Решение № 2-156/2018 2-156/2018 (2-5072/2017;) ~ М-5547/2017 2-5072/2017 М-5547/2017 от 6 декабря 2017 г. по делу № 2-156/2018

№ 2-156/2018


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 января 2018 года г. Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи Орловой Е.А.,

при секретаре Оганесян К.О.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО1 – ФИО2 (по ордеру №007808 от 24.11.2017), представителя ответчика Министерства финансов РФ – ФИО3 (по доверенности от 26.12.2016), представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, УМВД России по г. Белгороду – ФИО4 (по доверенности от 09.01.2018), третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, - следователя отдела №6 СУ УМВД России по г. Белгороду ФИО5, представителя третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, прокуратуры г. Белгорода, прокуратуры Белгородской области – ФИО6 (по доверенностям от 07.12.2017, 08.12.2017),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

27.11.2017 ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в обоснование заявленных требований указал на то, что апелляционным приговором Белгородского областного суда от 29.09.2017 он был оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, а в соответствии со ст. 133 УПК РФ за ним признано право на реабилитацию.

Вследствие незаконного уголовного преследования ему причинены физические и нравственные страдания, что выразилось в головных болях, повышении артериального давления, прохождении стационарного лечения в период с 12.09.2016 по 21.09.2016 в терапевтическом отделении ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ», в выставлении ему диагноза врачом-психиатром 21.09.2016: «*** (на ситуацию после ДТП)», назначении ему после выписки медикаментозного лечения, наблюдения участкового терапевта и врача-кардиолога, выставлении врачом-кардиологом ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» диагноза: «***» в период октябрь-декабрь 2016 года.

ФИО1, ссылаясь на указанные обстоятельства, просит суд с учетом увеличения исковых требований:

- взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб.;

- обязать прокурора г. Белгорода – принести письменные извинения ФИО1 за утверждение незаконного обвинительного заключения; за поддержание этого незаконного обвинения в Октябрьском районном суде г. Белгороде, в ходе проведения судебного разбирательства по уголовному делу №20162910943; за отсутствие надлежащего контроля за деятельностью поднадзорных подразделений УМВД России по г. Белгороду (л.д. 103).

Последнее требование стороной истца не поддержано, о чем было заявлено в устном порядке; относительно неподдержания требования о взыскании материального ущерба, заявленного в первоначальном иске от 27.11.2017, суду представлено письменное заявление (л.д. 6, 93).

Сторона истца исковые требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб. поддержала, ссылалась также на явно обвинительный уклон при проведении следствия, на процессуальные нарушения в действиях сотрудников ДПС на месте дорожно-транспортного происшествия, а также в действиях следствия, прокуратуры и суда, на факт незаконного применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде, длительность пребывания в период уголовного преследования в состоянии нервного напряжения, получение осложнений здоровью, потерю работы.

Сторона ответчика не отрицала право истца на реабилитацию, однако полагала, что заявленные требования чрезмерно завышены.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, ФИО4, ФИО6, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, - следователь отдела №6 СУ УМВД России по г. Белгороду ФИО5 также полагали размер заявленных требований о взыскании компенсации морального вреда чрезмерным.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения сторон и третьих лиц, пояснения специалиста, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации в силу ст. 17 Конституции РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с ч. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Статьей ст. 151 ГК РФ регламентировано, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Установлено, что 31.03.2017 прокурором г. Белгорода утверждено обвинительное заключение по уголовному делу №*** по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ. Обвинительное заключение составлено следователем отдела №6 УМВД России по г. Белгороду ФИО5

Из справки к обвинительному заключению следует, что срок предварительного следствия составляет 05 месяцев 27 суток, уголовное дело возбуждено 04.10.2016. ФИО1 не задерживался в соответствии со ст. 91 УПК РФ. 27.02.2017 ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ и избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Приговором Октябрьского районного суда г. Белгорода от 07.08.2017 ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, и ему назначено наказание по этой статье в виде ограничения свободы сроком на 1 год 6 месяцев, с лишением на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года. На основании ст. 53 УК РФ в период отбывания наказания ФИО1 установлены следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания по адресу: Белгородская область, Белгородский район, с. Таврово, *** в период с 22 часов до 06 часов, за исключением времени следования к месту работы и обратно; не изменять место регистрации и фактического проживания – Белгородская область, Белгородский район, с. Таврово, ***, и не выезжать за пределы территории Белгородской области без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания, за исключением выезда связанного с производственной необходимостью.

Судом также возложена обязанность на ФИО7 являться в уголовно-исполнительную инспекцию по Белгородскому району 1 раз в месяц для регистрации в установленный ими день и время. ФИО1 разъяснено, что сотрудники уголовно-исполнительной инспекции, в целях осуществления надзора за отбыванием осужденными наказания, вправе посещать его по месту жительства, за исключением ночного времени (с 22 часов до 6 часов). В случае злостного уклонения от отбывания ограничения свободы, суд может заменить это наказание лишением свободы.

Мера пресечения оставлена прежняя - в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, до вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства – транспортные средства постановлено возвратить их владельцам; диски хранить при деле (л.д. 7-13).

Таким образом, ФИО1 был признан виновным в том, что при управлении автомобилем нарушил Правила дорожного движения РФ, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью, по критерию опасного для жизни человека.

Судом первой инстанции установлено, что преступление совершено в г. Белгороде при следующих обстоятельствах.

***.07.2016 около 07 часов 15 минут, ФИО1 управлял личным технически исправным автомобилем ЗАЗ Chance государственный регистрационный знак Н *** ВМ 31 и двигался по ул. Щорса от ул. Губкина в направлении ул. Архиерейская г. Белгорода.

Проезжая регулируемый светофорным объектом перекресток ул. Щорса и ул. Архиерейская по левой полосе на зеленый сигнал светофора, он в нарушение п.п. 8.1, 13.4 Правил дорожного движения РФ, не убедился в безопасности своего маневра и отсутствии на проезжей части ул. Щорса транспортных средств, двигавшихся со встречного направления прямо, приступил к выполнению маневра поворота налево со скоростью не менее 10 км/ч, не уступив дорогу мотоциклу Ямаха YZF 1000R государственный регистрационный знак №*** 31 под управлением ФИО8, следовавшему прямо по ул. Щорса со встречного направления, чем, в нарушение п.п.1.3, 1.5 Правил дорожного движения РФ, создал опасность для движения указанному мотоциклу и совершил с ним столкновение.

В результате столкновения ФИО8 причинены телесные повреждения, квалифицирующиеся как причинившие тяжкий вред здоровью, по критерию вреда, опасного для жизни человека, – за счет наличия травмы живота с размозжением петель кишечника.

Апелляционным приговором Белгородского областного суда от 29.09.2017 приговор Октябрьского районного суда г. Белгорода от 07.08.2017 в отношении ФИО1 отменен, вынесено новое решение, которым постановлено оправдать ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления. В соответствии со ст. 133 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию, связанную с незаконным уголовным преследованием, включающую в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена (л.д. 20-25).

Как указано в апелляционном приговоре анализ приведенных доказательств свидетельствует, что ФИО1 выехал на перекресток на разрешающий зеленый сигнал светофора, что соответствует Правилам дорожного движения РФ. Заканчивая выполнение маневра поворот налево, Горбунов стал двигаться уже не на зеленый, а на иной сигнал светофора, после чего и произошло столкновение с мотоциклом под управлением ФИО8 Доказательств движения автомобиля ФИО1 по зеленому сигналу светофора в момент столкновения не представлено, при этом установлено, что он двигался согласно дорожной обстановке в соответствии с п.п. 13 Правил дорожного движения РФ.

Учитывая недоказанность факта нарушения осужденным п. 13.4 Правил дорожного движения РФ, вменение ему нарушения других общих требований, предусмотренных п.п. 1.3, 1.5, 8.1 Правил дорожного движения РФ, суд апелляционной инстанции также счел незаконным. Принимая во внимание требования ч. 3 ст. 14 УПК РФ о том, что все неустранимые сомнения относительно обстоятельств совершенного деяния трактуются в пользу осужденного, суд апелляционной инстанция пришел к выводу о том, что в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления.

Таким образом, в рамках настоящего дела нашел свое подтверждение факт прекращения уголовного преследования в отношении истца по реабилитирующим основаниям.

Согласно положениям ст. ст. 55, 56 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Претерпевание ФИО1 нравственных страданий подтверждается содержанием искового заявления, объяснениями стороны истца, стороны ответчика и третьих лиц, которые в соответствии со ст. ст. 55, 68, 69 ГПК РФ являются доказательствами по делу, а также материалами уголовного дела № 20162910943, которые свидетельствуют о незаконности уголовного преследования, в связи с которым к ФИО1 была применена мера пресечения в виде подписки о невыезде. Ответчиком данные доказательства не опровергнуты.

Право истца на реабилитацию и обращение в суд с требованием о компенсации морального вреда, связанного с уголовным преследованием, предусмотрено апелляционным приговором Белгородского областного суда в связи с отсутствием в деянии ФИО1 состава инкриминируемого преступления.

При таких обстоятельствах, разрешая настоящий спор, суд приходит к выводу о том, что истец в силу положений ст. 53 Конституции РФ, ст. 133 УПК РФ, ст. 151, п. 2 ст.1099, абз. 3 ст. 1100, п. 1 ст. 1070, ст. 1071 ГК РФ имеет право на компенсацию морального вреда в связи с прекращением уголовного преследования и о взыскании с казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

В соответствии с п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному суд должен учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Аналогичные указания содержатся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Определяя размер компенсации морального вреда и принимая во внимание принцип разумности и справедливости, суд в соответствии с положениями статей 151 и 1101 ГК РФ учитывает: фактические обстоятельства привлечения истца к уголовной ответственности, продолжительность уголовного преследования; тяжесть предъявленного обвинения; основания, послужившие прекращению уголовного преследования, категорию преступления, в котором обвинялся истец; вид и продолжительность избранной меры пресечения: истец не находился под стражей, не был лишен возможности передвижения в пределах г. Белгорода, имел возможность выехать за пределы территории Белгородской области в связи с производственной необходимостью, он не был ограничен в получении медицинской помощи.

Суд принимает во внимание личность истца: его возраст, социальное и семейное положение.

Так, согласно исследованным судом письменным доказательствам, представленным в материалы гражданского дела, а также добытым судом при исследовании материалов уголовного дела №20162910943 ФИО1, 15.11.1958 годы рождения, гражданин РФ, место жительства и регистрации: Белгородская область, Белгородский район, с. Таврово, ***, женат, на дату утверждения обвинительного заключения являлся старшим специалистом по вентиляционному оборудованию в ОАО «Белгородский молочный комбинат», невоеннообязанный, является почетным донором России, ветераном труда, имеет двух совершеннолетних детей, состав семьи: жена ФИО9

Ранее ФИО1 к уголовной ответственности не привлекался, характеризуется положительно.

Так, согласно характеристике УУП ОМВД России по Белгородскому району от 17.02.2017 ФИО1 характеризуется по месту жительства положительно, спиртными напитками не злоупотребляет, с соседями не конфликтует, в общении вежлив, жалоб, претензий и нареканий со стороны соседей не поступало.

В характеристике, выданной ОАО «Белгородский молочный комбинат» от 26.09.2016, указано, что ФИО1 за время работы на предприятии зарекомендовал себя квалифицированным и грамотным специалистом, отличается пунктуальностью, требовательностью к себе, деликатностью в общении, пользуется уважением в коллективе.

В ходе судебного разбирательства установлено, что в связи с привлечением к уголовной ответственности истец испытывал отрицательные эмоции, подавленность, беспокойство, переживания, депрессию, а также чувство страха по причине уголовного преследования и возможного уголовного наказания.

Однако суд отклоняет доводы стороны истца о том, что именно из-за незаконного уголовного преследования он проходил амбулаторное и стационарное лечение, ему был выставлен диагноз «***» и «*** (на ситуацию после ДТП)».

Во время исследования материалов уголовного дела установлено, что с 01.08.2013 ФИО1 установлена повторно инвалидность III группы по общему заболеванию, бессрочно, что подтверждается справкой МСЭ-2012 №***. Об указанном обстоятельстве ФИО1 в иске и своих объяснениях суду не сообщил.

При наличии инвалидности по общему заболеванию, возраста истца суд допускает, что ФИО1 испытал ухудшение состояния здоровья в период уголовного преследования.

Факт нахождения истца на стационарном лечении с диагнозом «***» в терапевтическом отделении ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ» с 12.09.2016 по 21.09.2016 не оспаривается и подтверждается материалами дела. На момент выписки – состояние удовлетворительное. 12.10.2016 в ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница святителя ИОСАФА» выставлен диагноз: «***». (л.д. 44-45). Однако доказательств тому, что указанное заболевание возникло у истца по причине уголовного преследования суду не представлено, также как и не представлена суду медицинская документация за период установления истцу инвалидности III группы и до уголовного преследования истца вопреки ч. 1 ст. 56 ГПК РФ.

Безусловно, что в период нахождения под следствием истец претерпевал негативные переживания, что ухудшило его состояние здоровья, однако это не свидетельствует, что причиной к установлению указанных диагнозов явилось исключительно незаконное уголовное преследование.

Из пояснений врача-психиатра ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ» ФИО10, данных в ходе судебного разбирательства, следует, что 21.09.2016 ею был выставлен диагноз: «***» с указанием на ситуацию после ДТП, а не на незаконность уголовного преследования (л.д. 46). При этом ссылка специалиста в справке на ситуацию после дорожно-транспортного происшествия сделана врачом со слов истца.

Не доказана стороной истца и причинная связь между незаконным привлечением ФИО1 к уголовной ответственности и увольнением с работы. Так, стороной истца не оспаривается и подтверждено трудовой книжкой, что он был уволен в соответствии со ст. 77 ТК РФ – прекращение трудового договора по соглашению сторон, а не в связи с уголовным преследованием. Приказ об увольнении от 05.09.2017 №239-лс истцом в установленном порядке не оспорен.

Безосновательна ссылка стороны истца на те обстоятельства, что моральный вред оценен истцом с учетом того, что причинены нравственные и физические страдания членам семьи истца. Доказательства по этим фактам стороной истца также не предоставлено.

Ссылки на игнорирование ходатайств защиты об истребовании видеозаписи, на назначение экспертизы следователем лишь после многократных требований ФИО1 и за его счет, на незаконность признания следователем полученных экспертиз недопустимыми доказательствами и исключение из обвинительного заключения, судом отклоняются, поскольку они не подлежат разрешению в рамках гражданского судопроизводства, равно как и второе требование (о принесении извинений прокурором), указанное в заявлении об увеличении исковых требований от 23.01.2018.

Кроме того, на допущенные процессуальные нарушения следователя в рамках указанного уголовного дела Октябрьским районным судом г. Белгорода вынесено частное определение от 07.08.2017, вступившее в законную силу, которым обращено внимание начальника СУ УМВД России по г. Белгороду на выявленные процессуальные нарушения закона следователем в целях недопустимости подобных фактов впредь.

Аргументы стороны истца об игнорировании следствием очевидных доказательств отсутствия вины ФИО1, незаконности утверждения прокурором г. Белгорода обвинительного заключения, о незаконности постановленного приговора от 07.08.2017 суд не принимает во внимание, поскольку оценка процессуальным нарушениям дана апелляционным приговором Белгородского областного суда, ФИО1 не лишен был возможности оспорить их в предусмотренном законом порядке.

Действия суда и судей, осуществляемые при отправлении правосудия, не могут быть обжалованы в суд ни в порядке, предусмотренном Гражданским процессуальным кодексом РФ, ни в порядке, предусмотренным Кодексом административного судопроизводства РФ, так как для их обжалования существует иной судебный порядок, который специально установлен законодательством (апелляционный, кассационный, надзорный).

Суд не принимает во внимание суждения стороны истца о намеренном игнорировании следствием изначальной очевидности невиновности ФИО1, поскольку доказательств тому суду не представлено.

Кроме того, при разрешении уголовного дела суд апелляционной инстанции принял во внимание выводы всех экспертиз, проведенных в рамках указанного уголовного дела, и уже с учетом норм УПК РФ о том, что все неустранимые сомнения относительно обстоятельств совершенного деяния трактуются в пользу осужденного, принял решение об оправдании ФИО1

В этой связи при определении размера компенсации морального вреда суд не оставляет без внимания многократность привлечения ФИО1 к административной ответственности ввиду нарушения Правил дорожного движения РФ, начиная с 2002 по 2016 гг.: ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ (превышение установленной скорости движения транспортного средства), ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ (нарушение правил проезда перекрестков), ч. 2 ст. 12.24 (нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего), ч. 1 ст. 12.29 КоАП РФ (нарушение пешеходом или пассажиром транспортного средства Правил дорожного движения), ч. 1 ст. 19.22 КоАП РФ (нарушение правил государственной регистрации транспортного средства), ч. 1 ст. 12.16 КоАП РФ (несоблюдение требований предписанных дорожными знаками или разметкой проезжей части). Указанные обстоятельства подтверждены справкой об административных правонарушениях, находящейся в материалах упомянутого уголовного дела.

Так, с 2002 по 2012 гг. ФИО1 неоднократно привлекался по ч. 1 ст. 12.29, ч. 2 ст. 12.9, ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ. В 2014 году десять раз привлекался по ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ, в 2015 году – четыре раза по ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ, также привлекался по ч. 1 ст. 12.16, по ч. 1 ст. 12.22 КоАП РФ, в 2016 году – пять раз по ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ, по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ.

Из установленных обстоятельств следует, что нарушение Правил дорожного движения РФ является очевидной закономерностью для ФИО1

На основании изложенного, принимая во внимание степень и характер нравственных страданий, причиненных истцу незаконным уголовным преследованием, а также, что человеческие страдания невозможно оценить в денежном выражении, компенсация морального вреда не преследует цель восстановить прежнее положение потерпевшего, поскольку произошло умаление неимущественной сферы гражданина, а лишь максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности с одной стороны, с другой - не допустить неосновательного обогащения истца. Исходя из того, что степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей лица, обратившегося в суд с указанным иском, учитывая принцип законности и справедливости, суд полагает, что в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в порядке реабилитации в размере 70 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковое заявление ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 70 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.