Апелляционное постановление № 22К-1660/2026 от 8 апреля 2026 г.

Судья Паймина Т.А.

Дело № 22к-1660/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

09 апреля 2026 года

г. Владивосток

Приморский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Пархоменко Д.В.,

при помощнике судьи Матющенко С.Г.,

с участием:

прокурора Макаренко М.Ю.,

защитника Мазняка К.А.,

подозреваемого К. И.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Мазняка К.А. в интересах подозреваемого К. И.В. на постановление Находкинского городского суда Приморского края от 19 марта 2026 года, которым

К. И.В., ..., подозреваемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 229.1 УК РФ,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 23 суток, то есть до 10 апреля 2026 года,

в удовлетворении ходатайства подозреваемого и защитника об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, отказано.

Заслушав выступления защитника Мазняка К.А., подозреваемого К. И.В., поддержавших апелляционную жалобу, прокурора Макаренко М.Ю., полагавшей постановление оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

К. И.В. органами предварительного следствия подозревается в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 229.1 УК РФ.

18.03.2026 К. И.В. задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ.

Постановлением Находкинского городского суда Приморского края от 19 марта 2026 года, которым К. И.В. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 23 суток, то есть до 10 апреля 2026 года.

В апелляционной жалобе адвокат Мазняк К.А. в интересах подозреваемого К. И.В. считает постановление незаконным и необоснованным, так как в нем перечислены, но не раскрыты фактические обстоятельства, на которых суд основывает свои доводы, подтверждающие обоснованность избранной меры пресечения и не дана оценка обоснованности подозрения лица в инкриминируемом ему преступлении.

Указывает, что проверяя обоснованность подозрения К. И.В. в инкриминируемом преступлении, суд необоснованно сослался на рапорт об обнаружении признаков состава преступления, который согласно ч. 2 ст. 74 УПК РФ не является доказательством по уголовному делу, и подлежит исключению из перечня доказательств обоснованности его подозрения в инкриминируемом преступлении.

Отмечает, что заключение специалиста не указывает конкретно на К., как на лицо, совершившее преступление. Показания свидетелей Г. Е.О. и М. А.О., суд счел за достоверные, и не дал оценку тому, что они преследуют цель оговора К. И.В. и избежания ответственности Г. Е.О. Доказательств, опровергающих доводы К. о том, что его оговаривают Г. и М., органы дознания суду не предоставили, что, по мнению защитника, должно вызывать сомнения у суда в обоснованности подозрения К. в инкриминируемом ему преступлении.

В ходе допроса в качестве свидетеля К. И.В. пояснил, что является самозанятым и ведет коммерческую деятельность, от которой получает доход, о чем имеются сведения в налоговой инспекции. Считает, суд необоснованно установил отсутствие у К. И.В. официального источника дохода, а следовательно и наличие социально-позитивной деятельности. При этом, если суд бы избрал в отношении него меру пресечения в виде домашнего ареста, его содержание полностью бы легло на плечи матери, которая была допрошена в судебном заседании и дала по этому поводу соответствующие показания.

При обосновании своего решения суд указал, что К. может оказать давление на иных участников судопроизводства, вместе с тем, из постановления дознавателя не следует, каких свидетелей они хотели бы допросить в рамках уголовного дела, в связи с чем, считает, что данное основание является необоснованным и подлежит исключению. Кроме того, допрошенные свидетели не сообщали о том, что они опасаются К., либо он или кто-либо из круга его общения оказывает на них давление либо иным образом угрожает.

Наличие у подозреваемого паспорта, по его мнению, не свидетельствует о намерении скрыться, воспользовавшись им, при том, что сведения о распродаже имущества, приобретении авиа и ж/д билетов, сообщении кому-либо о своих планах, в представленных материалах отсутствуют.

Полагает, суд отверг ходатайство защиты об избрании домашнего ареста по надуманным основаниям, поскольку мать К., будучи предупрежденной об уголовной ответственности пояснила, что в квартире проживают и зарегистрированы только близкие родственники последнего (мать, отец, а также несовершеннолетние брат и сестра подозреваемого).

Указывает, что тяжесть инкриминируемого К. И.В. преступления не может являться безусловным основаниям для избрания самой строгой меры пресечения. Просит постановление отменить, изменить К. И.В. меру пресечения на домашний арест или запрет определенных действий.

В возражениях на апелляционную жалобу и.о. Находкинского транспортного прокурора Шевченко А.В. полагает решение суда законным и обоснованным, вынесенным с учетом всех обстоятельств материалов уголовного дела, данных о личности К., характера преступления, в котором он подозревается. Судом приведены доводы о невозможности избрания более мягкой меры пресечения. Считает, что нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановления, судом не допущено. Просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, постановление оставить без изменения.

Проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с требованиями ст. 97 УПК РФ мера пресечения избирается при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый или обвиняемый скроется от предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями первой.1, первой.2 и второй настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

При решении вопроса об избрании в отношении К. И.В. меры пресечения в виде заключения под стражу судом приняты во внимание положения ст. ст. 97, 99, 108 УПК РФ и в постановлении приведены конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых принято решение об избрании данной меры пресечения, постановление суда надлежаще мотивированно и обоснованно.

В судебное заседание было представлено отвечающее требованиям закона ходатайство об избрании в отношении подозреваемого меры пресечения в виде заключения под стражу, а также необходимые материалы, подтверждающие изложенные в ходатайстве доводы.

Ходатайство составлено уполномоченным на то должностным лицом, в рамках возбужденного уголовного дела, в установленные законом сроки

Нарушений порядка задержания подозреваемого, основанием которого послужило указание на К. И.В. очевидцев как на лицо, совершившее преступление, судом апелляционной инстанции не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции надлежаще проверена обоснованность подозрения К. И.В. в причастности к совершению инкриминируемого деяния.

По мнению суда апелляционной инстанции, ссылка суда на рапорт об обнаружении признаков преступления, который явился поводом для проведения проверки в порядке ст. ст. 144, 145 УПК РФ, при проверке обоснованности в причастности к совершенному преступлению, нарушением не является.

Так, представленный рапорт удостоверен подписью сотрудника правоохранительного органа, содержит необходимые сведения о нем, признаках обнаруженного преступления и об источнике полученных сведений. Представление результатов оперативно-розыскных мероприятий на данной стадии уголовного судопроизводства является оправданным, а их проверка и оценка производится в ходе предварительного расследования и при рассмотрении уголовного дела по существу.

Выводы суда об обоснованности подозрения К. И.В. в причастности к совершенному преступлению основаны на конкретных сведениях, содержащихся в представленных материалах, в полном объеме исследованных в судебном заседании, и оцененных судом в их совокупности.

Суд первой инстанции правомерно не входил в обсуждение вопросов, связанных с оценкой доказательств, в том числе, заключения специалиста и показаний свидетелей, на которые указано защитником в жалобе, доказанностью вины и правильности квалификации преступления, в совершении которого подозревается К. И.В., поскольку разрешение указанных вопросов не входит в компетенцию суда на данной стадии уголовного судопроизводства.

В обжалуемом постановлении указаны конкретные обстоятельства, характер и степень общественной опасности, а также тяжесть преступления, в совершении которого подозревается К. И.В., на основании которых суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости избрания в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу.

Оснований для переоценки выводов суда относительно возможности подозреваемым скрыться от органов предварительного расследования и суда, оказании воздействия на участников уголовного судопроизводства, иными действиями воспрепятствовать производству по уголовному делу, не усматривается.

Указанные выводы основаны на характере и степени общественной опасности преступления против здоровья населения и общественной нравственности, относящегося к категории особо тяжких преступлений, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, в совершении которого подозревается К. И.В., конкретных обстоятельствах дела, данных о личности подозреваемого, нахождении предварительного расследования на первоначальном этапе производства по уголовному делу, когда происходит активный сбор и закрепление доказательств.

Объективных данных, подтверждающих наличие у К. И.В. легального источника дохода, вопреки доводам жалобы, ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции представлено не было.

Медицинских противопоказаний, препятствующих содержанию подозреваемого в условиях следственного изолятора, в материалах дела не имеется.

Выводы суда о невозможности избрания в отношении К. И.В. иной, более мягкой меры пресечения, в том числе, домашнего ареста, убедительно мотивированы, суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

Как видно из представленного материала, принимая решение об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, суд учел не только тяжесть преступления, в совершении которого подозревается К. И.В., но и конкретные обстоятельства дела, сведения о его личности.

Соглашаясь с решением суда, суд апелляционной инстанции не находит новых данных, не ставших предметом судебного разбирательства при решении вопроса о мере пресечения, которые могли бы послужить основанием для ее отмены или изменения.

Срок содержания под стражей, установленный судом, является разумным, не выходит за рамки срока предварительного расследования и соответствует требованиям УПК РФ.

Требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок избрания судом меры пресечения в виде заключения под стражу по настоящему делу не нарушены.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Находкинского городского суда Приморского края от 19 марта 2026 года, которым К. И.В. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 23 суток, то есть до 10 апреля 2026 года, оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Мазняка К.А. без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу.

Председательствующий судья Д.В. Пархоменко