Апелляционное определение № 22-2388/2025 от 2 декабря 2025 г.

Председательствующий по делу Дело № 22-2388-2025

судья Ри Е.С.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Чита 3 декабря 2025 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Климовой Е.М.,

судей Жукова А.В., Шемякиной Е.С.,

при секретаре судебного заседания Савлуке М.С.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Забайкальского края Клочневой В.В.,

адвоката Набойченко А.А.,

осужденной ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя прокуратуры <адрес> ФИО2 на приговор <данные изъяты> от 21 октября 2025 года, которым

ФИО1, родившаяся <Дата> в <адрес>, судимая:

- 20 сентября 2022 года <данные изъяты> по п. п. «а, в» ч. 2 ст. 158, п. «г» ч. 3 ст. 158, п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года, постановлением <данные изъяты> от 6 сентября 2024 года испытательный срок продлён на 1 месяц,

- осуждена по ч. 1 ст. 159 УК РФ к 1 году лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей встать на учет в специализированный государственный орган, ведающий исправлением осужденных, систематически, не реже одного раза в месяц, в установленные сроки являться в данный специализированный государственный орган для регистрации, иметь постоянное место жительства, проживать там и не менять его, а также место работы без уведомления вышеуказанного специализированного государственного органа,

- мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

- приговор <данные изъяты> от 20 сентября 2022 го-

да оставлен на самостоятельное исполнение,

- разрешены судьба вещественных доказательств и вопрос о процессуальных издержках.

Заслушав доклад судьи Забайкальского краевого суда Климовой Е.М., выслушав выступление прокурора Клочневой В.В., осужденной ФИО1 и адвоката Набойченко А.А. по доводам апелляционного представления, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 осуждена за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана.

Преступление совершено осужденной в <адрес> края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель прокуратуры <адрес> ФИО2 настаивает на отмене приговора в связи с его несправедливостью, несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушениями норм уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона. При этом выражает несогласие с решением суда о переквалификации действий ФИО1 с п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 159 УК РФ, ссылаясь на то, что, исходя из материалов дела, ФИО1 какого-либо незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или сами информационно-телекоммуникационные сети ООО МФК <адрес>» не оказывала, доступ к денежным средствам получила, воспользовавшись необходимыми учетными данными ГАЭ оформив заем дистанционно (без личного участия сотрудников №») посредством автоматически настроенной системы, которая не может осознавать незаконность и обман. В силу же разъяснений, содержащихся в п. п. 17 и 21 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», в случаях, когда лицо похитило безналичные денежные средства, воспользовавшись необходимой для получения доступа к ним конфиденциальной информацией держателя платежной карты, переданной злоумышленнику самим держателем карты под воздействием обмана или злоупотреблением доверием, либо путем использования учетных данных собственника или иного владельца имущества независимо от способа получения доступа к таким данным, действия виновного квалифицируются как кража, однако суд эти требования закона безосновательно проигнорировал. Кроме того, автор представления настаивает, что с учетом совершения ФИО1 аналогичного преступления, относящегося к категории тяжких, в период условного осуждения по приговору <данные изъяты> от 20 сентября 2025 года, суд необоснованно назначил ей наказание с применением положений ст. 73 и ч. 4 ст. 74 УК РФ. Считает, что с учетом необходимости квалификации действий ФИО1 по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ условное осуждение по указанному приговору в отношении нее подлежит безусловной отмене. Просит приговор в отношении ФИО1 отменить, вынести новый обвинительный приговор, которым признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, за которое с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ назначить ей 3 года лишения свободы, в соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ отменить ФИО1 условное осуждение по приговору от 20 сентября 2022 года и на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров окончательно назначить ей 5 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении, выслушав мнение участников судебного заседания, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения приговора суда в апелляционном порядке является неправильное применение уголовного закона.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ неправильным применением уголовного закона является, в том числе применение не той статьи или не тех пункта и (или) части статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, которые подлежали применению.

По настоящему уголовному делу такие нарушения закона допущены.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовного процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

По приговору суда ФИО1 признана виновной в том, что 6 февраля 2024 года около 03 час. 15 мин. (по московскому времени), находясь в <адрес>Г по <адрес> в <адрес>, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью противоправного завладения и распоряжения денежными средствами, посредством сети «Интернет», перейдя на сайт ООО МФК «<адрес>, используя полученную в пользование от ПАЭ банковскую карту АО «Т-Банк» и сведения о персональных данных ПАЭ направила заявку на предоставление кредита в сумме 12 000 рублей, а после ее одобрения в автоматизированном режиме, дистанционно, от имени ПАЭ без её ведома, заключила с ООО МФК «<адрес>» договор займа № от 06 февраля 2024 года, на основании которого с банковского счёта ООО МФК «<адрес> №, открытого 14 октября 2019 года, в АО «Т-Банк» по адресу: <адрес>, 1-ый <адрес>, стр. 1, на основании положения Банка России от 24 декабря 2004 года № 266-П «Об эмиссии платежных карт и об операциях, совершаемых с их использованием», были перечислены денежные средства в сумме 12 000 рублей на банковский счёт банковской карты в АО «Т-Банк» №, открытый <Дата> на имя ГАЭ не осведомленной о преступных действиях ФИО1 Похищенными денежными средствами ФИО1 распорядилась по своему усмотрению, чем причинила ООО МФК «<адрес>» ущерб в размере 12 000 рублей.

Органом предварительного следствия эти действия ФИО1 были квалифицированы по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кража, т.е. тайное хищение чужого имущества, совершенная с банковского счета.

Суд с юридической оценкой действий ФИО1, данной органом предварительного следствия, не согласился и переквалифицировал их с п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 159 УК РФ.

Вместе с тем, по смыслу уголовного закона, хищение денежных средств образует состав преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, в тех случаях, когда изъятие денежных средств осуществляется путем обмана или злоупотребления доверием их владельца или иного лица.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», в случаях, когда лицо похитило безналичные денежные средства, воспользовавшись необходимой для получения доступа к ним конфиденциальной информацией держателя платежной карты (например, персональными данными владельца, данными платежной карты, контрольной информацией, паролями), переданной злоумышленнику самим держателем платежной карты под воздействием обмана или злоупотребления доверием, действия виновного квалифицируются как кража.

Кроме того, из п. 21 данного Постановления следует, что в тех случаях, когда хищение совершается путем использования учетных данных собственника или иного владельца имущества независимо от способа получения доступа к таким данным (тайно либо путем обмана воспользовался телефоном потерпевшего, подключенным к услуге «мобильный банк», авторизовался в системе интернет-платежей под известными ему данными другого лица и т.п.), такие действия подлежат квалификации как кража, если виновным не было оказано незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или на сами информационно-телекоммуникационные сети.

Как установлено из материалов дела, ФИО1 какого-либо незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или сами информационно-телекоммуникационные сети ООО МФК «<адрес> не оказывала, доступ к денежным средствам получила, воспользовавшись необходимыми учетными данными ПАЭ и оформив на ее имя договор займа. При этом оформление договора займа происходило дистанционно (без личного участия сотрудников ООО МФК «<адрес> автоматически настроенной системой, которая не может осознавать незаконность и обман. ПАЭ под воздействием обмана или злоупотребления доверием разрешения на использование ее персональных данных для оформления договора займа, равно как и на распоряжение полученными по этому договору денежными средствами, зачисленными ООО МФК «Займиго» на ее банковский счет, ФИО1 также не давала.

Таким образом, как верно отмечено в апелляционном представлении, квалификация действий ФИО1 по ч. 1 ст. 159 УК РФ, данная судом и изложенная в приговоре, не подтверждается имеющимися в деле доказательствами, в связи с чем ее правильность вызывает сомнение.

Поскольку в силу положений ст. 807 ГК РФ денежные средства по договору займа с момента зачисления их на счет заемщика считаются переданными в его собственность и становятся его имуществом, нельзя признать правильным и вывод органа предварительного следствия, а также суда о том, что в результате действий ФИО1 ущерб в размере 12 000 рублей был причинен ООО МФК <адрес>

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия считает, что обжалуемый приговор не отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, а потому подлежит безусловной отмене с передачей уголовного дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку допущенные судом нарушения закона являются существенными, влияющими на исход дела, противоречат назначению уголовного судопроизводства и не могут быть устранены в суде апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, с соблюдением норм уголовно-процессуального закона разрешить вопрос о признании потерпевшей по делу ПАЭ всесторонне, полно и объективно исследовать все обстоятельства дела и представленные доказательства, проверить все доводы, как стороны обвинения, так и стороны защиты, после чего, в случае признания ФИО1 виновной, дать ее действиям правильную юридическую оценку и с учетом положений действующего уголовного закона назначить ей справедливое наказание, которое должно соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновной.

По приведенным мотивам апелляционное представление подлежит частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Приговор <данные изъяты> от 21 октября 2025 года в отношении ИНО отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии судебного разбирательства.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы (представления) непосредственно в суд кассационной инстанции.

Председательствующий Е.М. Климова

Судьи А.В. Жуков

Е.С. Шемякина