Решение № 2-2504/2018 2-2504/2018 ~ М-2027/2018 М-2027/2018 от 19 июня 2018 г. по делу № 2-2504/2018

Дело № 2-2504/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Центральный районный суд города Кемерово

В составе председательствующего Исаковой Е.И.

При секретаре Вортилиной Т.А.

Рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кемерово 20 июня 2018г.

Дело по иску Байрамова И. Умуд оглы об оспаривании решения Негосударственной некоммерческой организации «Адвокатская палата Кемеровской области» о прекращении статуса адвоката,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском об оспаривании решения ННО «Адвокатская палата Кемеровской области» от **.**.**** ###, которым к нему применена мера дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката.

Полагает, что основания для применения к нему меры дисциплинарного взыскания в виде прекращения статуса адвоката отсутствовали, так как им не были допущены нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката.

При принятии решения о применении меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката не были учтены положения ст. 18 ч. 4 Кодекса профессиональной этики адвоката о том, что при определении меры дисциплинарной ответственности должны учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, форма вины, иные обстоятельства. Не было учтено, что за весь период работы он никогда не привлекался к дисциплинарной ответственности, формально учтено его состояние здоровья, Совет адвокатской палаты вышел за пределы доводов жалоб.

Просит решение признать незаконным, восстановить статус адвоката.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме.

Представители ННО АП КО ФИО2 ФИО3, действующие на основании доверенностей требования не признали.

Представитель Управления министерства юстиции Российской Федерации по Кемеровской области ФИО4, действующая на основании доверенности, полагает требования истца необоснованными.

Суд, выслушав участников процесса, допросив свидетеля, изучив материалы дела, материалы административных производств в отношении Байрамова ИУ.О., материалов его личного дела, считает требования ФИО1 оглы не подлежащими удовлетворению.

Статус адвоката может быть прекращен по решению совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, в региональный реестр которого внесены сведения об адвокате, на основании заключения квалификационной комиссии при нарушении адвокатом норм кодекса профессиональной этики адвоката (ст.17 ФЗ «Об адвокатской деятельности …»).

Решение совета адвокатской палаты, принятое по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 настоящей статьи, может быть обжаловано в суд.

В соответствии с п. 2 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката, в соответствии с Федеральным законом "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" решение Совета адвокатской палаты о прекращении статуса адвоката может быть обжаловано в суд в связи с нарушением процедуры его принятия лицом, привлеченным к дисциплинарной ответственности, в месячный срок со дня, когда ему стало известно или оно должно было узнать о состоявшемся решении.

Процедура и порядок привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности определены Кодексом профессиональной этики адвоката, принятого Всероссийским съездом адвокатов 31.01.2003 года, с послед. изменениями.

Меры дисциплинарной ответственности применяются только в рамках дисциплинарного производства с соблюдением установленной процедуры (ст. 16 КПЭА).

Согласно п. 1 ст. 21 КПЭА президент адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, по поступлению документов, предусмотренных пунктом 1 статьи 20 настоящего Кодекса, возбуждает дисциплинарное производство не позднее десяти дней со дня их получения.

Согласно п.1 ст. 20 КПЭА поводом к возбуждению дисциплинарного производства является, в том числе, представление, внесенное в адвокатскую палату органом государственной власти, уполномоченным в области адвокатуры.

В соответствии с п 1.и п. 4 ст. 7 ФЗ №63 адвокат обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами; соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции.

Кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, основанные на нравственных критериях и традициях адвокатуры, на международных стандартах и правилах адвокатской профессии (ст. 1).

В порядке пункта 5 статьи 18.2 Кодекса профессиональной этики адвоката Комиссия Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации по этике и стандартам дает следующее Разъяснение по вопросу о приоритете участия адвоката в качестве защитника, представителя в судебных заседаниях в уголовном, административном, гражданском, арбитражном процессе, назначенных на одну дату, и по вопросу о приоритете профессиональной деятельности над иной деятельностью.

Адвокат при осуществлении профессиональной деятельности обязан честно, разумно, добросовестно, принципиально и своевременно исполнять обязанности, отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами, соблюдать Кодекс профессиональной этики адвоката (подпункты 1 и 4 пункта 1 статьи 7 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", пункт 1 статьи 8 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Адвокат не вправе принимать поручения на оказание юридической помощи в количестве, заведомо большем, чем адвокат в состоянии выполнить (подпункт 5 пункта 1 статьи 9 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, одной из которых является прекращение статуса адвоката (п. п. 1, 6 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Согласно п. 1 ст. 8 КПЭА при осуществлении профессиональной деятельности адвокат честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполняет свои обязанности, активно защищает права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим Кодексом.

Из материалов дела следует, что 08.02.2018 на имя Президента адвокатской палаты Кемеровской области поступила жалоба С. на неквалифицированную защиту ФИО1, осуществляемую им по уголовному делу, возбужденному в отношении С. дознавателем отдела дознания Отдела МВД по ... и **.**.**** жалоба- обращение адвоката К. - координатора по судебному ... Кемеровской области в отношении адвоката ФИО1 на ненадлежащее исполнение им своих профессиональных обязанностей.

12.02.2018 ФИО1 уведомлен в соответствии с требованиями ст. 21 КПЭА о возбужденных дисциплинарных производствах, о праве знакомиться с материалами дисциплинарных производств, давать объяснения, представлять доказательства, о датах проведения заседаний квалификационной комиссии и Совета АП КО, соответственно 09.04.2018 и 16.04.2018. и принимать в них участие.

В этот же день (12.02.2018) члену квалификационной комиссии АП КО поручено провести проверку по возбужденным дисциплинарным производствам, взять объяснения от адвоката и подготовить заключение для рассмотрения на квалификационной комиссии, заседание которой назначено на 09.04.2018.

По результатам проведенных проверок членом квалификационной комиссии составлены справки.

09.04.2018 (в течение установленного ч.1 ст. 23 КПЭА срока – 2 месяца) дисциплинарные дела, поступившие в квалификационную комиссию АП в отношении ФИО1 рассмотрены.

Квалификационной комиссией в соответствии со ст. 23 КПЭА по жалобе С. дано заключение ### о том, что в действиях адвоката ФИО1 имеются нарушения требований подп.1,2 и 4 п.7 ст. 7 ФЗ № 63, п. 2.7 ОКПА ЕС, п.2 ст. 5, п.1 ст. 8, подп. 6 п.1 ст.9, п.2 ст. 10 КПЭА, подп. «б» п.8 ст. 10 Стандарта осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве (принят 8 Всероссийским съездом адвокатов 20.04.2017), выразившиеся в ненадлежащем исполнении адвокатом своих обязанностей перед доверителем С., в оказании ему неквалифицированной юридической помощи, в осуществлении некачественной защиты по назначению органа дознания при проведении 07.12.2017 дознавателем В. допроса доверителя в качестве подозреваемого (с 12.00 до 12.30) и при ознакомлении подозреваемого и адвоката с двумя протоколами от 07.12.2017 об ознакомлении: с постановлением о назначении судебной экспертизы (с 12.30 до 12.45) без внесения в него каких-либо замечаний при наличии такой необходимости; с заключением эксперта (с 12.45 до 13.00) без внесения в него каких-либо замечаний при наличии такой необходимости; в опоздании на проведение следственного действия (допрос подозреваемого с 12.00 до 12.30; в невыполнении требований Стандарта об обязательном присутствии на следственных действиях и ознакомлении защитника совместно с подзащитным с протоколами следственных действий; в навязывании своей помощи доверителю С. путем использования доводов о наличии личных связей с работниками правоохранительных органов; в неоказании ему квалифицированной юридической помощи при оформлении им самостоятельно процессуального обращения от 08.12.2017 к прокурору в защиту своих интересов.

Квалификационной комиссией в соответствии со ст. 23 КПЭА по жалобе – обращению адвоката К. - координатора по судебному ... Кемеровской области дано заключение ### о том, что в действиях адвоката ФИО1 имеются нарушения требований подп.1,2 и 4 п.7 ст. 7 ФЗ № 63, п.2 ст. 5, п.1 ст. 8, подп. 5 и 6 п.1 ст.9, п.6 ст. 15 КПЭА, п. 2.7 ОКПА ЕС, п. 2.5,4.10, подп. 2 п.4.11 Положения «О порядке участия адвокатов АП КО в судопроизводстве по назначению», утвержденного решением Совета АП КО от 24.01.2003, которые выразились в принятии поручений на ведение дел по назначению в количестве, заведомо большем, чем адвокат в состоянии выполнить; 09.10.2017 в принятии поручения по уголовному делу по обвинению ### на его защиту вне графика дежурств без согласования с координатором и без его уведомления; выписывании 05.12.2017 12 ордеров по 12 уголовным делам; предъявлении 17.01.2018 17 ордеров по 17 уголовным делам; в осуществлении некачественной защиты ... и ... (11.01.2018), ... и ### (11.01.2018), С. (**.**.****) и ### (**.**.****), в оказании им неквалифицированной юридической помощи, в участии адвоката в допросах его подзащитных одновременно в различных местах, у разных дознавателей и следователей одномоментно: ### 11.01.2018 (9.25 – 10.10) у дознавателя З. и ... (10.10-10.40) у дознавателя ... **.**.**** (13.00-13.30) у дознавателя ### (13.20.-13.55) у дознавателя ### **.**.**** (16.00-16.40) по ордеру от **.**.**** с одновременным нахождением в судебном заседании (15.00-16.40) у судьи Г. по уголовному делу ###; в наличии фактов отказа доверителей ### (в короткий период с августа2017) от защиты их интересов адвокатом ФИО1; в навязывании своей помощи путем использования личных связей с работниками правоохранительных органов, что подрывает доверие к адвокату и к адвокатуре в целом.

По всем фактам ФИО1 даны объяснения в письменной форме.

Заключения приняты в результате голосования единогласно, при наличии кворума именными бюллетенями, подлинники которых обозревались в судебном заседании.

Соблюдение установленной процедуры полностью подтверждается материалами дисциплинарных производств.

Дисциплинарные производства вместе с заключениями квалификационной комиссии переданы в Совет АП КО.

Согласно ст. 24 КПЭА дисциплинарное дело, поступившее в Совет АП с заключением квалификационной комиссии, должно быть рассмотрено не позднее двух месяцев с момента вынесения заключения, не считая времени отложения дисциплинарного дела по причинам, признанным Советом уважительными.

На заседании Совета АП КО 16.04.2018 в отношении ФИО1 принято оспариваемое решение.

Согласно п. 14 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, заключение комиссии должно быть мотивированным и обоснованным и состоять из вводной, описательной, мотивировочной и резолютивной частей.

Согласно п. 6 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката решение Совета должно быть мотивированным и содержать конкретную ссылку на правила, предусмотренные законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, настоящим Кодексом, в соответствии с которыми квалифицировались действия (бездействие) адвоката.

Как следует из заключений Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Кемеровской области и оспариваемого решения Совета Адвокатской палаты Кемеровской области, данные акты в полной мере отвечают требованиям п. 14 ст. 23 и п. 6 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката, решение Совета принято в пределах его компетенции по предусмотренным Кодексом профессиональной этики адвоката основаниям. Процедура принятия решения о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности, предусмотренная Кодексом профессиональной этики адвоката соблюдена ответчиком.

Что касается доводов истца об отсутствии оснований для привлечения его дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката, то они являются несостоятельными и опровергаются материалами дисциплинарных производств.

Оспариваемым решением Совета адвокатской палаты Кемеровской области от **.**.**** ### постановлено: в действиях (бездействии) адвоката ФИО1 имеются нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката: подп.1,2 и 4 п.7 ст. 7 ФЗ ###; п. 2.7 Общего кодекса правил для адвокатов стран Европейского Сообщества; п.2 ст. 5, п.1 ст. 8, подп. 6 п.1 ст.9, п.2 ст. 10, п.6 ст. 15 КПЭА; подп. «б» п.8 и п.10 Стандарта осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве (принят 8 Всероссийским съездом адвокатов 20.04.2017); п. 2.5,4.10, подп. 2 п.4.11 Положения «О порядке участия адвокатов АП КО в судопроизводстве по назначению», утвержденного решением Совета АП КО от 24.01.2003, которые выразились:

- в ненадлежащем исполнении адвокатом своих обязанностей перед доверителем С., в оказании ему неквалифицированной юридической помощи, в осуществлении некачественной защиты по назначению органа дознания при проведении 07.12.2017 дознавателем В. допроса доверителя в качестве подозреваемого (с 12.00 до 12.30) и при ознакомлении подозреваемого и адвоката с двумя протоколами от 07.12.2017 об ознакомлении: с постановлением о назначении судебной экспертизы (с 12.30 до 12.45) без внесения в него каких-либо замечаний при наличии такой необходимости; с заключением эксперта (с 12.45 до 13.00) без внесения в него каких-либо замечаний при наличии такой необходимости; в опоздании на проведение следственного действия (допрос подозреваемого с 12.00 до 12.30); в невыполнении требований Стандарта об обязательном присутствии на следственных действиях и ознакомлении защитника совместно с подзащитным с протоколами следственных действий; в навязывании своей помощи доверителю С. путем использования доводов о наличии личных связей с работниками правоохранительных органов; в неоказании ему квалифицированной юридической помощи при оформлении им самостоятельно процессуального обращения от 08.12.2017 к прокурору в защиту своих интересов;

- в принятии поручений на ведение дел по назначению в количестве, заведомо большем, чем адвокат в состоянии выполнить (в сентябре 2017-9 дел, из 37, из которых 28 распределены координатором между 4 адвокатами, в октябре 2017 – 18 дел из 51, из которых 33 распределены между 4 адвокатами, в ноябре 2017 – 17 дел из 44, из которых 27 распределены между 4 адвокатами, в декабре 2017 – 18 из 40, из которых 22 распределены между 4 адвокатами, всего за 4 квартал 2017 -53 дела из 135 (вместо 27 в среднем за 3 мес., по дел в месс. на 5 адвокатов), в январе 2018 22 из 37, из которых 15 распределены координатором между 4 адвокатами; **.**.**** в принятии поручения по уголовному делу по обвинению Ш. на его защиту вне графика дежурств без согласования с координатором и без его уведомления; выписывании **.**.**** 12 ордеров по 12 уголовным делам; предъявлении **.**.**** 17 ордеров по 17 уголовным делам; в осуществлении некачественной защиты ### (**.**.****), ### (**.**.****), С. (**.**.****) и ### (**.**.****), в оказании им неквалифицированной юридической помощи, в участии адвоката в допросах его подзащитных одновременно в различных местах, у разных дознавателей и следователей одномоментно: ### **.**.**** (9.25 – 10.10) у дознавателя З. и ### (10.10-10.40) у дознавателя ### **.**.**** (13.00-13.30) у дознавателя ### (13.20.-13.55) у дознавателя ФИО5; ФИО6 **.**.**** (16.00-16.40) по ордеру от **.**.**** с одновременным нахождением в судебном заседании (15.00-16.40) у судьи Г. по уголовному делу ###; в наличии фактов отказа доверителей ### (в короткий период с августа2017) от защиты их интересов адвокатом ФИО1; в навязывании своей помощи путем использования личных связей с работниками правоохранительных органов, что подрывает доверие к адвокату и к адвокатуре в целом.

Факт оказания неквалифицированной юридической помощи С. подтверждается не только содержанием его жалобы, объяснениями на заседании квалификационной комиссии и Совете АП, но и материалами проверки, которой установлено, что при проведении **.**.**** дознавателем В. допроса ФИО7 в качестве подозреваемого (с 12.00 до 12.30) адвокат Байрамов И.У. о. прибыл либо после окончания допроса С., либо со значительным опозданием, т. к. из объяснений адвоката ФИО1. о. следует, что он прибыл в отдел полиции в 12.40.; из копии Протокола ознакомления с Заключением эксперта следует, что никаких замечаний адвокатом не внесено, хотя экспертиза проводилась до возбуждения уголовного дела и такая возможность не предусмотрена ст. 195 УПК РФ; важный для С. вопрос о получении травмы другим участником конфликта был поставлен некорректно, ответ на него не был ясен.

Кроме того, в судебном заседании представитель ответчика пояснил, что в ходе проверки установлено, что с самим процессуальным документом о проведении медицинской экспертизы от 10.09.2017 до получения ее результатов С. не ознакомили, его знакомили сразу с постановлением о назначении экспертизы и с заключением экспертизы, что являлось безусловным основанием для принесения замечаний либо заявлений со стороны защитника.

В результате оказания ФИО1 неквалифицированной юридической помощи С., последний отказался от услуг адвоката ФИО1, что подтверждается заявлением С. на имя дознавателя ### от 08.12.2017 (л.д.39).

Доводы истца о том, что в связи с отказом С. от его услуг, он не мог оказать ему помощь в подготовке процессуального обращения в прокуратуру на действия сотрудников полиции, не свидетельствуют о том, что такое намерение у истца было, что он обсуждал такой способ защиты прав С. накануне обращения, т. е. 07.12,2017.

В последующем, когда защиту интересов С.осуществлял другой адвокат и по его ходатайствам проводился ряд дополнительных процессуальных действий, производство по уголовному делу в отношении С. на стадии следствия прекратили за отсутствием в его действиях состава преступления.

По факту навязывания своей помощи С. в оспариваемом решении Совета АП подробно изложены мотивы, по которым Совет сделал вывод в указанной части о нарушении ФИО1 норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре. Доказательства, опровергающие наличие обстоятельств, послуживших основанием для привлечения ФИО1 за оказание неквалифицированной юридической помощи С., суду не представлены.

Материалами дела полностью подтверждаются и не опровергнуты истцом обстоятельства, установленные в ходе проведения проверки по жалобе-обращению адвоката К. – координатора по судебному ... Кемеровской области, а именно, в принятии поручений на ведение дел по назначению в количестве, заведомо большем, чем адвокат в состоянии выполнить; в принятии поручения по уголовному делу по обвинению Ш. на его защиту вне графика дежурств без согласования с координатором и без его уведомления; в осуществлении некачественной защиты ### (**.**.****), ### (**.**.****), С. (**.**.****) и ### (**.**.****), в оказании им неквалифицированной юридической помощи, в участии адвоката в допросах его подзащитных одновременно в различных местах, у разных дознавателей и следователей одномоментно;. в наличии фактов отказа доверителей ### (в короткий период с августа2017) от защиты их интересов адвокатом ФИО1; в навязывании своей помощи путем использования личных связей с работниками правоохранительных органов, что подрывает доверие к адвокату и к адвокатуре в целом.

По всем указанным фактам, которые подробно изложены в заключении квалификационной комиссии АП КО ###, ФИО1 даны объяснения, аналогичные доводам, изложенным в исковом заявлении. Все ответы, полученные ФИО1 из правоохранительных органов по его запросам и представленные им в материалы настоящего гражданского дела имеются в материалах дисциплинарного производства и учтены Советом АП КО при принятии решения. Всем доводам истца и представленным им документам квалификационной комиссией и Советом АП КО дана оценка.

Иные доказательства, которые бы опровергали обстоятельства, установленные в ходе проверки в рамках дисциплинарного производства по жалобе-обращению адвоката К. – координатора по судебному ... Кемеровской области суду не представлены.

Доводы истца о том, что координатором К. составлялся график дежурств таким образом, что он дежурил в единственном числе, поэтому вынужден был принимать заявки в том количестве в котором, они поступали, суд считает несостоятельными.

Свидетель К. пояснила, что такой график составлялся исключительно по желанию самого ФИО1, никогда он не ставил ее как координатора, в известность о количестве поступивши заявок и необходимости их распределения между другими адвокатами. Указанные обстоятельства истцом не оспаривались.

Таким образом, обстоятельства, установленные в ходе судебного следствия, свидетельствуют о том, что адвокат в нарушение требований закона об адвокатской деятельности и адвокатуре, норм профессиональной этики ненадлежащим образом исполнял свои профессиональные обязанности, что порочит звание адвоката и умаляет авторитет адвокатуры.

Оценивая в совокупности представленные доказательства, суд считает законным и обоснованным решение Совета АП КО от 16.04.2018 о применении к адвокату ФИО1 У. оглы меры дисциплинарной ответственности – прекращение с 16.04.2018 статуса адвоката на основании заключений Квалификационной комиссии АП КО от 09.04.2018 ### и ### за неисполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителями и нарушение норм Кодекса профессиональной этики адвоката.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ суд

РЕШИЛ:

Отказать ФИО1 Умуд оглы в удовлетворении требований о признании незаконным решения Совета Адвокатской палаты Кемеровской области Негосударственной некоммерческой организации «Адвокатская палата Кемеровской области» от 16.04.2018 ### о прекращении статуса адвоката.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца в Кемеровский областной суд.

Судья Е.И. Исакова

В окончательной форме решение изготовлено 25.06.2018