Приговор № 1-519/2024 от 10 июля 2024 г. по делу № 1-519/2024

< >

№ 1-519/2024

УИД 35RS0001-01-2024-004015-58


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

город Череповец 10 июля 2024 года

Череповецкий городской суд Вологодской области в составе

председательствующего судьи Колесникова А.Ю.,

при секретаре Твориловой С.Н.,

с участием:

государственного обвинителя - помощника прокурора г. Череповца П.,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката Щ.,

потерпевшей З.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, < >, несудимого,

задержанного в соответствии со ст.ст.91, 92 УПК РФ 29 января 2024 года, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершил убийство В. при следующих обстоятельствах.

29 января 2024 года в период времени с 0 часов 00 минут до 7 часов 55 минут в помещении кухни <адрес> между находившимися в состоянии алкогольного опьянения В. и ФИО1 произошла ссора, в ходе которой у ФИО1 на почве возникших личных неприязненных отношений и чувства обиды к В. из-за причинения ему телесных повреждений в виде ушибленной раны на левой брови возник умысел на убийство В.

Реализуя данный умысел, ФИО1 в указанный период времени повалил В. на пол, стал руками сдавливать шею последнего, а затем нанес В. множественные (не менее четырех) удары кулаками рук по шее, туловищу и конечностям, после чего, вооружившись имевшимся в квартире кухонным ножом и используя данный нож в качестве оружия, умышленно, осознавая общественно опасный характер своих действий, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде смерти В. и желая их наступления, с целью совершения убийства нанес В. клинком кухонного ножа множественные (не менее семнадцати) удары по голове, шее, туловищу и конечностям, то есть в места расположения жизненно-важных органов человека.

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил В. следующие телесные повреждения:

- колото-резаные раны: рана в затылочной области справа, рана на правой боковой поверхности по средне-подмышечной условной анатомической линии, рана по средне-подмышечной анатомической линии, рана по средне-подмышечной анатомической линии в 3,0 см ниже предыдущей раны, рана по средне-подмышечной анатомической линии в проекции гребня подвздошной кости справа, рана в проекции внутреннего края левой лопатки, рана по левой лопаточной условной анатомической линии, рана на мошонке справа, а также резаные раны: рана на правой боковой поверхности шеи, рана в правой щечной области, рана в правой щечной области в 2 см от предыдущей, рана-царапина в правой ягодичной области, рана-царапина на задней поверхности правой ягодицы, рана-царапина на задней поверхности правой ягодицы в 3 см внутри от предыдущей, рана-царапина у ягодичной складки, две раны-царапины в поясничной области, параллельно идущие в 1 см друг от друга, уходящие в ягодичную складку, которые в комплексе расцениваются по признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, вызвавшего расстройство жизненно важных функций организма человека, как причинившие тяжкий вред здоровью и находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти;

- кровоподтек на внутренне-боковой поверхности левого бедра в средней трети, кровоизлияние по верхнему краю крыла правой подвздошной кости овальной формы, кровоизлияние в проекции локтевого отростка правой плечевой кости по задней поверхности, кровоизлияние в проекции 4 пястной кости овальной формы, кровоизлияние в 0,2 см кнаружи в проекции 5 пястной кости, кровоизлияние в проекции 2 сустава 1 пальца правой кисти, которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья и по этому признаку как вред здоровью не расцениваются.

Смерть В. наступила 29 января 2024 года на месте происшествия в результате множественных колото-резаных и резаных ран на теле, осложнившихся развитием синдрома острой кровопотери.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину по предъявленному обвинению признал частично, пояснив, что убийство В. совершено им в состоянии аффекта при превышении пределов необходимой обороны, поскольку от действий В., который первым нанес ему удар стулом в область головы, у него возникло сильное душевное волнение, он опасался дальнейших действий В. и был вынужден защищаться. Показал, что 28 января 2024 года около 20 часов он вернулся домой после работы, за ужином выпил 200-250 граммов водки и пошел отдыхать, затем увидел в социальной сети своего знакомого В., с которым они ранее вместе работали и на протяжении полугода собирались встретиться, чтобы пообщаться. Он написал В. с предложением встретиться, тот попросил перезвонить через полчаса, затем согласился встретиться с ним, назвал адрес и попросил за ним заехать. Он вызвал такси, на котором заехал в магазин «Градус 24», где приобрел две бутылки водки и сок, после чего приехал по адресу, названному В., и позвонил последнему. В. вышел из подъезда и сел в такси, при этом сразу стал высказывать таксисту возмущения относительно стоимости поездки. Он успокоил В., после чего они приехали к месту жительства В., поднялись в квартиру и на кухне за столом стали выпивать водку и закусывать яичницей и наггетсами, которые приготовил В., при этом они общались на разные темы, конфликтов между ними не возникало. Он сидел на стуле ближе к выходу из квартиры, с В. они употребили 200-250 граммов водки на двоих, в состоянии сильного алкогольного опьянения он при этом не находился. Несколько раз он выходил покурить на балкон квартиры, В. выходил за компанию с ним, однако не курил. После того, как он в очередной раз вышел на балкон один, покурил и вернулся в кухню, он задал В. вопрос относительно их общего знакомого А., < >. Когда он задал В. этот вопрос, взгляд В. стал неадекватным, тот грубо ему ответил, схватил стул, на котором ранее сидел, и данным стулом нанес ему удар в область лба. Дальнейших событий той ночи он не помнит. Помнит лишь момент, как он сидел на В. сверху и душил последнего обеими руками, при этом В. пытался вырваться. Ножа на столе не было, откуда появился нож, он не знает, с собой он нож не приносил. Далее помнит момент, когда он стоял на улице и просил своего знакомого вызвать такси. Ранее между ним и В. конфликтов не возникало, в том числе при предыдущих распитиях спиртного. У него отсутствовал умысел на убийство В., конфликт между ними произошел по причине того, что В. ударил его стулом. В. злоупотреблял алкоголем, часто по этой причине не выходил на работу, мог конфликтовать с окружающими. В содеянном он раскаивается и желает принести извинения потерпевшей. Гражданский иск потерпевшей он признает частично, считает завышенными заявленные потерпевшей размеры компенсации морального вреда и расходов на погребение.

На предварительном следствии ФИО1 дал аналогичные показания, при этом показал, что он помнит, как нанес В. удары кулаками по всему телу, после чего взял находившийся на кухне нож и нанес им В. множественные удары. Обстоятельств поездки на такси до своего дома он не помнит, так как находился в состоянии сильного алкогольного опьянения (т.1, л.д.66-71; т.2, л.д.76-79).

Оглашенные показания ФИО1 в данной части не подтвердил, пояснив, что он лишь предполагал, но не утверждал, что он нанес В. удары кулаками и ножом, поскольку данных моментов не помнит, в состоянии сильного алкогольного опьянения он не находился.

Кроме признательных показаний подсудимого, его вина в совершении инкриминированных ему преступлений подтверждается показаниями потерпевшей и свидетелей.

Потерпевшая З. в судебном заседании показала, что В. являлся ее < >, проживал отдельно. В последний раз она виделась < > 25 января 2024 года, телесных повреждений на тот момент < > не было. 28 января 2024 года она переписывалась < > через мессенджер «WhatsApp», при этом В. сообщил, что он находится в гостях у Ц., у него все нормально. Очевидцем рассматриваемых событий она не являлась, ФИО1 ей не знаком, о смерти < > она узнала 29 января 2024 года от сотрудника полиции. В. спиртным не злоупотреблял, выпивал с друзьями по выходным, старался не нарушать закон, поскольку был условно осужденным, не мог первым начать конфликт. С < > она виделась один раз в неделю, каждый день общалась с ним через мессенджер. В. ростом был ниже, чем ФИО1, какими-либо боевыми искусствами < > не занимался. Похоронами < > занималась она. ФИО1 ей извинений не приносил. Предъявила гражданский иск о взыскании с подсудимого компенсации морального вреда в размере 2 000 000 рублей и расходов на погребение < > в размере 300 000 рублей, настаивала на назначении подсудимому строгого наказания.

Свидетель Х. в судебном заседании показала, что В. являлся ее близким другом. 28 января 2024 года она, ее Р.. и В. находились на даче, откуда она уехала раньше, а ее О. и В. вернулись вечером, поскольку помогали общему другу на деревенском кладбище. После возвращения с дачи В. находился у них в гостях, смотрел с Л. футбол, выпил 0,5 литра пива, был практически трезвым. Затем В. стал переписываться с кем-то в мобильном телефоне, после чего сообщил, что его знакомый ФИО1 пригласил его встретиться, при этом рассказал, что ФИО1 ранее причинил кому-то телесные повреждения, находился в местах лишения свободы. В. очень волновался и переживал, когда вел переписку с ФИО1, растерялся, неправильно назвал номер дома. С ФИО1 в тот вечер В. не созванивался, только переписывался. Они Д. стали отговаривать В. от встречи с ФИО1, поскольку из рассказа В. поняли, что ФИО1 может быть опасен, однако В. их не послушал и согласился встретиться с ФИО1 Примерно около 23 часов В. ушел от них, при этом Ж. с балкона видел, как В. сел в такси белого цвета и уехал. Она лично ФИО1 не знает, В. может охарактеризовать как отзывчивого, доброго, спокойного и неконфликтного человека. 27 января 2024 года В. мылся с нею и ее < > в бане, телесных повреждений у В. не было.

Аналогичные показания в судебном заседании дал свидетель Ъ., который также пояснил, что В. звонил ему около часу ночи, однако он спал и заметил пропущенный вызов только утром. В. он характеризует как спокойного и адекватного человека, в состоянии опьянения тот конфликты не провоцировал.

Допрошенный в качестве свидетеля Ф. в судебном заседании показал, что 28 января 2024 года его приятели В. и Ъ. по его просьбе помогали ему с расчисткой дороги от снега на деревенском кладбище для похорон его < >, при этом спиртное никто из них не употреблял. После расчистки снега он пригласил В. и Ъ. к себе в гости в г. Череповце, те сказали, что подумают. Около 20 часов он звонил Ъ., однако тот ответил, что уже поздно, и в гости они не пойдут. 28 января 2024 года видимых телесных повреждений у В. не имелось.

Из оглашенных показаний свидетеля Ы. следует, что он поддерживал дружеские отношения со своим коллегой по работе ФИО1, однако вне работы они не встречались. Около 7 часов 30 минут 29 января 2024 года ФИО1 позвонил ему и попросил вызвать такси, чтобы доехать до дома. При этом ФИО1 сказал, что он весь в крови, и у него рассечена бровь, был пьян и расстроен. Он через мобильное приложение вызвал ФИО1 такси и отправил последнему скриншот заказа. В 8 часов 33 минуты он позвонил ФИО1, тот ответил, что находится дома. Затем ФИО1 позвонил ему в 14 часов 08 минут и сказал, что у него произошел конфликт с каким-то его знакомым (т.1, л.д.142-145).

Свидетель У. в судебном заседании показал, что он является таксистом, 29 января 2024 года в утреннее время им через мобильное приложение «Яндекс Такси» был принят заказ о перевозке пассажира от Октябрьского проспекта до <адрес>. Когда он прибыл по адресу, указанному в заказе, в его автомобиль сел ранее незнакомый ему ФИО1, которого он отвез по обозначенному в заказе адресу и высадил. Во время поездки с ФИО1 он не разговаривал, запаха алкоголя от пассажира не почувствовал.

Скриншотом истории заказов сервиса такси подтверждается факт создания в 7 часов 55 минут заказа по маршруту: <адрес>, водитель - У. (т.1, л.д.149).

Из оглашенных показаний свидетеля К. следует, что 28 января 2024 года Э.. пришел домой около 20 часов, поужинал, выпил около 200 мл водки и сказал, что пошел спать, однако потом три раза вставал и выходил курить. При этом она видела, что ФИО1 с кем-то переписывается в своем телефоне. Около 23 часов ФИО1 стал собираться, пояснив, что ему нужно съездить к другу и чем-то помочь, имени друга не назвал. Она видела, как ФИО1 сел в такси белого цвета и уехал. Затем в 2 часа 21 минуту она позвонила ФИО1, тот ответил, что находится у друга, скоро приедет домой, по голосу был пьян, каких-либо посторонних звуков и голосов она не слышала. В 2 часа 34 минуты ФИО1 позвонил и попросил вызвать такси, однако не смог назвать точного адреса. Впоследствии она позвонила ФИО1 в 7 часов 51 минуту, тот пояснил, что скоро приедет домой. В квартиру ФИО1 вернулся в 8 часов 05 минут, стоял на ногах, не шатался, надетые на нем футболка и брюки были в крови, на лице у него было рассечение в области левой брови. На ее вопрос ФИО1 ответил, что он был в гостях, там повздорили, подробностей не сообщил. По просьбе ФИО1 она сходила в магазин и купила бутылку водки, из которой он выпил 3-4 стопки. Затем около 14 часов ФИО1 попросил вызвать ему нарколога. Затем к ним домой пришли сотрудники полиции, которые задержали ФИО1, и от которых она узнала, что ФИО1 убил В. Отношения у ее < > с В. были нормальными, ни о каких конфликтах между ними она не слышала (т.1, л.д.157-161).

Из оглашенных показаний свидетеля Е. следует, что она проживает в <адрес>. 29 января 2024 года около 11 часов она спускалась по лестнице и обнаружила, что в <адрес> приоткрыта дверь. Она спросила: «Есть кто-нибудь?» и постучала в дверь, однако никто не отреагировал. Она подумала, что в данной квартире что-то произошло, заглянула внутрь и увидела лежащего на полу молодого человека, возле головы которого было много крови, он не шевелился. Она испугалась и позвонила по номеру «112» (т.2, л.д.128-131).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Ш. показал, что В. и ФИО1 являлись его подчиненными по работе. В конце 2022 - начале 2023 года у В. были систематические прогулы в связи с употреблением алкоголя. В общении В. в силу возраста был дерзким, у него иногда возникали рабочие конфликты с коллегами. ФИО1 как работника он характеризует положительно, у последнего также случались прогулы, однако в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 на работу не приходил. Он видел ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, при этом тот вел себя спокойно, адекватно.

Свидетель Г. в судебном заседании показал, что В. и ФИО1 являлись его коллегами по работе, вне работы он с В. лично не общался, общался только в социальных сетях, при этом В. однажды прислал ему видео со своим участием, где тот находился в состоянии алкогольного опьянения. ФИО1 и В. общались между собой по работе, конфликтов между ними не возникало.

Свидетель Й. в судебном заседании показал, что В. и ФИО1 ранее находились в его подчинении по работе. При трудоустройстве В. был направлен на обучение, однако после прохождения обучения на работе не появлялся более месяца, брал отгулы либо прогуливал, злоупотреблял алкоголем, в телефонных разговорах часто находился в состоянии опьянения. Между В. и ФИО1 на рабочем месте возникали конфликты, которые были связаны с рабочими моментами и быстро разрешались. ФИО1 он характеризует удовлетворительно, в состоянии алкогольного опьянения он ФИО1 не видел.

Помимо перечисленных показаний, вину ФИО1 в совершении рассматриваемого преступления подтверждают доказательства, содержащиеся в материалах дела и исследованные в ходе судебного разбирательства.

Как следует из рапорта об обнаружении признаков преступления, труп В. с телесными повреждениями, свидетельствующими о насильственной причине смерти, был обнаружен 29 января 2024 года в <адрес> (т.1, л.д.4).

В ходе проведенного в этот же день осмотра указанной квартиры были изъяты дактилоскопические отпечатки трупа В., одежда, спинка и сиденье стула, сидение стула, бутылка с водкой «Хорта», бутылка из-под водки «Хорта», вырез обоев, сигарета «Davidoff», окурок сигареты «LM», вырезы ткани со следами вещества красно-бурого цвета с наматрасника, пододеяльника и наволочки, смывы вещества красно-бурого цвета, вырез с коврика в ванной комнате, мобильный телефон «IPhone», нож, посуда (два тарелки, два стопки, два вилки, стакан), следы рук, рукоять и клинок ножа (т.1, л.д.6-36).

В ходе выемки изъята одежда и обувь ФИО1: кроссовки, спортивные брюки, шапка, футболка и куртка «Reebok» (т.1, л.д.241-242).

Изъятые предметы осмотрены в ходе осмотра предметов с составлением фототаблицы (т.2, л.д.80-111) и представлены для проведения экспертных исследований.

Как следует из заключения эксперта № 144-б от 28 марта 2024 года, содержащие кровь следы на клинке и рукояти ножа, произошли от В.; следы, содержащие кровь и слюну на одной из двух стопок, содержащие слюну и пот на одной из двух вилок, произошли от ФИО1; ряд следов, содержащих кровь и пот на клинке и рукояти ножа, обеих стопках, произошли в результате смешения биологического материала ФИО1 и В. (т.1, л.д.193-227).

Согласно заключению эксперта № от 20 февраля 2024 года, на поверхностях футболки и спортивных брюк ФИО1 обнаружено большое количество следов вещества красно-бурого цвета, похожего на кровь (т.1, л.д.247-250).

Заключением эксперта № 19 от 27 февраля 2024 года установлено наличие на срезах ногтевых пластин В. и ФИО1, смывах из квартиры, вырезах ткани, обоев и коврика в ванной, сиденье стула, левом кроссовке, футболке и спортивных брюках ФИО1 крови человека, а на окурке сигареты «LM» - крови человека с примесью слюны, перечисленные следы могли произойти как от В., так и от ФИО1, или от них вместе ввиду принадлежности крови В. и ФИО1 к АВ-группе (т.2, л.д.19-25).

Как следует из заключения эксперта № 170 от 26 февраля 2024 года, два следа пальцев рук, изъятые в ходе осмотра места происшествия, оставлены средним пальцем левой руки ФИО1 (т.2, л.д. 31-56).

Смерть В., согласно заключению эксперта № 67 от 22 февраля 2024 года, наступила в вероятный срок около суток до начала исследования трупа в морге (30 января 2024 года) в результате множественных колото-резаных и резаных ран на теле, осложнившихся развитием синдрома острой кровопотери.

На трупе В. экспертом установлено наличие 17 ран, а именно: № 1 - в затылочной области справа, № 2 - на правой боковой поверхности шеи, № 3 и № 4 - в правой щечной области, № 5 - на правой боковой поверхности по средне-подмышечной условной анатомической линии, № 6 и № 7 - по средне-подмышечной анатомической линии, № 9 - в правой ягодичной области, № 10 и № 11 - на задней поверхности правой ягодицы, № 12 - практически у ягодичной складки, № 13 - в проекции внутреннего края левой лопатки, № 14 - по левой лопаточной условной анатомической линии, № 15 и № 16 - в поясничной области, уходящие в ягодичную складку, № 17 - на мошонке справа.

Согласно выводам эксперта, раны № 1,5,6,7,8,13,14,17 по своему характеру являются колото-резаными, раны № 2,3,4,9,10,11,12,15,16 являются резаными, они могли быть причинены как одним предметом, обладающим колото-режущими и режущими свойствами, так и различными предметами, обладающими схожими свойствами, данные телесные повреждения возникли за короткий промежуток времени (одномоментно), оцениваются в комплексе, расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью и находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти В., которая наступила в результате совокупности указанных колото-резаных и резаных ран.

Кроме того, экспертом отмечено наличие на теле В. множественных кровоизлияний, причиненных в результате травматического воздействия тупым твердым предметом (или при ударе о таковой), которые являются прижизненными, были причинены в срок незадолго до наступления его смерти, в прямой причинной связи с наступлением смерти не находятся и не расцениваются как причинившие вред здоровью (т.1, л.д.167-181).

В соответствии с заключением эксперта № 125/130-24 от 9 апреля 2024 года, на кожном лоскуте с затылочной области трупа В. установлена сквозная колото-резаная рана, которая могла быть причинена клинком ножа, представленным на экспертизу, либо любым другим клинком, имеющим сходные размерно-конструктивные и эксплуатационные особенности следообразующей части клинка (т.2, л.д.65-68).

Согласно заключению эксперта № 357 от 30 января 2024 года, у ФИО1 на момент исследования была обнаружена ушибленная рана на левой брови, которая образовалась в срок до суток до момента осмотра в результате однократного воздействия твердого тупого предмета, данное телесное повреждение повлекло за собой легкий вред здоровью ФИО1 (т.1, л.д.233-234).

Изложенные выше доказательства, которые не содержат взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, суд находит полученными с соблюдением уголовно-процессуального законодательства, поэтому признает их допустимыми, относимыми, а в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела.

Показания подсудимого в целом согласуются с иными исследованными в ходе судебного следствия доказательствами, поэтому признаются судом последовательными и достоверными.

Оснований для оговора подсудимого со стороны свидетелей, а также для самооговора подсудимого не установлено. В конфликтных отношениях с подсудимым допрошенные лица до рассматриваемых событий не состояли, лично знакомы с ним не были, перед допросами свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем основания не доверять им у суда отсутствуют.

Изложенные в заключениях экспертиз выводы согласуются с другими доказательствами и подтверждаются ими, экспертные заключения оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, в связи с чем, заключения экспертов могут использоваться в качестве доказательств по уголовному делу. Основания сомневаться в объективности выводов экспертов у суда отсутствуют.

Принимая во внимание изложенное, оценив каждое из представленных доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого в совершении инкриминированного ему преступления и квалифицирует действия подсудимого по ч.1 ст.105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Квалифицируя действия подсудимого таким образом, суд учитывает, что о наличии у ФИО1 прямого умысла на убийство свидетельствует множественность нанесенных им ударов в голову, шею, туловище, и конечности В., которые в своем комплексе причинили единую травму тела, вызвавшую угрожающее жизни состояние - массивную кровопотерю, а также избранный способ нанесения ударов - с использованием клинка кухонного ножа. Об умысле подсудимого на убийство свидетельствуют также локализация нанесенных ударов в жизненно важные органы потерпевшего и характер причиненных ему телесных повреждений, находившихся в прямой причинно-следственной связи с наступившей смертью.

Проанализировав обстоятельства взаимоотношений между ФИО1 и В., а также происходивший между ними непосредственно перед причинением В. телесных повреждений конфликт, суд не усматривает оснований согласиться с позицией подсудимого и доводами защитника о необходимости квалификации действий подсудимого по ч.1 ст.107 УК РФ ввиду совершения им убийства В. в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта).

При этом суд принимает во внимание характеристики ФИО1 и В. со стороны свидетелей, последовательность действий ФИО1 в момент совершения преступления и после его совершения, а также заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов от 29 февраля 2024 года № 142, согласно которому ФИО1 во время совершения инкриминируемого ему деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в полной мере, в состоянии патологического опьянения, а также в состоянии аффекта, которое оказало бы существенное влияние на его сознание и поведение, он не находился, о чем свидетельствует отсутствие типичной для аффекта динамики возникновения и развития эмоциональных реакций (т.2, л.д.4-7).

Допрошенный в судебном заседании эксперт Н. поддержал выводы экспертного заключения и показал, что по результатам проведенного в отношении ФИО1 экспериментально-психологического исследования была установлена акцентуация характера, являющаяся вариантом нормы, тенденция к доминантности, что в стрессовых ситуациях может вызывать агрессивное поведение. То обстоятельство, что ФИО1 не смог вспомнить некоторые моменты рассматриваемых событий, связано с амнестической формой опьянения и частичным сужением сознания ввиду употребления алкоголя, тогда как нарушения памяти при состоянии аффекта, как правило, отсутствуют. У ФИО1 по результатам проведенного исследования было выявлено отсутствие трехфазной динамики возникновения и развития аффекта, при котором, как правило, последняя стадия душевного волнения приводит к сильной эмоциональной и физической истощаемости, неподвижности. У ФИО1 таких признаков выявлено не было, его эмоциональная реакция на действия потерпевшего не оказала существенного влияния на его действия. Факт множественности причиненных ударов и их хаотичности о состоянии аффекта не свидетельствует, при этом противоправное поведение потерпевшего могло способствовать возникновению конфликта и оказать влияние на действия подсудимого. В состоянии алкогольного опьянения выше среднего возникновение аффекта, как правило, исключается. Представленные экспертам материалы и проведенные исследования являлись достаточными для однозначного вывода об отсутствии аффекта в поведении подсудимого, каких-либо сомнений в этом у комиссии экспертов не возникло, проведение стационарной экспертизы в рассматриваемом случае не требовалось.

Основания подвергать сомнению выводы судебно-психиатрической комиссии экспертов и показания эксперта Н. у суда отсутствуют, поскольку заключение дано специалистами соответствующего государственного экспертного учреждения, обладающими специальными познаниями и имеющими длительный стаж работы.

Вопреки показаниям подсудимого и доводам защитника, суд также не усматривает в действиях ФИО1 признаков необходимой обороны либо превышения ее пределов.

Наличие у ФИО1 телесного повреждения, причиненного потерпевшим, несоизмеримо по локализации и тяжести причиненного вреда здоровью с теми телесными повреждениями, которые были обнаружены на теле потерпевшего. Кроме того, как пояснил подсудимый, в квартире В. он сидел за столом со стороны выхода из квартиры, что свидетельствует о наличии у него возможности покинуть квартиру потерпевшего при возникновении конфликта.

Анализируя показания ФИО1 на предварительном следствии и в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что действия и поведение В. в момент их совершения не создавали реальной опасности для жизни подсудимого.

Обстоятельств, свидетельствующих о примененном со стороны потерпевшего насилии, издевательстве, тяжком оскорблении либо о систематическом противоправном или аморальном поведении потерпевшего, а также о том, что в сложившейся ситуации нанесение подсудимым ударов потерпевшему было обусловлено таким поведением потерпевшего, при котором подсудимый имел достаточные основания обороняться от действий последнего, не установлено, в связи с чем у суда отсутствуют основания расценивать рассматриваемую ситуацию в качестве психотравмирующей, дающей основания полагать совершение подсудимым убийства В. в состоянии аффекта либо при превышении пределов необходимой обороны.

Множественность и хаотичность нанесенных потерпевшему ударов, как пояснил эксперт Н., сама по себе не свидетельствует о внезапном возникшем у подсудимого сильном душевном волнении.

При этом показания допрошенных в судебном заседании по ходатайству подсудимого свидетелей Ш., Г. и Й. относительно данных о личности В. о состоянии аффекта подсудимого либо о превышении им пределов необходимой обороны не свидетельствуют и не способны повлиять на квалификацию его действий.

С учетом установленных обстоятельств суд приходит к выводу, что рассматриваемые действия ФИО1 совершил по причине ссоры, внезапно возникшей между ним и потерпевшим, и чувства обиды на В. из-за причинения ему телесного повреждения в виде раны левой брови, действия ФИО1 носили умышленный характер, он осознавал общественно опасный характер своих действий, предвидел и желал наступления смерти потерпевшего, в связи с чем не усматривает оснований для иной квалификации действий подсудимого относительно той, которая дана его действиям органом предварительного расследования.

При изучении данных о личности ФИО1 установлено, что он ранее не судим, не привлекался к административной ответственности (т.2, л.д.163-165), на учетах психиатра и нарколога не состоит (т.2, л.д.185,186), характеризуется по месту жительства участковым уполномоченным полиции удовлетворительно (т.2, л.д.189), по местам работы, в том числе предыдущим, характеризуется положительно, имеет благодарственное письмо (т.2, л.д.159,160,161), < >

< >.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимому, суд учитывает частичное признание вины, раскаяние в содеянном, < > а также активное способствование раскрытию и расследованию преступления, которое выразилось в сообщении органу предварительного следствия сведений о его роли в преступлении, даче подробных и последовательных признательных показаний, в которых он сообщил достоверные сведения, имеющие важное значение для установления подлежащих доказыванию обстоятельств по делу.

Кроме того, смягчающим наказание подсудимому обстоятельством суд признает противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, которая выразилась в причинении потерпевшим подсудимому ушибленной раны брови, подтвержденной медицинским заключением, что привело к возникновению у подсудимого обиды и возникновению ссоры с последующим причинением смерти.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому, не имеется.

Суд не признает в качестве отягчающего наказание подсудимому обстоятельства совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку с учетом его личности, характера, степени общественной опасности, обстоятельств, мотивов содеянного и поведения потерпевшего, предшествующего возникновению конфликта, не находит достаточных оснований для вывода о том, что алкогольное опьянение имело существенное влияние на поведение подсудимого при совершении преступления.

При определении вида и размера наказания подсудимому суд руководствуется положениями ст.ст.6,60 УК РФ, принимает во внимание характер и степень общественной опасности и обстоятельства преступлений, все данные о личности подсудимого, указанные смягчающие наказание обстоятельства и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние наказания на исправление подсудимого < >

Суд с целью необходимости достижения предусмотренных ст.43 УК РФ целей наказания назначает подсудимому наказание в виде лишения свободы, размер которого определяет с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ, при этом считает, что исправление подсудимого может быть достигнуто без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного и личности подсудимого, являющихся основаниями для применения положений ст.64 УК РФ, суд не усматривает.

Исходя из фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности и установленных смягчающих наказание обстоятельств, суд также не усматривает достаточных оснований для снижения категории преступления на основании ч.6 ст.15 УК РФ.

Также с учетом изложенных выше обстоятельств суд приходит к выводу, что исправление подсудимого невозможно без изоляции его от общества и реального отбывания наказания в виде лишения свободы, поэтому не находит достаточных оснований, предусмотренных ст.73 УК РФ, для применения условного осуждения.

Отбывание наказания подсудимому суд в соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ назначает в исправительной колонии строгого режима.

В окончательное наказание ФИО1 подлежит зачету период нахождения его под стражей в соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ.

Исковые требования потерпевшей З. о компенсации морального вреда, частично признанные подсудимым, являются обоснованными, поскольку смерть ее < > явилась следствием умышленных действий подсудимого, ей причинены глубокие нравственные страдания. При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает положения ст.151 и ч.2 ст.1101 ГК РФ, характер и степень нравственных страданий потерпевшей, степень вины подсудимого, его материальное положение, поэтому с учетом принципов разумности и справедливости приходит к выводу о взыскании с подсудимого компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Разрешая исковые требования потерпевшей З. о возмещении расходов на погребение < > в размере 300 000 рублей, которые также частично признаны подсудимым, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст.1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Достойные похороны включают необходимые расходы (ст.1174 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению расходов на погребение подлежит определению с учетом положений Федерального закона от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», содержащего понятие «погребение» и устанавливающего перечень расходов, связанных с ним, по смыслу которых во взаимосвязи с положениями ч.1 ст.1094 ГК РФ возмещению подлежат лишь понесенные на погребение необходимые расходы, несение которых подлежит доказыванию истцом путем предоставления суду соответствующих документов, при этом размер возмещения не ставится законом в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению.

В качестве документального обоснования понесенных расходов, связанных с погребением В., потерпевшей представлены товарные чеки и квитанции, подтверждающие оплату ритуальных услуг (70 500 + 300 + 469,50), приобретение венков (4 700) и свечей (900), оплату поминального обеда в день похорон (31 740), приобретение продуктов питания и алкогольных напитков для данного обеда (3 700,68 + 7 048,67 + 3 374), оплату изготовления памятника и нанесения на него фотокерамического изображения (81 888 + 10 000), оплату изготовления и установки ограды (58 140 рублей), оплату поминального обеда на 40-й день (23 305 рублей).

В силу ст.ст.3,5 Федерального закона от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

В состав действий по погребению включаются услуги по предоставлению гроба и других ритуальных предметов (венки и др.), перевозка тела (останков) умершего на кладбище, организация подготовки места захоронения, непосредственное погребение, установка ограды, памятника на могилу и др.

Согласно ст.9 данного закона в перечень услуг по непосредственному погребению поминальный обед не относится, вместе с тем, с учетом положений ст.3 этого же закона поминальный обед в день захоронения, равно как и установка на могиле умершего надгробия и ограды, приобретение венков и свечей, подлежат отнесению к традициям и обычаям в Российской Федерации, связанным с погребением человека, и подлежат возмещению.

Вместе с тем, проведение поминального обеда на 40-й день выходит за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, в связи с чем расходы потерпевшей, связанные с его оплатой, возмещению не подлежат.

Кроме того, по мнению суда, в перечень необходимых расходов не подлежат включению расходы на приобретение алкогольных напитков для поминального обеда в день похорон, в связи с чем данные расходы также не подлежат возмещению.

С учетом изложенного расходы потерпевшей, связанные с оплатой поминального обеда на 40-й день (23 305 рублей), а также с приобретением алкогольных напитков для поминального обеда в день похорон (7 056 рублей 75 копеек), взысканию с подсудимого не подлежат.

Кроме того, не подлежат возмещению расходы потерпевшей по представленной квитанции на сумму 3 220 рублей, поскольку, как пояснила потерпевшая в судебном заседании, данные расходы были понесены ею в связи приобретением одежды, указанная квитанция приложена к гражданскому иску ошибочно.

При установленных обстоятельствах взысканию с подсудимого в пользу потерпевшей подлежат документально подтвержденные расходы в общей сумме 265 704 рубля 10 копеек, связанные с оплатой ритуальных услуг (70 500 + 300 + 469,50), приобретением венков и свечей (4 700 + 900), оплатой поминального обеда в день похорон (31 740), приобретением продуктов питания для данного обеда, за исключением алкогольных напитков (2 002,74 + 1 689,86 + 3 374), оплатой изготовления памятника и нанесения на него фотокерамического изображения (81 888 + 10 000), оплатой изготовления и установки ограды (58 140 рублей).

Вопрос о вещественных доказательствах суд разрешает в соответствии с требованиями ч.3 ст.81 УПК РФ.

Процессуальные издержки в размере сумм, выплаченных адвокату, за оказание юридической помощи подсудимому на досудебной стадии (16 460 рублей) и судебной стадии (12 345 рублей), подлежат взысканию с него в полном размере, поскольку оснований, предусмотренных ч.4 и ч.6 ст.132 УПК РФ, для освобождения его от взыскания процессуальных издержек не имеется, с их взысканием подсудимый в судебном заседании согласился.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307, 308, 309 УПК РФ,

приговорил:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 7 (семи) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде заключения под стражу.

Срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО1 в срок лишения свободы время содержания его под стражей в период с 29 января 2024 года до вступления настоящего приговора в законную силу на основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскать с ФИО1 в пользу З. компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей и расходы на погребение В. в размере 265 704 (двести шестьдесят пять тысяч семьсот четыре) рубля 10 копеек. В остальной части гражданского иска З. отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки по уголовному делу, связанные с выплатой вознаграждения адвокату, в сумме 28 805 (двадцать восемь тысяч восемьсот пять) рублей.

Вещественные доказательства:

мобильный телефон «IPhone», хранящийся при материалах уголовного дела, - выдать потерпевшей З., в случае отказа от получения - уничтожить,

куртку ФИО1, спортивные брюки ФИО1, водолазку серого цвета, шапку ФИО1, трусы с трупа, футболку ФИО1, тапочки резиновые, спинку стула, сидение стула, кроссовки ФИО1, джинсовые брюки с трупа, кофту с трупа, носки с трупа, бутылку с водкой «Хорта», бутылку из-под водки «Хорта», вырез обоев с кухни, образец крови ФИО1, сигарету «Davidoff», окурок сигареты «LM», вырез ткани со следами вещества красно-бурого цвета с простыни, смыв вещества красно-бурого цвета с пола ванной комнаты, вырез ткани со следами вещества красно-бурого цвета с наматрасника, смыв вещества красно-бурого цвета с пола в комнате, ногти с трупа В., смывы с кистей рук ФИО1, вырез с коврика в ванной комнате, нож из подставки для приборов с кухни, смыв вещества красно-бурого цвета с пола возле головы трупа на кухне, срезы ногтевых пластин с кистей рук ФИО1, вырез ткани со следами вещества красно-бурого цвета с пододеяльника, вырез ткани со следами вещества красно-бурого цвета с наволочки, две тарелки, пачку с сигаретами «Davidoff», пачку с сигаретами «LM», образцы буккального эпителия ФИО1, две вилки, рукоять из ванной комнаты, две стопки, стакан, клинок ножа с пола кухни, образцы крови трупа В., кожный лоскут с раны трупа В., следы рук, дактилокарту трупа В., следы рук на трех светлых дактилоскопических пленках, дактилокарту ФИО1, хранящиеся при материалах уголовного дела, - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Череповецкий городской суд Вологодской области в течение пятнадцати суток со дня его постановления, а осужденным ФИО1 - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, пригласить защитника для участия в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции либо ходатайствовать о назначении защитника в апелляционной инстанции.

Председательствующий А.Ю. Колесников