Апелляционное определение № 11-13045/2025 от 3 декабря 2025 г.

Судья Болотская А.В.

дело № 2-2586/2025

УИД 74RS0031-01-2025-003558-44


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 11-13045/2025
04 декабря 2025 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Доевой И.Б.,

судей Елгиной Е.Г., Палеевой И.П.,

при ведении протокола

помощником судьи Куликовой А.С.,

с участием прокурора Германа А.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о лишении права на получение страховой суммы по обязательному государственному страхованию, единовременного пособия и ежемесячной денежной компенсации, единовременной выплаты в связи с гибелью военнослужащего,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 13 августа 2025 года.

Заслушав доклад судьи Елгиной Е.Г. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, возражений, пояснения ответчика ФИО2, его представителя ФИО3, поддержавших представленные возражения и полагавших, что оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется, заключение прокурора о законности судебного решения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о лишении права на меры социальной поддержки, получения страховой суммы по обязательному государственному страхованию, единовременного пособия и ежемесячной денежной компенсации, единовременной выплаты в связи с гибелью военнослужащего.

В обоснование требований указала, что она и ответчик являются родителями ФИО24 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ДД.ММ.ГГГГ брак между ними был расторгнут. Их сын - ФИО24 убыл для участия в специальной военной операции в составе Вооруженных Сил Российской Федерации. Проходил службу в составе <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ ФИО24 погиб при исполнении обязанностей военной службы.

Ответчик ФИО2 не участвовал в организации похорон ФИО24. Она воспитывала сына одна, ответчик не исполнял обязанности родителя, не оказывал сыну моральную, физическую, духовную поддержку, не содержал, не уплачивал алименты, никогда не предпринимал меры для создания условий жизни, необходимых для развития ребенка, не следил за состоянием его здоровья, за его успеваемостью в школе. Ответчик вел аморальный образ жизни, злоупотреблял алкоголем. С ответчика были взысканы алименты, но от уплаты которых он уклонялся (л.д. 7-20 том 1).

Истец ФИО1, ее представитель ФИО5 действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ № № (л.д. 45 том 1), в судебном заседании суда первой инстанции на удовлетворении заявленных требований настаивали.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание суда первой инстанции не явился, извещен надлежащим образом (л.д. 210 том 1, л.д. 1 том 2).

Представитель ответчика ФИО6, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 75 том 1), в судебном заседании суда первой инстанции заявленные требования не признала.

Третьи лица Министерство обороны Российской Федерации, Администрация Чесменского района Челябинской области, Управление Социальной защиты населения Администрации Чесменского района Челябинской области, Министерство социальных отношений Челябинской области, Войсковая часть <данные изъяты> Военный комиссариат г. Карталы, Варненского, Карталинского и Чесменского районов Челябинской области, Военный комиссариат Челябинской области, АО СОГАЗ, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Решением суда исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.

Меры по обеспечению иска, принятые определением от ДД.ММ.ГГГГ о запрете «СОГАЗ», Правительству Челябинской области в лице Министерства социальных отношений Челябинской области осуществлять выплаты страховых сумм по обязательному государственному страхованию, единовременное пособие и ежемесячные денежные компенсации, единовременные выплаты в связи с гибелью военнослужащего ФИО24 ДД.ММ.ГГГГ года рождения – ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, отменены (л.д. 43-55 том 2).

В апелляционной жалобе истец просит решение суда первой инстанции отменить, принять делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

С решением суда не согласна, считает его незаконным и подлежащим отмене.

Полагает, что выводы суда о наличии детско-родительских отношений между ФИО2 и сыном ФИО24 основаны на неверном истолковании показаний свидетелей.

Не согласна с тем, что ее доводы о том, что ФИО2 не общался с сыном и не участвовал в его воспитании, а посещение бабушки нельзя расценивать как общение отца и сына, были признаны судом несостоятельными.

Считает, что в судебном заседании установлено, что отношения поддерживались лишь между ФИО1, ФИО24 и бабушкой ФИО12

Указывает, что в семейном архиве не нашлось ни одной совместной фотографии.

Не согласна с тем, что суд проигнорировал показания свидетелей: ФИО13, ФИО14., ФИО17, ФИО18

Считает, что судом неверно истолкованы сведения о злостном уклонении ФИО2 от уплаты алиментов на содержание сына. Указывает, что ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 возбуждено исполнительное производство на основании судебного приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым выплачено лишь 11,88 рублей.

Исполнительное производство окончено, но после направления исполнительных документов в организацию, алименты также не выплачивались, поскольку ФИО2 официально не работал. Задолженность по алиментам накопилась, добровольных выплат ФИО2 не производил.

ФИО2 уклонялся от выполнения родительских обязанностей по отношению своему сыну - ФИО24, не принимал участия в его воспитании и содержании, не интересовался его судьбой до гибели, не заботился о его здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, не предпринимал каких либо мер для надлежащего выполнения своих обязанностей по воспитанию сына (л.д. 66-71 том 2).

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения (л.д. 131-137 том 2).

О времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции истец ФИО1, третьи лица – Министерство обороны Российской Федерации, Администрация Чесменского района Челябинской области, Управление Социальной защиты населения Администрации Чесменского района Челябинской области, Министерство социальных отношений Челябинской области, Войсковая часть <данные изъяты> Военный комиссариат г. Карталы, Варненского, Карталинского и Чесменского районов Челябинской области, Военный комиссариат Челябинской области, АО СОГАЗ, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> извещены надлежаще, в суд апелляционной инстанции не явились третьи лица своих представителей не направили, о причинах неявки судебную коллегию не уведомили, с ходатайством об отложении судебного заседания не обратились. С учетом положений ст.ст. 167,327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы дела, обсудив указанные доводы, проверив законность и обоснованность решения суда, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, нарушением норм материального права.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела: ФИО1 и ФИО2, состояли в браке, брак расторгнут ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 54 том 1).

ФИО1 и ФИО2 являются родителями ФИО24 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 48 том 1).

Согласно актовой записи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО24 погиб ДД.ММ.ГГГГ в ходе Специальной военной операции (л.д. 47, 53 том 1).

Согласно судебного приказа, выданного ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей судебного участка <данные изъяты> с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в пользу ФИО1 взысканы алименты на детей <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ года рождения и сына ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в размере 1/3 части всех видов дохода, начиная с ДД.ММ.ГГГГ и до совершеннолетия детей (л.д. 21 том 2)

Из ответа <данные изъяты> следует, что в отношении ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ возбуждено исполнительное производство №. Исполнительное производство окончено на основании п. 8 ч. 1 ст. 47 Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) - направления копии исполнительного документа в организацию для удержания периодических платежей, установленных исполнительным документом. Взыскание денежных средств осуществлено на сумму 11,88 руб. (л.д. 15-18 том 2).

Данных об имеющейся задолженности и о размере задолженности не представлено.

Согласно сведениям <данные изъяты> сведения о доходах ФИО2 за период с <данные изъяты> не найдены (л.д. 24-32 том 2).

Согласно сведениям <данные изъяты> ФИО2 к административной, уголовной ответственности, в том числе за уклонение от уплаты алиментов не привлекался. (л.д. 22-23 том 2).

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО13 пояснила, что является работником <данные изъяты>. Семью ФИО7 знает давно. ФИО1 одна проживала с тремя детьми. Отца детей не знает. ФИО24 обучался в ДД.ММ.ГГГГ. Школу посещала только мать. Старшая дочь ФИО16 несколько лет проживала в семье бабашки ФИО32.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО17 пояснила, что является двоюродной сестрой ФИО1 ФИО24 приходится ей племянником. ФИО2, проживая с семьей в <адрес>, злоупотреблял спиртными напитками. После расторжения брака ФИО1 обратилась за взысканием алиментов. В ДД.ММ.ГГГГ она вместе с ФИО1 ездила к судебным приставам, в <адрес> для решения вопроса по задолженности по алиментам. В жизни семьи и воспитании детей ФИО2 участия не принимал.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО18 пояснила, что является младшей дочерью истца и ответчика. Показала, что с отцом отношений не поддерживает. Поддерживает отношения с бабушкой – ФИО12. Но после смерти брата возник конфликт из-за причитающихся социальных выплат. Отец материальной помощи не оказывал. Продуктами помогала бабушка. Она с сестрой ФИО16 и братом ФИО24 жили на каникулах и в выходные дни у бабушки ФИО12. Со слов брата и матери известно, что отец никогда не поздравлял брата с днем рождения и не дарил ему подарков. С отцом не встречалась. Он жил отдельно.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО19 пояснил, что живет в <адрес>. Дружил с ФИО24, который жил с матерью и сестрами, с отцом отношений не поддерживал. Отца ФИО24 он никогда не видел. В зимние и летние каникулы иногда ФИО24 уезжал, но куда ему неизвестно. При личном общении ФИО24 говорил, что бы он называл его не по фамилии ФИО32 а по фамилии деда со стороны матери – ФИО37

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО12, пояснила, что является матерью ответчика. Когда сын женился, они проживали несколько лет в одной квартире. У истца и ответчика трое общих детей - <данные изъяты> Потом семья сына переехали жить в <адрес>. Но в ДД.ММ.ГГГГ развелись. Старшая внучка <данные изъяты> проживала с ней. Двое других с истцом. Сын так же много лет, вплоть до <данные изъяты> проживал вместе с ней по одному адресу: <данные изъяты> Внуки каждый год на каникулы приезжали к ней и жили одной семьей, в том числе, с отцом. Она часто ездила на выходные в <адрес> и всегда отвозила ФИО1 продукты и деньги на содержание детей. Деньги для детей давал сын. Ей известно, что ФИО1 подавала заявление на взыскание алиментов. Но потом отозвала, так как истец и ответчик договорились о том, что выплата алиментов будет осуществляться добровольно. И в последующем от ФИО1 она претензий не слышала. При этом отношения с ФИО1 не прервали, продолжали и продолжают общаться. ФИО1 бывает у нее в гостях.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО21 пояснила, что с ДД.ММ.ГГГГ фактически состоит в брачных отношениях с ФИО2 Спиртными напитками ответчик не злоупотребляет. Всегда участвовал в жизни своих детей и, в том числе, сына ФИО4. Первая супруга приезжала в гости. Долгое время жили вместе с родителями ФИО2. Дети часто гостили у них. Между ФИО2 и сыном ФИО4 хорошие отношения. ФИО2 работает в автосервисе. Доход в среднем 50- 60 тыс. руб. ежемесячно. Ей известно, что он передавал периодически деньги на содержание детей. Каждую неделю по 4 -5 тыс.. Когда переехали жить по адресу <адрес>, ФИО4 так же бывал у них в гостях. В период службы ФИО2 созванивался с сыном по телефону.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО22 пояснила, что с <данные изъяты> дружит с ФИО12. Знает ее семью. Часто бывает у них в доме. Лично знакома с ответчиком и с детьми. ФИО2 поддерживал отношения с детьми. Несмотря на то, что у ФИО2 новая семья, дети от ФИО1 и дети от ФИО21 между собой хорошо общались. Поддерживали отношения. Пагубного пристрастия к алкоголю за ФИО2 не отмечала. Родительская связь с детьми всегда им поддерживалась.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО23 пояснил, что является племянником ФИО21. Хорошо знает ее мужа – ФИО2 и его семью, так как он проживает и зарегистрирован по одному с ними адресу по <адрес>. У него сложились приятельские отношения с ФИО24. До <данные изъяты> они поддерживали отношения. ФИО24 жил у отца в каникулы и 2-3 раза в месяц приезжал на выходные. Когда ФИО2 был студентом и проходил практику он жил в доме бабушки на <адрес>, общался с отцом, говорил, что отец давал ему денег.

Оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями ст. 7, ч.2 ст. 38, ч.1 ст.39 Конституции Российской Федерации, п.1 ст. 969, п. 2 ст. 969 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями, Федеральных законов от ДД.ММ.ГГГГ №76-ФЗ «О статусе военнослужащих», от ДД.ММ.ГГГГ № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации», от ДД.ММ.ГГГГ № –ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»; учитывая разъяснения, данные в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от <данные изъяты> Семейного кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу, что детско-родительские отношения между ответчиком ФИО2 и сыном ФИО24 не были утрачены. Между бывшими членами семьи сохранены и поддерживаются родственные отношения. Факт злостного уклонения ФИО2 от уплаты алиментов в судебном заседании подтверждения не нашел. ФИО2 родительских прав при жизни сына лишен не был, и истец признала, что никогда не имела намерения лишать ФИО2 родительских прав. Судебный приказ на принудительное исполнение истцом направлен в РОСП лишь через пять лет, после его вынесения. Пояснить, каким образом в последующем предпринимались меры по взысканию алиментов, истец не смогла. Признала, что с заявлениями о привлечении ФИО2 к ответственности не обращалась.

С учетом изложенного, пришел к выводу об отказе ФИО1 в удовлетворении требований к ФИО2 о лишении права на меры социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего, поскольку ответчик не лишался родительских прав за ненадлежащее воспитание и содержание сына. Истец не предпринимала должных мер для взыскания с него алиментов. Сам по себе судебный акт о взыскании алиментов не свидетельствует о ненадлежащем исполнении родительских обязанностей без уважительных причин.

Оценивая показания свидетелей, суд первой инстанции учел, что свидетели ФИО18 и ФИО19 располагают указанными сведениями со слов других лиц.

А поскольку показания истца и свидетелей с одной стороны и свидетелей со стороны ответчика в части задолженности по алиментам и участия ответчика в воспитании ФИО24 разняться, суд первой инстанции исходил из того, что в судебном заседании документального подтверждения доводы стороны истца о том, что ФИО2 самоустранился от воспитания детей, злостно уклонялся от уплаты алиментов, имел задолженность по алиментам и привлекался к ответственности за уклонение от уплаты алиментов, не нашли.

Кроме того, как свидетели со стороны истца и сама истец, так и свидетели со стороны ответчика подтвердили, что между семьей истца и семьей ответчика на протяжении длительного времени, вплоть до настоящего времени поддерживаются родственные отношения. Внуки, в том числе ФИО24, периодически проживали на каникулах и выходные дни в семье отца. ФИО2 участвовал в воспитании и содержании детей и ФИО24

Однако судебная коллегия, с учетом представленных в дело доказательств, не может согласиться с выводом суда об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований и полагает, что решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового решения об удовлетворении данных требований.

В соответствии с п. 1 ст. 969 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (п. 2 ст. 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 2 ст. 1 Федерального закона от 27 мая 1998 года №76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными настоящим Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами.

На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Особенности статуса военнослужащих, проходящих военную службу в военное время, в период мобилизации, во время исполнения обязанностей военной службы в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах регулируются федеральными конституционными законами, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (п. 1 ст. 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года №76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Члены семей погибших (умерших) военнослужащих, граждан, пребывавших в добровольческих формированиях, имеют право на пенсию по случаю потери кормильца, назначаемую и выплачиваемую в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (п. 1 ст.24 Федерального закона № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 года №52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно - исполнительной системы, сотрудников Войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 28 марта 1998 года №52-ФЗ).

В силу положений ст. 1 названного Федерального закона к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся, в том числе, военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту, которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

Выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица - в частности, родители (усыновители) застрахованного лица (абз. 3 п. 3 ст. 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года №52-ФЗ).

В ст. 4 указанного Федерального закона названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых поименована гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

Так, согласно согласно абз. 2 п. 2 ст. 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года №52-ФЗ в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, страховая сумма выплачивается в размере 2 000 000 рублей выгодоприобретателям в равных долях.

Федеральным законом от 7 ноября 2011 года №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (далее по тексту - Федеральный закон от 7 ноября 2011 года №306-ФЗ) также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

В случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей военной службы (далее - военная травма), до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей (ч. 8 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года №306-ФЗ).

В соответствии с положениями ч. 9 ст.3 названного Федерального закона в случае гибели (смерти) военнослужащего, или гражданина, призванного на военные сборы, или гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация.

Пунктом 2 ч. 11 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года №306-ФЗ к членам семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 настоящей статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 настоящей статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании. При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 настоящей статьи, имеют родители, достигшие возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющиеся инвалидами.

Кроме того, Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года №98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», Указом Президента Российской Федерации от 25 июля 2006 года №765 «О единовременном поощрении лиц, проходящих (проходивших) федеральную государственную службу» и Приказом Министра обороны Российской Федерации от 6 декабря 2019 года №727 «Об определении Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и предоставления им и членам их семей отдельных выплат» установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

Так, в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу <данные изъяты> членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом "б" настоящего пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

В случае гибели (смерти) лица, проходящего (проходившего) федеральную государственную службу, поощренного Президентом Российской Федерации, Правительством Российской Федерации или награжденного государственной наградой Российской Федерации, а также в случае награждения лица, проходившего федеральную государственную службу, государственной наградой Российской Федерации посмертно выплата единовременного поощрения производится членам семей этих лиц в соответствии с федеральными законами (п. 3.1 Указа Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О единовременном поощрении лиц, проходящих (проходивших) федеральную государственную службу»).

В случае гибели (смерти) военнослужащего причитающиеся и не полученные им ко дню гибели (смерти) оклад денежного содержания и ежемесячные дополнительные выплаты полностью за весь месяц, в котором военнослужащий погиб (умер), выплачиваются супруге (супругу), при ее (его) отсутствии - проживающим совместно с ним совершеннолетним детям, законным представителям (опекунам, попечителям) либо усыновителям несовершеннолетних детей (инвалидов с детства - независимо от возраста) и лицам, находящимся на иждивении военнослужащего, в равных долях или родителям в равных долях, если военнослужащий не состоял в браке и не имел детей (п. 125 Приказа Министра обороны Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об определении Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и предоставления им и членам их семей отдельных выплат»).

<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №<данные изъяты>).

Действие названного Закона распространяется и на членов семей военнослужащих, погибших (умерших) в результате участия в <данные изъяты> (п.8 ч.1 ст.1 Закона Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ №).

К членам семей, указанным в пунктах 8 и 8-1 ч. 1 ст. <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, относятся, в том числе родители погибшего (умершего).

Дополнительные меры социальной поддержки в связи с проведением <данные изъяты> в виде единовременной выплаты предоставляются лицам, указанным в пунктах 8, 8-1 и 22 ч. 1 ст.1 настоящего Закона, в размере 1 000 000 рублей в равных долях в случае, если ранее указанным лицам в отношении погибшего (умершего) военнослужащего, добровольца или гражданина, заключившего контракт (имевшего иные правоотношения) с организациями, содействующими выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации, в ходе специальной военной операции, не были предоставлены выплаты за счет средств областного бюджета (п.4 ч.1 ст.<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба как особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства, осуществляется, по смыслу статей 32 (часть 4), 37 (часть 1) и 59 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, в публичных интересах, а лица, несущие такого рода службу по контракту или по призыву, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость осуществления поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей - по отношению к государству, что обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда здоровью при прохождении военной службы.

Из приведенных нормативных положений и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, предусмотрел в качестве меры социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших (умерших) в период прохождения военной службы, страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, которое в случае гибели (смерти) военнослужащего в период прохождения военной службы подлежит выплате в том числе его родителям. Это страховое обеспечение входит в гарантированный государством объем возмещения вреда, призванного компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса вследствие наступления страхового случая, включая причиненный материальный и моральный вред. Цель названной выплаты - компенсировать лицам, в данном случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью (смертью) в период прохождения военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей названной выплаты, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае в статье 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №52-ФЗ и статье 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №306-ФЗ, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего в период прохождения военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего (умершего) военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями приобретаемых на основании закона прав, указанный в названных выше нормативных правовых актах круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, в который включены родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Ст. 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (ч. 2 ст. 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (п. 1 ст. 61 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей.

Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (п. 1 ст. 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (п. 4 ст. 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно абз. 2 ст. 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

П. 1 ст. 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 настоящего Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей (пункт 1 статьи 62, пункт 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации). Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав (пункт 1 статьи 65, статьи 69, 73 Семейного кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Из приведенных положений семейного законодательства, а также из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью), лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

Судебная коллегия считает, что положения изложенных выше норм материального права в их взаимосвязи с нормами специального законодательства (как федерального, так и регионального), предусматривающими соответствующие выплаты членам семьи погибшего (умершего) при исполнении обязанностей военной службы военнослужащего, с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом первой инстанции к спорным отношениям применены не были, в связи с чем его вывод об отсутствии предусмотренных законом оснований для лишения ФИО25 как родителя погибшего военнослужащего права на получение мер социальной поддержки со ссылкой на отсутствие обстоятельств, которые могли бы служить основанием для его лишения родительских прав, нельзя признать правомерным.

К обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора по настоящему иску являются: принимал ли ответчик непосредственное участие в воспитании сына – ФИО24 до его совершеннолетия, проявлял ли заботу о его здоровье, оказывал ли ему моральную, физическую, духовную поддержку; принимал ли ФИО2 какие-либо меры для создания сыну условий, необходимых для его развития, обеспечивал ли получение сыном общего образования, содержал ли сына материально, достаточно ли было денежных средств, которые он выплачивал в качестве алиментов, для содержания сына (для покупки продуктов, одежды, обуви, игрушек, лекарств, школьных и спортивных принадлежностей, оплаты кружков и спортивных секций, отдыха); имелись ли между ФИО2 и его сыном ФИО24 фактические семейные и родственные связи.

При этом, исходя из положений ч.1 ст. 56, ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец должен предоставить допустимые доказательства в подтверждение своих требований, а ответчик должен предоставить допустимые доказательства, подтверждающие надлежащее исполнение им родительских обязанностей в отношении сына и с достоверностью опровергающие доказательства истца.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (части 1 - 4 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 196 указанного Кодекса при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные судом; выводы суда, вытекающие из установленных им обстоятельств дела, доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле; законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле (пункты 1 - 3 ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судебная коллегия считает, что эти требования процессуального закона, как усматривается из текста обжалуемого судебного постановления, судом первой инстанции при разрешении спора не были выполнены.

Так, истец в обоснование своих требований о лишении ФИО2 как родителя погибшего военнослужащего права на получение мер социальной поддержки приводила доводы о том, что он недостоин быть получателем спорных сумм в связи с гибелью при выполнении боевого задания в период прохождения военной службы их сына ФИО24, принимавшего участие в специальной <данные изъяты> поскольку ответчик не проявлял должной заботы о своем ребенке - ФИО24, не оказывал ему материальную, моральную, физическую, духовную поддержку, алименты не выплачивал, не интересовался процессом его обучения и успеваемостью, помощи в учебе не оказывал, проживая отдельно от своего сына, не предпринимал действий для участия в его воспитании и развитии.

В подтверждение своих доводов истец представляла соответствующие как письменные доказательства, так и свидетельские показания.

При этом, судебная коллегия учитывает, что свидетельские показания не могут являться допустимыми доказательствами, подтверждающими как выплату ФИО2 алиментов на содержание сына, так и оказаниям им ребенку иной материальной помощи (ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Явившийся в судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчик ФИО2, признал, что письменных доказательств, подтверждающих данный факт, у него не имеется.

Настаивая, что воспитать сына Защитником Отечества мог только он, поскольку сам является участником боевых действий, ответчик допустимых доказательств, подтверждающих данный факт, не предоставил. Судебная коллегия считает, что сам факт участия ФИО2 ранее в боевых действия при отсутствии допустимых доказательств воспитания и совержания сына, не может с достоверностью подтверждать факт воспитания им Защитника Отечества.

В суде апелляционной инстанции ФИО2 не смог назвать друзей сына, указав только на ФИО23, при этом, ФИО26, допрошенный судом первой инстанции в качестве свидетеля, является племенником его сожительницы. Иных свидетелей, кроме своей матери и сожительницы, ответчик в обоснование своей позиции не предоставил.

Более того, показания ответчика, данные в суде апелляционной инстанции, противоречат показаниям его матери – ФИО12 относительно периода, когда они проживали одной семьей. На вопрос судебной коллегии ответчик, настаивая на своей позиции, пояснил, что мать не помнит в силу своего возраста.

Дочь сторон – ФИО18 позицию своего отца не подтвердила, подтвердив показания его матери ФИО12 о том, что их отец фактически с ней одной семьей не проживал, проживал с сожительницей, а они с братом, приезжали в бабушке.

ФИО2 не смог пояснить, в связи с чем, его дочь дала такие показания, при этом пояснил, что у них с ответчиком имеется еще одна дочь, которая может подтвердить его позицию. Между тем, ее явка ответчиком ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции обеспечена не была.

Предоставлять иные дополнительные доказательства, при разъяснении ему соответствующего права судом апелляционной инстанции, ответчик отказался.

ФИО2 настаивая на том, что воспитанием сына занимался фактически он, а его мать – ФИО1 от воспитания ребенка уклонялась, признал, что с заявлениями в суд о лишении (ограничении) ее в родительских правах, определении места жительства ребенка с собой, не обращался. При этом пояснил, что место жительства его дочери было определено с ним. ФИО12 о признании ее фактическим воспитателем в суд с иском также не обращалась.

При этом, свидетель ФИО27, лицом, заинтересованным в деле, не является, обратного не доказано. Знает семью истца как работник образования. Ее показания основаны на фактах, которым она была очевидцем.

ФИО19 являлся другом погибшего, что ответчик не оспаривал. Его показания также основаны на фактах, которым он являлся очевидцем, либо знает со слов самого погибшего.

Судебная коллегия считает, что у суда первой инстанции оснований не принимать показания указанных свидетелей в качестве допустимых доказательств по делу не имелось. В связи с чем, признает доводы апелляционной жалобы в указанной части обоснованными.

Общение ребенка с бабушкой (матерью ответчика), в том числе, длительное, не является надлежащим исполнением родительских обязанностей со стороны отца. Обратного не доказано.

Помимо этого, действительно, ФИО1 признавала, что ее сын – ФИО24 общался только со своей бабушкой, приезжал к ней в гости, а факт общения с отцом, ответчиком по делу, не признавала.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции также признает обоснованными доводы апеллянта в данной части.

Более того, ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции ответчиком доказательств выплаты алиментов на ребенка, либо оказания ему иной материальной помощи, не предоставлено. Свидетельские показания не являются допустимыми доказательствами указанного факта, более того, никто из допрошенных свидетелей не подтвердил, что ФИО2 выплачивал на содержание сына такие суммы, которые были достаточны для его содержания (для покупки продуктов, одежды, обуви, игрушек, лекарств, школьных и спортивных принадлежностей, оплаты кружков и спортивных секций, отдыха).

А свидетельские показания матери ответчика, его сожительницы, ее племянника, также как и показания родственников истца не могут с достоверностью подтверждать доводы сторон, поскольку указанные свидетели заинтересованы в исходе дела. В связи с чем, не могли быть приняты судом в качестве допустимых доказательств.

С учетом изложенного, судебная коллегия считает подтвержденным только факт выплаты ФИО2 на содержания двоих детей суммы алиментов в размере 11 88 рублей.

Доказательств, что названная сумма могла в полной мере обеспечить потребности сына ответчик ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции не предоставил.

При этом, ФИО2 признал, что до ДД.ММ.ГГГГ он официально трудоустроен не был.

Тот факт, что ФИО1 обратилась с заявлением о взыскании с ФИО2 алиментов, уже свидетельствует о ненадлежащем исполнении им своей обязанности по содержанию детей.

Не привлечение ответчика к уголовной ответственности в связи с неуплатой алиментов не может с достоверность подтверждать факт исполнения ФИО2 указанной обязанности.

То обстоятельство, что ФИО1 более исполнительный лист к исполнению не предъявила, не освобождало ФИО2 от содержания сына. При этом достоверно установлено, что на момент окончания исполнительного производства ФИО2 официально трудоустроен не был, и признал, что алименты никогда по месту работы у него не удерживались.

Заявляя, что именно ФИО28 должна доказать факт невыплаты им алиментов, предоставления иного материального содержания сыну, ответчик не указал, какими письменными доказательствами истец должна доказать факт отсутствия.

Таким образом, именно на ответчика возложена обязанность предоставить письменные доказательства, опровергающие указанные доводы истца.

С учетом изложенного, судебная коллегия, соглашаясь с доводами апелляционной жалобы, полагает, что факт невыплаты алиментов на содержание сына - ФИО24 со стороны отца, нашел свое подтверждение в суде.

Общение ФИО2 с сыном в совершеннолетнем возрасте, его присутствие на похоронах ребенка, к юридически значимому периоду не относится не может являться доказательством исполнения родительских обязанностей ответчиком, когда ребенок был несовершеннолетним.

Заявляя об утрате фотографий с сыном в его несовершеннолетнем возрасте, ответчик доказательств указанным обстоятельствам не предоставил, снимки совершеннолетнего ФИО24 к юридически значимому периоду не относятся.

Заявляя в возражениях на отсутствие с его стороны злоупотребления родительскими обязанностями и отсутствия фактов жестокого обращения с детьми ответчик не учитывает, что указанные факты предметом спора не являлись, названные понятия не идентичны понятию не исполнение родительских обязанностей. Также ответчику никто не вменял наличие у него хронического алкоголизма, наркомании. Лишение родительских прав предусмотрено законом и без указанных фактов.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что суд первой инстанции, указывая на то, что обстоятельств, которые могли бы служить основанием для лишения ФИО2 родительских прав и, соответственно, для лишения его права на меры социальной поддержки, гарантированные законом родителям погибших военнослужащих, не установлено, фактически сослался лишь на приводимые самим ответчиком доводы о наличии общения между ним и его сыном ФИО24 о выполнении обязанностей по воспитанию и содержанию своего сына, а также на то, что ФИО1 никогда не предпринимала мер к лишению ответчика родительских прав.

Между тем суд первой инстанции не учел положения ст. 69 Семейного кодекса Российской Федерации, устанавливающие основания для лишения родительских прав, одно из которых - уклонение от выполнения обязанностей родителя. При этом, ФИО1 как в исковом заявлении, так и в ходе разбирательства дела в суде первой инстанции последовательно приводила в обоснование иска доводы о неисполнении ФИО2 предусмотренных Семейным кодексом Российской Федерации обязанностей родителя по воспитанию и содержанию сына, которые должны выражаться в заботе о здоровье физическом, психическом, духовном и нравственном развитии ребенка, о его обучении и материальном благополучии, и которые нашли свое подтверждение.

Суд первой инстанции не привел мотивов, по которым приводимые ответчиком доводы и доказательства признаны достаточными для вывода о том, что он надлежащим образом воспитывал и содержал сына, а доводы и доказательства истца приняты во внимание не были, и не указал оснований, по которым доказательствам ответчика отдано предпочтение перед доказательствами истца. Тем самым суд первой инстанции произвольно применил ст.ст. 55, 56 (о доказательствах и доказывании в гражданском процессе), 67 (об оценке доказательств) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы истца являются обоснованными, а выводы суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований не основаны на нормах права и имеющихся в деле доказательствах. В связи с чем, решение суда первой инстанции подлежит отмене, с принятием по делу нового решения об удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 13 августа 2025 года об отказе в удовлетворении требований ФИО1 отменить, принять по делу новое решение лишить ФИО2 права на получение:

страховых выплат, подлежащих выплате членам семьи в связи с гибелью (смертью) военнослужащего ФИО24, погибшего ДД.ММ.ГГГГ, предусмотренных Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствеющего состава органов внутренних дел Российской Федерации. Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»;

единовременного пособия и ежемесячного пособия, подлежащих выплате членам семьи в связи с гибелью (смертью) военнослужащего ФИО24, погибшего ДД.ММ.ГГГГ, предусмотренных Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»;

единовременной выплаты членам семьи в связи с гибелью (смертью) военнослужащего ФИО24, погибшего ДД.ММ.ГГГГ, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»;

дополнительных мер социальной поддержки членами семьи в связи с гибелью (смертью) военнослужащего ФИО24, погибшего ДД.ММ.ГГГГ, предусмотренных <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № «О дополнительных мерах социальной поддержки отдельных категорий граждан в связи с проведением специальной военной операции на территориях <данные изъяты>

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 декабря 2025 года.