Апелляционное определение № 33-7773/2025 от 1 декабря 2025 г.

Судья Тайлакова Ю.А.

№ 33-7773/2025 (2-2312/25)

22МS0026-01-2024-004292-41


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

02 декабря 2025 года

город Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:

Председательствующего

ФИО1,

судей

Цибиной Т.О., ФИО2

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчика Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации на решение Рубцовского городского суда Алтайского края от 14 августа 2025 года по делу по иску Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации к ФИО4, ФИО5 о взыскании денежной суммы в порядке регресса.

Заслушав доклад судьи Цибиной Т.О., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО5 проходил службу в уголовно-исполнительной системе с декабря 2020 года в должности начальника отряда отдела по воспитательной работе с осужденными ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю, имел звание старшего лейтенанта внутренней службы, ФИО4 - в должности младшего инспектора 2 категории группы надзора отдела безопасности ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю с 15 июня 2016 года, имел звание старшего прапорщика внутренней службы.

Приказом ***-лс от 19 июля 2024 года ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю старший лейтенант внутренней службы ФИО5 уволен 02 августа 2024 года по выслуге лет, дающей право на получение пенсии; старший прапорщик внутренней службы ФИО4 02 марта 2020 года уволен из ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю по выслуге лет, дающей право на получение пенсии.

Ш. в период отбывания наказания в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде водворения в помещение камерного типа 22 марта 2019 года и 08 октября 2019 года. Постановлением прокурора города Рубцовска от 01 августа 2022 года указанные постановления о привлечении к дисциплинарной ответственности отменены.

22 сентября 2022 года ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю обратилось в суд с административным иском к прокурору об оспаривании постановлений от 01 августа 2022 года об отмене постановлений ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю о наложении на осужденного Ш. дисциплинарных взысканий.

Решением Рубцовского городского суда Алтайского края от 14 ноября 2022 года ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю отказано в удовлетворении иска.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Алтайского краевого суда от 29 марта 2023 года это решение оставлено без изменения.

Кассационным определением судебной коллегии Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 28 июня 2023 года решение Рубцовского городского суда от 14 ноября 2022 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским дела Алтайского краевого суда от 29 марта 2023 года оставлены без изменения.

Ш. обратился в суд с иском к ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда за незаконное содержание в помещении камерного типа.

Решением Рубцовского городского суда Алтайского края от 18 мая 2023 года с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания России за счет казны Российской Федерации в пользу Ш. взыскана компенсация морального вреда в сумме 36 000 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 22 августа 2023 года это решение оставлено без изменения.

Кассационным определением судебной коллегии Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 06 июня 2024 года решение Рубцовского городского суда от 18 мая 2023 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским дела Алтайского краевого суда от 22 августа 2023 года оставлены без изменения.

30 января 2024 года решение Рубцовского городского суда Алтайского края от 18 мая 2023 года исполнено за счет средств казны Российской Федерации, Ш. перечислены денежные средства в размере 36000 руб.

Согласно заключению служебной проверки от 26 сентября 2022 года сотрудниками ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю ФИО5 и ФИО4 допущены нарушения п. 48 должностной инструкции, они заслуживают привлечения к дисциплинарной ответственности, однако в связи с истечением установленного пунктом 7 статьи 52 Федерального закона Российской Федерации от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации...», шестимесячного срока привлечения к дисциплинарной ответственности, а также в связи с увольнением ФИО4 сотрудники к дисциплинарной ответственности не привлечены.

Изложенные события выступили поводом для обращения ФСИН в суд с иском к ФИО4, ФИО5 о долевом взыскании причиненного казне Российской Федерации ущерба в виде выплаты Ш. денежной компенсации морального вреда на основании судебного акта в сумме 36 000 руб.

Решением Рубцовского городского суда Алтайского края от 14 августа 2025 года истцу в иске отказано, в связи с чем в апелляционной жалобе ФСИН России ставит вопрос об отмене состоявшегося судебного акта с принятием нового решения об удовлетворении иска.

В жалобе заявитель ссылается на заключение служебной проверки, в ходе которой установлены факты нарушения сотрудниками должностной инструкции и разъясняет объективные причины непривлечения данных лиц к дисциплинарной ответственности. Оспаривая ссылки суда на отсутствие объяснения сотрудников по факту совершения дисциплинарных проступков, податель жалобы указывает на отобрание такого объяснения у ФИО5 в рамках служебной проверки и объясняет невозможность получения объяснения у ФИО4 увольнением последнего.

В письменных возражениях ответчики ФИО5, ФИО4 просят решение суда поддержать.

Проверив материалы дела, изучив доводы жалобы истца и возражения ответчиков ФИО5, выслушав представителя ФСИН России, поддержавшего жалобу, возражения представителя ответчиков ФИО4 и ФИО5, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований ФСИН России.

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что Ш. в период отбывания наказания в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде водворения в помещение камерного типа 22 марта 2019 года и 08 октября 2019 года.

Постановлением прокурора города Рубцовска от 01 августа 2022 года указанные постановления о привлечении к дисциплинарной ответственности отменены.

Вступившим в законную силу решением Рубцовского городского суда Алтайского края от 14 ноября 2022 года ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю отказано в удовлетворении иска об оспаривании названного выше постановления.

Вступившим в законную силу решением Рубцовского городского суда Алтайского края от 18 мая 2023 года с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания России за счет казны Российской Федерации в пользу Ш. взыскана компенсация морального вреда в сумме 36 000 руб.

30 января 2024 года решение Рубцовского городского суда Алтайского края от 18 мая 2023 года исполнено за счет средств казны Российской Федерации, Ш. перечислены денежные средства в размере 36000 руб.

Заключением служебной проверки от 26 сентября 2022 года установлена вина начальника отряда отдела по воспитательной работе ИК-10 старшего лейтенанта внутренней службы ФИО5 в нарушении п. 48 должностной инструкции младшего инспектора 2 категории группы надзора отдела безопасности ИК-10, выразившаяся в невнесении сведений о переводе Ш. в камеру ПКТ в постановлении о привлечении к дисциплинарной ответственности осужденного в виде перевода в ПКТ от 15 августа 2017 года и в раздел № 10 учетной записи № 112 книги учета осужденных, содержащихся в ПКТ. К дисциплинарной ответственности ФИО5 не был привлечен ввиду истечения установленного п. 7 ст. 52 Федерального закона № 197-ФЗ от 19 июля 2018 года шестимесячного срока привлечения к дисциплинарной ответственности.

Также установлено нарушение младшим инспектором 2 категории группы надзора отдела безопасности ИК-10 старшим прапорщиком внутренней службы ФИО4 п. 48 должностной инструкции, выразившееся во внесении недостоверных сведений в постановление о переводе осужденного Ш. в ПКТ в книгу учета осужденных, содержащихся в ПКТ, что привело к незаконному содержанию осужденного Ш. в камере ПКТ в период с 20 по 22 марта 2019 года и нарушению порядка водворения осужденного ФИО6 в камеру ПКТ для отбывания им меры наказания в виде перевода в ПКТ от 22 марта 2019 года.

К дисциплинарной ответственности ФИО4 не был привлечен ввиду истечения шестимесячного срока привлечения к дисциплинарной ответственности.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, объяснения сторон, руководствуясь положениями Трудового кодекса Российской Федерации, установив отсутствие доказательств наличия прямого действительного ущерба, причинно-следственной связи между виновным бездействием ответчиков и причинением ущерба истцу, а также оснований для регрессного требования возмещенного материального ущерба, пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований.

Выводы суда первой инстанции требованиям закона не противоречат и доводами жалобы не опровергаются.

Юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении служебных, должностных обязанностей (пункт 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в уголовно-исполнительной системе, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника, являются предметом регулирования Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы».

Согласно части 5 статьи 15 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» за ущерб, причиненный учреждению и (или) органу уголовно-исполнительной системы, сотрудник несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством Российской Федерации.

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности сторон трудового договора по возмещению причиненного ущерба и условия наступления материальной ответственности, содержатся в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.

Сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами (часть 1 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации).

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной названным кодексом или иными федеральными законами (часть 3 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами (статья 241 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 242 Трудового кодекса Российской Федерации, полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю»).

Исходя из этого необходимыми условиями для наступления ответственности в виде возмещения юридическому лицу причиненных его сотрудником (в том числе бывшим) ущерба или убытков являются: факт противоправного поведения руководителя, недобросовестность или неразумность его действий; наступление негативных последствий для юридического лица в виде причиненного ущерба или убытков, их размер; наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением руководителя и ущербом, убытками юридического лица; вина руководителя в причинении ущерба или убытков юридическому лицу.

Согласно статье 4 Приказа Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341 «Об утверждении Порядка проведения служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации» основаниями для проведения служебной проверки являются: в отношении сотрудника - совершение им дисциплинарного проступка, применение (использование) сотрудником физической силы, специальных средств и оружия, а также иных происшествий с участием сотрудника, если имеются основания полагать, что оно явилось следствием дисциплинарного проступка либо произошло при исполнении сотрудником служебных обязанностей; возбуждение в отношении сотрудника уголовного дела или дела об административном правонарушении; гибель (смерть) сотрудника, получение им увечья или иного повреждения здоровья; нарушение условий контракта; наличие обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации. В случае возбуждения в отношении сотрудника уголовного дела или дела об административном правонарушении служебная проверка назначается и проводится в целях выяснения причин и условий, приведших к совершению им преступления или административного правонарушения, и подготовки предложений по их устранению, при этом в заключении о результатах служебной проверки факт наличия виновности либо невиновности в совершении им преступления или административного правонарушения по уголовному или административному делу не указывается.

Руководствуясь приведенным правовым регулированием, исследовав юридически значимые обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции обоснованно исходил из недоказанности Федеральной службой исполнения наказания совокупности условий, необходимых для привлечения бывших сотрудников к ответственности в виде возмещения ущерба, поскольку материалы дела не содержат достоверных и достаточных доказательств виновного противоправного поведения со стороны ФИО4 и ФИО5, приведшего к возникновению ущерба у Федеральной службой исполнения наказания, а также наличия прямой причинно-следственной связи между виновным бездействием данных лиц и причинением ущерба истцу, оснований для регрессного требования возмещенного материального ущерба.

Доводы, приведенные в жалобе о том, что противоправность поведения и виновность действий ответчиков подтверждается заключениями о результатах служебной проверки от 26 сентября 2022 года и от 10 апреля 2024 года, проведенной после исполнения решения суда о взыскании ущерба в пользу Ш., а также судебными актами, в связи с чем истец имеет право требовать от ответчиков денежных средств, выплаченных ФСИН России взыскателю на основании исполнительного листа, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебных постановлений, влияли на их обоснованность и законность, либо опровергали выводы суда первой инстанции, основаны на ошибочном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Суд правильно указал, что наличие у истца регрессного права на взыскание материального ущерба, предусмотренное пунктом 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, не порождает обязанность ответчика возместить такой ущерб при отсутствии вины.

То обстоятельство, что привлечению ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю к материально-правовой ответственности способствовало ненадлежащее исполнение ответчиками трудовых (служебных) обязанностей, в данном случае не имеет правового значения, поскольку данное обстоятельство могло служить основанием для привлечения ответчиков к дисциплинарной ответственности, но не к материальной ответственности в виде возмещения истцу уплаченной последним суммы ущерба.

В силу части первой статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

В соответствии с частью второй данной нормы истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном данным кодексом (часть третья статьи 247 Кодекса).

Из приведенных правовых норм трудового законодательства следует, что бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Названные обстоятельства, а именно соблюдение процедуры установления ущерба работодателя, истцом не доказаны, служебная поверка хотя и проведена 10 апреля 2024 года специально созданной комиссией, однако письменные объяснения относительно выявленного ущерба у ФИО5 и ФИО4 в нарушение положений части второй статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации не истребовались.

Данные лица также не привлекались к участию в деле в качестве третьих лиц по иску Ш. к ФКУ «ИК № 10» о взыскании денежной компенсации морального вреда, в связи с чем установленные данным актом фактические обстоятельства дела для ответчиков заранее установленной силу не имеют.

Позиция работодателя, изложенная в жалобе, о том, что истребование объяснений у работника, который уже уволен, не является обязательным и возможным, противоречит действующему правовому регулированию, устанавливающему порядок привлечения работника к материальной ответственности и обязанность работодателя до принятия им решения о возмещении ущерба конкретным работником провести проверку с истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 7 мая 2018 года № 66-КГ18-6, включенное в Обзор практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утвержденный 05 декабря 2018 года).

Судебная коллегия не соглашается с доводом апелляционной жалобы истца о том, что юридическая сила такого объяснения может быть придана рапорту ФИО5 (л.д. 12, т.2), поскольку содержание данного документа носит информационный характер о времени, месте и описании нарушения должностной инструкции и к причинению ущерба отношения не имеет, также как и объяснения данных лиц в рамках служебной проверки от 26 сентября 2022 года по факту нарушения срока освобождения осужденного из помещения камерного типа.

Ввиду изложенного судебная коллегия признает доводы жалобы о наличии оснований для привлечения бывших сотрудников ИК-10 к материальной ответственности ( в любой ее форме) сделанными без учета норм материального права, подлежащих применению к спорным отношениям, при недоказанности установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, в связи с чем указывает об невозможности реализации работодателем права обратного требования путем привлечения работников к полной либо ограниченной материальной ответственности.

Таким образом, оценка судом обстоятельств дела и доказательств, представленных в их подтверждение, соответствует требованиям ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, нарушений норм процессуального права при рассмотрении дела, допущено не было.

Руководствуясь статьями 327 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Рубцовского городского суда Алтайского края от 14 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации оставить без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение изготовлено 05 декабря 2025 года.

<данные изъяты>