вердикта о невиновности подсудимый ФИО1 объявлен оправданным и освобожден их из-под стражи в зале судебного заседания.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации от <...> приговор Курганского областного суда с участием присяжных заседателей от <...> в отношении ФИО1 отменен, уголовное дело передано на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе суда.

Приговором Курганского областного суда от <...> ФИО1 признан невиновным и оправдан по предъявленному обвинению:

- в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 139, пп. «а», «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ (в отношении Озерского), на основании пп. 2, 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта за непричастностью к совершению преступления;

- в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 209, п. «а» ч. 3 ст. 126, п. «а» ч. 3 ст. 161 УК РФ, а также трех преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ, двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 127 УК РФ, двух преступлений, предусмотренных пп. «а», «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ, трех преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ, на основании пп. 1, 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта за неустановлением события преступления;

- в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ, на основании пп. 3, 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта за отсутствием состава преступления.

За ФИО1 признано право на реабилитацию и возмещение в порядке гл. 18 УПК РФ вреда, связанного с уголовным преследованием по обвинению в совершении преступлений, не нашедшему подтверждение в ходе судебного разбирательства уголовного дела.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Второго апелляционного суда общей юрисдикции от <...> приговор Курганского областного суда с участием присяжных заседателей от <...> в отношении ФИО1 оставлен без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя – без удовлетворения.

Воспользовавшись своим правом на реабилитацию и возмещение морального вреда в порядке реабилитации, истец обратился в суд.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции установил факт незаконного уголовного преследования истца и пришел к выводу о нарушении его личных неимущественных прав, что влечет обязанность государства компенсировать причиненный моральный вред.

При определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции приняты во внимание категории инкриминируемых истцу преступлений (одно преступление небольшой тяжести, остальные преступления, относящиеся к категории тяжких и особо тяжких), избрание истцу меры пресечения в виде содержания под стражей, длительность нахождения под стражей, обстоятельства, характеризующие личность истца, который ранее не привлекался к уголовной ответственности, степень и характер его нравственных страданий в период незаконного уголовного преследования, выразившиеся в опасении за свое будущее, изменении привычного образа жизни, многочисленные следственные действия с его участием, индивидуальные особенности истца. В связи с этим суд пришел к выводу о взыскании с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере <...> руб., полагая указанную сумму разумной, справедливой и соразмерной компенсацией причиненных истцу моральных и нравственных страданий.

Вывод суда первой инстанции о наличии у истца права на компенсацию причиненного ему морального вреда судебная коллегия находит верным, поскольку личные неимущественные права истца были нарушены самим фактом уголовного преследования, которое в дальнейшем признано необоснованным, и за истцом признано право на реабилитацию.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции считает заслуживающими внимания доводы апелляционных жалоб ответчика и третьего лица о несогласии с размером компенсации морального вреда ввиду следующего.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 УПК РФ).

Реабилитированный – это лицо, имеющее в соответствии с УПК РФ право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (п. 35 ст. 5 УПК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Как следует из пп. 1, 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п. 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 этого кодекса (в частности, в связи с отсутствием события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 24), отсутствием в деянии состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24), наличием в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (п. 5 ч. 1 ст. 27).

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 136 УПК РФ).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (п. 1 ст. 1099 ГК РФ).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (п. 1 ст. 1070 ГК РФ).

Согласно положениям ст. 1100 ГК РФ в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Таким образом, компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Судебная коллегия полагает, что при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, указанные разъяснения учтены судом первой инстанции не в полном объеме.

Суд в постановленном решении перечислили ряд обстоятельств общего характера, которые учитываются при определении размера компенсации морального вреда, характер и степень нравственных страданий истца, связанных с незаконным уголовным преследованием, тяжесть предъявленного обвинения, личность истца, длительность уголовного преследования, объем проведенных следственных действий.

При этом суд не учел фактические обстоятельства настоящего дела, не привел каких-либо доказательств, свидетельствующих о степени и характере перенесенных истцом в связи с этими обстоятельствами физических и нравственных страданий, также не учел в полной мере требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

В силу ч. 1 и 2 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Частью 1 ст. 67 ГПК РФ установлено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Частью 4 ст. 198 ГПК РФ предусмотрено, что в мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом, доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах, доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства, законы, которыми руководствовался суд.

В обоснование своих требований ФИО1 ссылался на то, что моральный вред был причинен ему в результате незаконного уголовного преследования с момента возбуждения <...> уголовного дела до вступления <...> в силу оправдательного приговора, в период которого ФИО1 незаконно содержался под стражей более 3-х лет (с <...> по <...>), а также в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении; ввиду уголовного преследования он был лишен возможности учиться и работать, поскольку проводились судебные заседания, он постоянно находился в «подвешенном состоянии», приговоры дважды отменялись судом вышестоящей инстанции и дело рассматривалось вновь.

Судебная коллегия соглашается с тем, что привлечение лица к уголовной ответственности само по себе является психотравмирующим фактором, доставляющим моральные страдания. Факт причинения нравственных страданий в данном случае предполагается и обязательность компенсации морального вреда возникает во всех случаях установления факта незаконного уголовного преследования.

Вместе с тем, определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд не учел конкретные обстоятельства дела и недоказанность ряда доводов, приведенных в обоснование заявленного размера компенсации.

Так, из материалов дела видно, что незаконное уголовное преследование в отношении ФИО1 осуществлялось более 5 лет, истец содержался под стражей более трех лет. Однако, длительность расследования по уголовному делу была обусловлена характером преступлений и количеством подозреваемых в указанном уголовном деле. Данные обстоятельства не были в полной мере учтены судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда.

В период уголовного преследования истца его жизни и здоровью ничего не угрожало, в протоколах следственных действий каких-либо замечаний со стороны истца на поведение сотрудников следственных органов о его унижении, оказании давления, не отражено, условия содержания под стражей не нарушались, доказательств обратного суду не предоставлено.

То обстоятельство, что в период производства по уголовному делу ФИО1 участвовал в многочисленных следственных и процессуальных действиях, не свидетельствует о существенном нарушении личных неимущественных прав, поскольку их проведение предусмотрено уголовно-процессуальным законодательством.

Материалы дела не содержат каких-либо обращений или жалоб со стороны истца в отношении направленных на него действий должностных лиц, правоохранительных органов, либо иных лиц или действий.

Доводов и доказательств ухудшения состояния своего здоровья в связи с нахождением под стражей истец не привел.

Доказательств того, что незаконное уголовное преследование каким-либо образом повлияло на возможность дальнейшего трудоустройства истца, на его положение в обществе, нарушило социальные связи, явилось препятствием к созданию семьи, не представлено.

Напротив, из пояснений ФИО1 следует, что в настоящее время он трудоустроен, создал собственную семью, поддерживает обычный образ жизни. Какой-либо дискриминации в связи с уголовным преследованием не подвергается.

Судом первой инстанции не учтено, что компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечить баланс частных, и публичных интересов, с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Компенсация морального вреда, которая призвана максимально возместить нравственные и физические страдания реабилитированному лицу, в силу положений ст. 1101 ГК РФ не должна быть средством неосновательного обогащения.

Таким образом, учитывая длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминированных истцу преступлений, относящихся к категории небольшой тяжести, тяжких и особо тяжких, личность истца, характер нарушения неимущественных прав истца, с учетом приведенных выше обстоятельств, отсутствие последствий в виде нарушения здоровья, трудовых прав, социальных и семейных связей, исходя из того, что незаконное или необоснованное уголовное преследование в любом случае не может способствовать улучшению физического и эмоционального самочувствия подозреваемого лица и безусловно вызывает у него чувства обиды, несправедливости, страха, принимая во внимание, что применение меры пресечения в виде содержания под стражей и подписки о невыезде не повлекли значительных негативных последствий для истца, судебная коллегия считает, что размер компенсации морального вреда, взысканный судом первой инстанции в пользу ФИО1, подлежит снижению до 700000 руб. Коллегия полагает, что такой размер компенсации будет являться справедливым, разумным, соразмерным перенесенным истцом нравственным страданиям и достаточным для заглаживания причиненного морального вреда, а также будет способствовать соблюдению баланса частных и публичных интересов.

На основании вышеизложенного постановленное судом решение подлежит изменению, взысканная судом за счет казны Российской Федерации в пользу истца компенсация морального вреда, подлежит снижению до 700000 руб. В остальной части решение следует оставить без изменения.

В силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционных жалоб.

Руководствуясь ст. 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Курганского городского суда Курганской области от 15 декабря 2025 года изменить в части размера компенсации морального вреда, взысканного в пользу ФИО1 с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, уменьшив его до 700000 руб.

В остальной части решение Курганского городского суда Курганской области от 15 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы Министерства финансов Российской Федерации и Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Курганской области – без удовлетворения.

Судья – председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено <...>.