Решение № 2А-1673/2018 2А-1673/2018(2А-9075/2017;)~М-8218/2017 2А-9075/2017 М-8218/2017 от 26 июля 2018 г. по делу № 2А-1673/2018

Дело № 2А-1673/2018


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 июля 2018 года город Южно-Сахалинск

Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего – судьи Седых Н.А.,

при секретаре – Вродливец О.А.,

с участием представителя административного истца ФИО1, заинтересованного лица ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению акционерного общества «Молочный комбинат «Южно-Сахалинский» о признании незаконным предписания Государственной инспекции труда в Сахалинской области № от 04 декабря 2017 года,

УСТАНОВИЛ:

25 декабря 2017 года акционерное общество «Молочный комбинат «Южно-Сахалинский» (далее АО «Молочный комбинат «Южно-Сахалинский», Общество) обратилось в суд с административным исковым заявлением о признании незаконным предписания Государственной инспекции труда в Сахалинской области № от 04 декабря 2017 года.

В обоснование заявленных требований указано, что оспариваемым предписанием на АО «Молочный комбинат Южно-Сахалинский» возложена обязанность в срок до 11 января 2018 года отменить договор о полной материальной ответственности б/н от 01 мая 2017 года; отменить приказы № от 24 октября 2017 года и № от 08 августа 2017 года как изданные в нарушение статей 244 и 248 Трудового кодекса Российской Федерации; выплатить ФИО2 ранее удержанные денежные средства из заработной платы в соответствии с приказами № от 24 октября 2017 года и № от 08 августа 2017 года на основании статей 136,138, 244, 248 Трудового кодекса Российской Федерации. По мнению административного истца, такое предписание является незаконным и нарушающим права Общества. Так, из оспариваемого предписания непонятно какой договор о полной индивидуальной материальной ответственности от 01 мая 2017 года следует отменить, а приказы № от 24 октября 2017 года и № от 08 августа 2017 года изданы в соответствии с требованиями трудового законодательства. Кроме того, оспариваемое предписание вынесено с превышением предоставленной административному органу компетенцией, поскольку разрешение поставленных в предписании вопросов является индивидуальным трудовым спором.

Определением суда от 04 апреля 2018 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечен ФИО2

В судебном заседании представитель АО Молочный комбинат «Южно-Сахалинский» заявленные требования поддержал по изложенным в административном иске основаниям.

Заинтересованное лицо ФИО2 в судебном заседании против заявленных требований возражал.

Представитель Государственной инспекции труда в Сахалинской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще.

На основании статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося представителя административного ответчика.

Выслушав явившихся лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, предписанием государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Сахалинской области ФИО3 № от 04 декабря 2017 год, на АО «Молочный комбинат «Южно-Сахалинский» возложена обязанность в срок до 11 января 2018 года устранить допущенные нарушения норм трудового законодательства, в том числе, отменить договор о полной материальной ответственности б/н от 01 мая 2017 года на основании статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации, Постановления Минтруда Российской Федерации от 31 декабря 2002 года № 85 (пункт 1 Предписания).

Проверяя правомерность указанного пункта предписания, суд исходит из следующего.

На основании приказа № 33 от 01 мая 2017 года ФИО2 с 01 мая 2017 года принят на работу в АО «Молочный комбинат «Южно-Сахалинский» на должность водителя автомобиля (фургона.)

В этот же день с ним заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, которым регламентирован порядок возмещения ущерба работодателю (пункты 3,4 договора).

В соответствии со статьей 244 Трудового кодекса Российской Федерации письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 настоящего Кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Однако должность, на которую трудоустроен ФИО4, не поименована в Перечне должностей и работ, с которыми работодатель имеет право заключать письменные договоры о полной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества.

Таким образом, суд приходит к выводу, о том, что у АО «Молочный комбинат «Южно-Сахалинский» отсутствовали правовые основания для заключения вышеуказанного договора с работником ФИО4

Далее, согласно пунктов 2 и 3 предписания Государственная инспекция труда в Сахалинской области обязала АО «Молочный комбинат «Южно-Сахалинский» отменить приказы № от 24 октября 2017 года и № от 08 августа 2017 года как изданные в нарушение статей 244, 248 Трудового кодекса Российской Федерации, а также выплатить ФИО4 ранее удержанные денежные средства из его заработной платы в соответствии указанными приказами.

В соответствии со статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В силу статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Как следует из материалов дела, упомянутыми выше приказами № от 24 октября 2017 года и 342-П от 07 августа 2017 года (дата 08 августа 2017 года указана в предписании ошибочно) с работника ФИО2 удержаны суммы в размере 35815 руб. 37 коп. и 89988 руб. соответственно в погашение материального ущерба, причиненного имуществу предприятия в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ФИО2

Между тем, удержание с ФИО2 указанных сумм нельзя признать правомерным, поскольку с учетом размера ущерба и размера заработной платы работника ущерб мог быть возмещен работодателю только в судебном порядке в соответствии с положениями статей 138 и 248 Трудового кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, защита индивидуальных трудовых прав работника, в том числе и при нарушении законоположений о полной материальной ответственности работника, возможна только в рамках индивидуального трудового спора.

Согласно статье 381 Трудового кодекса Российской Федерации индивидуальный трудовой спор - неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров. Индивидуальным трудовым спором признается спор между работодателем и лицом, ранее состоявшим в трудовых отношениях с этим работодателем, а также лицом, изъявившим желание заключить трудовой договор с работодателем, в случае отказа работодателя от заключения такого договора.

По смыслу данных положений закона и положений статьи 357 Трудового кодекса Российской Федерации при проведении проверок государственный инспектор труда выдает обязательное для исполнения работодателем предписание только в случае очевидного нарушения трудового законодательства. Трудовые споры, в том числе, неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда) рассматриваются в рамках статей 381 - 397 Трудового кодекса Российской Федерации комиссиями по трудовым спорам или судами.

Таким образом, осуществляя функцию по надзору и контролю за работодателями, государственная инспекция труда выявляет правонарушения, но не решает трудовые споры, так как не является органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров и не может подменять его собой.

В соответствии с Конвенцией МОТ № 81 «Об инспекции труда в промышленности и торговле» от 11 июля 1947 года, ратифицированной Российской Федерацией 11 апреля 1998 года, инспектору труда не предоставлено право выносить обязательные для исполнения работодателем предписания по трудовым спорам.

Исходя из этого, выданное Государственной инспекцией труда в Сахалинской области предписание от 04 декабря 2017 года, нельзя признать обоснованным, как принятое с превышением установленной компетенции.

Руководствуясь статьями 175 – 180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

административное исковое заявление акционерного общества «Молочный комбинат «Южно-Сахалинский» о признании незаконным предписания Государственной инспекции труда в Сахалинской области № от 04 декабря 2017 года - удовлетворить.

Признать незаконным предписание Государственной инспекции труда в Сахалинской области № от 04 декабря 2017 года.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Южно-Сахалинский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 02 августа 2018 года.

Председательствующий судья Н.А.Седых