Апелляционное постановление № 22-533/2025 от 17 декабря 2025 г.

Дело № 22-533/2025

Судья Б


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

18 декабря 2025 года г. Биробиджан

Суд Еврейской автономной области в составе:

председательствующего - судьи Сегеды В.С.,

при секретаре К,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора ЕАО К1 на постановление Ленинского районного суда ЕАО от 07.10.2025г., которым уголовное дело в отношении

Я, <...> года рождения, уроженца <...>, гражданина КНР, имеющего высшее образование, не работающего, холостого, имеющего на иждивении несовершеннолетнего ребёнка и престарелую мать, зарегистрированного по адресу: <...>, фактически проживающего по адресу: <...>, не судимого, под стражей по настоящему делу не содержавшегося,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.191 УК РФ,

возвращено прокурору Еврейской автономной области в порядке ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Доложив существо дела, выслушав выступления прокурора Емельянчикова С.С. в поддержку доводов апелляционного представления, защитника обвиняемого Я - адвоката Декина С.В., полагавшего необходимым постановление суда оставить без изменения, а апелляционное представление без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органом предварительного расследования гр-н Я обвиняется в незаконном хранении драгоценных металлов в любом виде, состоянии, за исключением ювелирных и бытовых изделий и лома таких изделий, в нарушении правил, установленных законодательством Российской Федерации, в крупном размере, т.е. в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.191 УК РФ.

Постановлением Ленинского районного суда ЕАО от 07.10.2025г. по итогам предварительного слушания уголовное дело в отношении Я возвращено прокурору Еврейской автономной области для устранения нарушений закона, допущенных на досудебной стадии уголовного судопроизводства.

В апелляционном представлении заместитель прокурора ЕАО К1, не согласившись с принятым по уголовному делу решением, просит его отменить, как не отвечающее требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, и направить уголовное дело в отношении Я в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство.

В подтверждение своей позиции прокурор указал, что имеющееся в уголовном деле обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, в нем, в соответствии со ст.73 УПК РФ, содержится описание преступного деяния, с указанием времени, места и способа его совершения.

Между тем, суд, принимая свое решение о возвращении уголовного дела прокурору, на стадии предварительного слушания без исследования доказательств сделал выводы по вопросам квалификации действий Я и достаточности доказательств, которые подлежат разрешению в ходе судебного разбирательства.

Цитируя положения абз. 5 ст.1, ч.1 ст.4, п.4 ст.2 Федерального закона № 41-ФЗ от 26.03.1998г. «О драгоценных металлах и драгоценных камнях», ст. 1.2 Закона РФ № 2395-1 от 21.02.1992г. «О недрах», а также ссылаясь на выдержки из показаний, допрошенных в ходе предварительного следствия, свидетелей М, М1, С и специалиста З, прокурор полагает, что на стадии предварительного расследования получены доказательства, подтверждающие совершение подсудимым Я незаконной добычи и незаконного хранения золотосодержащего концентрата, содержащего драгоценные металлы при обстоятельствах, отражённых в обвинительном заключении. При этом существенные противоречия, на которые суд указывает в своем постановлении, в обвинительном заключении отсутствуют, описание инкриминируемого Я преступного деяния полностью соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, из которых следует, что незаконно хранившиеся драгоценные металлы им были добыты в личных целях самостоятельно путем сбора с промывочного прибора ООО <...> грунта с золотосодержащим концентратом и его последующей промывки водой с помощью лотка и промывочного стола до окончательного состояния в виде золотосодержащего концентрата. В связи с этим, ООО <...> не может являться собственником указанных драгоценных металлов, поскольку фактически не осуществляло их добычу, а всего лишь занималось извлечением грунта из недр без последующей его переработки.

Кроме того, по мнению прокурора, ООО <...> не может быть признано потерпевшим по делу и на том основании, что вмененное подсудимому преступление, предусмотренное ч.4 ст.191 УК РФ, имея формальный состав, направлено против экономических интересов Российской Федерации в сфере государственного регулирования оборота драгоценных металлов, имеющей стратегическое значение для государства, и непосредственно самим фактом незаконного хранения Я драгоценных металлов права и интересы данной организации нарушены не были.

Наряду с этим, сделав в постановлении вывод о том, что в обвинительном заключении указано на совершение Я противоправных действий в форме хищения имущества ООО <...>, суд вопреки требованиям ч.1 ст.252 УПК РФ необоснованно вышел за пределы предъявленного подсудимому обвинения, а также нарушил положения ст.15 УПК РФ, согласно которым суд не является органом уголовного преследования, а, следовательно, не наделен полномочиями по формулировке и конкретизации нового обвинения, собиранию доказательств.

Таким образом, прокурор полагает, что при составлении обвинительного заключения не было допущено таких нарушений, которые исключали бы возможность на его основе постановить приговор или вынести иное решение, в связи с чем вынесенное судом постановление не может быть признано законным и обоснованным.

В возражениях на апелляционное представление прокурора защитник подсудимого Я - адвокат Декин С.В., сославшись на материалы уголовного дела, которым дал собственную оценку, просит оставить его без удовлетворения, а постановление суда без изменения.

Проверив материалы дела, заслушав мнения сторон, обсудив доводы апелляционного представления и возражений на него, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Как верно отметил суд в своем постановлении, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, исходя из разъяснений, содержащихся в п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024г. № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», следует понимать такие нарушения изложенных в ст.220 УПК РФ, а также других взаимосвязанных с ней нормах Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа.

Вместе с тем, соглашаясь с доводами апелляционного представления прокурора, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанные судом первой инстанции в обоснование принятого решения обстоятельства не являются препятствием для рассмотрения уголовного дела по существу и не свидетельствуют о наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору.

Как следует из обжалуемого постановления, обосновывая свой вывод о необходимости возвращения уголовного дела в отношении Я прокурору по указанному основанию, суд сослался на то, что в обвинительном заключении, вопреки требованиям ст.ст. 73 и 220 УПК РФ, не содержится установленных в ходе предварительного следствия сведений о событии преступления, о потерпевшем, характере и размере причиненного ему вреда, также на имеющиеся в нем существенные противоречия в части описания незаконной добычи Я золотосодержащего концентрата, выразившиеся в отсутствии указания на правовой режим добычи ООО <...> грунта (породы) с золотосодержащим концентратом, который находился в добытом состоянии на промывочном приборе, и оттуда в последующем был изъят Я, и кроме этого на наличие оснований для более тяжкой квалификации действий Я, поскольку в обвинительном заключении фактически описано совершение им хищения имущества ООО <...> и его незаконное хранение.

В соответствии с п.п. 3, 4, 8 ч.1 ст.220 УПК РФ в обвинительном заключении излагается существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела; доказательства, подтверждающие обвинение; данные о потерпевшем, характере и размере вреда, причиненного ему преступлением.

Согласно предъявленному гр-ну Я обвинению, последнему инкриминируется незаконное хранение в период с <...> по <...> на территории участка недр (прииска) ООО <...> расположенного на <...>, золотосодержащего концентра, содержащего драгоценные металлы: золото общим весом <...> грамм, стоимостью <...>.; серебро общим весом <...> грамм, стоимостью <...>., а всего общей стоимостью <...>., образующей крупный размер, который им незаконно был добыт в том же месте из собранного с промывочного прибора ООО <...> грунта.

Данные действия обвиняемого Я следователем квалифицированы по ч.4 ст.191 УК РФ, как незаконное хранение драгоценных металлов в любом виде, состоянии, за исключением ювелирных и бытовых изделий и лома таких изделий, в нарушении правил, установленных законодательством Российской Федерации, в крупном размере.

В противовес выводам суда первой инстанции о несоответствии содержания обвинительного заключения вышеприведенным требованиям закона, в данном процессуальном документе изложено четкое и ясное, не имеющее смысловых противоречий, описание инкриминируемого гр-ну Я преступного деяния с указанием места, времени и способа его совершения, мотивов, цели, наступивших последствий и других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела исходя из предложенной следователем квалификации содеянного обвиняемым, в объеме, достаточном для уголовно-правовой оценки этого деяния на соответствие всем признакам состава преступления, предусмотренного уголовным законом.

В то же время, суд первой инстанции в своем постановлении не указал, какие еще сведения, относящиеся к событию преступления, должны содержаться в предъявленном гр-ну Я обвинении и без которых невозможно принять по уголовному делу решение по существу. При этом суждения суда о необходимости отражения в обвинении данных о потерпевшем, характере и размере вреда, причиненного ему преступлением, в настоящем случае не основаны на законе, поскольку инкриминируемый обвиняемому состав преступления, являясь формальным, не предусматривает в качестве признака объективной стороны наступление общественно-опасных последствий в виде причинения вреда, а, следовательно, и наличие по уголовному делу потерпевшего, кем в силу ч.1 ст.42 УПК РФ может являться физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, или юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации.

Отмеченные в оспариваемом постановлении противоречия суд связывает с отсутствием в обвинении указания на правовой режим деятельности ООО <...> по добыче, изъятого обвиняемым с промывочного прибора, грунта (породы), из которого в последующим им был получен незаконно хранившийся концентрат, содержащий драгоценные металлы: золото и серебро.

Между тем, исходя из текста обвинительного заключения и содержания диспозиции инкриминируемой Я статьи Уголовного кодекса РФ, определяющим обстоятельством обвинения по настоящему делу является не деятельность ООО <...>, а правовой характер действий самого обвиняемого, связанных с незаконным владением драгоценными металлами.

Касаясь остальных выводов суда о наличии оснований для более тяжкой квалификации действий обвиняемого Я, они также не могут быть признаны судом апелляционной инстанции обоснованными в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ, уголовное дело возвращается прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в том числе, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанного лица как более тяжкого преступления.

Пленум Верховного Суда РФ в своих разъяснениях, изложенных в п. 13 постановления от 17.12.2024 N 39 "О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору", к таким основаниям относит случаи, когда инкриминируемое обвиняемому деяние влечет ответственность по другой статье Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающей более строгое наказание, или в обвинении не указан квалифицирующий признак преступления, установленный в обвинительном документе, а также если в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, не отраженные в обвинительном документе, указывающие на наличие оснований для квалификации действий как более тяжкого преступления (например, в ходе судебного заседания получены данные о совершении обвиняемым преступления в составе группы лиц).

Между тем, в постановлении суда первой инстанции не содержится указания ни на один из описанных в данном постановлении Пленума Верховного Суда РФ случаев, при которых в соответствии с п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ уголовное дело подлежит возвращению прокурору.

Кроме этого, абзац 2 пункта 14 упомянутого постановления Пленума Верховного Суда РФ предписывает в вынесенном постановлении приводить фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном документе, которые, по мнению суда, выходят за рамки предъявленного обвинения и свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, либо указать на получение судом каких-либо новых данных, существенно влияющих на оценку установленных органами предварительного расследования фактических обстоятельств и квалификацию действий обвиняемого, отразив эти данные в принятом решении.

Усмотрев в обвинительном заключении сведения о совершении Я противоправных действий в форме хищения имущества ООО <...>, и как следствие наличие оснований для более тяжкой квалификации его действий, суд однако вопреки вышеуказанным положениям постановления Пленума Верховного Суда РФ в своем постановлении не привел конкретных фактических данных, на основе которых он пришел к такому выводу.

Немотивированные суждения суда в данной части фактически сводятся к оспариванию обоснованности обвинения, предъявленного Я, вместе с тем правильное разрешение этого вопроса возможно только при надлежащей оценке всех представленных сторонами и исследованных в судебном заседании доказательств.

Согласно ч.4 ст.7 УПК РФ постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Однако, исходя из вышеизложенных обстоятельств, оспариваемое прокурором судебное постановление перечисленным качествам не соответствует, что влечет необходимость его отмены с передачей уголовного дела в Ленинский районный суд ЕАО для рассмотрения со стадии предварительного слушания, поскольку судом фактически не приняты решения по остальным ходатайствам стороны защиты, в том числе о признании ряда доказательств недопустимыми, для разрешения которых была назначена данная стадия уголовного процесса.

Согласно п.20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024г. № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», положения статьи 63 УПК РФ не содержат запрета при отсутствии обстоятельств, предусмотренных статьей 61 УПК РФ, на повторное участие судьи в рассмотрении уголовного дела после отмены судебного решения о возвращении данного дела прокурору.

На основании изложенного и руководствуясь п.4 ч.1 ст.389.20, ст.ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ленинского районного суда ЕАО от 07.10.2025г. о возвращении уголовного дела в отношении Я прокурору Еврейской автономной области в порядке ст.237 УПК РФ - отменить.

Уголовное дело по обвинению Я в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.191 УК РФ, передать на рассмотрение в суд первой инстанции со стадии предварительного слушания.

Апелляционное представление заместителя прокурора ЕАО К1 считать удовлетворённым.

Постановление может быть обжаловано непосредственно в суд кассационной инстанции - Девятый кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в <...> в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Обвиняемый Я вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья В.С. Сегеда