Решение № 2-15/2020 2-15/2020(2-895/2019;)~М-852/2019 2-895/2019 М-852/2019 от 22 января 2020 г. по делу № 2-15/2020

Дело № 2-15/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 января 2020 года г. Углегорск

Углегорский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи - Калашниковой Ю.С.,

при секретаре – Котовой Е.С.,

с участием представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, представителя ответчика ФИО2, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Углегорского городского суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Роктри ВГК Стивидор» о признании незаконными требования о компенсации материального ущерба в виде получения нового телефона и действия по получению нового телефона, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда,

установил:

31.10.2019 ФИО3 обратился в Углегорский городской суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Роктри ВГК Стивидор» (далее – ООО «Роктри ВГК СТВ») о признании незаконными требования о компенсации материального ущерба в виде получения нового телефона и действия по получению телефона, взыскании денежных средств в размере 64 999 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в период с 15 июля по 20 сентября 2019 работал в компании ООО «Роктри ВГК Стивидор» <данные изъяты>, уволен по собственному желанию. В период трудовых отношений, для служебной необходимости, истцу был выдан мобильный телефон «<данные изъяты>», который был утрачен вследствие нормального хозяйственного риска, а именно: 17.09.2019 при выполнении служебного задания, во время пересадки с судна «РТ ФИО4» по штормтрапу на рейдовый буксир «Шахтерск 1», из-за неблагоприятных погодных условий, телефон выпал в воду. 18.09.2019 по факту утраты телефона истцом был написан рапорт на имя генерального директора <данные изъяты>., на котором он поставил свою резолюцию «Прошу удержать из заработной платы полную стоимость телефона. 20.09.2019». Служебного расследования по факту утраты телефона работодатель не проводил, чем нарушил ст.ст. 246, 247, 248 ТК РФ. Истцу было категорично указано на добровольную компенсацию утраты. 20.09.2019 истец при увольнении вернул работодателю все оборудование, ранее выданное: ноутбук, рабочую сим-карту мобильного телефона. 23.10.2019 истцу позвонил IT-специалист компании по имени Иван и потребовал вернуть полную стоимость телефона. 04.10.2019 поступил телефонный звонок из полиции г.Южно-Сахалинска, в котором было сообщено, что поступило заявление о том, что ФИО5 отказывается возвратить работодателю мобильный телефон. 07.10.2019 под давлением обстоятельств и влияния работодателя через полицию, с целью недопущения уголовного преследования, истец приобрел новый телефон, аналогичный утраченному, и передал непосредственно генеральному директору под расписку. В этот же день были даны объяснения в отделе полиции в г.Южно-Сахалинске. Таким образом, при увольнении, в качестве компенсации за утраченный мобильный телефон, под давлением работодателя с истца был истребован аналогичный телефон, без служебного расследования, с нарушением норм трудового законодательства, без определения реальной стоимости ущерба. Руководствуясь ст. 235 ТК РФ истец направил в адрес ответчика заявление с требованием о выплате денежной суммы переданного телефона, заявление оставлено без удовлетворения.

21.11.2019 от истца ФИО3 поступило заявление об увеличении заявленных требований, дополнительно просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

Представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности, исковые требования с учетом увеличения, поддержал, привел доводы, аналогичные доводам искового заявления и дополнительных письменных пояснений истца.

Представитель ответчика ФИО2, действующий на основании доверенности, возражал против заявленных требований. Согласно письменных возражений, представленных суду, Общество не проводило проверку в целях установления размере ущерба, причин утраты телефона ФИО3, а также степени его вины в утрате имущества. Взыскание суммы ущерба в порядке ст.248 ТК РФ не производилось, что не оспаривается истцом. Факт обращения Общества в полицию с заявлением о преступлении нельзя признать обстоятельством, свидетельствующим о давлении на истца с целью возмещения ущерба, поскольку данное обращение является реализацией конституционного права на доступ к правосудию. Действия истца по передаче 07.10.2019 ответчику нового телефона следует расценивать на основании п.1 ст.572 ГК РФ, как дар, в силу того, что в момент передачи истцом вновь приобретенного телефона генеральному директору Общества, стороны совершили сделку, которая квалифицируется как дарение, поскольку встречной передачи вещи, права, либо встречного обязательства ФИО3 от одаряемого не получил. Фактически доводы ФИО3 сводятся к оспариванию сделки по дарению телефона. Между тем, оснований для признания сделки недействительной не имеется, так как при совершении оспариваемой сделки истцу было достоверно известно в силу его возраста и уровня образования, что Общество не предъявляло к нему никаких требований по возмещению стоимости утраченного телефона. Каких-либо обстоятельств, предусмотренных п.2 ст.178 ГК РФ и влекущих признание дарения недействительным, Общество не усматривает. В связи с чем, ответчик просит суд в удовлетворении искового заявления ФИО3 отказать в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 дополнительно пояснил, что в связи с утратой ФИО3 сотового телефона ответчику причинен материальный ущерб, вместе с тем, об утрате телефона Общество узнало 18.09.2019 из рапорта ФИО3, который был уволен по собственному желанию 20.09.2019 и ему был выдан окончательный расчет. В связи с большой занятостью всех работников предприятия, за два дня не представилось возможным соблюсти все процедуры, предусмотренные Трудовым кодексом РФ, по взысканию с работника причиненного ущерба. В этой связи, ООО «Роктри ВГК СТВ» воспользовалось правом, предусмотренным ст. 240 ТК РФ, согласно которому работодатель вправе отказаться от взыскания ущерба с виновного работника.

В связи с возражением ответчика, истец предоставил суду свои письменные пояснения, из которых следует, что заявленные требования к ООО «Роктри ВГК СТВ» носят характер трудового спора, в обоснование привел доводы, аналогичные исковому заявлению, дополнил, что в обходном листе от 20.09.2019 работодатель завизировал надпись, определяя условия расчета при увольнении: «на 20.09.2019 удержать задолженность по корп. телефону <данные изъяты> согласно приказу ген. директора». Считает, что данные действия работодателя свидетельствуют о том, что он уведомил истца об имеющихся обязательствах возмещения материального ущерба.

В судебное заседание вызывался и не явился истец ФИО3, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося участника процесса.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работодатель имеет право требовать от работников бережного отношения к его имуществу и привлекать их к материальной ответственности в установленном законом порядке.

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности сторон трудового договора по возмещению причиненного ущерба и условия наступления материальной ответственности, содержатся в главе 37 ТК РФ.

В соответствии с положениями ст. 232 ТК РФ сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

При этом в силу п. 1 ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, пределы такой ответственности определены главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника».

Частью первой статьи 238 ТК РФ установлена обязанность работника возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть вторая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник не может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (статья 239 ТК РФ).

К нормальному хозяйственному риску могут быть отнесены действия работника, соответствующие современным знаниям и опыту, когда поставленная цель не могла быть достигнута иначе, работник надлежащим образом выполнил возложенные на него должностные обязанности, проявил определенную степень заботливости и осмотрительности, принял меры для предотвращения ущерба, и объектом риска являлись материальные ценности, а не жизнь и здоровье людей.

Судом установлено, что на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО3 принят на работу в ООО «Роктри ВГК СТВ» на должность <данные изъяты>, заключен трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ на неопределённый срок.

В соответствии с п.7 трудового договора работник обязан бережно относится к имуществу работодателя. Пунктом 9 предусмотрено, что работодатель обязан обеспечивать работника оборудованием, инструментами, технической документацией, средствами индивидуальной защиты и иными средствами, необходимыми для выполнения им трудовых обязанностей.

Согласно акта приема-передачи оборудования, 01.08.2019 ФИО5 выданы: 6.1” <данные изъяты> (сим карта – №), что подтверждается собственноручной подписью истца.

29.08.2019 ФИО3 на имя генерального директора ООО «Роктри ВГК СТВ» <данные изъяты>. подано заявление о расторжении трудового договора от 15.07.2019 по собственному желанию с 20.09.2019.

В материалы дела истцом предоставлен рапорт от 18.09.2019 на имя генерального директора ООО «Роктри ВГК СТВ» <данные изъяты>., из которого следует, что во время нахождения в командировке в порту Шахтерск, по указанию руководства компании, 17.09.2019, при выполнении служебного задания, во время пересадки с судна «РТ ФИО4» по штормтрапу на рейдовый буксир «Шахтерск 1», ввиду неблагоприятных погодных условий, находящийся у ФИО3 телефон Айфон, выпал в воду.

На рапорте имеется резолюция работодателя от 20.09.2019 об удержании из заработной платы полной стоимости телефона.

Также в материалы дела предоставлена пояснительная записка от 18.09.2019 на имя генерального директора ООО «Роктри ВГК СТВ» <данные изъяты>. за подписью ФИО3, согласно которой, рабочая сим-карта для мобильного телефона предоставлена истцу 17.07.2019 в порту Шахтерск. Данную сим-карту истец использовал в своем личном телефоне, до момента прекращения трудовых отношений с компанией (до 20.09.2019). На момент получения сим-карты мобильный телефон не получал.

20.09.2019 трудовой договор с ФИО3 расторгнут по инициативе работника, п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ, основание – личное заявление от 29.08.2019, что подтверждается приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. С приказом истец ознакомлен 16.09.2019.

В обходном листе заместителя генерального директора по безопасности мореплавания и предотвращению загрязнения окружающей среды ФИО3 от 20.09.2019 имеются записи:

- старшего специалиста по информационным технологиям К И.О. о возвращении ноутбука, корпоративной сим-карты №, корпоративный телефон утерян;

- заместителя финансового директора С П.С. об удержании задолженности по корпоративному телефону, согласно приказа ген. директора.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истцом предоставлен суду товарный чек на сумму 64 999 рублей и гарантийный талон ООО «ДНС Ритейл» от 07.10.2019 на <данные изъяты>.

Согласно расписке в получении мобильного телефона, 07.10.2019 генеральный директор компании ООО «Роктри ВГК СТВ» <данные изъяты>., в присутствии свидетелей, получил от ФИО3, купленный им, новый мобильный телефон «<данные изъяты>», черного цвета, в упаковке, с зарядным устройством и наушниками, данный телефон технически исправен, работает и не имеет механических повреждений. Претензий к ФИО3 не имеет.

Также в материалы дела представлена служебная записка от 07.10.2019, согласно которой 07.10.2019 ФИО5, бывший работник компании предоставил телефон модели «<данные изъяты>, на замену утерянному компанейскому телефону модели «<данные изъяты>. Телефон, предоставленный ФИО5 не соответствует модели телефона, который выдавался компанией ранее Сикацкому, в связи с чем телефон не считается равноценным и не может быть принят.

Как следует из ст. 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом.

10.10.2019 ФИО3 обратился в адрес директора ООО «Роктри ВГК СТВ» с заявлением о предоставлении материалов служебного расследования.

На данное заявление 10.10.2019 ответчиком дан ответ, что служебное расследование по факту утраты телефона не производилось, приказ о взыскании с ФИО3 отсутствует, удержание не производилось.

Истцом представлен расчетный лист за сентябрь 2019 года, согласно которому удержано: НДФЛ на сумму 42 946 рублей. Иных удержаний не производилось.

Статьей 240 ТК РФ закреплено право работодателя с учетом конкретных обстоятельств, при которых был причинен ущерб, полностью или частично отказаться от возмещения ущерба виновным работником.

Из указанной правовой нормы следует, что предъявление требований о возмещении ущерба является правом работодателя.

Из разъяснений, приведенных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 №52 (ред. от 28.09.2010) «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» следует, что исходя из содержания статьи 240 ТК РФ такой отказ допустим независимо от того, несет ли работник ограниченную материальную ответственность либо материальную ответственность в полном размере, а также независимо от формы собственности организации.

Как следует из материалов дела, и нашло свое подтверждение в судебном заседании, работодателем ООО «Роктри ВГК СТВ» какие-либо действия по проведению проверки, установлению размера причиненного ущерба, установлению причины возникновения ущерба, не предпринимались, доказательств обратного истцом, в нарушение ст.56 ГПК РФ, суду не предоставлено.

Довод стороны истца о совершении действий, связанных с требованием о компенсации материального ущерба, выраженных в обращении в адрес ОМВД России по г.Южно-Сахалинску, судом отклоняется.

Как следует из представленного суду постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 05 октября 2019 года, К И.О. обратился в правоохранительные органы с заявлением по факту присвоения сотового телефона. Именно по его заявлению была проведена процессуальная проверка и принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

Таким образом, не работодатель, а именно физическое лицо К И.О. обращался по указанному факту в органы полиции, что не свидетельствует о принятых работодателем мерах по истребованию материального ущерба с работника ФИО3

Также суд учитывает, что по состоянию на 05.10.2019 ФИО3 сообщил органам полиции, что взамен утраченного телефона он передал директору <данные изъяты>. аналогичный телефон.

Указанное обстоятельство подтверждено исследованными в судебном заседании доказательствами, в частности чеком о приобретении телефона, распиской в его получении.

В соответствии с ч.4 ст.248 ТК РФ работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично.

С согласия работодателя работник может передать ему для возмещения причиненного ущерба равноценное имущество или исправить поврежденное имущество.

Установленные в судебном заседании обстоятельства позволяют суду сделать вывод, что ФИО3 в добровольном порядке вернул работодателю взамен утраченного сотовый телефон марки <данные изъяты>.

Проверяя довод истца о том, что в момент передачи работодателю спорного мобильного телефона он находился под давлением обстоятельств, влияния на него работодателем, через полицию, суд находит его несостоятельным, поскольку доказательств давления со стороны ответчика, истцом представлено не было.

Более того, как следует из письменных пояснений представителя истца ФИО1 от 17.01.2020, по существу заданных судом вопросов в судебном заседании 10.01.2020, в правоохранительные органы по поводу давления на себя ФИО3 не обращался, поскольку явных угроз его жизни, здоровью не поступало. С другой стороны он чувствовал ответственность за то, что утратил телефон, но отказ работодателя проводить по этому поводу служебную проверку, издавать приказ о взыскании ущерба, давали ему повод сомневаться в обоснованности требований работодателя возместить ущерб. До получения расчетного листка и получения ответа (исх. №19 от 10.10.2019) на свое заявление от 10.10.2019 у ФИО3 не было сомнений, что вычет из его зарплаты за утерянный телефон был произведен. После получения он убедился, что удержаний не было.

Оценивая установленные в судебном заседании обстоятельства, с учетом исследованных доказательств, суд приходит к выводу, что истцом не доказано наличие требований ответчика о компенсации материального ущерба в виде возврата нового телефона. В свою очередь оснований для признания незаконными действий ответчика по получению телефона, переданного в добровольном порядке ФИО3 07.10.2019, у суда также не имеется, и в судебном заседании таковых не установлено.

В соответствии со ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку судом не был установлен факт нарушения ответчиком прав истца, то оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Роктри ВГК Стивидор» о признании незаконными требования о компенсации материального ущерба в виде получения нового телефона и действия по получению нового телефона, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Сахалинский областной суд через Углегорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 28 января 2020 года.

Председательствующий судья Ю.С. Калашникова