Решение № 2-1591/2020 2-1591/2020~М-1134/2020 М-1134/2020 от 8 июля 2020 г. по делу № 2-1591/2020

№2-1591/2020


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«09» июля 2020 года г. Белгород

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

Председательствующего судьи - Заполацкой Е.А.

При секретаре - Швецовой В.В.,

с участием:

-помощника прокурора Белгородского района Шепелевой М.А.,

-истца ФИО1,

-представителей ответчика администрации Крутологского сельского поселения муниципального района «Белгородский район» Белгородской области – главы администрации ФИО3 (решение Земского собрания Крутологского сельского поселения), ФИО4 (по доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к администрации Крутологского сельского поселения муниципального района «Белгородский район» Белгородской области о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

Установил:

С 10.07.2019 года ФИО1 работал в администрации Крутологского сельского поселения муниципального района «Белгородский район» Белгородской области в должности (информация скрыта).

24.04.2020 года трудовой договор с ФИО1 расторгнут на основании подпункта «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) - совершение прогулов в период с 30.03.2020 года по 08.04.2020 года (включительно).

Дело инициировано иском ФИО1, просил восстановить его на работе в должности (информация скрыта) в администрацию Крутологского сельского поселения с исправлением записи в трудовой книжке; взыскать с администрации Крутологского сельского поселения сумму среднего заработка в размере 19 435,80 рублей со дня увольнения по день фактического восстановления на работе, с компенсацией за каждый день вынужденного прогула в размере 4 858,30 рублей; привлечь главу администрации Крутологского сельского поселения к административной и уголовной ответственности.

Определением Белгородского районного суда от 26.05.2020 года истцу отказано в принятии искового заявления в части требований к главе администрации ФИО2 сельского поселения о привлечении к административной и уголовной ответственности на основании пункта 1 части 1 ст.134 ГПК РФ.

В ходе судебного разбирательства истец увеличил и уточнил исковые требования, окончательно просит восстановить его на работе в должности (информация скрыта) в администрацию Крутологского сельского поселения с исправлением записи в трудовой книжке; взыскать с администрации Крутологского сельского поселения заработную плату за время вынужденного прогула с 24.04.2020 года по 07.07.2020 года в размере 41 352,88 рубля, компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования с учетом заявлений об увеличении и уточнении исковых требований поддержал и просил их удовлетворить. Пояснил, что с 28.03.2020 года он стал плохо себя чувствовать, у него была температура, кашель, рвота, в связи с чем, обращался к врачу, на горячую линию по коронавирусу. Поскольку он думал, что заболел коронавирусом, он не выходил на работу в период с 30.03.2020 года по 08.04.2020 года, о чем предупредил водителя главы администрации Крутологского сельского поселения ФИО5. В период с 09.04.2020 года по 23.04.2020 года находился на больничном.

Представители ответчика администрации Крутологского сельского поселения глава администрации ФИО3, ФИО4 исковые требования не признали, сославшись на то, что истец отсутствовал на рабочем месте, о чем составлены акты. Каких-либо уважительных причин отсутствия на рабочем месте не представил.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего в удовлетворении исковых требований о восстановлении на работе отказать, исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, суд признает исковые требования ФИО1 не обоснованными и не подлежащими удовлетворению.

В соответствии со ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В соответствии со ст. 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 ТК РФ.

В силу ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания, в том числе, в виде увольнения по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Согласно ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника объяснение в письменной форме. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет представительного органа работников.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя определены статьей 81 ТК РФ.

Так, согласно подпункту «а» пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Согласно пп. "д" п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17.03.2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено: за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены); за нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места; за самовольное использование дней отгулов, а также за самовольный уход в отпуск (основной, дополнительный).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, увольнение его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подпунктом "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2009 г. N 75-О-О, от 24 сентября 2012 г. N 1793-О, от 24 июня 2014 г. N 1288-О, от 23 июня 2015 г. N 1243-О, от 26 января 2017 N 33-О и др.).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

По смыслу приведенных нормативных положений трудового законодательства, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул обязательным для правильного разрешения названного спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте. При этом исходя из таких общих принципов юридической, а значит, и дисциплинарной ответственности, как справедливость, соразмерность, законность, вина и гуманизм, суду надлежит проверить обоснованность признания работодателем причины отсутствия работника на рабочем месте неуважительной, а также то, учитывались ли работодателем при наложении дисциплинарного взыскания тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если увольнение работника произведено работодателем без соблюдения этих принципов юридической ответственности, то такое увольнение не может быть признано правомерным.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 10.07.2019 года ФИО1 принят на работу в администрацию Крутологского сельского поселения на должность (информация скрыта), о чем издан соответствующий приказ №32-к.

Работнику установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями (суббота и воскресенье), продолжительность ежедневной работы – 8 часов, начало работы – 8 часов, окончание работы – 17 часов, перерыв для отдыха и питания – 1 час в период с 12 часов до 13 часов, что подтверждается копией трудового договора №29, заключенного 10.07.2019 года с истцом.

В период с 30.03.2020 года по 03.04.2020 года, с 13 часов до 17 часов 06.04.2020 года, с 07.04.2020 года по 08.04.2020 года (включительно), которые являлись для истца рабочими днями, ФИО1 отсутствовал на рабочем месте по неизвестной причине. В связи с данным обстоятельством были составлены акты об отсутствии на рабочем месте 30.03.2020 года, 31.03.2020 года, 01.04.2020 года, 02.04.2020 года, 03.04.2020 года, 06.04.2020 года, 07.04.2020 года, 08.04.2020 года.

Из актов от 30.03.2020 года, 03.04.2020 года, 06.04.2020 года, 07.04.2020 года, 08.04.2020 года следует, что ФИО1 на телефонные звонки не отвечает, причина отсутствия на рабочем месте неизвестна.

31.03.2020 года работниками администрации Крутологского сельского поселения был совершен выезд по месту жительства истца и его сестра КНП., которая также отсутствовала на работе. Был также осуществлен телефонный звонок, на который ФИО1 пояснил, что его дома нет, и он находится в гостях, что подтверждается актом от (дата обезличена).

01.04.2020 года работниками ответчика повторно был совершен выезд по месту жительства истца, дверь им не открыли. На телефонный звонок КНП ответила, что их нет дома и они находятся в гостях в п.Вейделевка, что подтверждается актом от 01.04.2020 года.

02.04.2020 года работниками ответчика вновь был совершен выезд по месту жительства истца, во двор вышел ФИО1, который заявил, что на работу не выйдет по причине коронавируса в стране, при этом указал, что при вызове врача на дом, заболеваний не выявлено, что подтверждается соответствующим актом от 02.04.2020 года.

Факты, изложенные в вышеуказанных актах, подтвердили в судебном заседании свидетели ЛАВ, ЧТГ – работники администрации Крутологского сельского поселения, ММН – присутствовавшая при составлении акта 02.04.2020 года.

Свидетель ЛАВ в судебном заседании пояснил, что истец перестал выходить на работу с 30.03.2020 года, в связи с чем, он (свидетель) неоднократно звонил ФИО1, чтобы выяснить причину отсутствия его и КНП на рабочем месте. Истец ему пояснил, что он не хочет умирать, и находится на самоизоляции. ФИО1 не говорил ему, что он болеет, плохо себя чувствует. 06.04.2020 года истец вместе со своей сестрой КНП. вышли на работу, проработали до обеда, ушли домой и больше на работе они не появились.

Свидетель ЧТГ. в судебном заседании пояснила, что истцу неоднократно звонили, чтобы выяснить причину его неявки на работу, поскольку ФИО1 с 30.03.2020 года перестал выходить на работу. На телефонные звонки он не отвечал. 02.04.2020 года, приехав по его месту жительства, истец пояснил, что в стране коронавирус и он боится заболеть, имеет право не выходить на работу. 06.04.2020 года он вышел на работу, однако после 13 часов он отсутствовал на работе.

Свидетель ММН в судебном заседании пояснила, что она живет на (адрес обезличен) в с.Крутой Лог, 02.04.2020 года ее пригласили сотрудники администрации Крутологского сельского поселения для присутствия при беседе с ФИО1. Во двор дома вышел истец, которого спросили почему он не выходит на работу, на что он ответил, что у него и его сестры КНП самоизоляция. Работники администрации пытались ему объяснить, что необходимо выходить на работу, однако он сказал, что они на работу не выйдут, поскольку боятся заразиться коронавирусом. Указала, что истец не говорил, что он плохо себя чувствует, болеет.

Оснований усомниться в показаниях данных свидетелей у суда не имеется, поскольку данные свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания согласуются между собой, не противоречат друг другу, а также подтверждаются материалами дела, представленными сторонами доказательствами.

Кроме того, истец и свидетель КНП пояснили, что им неоднократно звонили с работы, интересовались почему они не вышли на работу.

Согласно уведомлению администрации Крутологского сельского поселения от 02.04.2020 года ФИО1 предложено до 09.04.2020 года явиться в администрацию для дачи пояснений о причинах его отсутствия на рабочем месте 30.03.2020 года по 01.04.2020 года. Предупрежден, что в случае неявки он будет уволен на основании п.п. «а» п.6 ч.1 ст.81 ТК РФ.

11.04.2020 года указанное уведомление было получено ФИО1, что подтверждается почтовым уведомлением.

Указанное обстоятельство ФИО1 не опровергнуто.

С вышеуказанными актами истец был ознакомлен 24.04.2020 года, что подтверждается его собственноручной подписью.

По факту отсутствия на рабочем месте у истца были истребованы объяснения, в которых он указал, что в связи с Указом Президента РФ о коронавирусе, а также болезнью, он отсутствовал на работе.

Приказом №21-к от 24.04.2020 года трудовой договор с ФИО1 расторгнут на основании подпункта «а» пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ - совершение прогулов в период с 30.03.2020 года по 08.04.2020 года (включительно).

С данным приказом ФИО1 ознакомлен 24.04.2020 года, что подтверждается его собственноручной подписью в приказе, указав, что с приказом он не согласен, так как болел.

Доводы истца ФИО1 о том, что он в период с 30.03.2020 по 08.04.2020 года отсутствовал на рабочем месте по уважительной причине, поскольку чувствовал себя плохо, болел, в связи с чем, обращался за медицинской помощью, суд признает несостоятельными.

Истец ФИО1 в судебном заседании пояснил, что он 30.03.2020 года звонил в скорую медицинскую помощь, которая к нему не приехала, 01.04.2020 года он на работу не вышел, в скорую медицинскую помощь не звонил, врача не вызывал; 02.04.2020 года он звонил в скорую медицинскую помощь, а также в Разуменскую поликлинику, вызывал врача; 03.04.2020 года к нему приходил фельдшер, который больничный лист ему не выдал, но назначил лечение; 04.04.2020 года он звонил на горячую линию по коронавирусу, консультировался по поводу своего состояния здоровья; 05.04.2020 года он никуда не звонил, врача не вызывал; 06.04.2020 года он вышел на работу, работал до обеда, потом ушел домой, так как себя плохо чувствовал; 07.04.2020 года он шесть раз звонил на горячую линию по коронавирусу, так как у него были подозрения, что он болен коронавирусом, спрашивал где можно сдать тест, ему рекомендовали обратиться к врачу; 08.04.2020 года он никуда не звонил, врача не вызывал; 09.04.2020 года он обратился к врачу в поликлинику, и ему был выдан больничный лист.

По сообщению ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» от 29.06.2020 года и 06.07.2020 года, согласно журнала службы вызовов СМП ОГБУЗ «ССМП Белгородской области» бригада скорой медицинской помощи к ФИО1 не выезжала, однако ФИО1 27.03.2020 года и 02.04.2020 года звонил на ЕДДС ОГБУЗ «ССМП Белгородской области» для консультации по медицинским вопросам, ему было рекомендовано обратиться к врачу по месту жительства.

Из справки, выданной 03.04.2020 года ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ» «Крутологский центр общей врачебной практики», следует, что ФИО1 обращался 03.04.2020 года, был вызов на дом, оснований для выдачи больничного листа не было.

Из выписки из амбулаторной карты Разуменской поликлиники ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ», от 07.07.2020 года следует, что ФИО1 с жалобами на повышенную температуру, кашлем оформил вызов на дом. Фельдшером Крутологского ЦВОП ГЛВ было установлено, что пациент трудоспособен, назначено легкое, укрепляющее лечение (полоскание горла). Через 6 дней ФИО1 обратился в Крутологский ФИО2 к ВОП ФИО13, ему был открыт листок нетрудоспособности с 09.04.2020 года с диагнозом «(информация скрыта)», назначено лечение, после состояние осложнилось острым (информация скрыта). Находился на листе нетрудоспособности по 23.04.2020 года.

Согласно выписок из амбулаторной карты, ФИО1 13.04.2020 года был на приеме у врача-терапевта, указано на повышение температуры до 37,3 С. Имеется запись о том, что считает себя больным с 07.04.2020 года, когда в течение дня впервые появились заложенность носа, ощущение слабости, сухой приступообразный кашель. Указан диагноз: «ОРВИ, (информация скрыта)»; 16.04.2020 года истец повторно был на приеме у врача с жалобами на кашель, недомогание, указан диагноз: «(информация скрыта)»; 23.04.2020 года истец был на приеме у врача, указан диагноз: «(информация скрыта)».

Как следует из объяснений истца, аудиозаписи телефонных разговоров 02.04.2020 года истец звонил на горячую линию по коронавирусу, после чего его соединили со скорой медицинской помощью, где ему было рекомендовано обратиться к врачу, 02.04.2020 года он вновь позвонил в службы «112», чтобы узнать, как вызывать скорую медицинскую помощь; 02.04.2020 года и 03.04.4020 года истец звонил в Разуменскую поликлинику для вызова врача.

Детализация телефонных разговоров истца за период с 30.03.2020 года по 14.04.2020 года, аудиозаписи его телефонных разговоров по горячей линии по коронавирусу, в Разуменскую поликлинику не являются допустимым доказательством по делу, поскольку не подтверждают уважительность отсутствия истца на рабочем месте с 30.03.2020 года по 03.04.2020 года, с 06.04.2020 года по 08.04.2020 года.

Кроме того, истцу неоднократно в телефонных разговорах с диспетчерами по горячей линии по коронавирусу, скорой медицинской помощи в период с 30.03.2020 года по 08.04.2020 года было рекомендовано обратиться к врачу, чем он воспользовался только 03.04.2020 года. При этом как следует из представленных сведений ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ» при посещении врача 03.04.2020 года было установлено, что ФИО1 трудоспособен, и ему назначено легкое, укрепляющее лечение (полоскание горла), в связи с чем, оснований для выдачи ему листа нетрудоспособности не было.

Также согласно записи в амбулаторной карте ФИО1 пояснял, что впервые стал себя чувствовать больным только с 07.04.2020 года.

Показания свидетеля КНП. о том, что истец с 30.03.2020 года плохо себя чувствовал, у него повышалась температура тела, в связи с чем, он не выходил на работу, суд оценивает критически, поскольку свидетель является родной сестрой истца, заинтересована в исходе дела. Ее показания не согласуются с показаниями других свидетелей и противоречат письменным доказательствам. При этом свидетель пояснила, что ЛАВ. неоднократно им звонил и интересовался, почему они не выходят на работу.

Доказательств сообщения истцом работодателю сведений о своей нетрудоспособности не имеется.

Доводы истца о том, что работодатель через водителя ЛАВ был предупрежден о невыходе его на работу, отклоняются судом как необоснованные, поскольку такое предупреждение, равно как и представленные истцом справка от 03.04.2020 года, телефонные звонки на горячую линию по коронавирусу, в скорую медицинскую помощь, в Разуменскую поликлинику, подтверждают лишь факт кратковременного обращения истца в указанные дни за медицинской помощью, и не свидетельствуют об уважительности отсутствия на рабочем месте в течение всего рабочего дня (смены) с 30.03.2020 года по 03.04.2020 года, с 07.04.2020 года по 08.04.2020 года, с 13 часов до 17 часов 06.04.2020 года. Документов, подтверждающих нетрудоспособность ФИО1, освобождение его от работы и (или) невозможность в силу состояния здоровья исполнять трудовые обязанности 30.03.2020 года, 31.03.2020 года, 01.02.2020 года, 02.04.2020 года, 03.04.2020 года, 07.04.2020 года, 08.04.2020 года, то есть в течение полного рабочего дня, а 06.04.2020 года с 13 часов до 17 часов, истцом не представлено.

Указом Президента Российской Федерации от 25.03.2020 года № 206 "О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)", и далее Указом Президента Российской Федерации от 02.04.2020 года N 239 в период с 30.03.2020 года по 30.04.2020 года в Российской Федерации были установлены нерабочие дни с сохранением за работниками заработной платы, за исключением организаций, на которые действие Указов не распространяется.

Постановлением Правительства Белгородской области №127-пп от 06.04.2020 года с учетом санитарно-эпидемиологической обстановки и особенностей распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) на территории Белгородской области, во исполнение подпункта «ж» пункта 4 Указа Президента Российской Федерации от 02.04.2020 года N 239, Правительство Белгородской области утвердило перечень иных организаций, расположенных на территории Белгородской области, на которые не распространяется Указ Президента Российской Федерации от 02.04.2020 года N 239.

Действие Указа Президента Российской Федерации от 02.04.2020 года N 239 на органы местного самоуправления не распространялось.

Распоряжением главы администрации Крутологского сельского поселения №27-рп от 06.04.2020 года на период с 04.04. по 30.04.2020 года включительно обеспечено преимущественно дистанционный формат осуществления профессиональной служебной деятельности беременным и многодетным женщинам, имеющим малолетних детей в возрасте до 7 лет, инвалидам в возрасте от 65 лет и старше.

К указанной категории лиц, истец ФИО1 не относился.

Таким образом, ссылка истца на то обстоятельство, что в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 25.03.2020 года №206 он имел право не выходить на работу, несостоятельна.

Судом установлено, что истец отсутствовал на рабочем месте 30.03.2020 года, 31.03.2020 года, 01.02.2020 года, 02.04.2020 года, 03.04.2020 года, 07.04.2020 года, 08.04.2020 года, то есть в течение полного рабочего дня, 06.04.2020 года с 13 часов до 17 часов, которые являлись для него рабочими днями. У истца отсутствовали законные основания для отсутствия на рабочем месте, данное отсутствие было осуществлено истцом без уважительных причин.

Таким образом, у ответчика имелись основания для применения к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения по пп. «а» п. 6 ст. 81 Трудового Кодекса РФ, поскольку истцом допущено нарушение дисциплины - работник отсутствовал на рабочем месте в вышеуказанные дни без уважительных причин.

Проверяя порядок увольнения истца по основаниям, установленным подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ, суд приходит к выводу о том, что при увольнении истца полностью соблюдены установленные ст. 193 ТК РФ порядок и срок применения дисциплинарного взыскания.

Судом приняты во внимание характер нарушения, обстоятельства совершения проступка, при этом суд учитывает, что право выбора вида дисциплинарного взыскания принадлежит работодателю, и в соответствии со статьей 192 ТК РФ наложение на работника дисциплинарного взыскания и выбор вида такого взыскания является компетенцией работодателя, при этом работодателем было учтено предыдущее отношение к работе.

Следовательно, не имеется оснований для признания увольнения истца незаконным.

Доказательств уважительности причин отсутствия на работе в указанное время, а также невозможности явки на работу, истцом суду не представлено.

Не установив нарушения работодателем трудовых прав истца, суд оставляет без удовлетворения требования в части взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к администрации Крутологского сельского поселения муниципального района «Белгородский район» Белгородской области о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Белгородский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Белгородского

районного суда Е.А. Заполацкая

Мотивированный текст решения изготовлен 14.07.2020 года