Определение № 22-2216/2026 от 21 апреля 2026 г.

Мотивированное
определение изготовлено 22 апреля 2026 года.

Председательствующий Башкова С.А. № 22-2216/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 13 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Шестакова С.В.,

судей Ростовцевой Е.П., Серебряковой Т.В.

при помощнике судьи Подкорытовой М.П.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Судник Т.Н.,

осужденного ФИО1,

адвоката Желновода П.В., представившего удостоверение № 3079 и ордер № 053107,

осужденного ФИО2,

адвоката Асадуллиной Н.М., представившей удостоверение № 4339 и ордер № 052833,

рассмотрела в открытом судебном заседании 13 апреля 2026 года с применением системы видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1, адвоката Ермолаевой Н.Л. на приговор Североуральского городского суда Свердловской области от 26 января 2026 года, которым

ФИО1, родившийся <дата> в <адрес>, ранее судимый:

- приговором Североуральского городского суда Свердловской области от 19 марта 2015 года по ч. 2 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации к 05 годам лишения свободы; освобожденный 03 октября 2017 года по постановлению Краснотурьинского городского суда Свердловской области от 20 сентября 2017 года в связи с заменой неотбытой части наказания ограничением свободы на срок 02 года 03 месяца 01 день;

- приговором Полевского городского суда Свердловской области от 16 марта 2018 года по п. «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации к 03 годам 10 месяцам лишения свободы, на основании ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации присоединено наказание по приговору Североуральского городского суда от 19 марта 2015 года, общий срок наказания 04 года лишения свободы;

- приговором мирового судьи судебного участка № 5 Кировского судебного района г. Екатеринбурга от 03 мая 2018 года по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к 08 месяцам лишения свободы; постановлением Краснотурьинского городского суда Свердловской области от 22 августа 2018 года на основании ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации путем сложения данного наказания и наказания по приговору Полевского городского суда Свердловской области от 16 марта 2018 года назначено окончательное наказание в виде 04 лет 04 месяцев лишения свободы; 18 мая 2022 года освобожденный по отбытии срока наказания,

осужден:

- по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации к 08 годам 06 месяцам лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30 – п. п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации к 10 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации путем частичного сложения наказаний по совокупности преступлений ФИО1 назначено окончательное наказание в виде 13 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в отношении ФИО1 оставлена без изменения - содержание под стражей.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбытия наказания время содержания ФИО1 под стражей с 15 апреля 2025 года до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО2, родившийся <дата> в <адрес>, ранее судимый:

- приговором Североуральского городского суда Свердловской области от 18 марта 2013 года по п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к 01 году лишения свободы условно с испытательным сроком 01 год;

- приговором Североуральского городского суда Свердловской области от 09 апреля 2013 года по ч. 1 ст. 166, п. «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к 240 часам обязательных работ;

- приговором Североуральского городского суда Свердловской области от 21 мая 2013 года по п. п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к 01 году лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации путем сложения данного наказания и наказания по приговору Североуральского городского суда от 09 апреля 2013 года назначено окончательное наказание в виде 01 года 10 дней лишения свободы;

- приговором мирового судьи судебного участка № 1 Североуральского судебного района Свердловской области от 03 октября 2013 года по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации 08 месяцам лишения свободы, на основании ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации присоединено наказание по приговору Североуральского городского суда от 21 мая 2013 года, общий срок 01 год 07 месяцев лишения свободы;

- приговором Североуральского городского суда Свердловской области от 12 октября 2015 года по п. «а» ч. 3 ст. 131, ч. 1 ст. 162, ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации 09 годам 09 месяцам лишения свободы, на основании ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации присоединено наказание по приговору Североуральского городского суда Свердловской области от 18 марта 2013 года, на основании ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации путем сложения данного наказания и наказания по приговору мирового судьи судебного участка № 1 Североуральского судебного района Свердловской области от 03 октября 2013 года назначено окончательное наказание в виде 10 лет 09 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на 01 год, <дата> освобожденный по отбытии срока наказания,

осужден по ч. 3 ст. 30 – п. п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Мера пресечения изменена, ФИО2 взят под стражу в зале суда.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбытия наказания время содержания ФИО2 под стражей с 26 января 2026 года до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Шестакова С.В., выступления осужденного ФИО1, адвоката Желновода П.В., поддержавших доводы, изложенные в апелляционных жалобах, осужденного ФИО2, адвоката Асадуллиной Н.М., поддержавших жалобу осужденного ФИО1 об изменении приговора, прокурора Судник Т.Н., полагавшей приговор законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором суда ФИО1 признан виновным в незаконном сбыте Свидетель №3 вещества, содержащего «?-PVP» (синонимы: ?-пирролидиновалерофенон; 1-фенил-2-пирролидин-1-илпентан-1-он), которое относится к наркотическому средству — производному N-метилэфедрона, массой не менее 0,24 грамма, то есть в значительном размере, с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»);

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в покушении на незаконный сбыт вещества, содержащего «?-PVP» (синонимы: ?-пирролидиновалерофенон; 1-фенил-2-пирролидин-1-илпентан-1-он), которое относится к наркотическому средству - производному N-метилэфедрона, массой 63,42 грамма, то есть в крупном размере, организованной группой, с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»).

Преступления ФИО1 и ФИО2 совершены в период с 13 по 15 апреля 2025 года на территории г.Североуральска Свердловской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, просит его изменить, переквалифицировать его действия с ч. 3 ст. 30 – п. п. «а», «г» ч. 4 ст.228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, а с п. «б» ч. 3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации. Автор жалобы ссылается на то, что умысла на сбыт наркотического средства он не имел, признает лишь соисполнительство в приобретении наркотического средства. При этом осужденный считает, что суд несправедливо положил в основу приговора его признательные показания в ходе следственных действий, поскольку от этих показаний в ходе судебного заседания суда первой инстанции он отказался, а также отказался от дачи показаний, воспользовавшись ст. 51 Конституции Российской Федерации. ФИО1 просит учесть, что в ходе следствия он оговорил себя, поскольку находился под давлением со стороны сотрудников правоохранительных органов, которые морально и психологически принуждали его давать ложные показания. Кроме того, сотрудники полиции отказали ему в медицинской помощи, тогда как он находился в состоянии абстиненции. Вместе с тем, участвующий в следственных действиях дежурный адвокат не оказал ему надлежащей помощи, поскольку явился после того как следователь полностью напечатал его показания и поставил под ними подпись, после этого ушел. Осужденный полагает, что такая работа адвоката является грубым нарушением его прав и уголовно-процессуального закона. О том, что на него было оказано давление сотрудниками полиции, ФИО1 не стал говорить дежурному адвокату, так как не доверял ему. Все сотрудники полиции находились в одном кабинете при его допросе и оказывали на него давление, поэтому осужденный считает первоначальные показания отраженными недостоверно. Однако судом первой инстанции доводы стороны защиты об его самооговоре проанализированы не были. Автор жалобы полагает, что суд не оценил его достоверные показания в ходе судебного следствия, чем нарушил п.11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре». Перечисленные судом доказательства указывают лишь на факт хранения им наркотического средства, что подтверждается показаниями свидетелей и понятых, при которых у него было изъято наркотическое средство, что не оспаривалось стороной защиты. Осужденный считает, что судом нарушены требования ч. 1 ст. 88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку не дана оценка заявленному стороной защиты ходатайству об учете обстоятельств совершения преступления. ФИО1 просит учесть, что совершение им преступления связано с запугиванием его наркомагазином. В целях оказания давления на осужденного ему были переведено денежное вознаграждение в размере 75000 рублей за действия со стороны людей, распространяющих наркотические средства через наркомагазин. Ссылаясь на нормы уголовного, уголовно-процессуального законов, судебную практику, осужденный считает, что постановленный в отношении него приговор основан исключительно на его первоначальных показаниях, косвенных доказательствах и домыслах. При этом суд первой инстанции не учел того, что преступление, направленное на сбыт наркотических средств, должно совершаться с умышленной формой вины, и его умысел должен быть направлен на распространение наркотических средств. По мнению автора жалобы, по данному уголовному делу такие обстоятельства судом установлены не были. ФИО1 просит приговор изменить, переквалифицировать его действия на ч. 2 ст. 228, ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, снизить срок назначенного ему наказания.

В апелляционной жалобе адвокат Ермолаева Н.Л. просит приговор суда отменить. По мнению автора жалобы, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. ФИО1 в судебном заседании вину не признал, сказал, что оговорил себя, и сторона защиты в этом не сомневается, поскольку вина ФИО1 в сбыте наркотического средства Свидетель №3 и в покушении на незаконный сбыт наркотического средства в крупном размере в ходе судебного следствия не была доказана. Защитник полагает, что по обоим преступлениям ФИО1 подлежит оправданию, поскольку в соответствии со ст. 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, толкуются в пользу обвиняемого, и обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. По мнению адвоката, стороной обвинения не представлено никаких объективных и достоверных доказательств вины К.Р.АБ. в покушении на сбыт наркотического средства, изъятого в квартире по адресу: <адрес>. В соответствии со ст. 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации по уголовному делу подлежит доказыванию, в том числе событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления). По данному уголовному делу указанные обстоятельства не доказаны. Договаривался ли с кем-либо ФИО1 на сбыт наркотического средства, не установлено. Адвокат полагает, что К.Р.АБ., являясь активным потребителем наркотических средств на протяжении долгих лет, хранил наркотик без цели сбыта, для собственного потребления. При допросе он пояснял, что забрал наркотик из закладок для собственного потребления. Данные показания никем и ничем не опровергнуты. Само по себе нахождение наркотического средства в пакетиках и свертках не указывает на цель сбыта. К показаниям осужденного ФИО2 адвокат просит отнестись критически, полагает, что он оговаривает ФИО1 Автор жалобы предполагает, что показания ФИО2 вызваны тем, что ему могла быть избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде с условием дачи им показаний против ФИО1 Кроме того, допрошенный в качестве подозреваемого, обвиняемого ФИО2 не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Сторона защиты считает неправомерным отказ ФИО1 в удовлетворении ходатайства о направлении в правоохранительные органы поручения о проведении процессуальной проверки в отношении лиц, совершивших в отношении К.Р.АБ. противоправные действия, которые явились поводом для совершения осужденным деяния, в котором его обвиняют. По сути в судебном заседании от ФИО1 поступило сообщение о преступлении.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного К.Р.АБ., адвоката Ермолаевой Н.Л. исполняющий обязанности заместителя прокурора г. Североуральска Тарасенко Д.С. просит приговор Североуральского городского суда Свердловской области от 26 января 2026 года оставить без изменения, доводы апелляционных жалоб - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав выступления участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судебная коллегия находит обжалуемый приговор в отношении ФИО1 и ФИО2 законным и обоснованным.

Выводы о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений, за которые они осуждены, основаны на собранных по делу доказательствах, которые судом были надлежащим образом в соответствии со ст. ст. 87-88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации исследованы и оценены.

Осужденный ФИО1 вину в совершении преступлений признал частично, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.51 Конституции Российской Федерации.

Судом в соответствии со ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации были оглашены показания ФИО1, данные в качестве подозреваемого 15 апреля 2025 года. Из указанных показаний следует, что он является потребителем наркотических средств с 1998 года, употребляет наркотические средства «соль», мефедрон путем курения и внутривенно. С середины марта 2025 года он работает в теневом магазине по продаже наркотиков «<...>» курьером-закладчиком после того, как списался с оператором данного магазина ( / / )28», передал ему персональные данные, фотографию паспорта, начал работать без залога денежных средств. В его обязанности входило прибыть в указанное оператором место, как правило, не южнее г. Нижнего Тагила, забрать из тайника-закладки расфасованное наркотическое средство, по указанию оператора прибыть в указанный ему город, разложить по закладкам поднятое им наркотическое средство. Оплату он должен был получать криптовалютой, затем обменивать ее в обменнике и получать на банковскую карту рубли. Всего он ездил за партиями наркотических средств около 4 раз. ( / / )29» представился ему именем ( / / )30. С 10 апреля 2025 года он стал жить в квартире по адресу: <адрес> у ФИО2, который уже знал, что он работает на наркомагазин «<...>». С 10 апреля 2025 года ФИО2 стал ездить вместе с ним на места оптовых закладок. 13 апреля 2025 года от ( / / )31 он получил информацию по оптовой закладке наркотического средства массой 5 граммов, где должно было находиться 10 свертков по 0,5 грамма каждый, которые он должен был разложить по отдельным закладкам в г. Краснотурьинске. ( / / )32 отправил ему фотографию с местом закладки в одном из дворов г. Серова. Он поехал туда вместе с ФИО2, по приезду на место забрал наркотическое средство, а оператору написал, что ничего не нашел. Ту партию наркотического средства они вместе с ФИО2 употребили 13-14 апреля 2025 года. При нем хранилось еще какое-то количество наркотика «соль», который предназначался ему, так как он попросил у оператора бонус, тот согласился, и он забрал часть наркотика себе. 13 апреля 2025 года около 15 часов 00 минут он с ФИО2 находился в г. Серове и не мог оттуда уехать, так как у них не было денег. Он позвонил знакомому Свидетель №3 в мессенджере «WhatsApp», попросил у него 2500 рублей и небольшие весы, на что тот ответил согласием. Практически сразу ему пришли деньги в сумме 1500 рублей, на них он вызвал такси, и они с ФИО2 приехали в г. Североуральск. Так как он знал, что Свидетель №3 лежит в <...>, на такси приехали туда. Он набрал Свидетель №3, тот вышел на улицу возле входа со двора и передал ему весы, а он в знак благодарности отсыпал Свидетель №3 немного наркотического средства «соль». 13 апреля 2025 года в вечернее время ему написал оператор ( / / )33 сказал, что нужно забрать из г. Нижнего Тагила оптовую партию наркотика «соль» массой 50 граммов, но ее нужно расфасовать. Он не хотел ехать, так как не хотел больше заниматься распространением наркотических средств, но так как о данной партии наркотика рассказал ФИО2, тот заставил его ехать вместе с ним. В тот момент он был в состоянии наркотического опьянения. ФИО2 нашел машину «Bla bla car», на которой около 02 часов 00 минут 14 апреля 2025 года они уехали. Когда приехали на место в г. Нижнем Тагиле, он из-за опьянения не смог найти место закладки. Место нашел ФИО2, сам поднял закладку, после чего на такси около 05 часов 00 минут 15 апреля 2025 года они приехали в г. Североуральск в квартиру ФИО2 15 апреля 2025 года в утреннее время ФИО2 самостоятельно фасовал в бахилы и обматывал изолентой наркотическое средство, которое накануне забрал в г. Нижнем Тагиле. Он ни одного свертка самостоятельно не сделал. На телефон ФИО2 позвонила инспектор административного надзора, сказала, что сейчас придет, даст ему расписаться в постановлении. ФИО2 сказал, чтобы он убрал его свертки с наркотиком к себе в карман, что он и сделал. ФИО2 был одет, вышел в подъезд, но тут же вернулся, с ним были сотрудники госнаркоконтроля. В квартире был проведен обыск. В ходе обыска он сказал, что при нем в кармане штанов лежат наркотики, которые были изъяты. Также в самой квартире были изъяты наркотики, предметы для их фасовки, телефоны, изолента (том 2, д. д. 209-212).

Данное доказательство получено в соответствии с уголовно-процессуальным законом, показания в качестве подозреваемого даны ФИО1 в присутствии адвоката Охапкина М.С., поэтому судом первой инстанции в части, не противоречащей иным доказательствам, правильно признаны допустимым, относимым, достоверным доказательством, в совокупности с другими доказательствами – достаточным для постановления приговора в отношении ФИО1 и ФИО2

Доводы осужденного ФИО1 о том, что данное доказательство получено с нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку адвокат Охапкин Ю.А. не оказывал ему надлежащую юридическую помощь, судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку от услуг данного защитника ФИО1 не отказывался, в протоколе допроса никаких замечаний ни от самого осужденного, ни от его защитника по поводу правомерности либо неправомерности проведенного следственного действия не заявлено.

Более того, адвокат Охапкин М.С. осуществлял защиту осужденного ФИО1 на протяжении всего предварительного следствия, в том числе при дополнительном допросе в качестве обвиняемого 28 мая 2025 года, при проверке показаний осужденного на месте преступления 30 мая 2025 года, при предъявлении обвинения 18 июня 2025 года, при ознакомлении ФИО1 с материалами уголовного дела 19 июня 2025 года, при этом ФИО1 от услуг адвоката Охапкина М.С. не отказывался, жалоб на оказание ему неквалифицированной юридической помощи адвокатом следователю не заявлял, в Адвокатскую палату Свердловской области не обращался.

Также судебная коллегия считает несостоятельными доводы осужденного ФИО1 о том, что показания в качестве подозреваемого даны им в результате оказания на него давления со стороны сотрудников полиции, поскольку ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия осужденный ни о каком давлении со стороны сотрудников полиции не заявлял, в заседании суда апелляционной инстанции пояснил, что оказанное на него давление он усматривает лишь в том, что ему не была оказана медицинская помощь, а никаких угроз либо применения к нему физического насилия со стороны сотрудников полиции не было.

Осужденный ФИО2 вину в совершении преступления признал частично, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.51 Конституции Российской Федерации.

Судом в соответствии со ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации были оглашены показания ФИО2, данные в качестве подозреваемого 06 мая 2025 года и 16 июня 2025 года. Из указанных показаний следует, что после освобождения из мест лишения свободы он проживал в квартире один, продолжил употреблять наркотические средства. После освобождения ФИО1 из мест лишения свободы он встретился с последним и узнал, что у него можно приобрести наркотические средства. Он много раз приобретал у ФИО1 наркотические средства либо за деньги, либо тот угощал его. В начале апреля 2025 года ФИО1 обратился к нему за помощью, попросил впустить его на некоторое время пожить, на что он согласился. 13 апреля 2025 года около 11 часов 00 минут на бесплатной маршрутке он по предложению ФИО1 поехал с ним в г. Краснотурьинск за наркотиком, поехал просто за компанию, чтобы ФИО1 угостил его наркотиком. Приехав в г. Краснотурьинск, они вышли на автовокзале и вызвали «Яндекс-такси» по телефону. Приехала машина, и они поехали к месту, которое говорил таксисту ФИО1, поскольку у него на телефоне был открыт навигатор с точным маршрутом места закладки. По приезду они прошли к трех- или четырехэтажному дому, за ним было большое дерево, возле основания которого был прикоп. Он стоял в стороне, а ФИО1 поднял наркотическое средство и убрал к себе. Затем ФИО1 со своего телефона позвонил таксисту, и они на той же машине поехали в г. Североуральск. По дороге ФИО1 с кем-то разговаривал о том, что кто-то должен был перевести на его карту долг. Также ФИО1 просил его посмотреть на «Авито» весы. В г. Североуральск они приехали ближе к вечеру, ФИО1 попросил высадить их около Дома быта «<...>», и они пошли в сторону тубдиспансера, так как ФИО1 сказал, что ему нужно угостить знакомого и забрать весы. Когда они подходили к перекрестку улиц <адрес>, ФИО1 передал ему свою банковскую карту «Почта Банк» и попросил купить в аптеке шприцы и бахилы. Бахилы нужны были для того, чтобы упаковать наркотическое средство, так как ФИО1 работал на наркомагазин и наркотик, который он забрал, должен был фасовать на более мелкие веса, номинал и количество которых называл ( / / )34. Об этом человеке ему стало известно от ФИО1, который сказал, что тот является его куратором, инструктирует относительно работы раскладчика наркотических средств. Затем ФИО1 должен был организовать тайники-закладки. После покупки в аптеке он стал ждать ФИО1 на остановке по <адрес> ФИО1 вернулся, они поехали в пос. Калья к нему домой. Находясь дома, он увидел, что ФИО1 поднял наркотик «соль» розоватого цвета, также у него появились небольшие цифровые весы, которых ранее не было. Он понял, что ему отдал весы в <адрес> человек, к которому ходил ФИО1 Наркотическое средство находилось в черном полиэтиленовом пакете, замотанном скотчем, с мешочком типа «зип-лок» внутри. ФИО1 ему сказал, что работает курьером на онлайн-площадке по продаже наркотических средств «<...>», получает от операторов информацию о наркотиках, получает партию наркотического средства, расфасовывает его, раскладывает по тайникам-закладкам, а затем в формате фотоотчета отправляет фотографии оператору. За эту работу он получает оплату в виде криптовалюты, которую впоследствии обменивает на онлайн-площадках и получает уже на свою банковскую карту рубли. С этой партии он попросил угостить его наркотическим средством «соль», и они вместе употребили. С этого момента ему стало удобно, чтобы ФИО1 жил у него и продолжал заниматься своей деятельностью. Они ездили с ФИО1 в разные места: в г. Нижний Тагил, в г. Краснотурьинск, в г. Карпинск, в г. Серов, где ФИО1 делал тайники с наркотическим средством. Он иногда ходил с ФИО1 в места, где последний поднимал наркотическое средство, а также когда ФИО1 раскладывал закладки. Иногда, когда у ФИО1 садился телефон, последний на его телефон производил фотографирование закладок, в дальнейшем пересылал ему фотографии тайников-закладок. В какой-то момент ФИО1 на своем телефоне разбил экран и стал просить его телефон для общения с операторами. Таким образом, ему было известно, что ФИО1 хранит наркотическое средство с целью дальнейшего сбыта, обычно он хранил наркотик в своем портфеле или в карманах своей одежды. Так как у него не было работы и постоянного источника дохода, ФИО1 предложил ему тоже быть курьером, на что он согласился. Для этого ФИО1 с его телефона в мессенджере списался с оператором, которого он со временем записал как «( / / )35», предложил его кандидатуру, отправил его фотографию вместе с паспортом. Его кандидатуру одобрили, и ему нужно было в определенный момент съездить и получить в тайнике-закладке малое количество наркотического средства (2 грамма «соли»), расфасовать его по 0,2 грамма, сделать тайники-закладки, фотографии направить оператору. 14 апреля 2025 года около 01 часа 00 минут на машине из приложения «Bla Bla Car» они с ФИО1 поехали в г. Нижний Тагил за партией наркотического средства «соли» массой 50 граммов по указанию ФИО1 от оператора. Добравшись до г. Нижнего Тагила, они поехали к месту закладки недалеко от дач в лесном массиве. ФИО1 был под действием наркотика и плохо ориентировался на местности, поэтому фактически место закладки нашел он сам – прикоп в земле под деревом. Он откопал наркотик, упакованный в черный полиэтиленовый мешок с двумя пакетами типа «зип-лок» внутри, упакованными один в другой. Деньги на обратную дорогу в сумме 8000 рублей ему на банковскую карту отправил «( / / )36» через систему быстрых платежей по номеру телефона. В г. Нижнем Тагиле у ФИО1 сломался телефон, и тот с его телефона вел переписку с ( / / )37. В пос. Калья они вернулись 15 апреля 2025 года около 05 часов. Находясь в квартире, он получил от ( / / )38 указание взять 2 грамма соли из партии ФИО1 и сделать 10 кладов-тайников в г. Карпинске. Он, ориентируясь на собственные ощущения, сделал 10 свертков в зеленой изоленте и убрал их во внутренний карман своей куртки. ФИО1 в это время с использованием весов фасовал свои закладки, которые должен был распространить в разных местах. На его телефон позвонила инспектор административного надзора и сообщила, что скоро придет, чтобы он расписался в решении суда по надзору. Он в это время надел куртку и хотел выйти до магазина. На первом этаже ему навстречу попались сотрудники госнаркоконтроля, попросили открыть дверь в квартиру, что он и сделал. В его квартире был произведен обыск. Сотрудникам полиции он сообщил, что у него в куртке имеются наркотики, которые были изъяты, также были изъяты другие свертки, которые расфасовал ФИО1 (том 3, л. <...>).

Данные доказательства получены в соответствии с уголовно-процессуальным законом, показания в качестве подозреваемого даны ФИО2 в присутствии адвоката Авдеевой Н.А., подтверждены на очной ставке с ФИО1 (том 2, л. д. 183-188), согласуются с другими доказательствами по делу, поэтому судом первой инстанции правильно признаны допустимыми, относимыми, достоверными доказательствами, в совокупности с другими доказательствами – достаточными для постановления приговора в отношении ФИО1 и ФИО2

Виновность ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений нашла свое подтверждение в ходе судебного следствия.

Свидетель Свидетель №4, с учетом его показаний, данных в ходе предварительного следствия, показал, что 13 апреля 2025 года около 15 часов 00 минут в мессенджере «WhatsApp» ему позвонил знакомый Свидетель №3 и попросил занять ему на несколько дней 2000 рублей, на что он согласился. Свидетель №3 продиктовал ему номер сотового телефона, на который он через установленное в телефоне приложение «Банк Синара» перевел 2000 рублей с находящейся в его пользовании банковской карты своего знакомого ( / / )9, на которой находились его личные денежные средства.

Свидетели Свидетель №7, Свидетель №6 подтвердили свое участие в качестве понятых при проведении 15 апреля 2025 года обыска в квартире по адресу: <адрес>, изъятии 13 свертков в изоленте черного цвета с веществом, находившимися в пластиковой банке белого цвета, 11 свертков в изоленте синего цвета с веществом, пакета с веществом белого цвета, 3 шприцев с жидкостью, 11 свертков в изоленте желтого цвета с веществом, 2 свертков в изоленте синего цвета с веществом, 10 свертков в изоленте черного цвета с веществом, 2 пакетов «зип-лок» с веществом светлого цвета, 4 полиэтиленовых свертков с веществом белого цвета, полимерного пакета черного цвета с находящимися внутри цифровыми весами, блокнотом с записями, планшетом в чехле, 2 магнитами, полимерного пакета черного цвета с сотовым телефоном «Realme» в чехле с флеш-картой, 5 мотков изоленты.

Свидетели Свидетель №2, Свидетель №1 подтвердили свое участие в качестве понятых при проведении 14 апреля 2025 года в ОМВД России «Североуральский» личного досмотра Свидетель №3, изъятии из подворота надетой на нем шапки бумажного свертка с порошком белого цвета внутри.

Судом в соответствии со ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации с согласия сторон правомерно были оглашены показания свидетелей Свидетель №3, Свидетель №5, данные в ходе предварительного следствия.

Из показаний свидетеля Свидетель №3 следует, что с сентября 2024 года он находился на лечении в <...> г. Североуральска. С 1994 года он является потребителем наркотических средств. 13 апреля 2025 года он находился в палате <№>, ему захотелось употребить наркотическое средство «соль». С целью приобретения наркотика он со своего телефона в мессенджере «WhatsApp» позвонил ФИО1 и спросил, сможет ли тот продать ему наркотическое средство «соль» на 2500 рублей. ФИО1 согласился и пояснил, что через систему быстрых платежей на карту «Почта Банк», привязанную к его абонентскому номеру, нужно перевести 2500 рублей, после чего он привезет ему наркотик, также попросил его найти весы. Так как денег на карте у него не было, он занял 2500 рублей у своего знакомого Свидетель №5, который лежит в палате <№>. По его просьбе Свидетель №5 около 15 часов 00 минут со своего телефона через систему быстрых платежей перевел 2500 рублей на абонентский номер, которым пользуется ФИО1 Около 15 часов 30 минут ФИО1 позвонил ему в мессенджере «WhatsApp», сообщил, что скоро подъедет к больнице. Он оделся и стал ждать ФИО1 на улице около запасного выхода. ФИО1 подошел к нему около 17 часов 00 минут, он передал последнему электронные весы, которые тот убрал в куртку, затем ФИО1 достал из кармана куртки пакет «зип-лок» с сыпучим веществом светлого цвета и часть отсыпал ему во фрагмент бумаги. Зайдя в палату, он часть выкурил, а оставшуюся часть наркотического средства хранил во фрагменте бумаги, которую убрал в подворот шапки. 14 апреля 2025 года около 10 часов 00 минут он был задержан сотрудниками полиции около <адрес> в г. Североуральске, доставлен в отдел полиции, где в ходе личного досмотра у него из подворота шапки изъяли бумажный сверток с наркотическим средством, которое он приобрел накануне у ФИО1

Данные показания свидетель Свидетель №3 подтвердил на очной ставке с ФИО1 (том 2, л. д. 189-193).

Из показаний свидетеля Свидетель №5 следует, что он проходит лечение в <...> г. Североуральска, более 6 месяцев проживает в палате <№>. В палате <№> проживает Свидетель №3 13 апреля 2025 года около 15 часов 05 минут к нему обратился Свидетель №3 с просьбой занять 500 рублей, на что он согласился. Свидетель №3 продиктовал ему номер сотового телефона, на который через систему быстрых платежей он сделал перевод в размере 500 рублей.

Показания перечисленных свидетелей были последовательными и неизменными в ходе предварительного и судебного следствия, согласуются между собой, а также с другими собранными по делу доказательствами, поэтому судом первой инстанции правильно положены в основу приговора в отношении ФИО1 и ФИО2 Незначительные расхождения в показаниях свидетелей Свидетель №4, Свидетель №7, ( / / )10, Свидетель №1 объясняются вполне естественными свойствами человеческой памяти, данные расхождения были устранены путем оглашения показаний этих свидетелей, данных в ходе предварительного следствия. Оснований для оговора осужденных указанными свидетелями судебная коллегия не усматривает.

Кроме того, виновность ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений подтверждена письменными доказательствами:

- протоколом личного досмотра, согласно которому 14 апреля 2025 года у Свидетель №3 обнаружены и изъяты сотовый телефон «Honor» и бумажный сверток с наркотическим средством светлого цвета;

- протоколом осмотра изъятого у Свидетель №3 сотового телефона «Honor», в котором во вкладке «Контакты» под именем «( / / )39» сохранен абонентский номер <...>, находящийся в пользовании ФИО1 При открытии приложения «WhatsApp» обнаружены входящие соединения с пользователем «( / / )40 за 12 апреля 2025 года в 21 час 49 минут, 13 апреля 2025 года в 09 часов 36 минут, в 11 часов 20 минут, в 12 часов 02 минуты, в 12 часов 40 минут, в 14 часов 50 минут, а также чат переписки с пользователем «( / / )41» от 12 апреля 2025 года, 13 апреля 2025 года, из содержания которой следует, что Свидетель №3 12 апреля 2025 года обращался к ФИО1 по вопросу приобретения наркотического средства на сумму 5000 рублей, между ними была достигнута договоренность об оплате части стоимости наркотического средства цифровыми электронными весами, оплате двумя переводами в размерах 2000 рублей и 500 рублей, а оставшейся части в размере 500 рублей наличными при встрече;

- копией приговора Североуральского городского суда от 10 июля 2025 года в отношении Свидетель №3;

- протоколом, согласно которому при проведении 15 апреля 2025 года обыска в квартире по адресу: <адрес> по месту жительства ФИО2 и ФИО1 обнаружены и изъяты: 13 свертков в изоленте черного цвета с веществом, находившиеся в пластиковой банке белого цвета, 11 свертков в изоленте синего цвета с веществом, цифровые весы, блокнот с записями, планшет в чехле, сотовый телефон «Redmi» в корпусе белого цвета с разбитым экраном, 2 магнита, пакет с веществом белого цвета, 3 шприца, 11 свертков в изоленте зеленого цвета с веществом, 2 свертка в изоленте синего цвета с веществом, 10 свертков в изоленте черного цвета с веществом, 2 пакета «зип-лок» с веществом светлого цвета, 4 полиэтиленовых свертка с веществом белого цвета, сотовый телефон «Realme» в чехле с флеш-картой, 5 мотков изоленты;

- протоколами осмотра мест происшествия, согласно которым осмотрены участки местности:

в лесном массиве в 376 метрах от <адрес> в <адрес>, где ФИО1 и ФИО2 в ночь на 15 апреля 2025 года из тайника-закладки у основания дерева получили наркотическое средство;

за домом <адрес>, где 13 апреля 2025 года из тайника-закладки у основания дерева ФИО1 получил наркотическое средство;

у запасного входа в государственное бюджетное учреждение здравоохранения Свердловской области «<...> где 13 апреля 2025 года ФИО1 встретился со Свидетель №3 и передал ему бумажный сверток с наркотическим средством.

Вид и масса наркотического средства правильно установлены судом на основании справки об исследовании, заключений эксперта в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 01 октября 2012 года № 1002.

Экспертизы проведены экспертом, имеющим высшее образование, необходимый стаж работы по соответствующей экспертной специальности, заключения эксперта достаточно мотивированы, научно обоснованы, соответствуют требованиям ст. 204 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поэтому у судебной коллегии сомнений не вызывают.

Кроме того, виновность ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений доказана протоколом осмотра предметов, согласно которому в изъятом в ходе обыска в квартире по <адрес> блокноте обнаружены рукописные записи с географическими координатами места на окраине г. Нижнего Тагила, лесного массива на окраине г. Серова, лесного массива на окраине г. Североуральска. В ходе осмотра изъятого в ходе обыска планшета «Kenshi» установлено, что в нем имеется приложение «Почта Банк», при входе в которое путем ввода пароля установлено, что пользователем личного кабинета является Р. Карпеко, на его имя открыта банковская карта АО «Почта Банк» <№>. Из главного меню планшета осуществлен переход в мессенджер «Telegram», при просмотре содержимого которого установлено, что в нем осуществлен вход с аккаунта <...>» с абонентским номером <...>, находившегося в пользовании ФИО1, в указанном мессенджере имеется переписка с пользователем ( / / )43». В в профиле имеется аккаунт под именем «( / / )44» с адресом <...>» с рекламным объявлением о работе на магазин «<...>» с адресом сайта «<...>», а также условиях работы. В папке «Избранное» содержится сообщение от пользователя «( / / )45» от 13 апреля 2025 года следующего содержания: «<...>?» При осмотре сотового телефона «Realme», находившегося в пользовании ФИО2, установлено, что в нем установлена сим-карта сотового оператора «Теле2» с абонентским номером <...>, а также приложение «<...>». При входе в данное приложение установлено, что пользователем является «<...>» с именем <...>» с абонентским номером <...>, имеется текстовая переписка и голосовые сообщения с пользователем «( / / )46» с именем пользователя ( / / )49» от 14 апреля 2025 года, из содержания которых следует, что в вечернее время после 22 часов ФИО1 и ФИО2 заняты поиском автомобиля для поездки из г. Североуральска в г. Нижний Тагил, пользователь «( / / )50» просит их отправить свои фотографии и фотографии товара, в ответных сообщениях направлены отдельно фотографии ФИО2 и ФИО1, а также фотография свертка, указание ФИО1 сделать тайники в Карпинске определенного количества и веса (13*0,75, 10*1), нафасовать наркотическое средство массами 40*0,75, 15*1, с оплатой за работу в виде наркотического средства (5 граммов ваши), сделать 55 тайников в Карпинске, представить отчет; указание для ФИО2 расфасовать 10 свертков по 0,2 грамма, остальное - ФИО1 до 17 часов; ФИО2 согласовал вид упаковки («<...>?»), направил фотографию готовых свертков в изоленте с подписью «<...>». Из переписки с пользователем <...> следует, что последним 10 апреля 2025 года и 11 апреля 2025 года пересылались фотографии различных объектов; 13 апреля 2025 года направлен скриншот расписания поезда сообщением Бокситы – Нижний Тагил; 14 апреля 2025 года направлена фотография участка местности с координатами и указанием предмета поиска «<...>. В приложении «Bla Bla Car» установлено наличие поисковых запросов на поездки по маршрутам Североуральск – Нижний Тагил, Нижний Тагил – Североуральск; в истории поиска «Яндекс Браузера» имеются запросы о поиске квартир посуточно, покупке ювелирных весов, расписании поездов, заказе такси и стоимости поездки, поиске географических координат в районе г. Нижнего Тагила.

Также виновность ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений доказана заключением эксперта от 19 мая 2025 года № 2660, согласно которому изъятый в ходе обыска в жилище по <адрес> сотовый телефон «Redmi» с поврежденным экраном в содержимом внутренней памяти содержит переписку в программах обмена сообщениями, сведения об учетных записях пользователя в программах обмена сообщениями в браузере, файлы графических форматов, которые скопированы в соответствующие каталоги и записаны на оптический диск однократной записи, протоколом осмотра DVD-R диска, являющегося приложением к заключению эксперта от 19 мая 2025 года № 2660, согласно которому при открытии файла «<...>» имеется информация о пользователе мессенджера «Telegram» ( / / )51 с абонентским номером <...>, которым пользовался ФИО1 Имеется переписка с пользователем «( / / )52» за период с 14 апреля 2025 года, содержащая входящие сообщения со ссылкой на фотохостинг и информацией о характеристиках предмета поиска «<...>», инструкциями по безопасному извлечению предмета поиска, указаниям по направлениям движения, соответствующая по содержанию переписке в мессенджере «Telegram» в планшете «Kenshi», принадлежащем ФИО2 При открытии файла «WhatsApp Messenger.xlsx» имеется информация об исходящих звонках с пользователем «( / / )53» с абонентским номером <...>, находящимся в пользовании Свидетель №3, состоявшихся 12 апреля 2025 года в 10 часов 38 минут 02 секунды, в 16 часов 49 минут 51 секунду, 13 апреля 2025 года в 04 часа 01 минуту 28 секунд, в 04 часа 36 минут 04 секунды, в 06 часов 20 минут 05 секунд, в 07 часов 02 минуты 05 секунд, в 07 часов 40 минут 54 секунды, в 09 часов 50 минут 12 секунд, 14 апреля 2025 года в 06 часов 01 минуту 23 секунды, в 06 часов 31 минуту 13 секунд. При просмотре папки «Telegram.files» установлено наличие папки «Аудиозаписи», содержащей 150 аудиофайлов с голосовыми сообщениями с голосами ФИО1, ФИО2, Свидетель №3 и других людей, содержание которых связано с незаконным оборотом наркотических средств. При просмотре папок с графическими изображениями установлено наличие фотографии ФИО1 в квартире ФИО2; многочисленных фотографий с изображением участков местности и различных строений, содержащих описание в каждой нижней фотографии, сделанных в г. Краснотурьинске, в пос. Калья г. Североуральска, выполненных в классическом методе фотографирования тайников-закладок: первое фото детальное, второе обзорное, наличие координат места закладки с наличием на некоторых детальных фотографиях свертков с датами последнего изменения в свойствах файлов 01 апреля 2025 года, 05 апреля 2025 года, 06 апреля 2025 года и 08 апреля 2025 года. При сравнении с фотографиями из приложения «Telegram» ФИО2 установлены их совпадение и идентичность.

Экспертиза проведена экспертом, имеющим высшее техническое образование, длительный стаж работы по соответствующей экспертной специальности, заключение эксперта мотивировано, научно обосновано, соответствует требованиям ст. 204 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поэтому у судебной коллегии сомнений не вызывает.

Оценив все перечисленные доказательства по делу в совокупности, суд пришел к правильному выводу о виновности ФИО1 и ФИО2 во вмененных им преступлениях. При этом доводы осужденного ФИО1 об его отказе от совершения преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, доводы адвоката Ермолаевой Н.Л. о недоказанности участия ФИО1 в совершении преступлений судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку они опровергаются собранными по делу доказательствами.

Судебная коллегия не усматривает оснований не соглашаться с выводами суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в покушении на незаконный сбыт наркотического средства, совершенный в крупном размере, организованной группой, с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), а ФИО1, кроме того, в незаконном сбыте наркотического средства, совершенном в значительном размере, с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»). Деяние ФИО1 и ФИО2 по ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, а деяние ФИО1, кроме того, по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, квалифицированы правильно. Доводы осужденного ФИО1 о переквалификации совершенных им деяний с ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, а с п. «б» ч. 3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает основанными на неверном толковании уголовного закона.

Вопреки доводам осужденных, квалифицирующий признак совершения преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, в составе организованной группы нашел свое подтверждение в ходе судебного следствия.

В соответствии с ч. 3 ст. 35 Уголовного кодекса Российской Федерации признаками организованной группы являются совершение преступления устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений, при этом каждый из ее членов может не принимать участия в выполнении объективной стороны преступления, так как между ними имеет место четкое распределение функций по совершению преступлений. Об устойчивости группы свидетельствует не только тесная взаимосвязь ее членов, постоянство форм и методов преступной деятельности, но и тщательная подготовка и планирование преступлений, выполнение соучастниками строго определенных функций в рамках единого механизма преступлений, свидетельствующее о детальном распределении ролей в преступной группе.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ФИО1 и ФИО2 совершили преступление в составе организованной группы, поскольку в указанной группе былип четко распределены роли, в ней имелись ярко выраженный руководитель, операторы, функции участников группы были направлены на достижение общего преступного результата – незаконного сбыта наркотических средств.

Взаимодействие членов группы, в которую входили ФИО1 и ФИО2, связано с распределением ролей, каждый из участников группы осознавал наличие именно организованной группы, в рамках которой он действует совместно с иными соисполнителями, с которыми обменивался информацией для сбыта наркотиков, получал от них различные указания, наркотические средства, оплату за сбыт в виде денежных средств и (или) наркотического средства, что обеспечивало бесперебойную работу всей группы по сбыту наркотических средств. ФИО1 и ФИО2 были вовлечены в группу неустановленным лицом и от него были осведомлены о том, что они осуществляют преступную деятельность не самостоятельно, а совместно с другими лицами интернет-магазина «<...>», общение с которыми происходит через специальные программные приложения в сети «Интернет», получают указания от неустановленных операторов, использующих учетную запись <...> и иные учетные записи, о необходимости приобретения наркотика в оборудованных тайниках, его расфасовке на более мелкие объемы с последующим размещением в тайники-закладки с передачей информации кураторам – операторам интернет-магазина «<...>», использующим учетную запись <...> и иные учетные записи, то есть исполняли роли курьеров-закладчиков наркотических средств (ФИО1 – оптового), получали оплату криптовалютой либо в виде бесплатного наркотического средства.

Также суд правильно посчитал установленным, что руководитель организованной группы, в которую входили ФИО1 и ФИО2, используя технические средства связи, в программах персональной связи через сеть «Интернет» сообщал неустановленным операторам адреса мест нахождения приобретенных им партий наркотических средств, поручая распределить их между соучастниками с целью дальнейшего совместного незаконного сбыта через интернет-магазин «<...>». выполняя условия совместного преступного умысла, неустановленные операторы также через сеть «Интернет» передавали ФИО1 и ФИО2 адреса мест нахождения тайников, поручая забрать их, расфасовать и разместить в отдельных тайниках на территории конкретного города Свердловской области в размерах, необходимых для обеспечения бесперебойной деятельности интернет-магазина. В свою очередь ФИО1 и ФИО2, выполняя возложенные на них руководителем организованной группы обязанности, забирали из тайников наркотические средства, доставляли и незаконно хранили их по своему месту жительства, где фасовали на более мелкие партии, после чего помещали в оборудованные тайники на территории указанного оператором города Свердловской области, адреса мест нахождения которых в программах персональной связи через сеть «Интернет» передавали неустановленным операторам, а те, в свою очередь, информацию о местах нахождения тайников через сеть «Интернет» размещали на сайте интернет-магазина «<...>» для дальнейшего незаконного сбыта покупателям.

То обстоятельство, что ФИО1 и ФИО2 не знали лично других участников группы, ее точной структуры, вопреки мнению осужденных, как раз свидетельствует об организованности данной группы, При этом указанная организованная группа существовала достаточно длительное время.

Квалифицирующий признак совершения преступления с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») также нашел свое подтверждение в ходе судебного следствия.

В соответствии с п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 декабря 2022 года № 37 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере компьютерной информации, а также иных преступлениях, совершенных с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», преступление квалифицируется как совершенное с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», независимо от стадии совершения преступления, если для выполнения хотя бы одного из умышленных действий, создающих условия для совершения соответствующего преступления или входящих в его объективную сторону, лицо использовало такие сети. В частности, по указанному признаку квалифицируется совершенное в соучастии преступление, если связь между соучастниками в ходе подготовки и совершения преступления обеспечивалась с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет» (при незаконном сбыте наркотических средств обеспечивалась связь между лицом, осуществляющим закладку наркотических средств в тайники, и лицом, передавшим ему в этих целях наркотические средства).

В ходе судебного следствия установлено, что связь между ФИО1, ФИО2 и неустановленным лицом обеспечивалась посредством приложений «Telegram», «WhatsApp», использование которых без сети «Интернет» невозможно, посредством этих приложений ФИО1 и ФИО2 получали информацию об оптовых закладках с наркотическими средствами, посредством этих же приложений должны были направлять неустановленному лицу информацию об оборудованных ими мелкорозничных закладках с наркотическими средствами, поэтому суд правильно посчитал доказанным, что преступление ФИО1 и ФИО2 совершили с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), с чем соглашается судебная коллегия.

Несмотря на то, что передача ФИО1 Свидетель №3 наркотического средства 13 апреля 2025 года состоялась при личной встрече, но подыскание источника незаконного приобретения наркотического средства осуществлено с использованием сотовых телефонов, посредством которых ФИО1 и Свидетель №3 созванивались в интернет-мессенджере «WhatsApp» о приобретении последним у ФИО1 наркотического средства, о готовности передать наркотическое средство, поэтому судебная коллегия считает правильным вывод суда о совершении ФИО1 данного преступления с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»).

Оснований для признания добровольной выдачи наркотического средства в действиях ФИО1 и ФИО2 судебная коллегия не усматривает.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», в силу примечания 1 к статье 228 Уголовного кодекса Российской Федерации освобождение лица от уголовной ответственности за совершение предусмотренного ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации преступления возможно при наличии совокупности двух условий: добровольной сдачи лицом наркотических средств и его активных действий, которые способствовали раскрытию или пресечению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, изобличению лиц, их совершивших, обнаружению имущества, добытого преступным путем.

Добровольная сдача наркотических средств означает выдачу лицом таких средств представителям власти при наличии у этого лица реальной возможности распорядиться ими иным способом.

При задержании лица, а также при проведении следственных действий по обнаружению и изъятию наркотических средств выдача таких средств по предложению должностного лица, осуществляющего указанные действия, не может являться основанием для применения примечания 1 к ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Материалами уголовного дела установлено и следует из постановления о проведении обыска, сотрудники полиции располагали информацией о причастности ФИО1 к незаконному сбыту Свидетель №3 наркотического средства, при проведении обыска в квартире информация о причастности ФИО1 и ФИО2 к незаконному сбыту наркотического средства подтвердилась, поэтому сообщение ФИО1 и ФИО2 сотрудникам полиции о наличии у них наркотического средства было вынужденным.

Кроме того, применение примечания 1 возможно только в отношении лиц, совершивших преступления, предусмотренные ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, а ФИО1 и ФИО2 осуждены за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, поэтому примечание 1 к ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации применению в отношении них не подлежит.

При назначении ФИО1 и ФИО2 наказания судом в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации учтены характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, относящихся к категории особо тяжких преступлений, данные о личностях осужденных, наличие смягчающих и отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление виновных и на условия жизни их семей.

Судом правильно учтено, что ФИО1 совершил два особо тяжких преступления, а ФИО2 одно особо тяжкое преступление.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом обоснованно учтены: в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации – активное способствование расследованию преступлений, в соответствии с ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации – признание вины, состояние здоровья осужденного, наличие хронических заболеваний, инвалидности 3 группы, наличие психического расстройства.

Также судом правильно принято во внимание, что ФИО1 в браке не состоит, несовершеннолетних детей не имеет, по месту временной регистрации не проживал, со стороны соседей характеризуется отрицательно, принимал участие в благотворительных акциях, за что имеет благодарность от общественной организации «Золотые руки ангела».

Учтено судом и заключение комиссии экспертов от 20 ноября 2025 года № 1-2309-25, в соответствии с которым ФИО1 обнаруживал в момент совершения инкриминируемых ему деяний и обнаруживает в настоящее время признаки психических расстройств – <...>, в настоящее время воздержание (опиоиды, ремиссия по самоотчету с 2024 года, психостимуляторы, алкоголь), но в условиях, исключающих употребление, средняя (вторая) стадия (полинаркомания+алкоголизм). Вышеуказанные психические расстройства у ФИО1 не являются хроническими или временными психическими расстройствами.

В качестве смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств судом обоснованно учтены: в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации – активное способствование расследованию преступлений, в соответствии с ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации – признание вины, состояние здоровья осужденного, наличие у него хронических заболеваний, инвалидности 3 группы, наличие психического расстройства, оказание помощи в быту близким родственникам.

Также судом правильно принято во внимание, что ФИО2 в браке не состоит, несовершеннолетних детей не имеет, по месту жительства жалоб на его поведение не поступало.

Учтено судом и заключение комиссии экспертов от 04 июня 2025 года № 2-1068-25, в соответствии с которым ФИО2 обнаруживал во время совершения инкриминируемого ему деяния и обнаруживает в настоящее время психическое расстройство – <...>. ФИО2 обнаруживал и обнаруживает психическое и поведенческое расстройство – <...>, то есть является больным наркоманией. Проявления данных психических расстройств начались задолго до юридически значимой ситуации. У ФИО2 в юридически значимый период времени отсутствовали признаки какого-либо психотического расстройства; в период, относящийся к совершению инкриминируемого деяния, он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Выявленное у ФИО2 психическое расстройство не связано с возможностью причинения им существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц, поэтому ФИО2 в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается, но нуждается в прохождении лечения от наркомании и медицинской и социальной реабилитации как больной наркоманией. Имеющееся у ФИО2 психическое расстройство не обуславливает значимых нарушений интеллектуальной и волевой сферы, поэтому в настоящее время ФИО2 может понимать значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, способен к совершению действий, направленных на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей.

Судебная коллегия не усматривает иных обстоятельств, которые могли быть учтены в числе данных о личностях или признаны смягчающими в порядке ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих (ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации), но не учтенных судом на момент постановления приговора в отношении ФИО1, ФИО2

Отягчающим наказание осужденных обстоятельством в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации обоснованно признан рецидив преступлений, вид которого у ФИО1 в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 18 Уголовного кодекса Российской Федерации является опасным, у ФИО2 в соответствии с п. «б» ч. 3 ст. 18 Уголовного кодекса Российской Федерации – особо опасным.

Наказание ФИО1 за преступление, связанное со сбытом наркотического средства Свидетель №3, назначено в пределах санкции ч. 3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации с учетом положений ч. 2 ст. 68 Уголовного кодекса Российской Федерации; наказание ФИО1 и ФИО2 за преступление, связанное с покушением на сбыт наркотического средства, назначено в пределах санкции ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации с учетом положений ч. 3 ст. 66, ч. 2 ст. 68 Уголовного кодекса Российской Федерации, и является справедливым.

Окончательное наказание ФИО1 правильно назначено в соответствии с ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Оснований для смягчения назначенного ФИО1 и ФИО2 наказания за каждое преступление, а ФИО1 также и по совокупности преступлений, судебная коллегия не усматривает.

Никаких исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивом совершенных преступлений, поведением осужденных во время и после совершения преступлений, а равно иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений, по данному делу не имеется, поэтому оснований для назначения ФИО1 и ФИО2 наказания с применением ст. 64, ч. 3 ст. 68 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд правильно не усмотрел, с чем соглашается судебная коллегия.

Учитывая наличие отягчающего наказание обстоятельства – рецидива преступлений, вид которого у ФИО1 является опасным, у ФИО2 особо опасным, правовых оснований для назначения ФИО1 и ФИО2 наказания с применением положений ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также для изменения категории совершенных ими преступлений на менее тяжкие в соответствии с ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется.

Вид исправительных учреждений, в которых осужденным надлежит отбывать наказание, судом назначен правильно: ФИО1 в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации, - исправительная колония строгого режима; ФИО2 в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации, - исправительная колония особого режима.

Вопросы исчисления срока наказания, зачета времени содержания ФИО1 и ФИО2 под стражей в срок отбытия наказания, судьбы вещественных доказательств судом разрешены правильно.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, которые могли бы повлечь отмену или изменение приговора, органом предварительного следствия и судом не допущено. Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Судебное следствие по делу проведено в соответствии со ст. ст. 273-291 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации с предоставлением сторонам обвинения и защиты равных возможностей по представлению и исследованию доказательств. Вопреки доводам адвоката, все заявленные ходатайства разрешены в соответствии с законом.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20 ч. 1 п. 1, 389.26, 389.28 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Североуральского городского суда Свердловской области от 26 января 2026 года в отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1, адвоката Ермолаевой Н.Л. - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня оглашения, может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня получения копии апелляционного определения в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г. Челябинске. В случае подачи кассационных жалоб, представления осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий С.В. Шестаков

Судьи: Е.П. Ростовцева

Т.В. Серебрякова