Апелляционное постановление № 22К-1787/2026 от 16 апреля 2026 г.

Судья Сурменко А.Н. Дело № 22К-1787/2026


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Владивосток

17 апреля 2026 года

Приморский краевой суд в составе председательствующего судьи Орловой Н.А.,

с участием прокурора Шашко В.А.,

защитников - адвокатов Афанасьева Д.И., Шульги А.Л.,

обвиняемых ФИО3, ФИО2, путем использования систем видеоконференцсвязи,

при помощнике судьи, ведущего протокол судебного заседания ФИО4,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы по апелляционным жалобам адвоката Афанасьева Д.И. в интересах обвиняемого ФИО3, адвоката ФИО6 в интересах обвиняемого ФИО5 на постановление Фрунзенского районного суда г. Владивостока Приморского края от 30.03.2026, которым

ФИО2, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданину РФ, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 291 УК РФ,

ФИО3, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> края, гражданину РФ, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 290 УК РФ

продлен срок содержания под стражей на 3 месяца 00 суток, а всего до 4 месяцев 30 суток, то есть до 03.07.2026.

Заслушав доклад судьи Орловой Н.А., изложившей существо обжалуемого постановления и доводы апелляционных жалоб, выслушав выступления обвиняемых ФИО3, ФИО2 и их защитников в обоснование доводов апелляционных жалоб, прокурора об отсутствии оснований для отмены или изменения обжалуемого постановления, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л :

02.02.2026 старшим следователем по особо важным делам 1 отделения следственного отдела УФСБ России по Приморскому краю возбуждено уголовное дело в отношении ФИО3 и ФИО8 по признакам преступления. Предусмотренного ч. 6 ст. 290 УК РФ, а также ФИО11, ФИО2 и ФИО9 по признакам преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 291 УК РФ.

03.02.2026 ФИО3 и ФИО2 задержаны в порядке ст.ст. 91,92 УПК РФ.

04.02.2026 ФИО3 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 290 УК РФ. ФИО2 и ФИО9 предъявлены обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 291 УК РФ.

05.02.2026 Фрунзенским районным судом г. Владивостока Приморского края в отношении ФИО3 и ФИО2 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 1 месяц 30 суток, то есть до 02.04.2026.

25.03.2026 руководителем следственного органа продлен срок предварительного следствия по уголовному делу на 3 месяца 00 суток, а всего до 5 месяцев 00 суток, то есть по 02.07.2026.

25.03.2026 старший следователь с согласия руководителя следственного органа обратился во Фрунзенский районный суд г. Владивостока с ходатайством о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемых ФИО3 и ФИО2 на 3 месяца 00 суток, т.е. по 02.07.2026.

30.03.2026 ходатайство следователя удовлетворено, обвиняемым ФИО3 и ФИО2 продлен срок содержания под стражей на 3 месяца 00 суток, а всего до 4 месяцев 30 суток, то есть до 03.07.2026.

В апелляционной жалобе адвокат Афанасьев Д.И. в защиту обвиняемого ФИО3, не соглашаясь с постановление суда, считает его незаконным, необоснованным, вынесенным с нарушением норм уголовно-процессуального законодательства.

Указывает, что уголовное дело возбуждено следственным отделом УФСБ России по Приморскому краю, с нарушением п. «а» ч. 1 ст. 151 УПК РФ, поскольку расследование уголовных дел по ст. 290 УК РФ, относится к исключительной подследственности Следственного комитета Российской Федерации, что влечет незаконность постановления о возбуждении уголовного дела.

Из взаимосвязанных положений п. 12 ч. 2 ст. 37, ч. 7 ст. 151, ч. 3 ст. 153 УПК РФ, а также по смыслу закона, разъясненному в определении Конституционного Суда РФ от 19.04.2007 № 295-О-О, прокурор, разрешая вопрос об изменении подследственности конкретного уголовного дела, обязан соблюдать предписания уголовно-процессуального закона, закрепляющие правила определения предметной и территориальной подследственности, и не вправе действовать произвольно, в том числе поручать производство предварительного следствия по данному делу органам расследования, не уполномоченным законом осуществлять такое производство.Таким образом, возбуждение дела, не относящегося к подследственности следственного отдела УФСБ России по Приморскому краю и последующие следственные действия, допросы, а также ходатайства об избрании меры пресечения, совершаемые следователями УФСБ России по Приморскому краю не соответствующими УПК РФ, и повлекут расследование дела ненадлежащими лицами и постановление незаконного приговора.

Суду первой инстанции стороной защиты был заявлен указанный довод, вместе с тем, оценка указанному доводу в оспариваемом постановлении судом первой инстанции не дана.

Суд первой инстанции, делая вывод об обоснованности подозрения в причастности ФИО3 к совершенному преступлению, ссылается на представленные материалы, а именно показаниями подозреваемого ФИО11, ФИО13, справку-меморандум с расшифровкой переговоров между ФИО11 и ФИО12, к которым суду надлежало отнестись критически.

В силу ст. 84 УПК РФ справка-меморандум, рапорта сотрудников полиции, органов ФСБ, заявления, письменные ходатайства не являются доказательствами по делу, следовательно, не могут быть использованы в качестве доказательств. Помимо этого, имеющаяся в материалах дела справка-меморандум, в которой содержится якобы разговор третьих лиц - ФИО11 и ФИО2 о факте дачи взятки ФИО3, не отвечает признакам допустимости и относимости для использования ее в качестве доказательства. Так, справка-меморандум предоставлена в суд в нарушение правил, установленных «Инструкцией о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд», в связи с чем, является полученной в нарушение обязательного к исполнению ведомственного приказа. В нарушение указанной Инструкции, к материалам дела не приобщен аудио диск либо иной носитель информации, позволяющий суду убедиться в достоверности содержания указанной справки-меморандума, а также сделать выводы о ее относимости и допустимости. К материалам дела не приобщен протокол осмотра аудиозаписи, на основании которой выдавалась настоящая справка-меморандум. Не проведена фоноскопическая экспертиза аудиозаписи, позволяющая суду установить личности говорящих.

Подозреваемый ФИО11, как лицо, привлекаемое к уголовной ответственности, осознавая, что не понесет ответственности за оговор и за ложные показания, мог дать показания в качестве избранного им способа защиты от собственного уголовного преследования. ФИО11 не подлежит ответственности в порядке ст.ст. 307, 306 УК РФ, и находясь на досудебном соглашении, свободен давать показания, с целью облегчить уголовное преследование по своим делам.

Показания ФИО13, учредителя ООО «...», не содержат конкретных сведений и данных, имеющих отношение к инкриминируемым ФИО3 деяниям. ФИО13, утверждает, что, со слов третьих лиц, ФИО3 и ФИО8 регулярно платили взятки, из его показаний не следует, что он лично передавал взятки, был их свидетелем, участником или бенефициаром, со ФИО3 он лично не знаком. При таких обстоятельствах, показания, данные со слов третьих лиц не соответствуют обязательному для доказательств критерию допустимости и относимости.

Считает, что материалы, положенные судом первой инстанции в обоснование причастности обвиняемого к инкриминируемому ему деянию, не соответствуют требованиям ст.ст. 74 - 84 УПК РФ и не могут быть использованы в качестве доказательств по делу о продлении ФИО3 меры пресечения.

Согласно имеющемуся в материалах дела протоколу задержания от 03.02.2026, ФИО3 был задержан на основании п. 2 ч. 1 ст. 91 УПК РФ, т.е. когда очевидцы укажут на данное лицо как на совершившее преступление. В обоснование выбора меры пресечения, как указано судом первой инстанции, легли показания подозреваемого ФИО11, данные им 03.02.2026 с 16 час. 30 мин. по 18 час. 30 мин., т.е. уже после задержания ФИО3

Таким образом, на момент задержания ФИО3 в распоряжении следователя не было очевидцев, указавших на ФИО3 как на лицо, совершившее преступления, что противоречит основаниям задержания, указанным в протоколе, на что сторона защиты также делала замечание в тексте протокола.

Таким образом, суд первой инстанции обязан был в рамках ст. 10 УПК РФ, немедленно освободить из-под стражи незаконно задержанного ФИО3, затем, ознакомившись с полномочиями следователя следственного отдела УФСБ России по Приморскому краю по производству следственных действий и направлению подобного ходатайства в суд, приступить к рассмотрению указанного ходатайства по существу.

При таких обстоятельствах вся процедура задержания ФИО3, продления ему меры пресечения является незаконной и необоснованной, не соответствующей требованиям ст.ст. 91, 108 УПК РФ.

В обжалуемом постановлении суд указывает, что ФИО3 создал условия для выезда ФИО8 за границу, а также иных соучастников. Указанная информация, как и информация о том, что ФИО3 располагает имуществом за рубежом, не имеет никаких ссылок на доказательства, содержащиеся в материалах дела. Указанные сведения суд получил из оперативных справок и рапортов, которые, не могут являться надлежащими доказательствами по рассматриваемому делу. Помимо этого, суд в нарушение УПК РФ, не дал оценку доказательствам, на которых основывает итоговый судебный акт по делу.

Полагает, участие ФИО3 на стадии предварительного следствия и в ходе рассмотрения уголовного дела судом, возможно обеспечить путем избрания более мягкой меры пресечения.

Ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», указывает, что ФИО3 имеет прочные социальные связи, имеет официальное место работы и легальные источники дохода, не состоит на учетах у врачей нарколога и психиатра, исключительно положительно характеризуется, ранее не судим, активно занимается спортом, следовательно, отсутствуют основания полагать, что при избрании более мягкой меры пресечения в виде домашнего ареста он скроется от органов предварительного следствия и суда и будет воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Кроме того, ФИО3 не располагает каким-либо имуществом, находящимся за пределами РФ, нет сведений о его банковских счетах, не имеется сведений о том, что он распродает какое-либо имущество, имеющееся у него на территории РФ, что свидетельствует об отсутствии намерений скрыться от органов предварительного следствия и суда.

Поведение ФИО3 во время допросов и задержания свидетельствуют об отсутствии у него намерений на оказание воспрепятствования производству по уголовному делу и наличие стремления оказать активное способствование следственным органам при расследовании преступления.

Представленные суду и исследованные материалы, свидетельствуют об отсутствии каких-либо обстоятельств, подтверждающих наличие оснований предполагать о том, что обвиняемый занимался либо продолжит заниматься преступной деятельностью, при том, что он ранее не судим, имеет легальные источники дохода, имеет на иждивении супругу, дочерей и пожилых родителей, положительно характеризуется как по месту работы, по месту жительства так и по месту занятия им спортом.

В материалах дела отсутствуют и какие-либо факты, подтверждающие наличие со стороны ФИО3, его родственников, иных лиц, каких-либо угроз свидетелям и иным участникам уголовного судопроизводства, предложений и выгод материального и нематериального характера, с целью фальсификации доказательств по делу либо иного воспрепятствования следствию и суду.

По уголовному делу проведен необходимый комплекс первичных оперативно-следственных мероприятий с целью сбора доказательств, в том числе допрошены подозреваемые, допрошены свидетели, проведены обыски, в связи с чем, ФИО3 не имеет никакой возможности принять меры к сокрытию либо уничтожению доказательств.

С учетом данных о личности ФИО3, мера пресечения в виде заключения под стражу является чрезмерно суровой, в целях обеспечения надлежащего поведения обвиняемого, в том числе его явки к следователю, сторона защиты полагает, что домашний арест или запрет определенных действий являются наиболее эффективной мерой пресечения для достижения целей уголовного судопроизводства, препятствующей возможности обвиняемому скрыться от следствия, оказывать давление на свидетелей, иным образом препятствовать производству по уголовному делу, обеспечит надлежащее поведение ФИО3

Просит постановление суда первой инстанции отменить. Принять по делу новый судебный акт, которым отказать следователю следственного отдела УФСБ России по Приморскому краю в удовлетворении ходатайства, а в случае невозможности отказа в удовлетворении ходатайства, избрать ФИО3 меру пресечения, не связанную с содержанием под стражей.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО6 в защиту обвиняемого ФИО2, ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19.12.2013 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», считает постановление суда незаконным, необоснованным и подлежащим изменению.

Суд в постановлении ссылается на тяжесть предъявленного ФИО2 обвинения, как одно из оснований продления срока заключения под стражу. Однако, одна лишь тяжесть обвинения не может служить единственным и достаточным основанием для продления самой суровой меры пресечения.

В обжалуемом постановлении суд не дал оценку тому, что ФИО14 два месяца находится в следственном изоляторе, а доводы следователя о возможности скрыться либо оказать давления на участников по делу не нашли своего подтверждения.

В представленных следователем материалах нет сведений, что ФИО2 оказывал на кого-либо давление, либо скрывался от правоохранительных органов. Напротив, из представленных материалов следует, что от органов предварительного следствия ФИО2 не скрывался, до своего задержания проживал со своей супругой и двумя малолетними детьми по адресу их постоянного места жительства, номер мобильного телефона не менял, а две краткосрочные служебные командировки в КНР в январе 2026 года, как генерального директора ООО «ФИО1», не свидетельствуют о том, что ФИО2 пытался скрыться, поскольку он сам возвращался из командировок. Кроме того на момент выезда в КНР у ФИО2 не было никакого процессуального статуса, который запрещал бы ему выезд, уголовное дело не было возбуждено.

Суд, не учел данные о личности ФИО2, который родился и проживает в Приморском крае, с 2007 года по 2024 год замещал различные должности муниципальной службы, с 2019 года по 2024 год являлся заместителем главы администрации города Владивостока, руководил реализацией крупных проектов, лично принимал участие по ликвидации чрезвычайной ситуации. За время своей трудовой деятельности на муниципальной службе имеет Благодарности, а также медаль от Министерства «За отличие в ликвидации последствий ЧС», за время работы характеризуется исключительно с положительной стороны.

Суд не дал оценки тому, что ФИО2 активно сотрудничает со следствием, от дачи показаний не отказывается, на все вопросы следователя дал ответы.

Данные свидетельствующих о том, что ФИО2 может скрыться, оказать давление на участников уголовного судопроизводства, либо иным образом воспрепятствовать производству по делу, следователем не было предоставлено.

Никто из участников по уголовному делу не сообщил, что ФИО2 оказывал, либо пытался оказать на них давление, такой информации следователем представлено не было ни в ход избрания ФИО2 меры пресечения, ни в судебном заседании о продлении меры пресечения.

Суд проигнорировал тот факт, что, основные следственные действия по делу уже проведены, и помимо показаний лица, заключившего досудебное соглашение с прокурором о сотрудничестве ФИО11, который ранее привлекался к уголовной ответственности по ч. 4 ст. 159, 291 УК РФ и его ФИО15, обвинявшаяся в совершении преступления, предусмотренного ст. 322.1 УК РФ, иных доказательств вины ФИО2 нет, при этом ФИО11 и ФИО15 за совершение тяжких и особо тяжких преступлений находятся на свободе, а ранее не судимый, социально-адаптированный ФИО2, без достаточных на то оснований, находится в следственном изоляторе, что нарушает принцип справедливости.

Суд, в постановлении не привел сведений, свидетельствующих о том, почему мера пресечения в виде домашнего ареста, не сможет обеспечить надлежащее поведение ФИО2, при которой применяется электронные средств контроля, исключающие возможность обвиняемого покинуть место проживания, а также общаться с участниками по делу.

Довод суда о том, что срок продления ФИО2 меры пресечения на 3 месяца не является продолжительным, является ошибочным и немотивированным, поскольку следствием не было представлено никаких доказательств того, что ФИО2 препятствует производству по уголовному делу, а продление срока содержания под стражей еще на 3 месяца без достаточных оснований, нарушает право ФИО2 на свободу и личную неприкосновенность, гарантированные ст. 22 Конституции РФ, а также его право на семейную жизнь.

Указывает, что ФИО2 женат, на его иждивении находятся двое малолетних детей и один ребенок студент, обучающийся по очной форме обучения, супруга, не имеет источника дохода, а также его престарелые родители. Наличие социальных связей ФИО2 существенно снижают риск того, что он может скрыться от органов следствия либо суда, а мера пресечения в виде домашнего ареста сможет гарантировать его надлежащее поведение и достижение целей уголовного судопроизводства.

Просит постановление суда изменить, избрать ФИО2 меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: <адрес>, либо меру пресечения в виде запрета определенных действий по адресу его постоянного места жительства: <адрес>.

Возражений на апелляционные жалобы не поступило.

Проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционных жалоб, выслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев.

В соответствии со ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст.97 и 99 УПК РФ.

Постановление суда о продлении ФИО3 и ФИО2 меры пресечения в виде содержания под стражей, принято судом с соблюдением принципа состязательности и равенства сторон.

Требования закона, регламентирующие условия и порядок продления меры пресечения в виде заключения под стражу, по настоящему делу не нарушены.

Постановления о возбуждении перед судом ходатайств о продлении срока содержания под стражей обвиняемых, составлены уполномоченным на то должностным лицом - следователем, в рамках возбужденного уголовного дела, с согласия соответствующего должностного лица, в них указаны, какие следственные действия необходимо провести по делу, и приведены основания, подтверждающие необходимость продления срока содержания обвиняемых под стражей.

При рассмотрении вопроса о продлении срока содержания под стражей обвиняемым, суд первой инстанции, без вхождения в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу, проверил достаточность данных об имевших место событиях преступлений и причастности к ним обвиняемых, обосновав свой вывод представленными материалами, а также дал оценку иным значимым для дела обстоятельствам.

Основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ и изложенные в ст. 99 УПК РФ, вследствие которых в отношении ФИО3 и ФИО2 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, по мнению суда первой инстанции не изменились, и своего правового значения не утратили, не согласиться с данными выводами, у суда апелляционной инстанции, оснований не имеется.

Так, продлевая срок содержания под стражей ФИО3 и ФИО2, суд первой инстанции правильно исходил из характера предъявленного каждому из них обвинения в совершении умышленного особо тяжкого преступления, против государственной власти и интересов государственной службы, за которые уголовным законом предусмотрена возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок, а также принял во внимание, что ФИО2, будучи осведомленным о проводимых в отношении него проверочных мероприятиях, предпринимал попытки оказать давление на соучастника преступления ФИО11, с целью недопущения сообщения в правоохранительные органы о фактах совместного совершения преступления, а ФИО3 создал условия для выезда за границу соучастников преступления, что позволило суду прийти к убеждению, о том, что находясь на свободе ФИО3 и ФИО2, могут скрыться от следствия и суда, воспрепятствовать установлению соучастников преступления.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции о необходимости продления срока содержания под стражей, суд апелляционной инстанции, учитывая фактические обстоятельства преступлений, в совершении которых органами предварительного следствия обвиняются ФИО3 и ФИО2, санкцию вмененного каждому из них преступления, предусматривающие возможность назначения наказание в виде лишения свободы на срок значительно превышающий три года, необходимость проведения по делу следственных и процессуальных действий, направленных на установление юридически значимых обстоятельств, имеющиеся данные о личности каждого обвиняемого, также не находит оснований для изменения в отношении ФИО3 и ФИО2, меры пресечения на более мягкую - домашний арест, запрет определенных действий, залог, поскольку иные меры пресечения приведут к существенную снижению эффективности мер контроля за обвиняемыми, и не будут являться безусловной гарантией явки обвиняемых в органы следствия и в суд.

Кроме того, как следует из ходатайства следователя, дальнейшее содержание обвиняемых под стражей обусловлено необходимостью проведения следственных действий, в том числе по проверке причастности ФИО3 и ФИО2 к совершению аналогичных преступлений и установлению соучастников преступления, что свидетельствует о том, что сбор доказательств по уголовному делу не окончен, предварительное следствие не находится на его завершающей стадии, что подтверждает обоснованный риск того, что, в случае изменения меры пресечения ФИО3 и ФИО2, будет иметь реальную возможность совершить действия направление на оказание воздействие на участников уголовного судопроизводства, что как следствие повлечет воспрепятствование окончанию предварительного следствия в разумные сроки.

Испрошенный следователем срок продления содержания под стражей обвиняемых на 3 месяца, с учетом приведенного объема следственных действий, подлежащих выполнению, перечисленных в ходатайстве, по мнению суда апелляционной инстанции, является разумным, обоснованным, не выходит за рамки срока следствия и не противоречит ч. 2 ст. 109 УПК РФ.

Вопреки доводам жалоб защитников и обвиняемых, к выводу о невозможности изменения меры пресечения на более мягкую, суд пришел с учетом совокупности всех обстоятельств как ФИО3, так и ФИО2, а не только тяжести преступления, кроме того степень тяжести предъявленного лицу обвинения в совершении преступления, по смыслу положений ст. 99 УПК РФ, должна учитываться как при решении вопроса об избрании лицу меры пресечения в виде заключения под стражу, так и при ее продлении.

Утверждения адвокатов о том, что ФИО3 и ФИО2 не имеют намерений влиять на ход следствия и скрываться, со ссылкой на дачу ими показаний, а у ФИО2 наличия сведений о проведении оперативно розыскных мероприятий, нельзя признать убедительными, поскольку до момента задержаний в порядке ст. 91, 92 УПК РФ и предъявления каждому из них обвинения в совершении особо тяжкого преступления, у ФИО3 и ФИО2 не имелось оснований опасаться уголовного преследования и возможного назначения наказания, связанного с реальным лишением свободы, а таким образом не имелось оснований скрываться и препятствовать производству по уголовному делу.

Доводы адвоката Шульги А.Л. в суде апелляционной инстанции о том, что заграничный паспорт ФИО2 08.04.2026 передан следователю в чьем производстве находится уголовное дело, в связи с чем, он не имеет возможности и намерений скрыться, не могут указывать на незаконность принятого судом решения, поскольку это не свидетельствует об отсутствие у обвиняемого намерений иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Вопреки доводам жалоб адвокатов, суду первой инстанции были известны все сведения о личности каждого обвиняемого, положительно характеризующие ФИО3 и ФИО2, в том числе о состоянии здоровья, семейном положении, отсутствие судимости, положительные характеристики, что нашло отражение в тексте обжалуемого постановления и соответственно принимались судом во внимание при вынесении постановления. Однако эти данные, не влияют на законность и обоснованность принятого судом решения, поскольку сами по себе не являются безусловным основанием для изменения меры пресечения на более мягкую и не свидетельствует об изменении оснований и обстоятельств, предусмотренных ст.ст. 97, 99 УПК РФ, и не исключают невозможности ФИО3 и ФИО2 воспрепятствовать производству по делу, которое не завершено, собранные по делу доказательства судом не изучены, и не проверены.

Вопреки мнению адвоката Афанасьева Д.И., объективных данных о том, что при задержании ФИО3, и предъявлении ему обвинения были допущены нарушения, влекущие изменение меры пресечения, не имеется, более того порядок и основания задержания ФИО3 были проверены судом первой инстанции при избрании в отношении него меры пресечения, что нашло свое отражение в постановлении суда от 05.02.2026, вступившего в законную силу.

Не соглашаясь с утверждением жалобы адвоката Афанасьева Д.И. о нарушении подследственности уголовного дела, суд апелляционной инстанции отмечает, что подследственность материала проверки № УП/24-26 от 31.01.2026, который явился поводом к возбуждению уголовного дела № 12607050001000014, определена постановлением прокурора Приморского края от 02.02.2026 за следственным отделом УФСБ России по Приморскому краю. Таким, образом, оснований для вывода о том, что ходатайство о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, подано не уполномоченным должностным лицом, не имеется. Не согласие же адвоката с постановлением прокурора об определении подследственности уголовного дела, не может быть предметом обсуждения при проверке законности и обоснованности продления срока содержания обвиняемым под стражей, так как оно обжалуется в ином порядке, предусмотренном нормами Уголовно-процессуального кодекса РФ.

На суждения жалобы адвокатов Афанасьева Д.И. и Шульги А.Л. о недопустимости, как доказательства протоколов допроса ФИО11, ФИО13, справке-меморандум, а также о невиновности ФИО2 и ФИО3, суд апелляционной инстанции отмечает, что уголовное дело, в рамках которого обвиняются ФИО2 и ФИО3, возбуждено при наличии достаточных для этого оснований, обвинение предъявлено с соблюдением требований УПК РФ, а вопросы правильности квалификации действий обвиняемых, доказанности их вины, допустимости доказательств, не могут быть предметом судебного контроля в досудебной стадии производства по уголовному делу, поскольку находятся вне пределов полномочий, как суда первой, так и апелляционной инстанции, и подлежат проверке и исследованию при рассмотрении дела по существу в случае его поступления в суд.

На мнение жалобы адвоката Афанасьева Д.И. относительно достоверности сведений указанных в справке-меморундум, и отсутствие в полном объеме процессуальных документов подтверждающих, проведение следственных и процессуальных действий по ее получению, суд апелляционной инстанции отмечает, что в силу ст.161 УПК РФ объем данных предварительного следствия, передающихся гласности на стадии предварительного расследования уголовного дела, определяется соответствующим следственным органом.

Представленных материалов из уголовного дела, суд первой инстанции посчитал, достаточными, а изложенные в них сведения относимыми для разрешения ходатайства, и проверки наличия у органов предварительного следствия достаточных данные об имевшем место событии преступления, наличие обоснованного подозрения в причастности ФИО2 и ФИО3 к инкриминируемому каждому из них деянию.

Вопреки мнению стороны защиты, при рассмотрение вопроса о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО3 и ФИО2, судом соблюдены требования ст.ст. 97, 99, 109 УПК РФ, положения Конституции РФ, и основополагающие разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19.12.2013 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».

Ссылка адвоката Шульги А.Л. на нахождение на свободе ФИО11 и ФИО15 не является основанием для изменения меры пресечения в отношении ФИО2, поскольку исходя из положений УПК РФ, решение об избрании той или иной меры пресечения принимается индивидуально в отношении каждого конкретного лица, с учетом положений ст.ст.97,99 УПК РФ.

Ограничение прав обвиняемых именно путем содержания под стражей в полной мере обусловлено интересами безопасности общества, требующими надлежащего расследования уголовного дела, и не является чрезмерным ни по своему существу, ни по сроку его применения. Волокиты при производстве предварительного следствия, судьей первой инстанции не установлено, и с этим выводом соглашается суд апелляционной инстанции.

Документы, свидетельствующих о наличии у ФИО3 и ФИО2 заболеваний, препятствующих их дальнейшему содержанию в условиях следственного изолятора, применительно к перечню тяжелых заболеваний, утвержденному Постановлением Правительства РФ № 3 от 14.01.2011, отсутствуют.

Каких-либо новых, неизвестных суду первой инстанции сведений о личности обвиняемых или иных обстоятельств, которые могли бы повлиять на решение вопроса о мере пресечения в отношении ФИО3 и ФИО2, суду апелляционной инстанции не представлено.

Постановление суда первой инстанции является законным, обоснованным и мотивированным, полностью соответствует ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции также не находит оснований для удовлетворения ходатайства стороны защиты об изменении меры пресечения в отношении обвиняемых ФИО3 и ФИО2 и освобождении их из-под стражи.

Оснований для отмены или изменения постановления суда первой инстанции, в том числе, исходя из доводов адвокатов Афанасьева Д.И., Шульги А.Л., и обвиняемых ФИО3 и ФИО2, приведенных в апелляционных жалобах и в судебном заседании суда апелляционной инстанции, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

Постановление Фрунзенского районного суда г.Владивостока Приморского края от 30.03.2026, которым обвиняемым ФИО2, ФИО3 продлен срок содержания под стражей на 3 месяца 00 суток, а всего до 4 месяцев 30 суток, то есть до 03.07.2026 - оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Афанасьева Д.И., Шульги А.Л. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев с момента его вынесения.

Председательствующий Н.А. Орлова