Апелляционное постановление № 22-2333/2024 от 13 мая 2024 г. по делу № 1-79/2024

Судья Лобастова О.Е.

Дело № 22-2333


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 14 мая 2024 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Клементьевой О.Л.,

при секретаре судебного заседания Шарович Д.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Красильникова Д.С. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Пермского районного суда Пермского края от 4 марта 2024 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден по п. «б» ч. 2 ст. 264 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 2 годам ограничения свободы с установлением ограничений и обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 10 месяцев.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения;

срок отбывания наказания в виде ограничения свободы исчислен со дня постановки ФИО1 на учет уголовно-исполнительной инспекцией по месту его жительства;

исковые требования о компенсации морального вреда удовлетворены частично, с ФИО1 взыскано в пользу С. 250000 рублей;

арест на автомобиль «Chevrolet Lacetti», государственный регистрационный знак **, принадлежащий ФИО1 на праве собственности, наложенный постановлением судьи Пермского районного суда Пермского края от 14 декабря 2023 года, сохранен до исполнения приговора в части гражданского иска;

разрешены вопросы о вещественных доказательствах.

Изложив содержание приговора, существо апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав выступления осужденного ФИО1 и адвоката Красильникова Д.С., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Нечаевой Е.В. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным в том, что 17 сентября 2022 года в вечернее время, управляя автомобилем «Chevrolet Lacetti» государственный регистрационный знак **, двигаясь на 41 км автодороги «Пермь-Усть-Качка» со стороны г. Перми в направлении с. Усть-Качка, в нарушение абзаца 1 п. 10.1 и пунктов 9.9, 2.5 Правил дорожного движения, выбрал скорость, не обеспечивающую ему возможность осуществлять постоянный контроль за изменением дорожной обстановки и безопасностью дорожного движения, в результате чего выехал с проезжей части на обочину дороги, где допустил наезд на С., причинив ей тяжкий вред здоровью, после чего с места дорожно-транспортного происшествия скрылся.

В апелляционной жалобе адвокат Красильников Д.С. выражает несогласие с приговором, находит его незаконным и необоснованным. Ссылаясь на показания своего подзащитного, указывает, что ФИО1, проезжая по участку 41 км автодороги «Пермь-Усть-Качка», почувствовал удар в правую сторону автомобиля, при этом пешехода не видел, маневров не совершал, на обочину не выезжал, после наезда с места происшествия уехал, предположив, что наехал на животное, испугался, на следующий день обнаружил повреждения на автомобиле. Полагает, что оснований не доверять показаниям ФИО1 не имеется, поскольку они являются последовательными, непротиворечивыми и подтверждаются совокупностью доказательств. Так, в карте вызова скорой помощи со слов С. указано, что выходя на проезжую часть, она была сбита автомобилем; врач скорой медицинской помощи И. подтвердил, что записал в карте сведения, сообщенные потерпевшей. Обращает внимание, что в протоколе осмотра места происшествия место наезда не установлено, в схеме отражено лишь направления движения пешехода и автомобиля, на обочине следов шин нет. Указывает об отсутствии у ФИО1 необходимости съезда на обочину и умысла на причинение тяжкого вреда здоровью С. Обращает внимание, что его подзащитный является образцовым водителем, к административной ответственности за нарушения Правил дорожного движения не привлекался. Считает, что показания потерпевшей, находившейся в момент дорожно-транспортного происшествия в состоянии алкогольного опьянения, утверждавшей о том, что в момент наезда она находилась на обочине дороги, являются противоречивыми. Так, в ходе допроса она сообщала, что автомобиль, допустивший на нее наезд, был темного цвета, остановился на обочине и стоял несколько минут, тогда как автомобиль ФИО1 светлого цвета, ФИО1 не останавливался и на обочину не съезжал; при проверке показаний на месте - указала, что в момент наезда ноги у нее были вместе, в судебном заседании заявила, что ноги были расставлены, при этом отрицала наличие дорожной разметки, отделяющей обочину от проезжей части, при ее наличии. Ссылаясь на эмоциональное возбуждение С., вызванное ссорой с мужем, состояние алкогольного опьянения, ночное время, в силу которого последняя не могла контролировать положение своего тела относительно дорожной разметки, обозначающей край проезжей части, полагает, что потерпевшая заблуждается, указывая о своем положении на дороге в момент наезда и своих действиях непосредственно перед наездом, в связи с чем к ее показаниям о том, что в момент наезда она находилась на обочине, следует отнестись критически. Считает, что орган следствия и суд необоснованно отказали в проведении проверки показаний ФИО1 на месте происшествия с целью определения места наезда на пешехода и положения обнаруженного ФИО1 зеркала заднего вида, отделившегося при наезде. Учитывая, что при производстве автотехнических экспертиз не получила анализа версия ФИО1 о том, что на проезжую часть он не выезжал, считает заключения экспертов недопустимыми доказательствами. Полагает, что судом также необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о проведении медицинской экспертизы в целях выяснения вопроса о расположении тела С. относительно автомобиля. Указывает, что судом был нарушен принцип свободы оценки доказательств, поскольку суд в приговоре сослался на показания свидетеля И. о том, что С. сбил автомобиль на обочине дороги, в действительности таких показаний он не давал. Кроме того, суд при допросе указанного свидетеля выступил на стороне обвинения, снимая с рассмотрения неудобные вопросы, тем самым нарушил принцип равноправия и состязательности сторон. Просит приговор отменить, оправдать ФИО1 по предъявленному обвинению с признанием права на реабилитацию.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Форсюк Р.А., ссылаясь на несостоятельность приведенных в ней доводов, просит приговор оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы и возражений, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину не признал и показал, что 17 сентября 2022 года в вечернее время он управлял автомобилем на автодороге «Пермь-Усть-Качка» в направлении с. Усть-Качка. Двигаясь на 41 км указанной автодороги со скоростью 70 км/ч, он почувствовал удар о правую переднюю часть автомобиля, потерпевшую при этом не видел, предположил, что наехал на животное, испугался и уехал. На следующий день забрал с места ДТП правое зеркало от своего автомобиля. Согласен с тем, что допустил наезд на С., но без выезда на обочину.

Несмотря на занятую ФИО1 позицию, выводы суда о его виновности в совершении преступления, за которое он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств:

показаниями потерпевшей С., в соответствии с которыми 17 сентября 2022 года она шла пешком по правой обочине автодороги «Пермь-Усть-Качка» в п. Красный Восход. Определив по звуку и свету фар, что приближается автомобиль, она развернулась к нему лицом с целью его остановки, для чего выставила правую руку, после чего произошел удар автомобилем о ее правую ногу, от которого она упала. При этом ее ноги были расставлены, находилась на обочине, поскольку она чувствовала гравий. До ДТП она употребляла спиртное, но состояние алкогольного опьянения не ощущала, шла по гравию, на асфальт не выходила, также не выходила на проезжую часть и в момент наезда на нее автомобиля;

протоколом проверки показаний на месте, протоколом очной ставки, в ходе которых потерпевшая С. показала, что в момент наезда автомобиля она находилась на обочине;

показаниями свидетеля М., согласно которым 17 сентября 2022 года он ехал из г. Перми в с. Усть-Качка, увидел на правой обочине С. Остановившись, подошел к ней, у последней была сломана нога, там же справа на склоне лежало зеркало светлого цвета и защита колесной арки;

показаниями свидетеля И., в соответствии с которыми 17 сентября 2022 года он в составе бригады скорой помощи выехал на место ДТП, расположенное на 41 км автодороги «Пермь-Усть-Качка», где увидел на правой обочине С. с открытым переломом голени. У нее имелись признаки опьянения, но ее речь была разумной. С. сообщила ему, что она шла из своей деревни и вышла на проезжую часть, где на обочине автодороги стала ловить автомобиль в попутном направлении с целью доехать до дома своей матери, в этот момент ее сбил автомобиль, водитель скрылся. В карту вызова заносится краткая информация, поэтому им была внесена запись о том, что С. получила травму, когда выходила ловить машину на дорогу;

сообщением ГКБ имени М.А. Тверье о поступлении 17 сентября 2022 года С., которую сбил автомобиль, с предварительным диагнозом: сочетанная травма, открытый перелом правой голени, ЗЧМТ, СГМ;

протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 18 сентября 2022 года, из которого следует, что местом ДТП является 41 км автодороги «Пермь-Усть-Качка», расположенный вне населенного пункта; проезжая часть имеет горизонтальное сухое асфальтобетонное покрытие, дефекты дороги отсутствуют; дорожное покрытие для двух направлений; к проезжей части справа и слева примыкает обочина, за которыми с обеих сторон расположен кювет; на проезжей части нанесена дорожная разметка «1.2.1», «1.5»; место происшествия находится в зоне действия дорожных знаков: 6.13 «Километровый знак», 2.3.1 «Пересечение со второстепенной дорогой», 3.24 «Ограничение максимальной скорости»; условия, ухудшающие видимость, не установлены; освещение на момент осмотра отсутствует; видимость дороги 300 м; участок дороги не регулируется; следы торможения, иные следы шин, следы на поверхности дороги, образованные при перемещении транспортных средств, не обнаружены; установлено наличие переднего подкрылка автомобиля «Chevrolet Lacetti» со следами грязи;

протоколом осмотра автомобиля «Chevrolet Lacetti» государственный регистрационный знак ** от 19 сентября 2022 года, в ходе которого установлено отсутствие правого зеркала заднего вида, на капоте и бампере с правой стороны имеются вмятины и царапины, передняя блок-фара деформирована нижней частью во внутрь, на лобовом стекле в правом нижнем углу имеются трещины, на заднем пассажирском сидении обнаружено зеркало заднего вида, на крепеже которого имеются сколы;

заключениями экспертов № 741, № 863, согласно которым для обеспечения безопасности движения водитель автомобиля «Chevrolet» должен был руководствоваться требованиями пунктов 9.9, 10.1 Правил дорожного движения; в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации выполнение водителем «Chevrolet» требований пунктов 9.9, 10.1 Правил дорожного движения исключало возможность дорожно-транспортного происшествия; с технической точки зрения, действия водителя автомобиля «Chevrolet» не соответствовали требованиям пунктов 9.9, 10.1 Правил дорожного движения; в рассматриваемой дорожной ситуации для обеспечения безопасности движения пешеход должен был руководствоваться требованиями п. 4.1 Правил дорожного движения;

заключениями эксперта № 369 м/д, № 1176доп/369 м/д, в соответствии с которыми у С. имелись телесные повреждения: открытый фрагментарный перелом костей правой голени со смещением, рваная рана правой голени, закрытая травма груди в виде перелома 8-ого ребра справа, перелом остистого отростка 3-го шейного позвонка, ссадина на голове, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, образовавшиеся от ударных и плотно скользящих воздействий твердых тупых предметов при дорожно-транспортном происшествии.

Все представленные доказательства суд в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставил между собой и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора. При этом суд привел в приговоре убедительные мотивы, по которым он принял одни доказательства – вышеприведенные, а показания осужденного ФИО1 о том, что на обочину он не выезжал и Правила дорожного движения не нарушал, отверг как несостоятельные со ссылкой на конкретные доказательства.

Вопреки доводам жалобы, суд обоснованно положил в основу приговора показания потерпевшей С., поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Оснований полагать об оговоре ФИО1 потерпевшей не установлено. Каких-либо существенных противоречий в ее показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности ФИО1, судом апелляционной инстанции не установлено. Оснований не доверять показаниям С. у суда не имелось. Несмотря на наличие состояния алкогольного опьянения, она последовательно сообщала об обстоятельствах наезда на нее автомобиля на обочине, при этом ее показания согласуются с другими доказательствами по делу, исследованными судом. При таких обстоятельствах оснований не доверять показаниям потерпевшей не имеется.

Какие-либо существенные нарушения уголовного или уголовно-процессуального закона, в том числе и положений ст. 278 УПК РФ при допросе свидетеля И., которые могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного решения, не допущены. Само по себе удостоверение правильности замечаний на протокол судебного заседания в части ответа свидетеля И. не свидетельствует о незаконности обжалуемого судебного решения и несоответствии выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. Уголовное дело рассмотрено с соблюдением принципов уголовного судопроизводства, в том числе презумпции невиновности, свободы оценки доказательств, состязательности и равноправия сторон. Обстоятельства, свидетельствующие о необъективности или предвзятости суда при рассмотрении уголовного дела, не установлены. Судом были надлежащим образом проверены доказательства, представленные как стороной обвинения, так и защиты, каждому из которых дана оценка. Данные, указывающие на недостаточность досудебной и непосредственно судебной проверки по уголовному делу, необоснованных отказах в удовлетворении заявленных участниками уголовного судопроизводства ходатайств, отсутствуют.

Суд правомерно использовал в качестве доказательств заключения экспертов, проверив их на предмет допустимости, достоверности и относимости, учитывал при этом полноту проведенных исследований, логичность и непротиворечивость сделанных выводов во взаимосвязи с другими доказательствами по делу, руководствовался также положениями ч. 2 ст. 17 УПК РФ. Заключения экспертов по своему содержанию соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, они даны уполномоченными должностными лицами, имеющими значительный стаж работы в соответствующих областях экспертной деятельности (судебной медицины и автотехники), в рамках процедуры, установленной уголовно-процессуальным законом и ведомственными нормативными актами, с соблюдением методик исследования, содержат ответы на все поставленные перед экспертами вопросы, научно обоснованы, аргументированы, не имеют каких-либо противоречий и не вызывают сомнений в своей объективности. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. Каких-либо нарушений при назначении экспертиз, их проведении, оформлении результатов экспертных исследований не установлено. Оснований для признания заключений экспертов недопустимыми доказательствами у суда не имелось, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции эксперт Г. показал, что диафиз – это часть кости, у Н. согласно данным медицинских документов среди иных повреждений имелся открытый фрагментарный перелом костей (мало-и большеберцовой) правой голени со смещением, который в соответствии с п. 6.11.8 Приказа Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» относится к тяжкому вреду здоровья, вызывающему значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

В совокупности собранные по делу доказательства позволили суду первой инстанции прийти к правильному выводу о том, что ФИО1 в нарушение абзаца 1 п. 10.1 и пунктов 9.9, 2.5 Правил дорожного движения двигался со скоростью, которая не обеспечивала контроль за движением управляемого им автомобиля и за изменением дорожной обстановки, выехал на правую обочину автодороги, где допустил наезд на пешехода С., после чего скрылся с места дорожно-транспортного происшествия.

Допущенные ФИО1 нарушения Правил дорожного движения повлекли за собой дорожно-транспортное происшествие, в результате которого С. причинен тяжкий вред здоровью, в связи с чем суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что между действиями ФИО1 и наступившими последствиями имеется прямая причинно-следственная связь.

Место совершения наезда на потерпевшую установлено судом на основании показаний С., подтвержденных в ходе проверки показаний на месте и очной ставки с ФИО1

Невозможность с технической точки зрения установить место наезда на пешехода не свидетельствует о невиновности ФИО1 в преступлении, так как заключение эксперта – это один из видов доказательств, между тем выводы суда о виновности ФИО1 подтверждаются рядом других доказательств, изложенных в приговоре, совокупность которых является достаточной для признания его виновным в преступлении.

Суд обоснованно отверг, как не соответствующие действительности, показания осужденного о том, что на обочину он не выезжал, поскольку они не соответствуют объективной картине происшествия, установленной на основании совокупности приведенных выше доказательств, которые сомнений в своей достоверности не вызывают.

Показания ФИО1 о том, что он не видел потерпевшую на проезжей части, увидел темное пятно лишь после удара в районе правой пассажирской двери, согласуются с показаниями потерпевшей о том, что она стояла лицом к автомобилю, не выходя на проезжую часть, вытянув правую руку. Из протокола осмотра следует, что у автомобиля имелись повреждения с правой стороны. Полученные Н. травмы также расположены с правой стороны. Указанные обстоятельства опровергают доводы стороны защиты, что в момент наезда потерпевшая находилась на проезжей части.

Указание свидетелем И. в карте вызова скорой помощи информации со слов потерпевшей «выходя на проезжую часть сбита машиной» выводы суда о нарушении ФИО2 п. 9.9 Правил дорожного движения не опровергают. Суд первой инстанции правильно отметил, что изложение обстоятельств произошедших событий связано с субъективным восприятием врача И., заполнявшего карту вызова, окружающей действительности.

Из показаний потерпевшей следует, что после наезда на нее водитель ФИО1 скрылся, свидетель М. также показал об отсутствии на месте дорожно-транспортного происшествия автомобиля, водитель которого допустил наезд на Н. ФИО1 также не отрицал, что почувствовав удар о правую дверь, он не остановился и продолжил движение на автомобиле.

Отказ в удовлетворении ходатайств о проверке показаний ФИО1 на месте и назначении судебно-медицинской экспертизы в целях выяснения вопроса о расположении тела С. относительно автомобиля основанием для отмены судебного решения не имеется. Данные ходатайства были рассмотрены в соответствии с требованиями ст. 122 УПК РФ и отклонены с приведением убедительных мотивов принятых решений, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Красильникова Д.С. сводятся к переоценке тех доказательств, которые были предметом исследования в суде и получили надлежащую оценку в приговоре. Поскольку данная судом оценка доказательств соответствует требованиям закона, у суда апелляционной инстанции ставить под сомнение ее обоснованность и объективность оснований не имеется.

Таким образом, анализ собранных по делу доказательств свидетельствует о том, что судом правильно установлены фактические обстоятельства дела и сделан обоснованный вывод о виновности ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления, в связи с чем квалификацию его действий по п. «б» ч. 2 ст. 264 следует признать правильной. Оснований для оправдания ФИО1 по предъявленному обвинению не имеется.

При решении вопроса о наказании, определении его вида и размера судом первой инстанции в полной мере соблюдены требования ст. 6, 43, 60 УК РФ; в должной степени учтены характер и степень общественной опасности совершенного осужденным преступления, отнесенного к категории средней тяжести; положительные данные о личности ФИО1; смягчающие наказание обстоятельства – явка с повинной, признание вины, активное способствование расследованию преступления, противоправное поведение потерпевшей, явившееся поводом для преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного преступлением, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, состояние здоровья и возраст осужденного; отсутствие отягчающих наказание обстоятельств; влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Суд первой инстанции справедливо применил к осужденному положения ст. 64 УК РФ, обоснованно признав совокупность смягчающих обстоятельств исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности преступления, в связи с чем назначил ФИО1 более мягкий вид наказания, чем предусмотрен санкцией ч. 2 ст. 264 УК РФ, в виде ограничения свободы.

Установленные по делу фактические обстоятельства совершенного преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности, в связи с чем основания для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ отсутствуют.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначено осужденному в соответствии с положениями ч. 3 ст. 47 УК РФ, решение о необходимости его назначения в приговоре надлежащим образом мотивировано, оснований для его исключения не имеется.

Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, учтены, в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает, что назначенное ФИО1 наказание является справедливым.

При разрешении исковых требований потерпевшей о взыскании компенсации причиненного преступлением морального вреда, судом выяснено отношение к нему осужденного, не признавшего исковые требования; приняты во внимание степень его вины, степень физических и нравственных страданий потерпевшей; учтены требования разумности и справедливости; материальное состояние осужденного, его семейное положение, и обоснованно принято решение о частичном удовлетворении заявленных исковых требований о взыскании компенсации причиненного потерпевшей морального вреда. Выводы суда в части разрешения заявленного потерпевшей иска, а также определения размера компенсации морального вреда, обоснованы и достаточно мотивированы.

Вопросы о мере пресечения, сроке исчисления наказания, мере процессуального принуждения в виде сохранения ареста на автомобиль до исполнения приговора в части гражданского иска, вещественных доказательствах, судом разрешены в соответствии с требованиями закона.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену либо изменение приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Пермского районного суда Пермского края от 4 марта 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Красильникова Д.С. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований ст. 4014 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 40110 – 40112 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись