Апелляционное определение № 11-6764/2025 от 14 декабря 2025 г.

Судья Сысуева С.В.

Дело №2-72/2025

УИД 74RS0021-01-2024-001889-36


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 11-6764/2025
15 декабря 2025 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Доевой И.Б.,

судей Челюк Д.Ю., Елгиной Е.Г.,

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Мордовиной Л.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску Прокурора Брединского района Челябинской области в интересах ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО4 об установлении факта трудовых отношений, признании приказа недействительным, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, возложении обязанности произвести уплату налогов и страховых взносов,

по апелляционной жалобе индивидуального предпринимателя ФИО4 на решение Карталинского городского суда Челябинской области от 20 марта 2025 года.

Заслушав доклад судьи Челюк Д.Ю. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, представителя ответчика ФИО10, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, возражения помощника прокурора ФИО11, представителя истца ФИО21, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Прокурор Брединского района обратился в суд с иском в интересах ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (далее – ИП ФИО4) с учетом уточнений требований об установлении факта трудовых отношений, признании приказа о прекращении трудовых отношений незаконным и отмене его, внесении записи об этом в трудовую книжку, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав, компенсации морального вреда за причинение вреда здоровью, обязать произвести отчисления налогов и страховые взносы в соответствии с законодательством, взыскать судебные расходы. Обосновав свои требования тем, что по обращению ФИО3 была проведена проверка нарушения его трудовых прав, в ходе которой было выявлено, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 с согласия и ведома ИП ФИО4 фактически приступил к работе <данные изъяты>, что подтверждается табелями учета рабочего времени, при этом приказ о приеме на работу не оформлялся, запись в трудовую книжку не вносилась, оплата труда производилась, но не была полностью выплачена. С приказами, представленными в суд истца не знакомили, в том числе и с приказом о прекращении трудового договора, они были составлены, так же как и внесены записи в трудовую книжку в период рассмотрения дела в суде. ДД.ММ.ГГГГ с истцом ФИО3 произошел несчастный случай на производстве, <данные изъяты> ФИО3 <данные изъяты>, получив вред здоровью. Поскольку трудовые отношения не были оформлены надлежащим образом, надлежит установить факт трудовых отношений с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, взыскать задолженность по заработной плате за этот же период согласно представленного расчета в сумме 301 723,79 рублей, компенсацию морального вреда за нарушение трудовых прав 500 000,00 рублей, а также за полученный вред здоровью при исполнении трудовых обязанностей в сумме 5 000 000,00 рублей, признать приказ о прекращении трудовых отношений с ДД.ММ.ГГГГ незаконным и отменить его, о чем внести запись в трудовую книжку, так как работодателем нарушена процедура увольнения, взыскать судебные расходы, а также возложить обязанность произвести перечисление страховых взносов в ОСФР по Челябинской области и ИФНС по Челябинской области.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле привлечен в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований на предмет спора, в порядке ст. 43 ГПК РФ - государственный инспектор труда ФИО1.

Определениями суда от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в качестве третьих лиц не заявляющих самостоятельных исковых требований на предмет спора, в порядке ст. 43 ГПК РФ к участию в деле привлечены Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 32 по Челябинской области, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области.

В судебном заседании истец ФИО3 исковые требования поддержал.

Представитель истца ФИО21 поддержал требования иска, просил иск удовлетворить.

Ответчик ИП ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дне слушания извещена надлежащим образом, представлены возражения на иск.

Представитель ответчика по доверенности ФИО23 в суд не явилась, о дне слушания дела извещена надлежащим образом, ранее в суде иск признала частично, подтвердив факт трудовых отношений между истцом и ответчиком, а также в части не полной выплаты заработной платы за ДД.ММ.ГГГГ года, в остальной части иск не признала.

Представитель ответчика по доверенности ФИО22 в судебном заседании поддержала мнение ответчика и представителя ответчика, выраженные в возражениях на иск и в судебных заседаниях, просила в иске отказать.

Представители третьих лиц Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 32 по Челябинской области, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования по Челябинской области в суд не явился, о дне слушания дела извещены надлежащим образом.

Третье лицо государственный инспектор труда ФИО1 в суд не явился, о дне слушания извещен надлежащим образом, ранее в суде пояснял, что было вынесено заключение о несчастном случае на производстве в отношении ФИО3, а в отношении ИП ФИО4 вынесено предписание о составлении актов о несчастном случае на производстве, которое ею не исполнено.

Суд вынес решение, которым исковые требования прокурора Брединского района в интересах ФИО3 удовлетворил частично.

Признал недействительным и отменил приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении трудовых отношений в связи с истечением срока трудового договора на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации между ИП ФИО4 и ФИО3

Установил факт трудовых отношений между ИП ФИО4 и ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты>, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты>.

Взыскал с ИП ФИО4 в пользу ФИО3 задолженность по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 212 497,70 рублей.

Взыскал с ИП ФИО4 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда за нарушение трудовых прав в размере 100 000,00 рублей, компенсацию морального вреда за причинённый вред здоровью в результате несчастного случая на производстве в размере 500 000,00 рублей.

Взыскал с ИП ФИО4 в пользу ФИО3 в возмещение судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 30 000,00 рублей, по оплате почтовых расходов в размере 393,00 рубля.

Обязал ИП ФИО2 произвести отчисления за работника – <данные изъяты> ФИО3 в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области, в Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 32 по Челябинской области исходя из заработной платы работника за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 212 497,70 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказал.

Взыскал с ИП ФИО4 государственную пошлину в доход местного бюджета Брединского муниципального района в размере 10 374,93 рубля.

Не согласившись с решением суда, ответчик подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить и принять новое решение, которым: установить факт трудовых отношений между ИП ФИО4 и ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты>, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты>; взыскать с ИП ФИО4 в пользу ФИО3 задолженность по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 12 389,52 рублей; отказать в удовлетворении требований о взыскании с ИП ФИО4 в пользу ФИО3 компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав, компенсации морального вреда за вред здоровью; отказать в удовлетворении требований о взыскании с ИП ФИО4 в пользу ФИО3 судебных расходов в части по оплате услуг представителя; обязать ИП ФИО2 произвести отчисления в пользу ФИО3 за работника – рабочего ФИО3 в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области, в Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 32 по Челябинской области необходимо, исходя из заработной платы работника за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 12 389,52 рублей.

В обоснование доводов жалобы указывает, что с принятым судебным актом согласиться не может в части удовлетворённых требований по следующим основаниям:

Установление факта трудовых отношений между истцом и ответчиком в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты> не оспаривается, а период трудовых отношений с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты> не может быть признан по той причине, что истец после произошедшего несчастного случая на работу не выходил, трудовые обязанности не выполнял, желания приступить к выполнению трудовых обязанностей не выражал, предложения по замещению иной должности не принимал и не изъявлял. Дата ДД.ММ.ГГГГ как окончание периода трудовых отношений принята судом в связи с окончанием рассмотрения гражданского дела, что не укладывается в понятие разумности и справедливости, так как привязка к периоду рассмотрения гражданского дела ничем не обоснована. Заявление истца о нежелании продолжать трудовую деятельность у ответчика именно в эту дату не указывает на его желание работать ранее до указанного дня. Считает, что фактически может быть признан период трудовых отношений в должности <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где ДД.ММ.ГГГГ – это дата последнего дня лечения истца, после которой на работу он не выходил и не изъявил такого желания.

Также указывает на несогласие с взысканной заработной платой за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, так как период окончания трудовых отношений в должности <данные изъяты> истцом длился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, заработная плата до ДД.ММ.ГГГГ истцу выплачена в полном объёме. Исходя из расчёта суда о стоимости часа рабочего времени в размере 140,79 рублей, а также периода с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в котором было 22 рабочих дня продолжительностью по 8 часов, также вычитая период временной нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, остаётся задолженность по оплате труда в размере: 22 рабочих дня – 11 рабочих дней за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ =11 рабочих дней, 11 рабочих дней * 8 часов = 88 часов, 88 часов * 140,79 рублей = 12 389,52 рублей.

Указывает, что компенсация морального вреда за нарушение трудовых прав в размере 100 000,00 рублей является не только чрезмерной, но и необоснованной в целом, так как, во-первых, она принята судом с учётом ошибочно исчисленного периода трудовых отношений, во-вторых, судом не учтён тот факт, что истец и не изъявлял желания работать у ответчика в какой-либо должности после несчастного случая, а более того, проявил полное игнорирование ответчика как работодателя, предлагавшего варианты решения сложившейся ситуации. В связи с чем, считает взыскание компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав незаконным в полном объёме.

В части взыскания компенсации морального вреда за причинённый вред здоровью в результате несчастного случая в размере 500 000,00 рублей также считает чрезмерным и необоснованным ввиду отсутствия вины ответчика в <данные изъяты>. Как следует из материалов дела, а также материала № Следственного комитета РФ, несчастный случай произошёл ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого истец получил травму в виде <данные изъяты>, а за медицинской помощью в больницу обратился лишь ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении 12 дней после получения травмы. В течение указанного периода с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец, являясь взрослым дееспособным человеком, осознающим необходимость обращения в больницу в случае получения травм, все 12 дней не предпринимал действий по обращению за медицинской помощью, хотя ему об этом говорилось и со стороны ответчика в том числе, а более того, находясь дома, <данные изъяты>, тем самым усугубляя состояние своего здоровья и многократно ухудшая последствия полученной травмы своим бездействием. Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями <данные изъяты> ФИО24., выехавшего к истцу ДД.ММ.ГГГГ, которая была опрошена ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> ОМВД РФ по Брединскому району Челябинской области ФИО12 В своём объяснении она указала, что при входе в квартиру истца обнаружила <данные изъяты>, <данные изъяты>. Показания сестры истца ФИО13, которая была опрошена ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> ОМВД РФ по Брединскому району Челябинской области ФИО12, так же содержат указание на факт <данные изъяты>, который в такие периоды к ней в гости не ходил и к моменту её визита к нему ДД.ММ.ГГГГ он уже две недели у неё не был. Также ДД.ММ.ГГГГ истец был опрошен <данные изъяты> ОМВД РФ по Брединскому району Челябинской области ФИО12 и в объяснении указал, что с момента падения он находился преимущественно дома, <данные изъяты>, в один из дней выходил на улицу с неоднозначной целью в <данные изъяты> и сильно упал. В больницу обращаться вплоть до ДД.ММ.ГГГГ отказывался добровольно, хотя осознавал такую необходимость и наступление последствий в виде <данные изъяты> относит к своему халатному отношению. О нахождении в <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ также указывает ФИО14, опрошенный ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> ОМВД РФ по Брединскому району Челябинской области ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ истец был опрошен <данные изъяты> следственного отдела по г. Карталы СУ СК России по Челябинской области <данные изъяты> ФИО19, в ходе объяснения истец подтвердил данные ранее показания. Отдельного внимания требует изучение медицинских заключений, представленных в материалы дела: Заключение эксперта № не содержит вопросов, а соответственно и ответов о разграничении наступивших последствий, и вероятных последствий при условии, что истец обратился бы за медицинской помощью в день получения травмы или хотя бы на следующий, не усугубляя при этом состояние <данные изъяты> и длительным неподвижным времяпрепровождением, которое длилось 12 дней. Указанное заключение составлено врачом судебным экспертом с высшим медицинским образованием и стажем 16 лет – указанные регалии и содержание заключения судом приняты как единственно допустимые, а предложенное Заключение специалистов №, приобщённое к материалам дела не удостоено какого-либо внимания. Тем не менее, не умаляя заслуги эксперта ФИО15, обращает внимание, что Заключение специалистов № составлено доктором наук, аккредитованным судебно-медицинским экспертом при Министерстве здравоохранения РФ со стажем экспертной работы 50 лет, доктором медицинских наук, профессором, аккредитованным хирургом высшей категории со стажем работы 49 лет и штатным экспертом с высшим образованием по специальности «Судебный эксперт», что указывает на профессиональный подход и полное понимание поставленных вопросов. Более того в Заключении специалистов № рассматривается вопрос, имеющий критическую важность, но не рассмотренный в Заключении эксперта №. Важный момент, который подробно описан в Заключении специалистов № однозначно указывает на невозможность наступления тяжких последствий в виде <данные изъяты> при условии своевременного обращения истца за медицинской помощью. Данный факт в совокупности с длительным халатным поведением истца по отношению к своему здоровью, усугубившийся многодневным <данные изъяты> чётко указывает на отсутствие вины ответчика в наступивших последствиях. В связи с описанным выше, взыскание компенсации морального вреда за причинённый вред здоровью в результате несчастного случая незаконно, в этой части надлежит отказать в удовлетворении заявленного требования.

Взыскание судебных расходов за услуги представителя считает неуместными, так как исковое заявление в интересах истца подано прокурором Брединского района, который и представлял интересы истца, а наличие дополнительного представителя ничем не обусловлено, так как функции защиты интересов истца по закону выполнял прокурор.

По описанным ранее обстоятельствам, меняющим период трудовых отношений между истцом и ответчиком, обязательство произвести отчисления за работника – истца в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области, в Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 32 по Челябинской области необходимо, исходя из заработной платы работника за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 12 389,52 рублей.

Так же просит уменьшить сумму взыскиваемой государственной пошлины с учётом изменения удовлетворённых исковых требований.

Истец ФИО3, представители третьих лиц Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области, Межрайонной инспекции федеральной налоговой службы № 32 по Челябинской области, Государственный инспектор труда ФИО1 не приняли участия в суде апелляционной инстанции, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в сети Интернет. В связи с чем, на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, письменные возражения ответчика, судебная коллегия полагает решение суда подлежащим изменению в части.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО3 работал <данные изъяты>, а с ДД.ММ.ГГГГ в качестве <данные изъяты> у ИП ФИО4, выполняя работу, которая была оговорена сторонами по <данные изъяты>, а также принимал участие в <данные изъяты>.

Данные обстоятельства подтверждены показаниями сторон, их представителей в суде первой инстанции, показаниями свидетелей ФИО16, ФИО17, ФИО18пояснивших в судебном заседании суда первой инстанции, что ФИО3 работал у ИП ФИО4

Кроме того указанные обстоятельства подтверждены письменными доказательствами: табелями учета рабочего времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.12-16 т.1), ведомостями получения заработной платы (л.д.10-11 т.1); журналом по технике безопасности (л.д.17-19 т.1); копией трудовой книжки, содержащей указание о приеме на работу, переводе и прекращении трудовых отношений(л.д.174-182 т.2), справкой формы «2-НДФЛ» (л.д.183 т.2), справкой - расчетом заработной платы за указанный период (л.д.184 т.2); приказами о приеме на работу, переводе, прекращении трудовых отношений(л.д.185-187 т.2); отказным материалом по факту причинения вреда здоровью ФИО3(л.д.78-141 т.1), материалами проверки несчастного случая на производстве (л.д.187-246 т.1).

Кроме того, судом установлено, что ответчик ФИО2 является индивидуальным предпринимателем, имеющим наемный штат работников, что подтверждено штатным расписанием и списком работников (л.д.35-38 т.1), выпиской из ЕГРИП (л.д.211-214 т.2), в собственности имеет недвижимое имущество, земли сельскохозяйственного назначения, используемые для предпринимательской деятельности, что подтверждается выпиской из ЕГРН(л.д.215-225 т.2).

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, работающий <данные изъяты> у ИП ФИО4, находился на своем рабочем месте на арендованном сельскохозяйственном поле №, расположенном в 20 км к северу от <адрес> около государственной границы Российской Федерации с Республикой Казахстан для посева зерновых культур, на кузове автомобиля КАМАЗ, при спуске с которого, <данные изъяты>, прекратил работу и уехал домой.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у ФИО3 согласно данным медицинской документации на момент обращения за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ имела место <данные изъяты>, включающая в себя: <данные изъяты>, <данные изъяты>, осложнившиеся <данные изъяты>, <данные изъяты>, что в исходе привело к развитию гангрены <данные изъяты>, которые образовались от воздействия тупого твердого предмета (предметов). Данные повреждения являются опасными для жизни и по данному признаку квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью (Согласно пунктам 6.1.10, 6.1.11, 6.2.1, 6.2.7,6.2.8 Медицинских критериев, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ №194н от 24.04.2008года). Все указанные повреждения могли образоваться одновременно в срок и при обстоятельствах установленных следствием, то есть при падении ДД.ММ.ГГГГ с кузова автомобиля и ударении <данные изъяты>. (л.д.136-139 т.1).

Постановлением старшего следователя СО по г.Карталы СУ СК РФ по Челябинской области ФИО19 от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ИП ФИО4 и ФИО18 по факту получения травмы на рабочем месте ФИО3(л.д.140-143 т.1)

Из заключения государственного инспектора труда № по несчастному случаю с тяжелым исходом, произошедшему ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 40 минут с ФИО3, разнорабочий ИП ФИО4, государственным инспектором туда ФИО1 проведено расследование несчастного случая, установлено, что работодателем ИП ФИО4 не была создана комиссия по расследованию несчастного случая на производстве, не проведено расследование по обстоятельствам несчастного случая, вид происшествия –падение с высоты, в связи с чем государственный инспектор труда пришел к заключению: в момент несчастного случая выполнение действий <данные изъяты> ФИО3 связано с производственной деятельностью. ИП ФИО4, несчастный случай, произошедший ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3 <данные изъяты>, квалифицируется как несчастный случай, связанный с производством. Основной причиной несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работ, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, сопутствующими причинами являются недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, непроведение инструктажа по охране труда, не проведение обучения и проверки знаний охраны труда, отсутствие инструкций по охране труда и программ проведения инструктажа, недостатки в изложении требований безопасности в инструкциях по охране труда, неосторожность, невнимательность, поспешность. Несчастный случай, произошедший с ФИО3 подлежит оформлению актом по форме Н-1 (л.д.188-191 т.1).

Предписанием государственного инспектора труда ФИО1 № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ИП ФИО4 об устранении нарушений, установленных заключением государственного инспектора труда (л.д.192 т.1).

Разрешая исковые требования в части установления факта трудовых отношений, суд установил, что ФИО3 с ведома и по поручению ИП ФИО4 выполнял различную работу в предприятии ответчика и на его территории и землях сельскохозяйственного назначения, используемых для осуществления предпринимательской деятельности и расположенных в <адрес>, при этом истец был допущен до выполнения трудовых функций <данные изъяты>, а впоследствии <данные изъяты>, ответчиком контролировалось выполнение данной работы и производилась оплата данной работы. Кроме того, суд пришел к выводу о том, что период трудовых отношений подлежит установлению с ДД.ММ.ГГГГ, то есть с момента, когда истец был допущен к работе по профессии <данные изъяты> по ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с заявленными требованиям истца, указавшим об отсутствии намерений продолжать трудовую деятельность в интересах ответчика и на его предприятии с указанной даты.

Разрешая исковые требования истца в части признания незаконным приказа об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ №, соответствующая запись произведена в трудовой книжке истца, суд признал его незаконным, поскольку доказательств вынесения данного приказа в суд не предоставлено, доказательств тому, что истец был ознакомлен с указанным приказом в суд ответчиком не предоставлено, установил, что ответчиком была нарушена процедура расторжения трудового договора, установленная Трудовым Кодексом Российской Федерации, поскольку ответчик ссылаясь на то, что между ним и истцом имел место срочный трудовой договор, при этом в нарушение ст.79 Трудового кодекса Российской Федерации в соответствии с которой срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия, о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, указанной обязанности ответчик не выполнил.

В указанной части решение суда сторонами не оспаривается.

Разрешая требования истца в части взыскания задолженности по заработной плате, суд пришел к выводу, что она подлежит взысканию с учетом предоставленных ответчиком в суд доказательств по выплате зарплаты истцу за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что не оспаривалось истцом, пояснившим, что с выплаченным размером заработной платы за данный период он согласен и не имеет претензий в данной части к ответчику, как и согласен с тем размером заработной платы на занимаемых им должностях на предприятии ответчика, в соответствии с которым и просил взыскать заработную плату за период его работы по ДД.ММ.ГГГГ включительно. Производя расчет задолженности по заработной плате, суд руководствовался положениями ст. 133 Трудового кодекса, а также ст. 139 и п. 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы утвержденных Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 года № 922, исчислив средний заработок подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца, исключив из расчета период временной нетрудоспособности за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 212 497рублей 70копеек ( 140,79рублей х 1509,32 часа).

Определяя размер компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав истца, суд руководствуясь положениями ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации пришел к выводу о том, что установлен факт нарушения ответчиком трудовых прав истца ненадлежащим оформлением трудовых отношений и не выплатой заработной платы, а также принял во внимание разъяснения, изложенные в абзаце 4 пункта 63 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий в связи с незаконным лишением возможности оформления трудовых прав, и как следствие, возможности реализации права на оплату труда, на отдых, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, переживанием истца в связи с длительной невыплатой заработной платы, а также учел индивидуальные особенности истца (трудоспособный возраст), степень вины работодателя, который нарушил права истца при допуске его к выполнению трудовых обязанностей и неоформлением данных правоотношений, длительность нарушения прав истца, добровольное устранение работодателем частично нарушений прав истца в период рассмотрения дела, требования разумности и справедливости, в связи с чем взыскал в его пользу компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей. Оснований для взыскания компенсации морального вреда по данному требованию в большем размере по доводам иска суд не усмотрел.

Разрешая исковые требования истца в части взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, в связи с несчастным случаем на производстве, руководствуясь положениями части первой ст. 21, части второй ст. 22, части первой ст. 210, части первой и абзаца второго части второй ст. 212, части первой ст. 219, части первой ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу, что работодателем не были обеспечены безопасные условия труда работнику, при этом причиной несчастного случая на производстве явилась неудовлетворительная организация производства работ, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, сопутствующими причинами явились недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, не проведение инструктажа по охране труда, непроведение обучения и проверки знаний охраны труда, отсутствие инструкций по охране труда и программ проведения инструктажа, недостатки в изложении требований безопасности в инструкциях по охране труда, неосторожность, невнимательность, поспешность.

Определяя размер компенсации морального вреда в результате несчастного случая на производстве, суд учел обстоятельства, при которых был причинен вред, степень вины причинителя вреда, объем причиненных истцу переживаний, тяжесть причиненных истцу физических и нравственных страданий в связи с полученной травмой, повлекшей <данные изъяты>, длительное лечение, и как последствие <данные изъяты>, учел также индивидуальные особенности личности истца, являющегося на момент получения травмы трудоспособным, не имеющим семьи и иждивенцев, в связи с чем, полученная травма повлекла для него тяжелые моральные и нравственные страдания, а также ухудшение состояния его здоровья, принял во внимание, что потерпевший не обращался самостоятельно после получения травмы в медицинское учреждение до ДД.ММ.ГГГГ,степень вины ответчика, допустившего неудовлетворительную организацию производства работ, не обеспечение контроля за ходом выполнения работы, недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, не проведение инструктажа по охране труда, не проведение обучения и проверки знаний охраны труда, отсутствие инструкций по охране труда и программ проведения инструктажа, недостатки в изложении требований безопасности в инструкциях по охране труда, в связи с чем, взыскал в пользу истца с ответчика в возмещение компенсации морального вреда 500 000,00рублей.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции в части удовлетворенных требований об установлении факта трудовых отношений между сторонами, признании приказа об увольнении незаконным, взысканной компенсации морального вреда как за нарушение трудовых прав, так и в результате несчастного случая на производстве, а также взысканных судебных расходов.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы ответчика в части несогласия со взысканной задолженностью по заработной плате в пользу истца, а также возложения обязанности произвести отчисления страховых взносов от взысканной задолженности по заработной плате, государственной пошлины, в указанной части решение суда подлежит изменению.

Взыскивая задолженность по заработной плате, суд произвел ее расчет, рассчитав средний заработок в соответствии со ст. 139 Трудового кодекса и п. 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы утвержденных Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 года № 922.

Вместе с тем, истцом не были заявлены требования о восстановлении на работе или взыскании среднего заработка в соответствии со ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с незаконным лишением его возможности трудиться.

Истец просил взыскать задолженность по заработной плате <данные изъяты> и <данные изъяты>, начиная с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, учитывая, что истец был согласен с размером ранее ему начисленной и выплаченной работодателем заработной платы, в соответствии со штатным расписанием утвержденным ответчиком ДД.ММ.ГГГГ. (том № 1 л.д. 35), оклад как по профессии <данные изъяты> так и <данные изъяты> составил 19 304,35 руб., а также районный коэффициент 2 895,65 руб., выплаченной по ДД.ММ.ГГГГ., соответственно за исключением периода временной нетрудоспособности (с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ.), за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. подлежит взысканию в его пользу задолженность по заработной плате за 11 рабочих дней.

При этом судебная коллегия учитывает, что после окончания периода временной нетрудоспособности 24.06.2024г., истец на работу не выходил, трудовые обязанности не исполнял, доказательств невозможности их исполнения после 24.06.2024г. по вине работодателя, ни в суд первой ни в суд апелляционной инстанции не представлял, как и доказательств тому, что со стороны работодателя чинились препятствия для выполнения им трудовой функции.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца пояснил, что на работу истец не выходил, так как плохо себя чувствовал, однако листок нетрудоспособности после ДД.ММ.ГГГГ ему не открывался, с письменными заявлениями к работодателю о предоставлении ему иной работы, или переводе на более легкий труд не предоставлял.

При таких обстоятельствах, задолженность по заработной плате составит 12 618,94 руб. (4 440 руб. за ДД.ММ.ГГГГ. и 8 179,94 руб. за ДД.ММ.ГГГГ г. с учетом рабочих дней по производственному календарю) (до удержания налога на доходы физических лиц).

С учетом того, что судебной коллегией изменен размер задолженности по заработной плате, подлежащей взысканию в пользу истца, подлежит изменению и решение суда в части возложения на индивидуального предпринимателя ФИО2 произвести отчисления страховых взносов за ФИО3 исходя из суммы 12 618,94 руб.

Доводы апелляционной жалобы ответчика в той части, что период трудовых отношений также следует изменить и считать окончанием этого периода ДД.ММ.ГГГГ., подлежат отклонению судебной коллегий, ввиду того, что ответчиком не приняты своевременные меры для прекращения трудовых отношений, с предложением к работнику об увольнении по соглашению сторон работодатель к работнику не обращался, соответствующий приказ об увольнении в соответствии с нормами Трудового кодекса Российской Федерации не выносил, а приказ об увольнении, отраженный в трудовой книжке истца признан судом незаконным, с чем ответчик согласился.

Доводы апелляционной жалобы ответчика в части несогласия со взысканным размером компенсации морального вреда за причинённый вред здоровью в результате несчастного случая в размере 500 000,00 рублей, а также указания на отсутствие вины ответчика в <данные изъяты>, подлежат отклонению по следующим основаниям.

По ходатайству ответчика судом апелляционной инстанции назначена по делу судебно – медицинская экспертиза, на разрешение которой поставлены вопросы: 1) могли ли телесные повреждения (<данные изъяты>) образоваться одновременно при падении истца ДД.ММ.ГГГГ с кузова автомобиля КАМАЗ и подтверждаются ли объективными данными? 2) объективно ли выставлен ФИО3 диагноз <данные изъяты>»? 3) что явилось причиной развития у ФИО3 <данные изъяты>? 4) в случае обращения истца за медицинской помощью непосредственно после падения с кузова автомобиля КАМАЗ – ДД.ММ.ГГГГ, а не ДД.ММ.ГГГГ мог ли избежать наступления негативных последствий? 5) определить степень тяжести вреда здоровью ФИО3 с учетом полученных им повреждений? 6) имеется ли причинно-следственная связь между событием (падением), произошедшим ДД.ММ.ГГГГ и наступившим последствием (<данные изъяты>)?

Согласно выводам судебно – медицинской экспертизы, выполненной ООО «МБЭКС» ДД.ММ.ГГГГ указано, что возможность одновременного (одномоментного) образования указанной в вопросе травмы в виде <данные изъяты>) при падении истца ДД.ММ.ГГГГ с кузова автомобиля КАМАЗ исключена.

Однако, при этом очень важно отметить, что именно указанная травма грудной клетки в дальнейшем осложнилась развитием <данные изъяты>), <данные изъяты>). И именно, осложнение в виде <данные изъяты> способствовало первоначально сдавлению сосудисто-нервного пучка с развитием <данные изъяты>, вследствие формирования <данные изъяты> - увеличения субфасциального давления из-за нарастающего ишемического отека и нарушения микроциркуляторного кровотока, что в свою очередь привело к развитию <данные изъяты>, данный вывод находит свое подтверждение, как по клиническим данным (на момент поступления в больницу ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>), так и по результатам рентгенологического исследования проведенного в рамках действующей экспертизы.

Касательно вопроса объективности выставленного ФИО3 диагноза «<данные изъяты>», комиссия экспертов поясняет, что <данные изъяты> относится к состояниям с абсолютной достаточностью кровообращения, влечет за собой ишемическую травму конечности с отсутствием в ней кровотока. Так же в эту группу входят турникетная ишемия, ранение магистрального сосуда, эмболия (закупорка), травматический отрыв конечности, отморожение. В рассматриваемом случае, выставленный ФИО3 диагноз «<данные изъяты>» является объективным, он коррелирует – соотносится с имевшем место <данные изъяты>, следствием которого явилась <данные изъяты>, приведшая к <данные изъяты>, что повлекло за собой <данные изъяты>.

Таким образом, причинно-следственная связь между событием (падением) ФИО3, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ и наступившим последствием (ампутацией левой руки) прослеживается – имеется.

Достоверно и однозначно ответить на вопрос в данной редакции не представляется возможным, поскольку он носит общетеоретический, гипотетический характер, в связи с чем, требует предположений, что, в свою очередь, не входит в компетенцию комиссии экспертов, поскольку последняя, дает судебно-медицинскую оценку фактическим последствиям каких-либо действий (бездействий) применительно к каждому конкретному случаю.

При всем при этом, согласно данным специальной научной медицинской литературы в период <данные изъяты>), спустя 4 часа происходят явления <данные изъяты> с уже необратимыми последствиями.

При анализе представленных медицинских документов у ФИО3, обнаружена <данные изъяты>, левой <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, осложнившейся развитием <данные изъяты>, <данные изъяты>, которая причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Имевший место в медицинском документе диагноз «<данные изъяты>» объективными данными не подтвержден, в виду чего во внимание комиссией экспертов не принимался.

Судебная коллегия принимает в качестве допустимого доказательства указанное экспертное заключение, поскольку оно отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона «О государственной экспертной деятельности в Российской Федерации от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ, поскольку содержит подробное описание произведенного исследования, выводы экспертов достоверны и научно обоснованны. Экспертиза по настоящему делу проведена экспертами, имеющими высшее медицинское образование, квалификацию и предупрежденных судом об уголовной ответственности за дачу ложного заключения в соответствии со ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Сторонами заключение экспертов в судебном заседании не оспаривалось.

При таких обстоятельствах, с учетом заключения судебно – медицинской экспертизы, в соответствии с которой, причинно-следственная связь между событием (падением) ФИО3, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ и наступившим последствием (<данные изъяты>) прослеживается – имеется, а также с учетом того, что работодателем не были обеспечены безопасные условия труда работнику, на место несчастного случая скорая медицинская помощь не вызывалась, какая либо медицинская помощь на месте происшествия работодателем оказана не была, меры для доставления работника в медицинское учреждение также не были своевременно приняты, судом обоснованно взыскана компенсация морального вреда в размере 500 000 руб.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика указал, что только вечером в день происшествия ДД.ММ.ГГГГ. представитель работодателя посещал жилое помещение истца, однако дверь никто не открыл, каких либо иных мер работодателем для восстановления здоровья истца не предпринималось.

Доводы о том, что истец сам же и способствовал ухудшению состояния своего здоровья, так как длительное время не обращался в медицинское учреждение и <данные изъяты> не влекут отмены или изменения решения суда, поскольку факт и обстоятельства по которым истец не обращался в медицинское учреждение были учтены судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда. Также судом обоснованно указано на то, что обстоятельств, свидетельствующих о грубой неосторожности истца, содействующих возникновению или увеличению вреда, поскольку им выполнялись непосредственные трудовые обязанности, связанные с заправкой сеялки зерном, которые были ему поручены работодателем, никаких действий способствовавших увеличению вреда им не производилось. Именно работодателем должны были быть учтены особенности спуска работников с автомобиля и заправка сеялок зерном, в целях исключения несчастных случаев. Поспешность истца при спуске с автомобиля, не может считаться грубой неосторожностью.

С учетом того, что истцу причинен тяжкий вред здоровью в результате несчастного случая на производстве, компенсация морального вреда в размере 500 000 руб. в наибольшей степени отвечает критериям разумности и справедливости.

Доводы жалобы о том, что компенсация морального вреда за нарушение трудовых прав в размере 100 000,00 рублей является не только чрезмерной, но и необоснованной в целом, так как, во-первых, она принята судом с учётом ошибочно исчисленного периода трудовых отношений, во-вторых, судом не учтён тот факт, что истец и не изъявлял желания работать у ответчика в какой-либо должности после несчастного случая, а более того, проявил полное игнорирование ответчика как работодателя, предлагавшего варианты решения сложившейся ситуации, также отклоняются судебной коллегией.

Как правильно установлено судом первой инстанции, работодателем нарушены трудовые права, в части неоформления трудовых прав с истцом, длительность такого нарушения, лишение работника соответствующих прав и гарантий на своевременное получение заработной платы, в том числе пособия по временной нетрудоспособности как от самого работодателя, так и Фонда Пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области, нарушение пенсионных прав работника в части отсутствия переданных сведений в индивидуальный лицевой счет работника и соответствующих отчислений, по факту произошедшего несчастного случая на производстве в установленном законом порядке не проведено служебное расследование с оформлением по его итогу акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1, неудовлетворительная организация производства работ, не обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, а также недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, не проведение инструктажа по охране труда, не проведение обучения и проверки знаний охраны труда, отсутствие инструкций по охране труда и программ проведения инструктажа, с учетом нарушения указанных трудовых прав работника, взысканная судом компенсация морального вреда в размере 100 000 руб. является разумной и справедливой, оснований для ее снижения, по доводам апелляционной жалобы ответчика, судебная коллегия не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы, что взыскание судебных расходов за услуги представителя является неуместным, так как исковое заявление в интересах истца подано прокурором Брединского района Челябинской области, который и представлял интересы истца, а наличие дополнительного представителя ничем не обусловлено, так как функции защиты интересов истца по закону выполнял прокурор, отклоняются судебной коллегией.

Разрешая требования истца о возмещении судебных расходов, суд принял во внимание сложность дела, категорию спора - о защите трудовых прав, оказание консультаций представителем, подготовка процессуальных документов, участие представителя в суде первой инстанции (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГг. представителем был допущен судом в качестве слушателя, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, продолжительность каждого из судебных заседаний), заявленное представителем ответчика ходатайство о несоответствии указанных расходов требованиям разумности, взыскал с учетом требований разумности в соответствии со ст.100 ГПК РФ в пользу ФИО3 в сумме 30 000 рублей, не усмотрев правовых оснований для взыскания в большем размере.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, при этом учитывает, что понесенные истцом расходы на оплату услуг представителя подтверждены документально договором оказания юридических услуг, актом выполненных работ, распиской о передаче денежных средств.(л.д.47-52т.2)

То обстоятельство, что в защиту прав ФИО3 выступил прокурор Брединского района Челябинской области не свидетельствует о необоснованности заявленных расходов, при условии, что они фактически были понесены истцом и юридическая помощь ему была оказана профессиональным юристом, а кроме того, подтверждены документально.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истцом также подано заявление о возмещении судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 20000 руб. (том № 3 л.д. 113-115).

В обоснование несения указанных расходов предоставлены дополнительное соглашение к договору об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГг., акт выполненных работ, акт передачи денежных средств и расписка, подтверждающая получение денежных средств представителем от ДД.ММ.ГГГГ.

Судебная коллегия учитывает, непосредственное участие представителя истца в судебных заседаниях суда апелляционной инстанции ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, продолжительность каждого судебного заседания, по мнению судебной коллегии, заявленные истцом ко взысканию расходы по оплате услуг представителя и юридической помощи в судебных заседаниях суда апелляционной инстанции, подтвержденные представленными письменными документами отвечают требования разумности и справедливости и полагает возможным взыскать с ответчика в его пользу судебные расходы в размере 20 000 руб.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика индивидуального предпринимателя ФИО4 в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7 000 руб.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Карталинского городского суда Челябинской области от 20 марта 2025 года изменить в части взысканной в пользу ФИО3 заработной платы.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 в пользу ФИО3 задолженность по заработной плате в размере 12 618,94 руб.

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО2 произвести отчисления страховых взносов за ФИО3 исходя из суммы 12 618,94 руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 в пользу ФИО3 расходы на оплату услуг представителя в апелляционной инстанции 20 000 руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 в доход бюджета государственную пошлину в размере 7 000 руб.

В остальной части это же решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 23.12.2025 года.