Апелляционное постановление № 22-1719/2025 от 2 сентября 2025 г. по делу № 1-387/2025

Председательствующий по делу Дело №22-1719/2025г.

судья Панова С.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Чита 3 сентября 2025 года

Забайкальский краевой суд в составе председательствующего судьи Емельяновой И.С.,

с участием:

Прокурора отдела прокуратуры Забайкальского края Карчевской О.В.,

Осужденной ФИО1,

Адвоката Ячменевой Е.Г., предоставившей удостоверение №1054 и ордер №405951 от 28 мая 2025 года,

Представителя потерпевшего СРВ,

При секретаре Бронниковой В.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании в г. Чите 03 сентября 2025 года апелляционную жалобу и дополнения к ней адвоката Ячменевой Е.Г., поданную в защиту интересов осужденной ФИО1 на приговор Центрального районного суда г.Читы от 02 июля 2025 года, которым

ФИО1, родившаяся <Дата> в <адрес>, не судимая,

- осуждена по ст.177 УК РФ к 240 часам обязательных работ;

- приговором определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Емельяновой И.С., пояснения осужденной ФИО1, выступление адвоката Ячменевой Е.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение представителя потерпевшего СРВ, прокурора Карчевской О.В., возражавших против доводов апелляционной жалобы, суд

УСТАНОВИЛ:

При обстоятельствах, изложенных в приговоре, ФИО1 признана виновной и осуждена за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности в крупном размере после вступления в силу соответствующего судебного акта.

Преступление совершено в период с <Дата> по <Дата> в г.Чите.

В судебном заседании ФИО1 вину в предъявленном обвинении не признала, пояснила о своей невиновности в совершении преступления.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Ячменева Е.Г. выражает несогласие с приговором, считает его необоснованным в связи с неправильным применением уголовного закона, нарушением уголовно-процессуального закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов ссылается на ст.240, ч.4 ст.302 УПК РФ, и указывает, что в приговоре, как доказательства, опровергающие позицию защиты, заложены неисследованные в суде доказательства-определения Центрального районного суда г.Читы от <Дата> и <Дата>. Полагает, что в ходе судебного следствия достоверно не установлена сумма кредиторской задолженности ФИО1, именно по решению Центрального районного суда г.Читы от <Дата>, а не по исполнительному производству. Не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов, суд принял как доказательства о наличии суммы крупной кредиторской задолженности, показания представителя потерпевшего СРВ, который, согласно его же показаниям, не владеет достоверной информацией об исполнении решения суда в период до <Дата> года, и отверг письменные доказательства стороны защиты о том, что на <Дата> года остаток кредиторской задолженности по данным ООО <данные изъяты>» составлял максимум 4 566 840,78 рублей. Подробно ссылается на показания свидетелей ПСА об остаточной сумме задолженности ООО «<данные изъяты>» перед ООО «<данные изъяты>», КАА о поставке до августа 2020 года ООО «<данные изъяты>» в ООО «<данные изъяты>» угля в счет расчетов за автомашину, СИН о не уведомлении взыскателя об исполнении судебного решения до поступления исполнительного листа в УФССП, представителя потерпевшего СРВ о том, что по просьбе руководства ООО «<данные изъяты>» он предъявил исполнительный лист в ССП, информацией об исполнении решения суда с <Дата> по <Дата> год, не владел. Также ссылаясь на документы, представленные стороной защиты, о снижении суммы задолженности за счет поставок угля, указывает, что в ходе судебного следствия установлено, что решение суда от <Дата> исполнялось в добровольном порядке и на дату предъявления исполнительного листа в УФССП в <Дата> года остаток кредиторской задолженности по данному решению составил 4 566 840,78 рублей. Полагает, что в случае, если бы взыскатель действовал добросовестно, то на момент представления исполнительного листа в <Дата> года в службу судебных приставов в заявлении было бы отражено об уменьшении остатка кредиторской задолженности, что нашло бы свое отражение в постановлении о возбуждении исполнительного производства. Поскольку судебный пристав-исполнитель не был осведомлен о том, что решение суда от <Дата> добровольно исполнялось, то исполнительное производство было возбуждено на сумму 8 306 497 рублей, копия постановления о возбуждении исполнительного производства была направлена взыскателю и послужила поводом для постановки на учет в бухгалтерской отчетности ООО «<данные изъяты>» долга ФИО1 именно в этой сумме. Орган предварительного следствия и суд первой инстанции взяли за основу сумму по исполнительному производству, которое, в силу недобросовестности действий взыскателя содержит изначально недостоверную информацию. Данные бухгалтерского учета ООО «<данные изъяты>» об остатках задолженности также базируются на постановлении о возбуждении исполнительного производства, поскольку в январе 2020 года указанный долг по договору от <Дата> и его исполнение были учтены за ООО «<данные изъяты>», а не за ФИО1 Отмечает, что для проверки указанных обстоятельств неоднократно стороной защиты заявлялось ходатайство о проверке данных обстоятельств путем допроса директора ООО «<данные изъяты>» ПСА и бухгалтера, работавшего в данной организации в <Дата> году (в период исполнения судебного решения) и в <Дата> году (в период постановки на учет задолженности ФИО1), в удовлетворении которых отказано. Отмечает, что уголовное дело по ст.177 УК РФ было возбуждено без учета суммы добровольного исполнения. Полагает, что судом неверно отражено существо отказа в процессуальном правопреемстве, не установлено доказательств исполнения долговых обязательств ФИО1 перед ООО «<данные изъяты>», а не перед ООО «<данные изъяты>», долг перед которым приняло на себя ООО «<данные изъяты>». Считает, что данный факт никак не влияет на то, что ООО «<данные изъяты>» исполняло обязательства по соглашению от <Дата> путем поставки угля и ООО «<данные изъяты>», отразив по своему учету долг данной организации по названному соглашению, принимало в счет его исполнения уголь, оплату за который не производило. Считает, что отношения между ФИО1 и ООО «<данные изъяты>» по исполнению взаимных долговых обязательств не относятся к предмету настоящего уголовного дела и никак не влияют на то, что ООО «<данные изъяты>» часть своего долга получило. Полагает, что период с <Дата> по <Дата> не может включаться в продолжительное время неисполнения судебного решения, поскольку апелляционным определением Забайкальского краевого суда от <Дата> определено о замене должника ФИО1 в исполнительном производстве на процессуального правопреемника ООО «<данные изъяты>», на основании чего судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о замене стороны по исполнительному производству на ООО «<данные изъяты>», которое было отменено определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от <Дата>, определением Забайкальского краевого суда от <Дата> решение суда от <Дата> оставлено без изменения. <Дата> постановлением судебного пристава-исполнителя произведена замена должника с ООО «<данные изъяты>» на ФИО1 и <Дата> исполнительное производство передано в Центральный РОСП № УФССП России по Забайкальскому краю. Ссылается на постановление Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления» №48 от 26 ноября 2019 года, указывает, что в распоряжении должника должны находиться денежные или иные средства, позволяющие ему выполнить принятую на себя обязанность по погашению задолженности, то есть, наличие не только определенного уголовным законом размера самой кредиторской задолженности, но и доказательств наличия у подозреваемого денежных средств для ее погашения в крупном размере. Неисполнение лицом кредитных обязательств влечет уголовную ответственность только в тех случаях, когда у лица имелась возможность исполнить такие обязательства в размере, соответствующем крупному, в иных случаях действия образуют состав административного правонарушения. Отмечает, что согласно примечанию к ст.170.2 УК РФ крупным размером признается сумма, превышающая 3 500 000 рублей. Ссылаясь на выводы суда, указывает, что сумма ущерба складывается из расходования ФИО1 денежных средств, полученных от предпринимательской деятельности (сдачи в аренду имущества) - всего на сумму 1 720 927,54 рублей и не образует крупного размера, в связи с чем, отсутствует объективная сторона преступления, предусмотренного ст.177 УК РФ. Отмечает, что в приговоре одна и та же сумма остатка кредиторской задолженности в размере 7 893 024,64 рубля указана как на дату начала преступления-<Дата>, так и на дату его окончания-<Дата>, что, по мнению автора жалобы, явно не соответствует фактическим обстоятельствам, поскольку из заработной платы ФИО1 в указанный период удерживалось по исполнительному производству 50%. Выражает сомнения в указании в приговоре кадастровой стоимости нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, равной 7 693 023,10 рублей, ввиду того, что согласно ст.85 Закона «Об исполнительном производстве» оценка имущества должника, на которое обращается взыскание, производится судебным приставом-исполнителем по рыночным ценам, то есть реализация указанного помещения производилась бы явно не по кадастровой стоимости. Отмечает, что даже при кадастровой цене стоимость арестованного помещения покрывает сумму заложенной в обвинение кредиторской задолженности. Полагает, что в действиях ФИО1 отсутствует злостность уклонения от погашения кредиторской задолженности, поскольку задолженность ею погашалась путем удержания денежных средств из заработной платы. Ссылаясь на показания свидетеля СИН о неосведомленности судебных приставов об открытом ФИО1 как ИП счете, отмечает, что она не несет ответственность за полноту принимаемых приставами мер, в связи с чем, полагает, что вопрос о наличии признаков преступления, предусмотренного ст.177 УК РФ, должен решаться, в том числе с учетом оценки добросовестности действий судебного пристава-исполнителя. Указывает, что действия ФИО1, которые заключаются только в том, что она не сообщила приставу-исполнителю о получаемом ею, как индивидуальным предпринимателем, доходе, не предприняв таким образом мер к погашению кредиторской задолженности, по мнению автора жалобы, должны быть квалифицированы по ст.17.14 КоАП РФ. Полагает, что судом первой инстанции не мотивированы причины, по которым опровергнуты доводы защиты о том, что действия ФИО1 охватываются составом административного, а не уголовного правонарушения, поскольку иных действий, кроме как несообщение приставу-исполнителю о получаемом доходе, которые бы свидетельствовали о злостности уклонения ФИО1 от погашения кредиторской задолженности, не вменяется. Указывает, что ФИО1 не создавала препятствий судебным приставам-исполнителям осуществлять взыскание задолженности с ее лицевых счетов в банке, не противодействовала им, не пыталась скрыть свои счета в банке, а также спрятать местонахождение имущества, на которое возможно наложение ареста. С заработной платы ФИО1 ежемесячно производились удержания в пользу ООО «<данные изъяты>», было наложено ограничение на регистрационные действия, а в последующем арестовано имущество на сумму, существенно превышающую сумму долга. Указывает, что судом не дана оценка доводам стороны защиты о том, что по смыслу уголовно-процессуального закона в случаях, предусмотренных в ч.3 ст.20 УПК РФ, когда потерпевшим является коммерческая организация, уголовные дела о преступлениях, предусмотренных, в том числе статьями 177 УК РФ, возбуждаются по заявлению лица, являющегося в соответствии с уставом организации ее единоличным руководителем (лицом, выполняющим функции единоличного исполнительного органа) или руководителем коллегиального исполнительного органа либо лица, уполномоченного руководителем коммерческой организации представлять ее интересы в уголовном судопроизводстве в соответствии с ч.9 ст.42 УПК РФ (Пленум Верховного Суда РФ от 15 ноября 2016 года №48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности»). Указывает, что повод для возбуждения уголовного дела должен быть обличен в соответствующую процессуальную форму, однако свидетель СИН подтвердила, что заявление от ООО «<данные изъяты>» о возбуждении уголовного дела не поступало, а на наводящий вопрос суда пояснила, что представитель СРВ жаловался, что решение не исполняется, однако данные жалобы не могут рассматриваться как надлежащий процессуальный повод, предусмотренный ст.140 УПК РФ. Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Ячменевой Е.Г. государственный обвинитель Жалсараев З.Б. указывает, что уголовное дело в отношении ФИО1 возбуждено дознавателем, наделенным соответствующими полномочиями при наличии повода, рапорта об обнаружении признаков преступления и оснований, материалов проверки, при этом данное преступление совершено осужденной не как индивидуальным предпринимателем и не в связи с осуществлением ею предпринимательской деятельности. Не установление судом суммы кредиторской задолженности ФИО1 по решению суда, а не по исполнительному листу, несоответствие суммы кредиторской задолженности ввиду того, что из заработной платы производились удержания, несогласие с кадастровой стоимостью нежилого помещения, отсутствие в действиях злостности уклонения от погашения кредиторской задолженности, не относятся к рассматриваемому делу и не влияют на доказанность вины. Действия ФИО1 квалифицированы верно, наказание назначено в соответствии с законом. Просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав мнения участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

С доводами стороны защиты о неверном установлении судом фактических обстоятельств дела суд апелляционной инстанции согласиться не может и считает выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления при изложенных в приговоре обстоятельствах правильными, основанными на доказательствах, полученных в порядке, установленном законом.

Выдвинутые в судебном заседании, а также изложенные в апелляционной жалобе доводы о невиновности ФИО1 в совершении преступления, за которое она осуждена, аналогичны доводам стороны защиты в суде первой инстанции, фактически направлены на переоценку исследованных и положенных в основу обвинительного приговора доказательств, которые тщательно проверялись в судебном заседании и обоснованно отвергнуты судом, выводы суда об этом подробно мотивированы в приговоре.

Правильно придя к выводу о виновности ФИО1 в злостном уклонении от погашения кредиторской задолженности в крупном размере после вступления в силу соответствующего судебного акта, суд верно сослался на показания самой осужденной, представителя потерпевшего, свидетелей в части, не противоречащей фактическим обстоятельствам по делу, а также письменные доказательства, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Так, суд первой инстанции проверил и проанализировал показания ФИО1 о том, что она приобрела автомашину Мерседес Бенц у ШАА, выступая на стороне покупателя по просьбе своего брата КАА, стоимость которой он должен был оплатить. Покупали машину для брата КДА, при этом она денежные средства ШАА не передавала. Спустя три года она узнала о наличии судебного решения о взыскании с нее суммы основного долга в размере 5 570 000 рублей, платы за просрочку платежа в размере 1 392 500 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с <Дата> по <Дата> в размере 1 343 997 рублей по иску ООО «<данные изъяты>». Ей известно, что ООО «<данные изъяты>», директором которого являлся КАА, производил оплату за автомашину путем поставки в ООО «<данные изъяты>» угля и внесения наличных денежных средств в кассу по договоренности между КАА и руководством ООО «<данные изъяты>». У нее умысла на злостное неисполнение решения суда не было. В результате принятых судебными приставами-исполнителями мер с ее счетов удерживались денежные средства, арестовано недвижимое имущество-помещение стоимостью 29 210 000 рублей, транспортное средство стоимостью 1 600 000 рублей, земельный участок стоимостью 1 200 000 рублей, которое она не пыталась скрыть либо продать, поскольку понимала, что за счет данного имущества приставами-исполнителями будет исполнено решение суда. В <Дата> года она зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя и отрыла расчетный счет ИП в Сбербанке, <Дата> как ИП заключила договор аренды помещения с Читинской таможней. Исходя из получаемых в период с июня по <Дата> года через госуслуги постановлений пристава-исполнителя о наложении ограничений на ее имущество, счета, она полагала о том, что приставом-исполнителем истребована информация в банках о всех ее счетах, включая счет ИП, и приняты необходимые меры в рамках предоставленных полномочий. Полагает, что ее простое бездействие нельзя рассматривать в качестве злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности, а ее действия, выразившиеся в несообщении приставу-исполнителю сведений о полученных доходах как ИП должны быть квалифицированы по ст.17.14 КоАП РФ, поскольку она не создавала препятствий судебным приставам-исполнителям осуществлять взыскание задолженности с ее лицевых счетов в банке, не пыталась скрыть свои счета в банке, а также спрятать местонахождение имущества, на которое возможно наложение ареста.

У суда не имелось оснований подвергать сомнению правдивость показаний ФИО1 в той части, в которой они согласуются с установленными обстоятельствами по делу.

В то же время, позиции ФИО1 о невиновности в содеянном судом дана надлежащая оценка с приведением мотивов, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований нет.

Представитель потерпевшего СРМ показал, что между ООО «<данные изъяты>» в лице директора ПСА и ШАА, заключен договор купли-продажи транспортного средства Mercedes-Benz стоимостью 5 570 000 рублей, сразу же был заключен новый договор купли-продажи транспортного средства между ШАА и ФИО1 Денежные средства за автомобиль ФИО1 ШАА не передавала, в связи с чем, был заключен договор об уступке прав (требований), в котором ШАА и ООО «<данные изъяты>» в лице директора ПСС уступают права требования уплаты стоимости автомобиля по договору купли-продажи транспортного средства, заключенным между ШАА и ФИО1 ШАА передал долговые обязательства ФИО1, <Дата> между ФИО1 и ООО «<данные изъяты>» в лице директора ПСА заключено дополнительное соглашение о рассрочке оплаты за автомобиль к договору купли-продажи, которая составляла 278 500 рублей ежемесячно, до полного погашения стоимости автомобиля. Однако ФИО1 свои обязательства по данному договору не исполняла, в связи с чем, ООО «<данные изъяты>» обратилось в суд с иском о взыскании с нее задолженности по кредитному договору от <Дата> в размере 5 570 000 рублей, платы за просрочку платежа в размере 1 392 500 рублей, проценты за пользование денежными средствами за период с <Дата> по <Дата> в размере 1 343 997 рублей, а всего 8 306 497 рублей. На основании выданного судом исполнительного листа от <Дата> было возбуждено исполнительное производство в рамках которого вынесены постановления об обращении взыскания на денежные средства должника, находящиеся в банках, <Дата> вынесено постановление об обращении взыскания на заработную плату ФИО2 в размере 50% от дохода должника. Было установлено, что с <Дата> ФИО1 получала доход от сдачи в аренду помещения по адресу: <адрес> и с данных денежных средств задолженность не оплачивала.

Свидетель ШАА пояснил, что <Дата> между ООО «<данные изъяты>» в лице директора ПСА и им заключен договор купли-продажи транспортного средства Mercedes-Benz GLE 400 MATIC стоимостью 5 570 000 рублей. Сразу же заключен новый договор купли-продажи транспортного средства между ним и ФИО1, а также заключен договор об уступке прав (требований), в котором он уступает права требования ООО «<данные изъяты>» в лице директора по договору купли- продажи транспортного средства, заключенным между ним и ФИО1 От ФИО1 он денежные средства не получал.

Свидетель КАА-брат ФИО1 пояснил, что с момента приобретения автомобиля Мерседес Бенс его эксплуатировал их общий брат КДА Кредиторскую задолженность перед ООО «<данные изъяты>» за приобретенный ФИО1 автомобиль он не погашал.

Допрошенная в качестве свидетеля СИН-судебный пристав-исполнитель Центрального районного отдела судебных приставов № <адрес> УФССП России по Забайкальскому краю, показала, что у нее на исполнении находится исполнительное производство, возбужденное на основании исполнительного листа, выданного Центральным районным судом г. Читы о взыскании с ФИО1 в пользу ООО «<данные изъяты>» задолженности по договору купли-продажи от <Дата> в размере 5 570 000 рублей, плату за просрочку платежа в размере 1 392 500 рублей, проценты за пользование денежными средствами за период с <Дата> по <Дата> в размере 1 343 997 рублей, всего 8 306 497 рублей. ФИО1 была ознакомлена с постановлением о возбуждении исполнительного производства и предупреждена об ответственности по ст.177 УК РФ. В ходе проведения исполнительных действий вынесены постановления об обращении взыскания на денежные средства должника ФИО1, находящиеся в банках, на заработную плату в размере 50% от дохода должника в ООО «<данные изъяты>», откуда поступали денежные средства на депозитный счет структурного подразделения в пользу погашения задолженности. <Дата> назначена проверка бухгалтерии предприятия на правильность и своевременность удержания денежных средств из заработной платы должника и установлено, что между ФИО1 и Читинской таможней заключен государственный контракт № от <Дата>, согласно которому в пользу арендатора ФИО1 производились перечисления денежных средств. О данных обстоятельствах ФИО1 судебному приставу-исполнителю не сообщила, мер к погашению задолженности из указанного дохода не предпринимала.

Свидетель КЕВ-заместитель начальника отдела тылового обеспечения Читинской таможни показала, что <Дата> между Читинской таможней и ИП ФИО1 заключен государственный контракт об аренде нежилого помещения по адресу: <адрес>, с момента подписания которого ФИО1 ежемесячно до <Дата> на расчетный счет, открытый в ПАО «<данные изъяты>», перечислялись денежные средства за аренду помещения. После между ними был заключен новый государственный контракт. Арендная плата помещения в месяц составляет 262 890 рублей.

У суда не имелось оснований подвергать сомнению достоверность показаний представителя потерпевшего и указанных свидетелей, поскольку они последовательны и непротиворечивы, согласуются с другими доказательствами по делу, воссоздают целостную картину произошедшего, каких-либо данных, свидетельствующих о их заинтересованности в исходе дела при даче показаний, судом не установлено, не усматривает таких и суд апелляционной инстанции.

Приведенные доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, нашли свое объективное подтверждение решением Центрального районного суда г.Читы от <Дата>, вступившим в законную силу, о взыскании с ФИО1 в пользу ООО «<данные изъяты>» основного долга по договору купли-продажи от <Дата> в размере 5 570 000 рублей, плату за просрочку платежа в размере 1 392 500 рублей, процентов за пользование денежными средствами за период с <Дата> по <Дата> в размере 1 343 997 рублей, всего 8 306 497 рублей; постановлением о возбуждении исполнительного производства от <Дата>; предупреждением об уголовной ответственности за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности от <Дата>; выпиской из ЕГРНП; государственным контрактом от <Дата>, заключенным между арендатором Читинская таможня и ИП ФИО1; выпиской по счету ИП ФИО1 в ПАО «Сбербанк»; платежными поручениями перечисления денежных средств; протоколом осмотра предметов, и другими доказательствами, приведенными в приговоре.

В обоснование обвинительного приговора судом положены доказательства, которые были получены в период предварительного следствия, проверены в ходе судебного заседания и приведены в приговоре. Все подлежащие доказыванию в силу ст.73 УПК РФ обстоятельства, при которых ФИО1 совершила преступление, судом установлены, вина осужденной материалами дела доказана.

Утверждение стороны защиты об отсутствии у ФИО1 умысла на уклонение от уплаты кредиторской задолженности ввиду того, что отчисление денежных средств производилось в пользу ООО «<данные изъяты>» из ее зарплаты, наличие возможности истребования приставом-исполнителем информации в банках о всех счетах, включая счет ИП, наличие арестованного имущества, сумма которого превышает сумму задолженности и которое подлежит реализации в счет погашения задолженности, отсутствие в действиях осужденной признака злостности уклонения от погашения кредиторской задолженности в крупном размере, было предметом проверки в суде первой инстанции. Данные доводы не опровергают установленные судом обстоятельства совершенного ФИО1 преступления.

По смыслу закона, под злостностью уклонения следует понимать умышленное невыполнение лицом предписанных судом решений, обязывающих оплатить кредиторскую задолженность, в течение продолжительного времени после предупреждения судебным приставом-исполнителем об уголовной ответственности при наличии у должника реальной возможности выполнить данное обязательство, то есть когда поведение лица свидетельствует о нежелании выполнять решение суда. Злостность уклонения предполагает, что в распоряжении должника должны находиться денежные или иные средства, позволяющие ему полностью или частично выполнить обязанность по погашению задолженности.

Установив в ходе судебного следствия такие обстоятельства, суд пришел к выводу о наличии у осужденной умысла на злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности в крупном размере.

Принимая решение, суд указал, что в рамках исполнительного производства ФИО1 была разъяснена обязанность сообщить судебному приставу-исполнителю о наличии счетов, в том числе тех, на которые производится зачисление денежных средств, с которых может быть произведено взыскание задолженности, она, будучи предупрежденной об уголовной ответственности, на протяжении продолжительного периода времени на счет индивидуального предпринимателя получала значительный ежемесячный доход, и не могла не знать, что удержания из получаемого дохода не производятся, однако, каких-либо мер для исполнения финансовых обязательств перед ООО «<данные изъяты>» не приняла.

Таким образом, на основании подробно изложенных в приговоре доказательств, суд верно установил, что ФИО1, являясь индивидуальным предпринимателем, в период с <Дата> по <Дата> получила доход в сумме 1 720 927,54 рублей, при этом, кредиторскую задолженность перед ООО «<данные изъяты>» не погашала. Поэтому выводы суда о том, что факт частичного погашения кредиторской задолженности ФИО1 перед ООО «<данные изъяты>» не свидетельствуют об отсутствии злостности уклонения в деянии ФИО1, так как удержание денег происходило принудительно действиями судебного пристава-исполнителя, являются правильными. Изложенные в описательно-мотивировочной части приговора выводы о наличии признака злостности уклонения от погашения кредиторской задолженности соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам дела.

Доводам стороны защиты о неверно установленном размере задолженности, а также о частичной уплате долга ООО «Торговый дом «<данные изъяты>», судом первой инстанции дана надлежащая оценка, они обоснованно признаны несостоятельными, поскольку указанные обстоятельства установлены на основании всех исследованных обстоятельств.

Юридическая оценка действиям осужденной ФИО1 дана верно.

При исследовании материалов дела судом апелляционной инстанции не выявлено обстоятельств, свидетельствующих о существенной неполноте проведенного дознания, повлиявшей на выводы суда о доказанности вины осужденного в совершении преступления, либо грубых нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора.

Все положенные в основу приговора доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, которые судом были тщательно исследованы, в условиях состязательности и равноправия сторон, и которым дана надлежащая оценка в соответствии со ст.ст.87,88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности исследованные доказательства признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу, при этом суд указал в приговоре, почему доверяет одним доказательствам и отвергает другие, в связи с чем, полагать, что приговор постановлен на предположениях и недопустимых доказательствах, оснований не имеется. Все заявленные, в том числе и стороной защиты ходатайства были рассмотрены председательствующим в установленном законом порядке, по ним приняты мотивированные решения.

Несогласие осужденной ФИО1 и ее защитника с положенными в основу приговора показаниями свидетелей и иными доказательствами, как и с приведенной в приговоре их оценкой не может свидетельствовать о недопустимости доказательств, несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности ее виновности в инкриминируемом преступлении и неправильном применении уголовного закона.

Доводы жалобы защитника о незаконности возбуждения уголовного дела являются несостоятельными, поскольку уголовное дело возбуждено надлежащим должностным лицом, при наличии повода к возбуждению уголовного дела.

При назначении наказания ФИО1 судом верно учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновной, обстоятельства смягчающие наказание, отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденной, условия жизни ее семьи.

Суд в качестве смягчающих наказание обстоятельств учел наличие положительных характеристик.

Выводы относительно необходимости назначения ФИО1 наказания в виде обязательных работ суд подробно мотивировал в приговоре, при этом обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ст.64 УК РФ.

Оснований для обсуждения вопроса об изменении категории совершенного преступления на менее тяжкую в порядке ч.6 ст.15 УК РФ у суда не имелось ввиду того, что оно относится к категории небольшой тяжести.

Назначенное наказание суд апелляционной инстанции находит справедливым, соответствующим тяжести содеянного и личности осужденной, отвечающего целям наказания. Оснований для смягчения наказания не имеется.

Апелляционная жалоба защитника удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Центрального районного суда г.Читы от 02 июля 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г.Кемерово) в порядке, предусмотренном гл.47.1 УПК РФ через суд, постановивший приговор.

Кассационные жалоба, представление могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

Лицо, подавшее кассационную жалобу, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья И.С. Емельянова