Апелляционное определение № 22-8550/2025 22-96/2026 от 14 января 2026 г.

мотивированное
апелляционное определение изготовлено 15 января 2026 года

Судья Васильковская О. И. дело № 22-96/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 14 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе председательствующего МелединаД. В., судей Мохначевой И. Л., Сенниковой М. А. при секретаре Мальцевой Ю. А.

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Сасько А. С., потерпевшей ЯАВ.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело апелляционному представлению государственного обвинителя Соколовой С. В., по апелляционной жалобе представителя потерпевшей ФИО1 – адвоката Марчук А. В. на приговор Ивдельского городского суда Свердловской области от 27 октября 2025 года, которым

ФИО2, родившаяся <дата> в <адрес>,

осуждена по п. "в" ч. 2 ст. 115 УК РФ к 300 часам обязательных работ.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

С ФИО2 в пользу ЯАВ. взыскана компенсация морального вреда в размере 200000 рублей.

Гражданский иск ЯАВ к ФИО2 о компенсации морального вреда в пользу ВАА. оставлен без рассмотрения.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Меледина Д. В., выступление прокурора Саськова А. С., просившего приговор изменить по доводам апелляционного представления, потерпевшую ЯАВ., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором суда ФИО2 осуждена за умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, с применением предметов, используемых в качестве оружия, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Соколова С. В., не оспаривая выводы суда о виновности ФИО2, просила приговор изменить, на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ учесть в качестве смягчающих вину обстоятельств частичное признание вины и раскаяние в содеянном, смягчить назначенное ФИО2 наказание в виде обязательных работ до 280 часов, взыскать с ФИО2 расходы, связанные с участием представителя потерпевшей в уголовном судопроизводстве, в размере 70 000 рублей.

В обоснование указывала, что в судебном заседании было установлено, что факт нанесения потерпевшей удара в лобную область лица ФИО2 не оспаривает, напротив на вопросы государственного обвинителя подтвердила, что нанесла потерпевшей ЯАВ с силой один удар по голове, и от её действий у потерпевшей образовалась колото-резаная рана волосистой части головы. Также ФИО2 пояснила, что сожалеет о том, что так получилось и наступили такие последствия от её действий, в связи с чем она приносила потерпевшей свои извинения. Тем самым осужденная частично признала вину. Однако, суд данный факт не принял во внимание и не учел в качестве обстоятельств смягчающих наказание частичное признание вины и раскаяние в содеянном в соответствии с требованием ч. 2 ст. 61 УК РФ. Данное нарушение влияет на размер назначенного ФИО2 наказания, которое на основании вышеизложенного подлежит смягчению.

Кроме того, при постановлении приговора не разрешен вопрос о взыскании процессуальных издержек. Как следует из материалов дела, в гражданском иске, заявленном потерпевшей, кроме требований о возмещении морального вреда, ставился вопрос возмещении ей расходов, связанных с выплатой вознаграждения её представителю в размере 70 000 рублей. В подтверждение данных расходов представлены копии квитанций и чека о внесении данной суммы на счет негосударственной некоммерческой организации юридической консультации Ивдельского городского округа - учреждение Адвокатской палаты Свердловской области.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей ЯАВ – адвокат Марчук А. В. просила отменить приговор, направить уголовное дело на новое рассмотрение. Полагала, что органами предварительного следствия квалификация действиям ФИО2 по п. "з" ч. 2 ст. 111 УК РФ была дана правильная, и она нашла свое подтверждение в ходе судебного следствия. Указывала, что при оценке доказательств судом неверно интерпретированы выводы экспертизы № 136 от 4 сентября 2025 года, согласно которой при осмотре ЯАВ. не обнаружено выраженной асимметрии лица, что не означает полное отсутствие асимметрии лица. Кроме того, судом не учтены выводы экспертов о наличии у потерпевшей легкой гипостензии, которая может быть проявлением неврита периферической ветви лицевого нерва справа, имеют стойкий характер, не исчезнет самостоятельно и не подлежит хирургическому лечению. Делая вывод об отсутствии обезображивании лица потерпевшей, суд не принял во внимание показания самой ЯАВ и ее матери.

Также считала, что суд принял неверное решение по требованиям потерпевшей о возмещении морального вреда, размер возмещения сильно занижен, при том, что в исковом заявлении и в судебном заседании потерпевшая надлежащим образом мотивировала свои физические и моральные страдания.

Кроме того, суд оставил без рассмотрения исковые требования о компенсации морального среда, причиненного опекаемому ребенку потерпевшей, мотивируя свое решение тем, что ребенок потерпевшим по делу не признан. В то же время ЯАВ в исковом заявлении и в судебном заседании привела доводы, подтверждающие причинение несовершеннолетнему ребенку морального вреда, были изучены и подтверждающие документы. У суда были все основания как для признания мальчика потерпевшим, так и для взыскания морального вреда. Также судом не рассмотрены требования потерпевшей о взыскании процессуальных издержек, хотя они основаны на требованиях уголовно-процессуального закона.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд правильно установил фактические обстоятельства дела и верно пришел к выводу о виновности ФИО2 в умышленном причинении ЯАВ легкого вреда здоровью с применением предмета, используемого в качестве оружия, при изложенных в приговоре обстоятельствах.

Выводы суда основаны на совокупности проверенных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре доказательств, которые опровергают доводы осужденной о том, что повреждения потерпевшей она причинила в результате необходимой обороны.

В подтверждение своих выводов суд обоснованно сослался на показания потерпевшей ЯАВ об обстоятельствах конфликта, произошедшего в ночное время на улице, когда ФИО3 оскорбила ее, замахнулась на нее с серпом в руке. Когда она (ЯАВ) очнулась из головы текла кровь. Когда ФИО3 наносила удар, ЯАВ выставил свою руку, удар пришёлся справа в голову. Она (ЯАВ) ФИО3 телесные повреждения не причиняла. В результате причиненного телесного провождения у нее произошла ассиметрия лица, образовывался шрам на видном месте, считает, что её лицо обезображено.

Свидетель ЯАА в судебном заседании подтвердил сообщенные потерпевшей обстоятельства, предшествовавшие причинению ей телесных повреждений, указал, что между потерпевшей и осужденной произошел конфликт, в ходе которого ФИО3 нанесла удар серпом по голове ЯАВ в область лица с правой стороны. У ЯАВ потекла кровь из головы.

В судебном заседании свидетель АНВ показала, что в ходе конфликта между ЯАВ и ФИО3 последняя ударила серпом ЯАВ в область головы.

Свидетель ЯВВ, ЦАВ в суде пояснила, что у ЯВВ был маленький в форме буквы "Г" серп, который у последней попросила ЗДА, у той в свою очередь серп взяла осужденная ФИО3, с которым ушла. Позже свидетели услышали крик ЯАВ, которая держалась за голову.

В суде и на предварительном следствии свидетель ТЛА указывала, что КМА сказал ей: "Юля ударила серпом ЯАВ" (т. 1 л. д. 185-188).

Допрошенная в суде свидетель ЗДА в суде пояснила, что 8 июля 2024 года между ФИО3 и ЯАВ произошел конфликт, в ходе которого она увидела, что ЯАВ держится за голову, из головы бежала кровь.

Свидетель БНИ в судебном заседании показала, что 7 июля 2024 года она встретила дочь – ЯАВ, у которой была перебинтована голова, сочилась кровь, она вызвала дочери скорую помощь. Образовавшийся на голове дочери рубец видно тем, кто знает, что он есть.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции надлежащим образом проверил показания потерпевшей, свидетелей и привел их в приговоре в части, имеющей отношение к предмету доказывания, обоснованно признав их логичными, объективно подтверждающимися другими доказательствами по делу и соответствующими конкретной обстановке на месте преступления.

Из показаний на предварительном следствии непосредственного очевидца произошедших событий свидетеля ЯАВ, связанных с этим его пояснений в судебном заседании, следует, что потерпевшая ЯАВ не ударяла ногой ФИО3 в область живота (т. 1 л. д. 167-169, т. 2. л. д. 25-29), что соответствует показаниям свидетеля АНВ о том, что потерпевшая не ударяла ногой осужденную.

Суд мотивировано пришел к выводу, что изменение показаний свидетеля ЯАВ в судебном заседании в части того, что потерпевшая ЯАВ ударила ФИО3 ногой в область живота, неправдивыми, исходя из конфликтных отношений с ЯАВ, с которой он находится в стадии развода. Кроме того, показания свидетеля ЯАВ на предварительном следствии получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, свидетелю разъяснялось, что при согласии дать им показания, они могут быть использованы в качестве доказательства по делу, даже в случае отказа от них.

Суд, проанализировав показания свидетеля ЗДА, обоснованно расценив их не соответствующими действительности, в части того, что ЯАВ ударила ногой ФИО3, хватала за волосы, нагибала. Исходя из следующего, что, согласно показаниям самой ЗДА, ФИО3 стояла к ней спиной, кто ударил ЯАВ, она не видела; что согласуется с показаниями осужденной ФИО3 о том, что непосредственно никто из присутствующих не видел удара ей в живот, так как рядом находились только ЯАВ и ФИО3.

Таким образом, суд, проанализировав показания потерпевшей, свидетелей, оснований не доверять показаниям потерпевшей ЯАВ, свидетелей ЯАА, АНВ, ЯВВ, ЦАВ, ТЛА, ЗДА, БНИ в части изложения им фактических обстоятельств, имеющим отношения к совершенному осужденной преступления, предусмотренного п. "в" ч. 2 ст. 115 УК РФ, обоснованно не усмотрел. Показания указанных лиц согласуются между собой, не противоречат другим доказательствам, оснований не доверять показаниям данных лиц в указанной части не имелось. Каких-либо причин для оговора ФИО4 потерпевшими и свидетелями не установлено.

Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы от 16 октября 2024 года, показаниям в суде и на предварительном следствии судебно-медицинского эксперта БМВ, у ЯАВ обнаружен рубец в лобной области, давностью формирования рубцовой ткани в пределах 1-2 недель на момент осмотра 15 июля 2024 года, явившийся следствием заживления раны, охарактеризованной врачами при первичном осмотре 7 июля 2024 года как "колото-резаная рана волосистой части головы", которая была ушита, давностью менее 1-х суток на момент обращения в больницу. Данное повреждение могло образоваться в результате не менее одного удара колюще-режущим предметом (орудием), оценивается по признаку временного нарушения функции органов и (или) систем продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно) и, согласно действующего на момент проведения экспертизы приказа Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 N 194н (ред. от 18.01.2012) "Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека", квалифицируется как повреждение, причинившее легкий вред здоровью. Рубец в лобной области с течением времени не исчезнет самостоятельно (без хирургического устранения) и для его устранения требуется оперативное вмешательство (косметическая операция), таким образом, данное повреждение является неизгладимым. Образование рубца исключается в результате применения твердого предмета (камня) (т. 1 л. <...>).

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы № 136 от 4 сентября 2025 года, показаний в суде судебно-медицинского эксперта ПИС, при обследовании ЯАВ с 7 июля 2024 года, в том числе осмотре судебно-медицинским экспертом каких-либо нарушений функции черепно-мозговых нервов, а также асимметрии лица не описывается. В рамках проведения комиссионной экспертизы 1 сентября 2025 года у ЯАВ не обнаружено выраженной асимметрии лица. Выявленные в ходе осмотра 1 сентября 2025 года легкая гипостезия (нарушение чувствительности), ограничение подвижности в правой лобной области могут быть проявлением неврита периферической ветви лицевого нерва справа, который мог сформироваться в результате травмы - рана в лобной области справа.

Обнаруженная у ЯАВ рана в лобной области со стойким нарушением функции периферической ветви лицевого нерва справа не имеет признаков опасности для жизни, в соответствии с действующими на момент совершения преступления и дачи заключения приказа Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 N 194н (ред. от 18.01.2012) "Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека", и, согласно действующего в настоящее время приказа Минздрава России от 8.04.2025 N 172н (ред. от 19.08.2025) "Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" по признаку незначительной стойкой утраты общей трудоспособности квалифицируется как причинение легкого вреда здоровью человека.

Выявленные у ЯАВ проявления нарушения функции лицевого нерва справа в виде нарушений чувствительности и ограничения подвижности лобной области справа (гипостезия) не исчезнут самостоятельно, хирургические методы лечения в данном случае не применяются, что позволяет считать данные последствия повреждения (раны) неизгладимыми. Данная гипостезия не может привести к полной атрофии мышц лица, поскольку она является лёгкой. Последствия от гиспостезии в будущем установить невозможно (т. 3 л. д. 27-36).

Характер и локализация причиненных осужденной ФИО2 потерпевшей телесного повреждения в виде колото-резаной раны волосистой части головы с помощью колюще-режущий предмета, используемого в качестве оружия, свидетельствуют об умысле ФИО2 на причинение потерпевшей легкого вреда здоровью. При этом судом правильно установлено, что мотивом преступления в отношении потерпевшей явились неприязненные отношения.

Механизм и способ причинения осужденной телесных повреждений потерпевшей, установленные судебно-медицинской экспертизой, не противоречит фактическим обстоятельствам, соответствует показаниям самой осужденной на предварительном следствии и другим изложенным в приговоре доказательствам.

Суд, исходя из обстановки в момент совершения ФИО2 преступления, мотивированно пришел к выводу, что осужденная не действовала в пределах необходимой обороны, при превышении этих пределов, либо в состоянии аффекта, поскольку со стороны потерпевшей ЯАВ не было действий, угрожавших жизни и здоровью осужденной либо её близким, действий, которые осужденная могла воспринять как нападение на её жизнь и здоровье, действий, способных вызвать у осужденной аффект.

У ФИО2 не было необходимости применять колюще-режущий предмет как предмет, используемый в качестве оружия. Совершенные действия осужденной свидетельствуют об умысле на причинение легкого вреда здоровью потерпевшей, а не о случайном, неосторожном или защитном характере её действий.

Судом обоснованно опровергнуты доводы стороны зашиты о необходимой обороне в действиях осужденной. По мнению защиты, об этом свидетельствует то, что потерпевшая ЯАВ ударила осужденную ФИО3 ногой в область живота, хватала за волосы, наклоняла к земле, поцарапала лоб, поэтому ФИО3 с целью самообороны камнем ударила ЯАВ, а не колюще-режущим предметом.

В судебном заседании на основе исследованных доказательств данные обстоятельства не установлены, опровергаются, в частности, заключением судебно-медицинской экспертизы, установившей механизм образования у потерпевшей ЯАВ колото-резанной раны колюще-режущим предметом, показаниями свидетелей ЯАА, АНВ, ТЛА о серпе, которым осужденная нанесла удар потерпевшей в область головы, показаниями свидетелей ЯВВ, ЦАВ, пояснившими, что непосредственно перед причинением потерпевшей вреда здоровью видели у осужденной серп.

В судебном заседании установлено, что в момент, непосредственно предшествующему преступлению, противоправных действий в отношении ФИО3 ЯАВ не применяла, никаких телесных повреждений, к которым бы была причастна ЯАВ, в том числе травмы живота, у подсудимой ФИО3 не установлено. Фактов того, что у ФИО3 были основания реально опасаться за свою жизнь и здоровье, не было. То есть, со стороны потерпевшей ЯАВ не исходило никаких действий, подпадающих под признаки ст. 37 УК РФ, либо угрозы их совершения.

Кроме того, в материалах дела имеется вынесенное участковым уполномоченным СФА 20 августа 2024 года постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении потерпевшей ЯАВ за отсутствием ее в действиях состава преступления, предусмотренного ст. 116.1 УК РФ, по факту обращения осужденной ФИО5 с заявлением о привлечении к ответственности ЯАВ за причинение телесных повреждений.

Непосредственно исследовав в судебном заседании указанные и иные приведенные в приговоре доказательства, суд в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ проверил их, сопоставил между собой, и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для постановления обвинительного приговора.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе время, место, способ совершения преступления, а также его мотив, судом установлены правильно.

Одним из квалифицирующих признаков тяжкого вреда, причиненного здоровью человека, является неизгладимое обезображивание лица.

В соответствии с п. 6.10 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (приложение к приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н), кооторый соответствует п. 5.1.10 Приказа Минздрава России от 08.04.2025 № 172н (ред. от 19.08.2025) степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, выразившегося в неизгладимом обезображивании его лица, определяется судом.

Давая юридическую оценку содеянному, суд правильно исходил из того, что неизгладимое обезображивание лица, как один из признаков ст. 111 УК РФ, включает в себя два обязательных критерия: медицинский, который выражается в неизгладимости оставшихся на лице следов насилия, и эстетический, основанный на оценке произошедших изменений во внешнем облике потерпевшего в сопоставлении с его прежним внешним видом и общепринятыми представлениями о том, как обычно выглядит лицо человека.

При этом следует учитывать, что данная разновидность тяжкого вреда здоровью имеет место, когда в результате повреждений лицевых тканей или органов (нос, уши, глаза, рот) лицу потерпевшего придается уродливый, отталкивающий, эстетически неприятный вид, неустранимый методами лечения.

Исследовав в судебном заседании заключения судебно-медицинских экспертиз, показания эксперта ФИО6, представленные потерпевшей доказательства, ее фотографии потерпевшей после произошедших событий, непосредственно наблюдая ее в судебном заседании, суд правильно сделал вывод о том, что повреждения на лице потерпевшей не повлекли обезображивания ее лица,

Судом оценена консультация от 10 августа 2024 года косметолога ЛОС, справка врачом-неврологом ШОС, согласно которым у потерпевшей ЯАВ выявлена грубая асимметрии правой стороны лица, нарушение мимической деятельности правой стороны лица, расстройство адаптации с инсомническим синдромом (т. 1 л. <...>).

По мнению суда, с которым согласна судебная коллегия, указанная грубая асимметрия лица, в дальнейшем в ходе предварительного следствия установлена не была. Исходя из заключений судебно-медицинских экспертиз, показаний экспертов БМВ, ПИС, при обследовании ЯАВ с 7 июля 2024 года, в том числе осмотре судебно-медицинским экспертом, каких-либо нарушений функции черепно-мозговых нервов, а также асимметрии лица не описывается, в ходе проведения комиссионной экспертизы у ЯАВ не обнаружено выраженной асимметрии лица.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, основанными в том числе на заключениях судебно-медицинских экспертиз, судебная коллегия не усматривает.

Показания потерпевшей, свидетеля БНИ о восприятии потерпевшей своей внешности не являются достаточными для признания неизгладимого обезображивания лица.

Эстетический критерий, сформировавшийся у судебной коллегии в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, также свидетельствует о явном отсутствии признака уродливости лица потерпевшей, отталкивающего ее вида и неприятного впечатления.

Само по себе наличие рубца в лобной области, признанного неизгладимым, но не вызывающим асимметрии, не нарушающих мимику и пропорции лица, как верно указал суд, не свидетельствует об обезображивании лица потерпевшей.

Доказательств того, что умысел ФИО2 был направлен на причинение тяжкого вреда здоровью, связанного с неизгладимым обезображиванием лица потерпевшей, по делу не имеется.

При таких обстоятельствах суд обоснованно переквалифицировал действия ФИО2 с п. "з" ч. 2 ст. 111 УК РФ на п. "в" ч. 2 ст. 115 УК РФ как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Обвинительный приговор в отношении ФИО2 соответствует требованиям ч. 4 ст. 302, ч. 2 ст. 307 УПК РФ. В нем проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности осужденной в содеянном, приведены убедительные мотивы, по которым суд отверг все доводы осужденной о ее невиновности в совершении преступления, обоснованно признав их несостоятельными. Каких-либо противоречий в выводах судом не допущено. Оснований для переоценки доказательств по делу, на что направлены доводы апелляционной жалобы, не имеется.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не допущено.

Назначая наказание осужденной, суд первой инстанции выполнил требования ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ. Определяя вид и размер наказания, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории преступлений небольшой тяжести, смягчающие наказание обстоятельства, личность виновной, которая впервые совершила умышленное преступление небольшой тяжести, несудимая, к административной ответственности не привлекалась, характеризуется удовлетворительно, жалоб на ее поведение не поступало, на учете у психиатра и нарколога не состоит, в быту, по месту работы характеризуется положительно.

Обстоятельством, смягчающим наказание осужденной, суд в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ обоснованно признал на основании п. "г" ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие двоих малолетних детей, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ семейное положение, оказание помощи матери, её состояние здоровья, частичное заглаживание вреда на стадии предварительного следствия, принесение извинений потерпевшей в судебном заседании и раскаяние за последствия, положительные характеристики, принятие осужденной мер к вызову скорой помощи.

Вместе с тем судебная коллегия соглашается с доводами апелляционного представления о необходимости признать в качестве смягчающего обстоятельства на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ частичное признание осужденной вины. Поскольку, как обоснованно указано в представлении, факт признания осужденной причинения ею телесного повреждения потерпевшей, но в состоянии необходимой обороны, свидетельствует именно о частичном признании вины по предъявленному обвинению. Исходя из материалов дела, оснований для признания смягчающим обстоятельством раскаяние в содеянном, по мнению судебной коллегии, не имеется.

Признание дополнительного смягчающего наказание обстоятельства влечет смягчение наказания ФИО2

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО2 наказания в виде обязательных работ должным образом мотивированы в приговоре.

Основания неприменения ст. 64 УК РФ судом указаны, и они являются верными. Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по делу не имеется. Условное осуждение к назначенному наказанию в силу требований ст. 73 УК РФ не применимо. Ввиду того, что совершенное осужденной преступление отнесено к категории небольшой тяжести, у суда отсутствовали основания для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Гражданский иск о компенсации морального вреда, присочиненного осужденной потерпевшей, разрешен с соблюдением положений ст. 151, 1101 ГК РФ, приговор в этой части отвечает принципам разумности и справедливости. Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции в полной мере учел характер причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий, связанных с ее индивидуальными особенностями, в том числе и с учетом наступивших последствий, и определил размер денежной компенсации, отвечающий требованиям разумности и справедливости.

Оснований для увеличения размера возмещения судебная коллегия не находит.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, сформулированной в п. 34 Постановления Пленума от 13 октября 2020 года N 23 "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве", на основании ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ. Потерпевшему подлежат возмещению необходимые и оправданные расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, которые должны быть подтверждены соответствующими документами.

Судом же вопрос о взыскании процессуальных издержек, связанных с оплатой услуг представителя потерпевшего в размере 70 000 рублей, не разрешен, поскольку, по мнению суда, вопросы, связанные с возмещением расходов потерпевшей, связанные с оплатой труда адвокатов, не относятся к гражданскому иску и подлежат рассмотрению в соответствии с нормами УПК РФ в порядке гл. 47 УПК РФ.

Данный вывод суда нельзя признать обоснованным, так как вопреки вышеперечисленным требованиям уголовно-процессуального закона, в материалах уголовного дела имеются копии платежных поручений и чека на общую сумму 70 000 рублей переведенных потерпевшей ЯАВ НКО Юридической консультации Ивдельского ГО, в счет оплаты по соглашению с адвокатом Марчук А. В., который в рамках уголовного судопроизводства, в том числе в судебных заседаниях, представлял интересы потерпевшей ЯАВ.

Согласно п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, относятся к процессуальным издержкам.

По смыслу закона, расходы, связанные с производством по делу, возложены на орган, в производстве которого находится дело.

В этой связи расходы потерпевшего по оплате услуг представителя подлежат возмещению из средств федерального бюджета с последующим взысканием этих процессуальных издержек с осужденной в доход государства.

Приговор суда в данной части подлежит отмене с принятием по данному вопросу нового решения в связи с наличием апелляционного повода, о возмещении потерпевшей ЯАВ понесенных ею расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю, в сумме 70 000 рублей, за счет средств федерального бюджета, и взыскании с осужденной ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальных издержек в указанной сумме.

Вопреки доводам апелляционной жалобы представителя потерпевшей, суд, оставляя без рассмотрения иск о компенсации морального вреда, причиненного ребенку потерпевшей, руководствовался уголовно-процессуальным законом, п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", исходя из которых гражданский иск о компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий) может быть предъявлен по уголовному делу, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права.

Таким образом, учитывая, что ребенок потерпевшей ЯАВ потерпевшим по уголовному делу не признавался, оснований для рассмотрения предъявленного ею матерью ЯАВ гражданского иска у суда не имелось.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, п. 9 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Ивдельского городского суда Свердловской области от 27 октября 2025 года в отношении ФИО2 изменить:

управлению Судебного департамента в Свердловской области за счет средств федерального бюджета возместить потерпевшей ЯАВ понесенные ею расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю адвокату Марчук А. В., в размере 70 000 рублей;

взыскать с осужденной ФИО2 в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки в размере 70 000 рублей;

на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим ФИО2 наказание, частичное признание вины;

смягчить назначенное ФИО2 по п. "в" ч. 2 ст. 115 УК РФ наказание до 290 часов обязательных работ.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные представление и жалобу удовлетворить частично.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационных жалоб и представления в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу определения. Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении судом кассационной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному защитнику, либо ходатайствовать о назначении защитника.

Председательствующий

Судьи