Апелляционное постановление № 22-7511/2019 от 22 декабря 2019 г. по делу № 22-7511/2019

Судья Хорцев Т.О.

Дело № 22-7511/2019


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород

23 декабря 2019 года

Нижегородский областной суд в составе председательствующего судьи Кузнецова В.Г.,

при секретаре судебного заседания Глухове Н.В.,

с участием прокурора второго апелляционного отдела прокуратуры Нижегородской области ФИО5,

осужденных ФИО1 и ФИО4,

защитника осужденного ФИО1 – адвоката ФИО15,

защитника осужденной ФИО4 – адвоката ФИО16,

представителя потерпевшего <данные изъяты> ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционным представлением государственного обвинителя ФИО10, апелляционными жалобами осужденных ФИО4, ФИО1 с дополнениями к ним на приговор <адрес><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, не судимый,

осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 176, ч. 3 ст. 159.4 (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 207-ФЗ), ч. 3 ст. 159.4 (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 207-ФЗ), ч. 1 ст. 176 УК РФ, и ему назначено наказание:

по ч. 1 ст. 176 УК РФ (в отношении <данные изъяты> в виде лишения свободы на срок 2 года 4 месяца;

по ч. 3 ст. 159.4 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 207-ФЗ) (в отношении <данные изъяты> в виде лишения свободы на срок 2 года;

по ч. 3 ст. 159.4 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 207-ФЗ) (в отношении <данные изъяты> в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев;

по ч. 1 ст. 176 УК РФ (в отношении <данные изъяты> в виде лишения свободы на срок 2 года.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, ФИО1 окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Этим же приговором

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженка <адрес>, гражданка Российской Федерации, не судимая,

осуждена за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159.4 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 207-ФЗ), ч. 3 ст. 159.4 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 207-ФЗ), и ей назначено наказание:

по ч. 3 ст. 159.4 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 207-ФЗ) (<данные изъяты> в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев;

по ч. 3 ст. 159.4 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 207-ФЗ) (<данные изъяты> в виде лишения свободы на срок 2 года.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, ФИО4 окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения осужденным ФИО1 и ФИО4 оставлена прежней в виде подписке о невыезде и надлежащим поведении.

Разъяснены положения ст. 75.1 УИК РФ о необходимости осужденным следовать в колонию-поселение за счет государства самостоятельно. Срок наказания постановлено исчислять со дня прибытия осужденных ФИО1 и ФИО4 в колонию-поселение, засчитав в срок отбытия время следования осужденных к месту отбытия наказания из расчета – день за день.

Гражданские иски <данные изъяты>» оставлены без рассмотрения, разъяснено, что за гражданскими истцами сохраняется право предъявить иск в порядке гражданского судопроизводства.

Наложенный арест на имущество находящееся в собственности осужденных ФИО1, ФИО4, а также иных лиц: ФИО11, ФИО12, <данные изъяты> до разрешения гражданских исков в порядке гражданского судопроизводства.

Судьба вещественных доказательств по делу разрешена,

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за незаконное получения кредита, то есть получение руководителем организации кредита путем представления банку заведомо ложных сведений о финансовом состоянии организации, если это деяние причинило крупный ущерб (два преступления в отношении <данные изъяты> а также совместно с ФИО13 – за мошенничество в сфере предпринимательской деятельности, то есть мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, совершенное в особо крупном размере (два преступления в отношении <данные изъяты>

Преступления совершены при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В суде первой инстанции ФИО1 вину по обвинению в совершении преступлений в отношении <данные изъяты>» не признал в полном объеме, в отношении <данные изъяты> признал полностью. ФИО2 виновной в совершении преступлений себя не признала в полном объеме.

В апелляционном представлении государственным обвинителем ФИО10 поставлен вопрос об отмене постановленного в отношении ФИО1 и ФИО4 приговора суда. В обоснование доводов указывает, что судом не зачтено в срок наказания осужденных время задержания ФИО4 и ФИО1 в порядке ст. 91, 92 УПК РФ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также время содержания ФИО1 под домашним арестом в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Отмечает, что допущенное судом нарушение норм уголовно-процессуального закона является существенным и служит основанием для его отмены.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденная ФИО2 выражает несогласие с приговором суда ввиду существенных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, а также несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, несправедливости назначенного наказания, вследствие его чрезмерной суровости.

В обоснование своих доводов ФИО2 полагает, что суд при назначении наказания необоснованно не зачел время задержания ее и ФИО1 в порядке ст. 91, 92 УПК РФ, а также время содержания ФИО1 под домашним арестом.

Отмечает, что суд первой инстанции необоснованно в приговоре указал на сохранение в полном объеме ареста на имущество, принадлежащее ФИО1 и ФИО4, а также третьим лицам: ФИО11, ФИО12, ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>, ООО <данные изъяты>», до разрешения гражданских исков в рамках гражданского судопроизводства, поскольку в настоящее время отсутствуют какие-либо судебные решения об аресте или о продлении ареста на имущество указанных лиц.

В своей жалобе осужденная акцентирует внимание на том, что у нее и ФИО1 отсутствовал преступный умысел, направленный на хищение денежных средств путем обмана или злоупотребления доверием ЗАО «<данные изъяты>» и ОАО «<данные изъяты>», указывает, что с данными организациями у них были исключительно гражданско-правовые отношения, ими осуществлялись платежи по имеющимся задолженностям и предпринимались иные меры для урегулирования отношений, возникшие между юридическими лицами.

Автор жалобы полагает, что настоящее уголовное дело является результатом неправомерной деятельности <данные изъяты> по рейдерскому захвату бизнеса ФИО59. В обоснование своей позиции указывает, что гражданско-правовые отношения между ООО <данные изъяты>» начали вестись с 2010 года. Ими ежедневно велись расчеты за полученные нефтепродукты. Несмотря на наличие задолженности <данные изъяты> в 2014 году сотрудники данной организации по своей инициативе, не поставив ФИО59 в известность, стали поставлять нефтепродукты в <данные изъяты> превышая установленные лимиты, тем самым умышленно увеличивая задолженность их организации по оплате топлива. Далее, после договоренности об отсрочке погашения задолженности и прекращения поставки нефтепродуктов в январе 2015 года, в марте того же года, без соблюдения претензионного порядка, <данные изъяты>» подало в суд исковое заявление с заявлением об обеспечительных мерах, на основании которого <адрес><адрес> наложен арест на расчетные счета <данные изъяты> что фактически парализовало деятельность данной организации и послужило основанием к прекращению выплат в адрес как <данные изъяты>». При этом автор жалобы указывает, что заявление в суд было подано с указанием заведомо ложных сведений, что позволило <данные изъяты>» изменить подсудность гражданского дела. В последующем <данные изъяты> обратилось в правоохранительные органы с заявлением о совершенном преступлении, также скрыв важные сведения об их фактически гражданско-правовых отношениях.

Кроме того, осужденная указывает, что, вопреки выводам суда, ей не было известно, какие документы были предоставлены со стороны <данные изъяты>» при заключении между ними договора.

По мнению автора жалобы, об отсутствие умысла на хищение имущества <данные изъяты> свидетельствует и те обстоятельстве, что <данные изъяты>» длительное время сотрудничало с данными организациями, выполняя все принятые на себя обязательства, в том числе, на большие суммы, чем вменено по данному уголовному делу; потерпевшим организациям было известно о неудовлетворительном финансовом состоянии <данные изъяты>», что следует, в том числе, из представленных им бухгалтерских балансов; а также желание ФИО59 передать <данные изъяты>» в качестве возмещения задолженности автозаправочную станцую, находящуюся в собственности <данные изъяты>».

Кроме того, ФИО2 обращает внимание на то, что описательно-мотивировочная часть приговора и приведенные в приговоре суда доказательства идентичны тексту обвинительного заключения, что противоречит разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, данным в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном приговоре».

Полагает, что суд ошибочно указал в качестве обстоятельств, отягчающих ее наказание по ч. 3 ст. 159.4 УК РФ «совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору», поскольку государственный обвинитель не просил признать данное обстоятельство отягчающим наказание, не указано оно в качестве такового и в обвинительном заключении.

Кроме того, осужденная приводит доводы о том, что суд при назначении наказания не в полной мере принял во внимание все смягчающие его обстоятельства.

По мнению автора жалобы, судом были нарушены нормы уголовно-процессуального законодательства, поскольку, полагает, что суд изменил свою позицию относительно возможности прекращения уголовного дела в отношении ФИО59 по нереабилитирующим основаниям.

Считает, что у суда имелись основания для прекращения уголовного дела в отношении ФИО4 и ФИО1 по инкриминируемым преступлениям, предусмотренным ч. 3 ст. 159.4 УК РФ, на основании Постановления Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П и п. 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 325-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», которым положения ст. 159.4 УК РФ признаны несоответствующими Конституции РФ и, соответственно, данная статья признана утратившей силу. Одновременно ФИО2 отмечает, что, по ее мнению, сроки привлечения к уголовной ответственности по ст. 159.4 УК РФ истекли и у суда имелись все основания для прекращения в отношении них уголовного дела по данному нереабилитирующему основанию.

На основании изложенного ФИО2 просит обжалуемый приговор отменить, оправдать ее по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159.4 УК РФ.

В своей апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный ФИО1 также выражает несогласие с приговором суда ввиду существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, а также несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, несправедливости назначенного наказания, вследствие его чрезмерной суровости. В обоснование своих жалоб осужденный приводит доводы, аналогичные тем, что указаны в апелляционных жалобах ФИО4 Дополнительно указывает, что при наличии имеющихся данных о его личности, смягчающих и отсутствии отягчающих наказание обстоятельствах, у суда имелись основания назначить ему наказание, не связанное с реальным лишением свободы и впоследствии применить положения п. 9 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ от ДД.ММ.ГГГГ № ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов». Также полагает, что у суда имелись основания для прекращения в отношении него уголовного дела по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 176 УК РФ в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности (по эпизоду в отношении ОАО «<данные изъяты>»), и за деятельным раскаянием (по эпизоду в отношении ОАО «<данные изъяты>»).

В связи с чем, ФИО1 просит обжалуемый приговор изменить, по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159.4 УК РФ – оправдать, по преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 176 УК РФ назначить иное наказание, не связанное с лишением свободы и применить положения указанного Постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ от ДД.ММ.ГГГГ № ГД.

В судебном заседании апелляционной инстанции прокурор ФИО14 поддержала доводы, изложенные в апелляционном представлении, просила приговор изменить по этим доводам. В остальной части просила приговор оставить без изменений, не находя оснований для удовлетворения апелляционных жалоб с дополнениями к ним осужденных.

Осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат ФИО15, просили приговор суда изменить по доводам апелляционной жалобы и дополнения к ней, ФИО1 по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159.4 УК РФ – оправдать, а по преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 176 УК РФ назначить наказание не связанное с реальным лишением свободы, применить к нему амнистию от ДД.ММ.ГГГГ При этом осужденный не возражал против возможности прекращения в отношении него уголовного дела в целом по нереабилитирующим основаниям, о которых им указывалось в апелляционной жалобе и дополнении к ней.

Осужденная ФИО2 и ее защитник – адвокат ФИО16, просили приговор суда отменить по доводам апелляционной жалобы и дополнения к ней, ФИО2 по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159.4 УК РФ – оправдать. При этом осужденная не возражала против возможности прекращения в отношении нее уголовного дела в целом по нереабилитирующим основаниям, о которых ею указывалось в апелляционной жалобе и дополнении к ней.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб с дополнениями к ним, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Анализ материалов настоящего уголовного дела показывает, что оно расследовано соответствующими органами и рассмотрено судом первой инстанции с исчерпывающей полнотой. При этом каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона допущено не было.

Судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон.

Виновность ФИО1 и ФИО4 в совершении преступлений, за которые они осуждены, установлена совокупностью доказательств, получивших развернутое отражение в приговоре.

Совершение ФИО17 преступления предусмотренного ч. 1 ст. 176 УК РФ, в отношении <данные изъяты> подтверждается:

- показаниями самого осужденного, не отрицавшего, что с целью получения кредита представил в банк заведомо ложные сведения о финансовом состоянии ООО «<данные изъяты>»;

- показаниями свидетелей ФИО18, ФИО19, ФИО24, ФИО26, ФИО20, ФИО23, ФИО21, ФИО22, согласно которым, они, работая в разных должностях в <данные изъяты>», указали на то, что кредитование в ОАО «<данные изъяты>» осуществлялось в рамках процедур, предусмотренных нормативными документами Банка. Решение о предоставлении или непредоставлении кредита принимает коллегиальный орган банка – кредитный комитет. Для рассмотрения вопроса на комитете все службы, участвующие в рассмотрении заявок, готовят свои заключения: служба экономической безопасности, юридическая служба, залоговая служба, отдел кредитного анализа. В октябре 2012 года в банк обратился генеральный директор ООО «<данные изъяты>» ФИО1 с заявкой на получение кредита для своей организации. Сумма предполагаемого кредита составляла 120 000 000 рублей, срок действия кредита составлял 5 лет. Комплект документов ООО «<данные изъяты>» поступил в сектор корпоративных продаж, где на тот момент работал ФИО23 Подготовкой заключения о возможности выдачи кредита <данные изъяты>» в 2013 году занимался начальник отдела регионального кредитования ФИО24, заключение утверждалось начальником отдела кредитного анализа ФИО19 При рассмотрении заявки ООО «<данные изъяты>» были предоставлены бухгалтерские балансы: за 3, 6, 9 месяцев 2012 года, 09 месяцев 2011 года, 12 месяцев 2011 года, что являлось обязательным условием. Исходя из результатов проверки, расчета платежеспособности на основании документов, которые были предоставлены руководителем ООО «<данные изъяты>» и, на основании того, что банк считал содержащуюся в указанных документах информацию о финансовом состоянии клиентов достоверной и соответствующей действительности, начальником отдела регионального кредитования ФИО24 в заключении был сделан вывод о возможности выдачи кредита ООО «<данные изъяты>». При расчете коэффициентов показателей финансовой устойчивости ООО «<данные изъяты>» особое внимание было уделено показателям: выручка, прибыль, запасы, показателям по оборотным активам, показателям дебиторской и кредиторской задолженности, задолженности по кредитам, так как именно указанные показатели имеют важное значение при определении финансовой устойчивости компании. Исходя из результатов проверки, расчета платежеспособности, оценки залогов, на основании документов, которые были предоставлены руководителем ООО «<данные изъяты>» и, на основании того, что банк считал содержащуюся в указанных документах информацию о финансовом состоянии клиентов, достоверной и соответствующей действительности в заключении был сделан вывод об устойчивом финансовом состоянии ООО «<данные изъяты>» и возможности потенциального заемщика вернуть кредит и проценты в установленный кредитами срок. Заключение ФИО24 поступило в отдел кредитного анализа, где было согласовано ФИО19, после чего было направлено в кредитный департамент <адрес>, сотрудники, которого сделали окончательное структурирование сделки и направили на рассмотрение в департамент рисков. Впоследствии возможность кредитования обсуждалась на заседании кредитного комитета в <адрес>, на котором было принято решение о выдаче кредита ООО «<данные изъяты>». По итогам рассмотрения заявки генерального директора ООО «<данные изъяты> ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ в 2013 году были заключены два кредитных договора: первый кредит на рефинансирование задолженности в ЗАО «<данные изъяты>», а второй – на пополнение оборотных средств. Инициатива заключения двух договоров исходила от ФИО1 Договоры были подписаны в здании Нижегородского филиала ОАО «<данные изъяты>» в присутствии сотрудников банка. В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>» свои обязательства в части погашения основного долга по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ исполнило в размере 26 000 000 рублей. Последний платеж был произведен ДД.ММ.ГГГГ Сумма денежных средств, на которую не выполнены обязательства по возврату основного долга по указанному договору, составляет 31 500 000 рублей. В обеспечение кредита № от ДД.ММ.ГГГГ года были оформлены ряд договоров поручительства и залога недвижимого имущества. ДД.ММ.ГГГГ от имени ОАО «<данные изъяты> ФИО25 подписала с ООО «<данные изъяты>» в лице генерального директора ФИО1 кредитный договор (кредитная линия) № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно условиям которого, ОАО «<данные изъяты>» открывает ООО «<данные изъяты>» кредитную линию с максимальным размером не более 60 000 000 рублей, на цели – пополнение оборотного капитала, сроком возврата ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты> выполнены обязательства по оплате основного долга на сумму 241 000 000 рублей. Сумма, на которую ООО «<данные изъяты>» не выполнило обязательства по оплате основного долга, составляет 60 000 000 рублей. К кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ были заключены дополнительные соглашения. В обеспечение кредита № от ДД.ММ.ГГГГ года были оформлены ряд договоров поручительства и залога недвижимого имущества. ДД.ММ.ГГГГ генеральный директор ООО «<данные изъяты>» ФИО1 подал в Нижегородский филиал ОАО «<данные изъяты>» заявку на предоставление ООО «<данные изъяты>» кредита на сумму 263 700 000 рублей на срок 5 лет для пополнения оборотных средств, закупку сырья и материалов, рефинансирование задолженности перед «<данные изъяты>». Рассмотрение заявки осуществлялось сотрудниками банка – ФИО20, ФИО26, ФИО19 Комплект документов ООО «<данные изъяты>» поступил в сектор корпоративных продаж, где на тот момент работала ФИО26 При рассмотрении заявки были исследованы бухгалтерские балансы ООО «<данные изъяты>» за: 09 месяцев 2012 года, 12 месяцев 2012 года, 3, 6, 9 месяцев 2013 года. При кредитовании в банке на клиента оформляется одно кредитное досье, содержащее бухгалтерскую отчетность, вне зависимости от количества заключенных кредитных договоров. Исходя из результатов проверки, расчета платежеспособности на основании документов, которые были предоставлены руководителем ООО «<данные изъяты>» и, на основании того, что банк считал содержащуюся в указанных документах информацию о финансовом состоянии клиентов достоверной и соответствующей действительности, сотрудником отдела кредитного анализа ФИО20 в заключении был сделан вывод о возможности выдачи кредита ООО «<данные изъяты>». Окончание решение о возможности кредитования с ООО «<данные изъяты>» принималось на заседании кредитного комитета ОАО «<данные изъяты>» в <адрес>. По итогам рассмотрения заявки генерального директора ООО «<данные изъяты>» ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>» в 2014 году были заключены два кредитных договора от ДД.ММ.ГГГГ Заемщиком по обоим кредитным договорам выступало ООО «<данные изъяты>» в лице генерального директора ФИО1 Сумма денежных средств, на которую ООО «<данные изъяты>» не выполнены обязательства по оплате основного долга, на ДД.ММ.ГГГГ по одному кредитному договору составляет 189 387 000 рублей, а по второму – 46 141 147,50 рублей. В обеспечение кредитов были оформлены договоры поручительства и договоры залога недвижимого имущества. Сумма основного долга по вышеперечисленным кредитам составляет 327 028 147 рублей 50 копеек. Информация о расхождениях с данными ИС «<данные изъяты>» в бухгалтерских балансах, поступила от сотрудников службы безопасности банка в рамках мониторинга ситуации с задолженностью клиента. В ходе проверки было установлено, что в бухгалтерских балансах ООО «<данные изъяты> на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, находящихся в кредитном досье ОАО «<данные изъяты>», показатели актива и пассива баланса (запасы и кредиторская задолженность) занижены, по сравнению с показателями бухгалтерских балансов по данным <данные изъяты>» информация о балансах отражается со значительным опозданием, то на момент рассмотрения заявок ООО «<данные изъяты>», выявить несоответствие не представилось возможным. Таким образом, в процессе рассмотрения вопроса о предоставлении кредита ООО «<данные изъяты>» сотрудники ОАО «<данные изъяты>» были введены в заблуждение относительно реального финансово-хозяйственного состояния ООО «<данные изъяты>». Генеральным директором ООО «<данные изъяты>» ФИО17 для получения кредита были предоставлены ложные сведения о финансовом состоянии ООО «<данные изъяты> В случае предоставления генеральным директором ООО «<данные изъяты>» ФИО17 реальной финансовой отчетности ООО «<данные изъяты>» в выдаче кредитов банком могло быть отказано;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» № от ОАО «<данные изъяты>» по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ поступили денежные средства ДД.ММ.ГГГГ в сумме 57 500 000 рублей. Денежные средства, перечисленные ОАО «<данные изъяты>» с расчетного счета № ООО «<данные изъяты>» по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, использованы ООО «<данные изъяты>» в сумме 57 500 000 рублей на дату ДД.ММ.ГГГГ Денежные средства, полученные ООО «<данные изъяты>» на расчетный счет № в кредитной организации ОАО «<данные изъяты>» по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ израсходованы на погашение кредита по кредитному договору ООО «<данные изъяты>» КД 17-2011/К от ДД.ММ.ГГГГ в общей сумме 57 500 000 рублей;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на расчетный счет № организации ООО «<данные изъяты>», открытый в <данные изъяты>» по основанию (назначению) платежа: выдача кредита по договору № от ДД.ММ.ГГГГ перечислены денежные средства в общей сумме 301 000 000 рублей. Денежные средства, перечисленные на расчетный счет № от ОАО «<данные изъяты>» по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в общей сумме 301 000 000 рублей были использованы (списаны) в полном объеме в рамках периода с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (включительно). Согласно записям выписки по ссудному счету № по организации ООО «<данные изъяты>» к кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ сумма денежных средств, на которую выполнены обязательства по оплате основного долга согласно условиям кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составила 241 000 000 рублей. Согласно записям выписки с расчетного счета № ООО «<данные изъяты>» в рамках периода с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ перечислены денежные средства в счет оплаты процентов по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в общей сумме 13 400 051, 04 рубль. Согласно выписки по ссудному счету № организации ООО «<данные изъяты>» в рамках периода с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на счета просроченной ссудной задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ списана задолженность по основному долгу в общей сумме 60 000 000 рублей;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» № от ОАО «Банк Москвы» по кредитному договору (кредитной линии) № от ДД.ММ.ГГГГ поступили денежные средства в общей сумме 81 000 000 рублей;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» № от ОАО «<данные изъяты>» по кредитному договору (кредитной линии) № от ДД.ММ.ГГГГ поступили денежные средства в общей сумме 15 500 000 рублей. На расчетные счета ООО «<данные изъяты> № № от ОАО «<данные изъяты>» по кредитному договору (кредитной линии) № от ДД.ММ.ГГГГ поступили денежные средства в общей сумме 96 500 000 рублей;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» № от ОАО «<данные изъяты>» поступили денежные средства по кредитному договору (кредитной линии) № от ДД.ММ.ГГГГ в общей сумме 222 002 000 рублей. Согласно записям выписки по ссудному счету № в Нижегородском филиале ОАО «<данные изъяты>» по состоянию на конец дня ДД.ММ.ГГГГ задолженность по невыполненным обязательствам по возврату основного долга по кредитному договору (кредитной линии) № от ДД.ММ.ГГГГ определяется в общей сумме 189 387 000 рублей;

- заключениями почерковедческих экспертиз № № от ДД.ММ.ГГГГ, 3558/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 3559/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 3560/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 3561/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 3562/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 3567-03/1 от ДД.ММ.ГГГГ, 35-68/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 3563/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 3564/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 3565/03-01 от ДД.ММ.ГГГГ, 3569/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 3570/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 3571/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которых, в представленных на экспертизы договорах и соглашениях, заключенных в рамках договорных кредитных обязательств, а также бухгалтерских балансах, предоставленных в ОАО «<данные изъяты>», от имени ФИО1, выполнены самим ФИО17, и от имени ФИО4 – выполнены самой ФИО4;

- заключением эксперта № Э от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, в данных бухгалтерских балансов, предоставленных ООО «<данные изъяты>» в Нижегородский филиал ОАО «<данные изъяты>» и данных, переданных в ИФНС по <адрес> по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ нет расхождений. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, имеются расхождения, в части внеоборотных активов, за счет завышения доли основных средств, в части оборотных активов, за счет завышения доли запасов, дебиторской задолженности, в части капитала и резервов, за счет снижения доли нераспределенной прибыли, в части долгосрочных обязательств происходит снижение показателя за счет занижения заемных средств, а также в части краткосрочных обязательств происходит увеличение показателя за счет завышения заемных средств и кредиторской задолженности. В данных бухгалтерских балансов, предоставленных ООО «<данные изъяты>» и данных, переданных в ИФНС по <адрес> по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ имеются расхождения, в части оборотных активов, за счет завышения доли запасов, финансовых вложений, прочих оборотных активов и занижения доли дебиторской задолженности, а также в части краткосрочных обязательств происходит увеличение показателя за счет завышения кредиторской задолженности;

- другими фактическими данными, согласующимися между собой.

Совершение ФИО17 и ФИО4 преступления предусмотренного ч. 3 ст. 159.4 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 207-ФЗ) (в отношении <данные изъяты>») подтверждается:

- показаниями осужденного ФИО1, из которых следует, что он сам расписывался в бухгалтерской отчетности (бухгалтерском балансе) ООО «<данные изъяты>» за отчетный период 2013 год и ставил оттиск печати ООО «<данные изъяты>». Годовой баланс за 2011 год, 9 месяцев 2012 года для предоставления в ЗАО «<данные изъяты> он. В программе «1С бухгалтерия» он внес в балансы сведения о том, что у общества имеется меньше запасов в отличие от имеющихся в реальности. Тем самым он хотел увеличить размер лимита. Также он занизил кредиторскую задолженность. В данных балансах он расписался;

- показаниями осужденной ФИО4, согласно которым, с октября 2010 года по март 2015 года она работала в должности директора по финансам ООО «<данные изъяты>». Составлением бухгалтерской отчетности она не занималась. Основным видом деятельности ООО «<данные изъяты>» являлась розничная торговля нефтепродуктами через сеть АЗС под брендовым названием «Такси-Ойл». Директором и учредителем ООО «<данные изъяты>» являлся ее муж ФИО1 Для реализации нефтепродуктов ООО «<данные изъяты>» арендовал автозаправочные станции у ряда юридических организаций: ООО «<данные изъяты> ООО «<данные изъяты> ООО «<данные изъяты> ООО «<данные изъяты>», ОАО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>». В ООО «<данные изъяты> ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» учредителями являлись она и ФИО1 Закупка нефтепродуктов осуществлялась оптом у различных поставщиков. За 2013 год ООО «<данные изъяты>» получил от ЗАО «<данные изъяты> товара на сумму 267 179 173,90 рублей, оплатил на сумму 228 562 762,60 рублей. Сумма долга на ДД.ММ.ГГГГ составила 38 616 411,30 рублей. При этом ДД.ММ.ГГГГ ЗАО «<данные изъяты>» открыло лимит ООО «<данные изъяты> сумме 50 000 000 рублей. Были заключены договоры поручительства с рядом фирм, принадлежащих ФИО1 и ей, а именно: ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», являющиеся балансодержателями АЗС, и личное поручительство ФИО1 и ее. Ей известно, что переговорами о заключении договора занимался ФИО1;

- показаниями свидетелей ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, согласно которым, они работали в разных должностях в ЗАО <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ между ЗАО «<данные изъяты> в лице генерального директора и единственного учредителя ФИО1 был заключен договор поставки № УОЛ-ПК-12-0077/РБ, на основании которого в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ЗАО «<данные изъяты> производило отгрузки в адрес ООО «<данные изъяты>» нефтепродуктов (автомобильного бензина, дизельного топлива, СМТ, ТСМ), которые ФИО1 и его супруга ФИО2 реализовывали оптом либо в розницу через сеть принадлежащих подконтрольным ФИО59 юридических лиц, в собственности которых находились автозаправочные станции на территории <адрес>. ФИО1 просил заключить договор на условиях отсрочки платежа. ФИО1 пояснял, что ему не хватало оборотных средств для приобретения нефтепродуктов по предоплате. В целях установления кредитного лимита ООО «<данные изъяты>» по отгрузке нефтепродуктов изучалось финансовое положение указанного юридического лица. По результатам изучения финансового положения ООО «<данные изъяты>» составлялись финансовые заключения, в которых делался вывод о возможности установления ООО «<данные изъяты>» кредитного лимита в определенном размере. При даче финансовых заключений использовались документы бухгалтерской отчетности ООО «<данные изъяты>». Были даны финансовые заключения: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ При даче финансового заключения от ДД.ММ.ГГГГ были использованы финансовые показатели ООО «<данные изъяты>» за январь-декабрь 2012 года, отчетный период предыдущего года. Финансовые показатели ООО «<данные изъяты>», использованные при составлении указанного финансового заключения, содержались в предоставленном бухгалтерском балансе ООО «<данные изъяты>» на ДД.ММ.ГГГГ, а также в предоставленном отчете о финансовых результатах ООО «<данные изъяты>» за январь-декабрь 2012 года. При составлении финансового заключения был сделан вывод о возможности установления кредитного лимита покупателю – ООО «<данные изъяты>» в размере 40 млн. рублей при условии отсутствия переоценки основных средств. Финансовое положение ООО «<данные изъяты>» было стабильным и устойчивым. При составлении финансового заключения исходили из того, что все сведения, представленные в отчетности, являются достоверными. В случае выявления недостоверности сведений кредитный лимит не подлежал установлению в соответствии с внутренними документами компании. На основании указанного финансового заключения, ООО «<данные изъяты>» протоколом от ДД.ММ.ГГГГ кредитного комитета группы компаний «<данные изъяты>» был установлен лимит в размере 45 млн. рублей. При даче финансового заключения ДД.ММ.ГГГГ использовались документы бухгалтерской отчетности: бухгалтерский баланс за 12 месяцев 2012 года, а также за 6 месяцев 2013 года. Финансовые показатели ООО «<данные изъяты>» за 6 месяцев 2013 года, использованные при составлении указанного финансового заключения, содержались в предоставленном бухгалтерском балансе ООО «<данные изъяты>» на ДД.ММ.ГГГГ, а также в отчете о финансовых результатах ООО «<данные изъяты>» за январь-июнь 2013 года, подписанные ФИО17 По результатам проведенного анализа финансового состояния ООО «<данные изъяты>» был сделан вывод об установлении лимита в размере 65 млн. рублей. Результаты финансового анализа от ДД.ММ.ГГГГ использовались при проведении заседаний кредитного комитета ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ На заседании кредитного комитета ДД.ММ.ГГГГ был установлен лимит в размере 45 000 000 рублей. Протоколом от ДД.ММ.ГГГГ кредитного комитета группы компаний «<данные изъяты>» контрагенту – ООО «<данные изъяты>», был установлен лимит в размере 65 млн. рублей. При проведении финансового заключения от ДД.ММ.ГГГГ использовались финансовые показатели ООО «<данные изъяты>», которые содержались в предоставленном бухгалтерском балансе ООО «<данные изъяты>» за 12 месяцев 2013 года, подписанным генеральным директором ООО «<данные изъяты>» ФИО17 При составлении финансового заключения исходили из того, что все сведения, представленные в отчетности, являются достоверными. В ходе составления финансового заключения от ДД.ММ.ГГГГ на основании бухгалтерской отчетности ООО «<данные изъяты>» за 1 квартал 2014 года. Размер кредитного лимита, согласно данному заключению, мог составить не более 30 млн. рублей. Таким образом, представленная ООО «<данные изъяты>» отчетность в период исполнения договора поставки позволяла ЗАО «<данные изъяты>» устанавливать кредитный лимит в размере не менее 30 млн. рублей. Данные, указанные в бухгалтерской отчетности, предоставленной ЗАО «<данные изъяты>», с данными, предоставленными ООО «<данные изъяты> в инспекцию налоговой службы, не сверялись, поскольку за указанный период ООО «<данные изъяты>» документы бухгалтерской отчетности в налоговую инспекцию не предоставляло. ФИО31 ФИО1 показывал три новые автозаправочные станции, пояснив, что данные автозаправочные станции принадлежат ему, однако он их передать в залог не может, так как на них не оформлено право собственности. При этом ФИО1 пообещал ему, что как только право собственности на автозаправочные станции будет оформлено, они будут переданы в качестве залога ЗАО «<данные изъяты>». Кроме того, ФИО1 предложил до оформления залога подписать договора поручительства с ним лично и его супругой – ФИО4, а также с компаниями входящими в группу компаний «ТаксиОйл». Были подписаны договора поручительства с ФИО17, ФИО4, ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты> ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>». Заключение договоров поручительств учитывалось ЗАО «<данные изъяты>» при установлении последующих постоянных и разовых лимитов. Факт заключения договоров поручительства существенно повлиял на возможность предоставления кредитных лимитов в большем размере. Со стороны ООО «<данные изъяты>» оплата происходила с заметными просрочками платежей. Несмотря на допущенные просрочки, опираясь на то, что в конечном итоге оплата проходила, нефтепродукты поступали в ООО «<данные изъяты>». В начале 2014 года для установления очередного лимита у ФИО1 запросили бухгалтерские балансы за 12 месяцев 2013 года. ДД.ММ.ГГГГ отгрузки нефтепродуктов в адрес ООО «<данные изъяты>» были прекращены, ввиду того, что ООО «<данные изъяты>» длительное время не погашало задолженность (с ДД.ММ.ГГГГ задолженность по поставкам не снижалась ниже 25 млн. рублей). На ДД.ММ.ГГГГ задолженность ООО «<данные изъяты>» составила 43 899 566,88 рублей. Все это время с генеральным директором ООО «<данные изъяты> велись переговоры об оплате задолженности. ФИО1 убедил руководство ЗАО «Уфаойл», что задолженность он выплатит и предоставил по электронной почте в виде письма график оплаты задолженности. Согласно графику ФИО1 предлагал с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ производить ежедневно платежи в размере 250 000 рублей, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ оплату оставшейся задолженности с учетом штрафных неустоек. С 15 по ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>» производило оплату ежедневно по 250 000 рублей. С ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>» стало нарушать график, и впоследствии его не исполнило. Последний платеж был произведен ДД.ММ.ГГГГ в размере 10 000 рублей. После того как ФИО1 не расплатился по своим долгам в конце 2014 года, а также напрямую заявил, что не будет этого делать и не допустит взыскания с него, либо с принадлежащих ему и его супруге ФИО4 компаний указанного долга, они из системы «<данные изъяты> получили данные о том, что ФИО1 обманул сотрудников ЗАО «<данные изъяты>», предоставив документы финансово-хозяйственной деятельности ООО «<данные изъяты>», содержащие заведомо недостоверные сведения. В период составления финансового заключения и установления кредитного лимита о том, что представленные ООО «<данные изъяты> являются недостоверными, известно не было. В случае выявления недостоверности сведений кредитный лимит не подлежал установлению в соответствии с внутренними документами компании;

- показаниями свидетеля ФИО33, согласно которым, она работала в ООО «<данные изъяты>» в должности главного бухгалтера. Доступ к программному обеспечению «1С бухгалтерия», находящемуся на сервере ООО «<данные изъяты>», имели все сотрудники бухгалтерии и финансового отдела. Доступ к программному обеспечению, в том числе, подготовленным ее бухгалтерским балансам имели ФИО1, ФИО2 Бухгалтерские балансы в налоговую инспекцию она предоставляла раз в квартал в электронном виде. Уточненные балансы могли составляться от одного до двух раз по мере изменения финансового состояния. Квартальные и годовой баланс за 2012 год в налоговую инспекцию также предоставляла она. В апреле 2013 года она ушла в декрет. В бухгалтерских балансах за 2011-2012 гг. расписывалась она и ФИО1 В 2013 году в бухгалтерских балансах подпись бухгалтера не требовалась. Уточненные и основные балансы между собой ничем не различались. Различия были только в показателях, указанных в балансах. Установить основной это баланс, либо уточненный можно было только, если сравнить с данными программы «1С бухгалтерия». Все балансы (основные, уточненные) хранились в папке в бухгалтерии. Доступ к папке имели сотрудники бухгалтерии, ФИО2 Решение об оплате любых поставок топлива принимала ФИО2, так как она отслеживала весь денежный поток компании. ФИО2 давала ей распоряжение, кому платить и какую сумму. Оплата производилась путем перечисления денежных средств с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» на расчетный счет поставщика. Бухгалтерские балансы ООО «<данные изъяты>» в адрес ЗАО «<данные изъяты> она лично не предоставляла. В ее адрес от ФИО1 и ФИО4 требований о внесении искаженных сведений в бухгалтерские балансы, которые впоследствии предоставлялись в ЗАО «<данные изъяты>», не поступало. В связи с чем образовалась задолженность перед поставщиком топлива ЗАО «<данные изъяты>», она пояснить не может, поскольку денежными потоками ООО «<данные изъяты>» распоряжалась ФИО2 Почему в данных бухгалтерской отчетности за 2012 года, предоставленной в адрес ЗАО «<данные изъяты> имеются расхождения с данными, указанными в балансах, предоставленными в налоговую инспекцию, она не знает. Доступ к программному обеспечению «1С бухгалтерия», при помощи которого она составляла балансы, имели сотрудники бухгалтерии, ФИО1, ФИО2 Любое лицо, в том числе ФИО57, в случае необходимости могло подготовить и распечатать баланс с нужными сведениями;

- показаниям свидетеля ФИО34, из которых следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она работала главным бухгалтером в ООО «<данные изъяты>». Она в порядок расчета с поставщиками доступа не имела, вопросы оплаты решали ФИО1 и ФИО2, правом распоряжения денежных средств на счете отдел бухгалтерии не имел. Вопросами поставки нефтепродуктов, заключением договоров с поставщиками занимались ФИО1 и ФИО2 Ей поступали уже заключенные договоры на поставку нефтепродуктов, которые хранились в бухгалтерии. Указания по оплате нефтепродуктов всегда поступали от ФИО4 Все операции по расчетным счетам осуществлялись с письменного указания ФИО4, то есть она на листе бумаги писала какие операции по счету произвести. Почему имеются различия в данных по бухгалтерским балансам, представленным в ЗАО «<данные изъяты> и бухгалтерских балансах ООО «<данные изъяты>», представленных в налоговую инспекция, она не знает. Сведения, имеющиеся в бухгалтерских балансах из налоговой инспекции, являются достоверными. Право подписи бухгалтерских документов она не имела. Могла подписать только счета-фактуры и накладные на реализацию. Остальные бухгалтерские документы подписывал лично ФИО1 Все денежные средства от реализации нефтепродуктов тратились на закупку ГСМ, коммерческие и управленческие расходы, налоги и заработную плату. Также данные денежные средства тратились на строительство и модернизацию АЗС. Денежные средства для этих целей перечислялись на счета юридических организаций ФИО59 в виде займов. Как она предполагает, возврат этих займов должен был произойти после ввода в эксплуатацию АЗС за счет арендной платы;

- показаниями свидетеля ФИО35, согласно которым, в ООО «<данные изъяты>» в должности бухгалтера она работала с 2010 года по август 2014 года. Документы бухгалтерской отчетности, в том числе, бухгалтерские балансы, она никогда не составляла и доступа к ним не имела. Ее непосредственными руководителями являлись финансовый директор ФИО2, генеральный директор ФИО1 С ФИО4 она согласовывала вопросы задолженности по оплате за нефтепродукты. Оплату за нефтепродукты в ООО «<данные изъяты>» производила бухгалтер ФИО36, которая вносила данные в программу «1С бухгалтерия». С учетом сведений об оплате она формировала данные по задолженности, которые предоставляла ФИО4 ФИО2 контролировала распределение денежных средств в обществе, в том числе, оплату поставщикам. ФИО1 также контролировал данный вопрос, но в меньшей степени. Приобретение нефтепродуктов в ЗАО «<данные изъяты>» происходило на условиях отсрочки платежа в рамках установленного кредитного лимита. Согласование кредитных лимитов, срок оплаты с ЗАО «<данные изъяты> ФИО1 В ее обязанности входило внесение данных о поступлении топлива от поставщиков и дальнейшем распределении по сети автозаправочных станций в программу «1С бухгалтерия»;

- показаниями свидетеля ФИО36, из которых следует, что в ООО «<данные изъяты> в должности бухгалтера она работала с 2010 года по 2015 год включительно. Ее непосредственным руководителем являлась финансовый директор ФИО2 Только по указанию ФИО4 она осуществляла операции по расчетному счету, в том числе, перечисления денежных средств за поставленные нефтепродукты в адрес поставщиков;

- заключениями экспертов № Э от ДД.ММ.ГГГГ, № Э от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которых, <данные изъяты>»» свои обязательства в рамках договорных отношений с ООО «<данные изъяты>» выполнило в полном объеме;

- заключениями почерковедческих экспертиз № № от ДД.ММ.ГГГГ, 2768/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 2769/03-01 от ДД.ММ.ГГГГ, 2877/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 2876/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которых, в представленных на экспертизы документах (договоры поставки, дополнительных соглашений, договоров поручительства ФИО17 и ФИО4, а также бухгалтерские балансы, предоставленные в ЗАО «<данные изъяты> подписи от имени ФИО1, выполнены самим ФИО17, и от имени ФИО4 – выполнены самой ФИО4;

- заключением эксперта №Э от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, между данными бухгалтерских балансов, предоставленных ООО «<данные изъяты>» в ЗАО «<данные изъяты>», и данными бухгалтерских балансов, переданных в ИФНС по <адрес>, имеются следующие расхождения: по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, происходит завышение доли оборотных активов, краткосрочных обязательств и валюты баланса в отчетности ООО «<данные изъяты>», переданной в ИФНС по <адрес>, по сравнению с отчетностью, переданной в ООО «<данные изъяты>»; по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ происходит завышение доли оборотных активов, за счет завышения запасов, финансовых вложений и прочих оборотных активов и занижения дебиторской задолженности, а также завышение доли краткосрочных обязательств и валюты баланса в отчетности ООО «<данные изъяты> переданной в ИФНС по <адрес>, по сравнению с отчетностью, переданной в ООО «<данные изъяты>». Финансовое состояние ООО «<данные изъяты>» признается неудовлетворительным по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, согласно финансовой отчетности, представленной в ИФНС по <адрес>. Финансовое состояние ООО «<данные изъяты>» признается неудовлетворительным по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, согласно финансовой отчетности, представленной в ЗАО <данные изъяты>»;

- другими фактическими данными, согласующимися между собой.

Совершение ФИО17 и ФИО4 преступления предусмотренного ч. 3 ст. 159.4 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 207-ФЗ) (в отношении ОАО «<данные изъяты>») подтверждается:

- показаниями осужденного ФИО1, согласно которым, он предоставлял в адрес ОАО «Солид-товарные рынки» бухгалтерские балансы за 2010, 2011 годы, а также годовые бухгалтерские балансы за 2012, 2013 годы. Балансы он передавал в адрес ОАО «Солид<данные изъяты>» согласно условиям договора присоединения регулярно для проверки финансового состояния ООО «<данные изъяты> При этом в годовых балансах за 2012, 2013 годы он занизил сведения о запасах и кредиторской задолженности, в отличие от имеющихся в действительности, которые были предоставлены в налоговую инспекцию, поскольку хотел увеличить объем приобретаемых нефтепродуктов на условиях предоставления кредитных лимитов;

- показаниями осужденной ФИО4, аналогичными, что приведены ранее;

- показаниями свидетелей ФИО43, ФИО42, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО60 ФИО40, ФИО41, согласно которым они работали в разных должностях в ОАО «<данные изъяты>». Основным видом деятельности ОАО «<данные изъяты>» является оптовая торговля нефтепродуктами. Торговля нефтепродуктами осуществляется компанией двумя способами. Первый, это заключение с клиентами договора поставки нефтепродуктов, а второй – через брокерский договор. Желающий работать по этой схеме клиент подписывает с ними Договор об оказании услуг на товарных рынках (договор присоединения) в соответствии с «Регламентом оказания ОАО «<данные изъяты>» услуг на товарных рынках», беря при этом на себя обязательства выполнять условия Регламента «<данные изъяты>». В дальнейшем клиент дает им поручение приобрести для него нефтепродукты и произвести их поставку по указанному им адресу. В поручении указывается конкретный вид нефтепродуктов, их объем и цена, по которой он хочет приобрести товар. «<данные изъяты>» на товарных биржах приобретает необходимые клиенту нефтепродукты по указанной им цене, либо ниже и организует их доставку. Поставка возможна либо по предоплате, либо на условиях отсрочки платежа. Если по договору присоединения предусмотрена оплата с отсрочкой, то по поручению клиента они закупают нефтепродукты, оплачивают эти нефтепродукты собственными денежными средствами и организуют за свой счет их доставку клиенту, а в дальнейшем клиент должен в оговоренные сроки возместить им все понесенные расходы и выплатить оговоренное Регламентом вознаграждение. Нефтепродукты являются собственностью ОАО «<данные изъяты>» с момента оплаты стоимости их компанией поставщику до передачи их клиенту. Поставка нефтепродуктов на условиях отсрочки платежа осуществляется в пределах кредитного лимита (максимальной суммы, на которую клиенту могут быть поставлены нефтепродукты на этих условиях), который устанавливается в каждом конкретном случае путем заключения с клиентом Дополнительного соглашения к Договору присоединения, наряду с этим в соглашении оговаривается и срок отсрочки платежа. Перед заключением договора они проводят проверку клиента, а именно истребуют у него учредительные документы: устав, копии свидетельств о регистрации юридического лица, постановки его на налоговый учет, выписки из ЕГРЮЛ, а также проверяют полномочия лица, который подписывает договор от имени клиента. Первичную проверку клиента проводят сотрудники договорного отдела. Если результаты проверки положительные, то сотрудники договорного отдела подготавливают договор с клиентом, который поступает на подпись к генеральному директору. Регламент ОАО «<данные изъяты>» предусматривает возможность оплаты нефтепродуктов на условиях отсрочки. Условия предоставления отсрочки прописаны в Регламенте. Инициатива о предоставлении отсрочки платежа по поставкам нефтепродуктов должна исходить от клиента. ДД.ММ.ГГГГ ФИО42 от имени ООО «<данные изъяты>» подписал с ФИО17, как генеральным директором ООО «<данные изъяты>», Договор № ДП-00175 об оказании услуг на товарных рынках (договор присоединения) в соответствии с «Регламентом оказания ООО «<данные изъяты>» услуг на товарных рынках». В течение года они работали с ООО «<данные изъяты>» на условиях предоплаты. В сентябре 2011 года ФИО1, стал просить продавать нефтепродукты с отсрочкой оплаты. Переговоры по этому вопросу с ним вел ФИО42 и ФИО43 В ходе переговоров ФИО1 передал ФИО42 копию направленного им в налоговые органы бухгалтерского баланса ООО «<данные изъяты>» за 2010 год и отчет о прибылях и убытках за 2010 год. Представленные им ФИО17 бухгалтерские балансы ООО «<данные изъяты>» за 2010-2012 гг. и первый квартал 2013 года с отметками об их направлении в налоговые органы и отчеты о прибылях и убытках, свидетельствовали о финансовой стабильности общества. Информации о наличии у ООО «<данные изъяты>» большой кредиторской задолженности, использовании денежных средств компании не по назначению и фактическом отсутствии у нее оборотных средств, у них не имелось. При изучении бухгалтерских балансов ООО «<данные изъяты>» основными показателями для них являлись: товарные запасы, дебиторская и кредиторская задолженность, финансовые вложения и выручка. Из представленных ФИО17 перед принятием решений о повышении лимитов бухгалтерских балансов за 2010, 2011, 2012 годы следовало, что финансовое состояние ООО «<данные изъяты> было стабильным и даже несколько улучшилось – уменьшилась кредиторская задолженность, а товарные запасы выросли. Исходя из вышеуказанного, они согласились на просьбу ФИО1 увеличить лимит по сделкам, но решили это делать постепенно, чтобы посмотреть, как ООО «<данные изъяты>» будет исполнять свои обязательства. Во исполнение этого решения, в августе 2013 года лимит ООО «<данные изъяты>» по сделкам был увеличен в два этапа до 40 млн. рублей, в середине сентября до 100 млн. рублей, а в ноябре 2013 года до 150 млн. рублей. Поднятие лимита осуществлялась путем подписания в каждом отдельном случае Дополнительных соглашений к основному Договору (соответственно № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ). В каждом случае инициатива об увеличении лимита исходила от ФИО1 Все переговоры по поводу повышения лимита и подписание дополнительных соглашений проходили в <адрес> в офисе ОАО «<данные изъяты>», с участием ФИО1, иногда с ФИО17 была и ФИО2, которая тоже принимала участие в переговорах. ФИО1 привозил финансовые документы, рекламные проспекты, расписывал перспективы расширения сети своих АЗС и проводил их презентацию. ФИО1 предоставил им бухгалтерскую отчетность ООО «<данные изъяты>» – бухгалтерские балансы за 2010, 2011, 2012 годы и первый квартал 2013 года, отчеты о прибылях и убытках за эти же периоды. Дополнительно ФИО1 передал копии свидетельств о праве собственности на 5 АЗС, располагавшихся в <адрес>. Эти АЗС находились в собственности ООО «<данные изъяты>», единственным учредителем которого и генеральным директором являлась жена ФИО1 – ФИО2 Согласно предоставленным свидетельствам две АЗС не были обременены залогами. После увеличения кредитного лимита до 150 млн. рублей в адрес ООО «<данные изъяты>» до конца 2013 года были поставлены нефтепродукты на сумму лимита. По указанию ФИО1 нефтепродукты в основном поставлялись железнодорожным транспортом на <адрес> и передавались ООО «<данные изъяты>», откуда ФИО1 бензовозами вывозил их на свои АЗС. В начале 2014 года ООО «<данные изъяты>» начало задерживать оплату за поставленные нефтепродукты. Полностью оплату ФИО1 не прекратил, делал незначительные платежи за нефтепродукты. К маю 2014 года ситуация кардинальных изменений не претерпела. ООО «<данные изъяты>» не имело проблем с продажей бензина и дизтоплива, так как реализовывало нефтепродукты через пользующуюся известностью в Нижнем Новгороде собственную сеть автозаправочных станций «Taxioil», которые принадлежали компаниям, учредителем которых была ФИО2 У них имелся подписанный еще ДД.ММ.ГГГГ ФИО17, как физическим лицом, договор поручительства по обязательствам ООО «<данные изъяты>» перед ними, ФИО1 и его жена ФИО2 владели в <адрес> квартирами и имели загородный дом, а также являлись собственниками ряда компаний, которые располагали значительным количеством объектов движимого и недвижимого имущества. При этом информацию о том, что почти все это имущество обременено залогами, ФИО57 от них утаили. ФИО1 выбрал нефтепродукты на общую сумму около 200 млн. рублей, то есть превысил лимит. В 20-х числах мая 2014 года они приостановили поставку нефтепродуктов ООО «<данные изъяты>» и попросили ФИО1 объяснить им, почему он не производит оплату за поставленные нефтепродукты. ФИО1 перечислил ряд аргументов, почему он задерживает оплату. В частности ФИО1 пояснил, что производит рефинансирование кредитов банков, для чего ему требуются денежные средства, то есть ФИО1 должен был выплатить кредиты банкам и заключить новый на более выгодных условиях и с более высокими оценками имущества по договорам залога АЗС. При получении нового кредита, ФИО1 должен был произвести оплату задолженности перед ОАО «<данные изъяты>». Кроме этого, ФИО1 предоставил график оплаты задолженности, который впоследствии не соблюдал. Также ФИО1 предложил передать им в залог принадлежащую ООО «<данные изъяты> АЗС, которая была уже построена и эксплуатировалась, однако право собственности на нее было в процессе регистрации. Кроме того, по их просьбе ФИО1 предоставил бухгалтерский баланс ООО «<данные изъяты>» за 2013 год. Из данного баланса следовало, что по сравнению с 2012 годом положение ООО «<данные изъяты>» несколько ухудшилось, однако изменения не носили серьезного характера, и компания была стабильна. К июлю 2014 задолженность ООО «<данные изъяты>» перед ОАО «<данные изъяты>» снизилась до 150 млн. рублей, то есть вошла в пределы лимита. Все это время ФИО1 уверял, что задержки по оплате носят временный характер, что это связано с переоформлением им банковских кредитов и задолженность будет им оплачена в ближайшее время. При этом ФИО1 полностью оплату за нефтепродукты не прекращал, а перечислял незначительные суммы денежных средств, постоянно поддерживая задолженность в размере установленного лимита. Это делалось ФИО17 для того, чтобы создать видимость регулярной оплаты за товар и продемонстрировать исполнение своих обязательств. В октябре 2014 года ситуация с оплатой за поставленные нефтепродукты стала критической и задолженность составляла свыше 150 млн. рублей и не погашалась. Практически все время с июня 2014 года по февраль 2015 года велись переговоры с ФИО17 о погашении задолженности. ФИО1 просил не прекращать поставки нефтепродуктов и не обращаться в судебные органы. ФИО1 обещал погасить задолженность и предлагал различные варианты решения этого вопроса. Так как к концу января 2015 года ситуация с погашением долгов не изменилась, а у них отсутствовала часть подписанных ФИО17 документов по поставленным ООО «<данные изъяты>» нефтепродуктам (накладные, акты сверок, отчеты клиента и т.п.), они решили провести проверку предоставленных ФИО17 сведений и документов. В частности, в открытых источниках информации они получили бухгалтерские балансы ООО «<данные изъяты>» за 2011, 2012 и 2013 годы и сравнили их с балансами предоставленными ФИО17 в адрес ОАО «<данные изъяты>». Как оказалось, ФИО1, зная, что у них не было доступа к его бухгалтерским документам, обманул их и предоставлял бухгалтерские балансы с недостоверными сведениями, в которых основные показатели были искажены в нужную ФИО1 сторону, и они существенно отличались от бухгалтерских балансов, представленных в налоговые органы. В частности, в представленном им ФИО17 балансе за 2013 год товарные запасы общества оцениваются в 244 млн. рублей, то есть нефтепродуктов на эту сумму хватило бы на полтора-два месяца работы АЗС, принадлежащих ФИО59. Учитывая, что поставка нефтепродуктов осуществлялась в срок от одного до полутора месяцев со дня заявки, то количество товарных остатков ООО «<данные изъяты>» соответствовало минимальному запасу. В реальности, как это следовало из баланса, представленного ФИО17 в налоговый орган, товарные запасы оценивались в 427 млн. рублей и их бы хватило ООО «<данные изъяты>» на 4-5 месяцев работы. Приобретение в этой ситуации новых нефтепродуктов было бы неразумным. Кроме того, наличие большого товарного запаса, свидетельствует о существующих проблемах с реализацией, а в таком случае передавать товар на условиях отсрочки платежа очень рискованно. Имелись большие расхождения в показателях кредиторской задолженности, реальные показатели свидетельствовали о высокой задолженности ООО «<данные изъяты>» перед третьими лицами, что негативно влияет на ликвидность компании и прямо влияет на ее платежеспособность. Недостоверные сведения содержали и переданные им ФИО17 балансы за 2010, 2011 и 2012 годы. Кроме того, ими была инициирована проверка финансово-хозяйственной деятельности непосредственно в офисе ООО «<данные изъяты>» в <адрес>. Для этого были проведены переговоры с ФИО17, который дал согласие на проверку финансового состояния ООО «<данные изъяты>» их сотрудником. В конце феврале 2015 года в <адрес> выехала их сотрудник ФИО44 директор по экономике и финансам ОАО «<данные изъяты>». Изучив на месте представленные бухгалтерские документы ООО «<данные изъяты>», ФИО44 пришла к выводу, что ФИО1 представлял им балансы своей компании с ложными сведениями. Полученные денежные средства от реализации нефтепродуктов, поставленных ОАО «<данные изъяты>», ФИО1 направлял не на их оплату, а на другие цели: выдачу займов подконтрольным ему организациям, физическим лицам, в том числе себе и к началу 2015 года ООО «<данные изъяты>» не имел средств для погашения задолженности перед ними. Последняя поставка в ООО «<данные изъяты>» была осуществлена ДД.ММ.ГГГГ После этого они, видя, что задолженность только за нефтепродукты составляет 153 473 232,05 рублей, а оплата за товар и оказанные услуги почти не поступает, они прекратили поставку нефтепродуктов. ОАО «<данные изъяты>» было включено в реестр кредиторов с суммой задолженности в размере 150 000 000 рублей, но фактически оказалось, что они являются не залоговыми кредиторами, поэтому, им никаких сумм не поступало;

- показаниями свидетеля ФИО45, согласно которым, он работая в должности заместителя генерального директора в ООО «<данные изъяты>», подтвердил, что ОАО «<данные изъяты>» отгружало в адрес ООО «<данные изъяты>» нефтепродукты до 2014 года включительно. ООО «<данные изъяты>» никогда на нефтебазе свои нефтепродукты не хранило. ООО «<данные изъяты>» как грузополучатель получал нефтепродукты, переданные им поклажедателем (ОАО «<данные изъяты>»);

- показаниями свидетеля ФИО46, согласно которым с ООО «<данные изъяты>» и ООО <данные изъяты>» был заключен договор на слуги хранения нефтепродуктов, срок действия договора был до конца года, затем его продляли дополнительным соглашением. У них хранились нефтепродукты, их возили на заправки, занимались розничной торговлей, поставщиками было ОАО <данные изъяты>». Объем поставленных ОАО «<данные изъяты>» нефтепродуктов был отгружен в адрес ООО «<данные изъяты>». ООО «<данные изъяты>» осуществляло отгрузку нефтепродуктов ежемесячно. На базу приезжал водитель с доверенностью. До отгрузки от ОАО «<данные изъяты>» на его имя поступало письмо, в котором указывался объем и наименование нефтепродукта, подлежащего отгрузке ООО «<данные изъяты>». К письму прилагался акт о переходе прав не нефтепродукты между ООО «<данные изъяты>» и ОАО «<данные изъяты>». ОАО «<данные изъяты>» осуществляло поставку нефтепродуктов для ООО «<данные изъяты>» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг.;

- показания свидетелей ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, содержание которых приведено ранее;

- показаниями свидетеля ФИО47, согласно которым все заправки, которые использовало ООО «<данные изъяты>» были в аренде, балансодержателями АЗС являлись другие юридические лица. В ООО «<данные изъяты>» ФИО2 контролировала все финансовые вопросы. Офис ООО «<данные изъяты>» располагался в <адрес> по пер. Мотальный <адрес>. Все сотрудники ООО «<данные изъяты>» подчинялись непосредственно ФИО1 и ФИО4 вне зависимости, какую должность они занимали. Абсолютно все вопросы по деятельности ООО «<данные изъяты>» решались только ФИО59. Самостоятельно никто никакого решения принять не мог;

- показаниями свидетеля ФИО12, из которых следует, что с августа 2007 года по сентябрь 2010 года она работала в ООО «<данные изъяты>» в должности менеджера по продажам. В ООО «<данные изъяты>» она работала в период с сентября 2010 года по ДД.ММ.ГГГГ С 2010 года по февраль 2011 года она работала менеджером по продажам. В декабре 2013 года она устроилась работать в ООО «<данные изъяты>» на должность руководителя отдела продаж. Ее руководителем стала ФИО2 Рабочее место у нее осталось прежним. В ООО «<данные изъяты>» она работала до июня 2015 года, до принятия решения о ликвидации общества. В декабре 2014 года ФИО1 предложил купить ей свою <адрес>, расположенную в <адрес> «Б» по <адрес>. ФИО1 сказал, что выплатил за квартиру ипотеку и готов ее продать ей, поскольку на тот момент она искала квартира. Квартира 3-х комнатная, 114 кв.м. ФИО1 предложил ей купить квартиру за 10 млн. рублей. Денежные средства ФИО1 она должна была оплатить наличными при заключении договора. Она согласилась на предложение ФИО1 Договор купли-продажи подготовил нотариус. Договор купли-продажи с ФИО17 она заключила ДД.ММ.ГГГГ, после чего они подали его на регистрацию в ФРС. В связи с чем, ФИО1 решил продать квартиру, ей известно не было, он ей об этом не говорил;

- показаниями свидетеля ФИО48, согласно которым, нефтепродукты в ООО «<данные изъяты> поставлялись из шести-семи организаций, одной из которой являлось ОАО «<данные изъяты>» расположенное в <адрес>. С руководством данного поставщика контактировал непосредственно ФИО1 Ему (ФИО48) логист приносил цену, за которую предлагался товар и он, после согласования цены у сотрудников ОАО «<данные изъяты>» запрашивал заявку по электронной почте, которую нес на подпись ФИО1 и сканированную копию отправлял поставщику. После этого он только контролировал приход на нефтебазу, расположенную в <адрес>, принадлежащую ООО «<данные изъяты>», с которой у ООО «<данные изъяты>ГСМ» был заключен договор хранения нефтепродуктов. Далее уже логисты распределяли нефтепродукты по АЗС и АГЗС, ему только оставалось осуществить за ними контроль. Также он отслеживал кредиторскую и дебиторскую (образовывается при внесении предоплаты) задолженности по покупателям. По поставщикам, в том числе, ОАО «<данные изъяты>» по оплате занимался ФИО1 ФИО2 осуществляла контроль за всей финансовой деятельностью ООО «<данные изъяты>»;

- заключениями экспертов № Э от ДД.ММ.ГГГГ, № Э от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которых, ОАО «<данные изъяты>» свои обязательства в рамках договорных отношений с ООО «<данные изъяты>» выполнило в полном объеме;

- заключениями почерковедческих экспертиз № № от ДД.ММ.ГГГГ, 2874/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 2772/03-01 от ДД.ММ.ГГГГ, 2882/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 2883/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 3910/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которых, в представленных на экспертизы документах (договор на оказание услуг, присоединения, дополнительные соглашения, договоры поручительства, а также бухгалтерские балансы, предоставленные в ОАО «<данные изъяты>») подписи от имени ФИО1, выполнены самим ФИО17, и от имени ФИО4 – выполнены самой ФИО4;

- заключением эксперта №Э от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, в бухгалтерских балансах, предоставленных ООО «<данные изъяты>» в ОАО «<данные изъяты>» и реальных данных, переданных в ИФНС по <адрес>, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ расхождений не выявлено. В данных бухгалтерских балансов, предоставленных ООО «<данные изъяты>» в ОАО «<данные изъяты>» и данных, переданных в ИФНС по <адрес>, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, на ДД.ММ.ГГГГ имеются расхождения. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ и на 31.12.20013 г., согласно финансовой отчетности, представленной в ИФНС по <адрес> финансовое состояние ООО «<данные изъяты>» неудовлетворительное. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, согласно финансовой отчетности, представленной в ИФНС по <адрес> финансовое состояние ООО «<данные изъяты>» неудовлетворительное. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, на ДД.ММ.ГГГГ, на ДД.ММ.ГГГГ, на ДД.ММ.ГГГГ, на 31.12.20013 г., согласно финансовой отчетности, представленной в ОАО «<данные изъяты>», финансовое состояние ООО «<данные изъяты> неудовлетворительное;

- другими фактическими данными, согласующимися между собой.

Совершение ФИО17 преступления предусмотренного ч. 1 ст. 176 УК РФ, в отношении ОАО «<данные изъяты>» (<данные изъяты>») подтверждается:

- показаниями самого осужденного, не отрицавшего, что с целью получения кредита представил в банк заведомо ложные сведения о финансовом состоянии ООО «<данные изъяты>»;

- показаниями свидетелей ФИО49, ФИО50, ФИО51, ФИО52, ФИО53, согласно которым, они работали в разных должностях в ОАО «<данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «<данные изъяты>» в лице исполняющего обязанности ФИО3 А.К. и ООО «<данные изъяты>» в лице генерального директора ФИО1 заключен кредитный договор №.14 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно условиям которого, ОАО «<данные изъяты>» обязалось предоставить ООО «<данные изъяты>» кредит в размере 60 000 000 рублей, а ООО «<данные изъяты>» обязалось возвратить полученный кредит в срок и уплатить проценты за пользование кредитом. Согласно п. 1.2 кредитного договора размер кредита – 60 000 000 рублей, согласно п. 1.3 срок кредита до ДД.ММ.ГГГГ При принятии решения о выдаче кредита в ОАО «<данные изъяты>» оценка финансового положения заемщика является неотъемлемым этапом проверки клиента, расчет показателей финансовой устойчивости заемщика производится в соответствии с «Инструкцией по оценке финансового положения заемщика в ОАО «<данные изъяты>». Для проведения оценки финансового положения клиенты предоставляют в банк формы официальной отчетности – баланс формы №, отчет о прибылях и убытках формы №. На основании указанных документов, которые были предоставлены в банк ООО «<данные изъяты>», был проведен анализ структуры и динамики статей финансовых отчетов и расчет финансовых показателей ООО «<данные изъяты>». На основании проведенного анализа кредитным экспертом ФИО51 вынесено экспертное суждение об успешности финансового положения, отсутствия негативных трендов в будущем и возможности ООО «<данные изъяты>» вернуть кредит и проценты за пользование кредитными средствами в предложенный срок. Кроме этого, экспертом при оценке финансового положения указанных фирм проведена оценка исполнения заемщиками своих обязательств перед третьими лицами. Выдача кредита в ОАО «<данные изъяты>» возможна только при удовлетворительном финансовом положении должника, отсутствии просроченных обязательств по налоговым и иным обязательным платежам, отсутствии просроченных обязательств перед сторонними банками, иными кредиторами, контрагентами (поставщиками) а также, при надлежащем исполнении текущих кредитных и обеспечительных договоров перед ОАО «<данные изъяты>». При проведении проверки финансового положения ООО «<данные изъяты>» сотрудники ОАО «<данные изъяты>» полагали, что предоставленные заемщиком финансовые документы, которые были подписаны ФИО17 и заверены оттиском печати, являются подлинными и достоверными, что позволило при расчете коэффициентов финансовой устойчивости ООО «<данные изъяты>» кредитному эксперту сделать вывод о положительной динамике финансового положения заемщика, в соответствии с чем, профессиональное суждение (заключение) кредитного эксперта было вынесено на кредитный комитет для принятия решения о возможности кредитования указанной компании. Кредитный комитет на основании предоставленных ООО «<данные изъяты>» финансовых документов о финансовом положении заемщика, поддержал профессиональное суждение кредитного эксперта, вследствие чего ООО «<данные изъяты>» была одобрена выдача кредитов. В связи с тем, что ООО «<данные изъяты>» перестало обслуживать кредит и вышло на просрочку, отделу по управлению кредитными рисками в августе 2015 года было поручено проведение анализа и проведение исследования причин, повлекших возникновение просрочки по оплате. По данному анализу ими также был подготовлен соответствующий отчет о влиянии данных о финансовом состоянии ООО «<данные изъяты>» на принятие решения о выдаче кредита. В ходе проведенного анализа было выявлено, что финансовая картина заемщика была искажена в документах, предоставленных банку для предоставления кредитов. На основании представленного анализа отчетности было установлено, что ключевым моментом расхождений является значительное расхождение по статье кредиторской задолженности, что говорит о наличии на момент рассмотрения кредитов задолженности перед контрагентами в гораздо больших значениях, чем было продекларировано банку. В ходе анализа были выявлены значительные расхождения между бухгалтерской отчетностью ООО «<данные изъяты>», предоставленной в налоговые органы и бухгалтерской отчетностью, предоставленной в банк за 2013 год. В предоставленной банку бухгалтерской отчетности сумма товарно-материальных ценностей на 183 601 000 рублей меньше, сумма кредиторской задолженности меньше на 224 872 000 рублей, сумма краткосрочных финансовых вложений меньше на 52 850 000 рублей, сумма дебиторской задолженности больше на 11 689 000 рублей. Исходя из финансовых показателей отчетности, предоставленной Банку коэффициент финансовой независимости составил 0,02, напротив реально существующего 0,013. Коэффициент оборотных активов (дней) составил 128 дней, вместо реально существующих 181 дней. В соответствии с проведенным анализом финансовых документов ООО «<данные изъяты>», сделан вывод, что банк в процессе рассмотрения информации по кредитованию указанных клиентов по кредитам не мог учесть всю скрытую и искаженную информацию о реальном финансовом положении заемщика, что в условиях недостаточной обеспеченности кредитов с высокой степенью вероятности привело бы к принятию негативного решения о кредитовании. В связи с чем, на основании проведенного анализа предоставленной финансовой отчетности по ООО «<данные изъяты>» для проведения оценки финансового положения, в вопросе определения влияния предоставленной финансовой документации на принятие решения о возможности кредитования компании, в своем анализе им был сделан вывод, что выдача кредитов ООО «<данные изъяты>» была бы невозможна на момент принятия решений о кредитовании в связи с тем, что на момент выдачи кредита финансовое положение заемщика являлось неудовлетворительным;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, на расчетный счет № от ОАО «<данные изъяты>» датой ДД.ММ.ГГГГ поступили денежные средства по кредитному договору №.14 от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 60 000 000 рублей. Денежные средства, перечисленные ОАО «<данные изъяты>» на расчетный счет № организации ООО «<данные изъяты>» по кредитному договору №.14 от ДД.ММ.ГГГГ были использованы (списаны) в полном объеме в общей сумме 60 000 000 рублей в рамках периода с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, включительно;

- заключениями почерковедческих экспертиз № № от ДД.ММ.ГГГГ, 2536/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, 2765/03-1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которых, в представленных на экспертизы документах (кредитный договор, договоры поручительства, ипотеки, залога, дополнительных соглашений с ФИО17 и ФИО4, бухгалтерских балансов, предоставленных в ОАО <данные изъяты>», в налоговые службы) подписи от имени ФИО1, выполнены самим ФИО17, и от имени ФИО4 – выполнены ФИО4;

- заключением эксперта №Э от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, в данных бухгалтерских балансов, предоставленных ООО «<данные изъяты>» в ОАО «<данные изъяты>» и данных, переданных в ИФНС по <адрес>, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, имеются расхождения, в части оборотных активов, за счет завышения доли запасов, финансовых вложений, прочих оборотных активов и занижения дебиторской задолженности, а также в части долгосрочных обязательств за счет занижения заемных средств и в части краткосрочных обязательств за счет завышения заемных средств и кредиторской задолженности. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, согласно финансовой отчетности, представленной в ИФНС по <адрес> финансовое состояние ООО «<данные изъяты>» неудовлетворительное. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, и на ДД.ММ.ГГГГ, согласно финансовой отчетности, представленной в ОАО «<данные изъяты>» финансовое состояние ООО «<данные изъяты>» неудовлетворительное. Бухгалтерская отчетность ООО «<данные изъяты>» по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ (основная и уточненная) и от ДД.ММ.ГГГГ (уточненная), изъятая в ИФНС по <адрес>, содержит идентичные данные, расхождения не выявлены;

- другими фактическими данными, согласующимися между собой.

Проанализировав все собранные по делу доказательства, дав им оценку в соответствии с требованиями ст. 87 и 88 УПК РФ, суд признал достоверными вышеперечисленные и иные доказательства, добытые в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, указав в приговоре мотивы принятого решения.

Суд признал исследованные доказательства относимыми, поскольку содержащиеся в них сведения относятся к предмету доказывания инкриминируемых ФИО1 и ФИО4 преступлений; допустимыми, поскольку доказательства получены в результате деятельности уполномоченных на то должностных лиц, из предусмотренного законом источника, в установленном законом процессуальном порядке, а также достоверными, поскольку собранные доказательства являются согласованными, не противоречащими и дополняющими друг друга.

На основании этого суд пришел к обоснованному выводу о том, что собранные доказательства в своей совокупности являются достаточными для постановления обвинительного приговора.

Правильность оценки доказательств, данной судом в приговоре, сомнения не вызывает, поскольку принятые судом первой инстанции решения по оценке доказательств основаны на законе и материалах дела.

Не устраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденных, требующих истолкования в их пользу, не установлено.

Показания допрошенных в судебном заседании лиц изложены в приговоре верно, при этом вопреки доводам апелляционных жалоб, судом приведено содержание, не только показаний, данных ими в ходе предварительного расследования, но и судебного следствия.

Обстоятельства совершения преступлений, которые в соответствии со ст. 73 УПК РФ, подлежали доказыванию, судом установлены правильно.

Согласно п. 1 ст. 307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным. Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденных, указанные требования закона судом соблюдены, поскольку он нашел доказанными обстоятельства совершения преступлений, изложенные в обвинительном заключении.

Вина ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 176 УК РФ, в отношении ОАО «<данные изъяты>») и ОАО «<данные изъяты>» (ПАО «<данные изъяты>») полностью доказана имеющимися в деле и подробно изложенными в приговоре доказательствами. Юридическая квалификация действий осужденного является правильной, сделанной на основании исследованных в суде доказательств и в их совокупности. Так, сам ФИО1 не отрицает, что с целью получения кредитов для возглавляемой им ООО «<данные изъяты>» предоставлял в банки: ОАО «<данные изъяты>», заведомо ложные сведения о финансовом состоянии организации. Кроме того, установленные судом обстоятельства совершения преступлений подтверждаются показаниями иных допрошенных лиц, а также письменными материалами уголовного дела, которыми подтверждено, что предоставленные ФИО17 в банки сведения о финансовом состоянии ООО «<данные изъяты>» обеспечили возможность выдачи данной организации кредитов. При наличии у служб банков достоверной информации о финансовом состоянии организации, в удовлетворении заявок о выдаче кредитов ООО «<данные изъяты>» было бы отказано.

Также вопреки доводам апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что вина ФИО1 и ФИО4 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159.4 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 207-ФЗ) в отношении ЗАО «<данные изъяты>» также полностью доказана имеющимися в деле и подробно изложенными в приговоре доказательствами. Юридическая квалификация действий осужденных является правильной, сделанной на основании исследованных в суде доказательств и в их совокупности.

Так, несмотря на непризнание ФИО17 и ФИО4 своей вины в совершении данных преступлений, установленные судом обстоятельства их совершения подтверждаются показаниями свидетелей, а также иными материалами уголовного дела, которыми установлено, что предоставленные ООО «<данные изъяты> сведения о финансовом состоянии данной организации обеспечили возможность предоставления ФИО1 и ФИО4 нефтепродуктов с отсрочкой платежа, что позволило им совершить их хищение. Кроме того, об умысле ФИО1 и ФИО4 на хищение имущества ЗАО «<данные изъяты>» свидетельствует и то, что с данными организациями ими от своего имени и возглавляемых юридических лиц был заключен ряд договоров поручительств. При этом как верно установлено судом первой инстанции, ФИО1 и ФИО2 заведомо не имели намерений исполнять данные обязательства перед ЗАО «<данные изъяты>», поскольку фактически уклонились от выполнения условий договоров поручительств, в период с мая 2014 года по январь 2015 года, включительно, реализовав личное имущество, а также реализовав и передав в залог ОАО «<данные изъяты>» по кредитным договорам, имущество организаций, учредителями и директорами которых они являлись (ООО «<данные изъяты>»).

Доводы апелляционных жалоб о том, что у ФИО1 и ФИО4 отсутствовал умысел на преднамеренное неисполнение договорных обязательств, поскольку сумма имеющегося ущерба существенно ниже суммы оплаченной по договорам, суд апелляционной инстанции находит не состоятельными. Так, учитывая финансовое состояние ООО «<данные изъяты> которое обоснованно оценено экспертом, как неудовлетворительное, осужденные, являясь руководителями данной организации и единственными лицами, распоряжающимися финансами в ней, достоверно знали о невозможности исполнить принятые на возглавляемую ими организацию обязательства, между тем, напротив, инициировали вопрос об увеличении объема нефтепродуктов, получаемых ими без предоплаты, тем самым приобретая возможность совершить хищение имущества потерпевших организаций на большие суммы.

Доводы осужденных о том, что возникновение ущерба ЗАО «<данные изъяты>» возникло в результате недобросовестных действий со стороны ОАО «<данные изъяты> суд апелляционной инстанции находит несостоятельными по следующим основаниям. Согласно представленным суду материалам уголовного дела, все отгрузки нефтепродуктов в адрес ООО «<данные изъяты>», в том числе, со стороны ОАО «<данные изъяты>», осуществлялись на основании соответствующих документов и заявок ООО «<данные изъяты>». При этом ФИО1 и ФИО2 были осведомлены об объемах отгружаемых им нефтепродуктов и, несмотря на имеющуюся задолженность по оплате ранее поставленных нефтепродуктов, каких-либо претензий с их стороны в адрес ОАО «<данные изъяты>» не направлялось, что также свидетельствует об отсутствии у них намерений исполнять договорные обязательства перед потерпевшими. Последующее обращение ОАО «<данные изъяты> в суд с иском в порядке гражданского судопроизводства является способом защиты организацией своих нарушенных прав. Кроме того, на момент обращения ОАО «<данные изъяты>» в суд с иском, ФИО1 и ФИО2 уже реализовали свое личное имущество, а также реализовали и передали в залог банку имущество своих организаций, что, вопреки доводам апелляционных жалоб, уже исключало возможность потерпевшим получить возмещение своих убытков в гражданско-правовом порядке за счет исполнения договоров поручительства и обращения взыскания на данное имущество. Таким образом, неисполнение договорных обязательств было обусловлено не действиями потерпевших, а умышленными действиями самих осужденных.

Указание осужденных в апелляционных жалобах на то, что ОАО «<данные изъяты>» при обращении в суд в порядке гражданского судопроизводства ссылались на договор поручительства, заключенный с ФИО4, который имеет признаки подложности, не входит в предмет настоящего судебного разбирательства, поскольку осужденным не вменяется то, что данный договор ими заключался.

Нарушения, которые, по мнению осужденных, были допущены со стороны ОАО «<данные изъяты> при обращении в суд, не опровергают приведенных выводов суда и не свидетельствуют о невиновности ФИО1 и ФИО4

Вопреки доводам апелляционных жалоб, согласно показаниям допрошенных по делу свидетелей, все предлагаемые ФИО17 и ФИО4 меры по погашению задолженности ими же самими не выполнялись.

Кроме того, вопреки доводам апелляционных жалоб, инициатива о прекращении отгрузок нефтепродуктов в адрес ООО «<данные изъяты>» исходила от потерпевших организаций, о чем показали свидетели – сотрудники ЗАО «<данные изъяты> и ОАО «<данные изъяты>».

По смыслу закона, под преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности следует понимать умышленное полное или частичное неисполнение лицом, являющимся стороной договора, принятого на себя обязательства в целях хищения чужого имущества или приобретения права на такое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, когда сторонами договора являются индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации. О наличии у лица прямого умысла на совершение мошенничества с очевидностью должны свидетельствовать имеющиеся по делу доказательства. К обстоятельствам, подтверждающим умышленный характер деяния, могут относиться, в частности, обстоятельства, указывающие на то, что у лица фактически не имелось и не могло быть реальной возможности исполнить обязательство; сокрытие информации о наличии задолженностей и залогов имущества; распоряжение денежными средствами, полученными от стороны договора, в личных целях; использование при заключении договора фиктивных уставных документов, поддельных гарантийных писем и другие. При этом каждое из указанных обстоятельств в отдельности само по себе не может свидетельствовать о наличии умысла на совершение преступления, а выводы суда о виновности лица должны быть основаны на оценке всей совокупности доказательств.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, указанные обстоятельства в своей совокупности установлены по настоящему уголовному делу. Так, ФИО17 и ФИО4 при заключении договоров с ЗАО «<данные изъяты>» была представлена фиктивная информация о финансовом состоянии ООО «<данные изъяты>», касающаяся, в том числе, сокрытия наличия задолженностей; учитывая неудовлетворительное финансовое состояние ООО «<данные изъяты>», подтвержденное экспертными заключениями, у ФИО17 и ФИО4 фактически не имелось реальной возможности исполнить обязательства; из проведенного со стороны ОАО «<данные изъяты>» финансового анализа ООО «<данные изъяты>», следует, что ФИО1 и ФИО2 распоряжались денежными средствами, полученными от реализации нефтепродуктов, предоставленных потерпевшими, в том числе, в личных целях.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Суд апелляционной инстанции находит верной квалификацию действий ФИО1 по двум преступлениям в отношении ОАО «<данные изъяты> (ПАО «<данные изъяты>») и ОАО «<данные изъяты>» (ПАО «<данные изъяты>») по ч. 1 ст. 176 УК РФ, как незаконное получения кредита, то есть получение руководителем организации кредита путем представления банку заведомо ложных сведений о финансовом состоянии организации, если это деяние причинило крупный ущерб; а также действий ФИО1 и ФИО4, каждого, по двум преступлениям в отношении ЗАО «<данные изъяты>» и ОАО «<данные изъяты>» по ч. 3 ст. 159.4 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 207-ФЗ), как мошенничество в сфере предпринимательской деятельности, то есть мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, совершенное в особо крупном размере, соглашаясь при этом с приведенным судом обоснованием данной квалификации.

При этом вопреки доводам апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что действия ФИО1 и ФИО4 по преступлениям в отношении ЗАО «<данные изъяты>» подлежат квалификации именно по ч. 3 ст. 159.4 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 207-ФЗ), поскольку, несмотря на то, что ст. 159.4 УК РФ с ДД.ММ.ГГГГ утратила силу, деяния, подпадающие под признаки состава преступления, предусмотренного данной статьей и совершенные до ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии со ст. 9 УК РФ, следует квалифицировать по статье 159.4 УК РФ, ввиду того, что эти деяния не декриминализированы, а напротив, введенные Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ чч. 5-7 ст. 159 УК РФ содержат аналогичный состав преступления, но предусматривающий более строгое наказание.

В связи с чем, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты о прекращении уголовного дела в части данного обвинения по нереабилитирующим основаниям. Не находит таких оснований и суд апелляционных инстанции.

При этом суд апелляционной инстанции находит несостоятельными доводы апелляционных жалоб осужденных о том, что суд в нарушение требований уголовно-процессуального закона изначально в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ поставил вопрос о возможности прекращения уголовного дела в отношении ФИО59 по ч. 3 ст. 159.4 УК РФ по нереабилитирующим основаниям, а в последующем отказал в удовлетворении такого ходатайства, заявленного подсудимыми. В рассматриваемой ситуации суд в судебном заседании не давал суждений о виновности ФИО59, о наличии или отсутствия в их действиях состава преступления, в последующем обоснованно отказал им в удовлетворении ходатайств о прекращении уголовного дела в связи с декриминализацией ст. 159.4 УК РФ. В связи с чем, каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона, как о том указывается в апелляционных жалобах, судом первой инстанции допущено не было.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Несостоятельными являются доводы апелляционных жалоб о том, что по преступления, предусмотренным ч. 3 ст. 159.4 УК РФ истек срок давности, который, по мнению осужденных, подлежит исчислению с момента возникновения у них умысла на совершение преступлений. Так, судом установлено, что ФИО17 и ФИО4 совершены длящиеся преступления в отношении ЗАО «<данные изъяты>», ОАО «<данные изъяты>», поскольку осужденные на протяжении установленного судом срока совершали хищение имущества потерпевших. В связи с чем, срок давности, предусмотренный ст. 78 УК РФ, исчисляется с момент окончания преступления, то есть ДД.ММ.ГГГГ по преступлению в отношении ЗАО «<данные изъяты>» и ДД.ММ.ГГГГ по преступлению в отношении ОАО «<данные изъяты>». В связи с чем, сроки давности привлечения ФИО1 и ФИО4, как на момент вынесения приговора, так и рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, не истекли.

По тем же мотивам суд не находит оснований для удовлетворения доводов апелляционной жалобы ФИО1 в части возможности прекращения уголовного преследования по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 176 УК РФ в отношении ОАО «<данные изъяты>». Поскольку обязательным признаком состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 176 УК РФ является «причинение крупного ущерба», то данное преступление считается оконченным с момента его причинения. Исходя из установленных судом обстоятельств, моментом окончания преступления определена дата ДД.ММ.ГГГГ, таким образом, сроки давности привлечения ФИО1, как на момент вынесения приговора, так и рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, не истекли.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые бы могли послужить основанием к отмене обжалуемого приговора, судом первой инстанции допущено не было.

Обсуждая доводы апелляционных жалоб о несправедливости назначенного осужденным наказания в силу его чрезмерной суровости, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

При определении вида и размера наказания, назначенного ФИО1 и ФИО4, суд первой инстанции в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, их тяжесть, данные о личности осужденных, а также влияние наказания на их исправление и на условия жизни их семьи.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд при назначении наказания в полной мере учел то, что ФИО1 и ФИО2 ранее не судимы, у врача нарколога и психиатра на учете не состоят, по месту жительства, работы характеризуются положительно, имеют ряд поощрений и благодарностей от различных учреждений и организаций, имеют на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка, имеют ряд заболеваний, в том числе хронических.

При этом в качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденному ФИО1, судом учтены, в том числе указанные в апелляционных жалобах: активное способствование раскрытию и расследованию преступления по всем преступлениям; признание вины и раскаяние в содеянном по преступлениям в отношении ОАО «<данные изъяты> состояние здоровья, положительные характеристики, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка.

А в отношении осужденной ФИО4, судом учтены в качестве обстоятельств, смягчающих наказание: активное способствование раскрытию и расследованию преступления по всем преступлениям; состояние здоровья, положительные характеристики, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка.

Также вопреки доводам апелляционных жалоб, судом верно установлено наличие обстоятельства, отягчающих наказание ФИО1 и ФИО4 по преступлениям в отношении ЗАО «<данные изъяты>», в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ, – совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, поскольку, как следует из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, указанные преступления ФИО1 и ФИО2 совершили совместно, по предварительному сговору.

Отсутствие в обвинительном заключении указания на данное обстоятельство, как отягчающее наказание ФИО1 и ФИО4, не препятствовало суду самостоятельно признать его таковым при постановлении приговора. При этом суд не вышел за пределы предъявленного им обвинения, поскольку в обвинительном заключении при описании преступных деяний, предусмотренного ч. 3 ст. 159.4 УК РФ, в отношении ЗАО «<данные изъяты>», также указано, что обвиняемые ФИО1 и ФИО2 совершили данные инкриминируемые им преступления совместно по предварительному сговору.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО1, учитывая фактические обстоятельства совершенных преступлений, предусмотренных чт. 1 ст. 176 УК РФ, а также того, что им не было предпринято самостоятельных мер по возмещению ущерба или иных, направленных на заглаживание вреда, причиненного этими преступлениями, суд апелляционной инстанции, равно как и суд первой инстанции, на находит оснований полагать, что ФИО1 деятельно раскаялся и перестал быть общественно опасным.

Назначая осужденным наказание в виде лишения свободы, с учетом характера, степени общественной опасности и фактических обстоятельств совершенных преступлений, сведений о личности каждого из виновных, а также установленных по делу иных данных, влияющих на назначение наказания, при отсутствии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных преступлений, поведением ФИО1 и ФИО4 во время и после совершения преступлений, а равно иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, суд первой инстанции, вопреки доводам апелляционных жалоб, пришел к обоснованному выводу о том, что исправление каждого из осужденных будет являться возможным только в условиях изоляции от общества, а иной, более мягкий вид наказания, не будет отвечать целям и задачам уголовного судопроизводства, способствовать восстановлению социальной справедливости и предупреждению совершения ими новых преступлений.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения к каждому из осужденных правил ч. 6 ст. 15, ст. 64, 73 УК РФ, надлежащим образом мотивированы и суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

Наказание каждому из осужденных назначено в рамках санкций статей Особенной части УК РФ, предусматривающих ответственность за совершенные ими преступление. Оснований полагать, что назначенное каждому из осужденных наказание является чрезмерно суровым, не имеется.

При назначении ФИО1 и ФИО4 наказания судом учтены все обстоятельства, влияющие на его вид и размер. Кроме того, не свидетельствуют о необходимости снижения наказания также и сведения, изложенные в представленных стороной защиты документах в суде апелляционной инстанции, поскольку ими не установлено иных обстоятельств, не принятых во внимание судом первой инстанции.

Учитывая это, суд апелляционной инстанции находит, что каждому из осужденных назначено справедливое наказание, которое смягчению не подлежит.

Вид исправительного учреждения судом каждому из осужденных определен верно, как колония-поселение.

Принимая по внимания положения подп. 2 п. 13 Постановление Государственной Думы Федерального Собрания РФ от ДД.ММ.ГГГГ № ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов», оснований для применения амнистия к осужденным не имеется.

Вместе с тем, обжалуемый приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 и ФИО2 были задержаны в порядке ст. 91, 92 УПК РФ и находились под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, включительно.

Вместе с тем, назначая осужденным ФИО1 и ФИО4 наказание в виде реального лишения свободы, суд первой инстанции, вопреки требованиям ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 186-ФЗ), не зачел им в срок отбывания наказания время задержания на основании ст. 91, 92 УПК РФ.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 судом была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, которая в последующем была отмена ДД.ММ.ГГГГ Однако указанный период также не был зачтен судом в срок отбывания ФИО17 наказания.

Поскольку, как следует из установленных судом обстоятельств, преступления ФИО17 совершены до ДД.ММ.ГГГГ, то время нахождения его под домашним арестом подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Кроме того, постановлением Богородского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отказано в удовлетворении ходатайства следователя о продлении ареста на имущество, находящегося в собственности обвиняемых ФИО1 и ФИО4, а именно: кольцо из золота 585 пробы, общим весом 12,48 г, стоимостью 8 250 рублей; цепочка из золота 585 пробы, длиной 56 см, весом 18,4 г, стоимостью 20 240 рублей; кулон в виде иконы с надписью «Казанская» из золота 585 пробы, весом 7,32 г, стоимостью 6 930 рублей; цепочка из золота 585 пробы, длиной 60 см, весом 11,34 г, стоимостью 12 474 рубля; крест с камнями из золота, общим весом 2,86 г, стоимостью 3 113 рублей; браслет с 6-ю камнями сиреневого цвета, из золота 585 пробы, длиной 18 см, общим весом 10,8 г, стоимостью 11 220 рублей; браслет с 6-ю шариками и 6-ю сердцами из золота 585 пробы, длиной 24 см, весом 3,78 г, стоимостью 4 158 рублей; подвеска со знаком зодиака «Лев» из золота 585 пробы, общим весом 4,11 г, стоимостью 4 257 рублей; серьги с 7-ю камнями белого цвета и 1-м сиреневым камнем, из золота 585 пробы, общим весом 6,32 г, стоимостью 6 776 рублей; кольцо обручальное с 3-я камнями белого цвета, из золота 585 пробы, общим весом 2,52 г, стоимостью 2 739 рублей; кольцо с 4-мя камнями белого цвета в виде ромбов и 1-м камнем сиреневого цвета, из золота 585 пробы, общим весом 2,76 г, стоимостью 2 277 рублей; кольцо в виде сетки и веток, из золота 585 пробы, общим весом 5,16 г; кольцо в виде 3-х волн, которые пересекает четвертая волна с 3-я камнями белого цвета, из золота 585 пробы, общим весом 2,58 г, вес без учета массы камней – 2,54 г, стоимостью 2 794 рубля; кольцо с кругом, внутри которого камень белого цвета, из золота 585 пробы, общим весом 2,84 г, стоимостью 3 102 рубля; кольцо, сверху которое разделено на 3 линии, на каждой из которых располагается по 6 камней, на одной из линии камень отсутствует, в центре камень овальной формы оранжевого цвета, из золота 500 пробы, весом 3,88 г, стоимостью 2 219 рублей; кольцо, состоящее из 3-х линий, идущих вверх и 2-х линий идущих вниз, на конце которых имеется по 1-у камню белого цвета, из белого золота 750 пробы, общим весом 7,74 г, стоимостью 9 932 рублей; цепочка и подвеска с камнем голубого цвета, из белого золота 585 пробы, общим весом 5,36 г, стоимостью 3 630 рублей; часы наручные мужские «FREDERIQUECONSTANTGENEVE», стоимостью 50 000 рублей. Указанное решение суд мотивировал отсутствием необходимости продления срока ареста на имущество, находящего в собственности обвиняемых лиц, в месте с тем, отказывая в удовлетворении ходатайства следователя, решения о сохранении ареста на данное имущество суд не принял, то есть фактически прекратил действие данной меры процессуального принуждения..

Апелляционным постановлением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ наложен арест на имущество, принадлежащее ФИО1 и ФИО4, а именно денежные средства в размере 5 600 рублей и 4 доллара США; кольцо «Сhopard» из золота массой 6,74 грамма стоимостью 98 000 рублей; кулон «Сhopard» из золота 750 пробы со вставкой аметист массой 6,41 грамма стоимостью 102 000 рублей; серьги «Сhopard» из золота 750 пробы со вставкой аметист массой 6,57 грамма стоимостью 114 000 рублей; серьги «Jolie» из золота 585 пробы с бриллиантовой крошкой, рубинами массой 2,92 грамма стоимостью 36 100 рублей; серьги артикул Т 301024082-0,5 из золота 750 пробы с бриллиантами массой 4,63 грамма стоимостью 423 000 рублей; снегоход BRPLYNXYETISUVV-800 заводской номер №, стоимостью 250 000 рублей; на имущество, находящееся в собственности ООО «Автогаз»: автомобиль «PORSHECAYENNES» VIN№, стоимостью 3 000 000 рублей; на имущество, находящееся в собственности ООО «<данные изъяты>»: мотоцикл «HARLEY-DAVIDSONFXDB» VIN №, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, стоимостью 500 000 рублей. В части отказа суда первой инстанции в продлении ареста на имущество, находящегося в собственности ФИО11, ФИО12 и ООО «<данные изъяты>», решение оставлено без изменения.

При таких обстоятельствах, на момент вынесения судом приговора, был установлен и сохранен арест только на имущество ФИО1, ФИО4, ООО «<данные изъяты>» в объеме, установленном апелляционным постановлением Нижегородского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, несмотря на данные судебные акты, суд в приговоре сохранил арест на все имущество ФИО1 и ФИО4, а также ФИО11, ФИО12 и ООО «<данные изъяты> в связи с чем, подлежит исключению из приговора указания о сохранении ареста на имущество, не поименованное в приведенном апелляционном постановлении Нижегородского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, в указанной части доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб осужденных подлежат удовлетворению.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах осужденных и дополнениях к ним, в апелляционном представлении, а также в суде апелляционной инстанции не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность приговора, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены приговора.

Иных нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или иные изменение обжалуемого приговора, в том числе, с учетом доводов апелляционных жалоб и представления, суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное представление государственного обвинителя ФИО54, апелляционные жалобы осужденных ФИО4 и ФИО1 с дополнениями к ним – удовлетворить частично.

Приговор <адрес><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, ФИО4 изменить:

- на основании п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 186-ФЗ) время задержания ФИО1 в порядке ст. 91-92 УПК РФ по настоящему уголовному делу в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, включительно, зачесть в срок назначенного ему наказания в виде лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ;

- зачесть ФИО1 в срок назначенного наказания в виде лишения свободы время его нахождения под домашним арестом в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, включительно, из расчета один нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания в виде лишения свободы в колонии-поселения;

- на основании п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 186-ФЗ) время задержания ФИО4 в порядке ст. 91-92 УПК РФ по настоящему уголовному делу в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, включительно, зачесть в срок назначенного ей наказания в виде лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ;

- исключить указание о сохранении до разрешения гражданских исков в порядке гражданского судопроизводства ареста на имущество:

находящегося в собственности ФИО11, а именно: <адрес> «А» в <адрес> «Б» по <адрес>, стоимостью 23 000 000 рублей; земельный участок, кадастровый №, расположенный в <адрес> сельского совета <адрес>, стоимостью 700 000 рублей; жилой <адрес>, инвентарный №, условный №, литер А, расположенный в <адрес> сельского совета <адрес>, стоимостью 10 000 000 рублей; нежилое здание бани, условный номер: 52-52-11/085/2008-021, расположенное по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, стоимостью 1 500 000 рублей; нежилое здание гаража, условный номер: 52-52-11/085/2008-047, расположенное по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, стоимостью 2 000 000 рублей;

находящегося в собственности ФИО12, а именно: <адрес>, расположенную в <адрес> «Б» по <адрес>, кадастровый №, стоимостью 10 000 000 рублей;

находящегося в собственности общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>», а именно: нежилое встроенное помещение кадастровый №, площадью 63,5 кв.м, расположенное по адресу: <адрес> пом. П2, стоимостью 399 373,09 рублей;

находящегося в собственности обвиняемых ФИО1 и ФИО4, а именно: кольцо из золота 585 пробы, общим весом 12,48 г, стоимостью 8 250 рублей; цепочка из золота 585 пробы, длиной 56 см, весом 18,4 г, стоимостью 20 240 рублей; кулон в виде иконы с надписью «Казанская» из золота 585 пробы, весом 7,32 г, стоимостью 6 930 рублей; цепочка из золота 585 пробы, длиной 60 см, весом 11,34 г, стоимостью 12 474 рубля; крест с камнями из золота, общим весом 2,86 г, стоимостью 3 113 рублей; браслет с 6-ю камнями сиреневого цвета, из золота 585 пробы, длиной 18 см, общим весом 10,8 г, стоимостью 11 220 рублей; браслет с 6-ю шариками и 6-ю сердцами из золота 585 пробы, длиной 24 см, весом 3,78 г, стоимостью 4 158 рублей; подвеска со знаком зодиака «Лев» из золота 585 пробы, общим весом 4,11 г, стоимостью 4 257 рублей; серьги с 7-ю камнями белого цвета и 1-м сиреневым камнем, из золота 585 пробы, общим весом 6,32 г, стоимостью 6 776 рублей; кольцо обручальное с 3-я камнями белого цвета, из золота 585 пробы, общим весом 2,52 г, стоимостью 2 739 рублей; кольцо с 4-мя камнями белого цвета в виде ромбов и 1-м камнем сиреневого цвета, из золота 585 пробы, общим весом 2,76 г, стоимостью 2 277 рублей; кольцо в виде сетки и веток, из золота 585 пробы, общим весом 5,16 г; кольцо в виде 3-х волн, которые пересекает четвертая волна с 3-я камнями белого цвета, из золота 585 пробы, общим весом 2,58 г, вес без учета массы камней – 2,54 г, стоимостью 2 794 рубля; кольцо с кругом, внутри которого камень белого цвета, из золота 585 пробы, общим весом 2,84 г, стоимостью 3 102 рубля; кольцо, сверху которое разделено на 3 линии, на каждой из которых располагается по 6 камней, на одной из линии камень отсутствует, в центре камень овальной формы оранжевого цвета, из золота 500 пробы, весом 3,88 г, стоимостью 2 219 рублей; кольцо, состоящее из 3-х линий, идущих вверх и 2-х линий идущих вниз, на конце которых имеется по 1-у камню белого цвета, из белого золота 750 пробы, общим весом 7,74 г, стоимостью 9 932 рублей; цепочка и подвеска с камнем голубого цвета, из белого золота 585 пробы, общим весом 5,36 г, стоимостью 3 630 рублей; часы наручные мужские «FREDERIQUECONSTANTGENEVE», стоимостью 50 000 рублей.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя ФИО54, апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО4 с дополнениями к ним – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном гл. 47.1, 48.1 УПК РФ.

Судья:

В.Г. Кузнецов