Приговор № 2-39/2020 2-8/2021 от 21 марта 2021 г. по делу № 2-39/2020

Дело №2-8/2021


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

Нижний Новгород 22 марта 2021 года

Нижегородский областной суд в составе председательствующего судьи Крюкова А.А.,

с участием государственного обвинителя - прокурора отдела управления прокуратуры Нижегородской области Заболотного Р.С.,

потерпевшей Л.А.А.,

обвиняемого ФИО1, его защитника - адвоката Сизовой С.М., обвиняемого ФИО2, его защитника-адвоката Травницкого А.М.

при секретаре судебного заседания Кулигине Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Нижегородского областного суда уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина Российской Федерации, имеющего среднее образование, не женатого, трудоустроенного прессовщиком в <данные изъяты>», зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, содержащегося под стражей с момента фактического задержания со 02.11.2019 года, не судимого,

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина Российской Федерации, имеющего неполное среднее образование, не женатого, официально не трудоустроенного, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживавшего по адресу: <адрес>, содержащегося под стражей с момента фактического задержания со 02.11.2019 года, судимого 12.03.2019 года Канавинским районным судом г. Н. Новгорода по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, условно, с испытательным сроком 3 года 6 месяцев,

каждого обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «г», «ж» ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 167 УК РФ,

установил:

ФИО1 и ФИО2 совершили убийство З.Т.С., заведомо для них находящейся в состоянии беременности, группой лиц, а также умышленное уничтожение и повреждение чужого имущества с причинением значительного ущерба, путем поджога, при следующих обстоятельствах.

02.11.2019 года в период времени с 09 часов 07 минут до 10 часов 35 минут ранее знакомые между собой ФИО1, ФИО2 и находящаяся в состоянии беременности З.Т.С. находились в комнате, принадлежащей на праве собственности матери последней – З.М.В., расположенной по адресу: <адрес>, где в ночь с 01.11.2019 на 02.11.2019 года совместно распивали спиртные напитки. При этом ФИО1 и ФИО2 достоверно знали, что З.Т.С. находится в состоянии беременности.

В указанное время и месте между ФИО1 и З.Т.С. возникла ссора на почве того, что последняя, будучи беременной, употребляет наркотические средства. В ходе ссоры ФИО1 нанес З.Т.С. кулаком один удар по голове, от чего та упала на пол и в нецензурной форме сказала ФИО1, что он ответит за эти действия. В результате чего у ФИО1 на почве возникшей личной неприязни возник прямой умысел на убийство З.Т.С., заведомо для него находящейся в состоянии беременности.

Реализуя задуманное, ФИО1 рукой, согнутой в локтевом суставе, обхватил сзади шею З.Т.С., лежащей на полу на животе, и стал сдавливать, перекрывая тем самым З.Т.С. доступ воздуха в дыхательные пути, при этом кивком головы указал ФИО2 на лежащий на столе нож.

В это же время у находившегося в этой же комнате ФИО2, наблюдавшего за действиями ФИО1 и осознававшего, что данные действия направлены на убийство З.Т.С., из ложного чувства товарищества, также возник прямой умысел на убийство З.Т.С., заведомо для него находящейся в состоянии беременности, группой лиц, совместно с ФИО1

Для этого он передал ФИО1 нож, после чего ФИО1 и ФИО2, действуя совместно с прямым умыслом, с целью убийства З.Т.С., заведомо для виновных находящейся в состоянии беременности, группой лиц, поочередно нанесли этим ножом лежащей на полу З.Т.С. множественные – двенадцать - ударов в шею и спину, то есть в область расположения жизненно важных органов человека, а также иные анатомические области тела, до тех пор, пока потерпевшая не перестала подавать признаки жизни.

В результате совместных насильственных действий ФИО1 и ФИО2 потерпевшей З.Т.С. были причинены телесные повреждения:

- колото-резаное ранение левой боковой поверхности шеи (1), проникающее в полость глотки, с полным пересечением наружной сонной артерии по ходу раневого канала, направленного слева направо, чуть спереди назад и незначительно снизу вверх (секционно);

- колото-резаные ранения спины (3): одно проникающее в правую плевральную полость, с повреждением мягких тканей, пристеночной плевры, задней поверхности нижней доли правого легкого по ходу раневого канала, направленного слева направо, сзади наперед и несколько снизу вверх; два непроникающих в плевральные полости, с повреждением только мягких тканей по ходу раневых каналов, направленных слева направо, сзади наперед и снизу вверх (секционно);

- колото-резаные ранения правой боковой поверхности шеи (2) с повреждением только мягких тканей по ходу раневых каналов, направленных справа налево, незначительно сзади наперед (секционно);

- колото-резаное ранение левой щечной области (1) с повреждением только мягких тканей по ходу раневого канала, направленного сверху вниз и сзади наперед, полого снаружи вовнутрь (секционно);

- колото-резаные ранения подбородочной области спереди (2) со сквозными повреждениями передней стенки преддверия полости рта, переломами передних резцов (четыре зуба) и правого клыка (один зуб), надсечениями их альвеолярных отростков по верхнему краю нижней челюсти спереди и справа по ходу раневого канала от верхней раны, направленного ориентировочно слева направо, спереди назад и почти горизонтально (секционно);

- колото-резаные ранения (по 1) области правого плечевого сустава на его верхней и передне-внутренней поверхностях с повреждениями только мягких тканей по ходу раневых каналов, направленных соответственно сверху вниз, спереди назад, справа налево и спереди назад, поперечно (секционно);

- резаную рану (1) области передней поверхности правого лучезапястного сустава с повреждением кожи, в верхней части – и подлежащих мышц, без раневого канала (секционно).

Вышеуказанные повреждения в совокупности вызвали причинение З.Т.С. тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, течение полученных травм осложнилось развитием острой кровопотери, которая послужила непосредственной причиной смерти З.Т.С., имеющей беременность двойней плодов женского пола с ориентировочным сроком 18-19 недель.

Смерть З.Т.С. наступила на месте происшествия в результате острой кровопотери, развившейся в результате осложнившегося течения полученных травм.

Кроме того, ФИО1 и ФИО2 после убийства З.Т.С., убедившись в наступлении её смерти, находясь там же в комнате, принадлежащей на праве собственности З.М.В., расположенной по адресу: <адрес>, 02.11.2019 года в период времени с 09 часов 07 минут до 10 часов 35 минут с целью сокрытия следов преступления, чтобы избежать ответственности за совершенное убийство, договорились сжечь комнату, в которой находился труп З.Т.В.

После этого они, действуя совместно и согласованно, с прямым умыслом, с целью умышленного уничтожения и повреждения чужого имущества, с причинением значительного ущерба, путем поджога, переместили труп З.Т.С. с пола комнаты на один из диванов, после чего подожгли обивку двух расположенных в вышеуказанной комнате диванов с находящимися на них постельными принадлежностями и предметами одежды, в том числе того дивана, на который они переместили труп З.Т.С.

В результате умышленных совместных и согласованных действий ФИО1 и ФИО2 огнем была повреждена принадлежащая на праве собственности З.М.В. комната общей площадью 12,3 кв.м по адресу: <адрес>, рыночная стоимость восстановительного ремонта которой после пожара составляет 536 000 рублей, а также уничтожены находящиеся в комнате принадлежащие З.М.В. телевизор марки «JVC» неустановленной стоимости, холодильник марки «Атлант» неустановленной стоимости, а также предметы мебели и быта, не представляющие материальной ценности.

Своими совместными умышленными преступными действиями ФИО1 и ФИО2 причинили З.М.В. значительный ущерб на общую сумму 536 000 рублей.

Кроме того, ФИО1 и ФИО2 обвинялись по п.«в» ч.4 ст.162 УК РФ, а именно в разбое, то есть нападении в целях хищения чужого имущества, совершенном с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, однако в указанной части отдельным постановлением уголовное дело и уголовное преследование ФИО1 и ФИО2 прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину признал частично и показал, что ночью 02.11.2019 года распивал спиртные напитки с ФИО2 и З.Т.С. в комнате последней по адресу <адрес>. З.Т.С. курила «порошок», он возмутился, что та, будучи беременной, употребляет наркотики. З.Т.С. стала огрызаться, на этой почве у них возник конфликт. В ходе конфликта он ударил З.Т.С. в лицо, та упала, ударившись головой о диван. З.Т.С. в нецензурной форме сказала, что у нее есть знакомые ребята, которые с ним разберутся. Тогда он решил убить З.Т.С., взял ее за горло локтевым сгибом и удерживал на полу, при этом они находились между диванами, в полутора метрах от стола, на котором лежал нож и возле которого находился ФИО2 Он самостоятельно не мог дотянуться до ножа, поэтому кивком головы указал ФИО2 на нож, чтобы тот его подал. ФИО2 подал ему нож, которым он нанес 3 удара в область спины и шеи потерпевшей. После этого он бросил нож рядом с телом и отошел к окну, где стоял около 5 минут и обдумывал произошедшее. ФИО3 в это время находился рядом с З.Т.С., что тот делал, он не видел. Затем ФИО2 подошел и сказал, что потерпевшая мертва, они поняли, что их будут искать, стали думать, что делать дальше. ФИО3 предложил поджечь квартиру, чтобы скрыть следы преступления, на что он согласился. Они вдвоем положили труп З.Т.С. на диван, закидали тряпками, он поджег этот диван, а ФИО2 - соседний, после чего оба ушли через балкон по пожарной лестнице. При этом диван, который поджег ФИО2, загорелся быстро, а диван, который поджигал он, разгорался медленно. Во время совершения преступлений ФИО2 не угрожал, последний мог нанести потерпевшей остальные удары ножом, когда он стоял возле окна.

По дороге ФИО2 выкинул нож в мусорный бак, при каких обстоятельствах ФИО2 забрал этот нож с места происшествия, он не видел. Он знал, что З.Т.С. беременная. В содеянном раскаивается, действовал на эмоциях, не хотел, чтобы знакомые З.Т.С. с ним разобрались.

С ФИО2 знаком около 10 лет, они друзья, часто проводят время вместе, он сочувствует ему, не желает, чтобы того посадили в тюрьму, поэтому изначально не говорил, что ФИО2 подавал ему нож и поджигал комнату. Состояние алкогольного опьянения не оказало на него влияние при совершении преступлений. Согласен со стоимостью уничтоженного и поврежденного огнем имущества в размере 543 500 рублей.

Из протокола явки с повинной ФИО1 от 02.11.2019 года следует, что он в ходе ссоры из личных неприязненных отношений нанес З.Т.С. несколько ударов ножом по шее и нижней части лица, от чего она скончалась, после этого поджог квартиру, с ФИО2 скрылся с места происшествия, вместе с ним выбросил нож и уничтожил телефон З.Т.С. (т.3 л.д. 5-7).

В ходе проверки показаний на месте от 03.12.2019 года ФИО1 на манекене продемонстрировал механизм применения насилия к З.Т.С., как он ударил ее по лицу, от чего та упала, а он сел на нее сверху и нанес три удара ножом в область шеи и головы (т.3 л.д. 64-74).

В ходе предварительного следствия ФИО1 неоднократно допрашивался, протоколы его допросов, в части существенных противоречий, были оглашены в судебном заседании.

Так, 02.11.2019 года в качестве подозреваемого ФИО1 показал, что в ходе конфликта, причину которого не помнит, сам взял со стола кухонный нож и нанес З.Т.С. несколько ударов по шее, ФИО2 в это время стоял рядом и не производил никаких действий. Чтобы их не искали, решили сжечь квартиру, переместили труп на диван, закидали тряпками, и он это всё поджог (т.3 л.д.15-21).

08.11.2019 года в качестве обвиняемого ФИО1 показал, что ударил З.Т.В., та упала, ФИО4 стоял рядом и его не останавливал. З.Т.С. в нецензурной форме сказала, что он ответит за это, ФИО2 по его просьбе подал со стола нож, которым он нанес З.Т.С. 2-3 удара в шею, больше ударов не наносил. После этого отдал нож ФИО2 и отошел к окну. Возможно, тот и нанес потерпевшей остальные удары ножом. ФИО2 не угрожал, тот все делал добровольно. Ранее не указывал, что ФИО2 передал нож, так как тот является его другом и он не хотел, чтобы того посадили (т.3 л.д.51-56).

11.10.2020 года в качестве обвиняемого ФИО1 показал, что конфликт с З.Т.С. нарастал, он ее ударил, та упала, в нецензурной форме сказала, что он ответит за это. Он схватил ее сзади рукой за шею, кивнул ФИО2, тот подал ему нож, которым он сгоряча, на эмоциях, нанес З.Т.С. не более 3 ударов в шею и спину, от чего та захрипела. Он испугался и отдал нож ФИО2, после чего ФИО2 подошел к З.Т.С., что тот с нею делал, он не видел, так как отошел к окну. Сам он больше ударов ей не наносил. Затем ФИО2 сказал, что З.Т.С. не дышит, нож был у ФИО2 В ходе конфликта, З.Т.С. выражалась в отношении него нецензурной бранью, говорила, что за нее вступятся знакомые, он испугался, что те могут ему навредить, поэтому убил потерпевшую. ФИО2 угроз не высказывал, обидеть его не мог, так как хорошо к нему относится, жалеет его, поскольку тот рано остался без родителей. Остальные ножевые ранения мог нанести ФИО2, поскольку он нанес только три удара ножом, и кроме них в комнате никого не было. Как ФИО2 нанес эти удары, он не видел (т.8 л.д.71-78).

Подтвердив частично эти показания, ФИО1 пояснил, что 02.11.2019 года умолчал, что ФИО2 подал ему нож и вместе с ним поджигал комнату, так как хотел, чтобы тот избежал уголовной ответственности, почему 08.11.2019 года и 11.10.2020 года он говорил, что передал ФИО2 нож, не знает.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО2 вину не признал полностью за непричастностью и показал, что 02.11.2019 года всю ночь распивал спиртные напитки с ФИО1 и З.Т.С. по адресу: <адрес>, видел, как та курила «порошок». Конфликтов не видел. Когда он сидел на диване, З.Т.С. подошла к нему, взяла за руку, а к ней сзади подошел ФИО1, кивнул ему головой, однако он не понял этого жеста. Затем ФИО1 схватил З.Т.С. двумя руками сзади за горло, применив удушающий захват, и в таком положении повалил ее на пол. Он начал оттаскивать ФИО1, просил прекратить, однако тот не слушал, а взял со стола нож и нанес один удар справа налево в область шеи потерпевшей. Он хотел уйти, однако ему путь к двери преградил ФИО1 с ножом и сказал, что если он уйдет, то убьет и его. Он вышел на балкон, откуда увидел, что ФИО1 бросил труп З.Т.С. на диван и поджог. Он ушел по пожарной лестнице, на улице его догнал ФИО1, схватил за куртку, говорил, чтобы он никому не рассказал о случившемся и находился рядом. По дороге ФИО1 передал ему нож, этот нож он выкинул в мусорку. Зачем взял нож и почему ФИО1 сам не выбросил нож, пояснить не может. После этого они пошли домой к ФИО1, тот уснул, а он поел и ушел домой спать. В этот же день его задержали работники полиции. ФИО1 знает около 10 лет, они друзья, часто общаются, проводят время вместе. Он знал, что З.Т.С. беременная. Произошедшее помнит урывками. Согласен со стоимостью уничтоженного и поврежденного огнем имущества в размере 543 500 рублей.

Из протокола проверки показаний на месте от 11.12.2019 года следует, что ФИО2 указал место, где выбросил нож, а в комнате <адрес> на манекене продемонстрировал механизм применения ФИО1 насилия к З.Т.С., как тот локтевым сгибом двумя руками схватил ее за горло, повалил на пол и как нанес ей три удара ножом в горло и спину (т.4 л.д. 89-97).

Эти показания ФИО2 давал под видеозапись, которая была просмотрена в судебном заседании, при этом ФИО2 сведения, данные в ходе проверки показаний на месте, подтвердил в полном объеме.

Потерпевшая З.М.В., подтвердив показания, данные в ходе досудебного производства 02, 25 ноября, 21 декабря 2019 года, 25 мая, 02 ноября 2020 года (т. 2 л.д. 5-9, 17-23, 26-33, 52-56, т. 8 л.д. 14-19), показала, что З.Т.С. ее дочь, которая ранее употребляла наркотики, однако после успешной реабилитации с февраля 2019 года та перестала употреблять наркотики, устроилась на работу, забеременела двойней, намеревалась создать семью. У З.Т.С. был спокойный характер, конфликтов избегала, на критику реагировала адекватно. Она была лишена родительских прав в отношении З.Т.С., однако любила ее, они общались, отношения были как у дочери и матери. Ночью 02.11.2019 года она и муж находились на работе, З.Т.С. ночевала у нее дома по адресу: <адрес>. Когда она уходила, на столе лежал кухонный нож. 02.11.2019 года она пришла к дочери на работу, чтобы покормить ее, однако той не оказалось, вскоре позвонила соседка, сказала, что у нее в комнате пожар. Она прибежала к дому, там сказали, что З.Т.С. находилась в квартире и погибла. В результате пожара огнем повреждена комната, уничтожены находящиеся там предметы, в том числе телевизор стоимостью 2 500 рублей, холодильник стоимостью 5 000 рублей, а стоимость ремонта комнаты составляет 536 000 рублей. Ущерб для нее является значительным, поскольку она официально не работает, ее заработок составляет примерно 7 500 руб. в месяц, имущество было для нее значимым, поскольку она со своей семьей жила в этой комнате. Исковые требования поддерживает полностью.

Потерпевшая Л.А.А., подтвердив показания, данные в ходе досудебного производства 2, 21 ноября 2019 года (т. 2 л.д. 72-75, 121-126), показала, что 02.11.2019 года ее внучка З.Т.С. ночевала у родителей по адресу: <адрес>. В это утро около 09.00 часов она позвонила З.Т.С., та сказала, что находится на работе, голос был нормальный (не пьяный). Через какое-то время ей позвонила З.М.В., сказала, что З.Т.С. нет на работе, потом сообщила, что последняя умерла. В настоящий момент сгоревшую комнату отремонтировали, точную сумму сказать затрудняется. Из-за случившегося З.М.В. там находиться не может, проживает с нею или на автомойке. Она и З.М.В. до сих пор испытывают сильные моральные страдания, поскольку погибла единственная внучка, которая была беременна, они готовились к пополнению семьи, радовались. Из-за переживаний ее самочувствие и самочувствие З.М.В. существенно ухудшилось, они до сих пор переживают трагедию. Исковые требования поддерживает полностью. В части характеристики личности З.Т.С. она дала показания, аналогичные вышеприведенным показаниям потерпевшей З.М.В.

Из оглашенных показаний свидетеля Я.Э.В. следует, что она является соседкой З.М.В. по коммунальной квартире, 02.11.2019 года, около 09.00 час., она и Б.Т.С. находились на кухне, из соседней комнаты №, где находилась З.М.В., услышала стоны, шум, будто что-то падает, или что-то двигают, а также мужские голоса. Стоны были глухими, похожие на то, как закрывают рот рукой. Мужчина выражался нецензурной бранью, криков о помощи она не слышала. Стоны З.Т.С. продолжались около 2-3 минут, незадолго до пожара. Когда она проходила на кухню, дверь в комнату З.Т.С. была приоткрыта, а с кухни слышала, как эту дверь запирают ключом изнутри. Из кухни они прошли в комнату Б.Т.С., там из окна она увидела, что мужчина в черной одежде и капюшоне спустился по пожарной лестнице и побежал. Затем она увидела, что из окна З.Т.С. пошел белый дым, послышался хлопок, после чего пошел черный дым и огонь. Она постучалась к З.Т.С., но дверь никто не открыл (т.2 л.д. 166-169).

Из оглашенных показаний свидетеля Б.Т.С., данных ею на предварительном следствии 15.12.2019 года следует, что она дала показания, аналогичные вышеприведенным показаниям свидетеля Я.Э.В. (т.2 л.д. 170-173).

Из показаний свидетеля Л.Д.М., в суде и на предварительном следствии от 10.12.2019 года (т.2 л.д. 162-165) видно, что он работает ст.дознавателем ОНД и ПР по г. Н.Новгород, 02.11.2019 года находился на дежурстве, в 10 часов 36 минут поступило сообщение от Я.Э.В. о пожаре в комнате <адрес>.

Прибывшими пожарными пожар был локализован в 10 час 50 мин и ликвидирован в 11 час 40 мин. В результате пожара повреждена комната № и находящееся в ней имущество, обнаружен труп З.Т.С. с порезами на лице и шее. На момент прибытия первого пожарно-спасательного подразделения и до локализации пожара существовала угроза распространения пожара на рядом расположенные помещения.

Очевидцы пояснили, что около 10.00 час. 02.11.2019 года слышали стоны гр. З.Т.С. и мужской голос, которые сопровождались стуками, похожими на удары по мебели, позже увидели, как мужчина спустился по пожарной лестнице и убежал, затем пошел белый дым.

В результате осмотра установлено, что зона наибольшего термического повреждения в дальнем правом углу комнаты №, наиболее четко очаговые признаки выражены па полу у дивана, расположенного в данном углу, где установлено выгорание линолеума по площади 1 кв.м., на остальной площади линолеум не имеет следов термического повреждения. В данном случае источником пожара был открытый огонь в присутствии веществ и материалов, усиливающих тепловую мощность.

Из оглашенных показаний свидетеля Ш.Д.В., данных им на предварительном следствии 11.01.2020 года, усматривается, что он работает оперуполномоченным в ОП № УМВД России по г. Н. Новгороду, в части того, что он обнаружил на месте происшествия, дал показания, аналогичные вышеприведенным показаниям свидетеля Л.Д.М. (т.2 л.д. 174-177).

Из оглашенных показаний свидетеля П.В.В., данных им на предварительном следствии 02.11.2019 года, следует, что у него дома установлена камера наружного видеонаблюдения, направленная на территорию перед домом <адрес>. Запись с этой камеры за 02.11.2019 года он сохранил на диск, который отдал следователю (т.2 л.д. 146-148). Этот диск протоколом осмотра предметов от 01.12.2019 года осмотрен, установлено, что на этом диске имеется видеозаписьCH01-№ (т. 2 л.д. 182-189).

Из оглашенных показаний свидетеля З.А.А., данных им на предварительном следствии 09.11.2020 года, следует, что он работает начальником отделения ОУР ОП № УМВД РФ по г. Н.Новгород, 02.11.2019 года участвовал в оперативно-розыскных мероприятиях по факту обнаружения трупа З.Т.С., установлено, что к той приходили ФИО2 и ФИО1; последний сообщил, что на фоне ссоры, совместно с ФИО2 нанесли З.Т.С. удары ножом, который в последующем ФИО2 выкинул в мусорные баки у кафе «Кабан». В ходе осмотра места происшествия в мусорных баках у кафе «Кабан» был обнаружен и изъят нож (т.10 л.д. 130-132).

Свидетель С.Ю,Д. в судебном заседании показала, что З.Т.С. приходилась ей близкой подругой, после окончания реабилитации в 2019 году перестала употреблять наркотики, забеременела, планировала создать семью и воспитывать детей. 01.11.2019 года, в районе около 21.00 часа З.Т.С. находилась у нее в гостях, не говорила, что намеревается встретиться с ФИО2 или ФИО1 02.11.2019 года она увидела, что из дома, куда ушла З.Т.С., идет дым, позвонила последней. Кто-то поднял трубку и молчал, после этого телефон отключили и он был не доступен. З.Т.С. была отзывчивой и доброй, не конфликтной, хорошо относилась к ФИО2 и ФИО1 Ей известно, что ФИО1 в состоянии опьянения вспыльчив, агрессивен, бьет людей.

Свидетель А.Т.А. показала, что ФИО1 ее сын, который вечером 01.11.2019 года позвонил, сказал, что будет ночевать у друга, вернулся в обеденное время 02.11.2019 года с ФИО2, лег спать. ФИО2 поел и ушел, сказал, что они были на дне рождения. Чего-либо подозрительного в их поведении не заметила. ФИО1 спиртными напитками не злоупотребляет, работает, помогает по хозяйству, на его поведение никто не жаловался, характеризует его положительно.

Свидетель А.А.А. показала, что является бабушкой ФИО1, в остальной части дала показания, аналогичные показаниям А.Т.А.

Помимо вышеизложенных, вину подсудимых в совершении преступлений подтверждают другие доказательства.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 02.11.2019 года, в комнате <адрес> на диване слева обнаружен труп З.Т.С. с термическими повреждениями, колото-резаными повреждения на лице, шее. В помещении имеются следы воздействия высокой температуры по всему периметру пожарный мусор. Из кухни квартиры изъяты 2 шприца. Труп направлен на судебно-медицинскую экспертизу (т.1 л.д. 141-171).

Заключениями эксперта № от 01.12.2019 года, № от 07.10.2020 года, № от 04.03.2021 года, № от 19.11.2019 года копией протокола ультразвукового исследования № от 26.09.2019 года подтверждается, что у З.Т.С. обнаружены множественные колото-резаные (11) и резаное (1) повреждения различных анатомических областей тела:

- колото-резаное ранение левой боковой поверхности шеи (1), проникающее в полость глотки, с полным пересечением наружной сонной артерии по ходу раневого канала, направленного слева направо, чуть спереди назад и незначительно снизу вверх;

- колото-резаные ранения спины (3): одно проникающее в правую плевральную полость, с повреждением мягких тканей, пристеночной плевры, задней поверхности нижней доли правого легкого по ходу раневого канала, направленного слева направо, сзади наперед и несколько снизу вверх; два непроникающих в плевральные полости, с повреждением только мягких тканей по ходу раневых каналов, направленных слева направо, сзади наперед и снизу вверх;

- колото-резаные ранения правой боковой поверхности шеи (2) с повреждением только мягких тканей по ходу раневых каналов, направленных справа налево, незначительно сзади наперед;

- колото-резаное ранение левой щечной области (1) с повреждением только мягких тканей по ходу раневого канала, направленного сверху вниз и сзади наперед, полого снаружи вовнутрь;

- колото-резаные ранения подбородочной области спереди (2) со сквозными повреждениями передней стенки преддверия полости рта, переломами передних резцов (четыре зуба) и правого клыка (один зуб), надсечениями их альвеолярных отростков по верхнему краю нижней челюсти спереди и справа по ходу раневого канала от верхней раны, направленного ориентировочно слева направо, спереди назад и почти горизонтально;

- колото-резаные ранения (по 1) области правого плечевого сустава на его верхней и передне-внутренней поверхностях с повреждениями только мягких тканей по ходу раневых каналов, направленных соответственно сверху вниз, спереди назад, справа налево и спереди назад, поперечно;

- резаная рана (1) области передней поверхности правого лучезапястного сустава с повреждением кожи, в верхней части и подлежащих мышц, без раневого канала.

Вышеуказанные повреждения в совокупности вызвали причинение З.Т.С. тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни (приложение к приказу М3 и СР РФ № 194 н от 24 апреля 2008 г. «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», п.п. 6.1.4, 6.1.26, 6.2.3). Течение полученных травм осложнилось развитием острой кровопотери, которая послужила непосредственной причиной смерти З.Т.С.

Смерть З.Т.С. наступила не ранее чем с 09 часов 07 минут и не позднее 10 часов 35 минут 02.11.2019 на месте происшествия в комнате <адрес> от указанной выше острой кровопотери, осложнившейся в результате полученных травм, которые возникли незадолго до ее смерти. Между полученными повреждениями и наступлением смерти З.Т.С. имеется прямая причинная связь. После образования повреждений она могла жить короткий промежуток времени (до нескольких десятков минут), совершать какие-либо активные целенаправленные действия не могла. На момент начала и в ходе пожара З.Т.С. уже была мертва.

Определить последовательность образования телесных повреждений не представляется возможным, поскольку они были причинены в короткий промежуток времени, конкретный промежуток времени (в минутах, десятках минут) установить не представляется возможным.

Образование части телесных повреждений, обнаруженных при экспертизе трупа З.Т.С., не исключается при обстоятельствах, указанных 03.12.2019 года обвиняемым ФИО1 в ходе проверки показаний на месте с его участием и при обстоятельствах, указанных 11.12.2019 года обвиняемым ФИО2 в ходе проверки показаний на месте с его участием.

З.Т.С. была беременна двумя плодами женского пола сроком свыше 18-19 недель.

Незадолго до смерти З.Т.С. употребляла спиртосодержащие («спиртные») напитки, наркотические средства или психотропные вещества, содержащие алкалоиды, производные барбитуровой кислоты, фенотиазина, 1,4-бензодиазепина, не употребляла.

Возникновение повреждений (следов) на теле человека в результате удара кулаком в лицо, удушения за шею локтевым суставом (сгибом), не менее одного удара головой об пол не обязательно. Каких-либо иных телесных повреждений, кроме колото-резаных (11) и резаного (1), при экспертизе трупа не обнаружено. (т.6 л.д. 4-22, т. 2 л.д. 70-71, т. 8 л.д. 37-40, т. 6 л.д. 15-17)

Протоколом осмотра места происшествия от 02.11.2019 года у кафе «Кабан», возле дома <адрес>, из мусорного бака изъят нож, протоколом его осмотра от 01.12.2019 года установлено, что общая длина ножа 24 см., длина клинка 13, 9 см., на клинке имеются помарки бурого цвета, нож не является холодным оружием и предназначен для использования в быту. При предъявлении ФИО1 02.11.2019 года фотографии этого ножа тот пояснил, что этим ножом он наносил удары З.Т.С. (т.1 л.д.176-187, т. 2 л.д. 250, т. 3 л.д. 18)

Из заключений эксперта № от 06.03.2020 года, №Э от 04.02.2020 года, №Э от 01.02.2020 года усматривается, что на клинке ножа, изъятого из мусорных баков в ходе осмотра места происшествия 02.11.2019 года имеется кровь З.Т.С., а обнаруженные у нее телесные повреждения могли образоваться от клинка этого ножа (т.6 л.д. 36-66, 82-88, 172-178).

Протоколом дополнительного осмотра комнаты <адрес> 05.11.2019 года изъяты стеклянная рюмка, фрагмент стеклянной рюмки, аэрозольный баллон, стеклянная бутылка из-под водки 0,5 литра, шприц, коробок спичек, которые протоколом от 01.12.2019 года осмотрены и свидетельствуют о том, что 02.11.2019 года ФИО1, ФИО2, З.Т.С. употребляли там спиртные напитки (т. 1 л.д. 188-202, т. 2 л.д. 182-189).

Согласно заключениям эксперта №Э и №Э от 01.02.2020 года, протоколу осмотра предметов от 01.12.2019 года, на иглах двух шприцов, изъятых на месте происшествия 02.11.2019 года и 05.11.2019 года, имеется кровь З.Т.С., также ее кровь обнаружена на баллончике дезодоранта (т. 2 л.д. 182-189, т.6 л.д. 201-206, 186-193).

На вопросы суда потерпевшая Л.А.А., потерпевшая З.М.В. не смогли пояснить, почему на иглах изъятых шприцов обнаружена кровь З.Т.С., а также зачем она добровольно пустила ФИО1 и ФИО5 к себе домой и употребляла с ними спиртное.

Из протоколов выемки от 02.11.2019 года усматривается, что ФИО2 добровольно выдал следователю куртку, а ФИО1 - спортивные брюки и куртку, в которых они находились ночью 02.11.2019 года у З.Т.С. (т.5 л.д. 99-103, 106-108).

Согласно заключениям эксперта №Э от 30.01.2020 года и №Э от 17.02.2020 года, протоколу осмотра предметов от 01.12.2019 года, на задней наружной поверхности куртки ФИО2, на спортивных брюках и куртке ФИО1 имеется кровь З.Т.С. (т. 2 л.д. 182-189, т.6 л.д. 96-112, 120-133)

Вопреки мнению защиты, нахождение крови на задней поверхности куртки ФИО2 свидетельствует об его причастности к содеянному, поскольку подтверждает факт его нахождения на месте происшествия и контакт с кровью потерпевшей.

Согласно протоколам осмотра предметов от 14.02.2020 года, 02.11.2019 года на абонентский номер, которым пользовалась З.Т.С., в 00 часов 14 минут поступил звонок, с абонентского номера, который использует ФИО1, продолжительность разговора составила 77 секунд; вызов был повторен в 00 часов 27 минут и его продолжительность составила 68 секунд; в 00 часов 50 минут – продолжительность 59 секунд. Последний отвеченный вызов отмечается в 01 час 00 минут и продолжительностью 168 секунд.

02.11.2019 на абонентский номер, которым пользовалась З.Т.С. в 09 часов 04 минуты 49 секунд поступил звонок, с абонентского номера который использует Л.А.А. Продолжительность разговора составила 188 секунд (Т.2 л.д. 219-221).

Согласно телефонограмме, зарегистрированной КУСП №, 02.11.2019 года в 10.36 час. в ОП № УМВД РФ по г. Н.Новгород от Я.Э.В. поступило сообщение о том, что в <адрес> запах гари, задымление (т.1 л.д.204).

Из рапорта инспектора ОНД и ПР по г. Н. Новгород от 02.11.2019 года, следует, что пожар в комнате <адрес> локализован в 10.50 час. и ликвидирован в 11.40 час., имеются признаки преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ (т.1 л.д.204).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 02.11.2019 года, ст.дознавателем ОНД и ПР по г. Н.Новгород осмотрена комната <адрес>, согласно которому стены, потолок комнаты, пол, а также мебель повреждены огнем, часть штукатурки осыпалась, по всей площади мусор. Указана зона выгорания, обнаружен труп с признаками насильственной смерти (т.1 л.д.216-220).

В техническом заключении о пожаре указано, что площадь пожара составила 12м2, причиной возникновения пожара является возникновение горения под воздействием источников открытого пламени при искусственном инициировании пожара. Источник горения располагается в правом дальнем углу комнаты, выгорание линолеума 1 м2, в середине комнаты линолеум не выгорел (т.1 л.д.231-236).

Из заключения эксперта № от 21.05.2020 года следует, что рыночная стоимость восстановительного ремонта комнаты З.М.В. составляет 536 000 рублей, определить стоимость уничтоженных телевизора и холодильника не представляется возможным (т.6 л.д.70-74).

Согласно копии выписки из ЕГРПНИ, комната <адрес> принадлежит на праве собственности З.М.В. (т.2 л.д.46).

Из просмотренной в судебном заседании видеозаписи CH№, изъятой у свидетеля П.В.В., следует, что 02.11.2019 года в кадре появляется ФИО2, в 10.35.51 час он останавливается, оборачивается, в 10:36:04 час продолжает движение, в 10:36:10 час. в кадре появляется ФИО1, который уходит вслед за ФИО2

Согласно протоколу осмотра от 07.05.2020 года, в ходе осмотра интернет-страниц сайта «Авито.ру» потерпевшая З.М.В. указала на изображения телевизора стоимостью 2500 рублей и холодильник стоимостью 5 000 рублей, похожие на те, что стояли в ее комнате (т.2 л.д.34-41).

Вместе с тем, из данного протокола с достоверностью не следует, что уничтоженные огнем и холодильник, принадлежащие потерпевшей З.М.В., на момент совершения преступления стоили так же, как указанно в этом протоколе осмотра (с учетом того, что в ходе осмотра потерпевшая З.М.В. указала, что предметы, изображенные на интернет-страницах сайта «Авито.ру», лишь похожи на те, которые у нее были). Какое-либо заключение эксперта или специалиста, обладающего специальными познаниями в области установления стоимости этого имущества, в материалах дела отсутствует. Поэтому суд приходит к выводу, что достоверно стоимость уничтоженных путем поджога холодильника и телевизора не нашла своего достоверного подтверждения в судебном заседании.

Государственный обвинитель в прениях сторон обоснованно со ссылкой на отсутствие объективного подтверждения исключил из существа и квалификации обвинения каждого подсудимого в убийстве указания на его сопряжение с разбоем и его совершение по предварительному сговору, переквалифицировав содеянное по лишению жизни З.Т.С. как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц, в отношении женщины, заведомо для виновных находящейся в состоянии беременности.

Исходя из позиции государственного обвинителя, обязательной для суда, суд исключает данные указания из существа обвинения подсудимых.

Анализируя в совокупности представленные сторонами доказательства, в том числе, показания подсудимых, данные ими в разные периоды предварительного и судебного следствия, руководствуясь при этом положениями ст.ст.87, 88 УПК РФ, а также принципом свободы оценки доказательств, закрепленном в ст.17 УПК РФ, суд приходит к следующему.

Протокол проверки показаний ФИО1 на месте от 03.11.2019 года (т.3 л.д. 32-41) суд признает недопустимым доказательством, поскольку проверка произведена, в нарушение ч.3 ст.169 УК РФ, в ночное время (с 3:33 до 4:55 часов), без какого-либо обоснования неотложности указанного случая, кроме того, действия ФИО1 на видеозаписи в части нанесения телесных повреждений потерпевшей не просматриваются, при этом понятые отсутствуют. Вместе с тем, поскольку в ходе указанной проверки показаний на месте ФИО1 стремился оказать содействие следствию, излагал обстоятельства содеянного, суд данную проверку показаний на месте признает как элемент его активного способствования расследованию преступления.

Вышеприведенные доказательства по каждому преступлению, суд находит относимыми, так как они подтверждают имеющие значение по данному уголовному делу факты, допустимыми, поскольку они получены в соответствии с требованиями УПК РФ и с соблюдением конституционных прав участников судопроизводства, достоверными - в части установленных судом обстоятельств преступлений, а в совокупности - достаточными для признания ФИО1 и ФИО2 виновными в совершении преступлений при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, а также для решения других вопросов, подлежащих разрешению при постановлении приговора.

Так, заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, подготовлены надлежащими специалистами, с большим стажем работы по своим специальностям, на основе научно обоснованных методик, получены при непосредственном исследовании доказательств и материалов дела, их выводы мотивированы и сомнений не вызывают.

Показания свидетелей и потерпевших суд признает допустимыми и достоверными, поскольку они добыты законным путем, логичны, согласуются между собой, подтверждаются другими доказательствами, существенных противоречий не содержат, оснований сомневаться в их правдивости не имеется. Свидетели и потерпевшие личной заинтересованности и причин для дачи заведомо ложных показаний не имеют, подсудимые знакомы с этими показаниями и их не оспаривали.

Оценивая показания подсудимых, в соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ, согласно которой все неустранимые сомнения в виновности толкуются в пользу обвиняемого, суд приходит к следующему.

Показания ФИО1 о том, что причиной его конфликта с З.Т.С. послужило употребление потерпевшей наркотиков, подтверждаются показаниями ФИО2, согласно которым З.Т.С. 02.11.2019 года употребляла спиртное и курила «порошок», соответствуют протоколам осмотра места происшествия от 02 и 05.11.2019 года, в ходе которых изъяты шприцы, заключению эксперта №Э от 01.02.2020 года, согласно которому на иглах двух шприцов имеется кровь З.Т.С., а также не противоречат выводам эксперта № от 04.03.2021 года, согласно которому незадолго до смерти З.Т.С. употребляла спиртные напитки (то есть, не вела здоровый для беременной образ жизни) Корме того, экспертизы, установившие отсутствие в организме З.Т.С. наркотических средств, проводились на предмет наличия только определенных наркотических средств: барбитуровой кислоты, фенотиазина, 1,4-бензодиазепина, по другим наркотическим средствам (опий, ? – пирролидиновалерофенон и т.п.) исследования не проводились.

В то же время, доводы ФИО1 о том, что он убил потерпевшую, так как опасался расправы со стороны ее знакомых, не состоятельны, поскольку кроме них троих в комнате никого не было, на момент совершения преступлений какая-либо угроза его жизни и здоровью отсутствовала. При этом судом достоверно установлено, что на почве того, что З.Т.С., будучи беременной, употребляет наркотические средства у ФИО1 с ней возник конфликт – ссора, в ходе которой он, возмутившись её реакцией на его претензии, решил её убить на почве возникшей личной неприязни, и непосредственно приступил к реализации задуманного.

Показания ФИО1 о том, что ФИО2 подал ему нож, подтверждаются как последовательностью его показаний (что он в это время находился между диванами, удерживал потерпевшую и не мог сам дотянуться до ножа), так и показаниями свидетелей Я.Э.В. и Б.Т.С. в части того, что утром 02.11.2019 года из комнаты З.Т.С., доносились звуки борьбы, глухие стоны, будто кто-то закрывал ей рот рукой – то есть потерпевшая, несмотря на активное сопротивление, не смогла позвать на помощь, или выбежать, поскольку ее крепко удерживали. Сам ФИО2 указывал, что ФИО1 душил потерпевшую двумя руками (то есть, руками ФИО1 удерживал З.Т.С., и если хотя бы одной рукой тянуться к столу, то З.Т.С. смогла бы освободиться и закричать о помощи). Вывод об удержании потерпевшей за шею двумя руками не противоречат заключению эксперта № от 04.03.2021 года, согласно которому следы от удушения могут не остаться на теле человека.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО1 сам не мог дотянуться до ножа (в противном случае надо отпустить потерпевшую, и она могла вырваться, позвать на помощь соседей, которые сидели рядом на кухне и слышали происходящее в комнате), соответственно, нож подал ФИО2

Показания ФИО1, что он нанес потерпевшей не более трех ударов ножом, подтверждаются последовательностью его показаний, показаниями ФИО2, согласно которым он видел, что ФИО1 не наносил более трех ударов ножом, заключением эксперта № от 07.10.2020 года, согласно которому образование части телесных повреждений (из 12) не исключается при обстоятельствах, указанных ФИО1 и ФИО2 в ходе проверки показаний на месте.

В части противоречий показаний, которые ФИО1 давал в судебном заседании и 08.11.2019 года, 11.10.2020 года на предварительном следствии, суд более достоверными признает показания ФИО1, которые он давал на предварительном следствии о том, что после нанесения потерпевшей не более трех ударов ножом она начала хрипеть, и он отдал нож ФИО2, который остался возле тела З.Т.С. вне поля его видимости. Именно данные последовательные показания ФИО1, как более достоверные, суд берет в основу приговора.

Поэтому суд приходит к выводу, что ФИО1 в ходе ссоры, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, ножом, который подал ему ФИО2, нанес потерпевшей не более трех ударов в жизненно-важные органы, после чего потерпевшая начала хрипеть, а он отдал нож ФИО2, то есть, умыслом подсудимых охватывалось совместное совершение преступления группой лиц.

При этом суд отмечает, что показания ФИО1 о совместности их действий в целом являются стабильными и последовательными, согласуются между собой и другими доказательствами по делу, он оснований для оговора ФИО4 не имеет, а причины, по которым он приуменьшает роль ФИО2 в содеянном, установлены и логичны – они друзья, и он не заинтересован, чтобы ФИО2 отвечал за содеянное.

Применительно к поджогу суд также берет за основу показания ФИО1 о том, что с целью сокрытия следов убийства он и ФИО2, по предложению последнего, вместе переместили тело погибшей на диван, который поджог он, а соседний диван поджог ФИО2

В этой части его показания также последовательны, подтверждаются протоколом осмотра места происшествия от 02.11.2019 года, техническим заключением о пожаре, показаниями свидетеля Л.Д.М., согласно которым площадь пожара составила 12м2, источник горения в правом дальнем углу комнаты (где поджигал ФИО2), при этом середина комнаты не выгорела, а диван в левом углу (который поджигал он) и тело З.Т.С. также повреждены огнем, но в меньшей степени. Поэтому суд заключает, что поджог осуществляли как ФИО1, так и ФИО2, при этом они действовали совместно и согласованно – подожгли разные предметы в разных местах комнаты (каждый выполнил свою часть объективной стороны), а убедившись, что огонь разгорелся, скрылись.

Кроме того, показания ФИО1 о том, что у ФИО2 огонь разгорелся быстрее, поэтому тот ушел первым, подтверждается видеозаписью, изъятой у свидетеля П.В.В., согласно которой разрыв во времени между тем, как уходит ФИО2 и ФИО1, составляет 6 секунд.

Показания ФИО2 о том, что ФИО1 уронил З.Т.В. на пол и душил последнюю, нанес ей не более трех ударов ножом, поджог комнату суд признает достоверными, поскольку они последовательны и логичны, согласуются с показаниями свидетелей Я.Э.В. и Б.Т.С., письменными материалами.

Показания ФИО2 о том, что он не передавал нож ФИО1 для убийства потерпевшей, не наносил ей удары этим ножом и не поджигал комнату, являются недостоверными, поскольку противоречат показаниям ФИО1, взятым в основу приговора, и его собственным показаниям, что ФИО1 нанес не более трех ударов, заключениям экспертов № от 01.12.2019 года, № от 07.10.2020 года, № от 04.03.2021 года, согласно которым на теле потерпевшей обнаружено не три, а 12 ножевых ранений, состоящих в прямой причинной связи со смертью.

Суд отмечает, что когда ФИО1 находился у окна, никто, кроме ФИО2 не мог нанести остальные удары ножом, к тому же, именно ФИО2 сообщил, что З.Т.С. мертва, избавился от ножа, предложил поджечь место происшествия.

Доводы о том, что он просил ФИО1 не совершать преступление и не смог предотвратить случившееся, так как боялся угроз последнего, опровергаются показаниями ФИО1, согласно которым ФИО3 действовал добровольно, показаниями свидетелей Я.Э.В. и Б.Т.С., которые не слышали просьб остановиться. Также эти доводы опровергаются сложившимися между ними отношениями, фактическими обстоятельствами событий (пришли вместе, распивали спиртное вместе, между собой не ругались, покинули место происшествия вместе, избавились от ножа и телефона, затем направились к ФИО1 домой, где ФИО2 сказал его родителям, что отмечали день рождения). ФИО3 имел возможность уйти от ФИО1, обратиться в полицию, однако этого не сделал.

Таким образом, показания ФИО3 об опасениях ФИО1 суд оценивает как надуманные, поскольку у него не было оснований того опасаться. ФИО2, встав на сторону своего друга ФИО1 в конфликте З.Т.С., сначала подал ему нож для убийства потерпевшей, а потом взял у того этот нож и нанес им удары потерпевшей с целью лишения жизни, пока ФИО1 смотрел в окно и обдумывал происходящее.

Исходя из этого, суд приходит к выводу, что ФИО1 и ФИО2, каждый из них, с целью убийства, совместно, поочередно, нанесли удары ножом З.Т.С., от которых она умерла. Подсудимые знали, что она беременна, поскольку были осведомлены об этом, кроме того, это было понятно визуально.

Применительно к повреждению чужого имущества, размер ущерба, причинённого поджогом З.М.В., в сумме 536 000 рублей - стоимости восстановительного ремонта, суд находит достоверно установленным из выписки из единого государственного реестра, которая подтверждает право собственности З.М.В. на комнату <адрес>, из данных протокола осмотра места происшествия от 02.11.2019 года, согласно которым стены, потолок комнаты, пол, а также мебель повреждены огнем, часть штукатурки осыпалась, по всей площади мусор; из технического заключения о пожаре и заключения эксперта № от 21.05.2020 года, протоколов осмотра происшествия от 02 и 05.11.2019 года, на приложениях к которым (фототаблицах) наглядно видна степень повреждения комнаты.

Из всей совокупности представленных доказательств суд находит установленным, что огнем не только была повреждена комната З.М.В., но также были уничтожены находящиеся в комнате принадлежащие З.М.В. телевизор марки «JVC» и холодильник марки «Атлант» неустановленной стоимости, а также предметы мебели и быта, не представляющие материальной ценности.

Суд исключает из обвинения подсудимых размер стоимости уничтоженного имущества за недоказанностью, поскольку убедительных объективных данных о стоимости телевизора и холодильника стороной обвинения не представлено.

В части возмещения стоимости уничтоженных телевизора и холодильника суд признает за потерпевшей право на удовлетворение гражданского иска и передает вопрос о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

При квалификации деяний суд учитывает установленные в судебном заседании обстоятельства, при которых ФИО1 вступил в конфликт с З.Т.В., наносил удары ножом в жизненно важные части тела человека. В то же время к указанным действиям ФИО1 присоединился ФИО2, который также наносил удары ножом в жизненно важные части тела потерпевшей.

Несмотря на то, что каждый из подсудимых отрицал причастность к причинению всех колото-резаных ранений потерпевшей, их показания, как в суде, так и на предварительном следствии, являются едиными в том, что ФИО1 не наносил потерпевшей всех ударов ножом, соответственно, остальные ножевые ранения были причинены ФИО2

При этом каждый из обвиняемых действовал совместно и с прямым умыслом, то есть предвидел наступление смерти потерпевшей и желал этого, о чем свидетельствуют орудие совершения преступления – нож, обладающий повышенной поражающей способностью для причинения телесных повреждени, количество и локализация телесных повреждений – подсудимые поочередно нанесли в общей сложности 12 ножевых ранений (11 колото-резаных и 1 резаное) в шею, спину, голову, подсудимые прекратили насильственные действия после достижения единого для них результата – наступление смерти З.Т.С., а затем подожгли её труп и скрылись.

Суд достоверно установил, то, что подсудимые последовательно причинили З.Т.С. несовместимые с жизнью телесные повреждения, то есть каждый из них принял непосредственное участие в её убийстве, поэтому квалифицирующий признак убийства «группой лиц» нашел свое достоверное подтверждение.

Поскольку ни ФИО1, ни ФИО2 не только не отрицали свою заведомую осведомленность о беременности З.Т.С., но и конфликт с нею у ФИО1 возник из-за употребления ею в этом состоянии наркотических средств, то квалифицирующий признак убийства – «в отношении женщины, заведомо для виновных находящейся в состоянии беременности» также нашел свое достоверное подтверждение.

Желая скрыть убийство, ФИО1 и ФИО2 подожгли комнату в коммунальной квартире, уничтожив и повредив часть имущества собственника, при этом создавая угрозу уничтожения и повреждения всей комнаты и возгорания других комнат и квартир в жилом доме, то есть действовали общеопасным способом и желали поступить именно таким образом. Своими действиями подсудимые причинили потерпевшей ущерб на сумму 536000 рублей, что с учетом материального положения потерпевшей является для нее значительным.

Доводы защиты о том, что размер ущерба, связанный с повреждением комнаты, менее, чем 536 000 рублей, ибо потерпевшие затратили меньше денег на ремонт, нельзя признать состоятельными, поскольку ущерб - как признак преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, определяется не фактически произведенными затратами (их может и не быть), а рыночной стоимостью ремонта, определенной экспертным путем.

Поэтому суд и квалифицирует действия ФИО1 и ФИО2:

по факту причинения смерти - по п.п. «г, ж» ч.2 ст.105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц, в отношении женщины, заведомо для виновных находящейся в состоянии беременности;

по факту поджога - по ч. 2 ст. 167 УК РФ, как умышленное уничтожение и повреждение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов от 03.12.2019 года, ФИО1 обнаруживает акцентуированные черты личности, при этом в период, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства имеющие значение для дела и давать о них показания. На момент совершения деяний, в состоянии аффекта или иного эмоционального состояния, не достигающего степени выраженности аффекта, но существенно влияющих на процессы осознания и саморегуляции, ФИО1 не находился. Он обнаруживает повышенную чувствительность, как к реальным, так и мнимым обидам, незначительным негативным воздействиям. В общении обидчив, прямолинеен и требователен к окружающим (т.4 л.д. 22-25).

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов от 19.12.2019 года, ФИО2 в период, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства имеющие значение для дела и давать о них показания. На момент совершения деяний, в состоянии аффекта или иного эмоционального состояния, не достигающего степени выраженности аффекта, но существенно влияющих на процессы осознания и саморегуляции, ФИО2 не находился. Является лживым и циничным, легко вживается в разные социальные роли, тенденция ухода от ответственности усиливается упрямством, практичностью (т.5 л.д. 55-57).

У суда не вызывает сомнений психическое состояние как ФИО1, так и ФИО2, поскольку каждый из них на учете у психиатра не состоит, наличие психических расстройств отрицает, на психическое состояние не жалуется, их поведение соответствует судебной ситуации, они понимают происходящие события, отвечают на вопросы по существу, защищают свои интересы. Поэтому суд, с учетом заключений комиссии судебно-психиатрических экспертов, признает ФИО1 и ФИО2 вменяемыми лицами и, согласно ст. 19 УК РФ, они подлежат уголовной ответственности за совершенные преступления.

Обсуждая вопрос о виде и размере наказания, каждому подсудимому, по каждому преступлению, суд, руководствуясь ст. ст. 6, 60, 67 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности и обстоятельства совершенных преступлений, характер и степень фактического участия лица в их совершении, значение этого участия для достижения цели преступлений, его влияние на характер и размер причиненного или возможного вреда, а также смягчающие наказание обстоятельства, данные о личности каждого подсудимого, влияние наказания на их исправление, предупреждение совершения преступлений, влияние назначенного наказания на условия жизни их семей.

Подсудимый ФИО1 не судим (т. 3 л.д. 146, 148), в браке не состоит, проживал с родителями, несовершеннолетних детей на иждивении не имеет, на учете у психиатра и нарколога не состоит (т. 3 л.д. 153, 154), участковым по месту жительства характеризуется удовлетворительно – жалоб со стороны соседей на него не поступало, на учете в отделе полиции не состоит, к административной ответственности не привлекался (т. 3 л.д. 157), состоит на воинском учете, годен к военной службе (т. 3 л.д. 159), работал прессовщиком в <данные изъяты> где нареканий со стороны руководства на него не поступало, характеризуется как исполнительный, спокойный, без эмоциональный человек, агрессии с его стороны замечено не было (т. 3 л.д. 161), родственниками характеризуется положительно, помогал им по хозяйству.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд в соответствии с п.п.«з, и» ч.1 ст.61 УК РФ, учитывает:

по убийству - аморальность поведения потерпевшей (употребление З.Т.С. вредных для организма беременной женщины веществ, алкогольных напитков и других средств), явившейся поводом для преступления;

и по каждому преступлению:

явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления, которые выразились в том, что он добровольно дал показания, предоставил следствию предметы, имеющие значение для дела, добровольно принял участие в проверке показаний на месте и других следственных действиях;

Кроме того, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает его возраст и совершение преступлений впервые, частичное признание вины, искреннее раскаяние в содеянном, его положительную характеристику, состояние здоровья и состояние здоровья его близких, а также перечисление матерью ФИО1 потерпевшей Л.А.А. 10000 рублей на похороны.

ФИО2 судим условно по приговору Канавинского районного суда г. Н.Новгорода от 12.03.2019 года (т.4 л.д. 164-166), на момент совершения преступлений не работал и не учился, не женат, иждивенцев не имеет, у врача-психиатра, врача нарколога на учете не состоит (т.4 л.д. 169, 170), состоит на воинском учете (т. 4 л.д. 175), по месту жительства участковым уполномоченным характеризуется удовлетворительно, жалоб от соседей не поступало (т.4 л.д. 173), с 11 июня по 17 сентября 2019 года работал грузчиком в <данные изъяты>, где с коллективом поддерживал нормальные отношения (т. 4 л.д. 177).

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд в соответствии с п.п.«з, и» ч.1 ст.61 УК РФ, учитывает:

по убийству - аморальность поведения потерпевшей (употребление З.Т.С. вредных для организма беременной женщины веществ, алкогольных напитков и других средств), явившейся поводом для преступления;

и по каждому преступлению: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления, которые выразились в том, что он добровольно дал показания в отношении ФИО1, предоставил следствию предметы, имеющие значение для дела, указал на местонахождения орудия преступления.

Кроме того, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, суд признает его возраст, состояние здоровья, удовлетворительные характеристики, публичное прошение прощения у потерпевшей.

Отягчающих наказание обстоятельств у ФИО1 и ФИО2 по ч.2 ст.105 УК РФ, судом не установлено.

Обстоятельствами, отягчающими наказание каждого подсудимого, по ч.2 ст.167 УК РФ суд в соответствии с п.п. «в, е.1» ч.1 ст.63 УК РФ признает совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору и, соответственно, совершение преступления с целью скрыть другое преступление.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, и позволяющих применить правила ст. 64 УК РФ, не установлено. С учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, а также отягчающего наказание обстоятельства (по ч. 2 ст. 167 УК РФ), оснований для изменения категории преступлений, на менее тяжкие в силу ч.6 ст. 15 УК РФ, не имеется.

Применяя при назначении наказания правило ст. 67 УК РФ, суд принимает во внимание, что совместные действия подсудимых имели равное значение для достижения целей преступлений, характер и степень фактического участия подсудимых в совершении убийства З.Т.В. и уничтожении и повреждении чужого имущества были одинаковыми, поскольку оба подсудимых, используя нож в качестве орудия убийства, поочерёдно наносили удары потерпевшей в жизненно важные органы с целью лишения жизни, и совокупность этих ударов, нанесенных каждым, привела к смерти; также их обоюдные действия – один поджигал диван, на котором находилось тело потерпевшей, второй поджигал другой диван, что привело к уничтожению и повреждению чужого имущества в размере, указанном в описательной части приговора.

Учитывая совокупность изложенных обстоятельств, суд назначает ФИО1 и ФИО2, каждому из них, за каждое преступление, наказание в виде лишения свободы на определенный срок, и считает, что цели наказания - восстановление социальной справедливости, исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений, могут быть достигнуты только в местах лишения свободы, и не усматривает оснований для применения условного осуждения. Также суд считает необходимым по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 105 УК РФ применить к ним дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

При определении размера наказания по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 167 УК РФ, положения ч. 1 ст. 62 УК РФ не применяются, так как установлены отягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные п.п. «в», «е1» ч. 1 ст. 63 УК РФ, по ч. 2 ст. 105 УК РФ эти положения не применяются на основании ч.3 ст. 62 УК РФ, однако с учётом наличия смягчающих наказание обстоятельств, суд назначает ФИО1 и ФИО2 наказание в виде лишения свободы не в максимальном размере, установленном санкцией ч. 2 ст. 105 УК РФ, а также не в максимальном размере, установленном санкцией ч.2 ст. 167 УК РФ.

Учитывая то, что подсудимые совершили особо тяжкое преступление и преступление средней тяжести, то окончательное наказание им назначается по правилам ч.ч.3, 4 ст.69 УК РФ.

Кроме того, поскольку ФИО2 совершил преступления по настоящему приговору, будучи условно осужденным 12.03.2019 года Канавинским районным судом г. Н. Новгорода в период испытательного срока, то в соответствии с ч.5 ст.74 УК РФ, условное осуждение ФИО2 по предыдущему приговору подлежит отмене и окончательное наказание ему назначается по правилам ст.70 УК РФ.

Вид исправительной колонии для отбытия наказания каждому подсудимому назначается в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ, мера пресечения в виде содержания под стражей на основании ч. 2 ст. 97 УПК РФ изменению не подлежит, поскольку им назначено наказание в виде реального лишения свободы.

Потерпевшие Л.А.А. и З.М.В. подтвердили совместный гражданский иск о взыскании с подсудимых в компенсацию морального вреда, причинённого им убийством З.Т.В., находящейся в состоянии беременности, в размере 2000000 рублей, и о взыскании с них материального ущерба, связанного с погребением в сумме 27270 рублей, также З.М.В. в ее пользу просит взыскать в возмещение материального ущерба, причиненного поджогом, 543500 рублей. В документальное подтверждение расходов на погребение потерпевшая Л.А.А. представила квитанции на указанную сумму, свидетельствующие об оплате погребальных услуг.

Государственный обвинитель предложил удовлетворить заявленные гражданские иски.

Подсудимые свое отношение к гражданскому иску высказать отказались.

Защитник подсудимого ФИО1 – адвокат Сизова С.М. просила вопрос в части взыскания денежных средств на ремонт комнаты направить для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, поскольку фактическая стоимость ремонта составила меньшую сумму, чем указано в заключении специалиста, а также просила снизить размер морального вреда, обратила внимание, что в части взыскания стоимости похорон мать ФИО1 в счет убытков перечислила 10 000 рублей.

Защитник подсудимого ФИО2 – адвокат Травницкий А.М. просил во взыскании денежных средств с ФИО2 отказать, поскольку тот не причастен к совершению преступлений.

Заслушав и обсудив доводы сторон, принимая во внимание приведенные выше доказательства, суд в соответствии со ст.1064, 1094 ГК РФ находит требования потерпевших о взыскании с подсудимых в их пользу в возмещение материального ущерба расходов на погребение обоснованными, но подлежащим удовлетворению за минусом имевшего место частичного возмещения, то есть в размере 17270 рублей;

требование З.М.В. о взыскании в ее пользу в возмещение материального ущерба, причиненного поджогом, 543500 рублей, суд находит подлежащим удовлетворению также частично в размере 536000 рублей стоимости восстановительного ремонта, в остальной части взыскания стоимости уничтоженных телевизора и холодильника, суд находит необходимым признать за потерпевшей З.М.В. право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Решая вопрос о размере денежной компенсации причиненного потерпевшим морального вреда, суд в соответствии со ст.ст.151, 1099-1101 ГК РФ само по себе совместное требование потерпевших о компенсации морального вреда находит обоснованным, поскольку потеря в результате умышленного лишения жизни близкого человека, соответственно единственной внучки и дочери, беременной двойней, безусловно, каждому из них причинило сильнейшие нравственные страдания и переживания. Поэтому, исходя из требований разумности и справедливости, учитывая характер и степень нравственных страданий, причиненных подсудимыми каждому из потерпевших лишением жизни близкого человека, материальное положение каждого подсудимого, а также конкретные фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, суд считает необходимым удовлетворить совместное требование потерпевших о компенсации морального вреда в полном объеме.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает с учетом мнения участников судопроизводства в соответствии со ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.303-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 и ФИО2, каждого признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «г, ж» ч.2 ст.105, ч.2 ст.167 УК РФ и назначить каждому из них наказание:

по п.п. «г, ж» ч.2 ст.105 УК РФ - 16 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год 8 месяцев,

по ч.2 ст.167 УК РФ – 2 года лишения свободы.

На основании ч.ч.3, 4 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно ФИО1 к отбытию назначить 17 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с последующим ограничением свободы на срок 1 год 8 месяцев.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ последовательно в части назначенного по п.п. «г, ж» ч.2 ст.105 УК РФ, а также окончательно назначенного по совокупности преступлений на основании ч.ч.3, 4 ст.69 УК РФ дополнительного наказания в виде ограничения свободы ФИО1 установить следующие ограничения и возложить обязанность: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 22 часов до 6 часов, не посещать места проведения массовых мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не изменять место жительства (пребывания) и не выезжать за пределы территории соответствующего месту жительства (пребывания) муниципального образования без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; являться в этот орган 2 раза в месяц для регистрации.

На основании ч.ч.3, 4 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить ФИО2 к отбытию 17 лет лишения свободы, с последующим ограничением свободы на срок 1 год 8 месяцев.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ последовательно в части назначенного по п.п. «г, ж» ч.2 ст.105 УК РФ, а также назначенного по совокупности преступлений на основании ч.ч.3, 4 ст.69 УК РФ дополнительного наказания в виде ограничения свободы ФИО2 установить следующие ограничения и возложить обязанность: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 22 часов до 6 часов, не посещать места проведения массовых мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не изменять место жительства (пребывания) и не выезжать за пределы территории соответствующего месту жительства (пребывания) муниципального образования без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; являться в этот орган 2 раза в месяц для регистрации.

В соответствии ч.5 ст.74 УК РФ отменить ФИО2 условное осуждение, назначенное ему по приговору Канавинского районного суда г.Н.Новгорода от 12.03.2019 года, и на основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по настоящему приговору, частично присоединить не отбытую часть наказания по предыдущему приговору Канавинского районного суда г.Н.Новгорода от 12.03.2019 года и окончательно ФИО2 к отбытию назначить 19 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с последующим ограничением свободы на срок 1 год 8 месяцев.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ в части окончательно назначенного по совокупности приговоров на основании ст.70 УК РФ дополнительного наказания в виде ограничения свободы ФИО2 установить следующие ограничения и возложить обязанность: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 22 часов до 6 часов, не посещать места проведения массовых мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не изменять место жительства (пребывания) и не выезжать за пределы территории соответствующего месту жительства (пребывания) муниципального образования без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; являться в этот орган 2 раза в месяц для регистрации.

Меру пресечения осужденным ФИО1 и ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения - заключение под стражу, срок отбывания каждым из них наказания исчислять с даты вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть осужденным ФИО1 и ФИО2 в срок лишения свободы время задержания и содержания под стражей каждого из них со 02.11.2019 года по сутки, предшествующие дню вступления приговора в законную силу, включительно, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строго режима.

Гражданский иск потерпевших Л.А.А. и З.М.В. в части компенсации морального вреда удовлетворить в полном объеме, в части возмещения материального ущерба, связанного с погребением, а также требование потерпевшей З.М.В. в части возмещения материального ущерба, причиненного поджогом, удовлетворить частично.

Взыскать в пользу потерпевших Л.А.А. и З.М.В. с осужденных ФИО1 и ФИО2 в солидарном порядке в возмещение расходов на погребение 17270 рублей.

Взыскать в пользу потерпевшей З.М.В. с осужденных ФИО1 и ФИО2 в солидарном порядке в возмещение материального ущерба 536000 рублей, вызванного повреждением имущества путем поджога.

Взыскать с осужденных ФИО1 и ФИО2 в пользу потерпевших Л.А.А. и З.М.В. в компенсацию морального вреда 2000000 рублей, из которых в пользу Л.А.А. и З.М.В. каждой по 1000000 рублей, в долевом порядке с каждого осужденного ФИО1 и ФИО2 по 1000000 рублей.

В части возмещения стоимости уничтоженных телевизора и холодильника - признать за потерпевшей З.М.В. право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

После вступления настоящего приговора в законную силу вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Канавинскому району г. Н.Новгород СУ СК России по Нижегородской области:

3 шприца, нож, мобильный телефон, фрагмент коробка, коробок, замок, бутылку из под водки, баллончик дезодоранта, смывы и мазки с полового члена ФИО1, смывы и мазки с полового члена ФИО2, образцы крови, смывы из ротовой полости, смывы из влагалища и заднего прохода, ногти, кожный лоскут с раны (правый бок), кожный лоскут с раны спины, кожный лоскут шеи справа, кожный лоскут контроль, гортань с частью глотки, фрагмент наружной сонной артерии, фрагмент отростка 10 грудного позвонка позвоночника от трупа З.Т.С., ее трусы, трико, кофту, футболку - уничтожить,

кольцо из желтого металла, цепь (браслет) из желтого металла, ключ – вернуть потерпевшей З.М.В.,

принадлежащие ФИО1 - кроссовки (ботинки черного цвета), спортивные штаны (трико) черного цвета, куртку черного цвета, футболку белого цвета - направить по месту отбывания наказания осужденным ФИО1 для вручения последнему, а в случае неистребованности им по отбытию наказания - уничтожить;

принадлежащие ФИО2 джинсы синего цвета, кофту на молнии черного цвета, куртку черного цвета, кроссовки черного цвета с белой подошвой - направить по месту отбывания наказания осужденным ФИО2 для вручения последнему, а в случае неистребованности им по отбытию наказания - уничтожить;

сведения о телефонных соединений по абонентских номеров которыми пользовалась З.Т.С. на бумажных листах формата А4, оптический диск, изъятый в ходе выемки у П.В.В., оптический диск с видеозаписью из ломбарда «<данные изъяты>», изъятый в ходе выемки 20.11.2019 года – оставить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции через Нижегородский областной суд в течение 10 суток, а по мере пресечения – в течение 3 суток со дня постановления приговора, а осуждёнными - в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

Судья: (подпись) А.А. Крюков