Решение № 2-307/2017 от 25 сентября 2017 г. по делу № 2-307/2017

Дело № 2-307/2017


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 сентября 2017 года г. Советск

Советский городской суд Калининградской области

в составе:

председательствующего судьи Зайцевой Е.С.,

при секретаре Ремзиной Н.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о взыскании с работника материального ущерба,

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее по тексту – ИП ФИО1) обратился к мировому судье второго судебного участка Советского городского округа Калининградской области с названным выше иском. Истцом заявлены требования о взыскании в свою пользу с ФИО2 в возмещение ущерба 24000 рублей. Кроме того, истец просит возместить ему с ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины в размере 920 рублей.

В обоснование своих исковых требований истец указал, что в августе 2016 г. ответчик работал у него по трудовому договору в должности водителя-экспедитора. Работник в соответствии с заявкой от 14.08.2016 г. должен был 17.08.2016 г. поехать в рейс Клайпеда-Москва. Однако ФИО2 без уважительных причин прекратил выходить на работу с 16 августа 2016 года. В связи с чем, у истца сорвалась погрузка, на которую ответчик должен был прийти, согласно принятой истцом заявки, 17 августа 2016 года. Истец, выступая в договорных отношениях по транспортно-экспедиторскому обслуживанию в качестве экспедитора, по условиям договора оплатил заказчику выставленные последним штрафные санкции в размере 30% от стоимости перевозки. Вследствие виновного бездействия ответчика, выразившегося в неисполнении им своих трудовых обязанностей, истцу был причинён ущерб в виде оплаченной им заказчику неустойки в размере 24000 рублей.

Определением мирового судьи второго судебного участка Советского городского округа Калининградской области от 11 апреля 2017 года названное выше гражданское дело передано на рассмотрение по подсудности в Советский городской суд Калининградской области.

В судебном заседании истец ИП ФИО1 и его представитель ФИО4 поддержали исковые требования к ФИО2 по основаниям и мотивам, изложенным в исковом заявлении. В дополнение оснований иска пояснили, что ИП ФИО1 имел в штате одного водителя-экспедитора, которым являлся ФИО2, периодически привлекая к выполнению перевозок иных лиц на условиях гражданско-правовых отношений. Ввиду того, что ФИО2 перестал выходить на работу с 16.08.2016 года, не поставив в известность работодателя о причинах невыхода, ИП ФИО1 не имел возможности заменить его другим водителем для предоставления автомобиля к погрузке 17.08.2016 г. Было недостаточно времени для оформления необходимых к перевозке груза документов, оформленных получателем груза на имя водителя ФИО2, на другого водителя. ООО является самостоятельным юридическим лицом. При дружеских отношениях между ФИО1 и ФИО6, который является одним из учредителей ООО, каждый из них осуществляет свою предпринимательскую деятельность и самостоятельно отвечает за взятые на себя обязательства. ООО в данном случае также несло ответственность перед заказчиком за сорванную доставку груза, которую обязался осуществить ИП ФИО1

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился. Сведений о наличии уважительных причин неявки в судебное заседание ответчик не представил, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявил. О времени, дате и месте рассмотрения дела ответчик извещался судом надлежащим образом. Извещение о дне и месте судебного заседания ответчиком не получено и возвращено в суд с отметкой организации почтовой связи об истечении срока хранения. Применительно к положениям пункта 34 Правил оказания услуг почтовой связи, утвержденных Приказом Минкомсвязи России от 31 июля 2014 года N 234, и части 2 статьи 117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отказ в получении почтовой корреспонденции, о чем свидетельствует его возврат по истечении срока хранения, следует считать надлежащим извещением о слушании дела.

Представитель ответчика ФИО2 - адвокат Коротков Г.А. с исковыми требованиями ИП ФИО1 о взыскании материального ущерба не согласился. Полагает, что данный иск предъявлен ИП ФИО1 в злоупотребление им своими правами. Вплоть до вынесения решения суда от 22.12.2016 г., которым были установлено нахождения ФИО2 в трудовых отношениях с ИП ФИО1, последний отрицал их наличие, утверждая, что между ними существовали гражданско-правовые отношения. В связи с чем, он считает, что ИП ФИО1 не может основывать свои требования на нормах трудового законодательства, поскольку между ним и ФИО2 на 16 и 17 августа 2016 г. не были оформлены трудовые отношения. Кроме того полагает, что реальный ущерб ИП ФИО1 причинён не был. Убеждён, что заявка ООО на перевозку груза, якобы принятая к исполнению ИП ФИО1, и заключённый между ними договор от 14.08.2016 г., были оформлены после вынесения решения суда от 22 декабря 2016 года и фиктивны. Фактически данная сделка является мнимой. Оформление обозначенных выше документов было произведено с целью возврата взысканных судом с ФИО1 в пользу ФИО2 денежных сумм. Никакие обязательства у ИП ФИО1 перед ООО по этим документам не возникли, в том числе по уплате неустойки. Об этом свидетельствует аффилированность ФИО27 и ФИО6, которые являются учредителями ООО по 50% доли в уставном капитале, по отношению к ИП ФИО1 Представитель истца ИП ФИО1 – ФИО4 приходится ему супругой. ФИО6 является партнёром ФИО1 по бизнесу, который у них общий. Перечислением ИП ФИО1 денежных средств ООО якобы в уплату неустойки, они фактически не выбыли из собственности истца.

Исследовав доказательства по делу и дав им оценку в соответствии со статьёй 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), суд находит исковые требования ИП ФИО1 обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии со статьей 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами. Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от данной материальной ответственности.

В силу статьи 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате её виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Согласно статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Под прямым действительным ущербом понимается, в том числе реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящихся у работодателя, если работодатель несёт ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причинённого работником третьим лицам.

В судебном заседании, исходя из доказательств, содержащихся в материалах дела, и объяснений сторон, установлено, что ответчик ФИО2 с 19 июля 2015 года состояла в трудовых отношениях с <данные изъяты> и занимая должность и исполняя обязанности водителя-экспедитора. Его трудовые отношения с истцом прекращены с 15 августа 2016 года на основании приказа работодателя № 3-к от 13.12.2016, в связи с увольнением на основании подпункта «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации – за неоднократное грубое нарушение работником трудовых отношений – прогул.

Факт наличия между ФИО2 и ИП ФИО1 трудовых отношений установлен вступившим в законную силу решением Советского городского суда Калининградской области от 22 декабря 2016 года, которым, кроме того, на ИП ФИО1 возложена обязанность выплатить ФИО5 недополученную заработную плату за период с 01.06.2016 по 15.08.2016 в размере 20445 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 19.07.2015 по 15.08.2016 в размере 32068 руб. 26 коп., денежную компенсацию за задержку по выплате заработной платы в размере 1795 руб. 07 коп., компенсацию морального вреда в размере 2000 руб.; внести в трудовую книжку ФИО2 запись о приёме на работу в качестве водителя-экспедитора с 19.07.2015, а также произвести уплату страховых взносов за работника в Пенсионный фонд Российской Федерации, в Фонд социального страхования Российской Федерации и иные платежи, в том числе НДФЛ в территориальный налоговый орган, с его заработной платы, начиная с 19.07.2015 г.

Вступившим 23.08.2017 года в законную силу решением Советского городского суда Калининградской области от 28 марта 2017 года, которое, как и предыдущее решение суда имеет преюдициальное значение при разрешении настоящего дела, а также при судебном разбирательстве данного гражданского дела, исходя из содержащихся в его материалах доказательств, установлено, что 15 августа 2016 года ФИО2, прибыв из рейса на автомобиле, принадлежащем ИП ФИО1, оставил данный автомобиль на соответствующей стоянке, отдав ключи от автомобиля ФИО20, и более на работу к ИП ФИО1 не выходил. О причинах невыхода на работу ФИО2 ни в устной, ни в письменной форме ФИО1 не сообщил и с 15.08.2016 г. с ним не встречался. Отсутствие ФИО2 на рабочем месте зафиксировано в составленных работодателем с 16 августа по 23 декабря 2016 г. актах.

28.09.2016 г. и 25.10.2016 г. ИП ФИО1 уведомлял ФИО2, направлением соответственно письменного уведомления и телефонограммы о необходимости представить объяснения о причинах невыхода его на работу. ФИО1 указал на то, что работник не отвечает на телефонные звонки, заявление на увольнение не подал, об отсутствии у работодателя информации о причинах невыхода его на работу.

Полученные ФИО2 уведомления были оставлены им без ответа, объяснения работодателю даны не были.

4 декабря 2016 г. ФИО2 направил ИП ФИО1 заявление об увольнении по собственному желанию, мотивируя причину увольнения нарушения в отношении него трудового законодательства работодателем.

13 декабря 2016 г. ИП ФИО1 издан приказ о применении к ФИО7 дисциплинарного взыскания в соответствии с п. 3 ч.1 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за грубое нарушение трудовой дисциплины – отсутствие с 16.08.2016 г. на рабочем месте без уважительных причин в виде увольнения. Приказом работодателя № 3-к от 13.12.2016 г. ФИО2 уволен с должности водителя-экспедитора по указанному выше основанию, то есть за прогул. Таким образом, решением суда от 28.03.2017 г. установлено, что в период с 16 августа 2016 г. по 13 декабря 2016 г. ФИО2 отсутствовал на рабочем месте без уважительных причин, то есть совершил прогул. У ИП ФИО1 имелись основания полагать о наличии у ФИО2 уважительных причин для невыхода на работу, которые отпали после получения от работника заявления об увольнении по собственному желанию.

В силу части 2 статьи 61 ГПК РФ вышеприведённые обстоятельства, установленные вступившими в законную силу обозначенным выше судебными решениями, не подлежат доказыванию вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящее дела, в котором участвуют те же стороны.

При разрешении настоящего гражданского дела судом также установлено, что 14 августа 2016 г. между ООО и ИП ФИО1 был заключён договор на транспортно-экспедиторское обслуживание. По условиям данного договора ИП ФИО1, именованный экспедиторам, обязался за вознаграждение, определённое этим договором и заявкой, и за счёт клиента – ООО выполнить или организовать выполнение определённых договором транспортно-экспедиционных услуг, связанных с перевозками грузов по территории Российской Федерации и за её пределами (пункт 1.1.).

Обозначенным договором предусмотрено, что после предварительной устной договорённости с экспедитором клиент направляет ему письменную заявку, содержащую согласованные условия организации перевозки (п. 2.1. договора) Экспедитор организует перевозки грузов по утверждённой заявке клиента; организует подачу под загрузку в согласованное в заявке место транспортное средство в технически исправном состоянии (пункты 3.1.1 и 3.1.2. договора).

Договором определена ответственность экспедитора за отказ от подтверждённой в принятии к исполнению заявки менее чем за 48 часов до предполагаемой даты начала погрузки, указанной в заявке, в виде уплаты клиенту по его письменному требованию неустойки в размере 30% от стоимости перевозки (пункт 6.3 договора).

ИП ФИО1, подтвердив своей подписью и печатью, принял к исполнению заявку ООО от 14.08.2016 г. на перевозку груза по маршруту г. Клайпеда – г. Москва. В заявке определены: дата и время погрузки – 17.08.2016 г., адрес загрузки в <данные изъяты>, грузополучатель в <данные изъяты>, стоимость перевозки – 80000 руб.; согласованы и указаны: транспортное средство, используемое при перевозке, - автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, №; водитель – ФИО2, паспортные данные которого внесено в заявку.

Ввиду невыхода водителя-экспедитора ФИО2 на работу ИП ФИО1 не смог предоставить к 17 августа 2016 г. транспортное средство в указанное в принятой к исполнению заявке ООО место для погрузки груза и его перевозки. Тем самым ИП ФИО1 не исполнил свои обязательства перед ООО по вышеуказанному договору на транспортно-экспедиторское обслуживание.

21 сентября 2016 г. ООО выставило ИП ФИО1 претензию об уплате неустойки по условиям договора от 14.08.2016 г. за отказ от исполнения заявки на перевозку груза в размере 30% от суммы фракта (договорной стоимости перевозки) в 80000 руб., что составляет 24000 руб.

Платёжным поручением № от 01.03.2017 г. ФИО1 перечислил ООО неустойку в указанном размере – 24000 руб.

Таким образом, истцу в результате невыхода ответчика на работу без уважительных причин причинён прямой действительный ущерб, вызванный оплатой ООО неустойки в размере 24000 руб. за неисполнение договорных обязательств.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделённые равными процессуальными средства защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны в соответствии со статьёй 56 ГПК РФ должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Разрешая спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (ч. 1 ст. 118 Конституции РФ), суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

Из совокупности приведённых выше доказательств, суд приходит к выводу, что прямой действительный ущерб работодателю ИП ФИО1 был причинён в результате виновного бездействия работника ФИО2, выразившегося в невыполнения им своих трудовых обязанностей вследствие невыхода на работу без уважительных причин. Имеется причинная связь между невыполнением ФИО2 своих трудовых обязанностей и неисполнением ИП ФИО1 своих договорных обязательств перед ООО по осуществлению перевозки груза и наступившим для работодателя ущербом в размере 24000 руб. в виде оплаты третьему лицу неустойки. В период с 16 по 17 августа 2016 г. ИП ФИО1 не имел реальной возможности привлечь к перевозке груза иного водителя, поскольку все необходимые для осуществления этих действий документы, в том числе для следования через таможенную границу, были оформлены отправителем/получателем груза на водителя ФИО2

Следовательно, имеются законные основания для привлечения ответчика к материальной ответственности за причинённый работодателю ущерб.

Суд считает, что обстоятельств, исключающих материальную ответственность ФИО2, предусмотренных статьёй 239 Трудового кодекса Российской Федерации, не имеется.

Приведённые выше доводы представителя ответчика ФИО2 – адвоката Короткова Г.А. о том, что на 16 и 17 августа 2016 г. ФИО2 не состоял в трудовых отношений с ИП «ФИО1 не основаны на доказательствах, находящихся в материалах дела, противоречат обстоятельствам, установленным вступившим в законную силу решением суда от 22 декабря 2016 года, которым отношения между сторонами признаны трудовыми с 19.07.2015 года.

То обстоятельство, что истцу ИП ФИО1 в результате невыполнения ФИО2 своих трудовых обязанностей был причинён прямой действительный ущерб в размере 24000 руб. у суда не вызывает сомнений.

Доводы представителя ответчика о том, что оформленный между ООО и ИП ФИО1 договор на транспортно-экспедиторское обслуживание и заявка <данные изъяты> от 14.08.2016 г. являются фиктивными, не влекущими для сторон гражданско-правовых последствий в виде обязательств по исполнению условий договора построены на его предположениях, не подтверждённых доказательствами. Достаточных оснований для признания вышеуказанного договора, заключённого между ООО и ИП ФИО1 мнимой сделкой представителем ответчика не приведено.

Тогда как решение суда может быть основано на установленных судом значимых фактах, подтверждённых исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 ГПК РФ).

Тот факт, что супруга ИП ФИО1 – ФИО4, приятель и партнёр по бизнесу – ФИО6 являются учредителями ООО не свидетельствует об аффилированности данных лиц при осуществлении ими предпринимательской деятельности, договорных отношений.

Исходя из статьи 241 ТК РФ за причинённый ущерб работник несёт материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка.

Согласно статьи 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причинённого ущерба и причин его возникновения. Истребование от работника письменного объяснения для установления причин возникновения ущерба является обязательным.

Взыскание с виновного работника суммы причинённого ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится в соответствии со статьёй 248 ТК РФ по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причинённого работником ущерба.

Если месячный срок истёк или работник не согласен добровольно возместить причинённый работодателю ущерб, а сумма причинённого ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом – часть 2 статьи 248 ТК РФ.

В ходе проверки, проведённой истцом, у ФИО2 работодателем были истребованы письменные объяснения о причинах невыхода на работу с 16 августа 2016 г., от дачи которых тот уклонился. Данное обстоятельство, как указано выше, было установлено вступившим в законную силу решением суда от 28 марта 2017 года.

Исходя из представленной истцом справки о заработной плате ФИО2 за двенадцать календарным месяцев, предшествующих причинению ущерба, его средний месячный заработок с июля 2015 года по август 2016 года включительно составляет 36000 руб., что согласуется с размером среднего месячного заработка ответчика, установленного вступившим в законную силу решением суда от 22.12.2016 г.

Следовательно, в силу приведённых судом норм трудового законодательства, ФИО2 подлежит возмещению причинённый истцу ущерб в пределах его среднего месячного заработка в размере 24000 руб.

Придя к выводу, что ответчик ФИО2 обязан возместить причинённый работодателю ущерб в пределах его среднего месячного заработка, суд при определении размера ущерба, подлежащего взысканию с ответчика, исходит из положений части 1 статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации о необходимости учёта степени и формы вины ответчика, его материального положения и других обстоятельств, имеющих значение для разрешения данного вопроса.

Как было указано выше, ущерб истцу был причинён ответчиком в результате его виновного невыполнения трудовых обязанностей, прогула.

Ответчиком и его представителем не приведены обстоятельства, подтверждающие состояние его материального и семейного положения, и иные, не позволяющего возместить работодателю ущерб в обозначенном выше размере, и не представлены доказательства, подтверждающие данные обстоятельства.

При таких обстоятельствах, оснований для снижения размера ущерба в сумме 24000 руб., подлежащего взысканию с ответчика ФИО2, суд не усматривает.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ суд присуждает истцу возместить с ответчика в полном размере судебные расходы в виде оплаченной истцом при подаче иска государственной пошлины в размере 920 руб.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 191-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о взыскании с работника материального ущерба удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО8 ФИО3 в возмещение ущерба 24000 (двадцать четыре тысячи) рублей, в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 920 рублей, всего 24920 (двадцать четыре тысячи девятьсот двадцать) рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Калининградского областного суда через Советский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда в окончательной форме принято 2 октября 2017 года.

Судья Е.С.Зайцева