Приговор № 1-219/2017 от 28 сентября 2017 г. по делу № 1-219/2017

Дело № 1-219/2017


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

29 сентября 2017 года

г.Архангельск

Ломоносовский районный суд г. Архангельска в составе

председательствующего Аршинова А.А.

при секретаре Сафроновой Е.А.

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора г. Архангельска Брагина С.Л.,

несовершеннолетней потерпевшей И.,

законного представителя несовершеннолетней потерпевшей Ч.,

педагога К.,

психолога А.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Шияненко Т.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1 ича, родившегося <Дата> в ..., гражданина Российской Федерации, с полным средним образованием, состоящего в браке, имеющего несовершеннолетнего ребенка, неработающего, зарегистрированного и проживающего по адресу: ..., ранее не судимого, содержащегося под стражей с <Дата>,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст.156, п. «в» ч.2 ст.112, ст.110 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 виновен в умышленном причинении вреда здоровью средней тяжести, совершенного в отношении иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, в ненадлежащем исполнении обязанностей по воспитанию несовершеннолетней, соединенным с жестоким обращением с несовершеннолетней, а также в доведении лица до покушения на самоубийство путем жестокого обращения и систематического унижения человеческого достоинства.

Преступления совершены им при следующих обстоятельствах.

ФИО1, являясь отцом несовершеннолетней И., родившейся <Дата>, то есть лицом, которое в соответствии с ч. 1 ст. 63 Семейного Кодекса Российской Федерации несет ответственность за воспитание и развитие И., проживая совместно с ней в ..., будучи обязанным воспитывать своего ребенка, заботиться о её здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, содержать её, обеспечивать получение ребенком общего образования, не осуществлять родительские права в противоречие с интересами дочери, так как обеспечение интересов ребенка должно являться предметом его основной заботы, не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью ребенка, её нравственному развитию, не допускать при воспитании ребенка пренебрежительное жестокое, грубое и унижающее человеческое достоинство обращение, что закреплено частью 1 статьей 38 Конституции Российской Федерации, согласно которой забота о детях, их воспитание – равное право и обязанность родителей, статьей 54 Семейного Кодекса Российской Федерации, согласно которой каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное проживание с ними, а также право на воспитание своими родителями, обеспечение его интересов, всестороннее развитие, уважение его человеческого достоинства, статьей 65 Семейного Кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой родительские права не могут осуществляться в противоречие с интересами детей, обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей, при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей, статьей 80 Семейного кодекса Российской Федерации, в соответствии с требованиями которой родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей, игнорируя указанные выше обязанности родителя, в период с <Дата> по <Дата>, находясь на территории города Архангельска, действуя в нарушение требований статьи 38 Конституции Российской Федерации, статей 54, 63, 65, 80 Семейного кодекса Российской Федерации, осознавая, что его дочь И. является несовершеннолетней и не может самостоятельно обеспечивать и содержать себя, оказывать себе необходимую медицинскую помощь, умышленно на почве личных неприязненных отношений, по малозначительным поводам систематически оскорблял и избивал свою несовершеннолетнюю дочь И., унижая её человеческое достоинство, лишая её домашнего уюта, тепла и спокойствия, причиняя физическую боль и психические страдания, умышленно ненадлежащим образом исполнял обязанности по воспитанию своей несовершеннолетней дочери, не проявлял должного внимания к физическому и психическому здоровью, нравственному развитию И., безразлично и пренебрежительно относился к её интересам, потребностям, здоровью, досугу, занятиям, времяпрепровождению, тем самым, своим бездействием игнорировал воспитательный процесс и процесс формирования личности своей несовершеннолетней дочери И., используя при этом непедагогические методы воспитания, жестоко обращаясь с несовершеннолетней дочерью, неоднократно совершал в отношении нее противоправные действия, вынуждая И. самовольно уходить из дома и периодически ночевать у знакомых, причинил И. нравственные страдания, которые выразились в страхе перед агрессивными действиями отца, унижении ее человеческого достоинства, лишении ее заботы и спокойствия, использовал недопустимые методы воспитания, жестоко обращался с несовершеннолетней И., причиняя потерпевшей физические и психические страдания.

При этом ФИО1 предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде самоубийства И., однако относясь к ним безразлично, жестоко обращался с ней, унижал её человеческое достоинство, оскорбляя ее в грубой, неприличной форме, и применял к ней в указанный период насилие, осознавая, что своими действиями ставит дочь в тяжелую жизненную ситуацию, которая может привести к суициду И., причиняет ей физические и нравственные страдания.

Так, в период с <Дата> по <Дата> ФИО1, находясь в ..., из личной неприязни к своей несовершеннолетней дочери – И., <Дата> рождения, достоверно зная о её несовершеннолетнем возрасте, поскольку является её отцом, осознавая, что И. в силу своего возраста не может оказывать ему активное сопротивление и защитить себя, вследствие чего находится в беспомощном состоянии, а также осознавая, что проживающая с ним И. находится в материальной зависимости от него, испытывая личную неприязнь к своей дочери – И., умышленно причинил ей вред здоровью средней тяжести при следующих обстоятельствах.

В один из дней с <Дата> по <Дата> в период с <Дата> ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в ..., из личной неприязни к И., используя в качестве повода для совершения преступных действий тот факт, что И. сделала ему замечание по поводу употребления алкоголя, умышленно нанес ей со значительной силой не менее 2 ударов кулаком по голове, высказывая при этом в её адрес оскорбления в грубой неприличной форме, унижая ее честь и достоинство, причинив тем самым И. физическую боль и психические страдания, выразившиеся в том, что И. переживала по поводу произошедшего.

В дальнейшем в один из дней с <Дата> по <Дата> в период с <Дата> ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в ..., в ходе конфликта со своей несовершеннолетней дочерью И., из личной неприязни к ней, умышленно нанес ей не менее 2 ударов ремнем по рукам, которыми И. прикрывалась в целях защиты себя от ударов, причинив тем самым И. физическую боль и психические страдания, выразившиеся в том, что И. переживала по поводу произошедшего.

Продолжая испытывать неприязнь к дочери, в один из дней с <Дата> по <Дата> в период с <Дата> ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в ..., используя в качестве повода для совершения преступных действий малозначительную провинность И., высказал в её адрес оскорбления в грубой, неприличной форме, унижая ее честь и достоинство, причинив тем самым И. психические страдания, выразившиеся в том, что И. переживала по поводу произошедшего.

По тем же мотивам в период с <Дата> ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в ..., используя в качестве повода для совершения преступных действий малозначительную провинность И., умышленно нанес со значительной силой И. не менее 2 ударов рукоятью кухонного ножа по голове, не менее 2 ударов ногой в живот И., а также не менее 4 ударов руками по рукам И. и не менее 2 ударов ногами по ногам И., высказывая при этом в адрес И. оскорбления в грубой неприличной форме, унижая ее честь и достоинство, причинив тем самым И. физическую боль и психические страдания, выразившиеся в переживаниях И. по поводу произошедшего.

Затем в период с <Дата> ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в ..., из личной неприязни к своей дочери И., используя в качестве повода для совершения преступных действий тот факт, что И. сделала ему замечание по поводу употребления алкоголя, умышленно нанес ей со значительной силой не менее 3 ударов кулаком по голове, не менее 3 ударов рукой по предплечьям рук И., которыми последняя прикрывала голову, защищаясь от ударов со стороны отца, высказывая при этом в её адрес оскорбления в грубой неприличной форме, унижая ее честь и достоинство, причинив своими действиями И. физическую боль и психические страдания, выразившиеся в том, что И. переживала по поводу произошедшего.

В один из дней с <Дата> по <Дата> в период с <Дата> ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в ..., действуя умышленно, из личной неприязни к И., используя в качестве повода для совершения преступных действий тот факт, что И. сделала ему замечание по поводу употребления алкоголя, умышленно нанес ей со значительной силой не менее 3 ударов кулаком по голове, в когда И., пытаясь спрятаться и избежать применения к ней насилия, села на пол, закрыв голову руками, нанес ей не менее 3 ударов кулаком по предплечьям и не менее 2 ударов ногами по ногам И., высказывая при этом в её адрес оскорбления в грубой неприличной форме, унижая ее честь и достоинство, причинив тем самым И. физическую боль и психические страдания, выразившиеся в переживаниях И. по поводу произошедшего.

В период с <Дата> ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в ..., действуя умышленно, из личной неприязни к И., используя в качестве повода для совершения преступных действий её малозначительную провинность, умышленно нанес ей со значительной силой И. несколько ударов руками по телу, в том числе не менее 2 ударов рукой по голове, не менее 1 удара кулаком в живот, высказывая в адрес И. оскорбления в грубой, неприличной форме, унижая ее честь и достоинство, причинив тем самым И. физическую боль и телесные повреждения в виде кровоподтеков левого подреберья (1), задней поверхности тела (спины - 2), правой голени в верхней трети (1), которые как в отдельности, так и в совокупности расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, а также психические страдания, выразившиеся в том, что И. переживала по поводу произошедшего.

В дальнейшем в один из дней с <Дата> по <Дата> в период с <Дата> ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в ..., действуя умышленно, из личной неприязни к своей дочери И., в ходе конфликта с ней умышленно с силой кинул пару ботинок, целясь в голову И., однако поскольку И. прикрывала голову руками, удары ботинками ей пришлись по кистям рук, повредив ногтевые пластины пальцев рук И., а затем высказал в её адрес оскорбления в грубой, неприличной форме, унижая ее честь и достоинство, причинив своими действиями И. физическую боль и психические страдания, выразившиеся в том, что И. переживала по поводу произошедшего.

Продолжая испытывать неприязнь к дочери, в период с <Дата> ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в ..., действуя умышленно, из личной неприязни к И., будучи недовольным по поводу своего недосыпа, высказал в адрес И. оскорбления в грубой неприличной форме, унижая ее честь и достоинство, сообщил И., что она является нежеланным ребенком в семье, и что было бы лучше, если бы ее мать сделала аборт и она не рождалась, причинив тем самым И. психические и нравственные страдания, выразившиеся в том, что И. переживала по поводу произошедшего.

В результате совершения всех вышеуказанных преступных действий ФИО1 у И. развилось психическое расстройство в форме <***>, которое по квалифицирующему признаку длительного расстройства здоровья свыше трех недель оценивается как вред здоровью средней тяжести и проявилось тревожно-депрессивной симптоматикой с нарастанием чувства отчаяния, ощущения безвыходности и безнадежности, в следствие чего в период с <Дата> И., находясь в состоянии сильной эмоциональной напряженности и отчаяния, вызванных длительной психотравмирующей ситуацией ввиду жестокого обращения с ней ФИО1, выразившегося в причинении ей побоев, телесных повреждений и систематического унижения ее человеческого достоинства, желая избежать дальнейшего жестокого обращения с ней и унижения её человеческого достоинства со стороны отца, приняла решение о совершении самоубийства путем прыжка с верхнего этажа высотного здания, для чего направилась к шестнадцатиэтажному жилому дому ..., однако свои действия, направленные на совершение самоубийства довести до конца не смогла по не зависящим от нее обстоятельствам, поскольку была своевременно остановлена педагогами <***> К. и К., а также знакомыми Ш., Н., Ч., Ш., которые передали И. медицинским работникам, госпитализировавшим ее в <***>.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в инкриминируемых ему преступлениях не признал и показал, что действительно воспитывает дочь в строгих условиях, однако лишь однажды нанес ей один удар ладонью по плечу в <Дата>, а кроме этого случая физического насилия к ней никогда не применял и до самоубийства свою дочь не доводил. Полагает, что дочь оговаривает его, пытаясь привлечь к себе таким образом внимание.

Аналогичной позиции подсудимый придерживался и на стадии предварительного следствия при его допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, отказываясь от дачи подробных показаний, пользуясь правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ (т.1 л.д. 173-179, 203-209, т.2 л.д. 149-152).

Несмотря на занятую подсудимым позицию, его вина в совершении инкриминируемых ему преступлений полностью подтверждается совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, исследованных и проверенных судом.

Допрошенная в судебном заседании и на стадии предварительного следствия несовершеннолетняя потерпевшая И. показала, что ранее она проживала с матерью И. и отцом ФИО1, от которых в силу возраста находится в материальной зависимости. С отцом у неё сложились напряженные отношения, поскольку тот злоупотреблял спиртными напитками, во время распития которых постоянно избивал её, оскорблял, в том числе с использованием нецензурных выражений, из-за чего она сильно переживала и иногда уходила из дома жить к своей подруге Ш.

Так, в один из дней с <Дата> по <Дата> в период с <Дата> ФИО1, находясь дома в состоянии алкогольного опьянения, разозлился за то, что она сделала ему замечание по поводу употребления алкоголя, высказал в ее адрес оскорбления в грубой нецензурной форме, нанес ей не менее 2 ударов кулаком по голове, от чего она испытала физическую боль, плакала, переживала по поводу произошедшего и стала проживать у своей подруги Ш.

В <Дата>, когда Ш. вместе с матерью отдыхала в ..., ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, вновь оскорблял ее нецензурными выражениями, с силой нанес 3-4 удара ремнем по рукам, которыми она прикрывалась защищаясь от него, от чего она испытывала физическую боль. После этого она связалась с Ш. и Н., которые пригласили ее к себе домой, где ее встретила бабушка Ш. – Ч., у которой она проживала в течение нескольких дней.

В один из дней <Дата>, когда Ш. находилась на отдыхе в ..., ФИО1, находясь дома в состоянии алкогольного опьянения, разозлившись на нее за то, что она в ходе конфликта обозвала отца, высказал в ее адрес оскорбления в грубой нецензурной форме, нанес ей не менее 2 ударов рукоятью кухонного ножа по голове, а также нанес не менее 2 ударов ногой в живот, не менее 4 ударов кулаками по рукам и не менее 2 ударов ногами по ногам, причинив ей физическую боль, отчего она испытывала душевные переживания по поводу произошедшего. Далее она созвонилась с Н., которая согласилась, чтобы она проживала у той в течение нескольких дней.

Около <Дата> в ответ на ее замечание в адрес отца по поводу употребления им спиртных напитков ФИО1, находясь дома в состоянии алкогольного опьянения, высказал в ее адрес оскорбления в грубой нецензурной форме, унизив ее честь и достоинство, а также нанес ей не менее 3 ударов кулаком руки по голове, не менее 3 ударов рукой по предплечьям, которыми она прикрывала голову, защищаясь от ударов со стороны отца, отчего она испытала физическую боль и заплакала, а в дальнейшем была вынуждена уйти из дома и проживала несколько дней у Ш.

В один из дней с <Дата> по <Дата> она, находясь дома, сделала своему отцу, который находился в состоянии алкогольного опьянения, замечание по поводу употребления алкоголя, в связи с чем ФИО1 нанес ей со значительной силой не менее 3 ударов кулаком руки по голове, а когда она, пытаясь спрятаться от отца и избежать применения к ней насилия, села на пол, закрыв голову руками, нанес ей не менее 3 ударов кулаком руки по предплечьям и не менее 2 ударов ногами по ногам, высказывая при этом в ее адрес оскорбления в грубой, неприличной форме, унижая ее честь и достоинство, чем причинил ей физическую боль и нравственные страдания, так как она затем переживала по поводу произошедшего. В тот же день в связи с противоправным поведением отца она была вынуждена уйти из дома и проживать несколько дней у Ш.

Около <Дата> ФИО1, находясь дома в состоянии алкогольного опьянения, в ходе конфликта нанес ей со значительной силой несколько ударов руками по телу, в том числе не менее 2 ударов рукой по голове, не менее 1 удара кулаком руки в живот, высказывая в ее адрес оскорбления в грубой, неприличной форме, унижая ее честь и достоинство, причинив ей физическую боль и душевные страдания. По данному факту она обращалась за медицинской помощью в <***>, где были зафиксированы причиненные ей отцом телесные повреждения.

В один из дней <Дата> в вечернее время в ходе конфликта отец, находясь дома, с силой кинул пару ботинок, целясь ей в голову, однако в силу того, что она прикрывала голову руками, удары ботинками ей пришлись по кистям рук, повредив ногтевые пластины, а также высказал в ее адрес оскорбления в грубой неприличной форме, унизив ее честь и достоинство, причинив ей физическую боль и психические страдания.

Около <Дата> ФИО1, находясь дома в состоянии алкогольного опьянения, высказал свое недовольство по поводу того, что он не выспался, а также высказал в ее адрес оскорбления в грубой неприличной форме, унижая ее честь и достоинство, сказал ей, что она является нежеланным ребенком в семье и что было бы лучше, если бы ее мать сделала аборт и она не рождалась, что сильно расстроило И. и она переживала по поводу произошедшего.

В тот же день после уроков в школе она встретилась со своей матерью, которая находилась в состоянии алкогольного опьянения, и предложила ей не возвращаться домой, пока отец находится в запое, и временно пожить у подруги матери, однако мать на ее предложения не согласилась, в связи с чем она расстроилась и убежала от матери. Придя домой, она думала, что не нужна своим родителям, переживала из-за того, что отец сказал ей утром и ей не хотелось больше жить. Она была в состоянии отчаяния, так как считала, что ситуация в ее семье безвыходная, поскольку отец систематически избивал, оскорблял и унижал ее, что причиняло ей физические и моральные страдания, в связи с чем она решила совершить самоубийство путем прыжка с высоты шестнадцатиэтажного дома по ....

Перед этим она решила проститься со своей лучшей подругой Ш., в связи с чем отправила ей прощальное сообщение в социальной сети <***>, написав что ей надоело пьянство отца и жестокое обращение с ней с его стороны. Спустя 20-30 минут она направилась к вышеуказанному <***> дому, чтобы спрыгнуть с него и тем самым покончить с собой и больше не испытывать физические и нравственные страдания, которые причинял ей родной отец. Подойдя к данному дому, она стала набирать на домофоне первый пришедший в голову номер квартиры, чтобы попасть в подъезд, в это время она услышала, что ее позвала бабушка Ш. - Ч., с которой она также решила проститься и после этого совершить самоубийство, однако из подъезда вышли Ш., Н., Ш. и социальные педагоги из ее школы, которые стали ее успокаивать, а затем она была госпитализирована в психиатрический стационар (т. 2 л.д. 9-16, 24-28).

Допрошенная в судебном заседании несовершеннолетняя Ш. сообщила, что от самой И., с которой она находилась в близких дружеских отношениях, ей известно, что её отец постоянно ту избивал и оскорблял нецензурными словами, из-за чего И. сильно переживала и периодически проживала у них.

Так, <Дата> или <Дата> И. не пустили домой, поэтому она проживала у них около 5 дней.

В конце <Дата> она получила от ФИО1 сообщение в социальной сети <***> о том, что её отец ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, нанес той удар по копчику и нецензурно оскорблял её, о чем она сообщила своей матери, которая предложила И. пожить у них в квартире, на что та согласилась.

Вернувшись из ... через двое суток после получения указанного сообщения, она лично видела на руках ФИО1 повреждения в области костяшек, а на спине в районе копчика у той была большая ссадина. И. ей пояснила, что указанные телесные повреждения ей причинил отец. Прожив у них около 8-9 дней, И. вернулась домой.

Около <Дата> И. позвонила её матери – Н., плакала и сказала, что отец в этот день, будучи в состоянии алкогольного опьянения, применил в отношении нее физическую силу. Она в это время отдыхала в ..., но со слов матери узнала, что И. снова проживала у них дома. От матери она в дальнейшем узнала, что отец И. наносил последней удары рукояткой ножа по голове Кати, а также ногами и руками по различным частям тела, при этом оскорблял И. нецензурными словами.

В один из дней <Дата> в социальной сети <***> ей написала И. о том, что отец снова избил ее. Придя к ним домой, И. находилась в подавленном состоянии, плакала, рассказала, что отец, находясь в состоянии алкогольного опьянения, ударял ее кулаком по голове, оскорблял нецензурной бранью. После этого И. проживала у них в течение нескольких дней.

В один из дней <Дата>, ей позвонила И., плакала, сказала, что отец снова ее избил. Затем И. пришла к ним домой, левая рука была припухшая в области предплечья и кисти, обращаться в больницу И. категорически отказывалась. И. сообщила, что ее отец, находясь дома в состоянии алкогольного опьянения, наносил ей кулаком руки удары по голове, но И. закрыла голову руками и удары приходились по рукам. И. при этом забивалась в угол комнаты. Также отец оскорблял её нецензурными словами. Рассказывая об этом, И. находилась в подавленном состоянии, плакала, впервые сказала, что не хочет жить из-за того, что ее бьет и оскорбляет отец.

<Дата> из сообщения в социальной сети <***> от И. она узнала, что <Дата> отец снова применил к ней физическую силу, в результате чего у И. образовались кровоподтеки на ребрах и животе, ушиб головы.

Примерно <Дата>, она заметила, что ногти на обеих руках И. были неровно покрыты косметическим лаком темного цвета, при этом ногтевые пластины отходили от пальцев. И. рассказала ей, что её отец, находясь дома, кинул в неё ботинком, попав по ногтям. Позднее, когда лак на ногтях И. стерся, она видела, что под ногтями И. были синяки.

Около <Дата> она пришла в школу на общеклассное чаепитие, И. при этом была подавленной, расстроенной, заплаканной, сказала, что на уроке английского языка они читали рассказ про аборт, а утром того же дня, когда И. собиралась в школу, ФИО1 сказал, что лучше бы мать И. сделала аборт и И. не было, что расстроило И. Затем около <Дата> она вместе с мамой и бабушкой пошла в торговый центр <***>, по дороге в который ей пришло сообщение в социальной сети <***> от И., из содержания которого следовало, что И. прощалась с ней как с лучшей подругой и намеревалась покончить жизнь самоубийством, спрыгнув с шестнадцатиэтажного дома, так как была нежеланным ребенком в семье. Она написала И. сообщения с просьбой встретиться с ней, но И. не отвечала. Из контекста сообщений она поняла, что И. собирается спрыгнуть с одного из этажей или крыши ..., так как это единственный близлежащий <***> дом. После этого она вместе с матерью побежала к указанному дому, чтобы остановить И., а ее бабушка отправилась вслед за ними. По пути они встретили социальных педагогов из школы, которым объяснили ситуацию, и те направились с ними. Затем она, ее мать, социальные педагоги, а также ее друг Ш., которому она позвонила и попросила о помощи в поисках И., вошли в ..., стали осматривать все этажи, однако И. нигде не было. Через 10 минут с одного из балконов она увидела, что к данному дому подошла И., которая набирала номер на домофоне, а ее бабушка Ч., оставшаяся на улице, позвала И. и обняла её. И. при этом плакала и сказала: «Зачем вы сюда пришли, я бы лучше сделала это, я и так доставила вам слишком много проблем». По состоянию И. было видно, что в тот момент она действительно готова была совершить самоубийство (т. 2 л.д. 46-56).

Мать Ш. – Н., её бабушка – Ч., друг Ш., социальные педагоги К. и К., а также инспектор по делам несовершеннолетних С., допрошенные в судебном заседании и на стадии предварительного следствия, описали произошедшие события аналогичным образом. При этом, Н. и Ч. подтвердили, что действительно И. долгое время проживала у них в квартире из-за постоянных избиений её отцом – ФИО1, а также видели у неё телесные повреждения на руках и копчике (т.2 л.д. 57-64, 65-71, 78-82, 88-95, 96-98, 101-107, 121-124).

Будучи допрошенной на стадии предварительного следствия свидетель Б., которой Ш. рассказала о произошедших событиях, изложила известные ей сведения о попытке И. покончить жизнь самоубийством точно таким же образом, как их описала Ш. (т.2 л.д. 130-139).

Показания классного руководителя И. – П., данные ею в судебном заседании и на стадии предварительного следствия, исследованные в судебном заседании на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ, идентичны показаниям К. и К. (т.2 л.д. 116-120).

Мать потерпевшей И. подтвердила, что <Дата> ей позвонила Ш. и сообщила, что её дочь хотела спрыгнуть с крыши, однако её вовремя остановили, в связи с чем её хотели госпитализировать в психиатрическую больницу, после чего от дачи показаний отказалась, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ (т.2 л.д. 72-75).

Прибывший по вызову о попытке суицида врач психиатрической бригады скорой медицинской помощи М., допрошенный на стадии предварительного следствия, показания которого были исследованы в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ, сообщил, что им была осмотрена И., которая высказывала суицидальные мысли, в связи с чем им было принято решение о госпитализации И. в психиатрическую больницу с предварительным диагнозом: <***> (т.2 л.д. 125-128).

Аналогичные сведения содержатся и в карте вызова скорой медицинской помощи, а также в справке <***> (т.3 л.д. 32-34, 36).

Допрошенная на стадии предварительного следствия врач-психиатр З., проводившая лечение И., подтвердила, что при поступлении в стационар И. высказывала суицидальные мысли из-за неблагоприятной обстановки в её семье, злоупотребления её родителями алкоголем и применения к ней со стороны отца физического насилия. По результатам её патопсихологического обследования у И. был выявлен средний риск суицидальных реакций, то есть сохранялась высокая вероятность нервного срыва, а намерение И. покончить жизнь самоубийством было серьезным и действительным, а потому она была оставлена на лечение в психиатрической больнице (т.2 л.д. 108-111).

Инспектор по делам несовершеннолетних Е., допрошенная на стадии предварительного следствия, показания которой были исследованы в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ, сообщила, что в связи с поступившим заявлением И. по факту причинения ФИО1 телесных повреждений И., тот был поставлен на учет в <***> (т.2 л.д. 112-115).

Из показаний специалиста <***> Р., исследованных в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ, известно, что семья И-ных на учете в органе опеки и попечительства не состоит. <Дата> от инспектора <***> Е. ей стало известно, что <Дата> ФИО1 причинил своей несовершеннолетней дочери И. побои, а именно неоднократно ударял её по голове. В ходе бесед с И. и И. было выяснено, что ФИО1 на протяжении длительного времени злоупотребляет спиртными напитками, нигде не работает, находясь в состоянии алкогольного опьянения, ведет себя крайне агрессивно по отношению к членам семьи, выражается в их адрес грубой нецензурной бранью, применяет к ним физическую силу. И. сообщила, что отец причинял ей побои как <Дата>, так и дважды в <Дата>, но об этом И. кроме матери и своей подруги Ш. никому не сообщала (т. 2 л.д. 34-36).

Показания потерпевшей и свидетелей объективно согласуются и с другими письменными материалами уголовного дела, исследованными в судебном заседании в соответствии со ст. 285 УПК РФ.

Согласно свидетельству о рождении И. родилась <Дата>, её отцом является ФИО1 и на момент совершения указанных деяний она не достигла совершеннолетия (т.3 л.д. 159).

Постановлением по делу об административном правонарушении от <Дата> ФИО1 был привлечен к административной ответственности по ч.1 ст. 5.35 КоАП РФ за то, что он в период с <Дата> по <Дата> в течение длительного времени нигде не работал, не имел постоянного источника дохода, систематически злоупотреблял спиртными напитками по месту жительства, устраивал скандалы с женой, что негативно сказывалось на психологическом состоянии несовершеннолетней И. и приводило к ее самовольным уходам из дома (т.3 л.д. 126).

Согласно заключению эксперта <№> от <Дата> у И. при осмотре врачами <***><Дата> и <Дата> были обнаружены телесные повреждения в виде кровоподтеков левого подреберья задней поверхности тела (спины - 2), правой голени в верхней трети, которые образовались от ударных и (или) сдавливающих воздействий твердого тупого предмета (предметов) в область задней поверхности тела, левого подреберья, правой голени И., и не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (т. 2 л.д. 254-255).

Заключением эксперта <№> от <Дата> установлено, что у И. в результате совершения в отношении нее противоправных действий развилось психическое расстройство в виде <***>, которое состоит в прямой причинно-следственной связи с противоправными действиями ФИО1, совершенными в отношении потерпевшей И. Выявленное психическое расстройство продолжалось в течение более двух месяцев, а на момент производства амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы в период с <Дата> по <Дата> признаки психического расстройства И. сохранялись. Вышеуказанное психическое расстройство, учитывая продолжительность его течения, по квалифицирующему признаку длительного расстройства здоровья свыше 3 недель (более 21 дня), оценивается как вред здоровью средней тяжести (т. 3 л.д. 7-21).

Из переписки Ш. с И. в социальной сети <***>, осмотренной на стадии предварительного следствия, следует, что действительно И. направила Ш. сообщение, в котором прощалась с ней, при этом из текста переписки усматривается, что И. находилась в подавленном состоянии и высказывала намерение покончить жизнь самоубийством путем прыжка с шестнадцатиэтажного дома (т.3 л.д. 24-30).

Анализируя вышеизложенные доказательства, суд находит вину подсудимого в совершении инкриминируемых ему преступлениях доказанной в полном объеме.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 является отцом несовершеннолетней И. и в силу требований ч.2 ст. 38 Конституции Российской Федерации, принятой всенародным голосованием 12 декабря 1993 года, ч.1 ст. 63, ч.1 ст. 80 СК РФ обязан воспитывать свою несовершеннолетнюю дочь до достижению ею совершеннолетия и несет ответственность за её воспитание и развитие, обязан заботиться о её здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, а также содержать её.

При этом согласно ст. 65 СК РФ родительские права не могут осуществляться в противоречие с интересами детей, обеспечение которых должно быть предметом основной заботы их родителей. При осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей.

В свою очередь, ребенок имеет право на воспитание своими родителями, обеспечение его интересов, всестороннее развитие, уважение его человеческого достоинства, жить и воспитываться в семье (ч.2 ст. 54 СК РФ).

Как установлено в судебном заседании, ФИО1, являясь отцом несовершеннолетней И., которая в силу своего возраста находилась от него в материальной зависимости и не могла оказывать ему какое-либо сопротивление, вследствие чего находилась в беспомощном состоянии, что было очевидно для подсудимого, в течение непродолжительного периода времени систематически причинял ей побои, от которых та испытывала не только физическую боль, но и психические страдания, вызванные переживаниями из-за агрессивного поведения отца и постоянным применением к ней физического насилия, систематически высказывал в её адрес оскорбления в грубой нецензурной форме, унижая её человеческое достоинство, акцентируя, что она является нежеланным ребенком, жестоко обращался с ней, что повлекло развитие у И. психического расстройства, которое проявилось тревожно-депрессивной симптоматикой с нарастанием чувства отчаяния, ощущения безвыходности и безнадежности, из-за чего И. приняла решение покончить жизнь самоубийством путем прыжка с высотного здания, однако довести свои намерения до конца не смогла по независящим от нее обстоятельствам, поскольку была своевременно остановлена знакомыми и социальными педагогами школы и госпитализирована в психиатрический стационар.

Данные выводы суда подтверждаются показаниями потерпевшей И., которая прямо указала об обстоятельствах её избиения отцом (ФИО1), оскорблений и жестокого обращения с ней, и что именно из-за его действий она приняла решение покончить жизнь самоубийством, свидетелей Ш., которой И. рассказывала о каждом факте жесткого обращения с ней, Н. и Ч., подтвердивших, что И. периодически проживала у них из-за её избиений и оскорблений отцом, других свидетелей, прибывших к шестнадцатиэтажному дому и предотвративших попытку суицида И., заключениями проведенных экспертных исследований о развитии у И. психического расстройства с нарастанием чувства отчаяния и безвыходности из-за жестокого обращения с ней ФИО1, что вызвало у потерпевшей намерение покончить жизнь самоубийством, а также другими доказательствами и сомнений у суда не вызывает.

Указанные доказательства являются полными, подробными, противоречий не имеют, взаимно дополняют друг друга и согласуются между собой, а поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и относятся к существу предъявленного ФИО1 обвинения, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения дела.

Суд отвергает показания подсудимого о том, что насилия к потерпевшей он не применял, поскольку они прямо опровергаются вышеуказанными доказательствами.

Оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей у суда не имеется, поскольку никто из них какой-либо личной или косвенной заинтересованности в исходе данного дела, не имеет, а причин для их оговора ФИО1 судом не установлено.

Результаты проведенных по делу экспертиз по установлению тяжести вреда здоровью потерпевшей и её психического состояния ни подсудимым, ни его защитником не оспариваются. Заключения экспертиз соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, имеют четкие, мотивированные, научно обоснованные ответы на поставленные вопросы и объективно подтверждаются обстоятельствами дела.

Установленные судом систематические и противоправные действия подсудимым совершены с незначительным промежутком во времени, взаимосвязаны между собой и объективно свидетельствуют об устойчивости противоправного поведения подсудимого по жестокому обращению со своей несовершеннолетней дочерью путем продолжительного причинения ей физических и психических страданий, а также унижения её человеческого достоинства.

Об умысле подсудимого, направленном на систематическое причинение потерпевшей побоев, унижение её человеческого достоинства и жестокое обращение с ней, свидетельствуют характер и последовательность его действий, детально описанных потерпевшей.

При этом ФИО1 осознавал противоправный характер своих действий, понимал, что его дочь в силу своего возраста и материальной зависимости от него не способна оказать ему какое-либо сопротивление, вследствие чего находится в беспомощном состоянии, и в результате длительной психотравмирующей ситуации она может покончить жизнь самоубийством.

В результате противоправных действий подсудимого у И. развилось психическое расстройство, которое по квалифицирующему признаку длительного расстройства здоровья расценивается как вред здоровью средней тяжести.

Резвившееся у И. психическое расстройство проявлялось тревожно-депрессивной симптоматикой с нарастанием чувства отчаяния, ощущения безвыходности и безнадежности из-за постоянных избиений и унижений отцом, в связи с чем потерпевшей было принято решение покончить жизнь самоубийством.

Намерение потерпевшей покончить жизнь самоубийством в сложившейся обстановке было серьезным и реальным, о чем свидетельствуют не только показания врачей-психиатров М. и З. и выводы экспертов, но и дальнейшее поведение потерпевшей по доведению задуманного до конца.

В частности, ею было написано предсмертное сообщение своей подруге Ш., в котором она прощалась с ней, в дальнейшем потерпевшая целенаправленно проследовала к шестнадцатиэтажному дому, в котором имеется свободный доступ на верхние этажи и крышу здания, и пыталась попасть в подъезд указанного дома.

Вместе с тем свои намерения потерпевшая довести до конца не смогла по не зависящим от неё обстоятельствам, поскольку была своевременно остановлена Ш., Ч., Н. и другими лицами при попытке попасть в подъезд и передана врачам специализированной бригады скорой медицинской помощи, госпитализировавших её в психиатрический стационар, в период нахождения в котором у И. еще длительное время сохранялся риск реализации попытки суицида.

Таким образом, суд приходит к выводу, что противоправные действия подсудимого по жестокому обращению с потерпевшей и систематическом унижении её человеческого достоинства, находятся в прямой причинно-следственной связи с попыткой суицида И.

При этом суд исключает из объема предъявленного подсудимому обвинения по ст. 156 УК РФ то, что он «длительное время нигде не работал, не имел постоянного источника дохода, систематически злоупотреблял спиртными напитками по месту жительства, нормальные условия жизни и воспитания И. не обеспечил», поскольку за указанные действия он уже был привлечен к административной ответственности.

Органом предварительного расследования действия ФИО1 по причинению И. вреда здоровью средней тяжести квалифицированы по п. «в» ч.2 ст. 112 УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное в отношении малолетнего лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии.

По смыслу закона, малолетним признается лицо, не достигшее четырнадцатилетнего возраста, а преступление, предусмотренное ст. 112 УК РФ, считается оконченным с момента наступления общественно-опасных последствий.

Как установлено судом, ФИО1 причинял потерпевшей побои и высказывал в её адрес оскорбления в грубой нецензурной форме, унижая её человеческое достоинство, в один из дней в период с <Дата> по <Дата>, с <Дата> по <Дата>, <Дата>, <Дата>, в один из дней в период с <Дата> по <Дата>, <Дата>, в один из дней в период с <Дата> по <Дата>, а также <Дата>, в результате чего у потерпевшей развилось психическое расстройство, которое расценивается как вред здоровью средней тяжести.

Согласно заключению экспертов <№> от <Дата> первые выраженные признаки психического расстройства появились у И. в <Дата> в следствие длительной психотравмирующей ситуации, однако в какой именно момент они проявились экспертным путем не установлено.

Вместе с тем <Дата> И. исполнилось 14 лет, в связи с чем к этому времени она уже не являлась малолетней.

В силу ч.3 ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в установленном законом порядке, толкуются в пользу обвиняемого.

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости исключения из объема предъявленного подсудимому обвинения такого квалифицирующего признака, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 112 УК РФ, как совершение им данного преступления в отношении малолетнего лица.

Однако в судебном заседании установлено, что И. находилась в полной материальной зависимости от подсудимого и в силу своего возраста и личности подсудимого не могла оказывать ему какое-либо сопротивление и с учетом установленных судом обстоятельств никогда не оказывала ему активного сопротивления, что было очевидно для подсудимого, а потому суд приходит к выводу, что И. находилась в беспомощном состоянии и не могла защитить себя самостоятельно.

При квалификации действий подсудимого, суд принимает во внимание положения ст. 9 УК РФ, согласно которой преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния, а также, что федеральными законами Российской Федерации от 07 декабря 2011 года № 420-ФЗ и от 28 декабря 2013 года № 431-ФЗ, вступившими в силу с 01 января 2017 года, в санкции ст. 110 УК РФ (в редакции федерального закона от 13.06.1996 N 63-ФЗ) и ст. 156 УК РФ введен новый вид наказания в виде принудительных работ, которые согласно ст.53.1 УК РФ применяются как альтернатива лишению свободы, что улучшает положение подсудимого, в связи с чем его действия в данной части подлежат квалификации по новому уголовному закону.

При таких обстоятельствах суд квалифицирует действия подсудимого:

- по п. «в» ч.2 ст. 112 УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное в отношении иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии;

- по ст. 110 УК РФ (в редакции федеральных законов от 13 июня 1996 года, 07 декабря 2011 года и 28 декабря 2013 года) как доведение лица до покушения на самоубийство путем жестокого обращения и систематического унижения человеческого достоинства потерпевшего;

- по ст. 156 УК РФ (в редакции федеральных законов от 07 декабря 2011 года и 28 декабря 2013 года) как ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего родителем, соединенное с жестоким обращением с несовершеннолетним.

За содеянное ФИО1 подлежит наказанию, при назначении которого суд, руководствуясь требованиями ст.ст.6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, данные о его личности, обстоятельства, отягчающие его наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Подсудимым совершены три умышленных преступления, направленных против личности, семьи и несовершеннолетних, которые в соответствии со ст. 15 УК РФ относятся к категории преступлений небольшой и средней тяжести.

Ильин ранее не судим (т. 3 л.д. 137), состоит в браке, помимо И. других детей не имеет (т. 3 л.д. 134-136), нигде не работает, постоянным источником дохода не располагает. По месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется отрицательно как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками (т. 3 л.д. 155). На учете у врачей психиатра и нарколога не состоит (т. 3 л.д. 157, 158), однако <Дата> направлялся в наркологическое отделение <***> с диагнозом <***>, а в <Дата> перенес травму головы с трепанацией черепа.

Согласно заключению комиссионной судебно-психиатрической экспертизы <№> от <Дата> ФИО1 страдает психическим расстройством в форме <***> и страдал им во время совершения инкриминируемых ему деяний, однако по своему психическому состоянию он мог осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию он также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, реально воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать по ним показания и принимать участие в судебном разбирательстве, а потому в принудительных мерах медицинского характера он не нуждается (т.2 л.д.243-247).

С учетом выводов комиссии экспертов, а также, исходя из данных о личности подсудимого и его поведения в судебном заседании, суд признает ФИО1 вменяемым и не находит оснований для применения в отношении него принудительных мер медицинского характера, однако учитывает наличие у него указанного психического расстройства при назначении наказания.

Как пояснил в судебном заседании подсудимый, ранее он привлекался к административной ответственности за правонарушения, посягающие на права граждан и в области охраны собственности, что объективно подтверждается сведениями, предоставленными отделом по исполнению административного законодательства УМВД России по г. Архангельску (т. 3 л.д. 148, 149, 150, 151, 152-153).

Обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 по какому-либо преступлению, суд не усматривает.

Суд не признает обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, наличие у него на иждивении несовершеннолетнего ребенка, поскольку данные преступления совершены им в отношении этого же ребенка.

Обстоятельствами, отягчающими наказание ФИО1, суд признает:

- по преступлению, предусмотренному ст. 110 УК РФ, совершение им преступления в отношении беспомощного лица, а также совершение преступления в отношении несовершеннолетней родителем (п.п. «з, п» ч.1 ст. 63 УК РФ);

- по преступлению, предусмотренному п. «в» ч. 2 ст. 112 УК РФ, совершение преступления в отношении несовершеннолетней родителем (п. «п» ч.1 ст. 63 УК РФ).

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений и обстоятельства их совершения, а также сведения о личности подсудимого и установленные судом обстоятельства, суд приходит к выводу, что алкогольное опьянение, в котором ФИО1 находился в момент совершения всех инкриминируемых ему преступлений, существенным образом сказалось на его поведении и ослабило его самоконтроль за поступками, что и привело к совершению данных преступлений, в связи с чем суд в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ в качестве обстоятельства, отягчающего его наказание по каждому преступлению, признает совершение им каждого преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Иных обстоятельств, смягчающих либо отягчающих наказание ФИО1, суд не усматривает.

С учетом всех обстоятельств уголовного дела в совокупности, характера и категории тяжести совершенных ФИО1 преступлений, являющихся умышленными и направленных против личности, семьи и несовершеннолетних, а также данных о личности подсудимого, который нигде не работает, постоянным источником дохода не располагает, характеризуется отрицательно, злоупотребляет спиртными напитками, совершил преступления в отношении своей несовершеннолетней дочери, суд приходит к выводу о том, что достижение целей наказания, установленных ст.43 УК РФ, возможно только в условиях изоляции его от общества, а потому не находит законных оснований для назначения ему более мягкого наказания, чем лишение свободы, за каждое преступление.

При определении размера наказания суд учитывает наличие по делу вышеуказанных отягчающих и отсутствие смягчающих наказание обстоятельств, возраст подсудимого, а также состояние его здоровья и членов его семьи.

Фактических и правовых оснований для изменения категории преступлений, предусмотренных ст. 110 УК РФ и п. «в» ч.2 ст. 112 УК РФ, на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, равно как и для применения к подсудимому положений ст. 53.1, ст.64, ст.73 УК РФ, а также для освобождения его от наказания, суд не усматривает.

Принимая во внимание, наличие в действиях ФИО1 совокупности преступлений, относящихся к категории преступлений небольшой и средней тяжести, а также то, что фактически одни и те же его действия квалифицированы по трем статьям Уголовного кодекса РФ, окончательное наказание ему следует назначить по правилам ч.2 ст. 69 УК РФ путем поглощения менее строгого наказания более строгим.

Согласно п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывать наказание подсудимому надлежит в колонии-поселении, куда его в соответствии с ч.5 ст. 75.1 УИК РФ надлежит доставить под конвоем.

В связи с этим в целях обеспечения исполнения приговора ранее избранная в отношении ФИО1 мера пресечения в виде заключения под стражу отмене или изменению до вступления приговора в законную силу не подлежит.

При этом время содержания ФИО1 под стражей в период с <Дата> по <Дата> включительно в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день содержания его под стражей за один день лишения свободы.

В ходе судебного разбирательства прокурором г.Архангельска в интересах несовершеннолетней И. заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО1 в пользу несовершеннолетней И. <***> в качестве компенсации ей морального вреда, причиненного преступлениями.

В судебном заседании подсудимый с заявленными исковыми требованиями не согласился, настаивая на своей невиновности в инкриминируемых ему преступлениях.

Разрешая гражданский иск прокурора, суд исходит из положений ст. 151 ГК РФ, согласно которым если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как установлено в судебном заседании, в результате противоправных действий ФИО1 потерпевшей И. причинены физические и нравственные страдания, обусловленные причинением ей вреда здоровью средней тяжести, жестоким обращением с ней и систематическим унижением её человеческого достоинства, что повлекло развитие у неё психического расстройства.

Однако при разрешении гражданского иска суд также руководствуется положениями ст. ст. 1099, 1100 и 1101 Гражданского Кодекса Российской Федерации и, определяя размер компенсации морального вреда, учитывает характер причиненных потерпевшей нравственных страданий, связанных с её индивидуальными особенностями, степень вины подсудимого, его материальное и семейное положение, состояние здоровья его и членов его семьи, а также требования разумности и справедливости, и находит размер компенсации морального вреда, заявленный прокурором, завышенным и подлежащим уменьшению до <***>.

Вещественных доказательств по делу не имеется.

В период предварительного расследования и в суде защиту ФИО1 осуществляли адвокаты по назначению следователя и суда, которым за оказание такой помощи отдельными постановлениями выплачены вознаграждения в общей сумме <***>.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131, ст. 132 УПК РФ указанные расходы являются процессуальными издержками, которые взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

В связи с тем, что ФИО1 от услуг адвокатов не отказывался, о своей имущественной несостоятельности убедительных доводов не привел, имеет возможность получать доход, суд не усматривает оснований для его полного или частичного освобождения от уплаты данных процессуальных издержек и считает необходимым взыскать их в полном объеме с подсудимого в федеральный бюджет.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 ича признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 110 УК РФ (в редакции федеральных законов от 13 июня 1996 года, 07 декабря 2011 года и 28 декабря 2013 года), п. «в» ч. 2 ст. 112 УК РФ, ст. 156 УК РФ (в редакции федеральных законов от 07 декабря 2011 года и 28 декабря 2013 года), и назначить ему наказание:

- по ст. 110 УК РФ (в редакции федеральных законов от 13 июня 1996 года, 07 декабря 2011 года и 28 декабря 2013 года) в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года;

- по п. «в» ч. 2 ст. 112 УК РФ в виде лишения свободы на срок 3 (три) года 6 (шесть) месяцев;

- по ст. 156 УК РФ (в редакции федеральных законов от 07 декабря 2011 года и 28 декабря 2013 года) в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

На основании ч.2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Срок наказания исчислять с <Дата>.

Зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей в период с <Дата> по <Дата> включительно из расчета один день содержания его под стражей за один день лишения свободы.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу на период апелляционного обжалования приговора оставить без изменения.

Направить ФИО1 в колонию-поселение под конвоем в порядке, предусмотренном ст.ст. 75, 75.1, 76 УИК РФ.

Взыскать с ФИО1 ича в пользу И. <***> в качестве компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Взыскать с ФИО1 ича в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных адвокатам за оказание юридической помощи осужденному по назначению, в размере <***>.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Архангельском областном суде через Ломоносовский районный суд г. Архангельска в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный, содержащийся под стражей, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем должен указать в апелляционной жалобе, а в случае подачи апелляционного представления или жалобы другого лица – в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу (представление) в течение 10 суток со дня вручения копии жалобы (представления).

Осужденный также вправе ходатайствовать об апелляционном рассмотрении дела с участием защитника, о чем должен подать в суд, постановивший приговор, соответствующее заявление в срок, установленный для подачи возражений на апелляционные жалобы (представление).

Председательствующий

А.А. Аршинов