Решение № 2-557/2021 2-557/2021~М-121/2021 М-121/2021 от 8 июня 2021 г. по делу № 2-557/2021

Дело № 2-557/2021

УИД: 34RS0003-01-2021-000259-42


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 июня 2021 года город Волгоград

Кировский районный суд г. Волгограда

в составе председательствующего судьи Трусовой В.Ю.,

при секретаре Поповой Н.И.,

с участием помощника прокурора Хахамовой О.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 , ООО «Волгоградская ГРЭС» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности оформить акт по факту несчастного случая, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 , ООО «Волгоградская ГРЭС» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности оформить акт по факту несчастного случая, компенсации морального вреда.

В обоснование иска, указав, что ФИО1 до <ДАТА> работал в СПК «Тепличный». В свободное от работы время решил найти другую работу, приносящую дополнительный доход. Через своего знакомого истцу стало известно о возможности заработать, осуществляя деятельность по резке металлоконструкций. Через некоторое время ему позвонил ШСА и предложил работать на территории ООО «Волгоградская ГРЭС» (далее ООО «Волгагрэс») по адресу <адрес>, пояснив, что будет производиться демонтаж труб, регистров отопления, паровых коллекторов котла, демонтаж площадок вокруг котла, демонтаж вспомогательной конструкции на головке котла, и другие работы. Истец согласился на указанную работу. Руководителем бригады, которая занималась демонтажем старого оборудования, был ответчик ФИО2 Истец встретился с ФИО2 и ему пояснили, что он будет заниматься резкой металла газовым оборудованием за 1500 рублей в день. Трудовые отношения между ФИО1 и ФИО2 не оформлялись, гражданско-правовые договора на демонтажные работы на территории ООО «Волгагрэс» заключены не были. На месте работы ФИО1 не выдавались средства индивидуальной защиты, страховочные пояса. <ДАТА> истец приступил к работе по демонтажу старого оборудования на территории ООО «Волгагрэс». За качеством и объемами выполняемой работы, следил лично ФИО2 , а также выдавал заработную плату. <ДАТА> ФИО1 прибыл на работу. ФИО2 дал задание истцу и двум другим работникам разрезать металлическую конструкцию, которая располагалась между котлами. Поскольку у газового оборудования истца были длинные шланги, он добросовестно, исполняя свои должностные обязанности, стал выполнять трудовую функцию на высоте 18-20 метров. Поднявшись на металлическую конструкцию, ФИО1, разрезав балку, упал вниз. После падения ФИО1 позвонил ШСА и потерял сознание. На место падения прибыл ФИО2 , но не стал вызывать скорую помощь истцу. ФИО1 отвезли в ГУЗ КБСМП № и по просьбе ФИО2 истец заявил в больнице, что травма является бытовой. После обследования врачами ФИО1 был поставлен диагноз: тяжелая сочетанная травма, ОВЧТ с ушибом головного мозга легкой степени, ТСАК. Взрывной оскольчатый перелом тела L4 позвонка со спинальным блоком на данном уровне. Перелом поперечных отростков L2-L4 справа. Нижний парапарез с НФТО, перелом грудины. Множественные переломы ребер. Закрытый перелом лонной кости слева, со смещением. Закрытый оскольчатый перелом правой пяточной кости со смещением. Ушибленная рана мягких тканей головы. Рваная рана левой ягодичной области. В больнице истец находился до <ДАТА>. ФИО2 навестил истца один раз и в качестве компенсации передал ему 20 000 рублей. С <ДАТА> истцу присвоена первая группа инвалидности, он ведет постельный образ жизни, передвигаться не может. Считает, что между ООО «Волгагрэс» и ФИО2 возникли гражданско-правовые отношения по устному безвозмездному договору подряда в соответствии со ст. 702 ГК РФ. Для выполнения работ по договору подряда ФИО2 нанял работников, в том числе ФИО1 Сторонами определен срок действия договора с ФИО1 с <ДАТА> до окончания работ по демонтажу металлоконструкций ООО «Волгагрэс», оплата производилась в размере 1500 рублей в день. Из характера выполняемой работы следует, что ФИО1 работал по профессии рабочего, трудовые отношения носили срочный характер, то есть на время выполнения работ по демонтажу металлоконструкций ООО «Волгагрэс». Таким образом, между ФИО1 и ФИО2 сложились трудовые отношения.

Просит установить факт трудовых отношений между работодателем физическим лицом ФИО2 и работником ФИО1 Возложить обязанность на ФИО2 оформить акт по форме Н-1 по факту несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО1 <ДАТА>. Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей. Взыскать с ООО «Волгоградская ГРЭС» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, указал, что действительно работал на территории ООО «ВолгаГРЭС», о работе он договаривался с ФИО2 , после травмы ФИО2 однажды при ходил к нему в больницу и перевел 10 000 рублей, потом он пропал.

Представитель истца МЕА, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомлен.

Представитель ответчика ФИО2 - ХНС в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

Представитель ответчика ООО «Волгоградская ГРЭС» ММБ, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на доводы, указанные в возражении.

Представитель третьего лица Государственного учреждения – Волгоградского регионального отделения Фонда социального страхования РФ БДВ, действующий на основании доверенности, в судебном заседании при вынесении решения полагался на усмотрение суда.

Исследовав материалы дела, выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, прокурора ХОЮ, полагавшую, что исковые требования к ответчику ФИО2 подлежат удовлетворению, суд приходит к следующему.

Как следует из п. 2 ст. 1 ГК РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Таким образом, договорно-правовыми формами, опосредующими выполнение работ (оказание услуг), подлежащих оплате по возмездному договору, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и др.), которые заключаются на основе свободного и добровольного волеизъявления заинтересованных субъектов - сторон будущего договора.

В силу ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ст. 16 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Фактическое допущение работника к работе без ведома или поручения работодателя либо его уполномоченного на это представителя запрещается.

В соответствии со ст.56 ТК РФ, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <ДАТА> № «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством (пункт 18).

В соответствии с абзацем 4 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <ДАТА> № если физические лица осуществляют предпринимательскую и профессиональную деятельность в нарушение требований федеральных законов без государственной регистрации и (или) лицензирования и вступили в трудовые отношения с работниками в целях осуществления этой деятельности, то такие физические лица несут обязанности, возложенные Трудовым кодексом Российской Федерации на работодателей - индивидуальных предпринимателей.

В пункте 21 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <ДАТА> № закреплено, что при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

В пункте 17 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <ДАТА> № разъяснено, что которым к признакам существования трудовых правоотношений относятся, в том числе выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда <ДАТА>).

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 имеет образование газоэлектросварщика. Через знакомого узнал о возможности устроиться на работу по специальности. На номер телефона ФИО1 позвонил ШСА и предложил работать в ООО «Волгоградская ГРЭС» по адресу <адрес>. Руководителем бригады был ФИО2

С <ДАТА> ФИО1 был допущен к работе в качестве резчика металла газовым оборудованием с ведома и по поручению ФИО2 , было определено место работы истца и выполнение определенной трудовой функции в интересах и по поручению работодателя, за выплачиваемую заработную плату в размере 1500 рублей за каждый день работы.

<ДАТА> на территории ООО «Волгагрэс» при резке металлической конструкции на высоте примерно 18-20 метров, ФИО1 упал, его доставили в ГУЗ КБСМП №, по просьбе ФИО2 истец заявил, что травма является бытовой.

При обследовании врачами ФИО1 был поставлен диагноз: тяжелая сочетанная травма. ОВЧТ с ушибом головного мозга легкой степени. ТСАК. Взрывной оскольчатый перелом тела L4 позвонка со спинальным блоком на данном уровне. Перелом поперечных отростков L2-L4 справа. Нижний парапарез с НФТО. Перелом грудины. Множественные переломы ребер. Закрытый перелом лонной кости слева, со смещением. Закрытый оскольчатый перелом правой пяточной кости со смещением. Ушибленная рана мягких тканей головы. Рваная рана левой ягодичной области.

Как следует из пояснений истца и подтверждается материалами дела, ФИО2 передал ФИО1 денежные средства в размере 10 000 рублей наличными, 10 000 рублей переводом на банковскую карту.

По факту причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1, ОП № УМВД России по <адрес> проводилась проверка и в возбуждении уголовного дела было отказано на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ.

При проведении дополнительной проверки опрошенный ФИО2 пояснил, что ему предложил подработать Павел, а именно на территории ООО «Волгоградская ГРЭС» происходит разбор старых неиспользуемых зданий и сооружений, что туда необходимы подсобные рабочие и газорезчики металла, и что будет платить 1500 рублей в день. На предложение Павла он согласился. Официально они какие-либо трудовые отношения не оформляли. Он предложил данную работу своему знакомому ШСА, на что он также согласился. Он и ШСА также начали искать других работников, кто мог согласиться на данную работу. На их предложения соглашались различные люди, они то приходили, то уходили, трудовые отношения ни с кем не заключались. Рабочий день у них был не регламентирован, они в основном приходили на работу в 08.00 часов и уходили в 17.00 часов. На территорию ООО «Волгоградская ГРЭС» впервые их провел Павел, который договаривался с охраной предприятия, пропусков не выдавали. Одним из газорезчиков, который с ними работал, был ФИО1, насколько он помнит, ему предложил работать Сурен. В один из дней сентября 2019 года, когда его не было на производстве, ему позвонил Сурен и пояснил, что ФИО1 упал с большой высоты при производстве работ. Он сразу же направился на территорию ООО «Волгоградская ГРЭС». В связи с тем, что Павел сказал, что приедет автомобиль, они не стали вызывать скорую помощь. Через некоторое время приехал автомобиль, они погрузили на носилки ФИО1 и доставили в ГУЗ «КБ СМП №». Он один раз приходил к ФИО1 в больницу. Павел для передачи ФИО1 передал ему 20 000 рублей. Затем их перестали пускать на территории ООО «Волгоградская ГРЭС».

В силу ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу также являются свидетельские показания, которые должны оцениваться судом в совокупности с другими доказательствами.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №1 пояснил, что он и ФИО1 работали газорезчиками на ООО «Волгагрэс», получали заработную плату каждую неделю, нам были выданы каски. ФИО1 работал по графику ?. Он нашел объявление о работе газорезчиком в ООО «Волгагрэс» в интернете, позвонил по объявлению, и ему была назначена встреча, на которой его встретил Сурен, провел на территорию ООО «Волгагрэс» и показал объем работы. На следующий день на работу пришел ФИО1 <ДАТА> ФИО1 упал с балки, он видел его лежащим на земле, без сознания. Затем кто-то принес носилки, ФИО1 погрузили в машину и увезли в Каустик, скорую помощь не вызывали.

Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании пояснил, что ФИО1 знает, вместе работали у ФИО2 Он позвонил по объявлению, ему сказали приехать на «Волгогрэс» для работы газорезчиком. Он приехал, его встретили, проводили в цех, где он переоделся. В первый рабочий день познакомился с истцом. Он работал в паре с ФИО1, который также работал газорезчиком. ФИО2 сказал идти резать металл. Трудовые отношения с ним не оформлялись. В 2019 году находились в цеху на территории «Волгагрэс». Он отлучился на некоторое время, когда пришел, была суета. Он не видел сам момент падения ФИО1 Когда подошел, ФИО1 лежал на земле, его грузили в машину. Кто вызвал машину, он не знает. ФИО2 там был, суетился, пытался помочь. На территории «Волгагрэс» есть охрана, они проходили свободно, без досмотра, только говорили, что от ФИО2 В первый рабочий день он пришел с ФИО2 , и он провел его через проходную. Период работы не обговаривался, только говорили, пока не выполним работу. Режим работы был определен 5 дней в неделю с 8.00 утра до 17.00 вечера с выплатой заработной платы 1500 рублей в день. Инструктаж по технике труда и безопасности не проводился, он нигде не расписывался. Работали на высоте, поручения давал ФИО2 Средств индивидуальной защиты, страховочных поясов, касок не было, инструктаж по технике безопасности ни кто не проводил.

Свидетель Свидетель №3 в судебном заседании пояснил, что он осуществлял монтажные работы на территории «Волгагрэс» с весны 2019 года по 2020 год. Работал у ИП ФИО3 , которая является подрядчиком ООО «Волгагрэс». Он работал мастером участка, была у него бригада около 20 человек. ФИО1 у него не работал. Они выполняли демонтажные работы конструкций железобетонных, металлических, которые принадлежали ООО «Волгагрэс». Инструктаж с ними проводили. В сентябре 2019 года в бригаде, сколько работало газорезчиков, не знает. Кроме его бригады, были другие подрядчики с Волжского, мастер ФИО4 ФИО2 знает, на территории ООО «Волгагрэс» его видел. Чем ФИО2 занимался неизвестно. На ООО «Волгагрэс» есть главный корпус, где внутри проводился демонтаж железных конструкций. Турбинный цех разбирала бригада из <адрес>. Заработную плату получали от ООО «Волгагрэс» безналичным расчетом, затем раздавали работникам. На пропускной предоставлял список людей с паспортными данными и работники должны были, проходить с паспортами. Режим был пропускной. О несчастном случае с работником стало известно в 2020 году, когда прислали запросы предоставить списки рабочих с полиции в ООО «Волгагрэс», а они перенаправляли им.

Существенных противоречий в показаниях указанных свидетелей, допрошенных судом со стороны истца, суд не усматривает.

Напротив, из показаний указанных свидетелей, которые являются незаинтересованными в исходе дела лицами, следует, что истец работал в качестве газорезчика у ФИО2 , подчинялся правилам внутреннего распорядка, выполнял задания и поручения работодателя, получал заработную плату. Показания данных свидетелей ничем не опровергнуты.

На основании анализа представленных в дело доказательств, каждого в отдельности и в их совокупности, суд приходит к выводу, что отношения, сложившиеся между истцом и ФИО2 носили трудовой характер, поскольку ФИО1 исполнял работу по определенной должности газорезчика, фактически был допущен к исполнению трудовых обязанностей с ведома и по поручению работодателя ФИО2 , лично выполнял трудовые обязанности, получал заработную плату.

В данном случае юридически значимые по делу обстоятельства истцом доказаны, ответчиком не опровергнуты.

По трудовому договору работник осуществляет выполнение работ определенного рода, что и имело место в данном случае.

В нарушение ст. ст. 15, 56 ТК РФ, трудовой договор с истцом в письменной форме оформлен не был. Истец, осуществляя свою трудовую деятельность, действовал по распоряжению ФИО2 Наличие вины ответчика ФИО2 при случившемся несчастном случае на производстве очевидно, так как он не выполнил требуемые нормы действующего законодательства, нормы Трудового кодекса РФ, не обеспечил безопасные условия труда для своих сотрудников, уклонялся от оформления трудовых отношений с ним, скрыл факт производственной травмы, не составили акт о производственной травме и не выполнили иные требования, невыполнение которых повлекло нарушение его законных прав и интересов, повреждения его здоровья.

Отсутствие трудового договора в письменной форме свидетельствует о невыполнении именно работодателем требований трудового законодательства, негативные последствия чего не могут быть возложены на работника. Данные факты не исключают возможности признания отношений между ФИО1 и ФИО2 трудовыми.

В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношений признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 названного Кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Согласно ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В соответствии со ст. 227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с главой 36 ТК РФ подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Суд полагает, что травма, полученная ФИО1, является полученной на производстве, в связи с чем, указанное событие подлежало расследованию работодателем в установленном законом порядке, с составлением акта о произошедшем несчастном случае на производстве по форме Н-1.

Поскольку между ФИО1 и ФИО2 сложились трудовые отношения, суд приходит к выводу о возложении на ответчика ФИО2 обязанности оформить акт по форме Н1 о несчастном случае на производстве по факту травмы, повлекшей причинение тяжкого вреда здоровью работника в соответствии со ст. 230 ТК РФ, согласно которой по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме и в порядке, предусмотренном Постановлением Минтруда России от <ДАТА> № "Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях" (зарегистрировано в Минюсте России <ДАТА> N 3999). С учетом установленных обстоятельств, произошедшего события при исполнении трудовых обязанностей в рабочее время на рабочем месте, оснований полагать, что несчастный случай является непроизводственным, суд не усматривает.

В соответствии со статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам.

Согласно ст. 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 8 Постановления № Пленума Верховного Суда Российской Федерации «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от <ДАТА> также разъяснено, что при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Руководствуясь критериями, установленными ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в п. п. 2, 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», на основании исследования и оценки фактических обстоятельства дела и представленных по делу доказательств, оценив характер нравственных страданий истца, причиненных вследствие причинения ему тяжкого вреда здоровью в результате падения; с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен вред, учитывая характер и степень нравственных страданий истца, который продолжал лечение после получения травмы в течение длительного времени, индивидуальные особенности истца, который длительное время переживал душевные страдания, а также то обстоятельство, что истец не может вести нормальный, привычный для себя образ жизни, с учетом требований разумности и справедливости, суд определил к взысканию с ответчика ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей.

Требования ФИО1 к ООО «Волгоградская ГРЭС» о компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению, поскольку доказательств того, что между ООО «Волгоградская ГРЭС» и ФИО1 имелись какие-либо трудовые отношения и то что, он осуществлял работу с ведома и по поручению ООО «Волгоградская ГРЭС», суду представлено не было. То, что ФИО1 осуществлял работу на территории ООО «Волгоградская ГРЭС», не является основанием для компенсации ему морального вреда.

Кроме того, в соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, с ФИО2 подлежит взысканию государственная пошлина в бюджет <адрес> в размере 600 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 , ООО «Волгоградская ГРЭС» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности оформить акт по факту несчастного случая, компенсации морального вреда,- удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между работодателем ФИО1 и работником ФИО2 за период с <ДАТА> по <ДАТА>.

Возложить обязанность на работодателя ФИО2 оформить акт по форме H-1 о несчастном случае на производстве, произошедшем с ФИО1 <ДАТА> и выдать копию акта ФИО1.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, - отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Волгоградская ГРЭС» о компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в доход административного округа город-герой Волгоград в размере 600 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме в Волгоградский областной суд через Кировский районный суд <адрес>.

Мотивированный текст решения суда изготовлен <ДАТА> года.

Судья В.Ю. Трусова