Апелляционное постановление № 22-829/2025 от 18 ноября 2025 г. по делу № 1-19/2025

Судья Бибичев А.В. Дело № 22-829


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пенза 19 ноября 2025 г.

Пензенский областной суд в составе:

председательствующего судьи Потаповой О.Н.,

с участием прокурора Шумилкиной Н.Н.,

осужденного ФИО1,

защитника осужденного – адвоката Комарова В.В.,

при секретаре Холодневой С.Л.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Шемышейского района Пензенской области Старкина Н.Ю. и апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Шемышейского районного суда Пензенской области от 18 сентября 2025 г., которым

ФИО1, <данные изъяты> не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ, по которой ему назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 2 года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ФИО1 установлены ограничения и обязанности: не изменять постоянного места жительства или пребывания и не выезжать за пределы муниципального образования Шемышейский район Пензенской области без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средствами, постановлено исчислять с момента вступления приговора суда в законную силу в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ.

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения – подписка о невыезде и надлежащем поведении.

Гражданский иск потерпевшей В.Н.Н. удовлетворен частично.

Взыскано с ФИО1 в пользу В.Н.Н. 750000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

Постановлено вещественные доказательства: CD-R компакт-диск хранить при уголовном деле, автомобиль марки «LADA GRANTA 219040», регистрационный знак № возвратить по принадлежности В.Н.Н.

Сохранен арест, наложенный постановлением Ленинского районного суда г. Пензы от 12 апреля 2025 г. на автомобиль марки «ВАЗ 217230», регистрационный знак №, принадлежащий осужденному ФИО1, до исполнения приговора в части гражданского иска.

Заслушав доклад судьи Пензенского областного суда Потаповой О.Н., заключение прокурора Шумилкиной Н.Н., поддержавшей доводы апелляционного представления и полагавшей по его доводам приговор изменить, просившей апелляционную жалобу осужденного оставить без удовлетворения, объяснения осужденного ФИО1, мнение его защитника – адвоката Комарова В.В., поддержавших апелляционную жалобу и не возражавших против апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшим по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено 24 ноября 2024 г. в р.п. Шемышейка Шемышейского района Пензенской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

В обоснование указывает, что ему вменен пункт 10.1. ПДД РФ, согласно которому он не выбрал скорость, обеспечивающую безопасность и возможность постоянного контроля за движением. Но проведенной судебной автотехнической экспертизой от 6 августа 2025 г. установлено, что перед столкновением скорость его движения могла быть чуть больше или чуть меньше значения 50 км/ч (лист 22, исследование по 5 вопросу). При этом максимально-разрешенная скорость движения в населенном пункте р.п. Шемышейка 60 км/ч. Экспертным путем, вопрос о том, какую скорость, обеспечивающую безопасность и возможность постоянного контроля за движением, он должен был выбрать, не исследовался, а, значит, суд сделал вывод о нарушении пункта 10.1. ПДД РФ, основываясь лишь на предположении, что скорость чуть больше или чуть меньше значения 50 км/ч действительно является небезопасной.

Указывает, что обвинение основано на показаниях заинтересованных лиц - семьи В. и знакомого их семьи свидетеля П.А.Н., и их показания суд первой инстанции признал достоверными. Но как суд их может считать достоверными, если в ходе рассмотрения дела в суде стали очевидны факты их лжи. Так свидетель В.Н.Н. и потерпевшая В.Н.Н. в своих показаниях утверждали об обгоне им (ФИО1) какого-то автомобиля, который был неподалеку от них, в результате чего и произошел занос его автомобиля, что очевидно и являлось основной версией для следствия и суда. Однако, свидетель Р.Л.А. опроверг данную версию, сообщив, что ФИО1 обогнал его еще перед въездом в населенный пункт р.п. Шемышейка, и затем ФИО1 значительное расстояние - не менее 500м. двигался по своей полосе, не маневрируя, никого не обгоняя, без заносов и т.п.

Обращает внимание, что проведенный судом 30 июня 2025 г. следственный эксперимент показал, что свидетель П.А.Н. в своих показания тоже лжет в пользу В.. Из его дома не видно дорожную разметку и границ проезжей части <адрес>, видны лишь транспортные средства, движущиеся по ней. Соответственно расположение транспортных средств на проезжей части <адрес> относительно ее границ П.А.Н. в момент ДТП видеть не мог, но все равно сообщил суду и следователю, что автомобиль В.Н.Н. стоял на своей полосе, а его ( ФИО1) автомобиль выехал на встречную полосу и совершил там столкновение с автомобилем В.Н.Н. Но суд признал правдивыми данные показания П.А.Н. даже в части того, что он, якобы, видел, что автомобиль В.Н.Н. стоял на своей полосе. По мнению автора жалобы, показаниям данных лиц доверять нельзя, они это делают с целью сделать его виновным вместо В.Н.Н., хотя он (ФИО1) наряду с потерпевшей В.Н.Н. тоже должен быть потерпевшим по делу, так как в результате этого ДТП и неосторожных действий В.Н.Н. ему причинены тяжкие телесные повреждения.

Отмечает, что другие версии развития дорожно-транспортной ситуации следствием не рассматривались. И не была рассмотрена его версия о том, что водитель В.Н.Н. приступил к маневру поворота налево, в процессе которого выехал на встречную полосу, вследствие чего он (ФИО1) и решил свернуть влево с целью предотвращения столкновения, о чем он сообщал с самого начала во всех своих показаниях.

Эта версия не отработана, однако, по утверждению автора жалобы, она и является правдой. И свидетель Ш.О.В. и его брат - свидетель Е.С.В. это знают. Но по какой-то причине Ш.О.В. стал лгать. Он сам лично одним из первых писал комментарии в соц.сетях, что видел момент ДТП, что он (ФИО1) не виноват, и затем давал очень подробное объяснение сотрудникам полиции. Но при допросе в качестве свидетеля вдруг вспомнил, что он не видел момента ДТП, и в суде сказал тоже самое. Неизвестно, какие причины для изменения им своих показаний, но правоохранительными органами это никак не проверялось, и суд первой инстанции вообще не обратил на это внимание.

Отмечает, что стороной защиты суду предоставлена видеозапись с места происшествия, которая приобщена к материалам дела, и согласно которой на середине проезжей части <адрес> и на полосе движения ФИО1 имелись свежие следы, которые явно относились к рассматриваемому происшествию и могли повлиять на выводы эксперта автотехника, но не были зафиксированы следователем в ходе осмотра места происшествия. На фототаблице, приложенной к протоколу осмотра места ДТП, и на этих же фотографиях, приложенных к делу в электронном виде на компакт-диске, тоже видны эти следы. И кроме того, там отчетливо видны следы грязи в районе середины проезжей части и на полосе движения, по которой двигался он (ФИО1).

Обращает внимание, что на фототаблице, приложенной к протоколу осмотра места ДТП, видны две концентрации осыпи грязи, осколков стекла и пластика. Одна из осыпей находится в районе середины его (ФИО1) полосы движения, а вторая находится в районе обочины, на которой лежал его автомобиль, и на краю проезжей части рядом с ним. А также на противоположной обочине видны крупные части транспортных средств. Ни одна из этих осыпей и следов грязи не зафиксированы следователем в ходе осмотра места ДТП, что свидетельствует о существенных нарушениях, допущенных в ходе осмотра места ДТП уполномоченными должностными лицами, и как ни странно эти нарушения допущены в пользу В.Н.Н.

Указывает, что по делу проведены две автотехнические судебные экспертизы: одна в ходе доследственной проверки, а вторая - дополнительная судебная экспертиза, назначенная судом по ходатайству стороны защиты. Обе экспертизы производились в одном экспертном учреждении - ФБУ Пензенская ЛСЭ Минюста России, где очевидно было сформировано мнение по данной дорожно-транспортной ситуации уже при производстве первой экспертизы (заключение эксперта от 12 февраля 2025 г.), и назначение дополнительной экспертизы в данное экспертное учреждение не имело практического смысла. При этом сторона защиты для получения мнения экспертов из иного экспертного учреждения, с целью объективного разбирательства по делу, просила суд назначить экспертизу в ФБУ Приволжский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции РФ, но суд безосновательно, лишь на своих предположениях, отказал стороне защиты в назначении судебной экспертизы в конкретное экспертное учреждение, что является нарушением его права на защиту, а также суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении повторной автотехнической судебной экспертизы в связи с возникновением сомнений в обоснованности заключения эксперта от 6 августа 2025 г.

Полагает, что суд безосновательно отнесся критически к заключениям специалиста Г.С.О. № от 25 июня 2025 г. и № от 26 августа 2025 г., полученных стороной защиты, и его показаниям в судебном заседании, ссылаясь на то, что исследования проведены без предоставления специалисту всех материалов дела, в том числе протокола осмотра места ДТП, самих поврежденных автомобилей. Однако, специалисту для подготовки заключения предоставлялись фотоснимки автомобилей на месте ДТП и с места их ответственного хранения, а также ему предоставлялась копия заключения эксперта ФБУ ПЛСЭ от 12 февраля 2025 г., в котором экспертом отражены все сведения, содержащиеся в протоколе осмотра места ДТП и схемы к нему. В связи с этим автор жалобы считает ссылку суда о том, что специалист не был предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, неуместной и несостоятельной.

Указывает, что законодатель, формулируя процессуальные нормы, регулирующие участие специалиста, не предусмотрел его предупреждение (в отличие от эксперта) об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Кроме того, согласно уголовно-процессуальному закону, некоторые действия относятся к исключительной компетенции суда и должностных лиц, которым в установленном законом порядке поручено проведение расследования. К таким действиям, в частности, относятся предупреждение участников судопроизводства об уголовной ответственности, и по смыслу закона процедура привлечения специалиста адвокатом не только не содержит, но и по названной причине принципиально не может содержать обязанности предупреждения адвокатом специалиста об уголовной ответственности. Следовательно, признание заключения специалиста недопустимым доказательством ввиду лишь отсутствия предупреждения его об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (по аналогии с заключением эксперта) не основано на нормах закона. Автор жалобы просит приговор отменить и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию или судебного разбирательства, или приговор отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор.

К апелляционной жалобе приложено ходатайство о назначении повторной автотехнической судебной экспертизы в связи с возникновением сомнений в обоснованности заключения эксперта №, № от 6 августа 2025г., просит назначить по уголовному делу № при его рассмотрении судом апелляционной инстанции повторную автотехническую судебную экспертизу, производство которой поручить экспертам Федерального бюджетного учреждения Приволжский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции РФ (ФБУ Приволжский РЦСЭ Минюста России), <адрес>, на разрешение которой поставить те же вопросы, которые ставились судом на разрешение эксперта в постановлении о назначении судебной экспертизы от 2 июля 2025 г.

В возражении на апелляционную жалобу и.о. прокурора Шемышейского района Пензенской области Милованов Д.О. считает, что оснований для отмены или изменения приговора по доводам жалобы не имеется, поскольку вина ФИО1 в совершении преступления нашла полное свое подтверждение, его действия квалицированы верно и назначено справедливое наказание. Просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

В апелляционном представлении прокурор Шемышейского района Пензенской области Старкин Н.Ю. ставит вопрос об изменении приговора в связи с неправильным применением уголовного закона, а именно в части признания смягчающего наказание обстоятельства. Указывает, что по смыслу закона добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, признается судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ только в случае возмещения ущерба в полном объеме. Частичное возмещение имущественного ущерба и морального вреда или намерение сделать это может быть признано судом обстоятельством, смягчающим наказание, в соответствии с положениями ч. 2 ст. 61 УК РФ.

При этом действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему как основание для признания их обстоятельством, смягчающим наказание в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, должны быть соразмерны характеру общественно опасных последствий, наступивших в результате преступления, а также моральным и нравственным страданиям, которые понес потерпевший.

Указывает, что из приговора Шемышейского районного суда Пензенской области от 18 сентября 2025 г. следует, что в качестве обстоятельства, смягчающего ФИО1 наказание, учтены в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ иные действия, направленные на заглаживание вреда, выразившиеся в готовности передать потерпевшей 700 000 рублей. В тоже время согласно имеющемуся в материалах исковому заявлению, причиненный моральный ущерб потерпевшая оценила в 1 500 000 рублей.

Полагает, что при таких обстоятельствах иные действия, направленные на заглаживание вреда потерпевшей, должны быть признаны судом обстоятельствами, смягчающими наказание, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Просит приговор Шемышейского районного суда Пензенской области от 18 сентября 2025 г. в отношении ФИО1 изменить: исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание судом в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающего наказание обстоятельства; в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признать смягчающим обстоятельством иные действия, направленные на заглаживание вреда, выразившиеся в готовности передать потерпевшей 700000 рублей.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 себя виновным в совершении инкриминируемого ему преступления не признал и по обстоятельствам происшествия пояснил, что до въезда в р.п. Шемышейка он обогнал автомобиль «Хендай Грета», продолжил движение в прямом направлении и въехал в населенный пункт, двигаясь по своей полосе движения со скоростью в районе 60 км/ч. Далее он увидел автомобиль «Лада Гранта» под управлением В.Н.Н. на своей полосе движения, в связи с чем, он (ФИО1) применил торможение и вывернул руль влево в сторону встречной полосы движения, пытаясь избежать лобового столкновения, но не смог и после столкновения перевернулся. По обочине он проехать не смог, потому что стояли фонарные столбы. Столкновение произошло на разделительной полосе, автомобили в этот момент находились каждый частично на своей полосе и частично на встречной.

Несмотря на занятую ФИО1 позицию о своей невиновности, которую суд обоснованно признал способом избежать ответственности за содеянное, выводы суда о доказанности его вины в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам, подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре:

-показаниями потерпевшей В.Н.Н., из которых следует, что она с бывшим мужем и свекровью ехали по <адрес> р.п. Шемышейка со скоростью 50-60 км/ч, стали приближаться к перекрестку с <адрес>, навстречу им двигался автомобиль, они остановились на своей полосе движения, на перекрестке, пропускали машину, включили поворотник. Из-за машины, которую они пропускали, выехала другая машина, которая двигалась очень быстро, 120-130 км/ч, какие-то доли секунды она уже летела на них. Водитель этой машины пытался вернуться на свою сторону, и в тот же момент его понесло на них передом автомобиля. Какой частью был удар, она сказать не может, видела фары, несущиеся на них, это было последнее, что она помнит. В результате ДТП она получила тяжелые травмы, длительное время проходила лечение в стационаре, где ей делали операции, а также далее амбулаторно лечилась, на больничном она находилась в период с 25 ноября 2024 г. по 12 сентября 2025 г.;

-показаниями свидетеля В.Н.Н., который суду пояснил, что 24 ноября 2024 г. он со своей бывшей супругой и матерью на автомашине «Лада Гранта» приехали из Пензы в Шемышейку, асфальт был мокрый, моросил дождь. Двигаясь по <адрес> на выезде из р.п. Шемышейка в сторону с. Яксарка Шемышейского района Пензенской области на последнем повороте на <адрес> ему нужно было заехать в гараж у своего домовладения. Подъезжая к перекрестку ему нужно было повернуть налево, навстречу ехала машина, он сбавил скорость до 10-20 км/ч, то есть практически остановился и включил поворотник. В этот момент на встречную полосу вылетела черная машина, которая совершала маневр обгона попутной машины, затем вернулась на свою сторону, но водитель не справился с управлением и резко, со своей полосы выехал на встречную для него полосу, где находился его (В.Н.Н.) автомобиль, в результате чего произошло столкновение. Скорость данной машины была очень высокая. От удара его автомобиль откинуло на 30 м. и развернуло на 180 градусов, а другая машина врезалась, и далее проследовала прямо, не меняя направления движения. В момент столкновения его автомобиль стоял ровно на своей полосе около прерывистой дорожной разметки, автомобиль ФИО1, выехав со своей полосы, влетел в левый передний угол его автомобиля;

- показаниями свидетеля Р.Л.А., согласно которым он 24 ноября 2024 г. после трех часов дня ехал со стороны с. Яксарка Шемышейского района Пензенской области в сторону р.п. Шемышейка на автомобиле «Хендай Грета». Видимость была снижена, поскольку на дороге была изморось или туман. Он ехал со скоростью 80 км/ч. Перед въездом в р.п. Шемышейка недалеко от заправки его обогнал автомобиль «Лада Приора», который ехал со скоростью на 20-30 км/ч быстрее него. Примерно через 20-25 секунд он увидел, что произошло столкновение автомобилей. ДТП он увидел с расстояния 500-700 метров. Непосредственно момент столкновения он не видел, был очевидцем переворота автомашины. На месте увидел, что участниками ДТП стали автомобили «Лада Гранта» белая и «Лада Приора» черная, которая его обгоняла;

- показаниями свидетеля П.А.Н., из которых следует, что 24 ноября 2024 г. в послеобеденное время находился в кухне своего дома, из окна которой имеется обзор с расстояния примерно 50 м. на проезжую часть <адрес> в р.п. Шемышейка и поворот на ул. <адрес> В тот день на улице были осадки, асфальт был мокрым. В какой-то момент он увидел, что со стороны центра р.п. Шемышейка к перекрестку подъехал автомобиль марки «Лада Гранта» белого цвета, остановился на своей полосе по ходу движения, параллельно краям дороги, включил левый поворотник. После он увидел, что в указанный автомобиль на большой скорости врезался черный автомобиль. В результате столкновения белый автомобиль отлетел, а черный автомобиль дважды перевернулся. Траекторию движения черного автомобиля до момента столкновения он не видел, видел только момент столкновения. Подбежав на место ДТП, увидел лежащую на земле потерпевшую В.Н.Н., которая лежала на дороге, а также как В.Н.Н. вытаскивал с заднего сидения своего автомобиля свою мать. Далее стали помогать вытаскивать с черного автомобиля мужчину. Кто-то из присутствующих на месте ДТП рассказывал, что черный автомобиль обогнал впереди движущийся автомобиль на большой скорости и не успел вернуться на свою полосу или его занесло, вследствие чего произошло лобовое столкновение;

-проведенным 30 июня 2025 г. в ходе судебного рассмотрения уголовного дела следственным экспериментом установлено, что из окна кухни дома, расположенного по адресу: <адрес> в котором проживает свидетель П.А.Н., просматривается автомобиль марки «Лада Гранта» светлого цвета, расположенный перед началом эксперимента на полосе движения, предназначенной для движения по <адрес> в сторону выезда из р.п. Шемышейка, с включенным левым поворотником, на перекрестке с ул. им. Желонкина дорожная разметка на дорожном полотне не просматривается, работающий поворотник и его повторитель отчетливо видны;

-показаниями свидетеля Ш.О.В., допрошенного посредством системы видео-конференцсвязи, согласно которым в день ДТП, было примерно после трех дня, он с Е.С.В. и водителем ехали на «Газели» со стороны Пензы через Шемышейку в сторону Городищенского района. На выезде из р.п. Шемышейка произошло ДТП, но его обстоятельства ему не известны, так как момент столкновения он не видел. Уже после дорожно-транспортного происшествия видел расположение автомобилей на месте. О произошедшем ДТП он оставлял комментарий в социальных сетях. В социальной сети и переписке с отцом ФИО1 он выдвинул свою версию, потому что машины были расположены так: «Лада Гранта» стояла в сторону Пензы, а «Лада Приора» была на обочине в сторону Городищенского района. Давал показания о своих предположениях, но затем их изменил на правдивые, так как не видел момента ДТП, не правильно все сопоставил. Показания, данные в настоящем судебном заседании, поддерживает, объяснение и переписку не поддерживает, так как они не соответствуют действительности;

-показаниями свидетеля Е.С.В., которые являются аналогичными показаниям свидетеля Ш.О.В., о том, что момент дорожно-транспортного происшествия не видел, ему известно лишь расположение автомобилей на месте уже после произошедшего;

-показаниями свидетеля О.А.С. – следователя СГ ОтдМВД по Шемышейскому району, из которых следует, что 24 ноября 2024 г. он в составе следственно-оперативной группы выехал на место происшествия – ДТП с пострадавшими на выезде из р.п. Шемышейка. Участниками происшествия были белый автомобиль «Лада Гранта» и автомобиль «Лада Приора» темного цвета. Он провел осмотр места происшествия, в ходе которого зафиксировал следы, имеющиеся на дорожном покрытии, осыпь осколков, которые были по всей проезжей части, осколки стекла, осколки пластиковых частей автомобилей. На месте происшествия была осыпь грязи, следы от автомашины скорой помощи, потому что была грязная обочина и этот след грязи, он находился даже чуть дальше от автомобиля «Лада Гранта», то есть уже даже не на перекрестке. Транспортные средства были осмотрены на месте происшествия, но детально он это сделать не смог из-за сильной деформации кузовов.

Кроме показаний потерпевшей и свидетелей, вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается письменными доказательствами:

-протоколом осмотра места ДТП, схемой и фототаблицей к нему, согласно которому в ходе осмотра была зафиксирована вещная обстановка на месте происшествия, расположение транспортных средств, следов торможения и прочерчивания асфальта, осыпи стекла и пластика, на автомобилях зафиксированы механические повреждения; проверить работоспособность рулевого управления, тормозной системы автомобилей в ходе осмотра не представилось возможным в связи с полной деформацией передних частей автомобилей. На автомобилях зафиксированы механические повреждения;

-заключением ситуационной автотехнической судебной экспертизы №№ от 12 февраля 2025 г., которым установлено, что:

-столкновение а/м ВАЗ-217230 «Лада Приора» р/з № под управлением водителя ФИО1 и а/м «Лада Гранта» р/з № под управлением водителя В.Н.Н. произошло на левой стороне проезжей части <адрес> по ходу движения «Лада Приора», в месте расположения начала зафиксированного следа «прочерчивания асфальта кузовом» «Лада Приора»;

-непосредственно перед моментом столкновения автомобиль «Лада Гранта» под управлением водителя В.Н.Н. находился в границах перекрестка на правой стороне проезжей части <адрес> по ходу своего движения, при этом либо находился в состоянии покоя (стоял), либо двигался с малой скоростью; непосредственно перед моментом столкновения водитель автомобиля «Лада Приора» ФИО1 (по какой-то объективно не отобразившейся в зафиксированной вещной обстановке причине) применял торможение и выехал на сторону проезжей части, предназначенную для встречного движения;

-от места столкновения автомобиль «Лада Гранта» был отброшен автомобилем «Лада Приора» назад по ходу своего движения перед столкновением с одновременным разворотом по ходу часовой стрелки, а автомобиль «Лада Приора» от места столкновения переместился далее вперед по ходу своего движения непосредственно перед столкновением с одновременным разворотом по ходу часовой стрелки, а при его выезде в процессе волочения на левую, т.е. встречную для него обочину опрокинулся в положение кверху колесами;

-словесно-речевая модель развития дорожно-транспортной ситуации, изложенная в объяснении В.Н.Н., полностью соответствует характеру повреждений транспортных средств участников ДТП, фактической вещной обстановке на участке ДТП и установленному экспертным путем механизму столкновения;

-словесно-речевая модель развития дорожно-транспортной ситуации, изложенная в объяснении ФИО1, не соответствует характеру повреждений транспортных средств участников ДТП, фактической вещной обстановке на участке ДТП и установленному экспертным путем механизму столкновения;

-водитель автомобиля «Лада Приора» ФИО1 располагал возможностью предотвращения данного ДТП путем своевременного выполнения требований п.1.3; п.1.4 и п.10.1 абзац 1 ПДД РФ,

-водитель автомобиля «Лада Гранта» В.Н.Н. не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «Лада Приора»;

- в данной дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО1 должен был действовать, руководствуясь требованиями п.1.3; п.1.4 и п.10.1 абзац 1 ПДД РФ, с технической точки зрения его действия указанным требованиям не соответствовали и находятся в причинной связи с фактом события данного ДТП;

- в данной дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя В.Н.Н. каких-либо несоответствий требованиям ПДД РФ, которые с технической точки зрения могли бы находиться в причинной связи с фактом события данного ДТП, не усматривается;

-пояснениями эксперта К.А.В. относительно своих выводов ситуационной автотехнической судебной экспертизы от 12 февраля 2025 г., которые полностью подтвердил, а также дополнительными пояснениями об определении скорости транспортных средств – участников ДТП перед столкновением, о месте столкновения автомобилей;

-заключением дополнительной автотехнической судебной экспертизы №№ от 6 августа 2025 г., которым также было установлено, что:

-максимальное значение скорости движения автомобиля «Лада Гранта» при показании стрелки спидометра 20 км/ч могло составлять около 20 км/ч. Из-за погрешностей, изложенных в исследовательской части, это значение могло быть чуть больше или чуть меньше;

-с учётом механических повреждений на транспортных средствах участников ДТП, зафиксированных на месте происшествия следов, показаний спидометра и тахометра после дорожно-транспортного происшествия, автомобиль «Лада Гранта» под управлением водителя В.Н.Н., перед столкновением находился в состоянии покоя либо двигался с небольшой скоростью;

- в момент ДТП автомобиль «Лада Приора» под управлением ФИО1 с учётом механических повреждений на транспортных средствах участников ДТП, зафиксированных на месте происшествия следов, показаний спидометра и тахометра после дорожно-транспортного происшествия, двигался со скоростью не менее 50 км/ч, а автомобиль «Лада Гранта» под управлением водителя В.Н.Н. либо стоял, либо двигался с незначительной скоростью (до 20 км/ч);

-при заданных исходных данных водитель автомобиля «Лада Гранта» В.Н.Н. не создавал опасность для движения водителю автомобиля «Лада Приора» ФИО1;

-пояснениями эксперта В.В.Ф. относительно своих выводов дополнительной автотехнической судебной экспертизы от 6 августа 2025 г., где он подтвердил сделанные им выводы;

-заключением судебно-медицинской экспертизы о количестве, локализации, тяжести телесных повреждений у потерпевшей В.Н.Н., полученных в результате ДТП.

Исходя из анализа собранных по делу доказательств, суд правильно установил фактические обстоятельства дела, согласно которым 24 ноября 2024 г. в период времени с 15 часов 20 минут до 15 часов 22 минут ФИО1, управляя автомобилем марки «ВАЗ 217230» (Лада Приора), р\з № следуя по проезжей части <адрес> со стороны с. Новая Яксарка Шемышейского района Пензенской области в направлении <адрес> в р.п. Шемышейка Шемышейского района Пензенской области, проявил невнимательность к дорожной обстановке и ее изменениям, и, приближаясь к нерегулируемому перекрестку <адрес> с ул. <адрес> расположенному вблизи <адрес> в р.п. Шемышейка Шемышейского района Пензенской области, не выбрал скорость, обеспечивающую безопасность и возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения, вследствие чего не справился с управлением автомобилем и совершил опасный, неоправданный и непредусмотренный ПДД РФ маневр поворота влево, в результате чего пересек горизонтальную дорожную разметку, разделяющую транспортные потоки противоположных направлений, пересекать которую запрещено, и выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем марки «Лада Гранта» 219040», р\з № под управлением водителя В.Н.Н., перевозившего пассажира В.Н.Н. на переднем сиденье, и пассажира В.А.А. на заднем сиденье справа в салоне данного автомобиля, находившемся на указанном перекрестке во встречном направлении на своей стороне дороги с включенными световыми указателями поворота соответствующего направления и уступавшего ему дорогу для дальнейшего совершения маневра поворота налево и движения по ул. <адрес> в результате чего пассажир автомобиля марки «Лада Гранта» 219040» В.Н.Н. получила телесные повреждения, причинившие тяжкий вред её здоровью. При этом водитель автомобиля «Лада Гранта» В.Н.Н. полностью соблюдал требования Правил дорожного движения РФ, находился на своей полосе движения, уступая дорогу автомобилю «ВАЗ 217230» («Лада Приора») под управлением ФИО1, который двигался по полосе, предназначенной для движения встречного транспорта, чтобы в последующем совершить маневр поворота налево, каких-либо несоответствий требованиям ПДД РФ, которые с технической точки зрения, могли бы находиться в причинной связи с фактом ДТП, не установлено. Напротив ФИО1 в указанной дорожной ситуации не выбрал безопасную скорость, не справился с управлением автомобилем, совершил опасный маневр поворота влево, выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем под управлением В.Н.Н. Данные обстоятельства, как правильно указал суд первой инстанции, свидетельствуют о нарушении ФИО1 требований п.1.3; п.1.4 и п.10.1 абзац 1 ПДД РФ.

Изложенные в приговоре доказательства, как стороны обвинения, так и стороны защиты, суд в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88, 307 УПК РФ проверил, сопоставил между собой и оценил, как в отдельности, так и в их совокупности, привел убедительные и обоснованные мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие.

Судебная коллегия не имеет оснований сомневаться в правильности данной оценки и полагает, что действительно, исходя из материалов уголовного дела, установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств на основании собранных доказательств, доводы жалобы осужденного о его невиновности в совершении оспариваемого преступления являются несостоятельными, избранными как способ защиты с целью уклонения от уголовной ответственности за содеянное, как желание уменьшить степень своей вины и избежать наказания.

Несогласие осужденного с изложенными в приговоре выводами и оценкой доказательств, сделанных судом, не ставит под сомнение их правильность и обоснованность, а приведенные осужденным в жалобе доводы и обстоятельства, направленные на его оправдание, по существу сводятся к переоценке доказательств, однако оснований к этому не имеется.

Суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой, данной судом первой инстанции показаниям потерпевшей В.Н.Н. и свидетеля В.Н.Н., которые были непосредственными участниками происшествия, а также свидетеля П.А.Н., который является его очевидцем, поскольку, как верно указал суд, соответствуют действительности, их показания согласуются между собой и объективно подтверждаются другими исследованными в судебном заседании доказательствами, взятыми в основу обвинительного приговора. Оснований не доверять показаниям указанных лиц у суда первой инстанции не имелось, как и не имеется у суда апелляционной инстанции, поскольку они свои показания давали последовательно и причин для оговора ФИО1, исходя из материалов дела, а также какой-либо заинтересованности в исходе дела с их стороны не усматривается. Кроме того, потерпевшая и свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Из протокола судебного заседания следует, что судом приняты все необходимые и достаточные меры к установлению обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела.

Все имеющиеся неточности и противоречия в показаниях допрошенных лиц были выяснены и устранены путем оглашения их показаний, данных в ходе предварительного расследования, а также объективного, всестороннего и детального их допроса в ходе судебного разбирательства, исследования иных доказательств по делу, при этом стороны активно пользовались предоставленными законом правами, в том числе, исследуя и предоставляя доказательства, и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Заявленные ходатайства судом разрешены в установленном порядке, путем их обсуждения всеми участниками судебного заседания, по ним вынесены решения. Все обоснованные ходатайства судом были удовлетворены, а в тех случаях, когда суд не находил оснований для удовлетворения ходатайств, им принимались мотивированные решения об отказе в их удовлетворении, в том числе в виде судебных постановлений. Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом ходатайств, суд апелляционной инстанции не установил.

Так, суд первой инстанции мотивированно отказал в удовлетворении ходатайства защитника ФИО1 – адвоката Комарова В.В. о назначении повторной автотехнической экспертизы ввиду сомнений в обоснованности заключения эксперта от 6 августа 2025 г. в связи с отсутствием каких-либо оснований для ее назначения.

Кроме того, для разрешения вопроса, касающегося несогласия осужденного и стороны защиты с заключениями ситуационной автотехнической судебной экспертизы и дополнительной автотехнической судебной экспертизы в судебном заседании были допрошены эксперты К.А.В. и В.В.Ф., которые подтвердили выводы проведенных ими экспертиз, дали четкие и аргументированные пояснения на поставленные участниками процесса вопросы.

В связи с этим суд апелляционной инстанции полагает, что суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для проведения повторной автотехнической экспертизы.

Изучение материалов уголовного дела судом апелляционной инстанции показало, что заключения автотехнических судебных экспертиз не содержат каких-либо неясностей, противоречий и достаточно полно отвечают на поставленные следователем и судом вопросы. Указанные экспертизы проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, описательная часть заключения соответствует обстоятельствам случая и заданным исходным данным, с указанием методов исследования и применения соответствующих методик. Выводы экспертов изложены ясно, соответствующим образом мотивированы, также были подтверждены и дополнены экспертами в ходе судебного разбирательстве дела и сомневаться в их квалификации, компетенции, объективности и правильности выводов заключений оснований не имеется.

Заключения автотехнических экспертиз судом были исследованы и оценены в совокупности с другими доказательствами по делу.

Противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, а также предположений, приговор не содержит.

Суд апелляционной инстанции приходит к заключению, что доводы апелляционной жалобы осужденного по существу повторяют его процессуальную позицию в судебном заседании, которая, вопреки указанию в апелляционной жалобе была в полном объеме проверена при рассмотрении дела судом первой инстанции и не нашла своего подтверждения.

Таким образом, всесторонне, полно и объективно, что отражено в протоколе судебного заседания, исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, сопоставив их друг с другом, оценив их в совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о достаточности доказательств для разрешения дела, признав ФИО1 виновным в совершении преступления, а именно в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, квалифицировав содеянное по ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Указанная квалификация действий ФИО1 является правильной и оснований для иной квалификации, как и для его оправдания, не имеется.

При определении вида и размера наказания ФИО1 суд учел требования ст.ст. 6, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности содеянного; данные о личности виновного, который совершил неосторожное преступление небольшой тяжести, характеризуется положительно, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит; наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление виновного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признал в соответствии с п.п. «г, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие малолетнего ребенка у виновного, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, выразившиеся в готовности передать потерпевшей 700000 рублей, от которых потерпевшая отказалась, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – состояние его здоровья.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ суд не установил.

По своему виду и размеру назначенное ФИО1 наказание, как основное в виде ограничения свободы, так и дополнительное в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами является справедливым и соразмерным содеянному, которое будет способствовать исправлению виновного и достижению целей наказания.

Гражданский иск потерпевшей судом первой инстанции разрешен правильно, в соответствии с требованиями закона, мотивы принятого решения в приговоре приведены.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы осужденного ФИО1

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами апелляционного представления, считает необходимым внести в приговор изменения.

Согласно п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, признается судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства только в случае возмещения ущерба в полном объеме.

По смыслу закона частичное возмещение имущественного ущерба и морального вреда может быть признано судом обстоятельством, смягчающим наказание, в соответствии с положениями ч. 2 ст. 61 УК РФ.

При этом действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, как основание для признания их обстоятельством, смягчающим наказание в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, должны быть соразмерны характеру общественно опасных последствий, наступивших в результате совершения преступления, а также моральным и нравственным страданиям, которые понес потерпевший.

Как следует из приговора в качестве обстоятельства, смягчающего ФИО1 наказание, учтены в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ иные действия, направленные на заглаживание вреда, выразившиеся в готовности передать потерпевшей 700 000 рублей. В тоже время согласно имеющемуся в материалах исковому заявлению, причиненный моральный ущерб потерпевшая оценила в 1 500 000 рублей.

При таких обстоятельствах иные действия, направленные на заглаживание вреда потерпевшей, должны быть признаны судом обстоятельствами, смягчающими наказание, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, о чем необходимо указать в приговоре, внеся в него изменения.

Иных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства при рассмотрении дела не допущено, причин для изменения по другим основаниям либо отмены обвинительного приговора не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Шемышейского районного суда Пензенской области от 18 сентября 2025 г. в отношении ФИО1 изменить:

-исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание судом в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающего наказание обстоятельства,

-в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признать смягчающим обстоятельством иные действия, направленные на заглаживание вреда, выразившиеся в готовности передать потерпевшей 700000 рублей.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление прокурора Шемышейского района Пензенской области удовлетворить.

Апелляционную жалобу осужденного ФИО1 оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

В случае подачи кассационной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий