Решение № 2-149/2020 2-149/2020~М-99/2020 М-99/2020 от 12 июля 2020 г. по делу № 2-149/2020

Дело №2-149/2020


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

13 июля 2020 года с. Мухоршибирь

Мухоршибирский районный суд Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Тимофеевой Н.С.

при секретаре Молдовановой Н.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Обращаясь в суд с иском к прокурору Мухоршибирского Республики Бурятия, ФИО1 просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб. В обоснование иска указал, что ДД.ММ.ГГГГ был задержан прокуратурой Мухоршибирского района Республики Бурятия и водворен в ИВС ОВД по <адрес> РБ. По постановлению прокурора ФИО3 в периоды с 1) с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ; 2) с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ; 3) с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ; 4) с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ он содержался в ИВС Мухоршибирского ОВД. В течение 40 дней он находился в бесчеловечных условия, «унижающих его человеческое достоинство», испытывал чувства страха, огорчения, беспомощности, беспокойства, потерял аппетит и сон. Просит взыскать с ответчика компенсацию причиненного морального вреда в размере 40 000 рублей.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ произведена замена ответчика прокурора <адрес> Республики Бурятия на Министерство финансов Российской Федерации. В качестве третьего лица привлечена Прокуратуру Республики Бурятия.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ привлечено в качестве соответчика Министерство внутренних дел Российской Федерации.

В судебном заседании ФИО1, содержащийся в <данные изъяты> исковые требования поддержал. Пояснил, что моральный вред заключается в его содержании больше установленного срока в ИВС на основании постановлений прокурора, в связи с чем он не мог в это время общаться с родственниками посредством свиданий и телефонных переговоров и принять душ. На ненадлежащие условия содержания в ИВС он не указывает, акцентирует внимание на содержание в ИВС свыше 10 суток, что отражено в решении суда от ДД.ММ.ГГГГ. Имеет «претензии» к прокуратуре, а не к Отделу внутренних дел, поскольку был этапирован в ИВС по постановлению прокурора ФИО3.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации по доверенности ФИО4 просила рассмотреть дело в ее отсутствии.

Представитель соответчика Министерство внутренних дел Российской Федерации по доверенности ФИО5 с исковыми требованиями не согласился, пояснил, что имеется основание для прекращения производства по делу, поскольку решением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ истцу было отказано в удовлетворении аналогичных требований. Кроме того, истцом не представлено доказательств, что он претерпел моральные страдания за время содержания в ИВС.

Представитель третьего лица Прокуратуры Республики Бурятия по доверенности ФИО2 с исковыми требованиями не согласилась, указала, что отсутствуют основания для компенсации морального вреда.

Суд, выслушав мнения участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующему основаниям.

В соответствии со ст. 3 Конвенции от 04.11.1950 г. "О защите прав человека и основных свобод" и ч. 2 ст. 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие состава правонарушения, включающего: а) наступление вреда; б) противоправность поведения причинителя вреда; в) причинную связь между двумя первыми элементами и г) вину причинителя вреда. Перечисленные основания признаются общими, поскольку для возникновения деликтного обязательства их наличие требуется во всех случаях, если иное не установлено законом.

Статья 151 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу положений ст. 150 ГК РФ к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Исходя из правовой позиции, изложенной в судебных актах Европейского суда по правам человека, ненадлежащие условия содержания лиц в отведенных для этого местах указывают на несовместимость этих мер с уважением человеческого достоинства. Применение мер уголовного принуждения не должно причинять гражданину лишения или страдания в большей степени, чем уровень страданий, неизбежный при лишении свободы. При этом обеспечение уважения достоинства лиц, содержащихся под стражей в связи с подозрением в совершении преступления, не ставится в зависимость от финансовых или материально-технических трудностей.

Согласно ст. 1 Закона РФ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» № 103-ФЗ от 15.07.1995 г., настоящий Федеральный закон регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с УПК РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В силу ст. 4 указанного Закона, содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, а также международными договорами РФ и не должны сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Как установлено ст. 7 Закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 г., местом содержания под стражей являются изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел. В силу ст. 9 указанного Закона изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел предназначены для содержания под стражей, задержанных по подозрению в совершении преступлений.

Согласно ст.13 Закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 г. подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в следственных изоляторах, могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца.

Как следует из материалов дела, приговором <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.30 ч.3 – 131 ч.2 п. «в, д», 105 ч.2 п. «к», 131 ч.3 п. «в», 105 ч.2 п. «а, к» УК РФ и ему на основании ч.3 ст.69 УК РФ окончательно назначено пожизненное лишение свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Истец ФИО1 постановлениями от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ был этапирован из <данные изъяты> в ИВС Мухоршибирского РОВД.

Согласно справке ИВС ОМВД РФ по <адрес> и сообщению ОМВД РФ по <адрес> Книга учета лиц, содержащихся в ИВС №, от ДД.ММ.ГГГГ, уничтожена в связи с истечением сроков хранения. (10 лет).

ФИО1, имея возможность осуществить защиту своих прав, предусмотренными гражданским законодательством, способами защиты, на протяжении длительного периода времени в суд с данным иском не обращался. Не обращение в суд в разумные сроки привело к невозможности исследования судом вследствие уничтожения вышеперечисленных документов, которые могли бы подтвердить или опровергнуть юридически значимые обстоятельства.

Пунктом 3 статьи 10 ГК РФ закреплена презумпция разумности и добросовестности действий субъектов гражданского права. Неразумное и недобросовестное поведение приравнивается названным Кодексом к злоупотреблению правом.

Обращаясь в суд, истец указывает, что подлежит возмещению моральный вред, причиненный в результате того, что он находился больше положенного срока в ИВС, что причинило ему физические и нравственные страдания.

Как следует из решения <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ вступившего в законную силу в удовлетворении иска ФИО1 к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Мухоршибирский» и Управлению Федерального казначейства по Республике Бурятия о компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей – отказано.

При этом судом указано, что ФИО1 дважды, в период с ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>), и с ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) ДД.ММ.ГГГГ, находился в изоляторе свыше установленного ст. 13 федерального закона 10-суточного срока, указанное нарушение было эпизодическим, не носило системного, длительного характера.

Кроме того, истец не доказал, что из-за превышения установленного срока он не имел возможности «принять душ».

В силу ч.2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса России, установленные указанным решением по данному делу между теми же сторонами имеют преюдициальное значение при разрешении настоящего спора.

В материалах дела отсутствуют и стороной истца вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств тому, что он подвергался унижающему человеческое достоинство обращению.

Следовательно, отсутствует совокупность вышеуказанных признаков, при наличии которых возможно наступление деликтной ответственности ответчика по возмещению морального вреда истцу, ввиду чего, исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Бурятия через Мухоршибирский районный суд Республики Бурятия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 17.07.2020.

Судья Н.С. Тимофеева