Апелляционное определение № 22-258/2026 от 1 апреля 2026 г.

Дело № 22-258/2026 Судья Агарков А.Н.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

2 апреля 2026 г. г. Орёл

Судебная коллегия по уголовным делам Орловского областного суда в составе

председательствующего Зуенко О.С.,

судей Феклиной С.Г., Рогачева А.В.

при ведении протокола помощником судьи Коротченковой Ю.В., секретарем Левкиной В.В.,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным представлению прокурора Заводского района г. Орла Ничипорчука В.Н., жалобам осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Трубникова С.Н. на приговор Заводского районного суда г. Орла от 28 ноября 2025 г., по которому

ФИО1, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, с высшим образованием, женатый, имеющий на иждивении несовершеннолетнего ребенка, военнообязанный, генеральный директор ООО «Зодчий», зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, несудимый,

осужден по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 2 годам лишения свободы в колонии общего режима.

Мера пресечения ФИО1 изменена, он взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, в срок отбытия наказания зачтено время содержания под стражей с 28 ноября 2025 г. до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы; в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ зачтен период нахождения осужденного под домашним арестом с 30 июля по 27 ноября 2025 г. из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Сохранен арест на земельные участки, принадлежащие ФИО1, разрешена судьба вещественных доказательств, признано право на удовлетворение гражданского иска к ФИО1 о возмещении вреда, причиненного преступлением, иск передан на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Заслушав доклад судьи Феклиной С.Г., изложившей обстоятельства дела, доводы, содержащиеся в апелляционных представлении и жалобах, выступление государственного обвинителя Туренко К.О. об изменении приговора по доводам апелляционного представления, осужденного ФИО1 в режиме видео-конференц-связи и его защитника - адвоката Трубникова С.Н. об оправдании осужденного, судебная коллегия

установила:

по приговору ФИО1 признан виновным в хищении бюджетных денежных средств, выделенных Орловской областью в лице Департамента дорожного хозяйства, транспорта и реализации государственных строительных программ (далее – Департамент), путем обмана, в особо крупном размере (8 747 956,00 рублей).

Преступление совершено в период с 19 сентября 2018 г. по 10 августа 2020 г. в г. Орле при обстоятельствах, установленных и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину по предъявленному обвинению не признал, полагал необходимым квалифицировать его действия по ч. 1 ст. 238 УК РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель, полагая приговор несправедливым вследствие назначения чрезмерно мягкого наказания, указывает об особой общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, которое подрывает авторитет государственной власти, деформирует правосознание граждан, создавая у них представление о возможности удовлетворения личных интересов путем мошенничества, просит усилить осужденному наказание до 6 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 800 000 руб. Считает неверным выводы суда о признании смягчающим наказание обстоятельством - выполнение ООО «Зодчий» гарантийных обязательств в качестве смягчающего наказание обстоятельства по п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, поскольку какие-либо действия по отношению к потерпевшему осужденным не совершались, полагает необходимым учесть данные обстоятельства в качестве смягчающих по ч. 2 ст. 61 УК РФ.

В апелляционных жалобах осужденный и его защитник считают приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, просят его отменить, оправдав ФИО1 Указывают, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, нарушен принцип состязательности сторон, приговор основан на предположениях, назначено чрезмерно строгое наказание. Дублируя позицию, изложенную в суде первой инстанции, ссылаются на отсутствие в деле доказательств наличия у осужденного умысла и корыстного мотива на хищение бюджетных денежных средств, выделенных на строительство фельдшерско-акушерского пункта (далее – ФАП); указывают на устранение (ремонт) фирмой ФИО1 в рамках гарантийных обязательств всех выявленных недостатков и разрушений, в результате чего, фельдшерский пункт в настоящее время функционирует в нормальном режиме. Обращают внимание, что руководство Сосковской ЦРБ к осужденному по техническому состоянию здания претензий не имеет.

Осужденный ФИО1 кроме того считает, что ни следователем, ни судом не установлен способ совершения мошенничества (обманом либо злоупотреблением доверия), не установлен размер похищенных средств, не указан механизм изъятия денег со счетов ООО «Зодчий» лично ФИО1, не проведена бухгалтерская экспертиза сумм, реально затраченных на строительство ФАПа. Отмечает, что судом не принято во внимание устранение недостатков и акты выполненных работ в рамках заключенного мирового соглашения между «Орелгосзаказчик» и ООО «Зодчий», которые свидетельствует об отсутствии в его действиях (как гендиректора и единственного учредителя ООО «Зодчий») состава преступления. Указывает, что сумма контракта составляла 8 888 384 руб., вместе с тем на строительство ФАПа потрачено только 8 747 956 руб., что, по мнению осужденного, также свидетельствует об отсутствии умысла на хищение выделенных бюджетных средств; отмечает, что на 2024 г. стоимость построенного ФАПа составила 9 253 967 руб., следовательно, заказчик после сдачи и введения в эксплуатацию объекта получил прибыль. Кроме того, указывает, что в ходе строительства ФАПа ООО «Зодчий» понесло расходы на уплату штрафа в размере 250 000 руб. за несвоевременную передачу объекта заказчику. Со ссылками на конкретные документы по делу, указывает, что все полученные денежные средства по контракту пошли на строительство ФАПа, наступление гарантийного случая произошло только спустя 3,5 года после сдачи в эксплуатацию, а выводы об аварийности и непригодности ФАПа к использованию фактически опровергаются показаниями свидетелей и имеющимися в деле документами. Отмечает, что ссылка суда первой инстанции на п. 30 Пленума Верховного суда от 30 ноября 2017 г. №48 некорректна, поскольку никакое имущество менее ценным не заменялось, при этом безналичные денежные средства являются имущественным правом и не охватываются вышеуказанным пунктом Пленума. Обращает внимание на противоречивость предъявленного обвинения, которое не позволило ему в полной мере осуществить свое право на защиту: где-то по тексту обвинительного заключения указано на «хищение денежных средств», где-то на «хищение имущества», что составляет разные объекты гражданского права согласно ст. 128 ГК РФ. Полагает незаконным вывод суда о совершении им преступления по ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере), тогда как обвинительное заключение содержало в себе, в том числе, обвинение в мошенничестве с использованием служебного положения (ч. 3 ст. 159 УК РФ). Просит признать недопустимым доказательством заключение эксперта №825/3-1-23 от 25 декабря 2023 г., подробно анализируя его содержание, полагает его несоответствующим положениям ст. 204 УПК РФ.

Адвокат Трубников С.Н. обращает внимание на сведения, характеризующие ФИО1 как исключительно положительного человека, честного и порядочного бизнесмена, имеющего семью, детей, престарелых родителей - инвалидов, а также на факт исполнения гарантийных обязательств по ФАПу в полном объеме, что, по мнению защитника, свидетельствует об истинности показаний осужденного и необоснованности предъявленного обвинения.

Выслушав стороны, проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных представлении и жалобах, судебная коллегия приходит к следующему.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционных жалобах стороны защиты, вина осужденного ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, объективно подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств, полно, всесторонне исследованных судом и приведенных в приговоре.

К таковым отнесены показания:

- представителя потерпевшего ФИО16 об обстоятельствах заключения в сентябре 2018 г. контракта КУ «Орелгосзаказчик» с ООО «Зодчий» на строительство ФАПа в д. Мураевка Сосковского района Орловской области (цена контракта 8 888 384 руб.), финансирование которого осуществлял Департамент; о сдаче в эксплуатацию объекта осенью 2020 г., частичном разрушении ФАПа в марте 2023 г., проведении ремонтных работ ООО «Зодчий» по гарантийным обязательствам. Указала, что каких-либо возмещения денежных средств от осужденного в адрес Департамента не производилось;

- свидетеля – и.о. главного врача Сосковской ЦРБ Свидетель №5, пояснившей, что на балансе ЦРБ с 2020 г. находится ФАП в д. Мураевка, который в марте 2023 г. частично разрушился: треснули стены, осел пол, деформировались дверные проемы и межкомнатные перегородки; ФАП не работал, граждане обращались за медицинской помощью в с. Сосково либо в город Орел, медпомощь людям также оказывалась передвижным ФАП; ООО «Зодчий» в ходе выполнения гарантийных обязательств производил восстановительные работы;

- свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4, о том что проектная документация и инженерные изыскания по ФАПу в д. Мураевка были разработаны с учетом рельефа и условий местности, соответствовали требованиям технических регламентов; по мнению свидетелей разрушение ФАПа могло произойти из-за недостаточного уплотнения грунтового основания пола;

- свидетеля Свидетель №10 о том, что он работал прорабом на строительстве ФАПа в д. Мураевка, в ходе строительных работ был ошибочно выкопан котлован глубже необходимого, который ФИО1 указал им засыпать выкопанным строительным мусором с послойным трамбованием; при этом трамбование указанного мусора имело низкую эффективность, поскольку мусор представлял собой битый кирпич, куски асфальта и щебень;

- свидетелей Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №8, подтвердивших факт засыпки котлована помимо песка строительным мусором с послойным трамбованием;

- свидетеля Свидетель №2, согласно которым он являлся куратором ФАПа в д. Мураевка, им осуществлялся прием выполненных работ, контроль за соответствием строящегося объекта проектно-сметной документации.

Суд первой инстанции обоснованно положил в основу приговора последовательные показания указанных представителя потерпевшего и свидетелей, и вопреки доводам апелляционных жалоб, дал надлежащую оценку показаниям всех допрошенных лиц, обоснованно не усмотрел оснований для оговора ими осужденного. Не имеется в их показаниях и каких-либо существенных противоречий, способных оказать влияние на установление фактических обстоятельств дела.

Кроме вышеизложенных показаний представителя потерпевшего и свидетелей, вина осужденного объективно подтверждается исследованными судом письменными доказательствами: сведениями, изложенными в документах, подтверждающих заключение контракта №23-ЗД с ООО «Зодчий», о стоимости выполненных работ и затрат, о приемке выполненных работ, о поступлении денег на счет ООО «Зодчий» в размере 8 747 956 руб.; сведениями из протокола осмотра места происшествия от 25 апреля 2023 г., в котором отражены внутренние повреждения ФАПа в д. Мураевка; данными, изложенными в заключении «ОДСК-Инжиниринг» № 2491 от 15 ноября 2023 г. в том числе о том, что фактически выполненные элементы фундаментов не соответствуют заявленным проектом; выводами заключения экспертизы №825/3-1-23 от 25 декабря 2023 г. о применении при строительстве ФАПа строительных материалов несоответствующих проекту, повлекших проседание полов до 12 см., разрушение внутренних перегородок; данными, отраженными в комплекте документов, согласно которым ФИО1 является генеральным директором ООО «Зодчий» и несет ответственность, предусмотренную законом, за деятельность общества и иными доказательствами.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, все обстоятельства, подлежащие в соответствии со ст.73 УПК РФ доказыванию по уголовному делу, судом установлены. Каких-либо дефектов в представленных суду доказательствах, позволяющих констатировать их недопустимость, не имеется и судом справедливо не установлено.

Вопреки доводам жалобы ФИО1 в ходе судебного разбирательства эксперт ФИО10, будучи предупрежденной об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, подтвердила в суде выводы экспертного заключения №825/3-1-23 от 25 декабря 2023 г. в полном объеме, пояснила об имевших место технических ошибках при оформлении заключения (ошибочное указание в тексте даты поступления в ЛСЭ постановления следователя 29 августа 2023 г., ссылку на исследование ФАПа в с. Мужиково).

Свидетель ФИО11 в ходе судебного разбирательства, будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, подтвердил, что датой изъятия проб грунта следует считать 14 ноября 2023 г., вместо 17 сентября 2023 г., как и отражено в протоколе №154, а также подробно пояснил о месте и способе отбора пробы (т.8, л.д. 229, 233-236).

Специалист ФИО12 на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства 23 января 2025 г., будучи предупрежденной об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, подтвердил о проведении им действий по обследованию здания ФАПа 14 ноября 2023 г., выявлению просадки неуплотненного грунта при вскрытии конструкции и пола, вследствие чего просели полы, разрушились перегородки (т.8, л.д. 198-202).

Всем вышеуказанным, в том числе показаниям представителя потерпевшего, свидетелей обвинения и иным, положенным в основу обвинительного приговора доказательствам судом первой инстанции дана оценка в соответствии с правилами ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения их достоверности, относимости, допустимости, а в совокупности - достаточности для разрешения дела. При этом суд указал мотивы и основания, почему он принимает одни доказательства и отвергает другие, а доводы апелляционных жалоб об обратном судебная коллегия находит несостоятельными.

Все заключения экспертов выполнены с соблюдением требований ст. 204 УПК РФ, даны квалифицированными специалистами, выводы экспертов мотивированы, научно обоснованы и не вызывают сомнений в своей достоверности.

Нарушений прав участников судебного разбирательства при назначении и проведении экспертизы №825/3-1-23 от 25 декабря 2023 г., которые влияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов, не допущено. А доводы, изложенные в жалобах о том, что заключения экспертов, положенные в основу обвинительного приговора, являются недопустимыми доказательствами, в том числе по причине наличия в нем противоречивых дат, несущественных неточностей, несостоятельны.

Судом первой инстанции верно установлено и указано в приговоре о том, что ФИО1, являясь генеральным директором ООО «Зодчий», выполняя административно-хозяйственные и организационно-распорядительные функции в коммерческой организации, используя свое служебные полномочия, в период с 19 сентября 2018 г. по 10 августа 2020 г. в нарушение заключенного контракта от 19 сентября 2018 г. с КУ ОО «Орелгосзаказчик» по строительству фельдшерско-акушерского пункта с жильем в д. Мураевка Мураевского сельского поселения Сосковского района Орловской области по адресу: <...> «а», путем обмана, выразившегося в предъявлении КУ ОО «Орелгосзаказчик» заведомо ложных сведений об использовании строительных материалов, производимых работах при строительстве ФАПа с указанием недостоверной информации в актах о приемке выполненных работ и справках о стоимости выполненных работ и затрат (формы КС-2 и КС-3), получил с расчетного счета КУ ОО «Орелзаказчик» путем перечисления на расчетные счета ООО «Зодчий» в общей сумме 8 747 956,00 рублей, то есть совершил хищение бюджетных денежных средств Департамента дорожного хозяйства, транспорта и реализации государственных строительных программ в особо крупном размере. При этом как усматривается из материалов дела он преследовал цель получения незаконной выгоды имущественного характера для себя в виде разницы стоимости контракта и фактически выполненных работ.

Мотивы, по которым суд пришел к выводу о наличии преступного умысла у ФИО1 на хищение бюджетных денежных средств подробно аргументированы в приговоре, с ними соглашается судебная коллегия.

Занятая ФИО1 позиция относительно невиновности в инкриминируемом ему деянии обоснованно расценена судом как позиция защиты от предъявленного обвинения, не согласиться с данной оценкой оснований у судебной коллегии не имеется.

В ходе предварительного расследования и судебного следствия существенных нарушений, влекущих отмену приговора, или препятствующих вынесению судом законного решения по делу не допущено.

Доводы жалоб осужденного о наличии существенных нарушений при составлении обвинительного заключения, в том числе при описании преступного деяния, неверном указании на предмет преступления, судебная коллегия находит необоснованными, поскольку имеющееся в деле заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, а указание в обвинительном заключении на хищение денежных средств/имущества не являлось препятствием для постановления судом приговора.

Ссылка осужденного на различную правовую природу понятий «имущество» и «денежные средства» с точки зрения гражданского права на законность принятого решения не влияет. Неясности при изложении способа хищения «путем обмана» при описании действий ФИО1 как в обвинительном заключении, так и в приговоре, не имеется. Нарушений положений ст. 252 УПК РФ судебной коллегией не установлено.

Указание осужденного на нарушение его права на защиту ввиду квалификации судом его действий по ч. 4 ст. 159 УК РФ, тогда как обвинительное заключение содержало в себе обвинение по ч. 3 ст. 159 УК РФ не соответствует фактическим обстоятельствам дела и основано на неверном толковании норм уголовного закона. По смыслу закона при наличии в деянии лица нескольких квалифицирующих признаков, предусмотренных разными частями одной статьи УК РФ, преступление квалифицируется по более тяжкой части указанной статьи, при этом в описательно-мотивировочной части приговора перечисляются все установленные квалифицирующие признаки.

Доводы стороны защиты о том, что у ФИО1 отсутствовал корыстный умысел на совершение хищения денежных средств с приведением в обоснование своей позиции сведений о потраченной на строительство сумме ниже цены контракта и об обстоятельствах исполнения ООО «Зодчий» гарантийных обязательств; о наличии проектных ошибок при строительстве объекта в данной конкретной местности с пучинистым грунтом; о неустановлении размера реально причиненного ущерба с учётом затраченных на строительство средств и способа завладения ФИО2 денежными средствами, полученными по контракту, тщательно проверялись судом первой инстанции, не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного следствия и обоснованно признаны несостоятельными, не основанными на материалах дела.

Выводы суда первой инстанции о наличии у ФИО1 умысла на хищение денежных средств по контракту надлежаще мотивирован в приговоре, с таким выводом соглашается судебная коллегия.

Сведения, сообщенные свидетелями по делу о восстановлении ФИО1 ФАПа в рамках гарантийных обязательств, о его функционировании на момент постановления приговора не имеет правового значения для установления обстоятельств по настоящему уголовному делу ввиду того, что предметом рассмотрения были договорные отношения, связанные со строительством ФАПа в иной период.

Сведения о том, что ООО «Зодчий» осуществляло строительство разного рода объектов с 2003 г., прекращение уголовного преследования ФИО1 по обстоятельствам строительства ФАПа в Шаблыкинском районе, были известны при рассмотрении дела в суде первой инстанции и на выводы суда о виновности ФИО1 по событиям строительства ФАПа в д. Мураевка, квалификацию его действий, не влияют.

Согласно правовой позиции, закрепленной в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже, разбое», определяя размер похищенного имущества, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционных жалобах и заявленных в суде второй инстанции, размер ущерба, причиненного преступными действиями ФИО1 определен правильно.

Доводы осужденного о том, что им был выплачен штраф в размере 250 000 рублей за несвоевременную сдачу ФАПа, стоимость контракта была выше, чем фактически перечислено за сданный объект, понесены затраты денежных средств ООО «Зодчий» либо личных средства на восстановление ФАПа в рамках гарантийных обязательств не опровергают выводов суда о размере причиненного ущерба.

Утверждение стороны защиты о том, что права и интересы потерпевшего восстановлены в ходе разбирательства в Арбитражном суде при заключении и последующем исполнении мирового соглашения, а также о балансовой стоимости ФАПа на момент сдачи объекта свыше 9 млн. руб., несостоятельно.

Судебная коллегия отмечает, что содержание апелляционных жалоб осужденного по существу повторяет процессуальную позицию стороны защиты по предъявленному обвинению, которая была проверена при рассмотрении дела в суде первой инстанции и отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств. Доводы апелляционных жалоб стороны защиты фактически сводятся к переоценке положенных в основу приговора доказательств, основанием для отмены или изменения обжалуемого приговора не являются.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в том числе размер причиненного ущерба, не допустив при этом каких-либо противоречий.

Квалифицирующие признаки мошенничества - «с использованием служебного положения», «в особо крупном размере» нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, мотивированы в приговоре. Каких-либо оснований для переквалификации действий осужденного, в том числе на ст. 238 УК РФ, на что обращено внимание осужденным в суде первой инстанции, либо для его оправдания судебная коллегия не усматривает.

Как следует из протоколов судебного заседания и его аудиозаписи, судебное разбирательство по делу проведено в установленном законом порядке при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон. Не представляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. Нарушений процессуальных прав участников, повлиявших на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Не ставит под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 представленные защитником в суд второй инстанции сведения о соответствии построенного в 2020 г. ФАПа проектной документации – заключение № 19-20-С от 25 августа 2020 г., поскольку разрушение объекта последовало через некоторое время, ФАП был признан аварийным, после соответствующих исследований обнаружены недостатки при строительстве.

Факт осуществления ООО «Зодчий» строительных работ по восстановлению ФАПа в рамках гарантийного срока ни кем из сторон не оспаривается, принят судом во внимание при назначении наказания в качестве смягчающего обстоятельства.

Ссылки стороны защиты на мировое соглашение между УК ОО «Орелзаказчик» и ООО «Зодчий» о выполнении последним восстановительных работ по ФАПу, постановление об окончании исполнительного производства от 13 января 2025 г. по реализации мирового соглашения и акт свершения исполнительных действий от 10 января 2025 г. по выполнению решения Арбитражного суда от 2 октября 2024 г., а так же на сведения, изложенные в заключение специалиста № 281-ЗСот 4 февраля 2026 г. о том, что на дату обследования (январь-февраль 2026 г.) стоимость ФАПа составляет более 13 млн руб., о том, что в здании отсутствуют опасные деформации, дефекты, создающие риск внезапного разрушения строительных конструкций, оно не является аварийным и находится в работоспособном техническом состоянии и не угрожает жизни и здоровью неопределенного круга лиц, во внимание судебной коллегией не принимаются, поскольку не относятся к инкриминируемому ФИО1 периоду совершенного преступления.

При назначении ФИО1 наказания суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающее наказание (наличие малолетнего ребенка, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему), влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В числе данных о личности ФИО1 суд обоснованно учел положительные характеристики, семейное положение, возраст, <...>. Каких-либо обстоятельств, могущих послужить основанием для смягчения назначенного осужденному наказания, но не учтенных при назначении, материалы дела не содержат и судебная коллегия не усматривает.

Тот факт, что суд не учел в качестве смягчающего обстоятельства наличие у осужденного родителей с группой инвалидности, не является нарушением закона, который в ч. 1 ст. 61 УК РФ такого смягчающего обстоятельства не предусматривает. Признание данного обстоятельства смягчающим в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ отнесено законом к усмотрению суда, который своим правом в данном случае не воспользовался, не усмотрев для этого оснований, что также нарушением уголовного закона не является.

Доводы представления о неверном учете сведений о восстановлении ранее разрушенного ФАПа в рамках гарантийных обязательств как иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку сам факт учета этих действий смягчающим обстоятельством признан верно, и в целом соответствует требованиям закона. Необходимости в изменении формулировки при определении смягчающих обстоятельств не имеется.

Выводы суда о назначении наказания ФИО1 в виде лишения свободы, об отсутствии оснований для применения ч. 6 ст. 15, ст. 64, ст. 73 УК РФ являются правильными и обоснованными.

Вопреки доводам представления и жалоб, назначенное ФИО1 наказание по своему виду и размеру отвечает требованиям закона, соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного деяния, является справедливым и соразмерным содеянному, не является чрезмерно мягким либо чрезмерно суровым.

Вид исправительного учреждения ФИО1 определен в соответствии с п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ. Зачет времени содержания под стражей исчислен верно, вопрос о сохранении ареста на имущество осужденного в целях исполнения приговора разрешен правильно.

Вопрос о передаче вопроса о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства разрешен в соответствии с требованиями ст. 151 ГК РФ, ст.ст. 307, 309 УПК РФ, поскольку имелась необходимость производства дополнительных расчетов с учетом сведений о выполнении гарантийных обязательств и наличия возражений стороны защиты относительно размера предъявленных исковых требований.

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение, приговора и постановления, по делу не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Заводского районного суда г. Орла от 28 ноября 2025 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы, представление – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор могут быть поданы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции и подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи