Решение № 12-100/2019 12-3/2020 от 19 января 2020 г. по делу № 12-100/2019

№ 12-3/2020


РЕШЕНИЕ

по делу об административном правонарушении

г. Шимановск 20 января 2020 г.

Судья Шимановского районного суда Амурской области Едакова М.А.,

с участием представителя ФИО1 - адвоката Корнеева Ю.В., действующего на основании ордера № 3 от 13.01.2020 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи Амурской области по Шимановскому районному судебному участку от 05 декабря 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ в отношении:

ФИО1, <данные изъяты> ранее к административной ответственности не привлекавшегося,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи Амурской области по Шимановскому районному судебному участку от 05 декабря 2019 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ и подвергнут наказанию в виде лишения права осуществлять охоту на срок 1 год 6 месяцев.

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО1 обратился в Шимановский районный суд Амурской области с жалобой, в которой ставит вопрос об отмене обжалуемого постановления мирового судьи и прекращении производства по делу, в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление, поскольку он был на охоте только в дневное время ДД.ММ.ГГГГ, при этом он охотился с ФИО7, у которого было разрешение и в которое он также был вписан, а также у него была путевка на добычу кабана. Вечером около 17 ч. ему позвонил ФИО6 и сообщил, что его автомобиль УАЗ сломался. Он и ФИО2 пришли к автомобилю ФИО3, далее ФИО2 ушел ловить попутки, а он остался помогать ремонтировать автомобиль. С автомобиля никто охоту не производил, так как она была поломана. В момент их обнаружения охотинспекторами, Скоренок ремонтировал коробку передач. Его ружье находилось на капоте под матрасом. Лампу использовали для проведения ремонта автомобиля. Люк автомобиля был закрыт. На месте он отказался от подписания протокола, так как никто из охотинспекторов и сотрудник ОМОНА не представились. Охотинспектор Гуцул без каких-либо протоколов изъятия забрал его ружье и не возвращал до приезда полиции. При составлении протокола ему права не разъяснялись. Распоряжение (приказ) о проведении рейда не предъявлялся. Доказательств осуществления охоты, в т.ч. с использованием механического транспортного средства не предоставлено.

В судебном заседании представитель ФИО1 - адвокат Корнеев Ю.В. на доводах жалобы настаивал, пояснил, что видеозапись нельзя признать допустимым доказательством, так как она является не полной, прерывается, возможно, была подвергнута монтажу, время, указанное в протоколе, не соответствует времени видеосъемке, просил постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить.

Представитель административного органа - управления по охране, контролю и регулированию использования объектов животного мира и среды их обитания Амурской области в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении жалобы без участия представителя Управления.

С учетом положений ст. 25.1 КоАП РФ жалоба ФИО1 рассмотрена в отсутствии ФИО1 и представителя Управления по охране, контролю и регулированию использования объектов животного мира и среды их обитания Амурской области.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив доводы жалобы, и возражений, с учетом требований ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ проверив дело в полном объеме, судья приходит к следующему.

Частью 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ предусмотрена ответственность за осуществление охоты с нарушением установленных правилами охоты сроков охоты, за исключением случаев, если допускается осуществление охоты вне установленных сроков, либо осуществление охоты недопустимыми для использования орудиями охоты или способами охоты, что влечет для граждан лишение права осуществлять охоту на срок от одного года до двух лет.

Правовые основы осуществления охоты установлены Федеральным законом от 24.07.2009 N 209-ФЗ "Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон "Об охоте").

В соответствии с п. 5, 6, 7 ст. 1 Закона "Об охоте", охота - деятельность, связанная с поиском, выслеживанием, преследованием охотничьих ресурсов, их добычей, первичной переработкой и транспортировкой; орудия охоты - это огнестрельное, пневматическое и холодное оружие, отнесенное к охотничьему оружию в соответствии с Федеральным законом от 13.12.1996 N 150-ФЗ "Об оружии", а также боеприпасы, капканы и другие устройства, приборы, оборудование, используемые при осуществлении охоты; способы охоты - методы и приемы, применяемые при осуществлении охоты, в том числе с использованием охотничьих сооружений, собак охотничьих пород, ловчих птиц.

В силу ч. 2 ст. 57 Закона "Об охоте", к охоте приравнивается нахождение в охотничьих угодьях физических лиц с орудиями охоты и (или) продукцией охоты, собаками охотничьих пород, ловчими птицами.

Статьей 22 Федерального закона об охоте установлено, что в целях обеспечения сохранения охотничьих ресурсов и их рационального использования могут устанавливаться ограничения охоты. К таковым относится, в том числе установление допустимых для использования орудий и способов охоты, транспортных средств, собак охотничьих пород и ловчих птиц.

Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 16 ноября 2010 г. N 512 утверждены Правила охоты, пунктом 52.13.1 которых установлен запрет на применение при отлове и (или) отстреле охотничьих животных любых световых устройств, тепловизоров, приборов ночного видения для добычи копытных животных.

В соответствии с п. 52.14.1 Правил охоты при отлове и (или) отстреле охотничьих животных запрещается применение механических транспортных средств и любых летательных аппаратов, за исключением случаев, указанных в пункте 59 настоящих Правил.

Кроме того, при осуществлении охоты запрещается: нахождение в охотничьих угодьях в механических транспортных средствах с включенным мотором, в том числе не прекративших движение по инерции после выключения мотора, с расчехленным или заряженным или имеющим патроны (снаряды) в магазине охотничьим огнестрельным (пневматическим) оружием (п. 53.1 Правил охоты)

Объективная сторона правонарушения заключается в осуществлении охоты с нарушением установленных правилами охоты сроков охоты, за исключением случаев, если допускается осуществление охоты вне установленных сроков, либо осуществление охоты недопустимыми для использования орудиями охоты или способами охоты.

Как следует из материалов дела, 20.10.2019 года в 23 ч. 15 мин, находясь на территории охотугодий Шимановского района в 4,3 км юго-восточнее <адрес> (<данные изъяты>), ФИО1 совместно с ФИО6 и ФИО4, производил охоту на диких копытных животных с применением автотранспортного средства, выносной лампы-фары, оружием - карабином Вепрь, тем самым совершил административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ.

Факт осуществления ФИО1 охоты недопустимыми для использования орудиями охоты и способом охоты подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств: протоколом об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ; пояснительной запиской ФИО8 к протоколу 28 № от ДД.ММ.ГГГГ; копией карты-схемы к протоколу 28 № от ДД.ММ.ГГГГ; копией карты-схемы к протоколу 28 № от ДД.ММ.ГГГГ; копией материала об отказе в возбуждении уголовного дела № от ДД.ММ.ГГГГ; копией распоряжения о проведении проверки № от ДД.ММ.ГГГГ, с плановым (рейдовым заданием) на охотугодья <адрес> (обратная сторона листа) на имя ФИО8; копией распоряжения о проведении проверки № от ДД.ММ.ГГГГ, с плановым (рейдовым заданием) на охотугодья <адрес> (обратная сторона листа) на имя ФИО9; копией распоряжения о проведении проверки № от ДД.ММ.ГГГГ, с плановым (рейдовым заданием) на охотугодья <адрес> (обратная сторона листа) на имя ФИО5; видеозаписью с видеорегистратора; сведениями ИБДР на ФИО1, ФИО6, ФИО4; копей путевки серии АА № от ДД.ММ.ГГГГ; иными материалами дела.

Имеющиеся в деле доказательства были исследованы мировым судьей при рассмотрении дела с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, являлись достаточными для рассмотрения дела по существу, оценены по правилам, установленным ст. 26.11 КоАП РФ.

Доводы заявителя о том, что не был установлен факт производства охоты с применением световых приборов и применением автотранспортных средств, опровергаются показаниями свидетелей ФИО8, ФИО5, ФИО9, которые последовательно утверждали, что ДД.ММ.ГГГГ около 22 ч. 45 мин они находились на территории охотугодий, согласно рейдовому заданию. Не доезжая до спуска на <адрес> услышали два одиночных выстрела, увидели гуляющий свет лампы-фары, услышали звук работающего двигателя. Затем мотор заглох, луч лампы-фары погас, появился свет фонариков. Пройдя в сторону фонариков, был обнаружен автомобиль УАЗ, г/н №, ФИО1, ФИО6, ФИО4, на капоте автомобиля карабин «Вепрь» с оптическим прицелом с заряженным магазином и патроном в патроннике, принадлежащий ФИО1, в автомобиле была собака охотничьей породы, а также выносная лампа, документов, подтверждающих их личность и на оружие представлено не было.

Аналогичные сведения отражены и в пояснительной записке ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ к протоколу об административном правонарушении (л.д. 6).

Сведений о какой-либо заинтересованности инспекторов Управления по охране, контролю и регулированию использования объектов животного мира и среды их обитания Амурской области в исходе дела, их предвзятости к ФИО1 или допущенных ими злоупотреблениях по делу не установлено. Перед опросом им были разъяснены положения ст. 25.6 и 17.9 КоАП РФ, оснований ставить под сомнение факты, указанные должностными лицами, не имеется.

Наличие у ФИО1 разрешения на оружие и путевки на добычу кабана не исключает событие административного правонарушения, совершенного им.

Кроме того, из материалов дела следует, что ФИО1 на момент составления протокола об административном правонарушении, не имел при себе разрешение на хранение и ношение охотничьего оружия, а также разрешение на добычу охотничьих ресурсов, что предусмотрено п. 3.2 Правил охоты, указанные документы предоставил при рассмотрении дела в мировом суде.

Вопреки доводам жалобы неустранимые сомнения, которые должны быть истолкованы в пользу ФИО1, не установлены.

Сведений, которые могли бы вызвать сомнение в объективности и беспристрастности мирового судьи при принятии решения по настоящему делу, в материалах дела не имеется. Принцип презумпции невиновности нарушен не был. При рассмотрении дела об административном правонарушении все собранные по делу доказательства судья оценивает по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в совокупности.

Ссылка в жалобе на то, что у ФИО1 и ФИО7 имелись разрешение на ружье и путевка на добычу кабана, а ФИО6 на автомобиле ездил искать своих собак, не влечет удовлетворение жалобы, поскольку деятельность, связанная с поиском, выслеживанием, добычей, первичной переработкой и транспортировкой охотничьих ресурсов, а равно нахождение в охотничьих угодьях с орудиями и продукцией охоты, собаками охотничьих пород признается охотой в соответствии с пунктом 5 статьи 1, части 2 статьи 57 Федерального закона «Об охоте».

Приведенные сведения и доказательства в совокупности объективно свидетельствуют о том, что ФИО1 в ночное время, находясь в охотугодьях Шимановского района, имея собаку охотничьей породы, осуществлял совместно с ФИО6 и ФИО4 охоту на диких копытных животных с использованием транспортного средства, оборудованного люком, с расчехленным, заряженным охотничьим ружьем и применением выносного светового устройства, что запрещено пунктами 52.13.1, п. 52.14.1, 53.1 Правил охоты.

Указанные действия, а именно, осуществление охоты недопустимыми для использования орудиями и способами охоты, образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1.2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Действия ФИО1 верно квалифицированы по части 1.2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Довод жалобы о незаконности проверки охотинспекторов на территории охотхозяйства в отсутствие соответствующих распоряжений, является необоснованным, так как в материалах дела имеются копии распоряжений и.о. начальника охотуправления № 93 от 01.10.2019 г., начальника управления № 126 от 15.10.2019 г., № 127 от 15.10.2019 г. о проведении выездных проверок в охотничьих угодьях в период с 15.10.2019 по 31.12.2019 г., в т.ч. в Шимановском районе, и о назначении проверяющими ФИО5, ФИО9, ФИО8

Кроме того, в поступившей жалобе заявитель приводит доводы о допущенных процессуальных нарушениях при оформлении материалов дела об административном правонарушении в отношении него. Указывает, что ФИО1 отказался подписывать протокол об административном правонарушении, поскольку охотинспектора, сотрудник ОМОН не представили служебные удостоверения; права и обязанности ему не разъяснялись.

Данные доводы отмену вынесенного по делу постановления не влекут.

Согласно ч. 5 ст. 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях протокол об административном правонарушении подписывается физическим лицом, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении. В случае отказа указанного лица от подписания протокола, в нем делается соответствующая запись.

Как следует из материалов дела, протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 составлен в соответствии с требованиями ст. 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, содержит все необходимые сведения для рассмотрения дела, в том числе в нем полно описано событие вмененного ему административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.2 ст. 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, имеются сведения о разъяснении ему его прав, предусмотренных ст. 51 Конституции РФ и ст. 25.1 указанного Кодекса. При этом, из протокола следует, что при его составлении ФИО1 отказался от дачи объяснений, его подписания, получения копии, о чем имеется соответствующая запись должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, не доверять которой оснований не имеется (л.д. 5).

По смыслу ст. 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, принятого Резолюцией 2200 А (XXI) Генеральной ассамблеи ООН от 16.12.1996 года, лицо само определяет объем своих прав и реализует их по своему усмотрению. Отказ в силу личного волеизъявления от дачи объяснения, от подписания составленных в отношении лица, привлекаемого к ответственности, процессуальных документов и получения их копий является способом реализации по своему усмотрению процессуальных прав гражданина.

Нежелание давать объяснения, расписываться в процессуальных документах и получать их копии не относится к процессуальным нарушениям, допущенным при производстве по делу об административном правонарушении, и не может служить основанием для отмены вынесенного по делу постановления мирового судьи.

Указание в жалобе на то, что охотинспектора, сотрудник ОМОН не представились, не предъявили служебные удостоверения, основанием для отмены постановления не является, поскольку данное обстоятельство не свидетельствует об отсутствии состава правонарушения в действиях ФИО1

Кроме того, опровергается показаниями свидетелей, которые в судебном заседании поясняли, что они представились, имели знаки отличия, что также подтверждается представленной видеозаписью.

Доводы жалобы относительно того, что видеозапись не может быть использована в качестве допустимого доказательства, так как является неполной, периодически прерывается, возможно, подвергалась монтажу, голословны и ничем не подтверждаются. Из указанной видеозаписи, приложенной к материалам дела, видно, что видеозапись состоит из нескольких видеофайлов, однако это обстоятельство обусловлено лишь особенностями записывающего устройства, что не ставит под сомнение достоверность записи. Вопреки доводам жалобы, они не искажают суть и в полном объеме отражают ход и результаты процессуальных действий, в связи с чем у суда отсутствуют основания для признания ее недопустимым доказательством.

То, что в протоколе об административном правонарушении не указаны данные о техническом средстве (видеорегистраторе), не являются основаниями для признания указанного документа недопустимым. Диск с видеозаписью в отношении ФИО1 приобщен к материалам дела, из содержания видеозаписи следует, что фиксация проводилась на месте совершения административного правонарушения в момент совершения процессуальных действий инспекторами охотуправления.

Несоответствие времени составления процессуальных документов со временем, указанным на видеозаписи, не влечет признание имеющихся в материалах дела доказательств недопустимыми.

Вопреки доводам жалобы, протокол об административном правонарушении составлен уполномоченным должностным лицом, соответствует требованиям ст. 28.2 КоАП РФ, сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в нем отражены, событие административного правонарушения должным образом описано, статья настоящего Кодекса, предусматривающая административную ответственность за данное административное правонарушение, приведена, а потому он обоснованно признан мировым судьей в качестве допустимого доказательства по делу.

Представленные материалы свидетельствуют о том, что в ходе рассмотрения дела мировым судьей, в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения.

Вышеуказанные доказательства, вопреки доводу жалобы, получили оценку в совокупности с другими материалами дела об административном правонарушении, исследованными мировым судьей по правилам, установленным ст. 26.11 КоАП РФ, с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, которую подвергать сомнению оснований не имеется, доказательств, опровергающих фактические обстоятельства дела, не представлены.

Рассмотрение дела об административном правонарушении произведено с соблюдением всех принципов судопроизводства, ограничений прав ФИО1 не допущено, неустранимые сомнения, которые в силу требований ст. 1.5 КоАП РФ могли быть истолкованы в пользу ФИО1, по делу не установлены, а потому довод жалобы относительно нарушения принципа презумпции невиновности является не состоятельным.

Иные доводы заявителя, указанные в жалобе не влияют на правильность вывода мирового судьи о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ, и не могут служить основанием для его освобождения от административной ответственности.

Нарушений норм материального и процессуального закона, влекущих безусловную отмену постановления, при рассмотрении дела об административном правонарушении не допущено.

Административное наказание назначено ФИО1 с учетом положений ст. 4.1, 4.2, 4.3 КоАП РФ и в пределах санкции части 1.2 статьи 8.37 КоАП РФ.

Постановление о привлечении ФИО1 административной ответственности вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Каких-либо существенных нарушений норм административного законодательства, которые привели или могли привести к неверному разрешению дела, в том числе и тех, на которые ссылается автор жалобы, не допущено, в связи с чем основания для отмены, обжалуемого постановления отсутствуют.

Вместе с тем, учитывая, что мировым судьей в описательно-мотивировочной части постановления неверно указана дата совершения административного правонарушения, полагаю необходимым уточнить постановление в данной части, изменив дату правонарушения с «30.10.2019 года» на «20.10.2019 года».

Кроме того, в описательно-мотивировочной части постановления мировой судья указал, об осуществлении ФИО1 охоты на косулю сибирскую, в закрытые (запрещенные) сроки охоты. При этом, данных, свидетельствующих о производстве ФИО1 охоты на данный вид животного материалы дела не содержат, свидетели ФИО8, ФИО5, ФИО9 на это не указывали.

В связи с чем, указание мировым судьей в описательно-мотивировочной части обжалуемого постановления на осуществление ФИО1 охоты на косулю сибирскую, охота на которую запрещена, носит предположительный характер и подлежит исключению, как необоснованное.

Указанные исправления не изменяют существа принятого по делу об административном правонарушении постановления, и иным образом не ухудшает положение лица, привлеченного к административной ответственности.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, суд

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи Амурской области по Шимановскому районному судебному участку от 05 декабря 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1.2 ст. 8.37 КоАП РФ в отношении ФИО1 изменить:

Считать датой совершения ФИО1 административного правонарушения 20 октября 2019 года.

Исключить из описательно-мотивировочной части постановления указание судьи на осуществление ФИО1 охоты на косулю сибирскую, в закрытые (запрещенные) сроки охоты.

В остальной части указанное постановление оставить без изменения, а жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Решение вступает в силу немедленно после его вынесения.

Решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Девятый кассационный суд общей юрисдикции, расположенный по адресу: 690090, <...>, в порядке, установленном ст. 30.12-30.13 КоАП РФ.


Судья: М.А. Едакова