Приговор № 1-636/2019 от 24 июля 2019 г. по делу № 1-636/2019

Дело № 1-636/19


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Волжский городской суд Волгоградской области

в составе:

председательствующего федерального судьи Сапрыкиной Е.А.,

при секретаре Юдиной Л.И.,

с участием государственных обвинителей: Хабаровой А.В., Исмухамбетова Б.С.,

подсудимого ФИО1,

адвоката Гусева Р.Е. (ордер № 025885 от 07 мая 2019 года),

потерпевшего (П)

25 июля 2019 года, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1, <...>

в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «з» части 2 статьи 111, части 1 статьи 222 УК РФ;

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 в г. Волжском умышленно причинил тяжкий вред здоровью (П), с применением предмета, используемого в качестве оружия, а также незаконно хранил боеприпасы, при следующих обстоятельствах.

09 января 2019 года примерно в 21 час 30 минут в помещении бара «<...>», расположенном по адресу: <адрес>, в ходе распития спиртных напитков, между малознакомыми друг другу ФИО1 и (П), на почве личных неприязненных отношений, возник конфликт. Они вышли из бара на улицу, прошли за угол <адрес>, где примерно в 21 час 35 минут, при продолжающемся конфликте между ними произошла обоюдная драка. В ходе драки у ФИО1 возник преступный умысел на причинение тяжкого вреда здоровью (П). Осуществляя задуманное, ФИО1, неустановленным органом предварительного следствия, предметом, обладающим колото-режущими свойствами, умышленно нанес один удар в область грудной клетки (П), причинив последнему телесное повреждение в виде проникающего ранения грудной клетки слева на уровне шестого межреберья, без повреждения внутренних органов, квалифицирующееся, как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Кроме того, ФИО1 при неустановленных органом предварительного следствия обстоятельствах, приобрел шесть девятимиллиметровых пистолетных патронов, предназначенных для стрельбы из боевого нарезного огнестрельного оружия калибра 9х18мм, штатными к пистолетам ПМ, АПС, пистолетам-пулеметам ПП-9, ПП-19, ПП-91, ПП-93 и другому оружию, и пригодные для стрельбы. Патроны он принес в свое в жилище по адресу: <адрес>, где незаконно хранил до 10 января 2019 года, а именно, до проведения в его жилище обыска, в ходе которого патроны были обнаружены и изъяты.

Подсудимый ФИО1 признал вину в незаконном хранении боеприпасов и не признал вину в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью (П). По существу предъявленного обвинения пояснил, что 09 января 2019 года он познакомился с (П) и в процессе употребления спиртных напитков в пив-баре «<...>» <адрес> и борцовского поединка на руках, между ними возник словесный конфликт. Он, оттолкнув Барбу, решил выйти на улицу покурить. Поскольку, собирался вернуться в бар, не взял с собой свой свитер и телефон. (П) пошел за ним и стал словесно провоцировать его на продолжение конфликта. Он, не обращая внимания, направился в сторону соседнего двора, и когда обернулся, (П) нанес ему кулаком удар в подбородок. От удара он упал на спину, тогда (П) сел на его ноги и стал бить его кулаками по лицу, голове и другим частям тела. Он пытался наносить (П) ответные удары, но не доставал до его лица, не мог эффективно обороняться от ударов (П) и, нащупав правой рукой на земле, холодный железный предмет, нанес им удар (П) в левый бок. (П) сразу встал с его ног и осел на землю. Он понял, что нанес (П) болезненный удар, откинул в сторону предмет, которым нанес удар, и ушел с места происшествия. На следующий день он позвонил на абонентский номер своего сотового телефона, который оставил в баре, и ему ответили оперативные сотрудники полиции, сообщили, что потерпевший оперирован в больнице, предложили прийти в бар, что он и сделал. Он добровольно написал явку с повинной, но умысла на причинение (П) телесных повреждений у него не было, он оборонялся от противоправных действий (П) Патроны, которые были у него изъяты, он нашел в конце весны или летом 2018 года, положил в карман своей куртки и принес в кармане домой, где оставил на хранение для себя.

Потерпевший (П) суду показал, что со ФИО1 до 09 января 2019 года он знаком не был. Познакомились они в столовой, расположенной в одном из домов по <адрес>, после чего, обоюдно решили продолжит распивать спиртные напитки в, расположенном неподалеку, баре «<...>». В баре между ними возник конфликт из-за высокомерного поведения ФИО2. Кто из них предложил выйти на улицу, он не помнит, но допускать драки он не хотел. Зайдя за угол дома, а котором находился бар, они продолжили разговор. Не отрицает, что, возможно, он первым ударил ФИО2, поскольку, тот вел себя неадекватно ситуации. Они, схватив друг друга, оба упали на землю. При этом, он упал на ФИО2. Между ними началась обоюдная драка, а именно, они руками хаотично били друг друга по лицу и телу. Почувствовав колющий удар в левую сторону тела, он поднялся, задрав одежду, стал осматривать место укола, увидел кровь и рану в виде «галочки». ФИО2 в это время убежал, чем он нанес ему колющий удар он не видел. Он позвонил своей жене и попросил забрать его. Хотел зайти обратно в бар, но проходившие мимо 3-4 незнакомых человека, сказали ему, что в его состоянии алкогольного опьянения в бар идти не надо. В это время пришла его супруга и забрала его домой. По прибытию домой они вызвали сотрудников скорой медицинской помощи, он был госпитализирован в стационар и оперирован. Со слов врачей ему известно, что у него имелось кровоизлияние, и было задето легкое. Один месяц он был нетрудоспособен, при этом 2-3 недели находился в стационаре. Материальных претензий к подсудимому он не имеет, хотя тот и не принимал мер к возмещению ущерба.

При допросе на предварительном следствии 10 января 2019 года в 11 часов 45 минут в помещении <...> (П) не указывал на наличие между ним и ФИО2 драки до получения им от ФИО2 колющего удара. Потерпевший в судебном заседании указал, что дал следователю неполные показания по состоянию своего здоровья в момент допроса; в последствии в ходе очной ставки, проведенной между ним и ФИО2, он дал подробные показания.

Свидетель (П) – бывшая супруга потерпевшего (П) суду показала, что до апреля 2019 года она проживала с (П) по одному адресу – в <адрес>. 09 января 2019 года в начале 22 часа (П), позвонив по телефону, попросил ее придти за ним к расположенному неподалеку от дома бару и сопроводить его домой, пояснив, что его бьют. Она поняла о каком баре идет речь и примерно через 3-5 минут она подошла к супругу, который стоял у здания, в котором расположен бар, в компании 3-4 человек, с которыми по-дружески общался, и они с ним пошли домой. По пути к дому муж жаловался на боль в боку. Дома она увидела повреждения на куртке и свитере, в которых муж был одет, и кровь на свитере. На куртке крови не было. Под ребром слева у мажа находилась небольшая рваная рана треугольной формы. Она хотела пластырем залепить рану, но при нажатии на тело кровь из раны брызнула фонтаном и течь не переставала. По характеру раны она, поскольку, сама имеет медицинское образование, предположила, что рана от заточки. Она вызвала сотрудников скорой медицинской помощи и полиции, супруг был госпитализирован в реанимационное отделение, где оперирован, поскольку, была повреждена артерия и диагностирован пневмоторакс. С сотрудниками полиции она была на месте происшествия, никаких предметов на месте не было обнаружено.

Свидетель (С6) – врач анестезиолого- реанимационного отделения <...>, суду показал, что согласно просмотренной им перед судебным заседанием медицинской документации, пациент реанимационного отделения на 10 января 2019 года (П) находился в сознании, был оперирован в связи с колото-резаным ранением, был поставлен дренаж раны. Он ( свидетель), как врач, был анестезиологом при операции. 11 января 2019 года (П) был переведен в хирургическое отделение. Сотрудники полиции могут допрашивать больного в больнице, если последний контактен.

Эксперт (Э) – врач, судебно- медицинский эксперт, проводивший экспертное освидетельствование ФИО1 и (П), суду показал, что ФИО2 он осматривал лично, а заключение по (П) составлял по результатам изучения медицинской документации. (П) было нанесено ранение колото- резаным орудием, ранение было проникающим, а, следовательно, опасным для жизни. В медицинской документации не было указано о повреждении внутренних органов; в результате ревизии при операции была вскрыта грудная полость и ушита межреберная мышца. Потерпевший после получения травмы мог передвигаться и совершать активные действия до потери сознания в связи с гипоксией. ФИО1 он осматривал визуально. Обычно, это происходит в течение нескольких минут, он спрашивает у осматриваемого о наличии жалоб на состояние здоровья; на основании жалоб и осмотра составил экспертное заключение о наличии у ФИО2 телесных повреждений, не повлекших расстройства здоровья.

Свидетель (С4), чьи показания, данные на предварительном следствии, с согласия сторон оглашены в судебном заседании, показал, что проживает по соседству с семьей (П). Последнего характеризует положительно: спиртными напитками не злоупотребляет, общественный порядок не нарушает. Видел, что 09 января 2019 года в период с 22 часов до 23 часов (П) был госпитализирован сотрудниками скорой медицинской помощи. ( т. 1 л.д.30-31)

Свидетель (С5), чьи показания, данные на предварительном следствии, с согласия сторон оглашены в судебном заседании, показал, что проживает по соседству с семьей (П), никогда не видел последнего в состоянии алкогольного опьянения. 09 января 2019 года вечером он помогал сотрудникам скорой медицинской помощи спустить (П) к машине скорой помощи; видел, что грудная клетка у последнего была забинтована, виднелась кровь с левой стороны. ( т.1 л.д. 32-33)

Свидетель (С1) – оперативный сотрудник Управления МВД РФ по <адрес>, чьи показания, данные на предварительном следствии, с согласия сторон оглашены в судебном заседании, показал, что в ходе оперативно- розыскных мероприятий по факту нанесения (П) телесных повреждений был задержан ФИО1, пояснивший, что в ходе драки с (П), спровоцированной последним, которая переросла из конфликта, произошедшего в баре, он, лежа на земле, и, получая удары от Барбы, поднял с земли прут и нанес им по левой стороне тела (П) Последний перестал его бить, и он, поднявшись с земли, пошел домой. Куда он выбросил прут, которым нанес удар, он не помнит. ФИО2 изъявил желание написать явку с повинной в совершении преступления ( т.1 л.д. 226-227)

Свидетель (С8) суду показала, что подсудимый ФИО1 является ее соседом и однофамильцем; квартиры, в которых они проживают, находятся в одном подъезде, но она крайне редко видела ФИО2. Она, а также другая соседка по подъезду принимали участие в качестве понятых при обыске сотрудниками полиции в квартире ФИО2, когда в кармане куртки нашли несколько патронов. В составленном протоколе после его прочтения, она в подтверждение в нем изложенного проставила свои подписи.

Свидетель (С7), чьи показания, данные на предварительном следствии, с согласия сторон оглашены в судебном заседании, показала, что 10 января 2019 года была приглашена сотрудниками полиции участвовать одной из понятых при обыске в жилище соседа ФИО1. в куртке, висевшей в коридоре были обнаружены 11 патронов. ФИО2 не отрицал, что патроны принадлежат ему, он привез их из <адрес>. ( т. 1 л.д.228-229)

Эксперт (С2) суду показал, что 12 января 2019 года проводил экспертное исследование 11 патронов, шесть из которых - пистолетные - пригодны для стрельбы. Решить вопрос о пригодности для стрельбы пяти патронов калибра 7,62 миллиметра ему не представилось возможным, поскольку, в ЭКЦ не имеется оружия для их отстрела. Только после отстрела боеприпасов по методике можно установить пригодность их для стрельбы. В своем заключении он допустил опечатку в выводе, указав одновременно, что эти патроны пригодны для стрельбы и, что не удалось разрешить вопрос об их пригодности для стрельбы.

Судом исследовались следующие письменные доказательства- материалы уголовного дела:

- справка, зарегистрированная в КУСП № 455 от 09 января 2019 года, согласно которой дежурным ОП- 2 УМВД РФ по <адрес> принято сообщение о доставлении (П) 09 января 2019 года в 23 часа 30 минут бригадой №... скорой медицинской помощи в больницу №... <адрес> с диагнозом: ножевое проникающее ранение грудной клетки (том №... л.д.3);

- справка ГБУЗ «Городская клиническая больница №...» <адрес> от 10 января 2019 года, согласно которой (П)поступил в отделение реанимации в 02 часа 15 минут 10 января 2019 года, ему постановлен диагноз: проникающее колото-резаное ранение левой половины грудной клетки с повреждением межрёберной артерии. Левосторонний гематоракс. Был оперирован 10 января 2019 года и на момент выдачи справки продуктивному контакту не доступен (том №... л.д.5);

- протокол осмотра места происшествия от 10 января 2019 года и фототаблица к нему, согласно которых в присутствии свидетеля (П) осмотрен участок местности, расположенный около <адрес> и прилегающая к осматриваемому участку территория; следов борьбы, крови, а также предмета, которым возможно было нанесено ранение потерпевшему, не обнаружено (том №... л.д.9-14);

- протокол добровольной выдачи от 10 января 2019 года и фототаблица к нему, согласно которых свидетель (П) выдала сотруднику полиции одежду (П), в которой тот находился 09 января 2019 года в момент нанесения ему телесного повреждения, а именно: куртку, свитер, футболку, на которых с левой стороны имеется повреждение ткани и имеются пятна бурого цвета похожие на кровь; при этом пятна на куртке имеются на подкладке (том №... л.д.17-20);

- протокол предъявления для опознания по фотографии от 10 января 2019 года, согласно которому в 18 часов 40 минут потерпевший (П) среди трех представленных ему фотографических изображений мужчин, опознал на одном из них ФИО1, как лицо, которое 09 января 2019 года у <адрес> нанесло ему удар в область грудной клетки, причинив телесное повреждение (том №... л.д. 51-56);

- протокол явки с повинной ФИО1 от 10 января 2019 года, согласно которому ФИО1 сообщил о том, что 09 января 2019 года вечером, в ходе словесного конфликта с мужчиной, представившимся (П), последний ударил его, и между ними завязалась драка. Будучи слабее (П), он схватил лежащий на земле металлический прут и ударил им (П) в бок. (том №... л.д.58);

- протокол обыска от 10 января 2019 года, согласно которому проведен обыск в жилище ФИО1 по адресу: <адрес> в ходе которого обнаружена и изъята одежда, в которой ФИО1 находился "."..г. в момент нанесения телесного повреждения (П); крови на одежде не обнаружено; а также в кармане куртки ФИО1 обнаружены изъяты: шесть патронов с маркировкой 12 539 ППО и пять патронов с маркировкой К 270. Патроны упакованы в пакет. ФИО1 пояснил, что патроны принадлежат ему, он их привез из Донбасса (том №... л.д. 88-90);

- карта вызова скорой медицинской помощи №... от 09 января 2019 года, согласно которой 09 января 2019 года в 22 часа 13 минут по адресу: <адрес> вызвана бригада скорой медицинской помощь для (П). Затрачено на выполнение вызова 49 минут (т.1 л.д.142-143);

- заключение эксперта №... от "."..г., согласно которому на основании изучения (по данным представленной медицинской документации) морфологических признаков повреждений, установлено, что у (П) имелось повреждение в виде проникающего ранения грудной клетки слева на уровне 6-го межреберья без повреждения внутренних органов. Указанное повреждение образовалось от воздействия предмета, обладающего колюще- режущими свойствами, незадолго до обращения за медицинской помощью и причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (том №... л.д.149-151);

-заключение № 91-2019 от 26 февраля 2019 года, согласно которому на куртке, свитере и футболке (П) обнаружена кровь человека <...> группы, принадлежащая, вероятно (П), имеющего аналогичную группу крови. На джинсах, футболке и свитере ФИО1, изъятых в ходе обыска по адресу: <адрес> г.<адрес> Труда <адрес>, кровь не обнаружена (том №... л.д.161-166);

- протокол очной ставки между потерпевшим (П) и обвиняемым ФИО1 от 06 марта 2019 года, согласно которому (П) по обстоятельствам получения им ранения и событиям, этому предшествующим, пояснил, что после выхода их со ФИО2 из бара на улицу для продолжения разговора, ФИО2 продолжил начатую им в помещении бара браваду о том, что он «крутой» и « держит весь <адрес>», на что он оттолкнул ФИО2 от себя руками в грудь. Но ФИО2 продолжил ругаться, и он ударил его кулаком в лицо. Схватившись друг за друга, они упали на землю: ФИО2 на спину, а он – на ФИО2. Он наносил ФИО2 удары преимущественно по лицу и плечам. От ФИО2 он получил несколько незначительных ударов по лицу. Произошедшая драка и ситуация, в целом, угрожающего характера жизни и здоровью ФИО2 не носила. Затем, он почувствовал колющий удар в левую часть грудной клетки. После чего. встав со ФИО2, стал осматривать место удара. ФИО2 в это время убежал, а он позвонил жене, которая забрала его домой и уже из дома вызвала сотрудников скорой медицинской помощи. ФИО2 указал, что в ходе совместной потасовки он нащупал металлический предмет и, пытаясь защититься, так как не мог освободиться от Барбы, нанес этим предметом последнему удар (том №... л.д.209-213);

- протокол осмотра предметов от 11 марта 2019 года, согласно которому осмотрены предметы одежды (П), в которой тот находился 09 января 2019 года в момент нанесения ему телесного повреждения, а именно: куртка, свитер и футболка, с левой стороны на которых имеются повреждения ткани и пятна бурого цвета, похожие на кровь; а также осмотрена изъятая в ходе обыска в жилище ФИО1 одежда, в которой ФИО1 находился "."..г. в момент нанесения телесного повреждения (П), какие-либо повреждения и пятна крови на предметах одежды отсутствуют (том №... л.д.214-218);

- заключение эксперта № 29 от 16 января 2019 года, согласно которому у ФИО1 имелись повреждения в виде ссадин : на спинке носа, на тыльной поверхности средней фаланги 3-го пальца правой кисти, на тыльной поверхности межфалангового сустава 2-го пальца правой кисти, на тыльной поверхности ногтевой фаланги 1-го пальца правой кисти. Данные повреждения образовались от воздействия тупого твердого предмета, возможно "."..г., и они не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, в связи с чем, расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью (том №... л.д.96-97);

- заключение эксперта № 77 от 11 января 2019 года, согласно которому представленные на исследование предметы в количестве 11 штук, изъятые в ходе обыска по адресу: <адрес>, относятся к категории боеприпасов. Пять патронов являются 7,62 – мм патронами образца 1943 года, предназначенными для стрельбы из боевого нарезного огнестрельного оружия калибра 7,62х39 мм, являются штатными к автоматам конструкции ФИО3, АКМ, АКС, карабинам СКС, пулеметам ФИО3 РПК, РПКС и другому оружию; шесть патронов являются 9-мм пистолетными патронами ППО, предназначенными для стрельбы из боевого нарезного огнестрельного оружия калибра 9х18мм. и являются штатными к пистолетам ПМ, АПС, пистолеты-пулеметы ПП-9, ПП-19, ПП-91, ПП-93 и другому оружию (том №... л.д.116-119);

- заключение эксперта № 97 от 12 января 2019 года, согласно которому одиннадцать патронов, изъятых в ходе обыска по адресу: <адрес>, относятся к категории боеприпасов и являются: 5 патронов – 7,62 – мм патронами образца 1943 г., которые предназначены для стрельбы из боевого нарезного огнестрельного оружия калибра 7,62 мм. (автоматы АК-47, АКМ, АКМС; пулеметы РПК, РПКС; карабин СКС). Решить вопрос о пригодности данных патронов для стрельбы не представляется возможным, ввиду отсутствия в ЭКЦ ГУ МВД России по <адрес> оружия соответствующего калибра. 6 патронов – 9 –мм пистолетными патронами ППО, предназначенными для стрельбы из боевого нарезного огнестрельного оружия калибра 9х18мм. (пистолеты ПМ, АПС, пистолеты-пулеметы ПП-9, ПП-19, ПП-91, ПП-93). Данные патроны пригодны для стрельбы (том №... л.д.127-129).

- протокол осмотра предметов от 22 января 2019 года, согласно которому осмотрены: пять патронов с маркировочным обозначением 270К, целостность которых не нарушена и шесть гильз от шести патронов с маркировочным обозначением 539 ППО 12 ( т. 1 л.д. 170-171).

Судом в ходе судебного следствия были осмотрены вещественные доказательства: предметы одежды (П) : футболка, свитер и куртка, имеющие повреждения в виде разрывов и пятна бурого цвета; также были осмотрены пять патронов и 6 гильз от патронов.

В ходе судебного следствия просмотрена видеозапись, содержащаяся на СД-диске, запрошенная судом по ходатайству адвоката, а именно: на видеозаписи зафиксировано изображение части помещения общественного питания; непосредственно виден, сидящий спиной к камере видеонаблюдения, (П), который, периодически, за столом, борется на руках ( по типу армрестлинга) с человеком, который в объем видеокамеры не вошел, попеременно, каждый из них одолевает друг друга. ФИО2 пояснил, что именно с ним (П) ведет борьбу руками. Затем, очевидно, что ФИО2 приподнимается, берет (П) за правое предплечье, затем, бьет его в лицо, затем осуществляет хватательное движение за лицо (П); после чего, вновь садится. Указанное, согласно времени, отображающегося на видеозаписи, происходит в 21 час 15 минут – 21 час 16 минут. В 21 час 25 минут они вновь по инициативе ФИО2 начинают бороться на руках, затем, ФИО2 хватает Барбу за оба предплечья. В 21 час 28 минут ФИО2 вновь встает, замахивается кулаком (П) в лицо. Последний делает ответное движение в сторону ФИО2. ФИО2 идет в сторону выхода, что –то говоря (П) Последний встает и идет за ФИО2. Оба скрываются из обзора камеры видеонаблюдения.

Адвокатом в прениях заявлено о недопустимости ряда письменных доказательств и по следующим основаниям :

- протокола обыска от 10 января 2019 года в жилище ФИО1, когда были обнаружены и изъяты 11 патронов и предметы одежды ФИО2, в которых он находился в момент совершения преступления в отношении (П) – по причине, что при изъятии вещи и предметы не были соответствующим образом упакованы и опечатаны;

- протокола добровольной выдачи от 10 января 2019 года свидетелем (П) предметов одежды потерпевшего (П), в которых он находился в момент совершения в отношении него преступления – по причине, что в протоколе не указано, в каком состоянии вещи были изъяты и были ли упакованы;

- обоих заключений экспертов по исследованию 11 патронов: от 11 января 2019 года и 12 января 2019 года, и заключения биологической экспертизы по исследованию предметов одежды (П) от 26 февраля 2019 года – по причине того, что патроны и одежда поступили на экспертные исследования в опечатанных упаковках;

- протокола осмотра следователем предметов от 22 января 2019 года, по причине, что, не смотря на проведение экспертизы 12 января 2019 года, следователем в протоколе указано на то, что осмотрен пакет, на котором имеется пояснительный текст о том, что экспертиза проведена 11 января 2019 года, а также по той причине, что содержимое протокола не соответствует приложенной к нему фототаблице;

- протокол осмотра места происшествия от 11 января 2019 года – участка местности у <адрес>, по той причине, что при ознакомлении с материалами уголовного дела по окончании предварительного следствия он ( адвокат) увидел, что в протоколе не было указано каким должностным лицом был составлен протокол, а позднее, в нем появилась дописка «майор юстиции (С3)».

Допрошенная в качестве свидетеля, следователь СО- 2 УМВД РФ по г.Волжскому (С3) суду показала, что при проведении обыска в жилище ФИО1 у нее не было при себе печати. Изъятые в квартире предметы она упаковала, снабдила пояснительными надписями, печать проставила по возвращению в отдел полиции. Не исключает, что в протоколе осмотра места происшествия, где (П) было причинено телесное повреждение, ею свое звание и фамилия были дописаны при ознакомлении обвиняемого и адвоката с материалами уголовного дела. Указала, что к протоколу осмотра 22 января 2019 года, когда ею после проведения экспертных заключений были осмотрены пять патронов и шесть гильз, она ошибочно приложила к протоколу фототаблицу по иному уголовному делу. Кроме того, свидетель указала, что время совершения ФИО1 преступления в отношении потерпевшего (П) - в период с 21 часа 30 минут до 21 часа 35 минут было определено ею окончательно после допроса свидетеля (П), которая показала, что телефонный звонок от мужа с просьбой забрать его от бара поступил ей в 21 час 38 минут, и примерно через один час она вызвала сотрудников скорой помощи.

По смыслу части 1 статьи 75 УПК РФ единственным основанием для признания доказательства недопустимым является его получение с нарушением требований Уголовно- процессуального Кодекса РФ.

Суд считает необходимым исключить из числа доказательств фототаблицу к протоколу осмотра предметов от 22 января 2019 года, а именно, когда следователем (С3) были осмотрены пять патронов и шесть гильз, так как, фототаблица не соответствует тексту протокола, поскольку, наряду с изображением пяти патронов, калибра 7, 62 мм, она содержит изображение шести девятимиллиметровых патронов ( в то время, как по протоколу осматривается шесть гильз от них). При этом, оснований для признания недопустимым доказательством самого протокола осмотра предметов не имеется.

Тот факт, что при изъятии в жилище ФИО1 патронов и предметов его одежды, а при выемке у свидетеля (П) предметов одежды (П) они были упакованы, но не опечатаны, не является основанием для признания недопустимыми доказательствами протоколов следственных действий, и, как следствие – экспертных заключений.

Часть 10 статьи 182 УПК РФ обязывает должностное лицо предъявлять изъятые предметы понятым и другим лицам, присутствующим при обыске; упаковывание и опечатывание их на месте обыска производится лишь в случае необходимости.

Протокол обыска в жилище ФИО1 содержит сведения о предъявлении изъятых предметов понятым и ФИО2. В протоколе обыска, как и в протоколе выемки предметов одежды потерпевшего у его жены – свидетеля (П), содержится описание индивидуальных признаков изъятого. При этом, ФИО1 при изъятии не отрицал, что изъятые патроны принадлежат ему.

Отсутствие на момент ознакомления адвоката с материалами уголовного дела в верхней части протокола осмотра места происшествия фамилии и звания следователя не является основанием для признания протокола недопустимым доказательством.

Таким образом, суд не усматривает нарушений уголовно- процессуального закона при сборе доказательств по уголовному делу, которые могли бы повлиять на выводы суда или препятствовали бы вынесению законного и обоснованного судебного решения.

Исследовав и проанализировав доказательства по делу в совокупности, суд считает, что виновность ФИО1 в умышленном причинении (П) тяжкого вреда здоровью, с применением предмета, используемого в качестве оружия, нашла подтверждение в ходе судебного следствия.

Приведенные выше доказательства являются непротиворечивыми друг другу, являются достоверными и достаточными для вывода о том, что ФИО1 умышленно причинил (П) тяжкий вред здоровью.

Вопреки доводам стороны защиты о том, что потерпевший в ходе предварительного следствия менял свои показания по обстоятельствам событий, в результате которых ФИО1 нанес ему колющее ранение, его показания как в ходе предварительного следствия, так и в суде были последовательны и несменяемы.

Тот факт, что при первичном его допросе в помещении медицинского стационара 10 января 2019 года в 11 часов 45 минут (П) не указывал, что в ходе конфликта со ФИО1 между ними произошла драка, что они падали на землю и он, сидя на ФИО2 наносил последнему удары руками по лицу и телу перед нанесением ему последним колющего удара неустановленным предметом, не является основанием для вывода о противоречиях его показаний. Допрошен он был через несколько часов после его оперирования, что не могло не отразиться на полноте его показаний. В последствии, в том числе, в ходе очной ставки, не отрицал совершения им самим вышеуказанных действий. Об этом же он заявил в судебном заседании. Более того, не исключал, что он первым нанес удар ФИО2 в лицо.

Сам ФИО1 не отрицает, что нанес (П) в левый бок ранение железным предметом, который обнаружил на месте преступления.

О наличии у (П) одного телесного повреждения – проникающего ранения грудной клетки слева указывают свидетели (П) и (С6), а также эксперт (Э). Подтверждает это также экспертное медицинское заключение.

Доводы адвоката о том, что (П) мог получить указанное проникающее ранение в другом месте, после ухода ФИО4, голословны и ничем объективно не подтверждены. Более того, согласно исследованным доказательствам, помещение бара ФИО2 с (П) покинули в 21 час 28 минут; телефонный звонок последнего после получения ранения поступил его супруге в 21 час 38 минут; вызов скорой медицинской помощи на дом семьи Барбы последовал в 22 часа 13 минут. То есть, события произошли в довольно короткий временной промежуток.

Доводы стороны защиты о том, что на одежде ФИО1 не было обнаружено крови (П) не свидетельствует о его невиновности, тем более, что на потерпевшем были надеты: футболка, свитер, куртка на основе синтепона и по материалам дела кровью была пропитана лишь подкладка куртки; на внешней стороне куртки следов крови не имелось.

Кроме того, анализ исследованных судом доказательств не позволяет прийти к выводу о том, что ФИО1 действовал в состоянии необходимой обороны, либо при превышении ее пределов.

Видеозапись предшествующих событий, происходящих в помещении бара, подтверждает, что именно ФИО1 перед выходом из помещения бара на улицу неоднократно совершал противоправные насильственные деяния в отношении (П)и провоцировал его на ответные деяния, в связи с чем, противоправные действия (П) по отношению к ФИО1 по выходу на улицу, не могли являться для последнего неожиданными. Он был в состоянии оценить степень и характер опасности, исходившей от действий (П). Противоправные действия последнего и используемый им способ посягательства по отношению к ФИО1 не создавали реальной опасности для жизни ФИО1 и не создавали реальной угрозы для его жизни. О намерении причинить ФИО2 смерть или вред здоровью (П) не высказывался, каких –либо предметов, которые мог бы использовать в качестве оружия, не имел. ФИО1 в результате драки с (П) получил телесное повреждение в виде ссадины на спинке носа и ссадин на трех пальцах правой руки, не причинившие вреда его здоровью.

Все указанные обстоятельства свидетельствуют об очевидном несоответствии действия ФИО1, выразившегося в нанесении (П) удара в жизненно- важный орган – в левую область грудной клетки колюще- режущим металлическим предметом, характеру и опасности посягательства в отношении него со стороны (П). Таким образом, действия подсудимого носили осознанный и целенаправленный характер на причинение потерпевшему тяжкого вреда.

По эпизоду незаконного хранения боеприпасов подсудимый вину не отрицал. Вина его подтверждается показаниями свидетелей – понятых, участвующих при осмотре, протоколом обыска, в ходе которого боеприпасы были изъяты, заключениями экспертов.

Оснований для прекращения уголовного преследования ФИО1 по части 1 статьи 222 УК РФ, как указывает адвокат – в связи с добровольной выдачей патронов ФИО2, не имеется. Патроны были изъяты по месту жительства ФИО1 в ходе обыска, а, следовательно, в силу примечания к статье 222 УК РФ, их изъятие не может признаваться добровольной выдачей.

При этом, суд считает необходимым исключить из обвинения ФИО1 хранение им 5 патронов 7,62 мм калибра, образца 1943 г., которые предназначены для стрельбы из боевого нарезного огнестрельного оружия калибра 7,62 мм. Ответственность по статье 222 УК РФ предусмотрена только за незаконные действия, совершенные с боеприпасами, пригодными к использованию по назначению, то есть, пригодными к стрельбе. Однако, экспертным путем решить вопрос о пригодности указанных пяти патронов для стрельбы не представилось возможным. При этом, на квалификацию действий ФИО2 по ч.1 ст. 222 УК РФ это не влияет.

Действия ФИО1 суд квалифицирует:

- по пункту «з» части 2 статьи 111 УК РФ, по признаку: умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия; и

- по части 1 статьи 222 УК РФ по признаку: незаконное хранение боеприпасов.

Прокурором города Волжского Забродиным П.В. в порядке части 3 статьи 44 УПК РФ заявлен гражданский иск в интересах государства, в лице Государственного учреждения «Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Волгоградской области» о возмещении расходов на лечение потерпевшего (П) в размере 47 132 рубля.

Прокурор, участвующий в деле, иск о возмещении расходов на лечение потерпевшего в размере 47 132 рубля просил удовлетворить.

Подсудимый исковые требования прокурора не признал, указав, что не имеет материальной возможности оплатить иск, а также, что не уверен, что телесные повреждения, в связи с которыми (П) находился на лечении, последнему причинил он.

В соответствие с частью 1 статьи 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статья 34 ( пункт 11) Федерального Закона №... от "."..г. «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» предусматривает предъявление исковых требований к лицам, ответственным за причинение вреда здоровью застрахованного лица, в целях возмещения расходов в пределах суммы, затраченной на оказание медицинской помощи застрахованному лицу.

Материалы дела ( т.1 л.д. 233, 234) подтверждают оплату из средств обязательного медицинского страхования страхового случая, произошедшего с застрахованным лицом (П), ГБУЗ «ГКБ №... им. .....» в общей сумме 47132 рубля.

В связи с указанным суд считает иск прокурора подлежащим удовлетворению.

Назначая наказание подсудимому, суд в соответствие со ст. 60 УК РФ учитывает характер, степень общественной опасности совершенных им преступлений, обстоятельства, влияющие на назначение наказания, а также данные о личности подсудимого и влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

ФИО1 совершил два умышленных преступления, относящихся к категории тяжкого и средней тяжести. Учитывая конкретные обстоятельства по делу, суд не усматривает оснований для применения положений части 6 статьи 15 УК РФ и изменения категорий совершенных преступлений на менее тяжкую категорию.

Смягчающими наказание подсудимого обстоятельствами, являются: явка с повинной в совершении преступления в отношении потерпевшего (П), преклонный возраст и состояние здоровья матери подсудимого - ФИО5, а также состояние здоровья самого подсудимого, имеющего хроническое вирусное заболевание.

Исходя из обстоятельств дела, установленных судом, в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого по п. «з» ч.2 ст. 111 УК РФ, суд учитывает противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, является наличие в его действиях рецидива преступлений, который в силу п. «б» ч.2 ст. 18 УК РФ, является опасным.

Кроме того, отягчающим наказание ФИО1 обстоятельством, суд, исходя из характера и степени общественной опасности преступления, признает совершение им преступления в отношении потерпевшего (П) в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Кроме того, совершение ФИО1 преступления непосредственно после употребления спиртных напитков усматривается из материалов уголовного дела и не отрицается подсудимым.

Суд принимает во внимание также данные о личности подсудимого. ФИО1 имеет постоянное место жительства, по которому зарегистрирован и удовлетворительно характеризуется; на диспансерном учете и под наблюдением у нарколога и психиатра не состоит; привлекался к административной ответственности за нарушение общественного порядка, хотя и неофициально, но трудится.

В соответствие с пунктом «в» части 1 статьи 73 УК РФ суд назначает ФИО1 назначение в виде реального лишения свободы. Указанное наказание соответствует требованиям статьи 43 УК РФ о применении уголовного наказания в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Оснований для применения при назначении наказания правил статьи 64, части 3 статьи 68 УК РФ, суд не усматривает.

По правилам пункта «в» части 1 статьи 58 УК РФ наказание осужденному следует отбывать в колонии строгого режима.

С учетом обстоятельств дела и личности виновного дополнительное наказание в виде ограничения свободы по пункту «з» части 2 статьи 111 УК РФ и в виде штрафа по части 1 статьи 222 УК РФ, суд считает возможным не назначать.

Вопрос вещественных доказательств суд разрешает в порядке, предусмотренном частью 3 статья 81 УПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 303, 304, 307-310 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «з» части 2 статьи 111, частью 1 статьи 222 УК РФ и назначить наказание:

- по пункту «з» части 2 статьи 111 УК РФ – в виде лишения свободы на срок пять лет;

- по части 1 статьи 222 УК РФ – в виде лишения свободы на срок один год четыре месяца.

В соответствие с частью 3 статьи 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно ФИО1 назначить наказание в виде лишения свободы на срок пять лет шесть месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, исчисляя срок с 25 июля 2019 года.

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания осужденного под стражей с 10 января 2019 года по день вступления приговора суда в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания.

Меру пресечения осужденному до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю - содержание под стражей.

Взыскать со ФИО1 в пользу Государственного учреждения «<адрес>» в счет возмещения расходов на лечение потерпевшего (П) в ГБУЗ «ГКБ №... им. .....» 47 132 рубля.

Вещественные доказательства:

- предметы одежды ФИО1 и (П), находящиеся камере хранения вещественных доказательств отдела полиции №... Управления МВД России по городу Волжскому, уничтожить;

- шесть гиль от патронов с маркировкой 539 ППО, находящихся на хранении в камере хранения вещественных доказательств Управления МВД России по городу Волжскому – уничтожить;

- пять патронов с маркировкой К 270, находящихся на хранении в камере хранения вещественных доказательств Управления МВД России по городу Волжскому, передать на склад ГУ МВД по Волгоградской области.

Приговор может быть обжалован в Волгоградский областной суд в течение 10 дней. Осужденный вправе в течение этого же срока ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Судья: подпись