Определение № 33-1532/2026 33-17884/2025 от 3 февраля 2026 г.

Мотивированное
определение изготовлено 04.02.2026

УИД: 66RS0029-01-2025-001235-44

Дело № 33-1532/2026 (33-17884/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 30.01.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Зоновой А.Е.,

судей Пономаревой А.А., Мурашовой Ж.А.

при ведении протокола помощником судьи Груниным С.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску Министерства образования и науки Краснодарского края к ФИО1 о взыскании единовременной компенсационной выплаты в связи с невыполнением условий трехстороннего договора № 79/2020 от 01.09.2020,

по апелляционным жалобам сторон на решение Камышловского районного суда Свердловской области от 20.10.2025 (дело № 2-834/2025).

Заслушав доклад судьи Зоновой А.Е., судебная коллегия

установила:

Министерство образования и науки Краснодарского края обратилось с иском к ФИО1 о взыскании единовременной компенсационной выплаты в связи с невыполнением условий трехстороннего договора № 79/2020 от 01.09.2020.

В обосновании иска указано, что на основании заявления ФИО1 между Министерством образования, науки и молодежной политики Краснодарского края, ответчиком и МОБУ СОШ № 3 имени Г.С. Сидоренко, был заключен трехсторонний договор от 01.09.2020 № 79/2020, по которому ответчику предоставлена единовременная компенсационная выплата в размере 1000 000 руб. путем перечисления на указанный им расчетный счет. Согласно пункту 2.3.2 трехстороннего договора ответчик обязана была исполнять трудовые обязанности в течение 5 лет со дня заключения трудового договора по должности, включенной в Перечень вакантных должностей, в соответствии с которым осуществляются единовременные компенсационные выплаты в соответствии с трудовым договором. В связи с прекращением 04.04.2024 трудового договора, заключенного ответчиком с общеобразовательной организацией, до истечения 5 (пяти) лет со дня заключения трудового договора ответчику необходимо было в течение 40 дней со дня наступления указанного обстоятельства возвратить полученную единовременную компенсационную выплату в полном объеме в бюджет Краснодарского края, что установлено пунктом 2.3.3 трехстороннего договора № 79/2020. В связи с тем, что ответчиком не были выполнены условия трехстороннего договора № 79/2020, истец обратился к ответчику с требованием о возврате предоставленной единовременной компенсационной выплаты, возврат выплаты до настоящего времени не был произведен. В соответствии с постановлением Губернатора Краснодарского края от 24.10.2024 № 707 «О реорганизации министерства образования, науки и молодежной политики Краснодарского края и о внесении изменений в отдельные нормативные правовые акты Краснодарского края» Министерство образования, науки и молодежной политики Краснодарского края переименовано в Министерство образования и науки Краснодарского края. На основании изложенного истец просил взыскать с ФИО1 сумму в размере 1 000 000 руб., полученную на основании трехстороннего договора № 79/2020.

Определением от 04.08.2025 к участию в деле в качестве третьего лица на стороне истца привлечено МОБУ СОШ № 3 имени Г.С. Сидоренко г.Новокубанска МО Новокубанский район, как сторона трехстороннего договора № 79/2020 от 01.09.2020.

Решением Камышловского районного суда Свердловской области от 20.10.2025 исковые требования Министерства удовлетворены частично.

Взыскана с ФИО1 в пользу Министерства образования и науки Краснодарского края единовременная компенсационная выплата в связи с невыполнением условий трехстороннего договора № 79/2020 от 01.09.2020 в размере 750000 рублей.

Взыскана с ФИО1 государственная пошлина в доход бюджета 20 000 руб.

Представитель Министерства образования и науки Краснодарского края в апелляционной жалобе выражает несогласие с частичным удовлетворением заявленных требований, полагая необоснованным применение к спорным правоотношениям по возврату суммы норм трудового законодательства, ст.250 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку истец не являлся стороной трудового договора, заключенного с ответчиком. Полагает, что суд неверно определил характер выплаты как целевой финансовой помощи, в качестве дополнительной гарантии в рамках трудовых отношений, поскольку целью предоставления выплаты является восполнение дефицита квалифицированных кадров общеобразовательных организаций, расположенных в сельской местности с городах с населением до 50000 человек.

Не согласившись с данным решением, ответчик ФИО1 принесла на него апелляционную жалобу, в которой просит решение суда изменить, снизить размер взыскиваемой суммы единовременной выплаты до 200000 рублей с учетом имущественного и семейного положения ответчика, отсутствия доказательств умышленных действий по получению выплаты при отсутствии намерения осуществлять трудовую деятельность. Не согласна с удовлетворением требований в связи с пропуском истцом срока исковой давности, полагая его начавшимся 25.01.2021.

В заседание судебной коллегии стороны и представитель третьего лица не явились, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом (направлены почтовые извещения, истцу и третьему лицу также по электронной почте, ответчик СМС-извещение), в том числе путем размещения сведений о дате, месте и времени судебного заседания на официальном сайте Свердловского областного суда (24.12.2025). С учетом ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая отсутствие ходатайств об отложении судебного заседания и сведений об уважительных причинах неявки, судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционных жалоб, в соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО1 признана победителем конкурсного отбора на право получения единовременной компенсационной выплаты учителям, прибывшим (переехавшим) на работу в сельские населенные пункты, либо рабочие поселки, либо поселки городского типа, либо города с населением до 50 тысяч человек в рамках государственной программы Краснодарского края «Развитие образования».

01.09.2020 между Министерством образования, науки и молодежной политики Краснодарского края, ФИО1 и МОБУ СОШ № 3 имени Г.С. Сидоренко г. Новокубанска МО Новокубанский район был заключен трехсторонний договор от 01.09.2020 № 79/2020, а ответчику предоставлена единовременная компенсационная выплата как учителю, прибывшему (переехавшему) на работу в сельские населенные пункты, либо рабочие поселки, либо поселки городского типа, либо города с населением до 50 тысяч человек, в размере 1000 000 рублей, которая была перечислена на указанный им расчетный счет, с принятием на себя ответчиком обязательств по трудоустройству на должность учителя химии в МОБУ СОШ № 3 имени Г.С. Сидоренко г. Новокубанска муниципального образования Новокубанский район (л.д. 9-10).

По условиям указанного договора Министерство образования, науки и молодежной политики Краснодарского края обязалось обеспечить предоставление ФИО1 единовременной компенсационной выплаты в размере 1 000 000 руб., которая перечислена последней на основании платежного поручения N 618786 от 24.09.2020.

Согласно приказу МОБУСОШ N 3 от 15.03.2024 с ФИО1 расторгнут трудовой договор на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по собственному желанию) с 04.04.2024.

После увольнения ответчиком полученная выплата добровольно возращена не была.

Разрешая спор, суд руководствовался нормами Постановления Правительства Российской Федерации от 26.12.2017 N 1642, которым утверждена государственная программа Российской Федерации "Развитие образования", а именно приложением N 23 к которой являются Правила предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации в целях софинансирования расходных обязательств субъектов Российской Федерации по осуществлению единовременных компенсационных выплат учителям, прибывшим (переехавшим) на работу в сельские населенные пункты, либо рабочие поселки, либо поселки городского типа, либо города с населением до 50 тыс. человек, в рамках государственной программы Российской Федерации "Развитие образования", учитывая заключение трехстороннего договора о предоставлении ФИО1 единовременной компенсационной выплаты и неисполнение последней обязательств отработать не менее 5 лет в МОБУ СОШ № 3 имени Г.С. Сидоренко г. Новокубанска МО Новокубанский район, пришел к выводу о правомерности заявленных требований о взыскании суммы выплаты 1000000 рублей, применив к спорным правоотношениям положения ст.250 Трудового кодекса Российской Федерации с учетом характера правоотношений, а также имущественного и семейного положения ответчика, снизил сумму взыскания до 750000 рублей.

Суд первой инстанции отклонил доводы ответчика о нарушении истцом трехстороннего договора № 79/2020, по условиям которого сторонами должно быть заключено дополнительное соглашение о продлении срока действия договора на период неисполнения учителем трудовой функции в полном объеме, как противоречащие в целом условиям договора, согласно которым при досрочном расторжении трудового договора (не зависимо от отработанного времени в рамках установленных 5 лет), она обязана вернуть в полном объеме единовременную компенсационную выплату, поскольку трудовой договор расторгнут на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, то есть, по собственному желанию работника.

Также суд первой инстанции отклонил доводы ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд с настоящими требованиями, поскольку трудовые отношения между ФИО1 и МОБУ СОШ № 3 были прекращены 04.04.2024, следовательно, именно с указанной даты у ответчика возникла обязанность по возврату суммы единовременной компенсационной выплаты в течение 40 дней, которая ею исполнена не была в течение указанного срока с момента получения требования о возврате суммы, что повлекло обращение в суд с иском 27.06.2025, в пределах срока, установленного ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Оценивая доводы жалоб сторон, судебная коллегия полагает выводы суда первой инстанции о наличии в принципе оснований для взыскания с ответчика единовременной компенсационной выплаты в связи с нарушением условий договора, основанными на верной оценке фактических обстоятельств дела и условий договора о предоставлении единовременной компенсационной выплаты, правильном применении норм материального права.

Постановлением Правительства РФ от 26.12.2017 N 1642 утверждена государственная программа Российской Федерации "Развитие образования".

Приложением N 23 к государственной программе утверждены Правила предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации в целях софинансирования расходных обязательств субъектов Российской Федерации по осуществлению единовременных компенсационных выплат учителям, прибывшим (переехавшим) на работу в сельские населенные пункты, либо рабочие поселки, либо поселки городского типа, либо города с населением до 50 тыс. человек, в рамках государственной программы Российской Федерации "Развитие образования".

На момент заключения трехстороннего договора № 79/2020 01.09.2020 между истцом, ответчиком и МОБУ СОШ № 3 имени Г.С. Сидоренко г. Новокубанска МО Новокубанский район действовали правила в следующей редакции.

Согласно п.9 Правил единовременная компенсационная выплата предоставляется учителю органом, уполномоченным высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации (далее - уполномоченный орган), на основании заключенного с учителем договора о предоставлении единовременной компенсационной выплаты, а также трудового договора, заключенного учителем с общеобразовательной организацией, подведомственной органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органу местного самоуправления (далее - трудовой договор), предусматривающего в том числе распространение трудовых прав, социальных гарантий и компенсаций, ограничений, обязанностей и ответственности, которые установлены законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

В соответствии с п.11 Правил учитель, заключивший трудовой договор, принимает следующие обязательства:

а) исполнять трудовые обязанности в течение 5 лет со дня заключения трудового договора по должности в соответствии с трудовым договором при условии его продления на период неисполнения трудовой функции в полном объеме (кроме времени отдыха, предусмотренного статьями 106 и 107 Трудового кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных статьями 255, 256 и 257 Трудового кодекса Российской Федерации);

б) в случае неисполнения обязательства, предусмотренного подпунктом "а" настоящего пункта, возвратить в бюджет субъекта Российской Федерации в полном объеме единовременную компенсационную выплату при расторжении трудового договора (за исключением случаев прекращения трудового договора по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 и пунктами 5 - 7 части первой статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации).

Пунктом 11(1) Правил предусмотрено, что в случае невозврата учителем единовременной компенсационной выплаты в бюджет субъекта Российской Федерации в течение срока, указанного в требовании о возврате единовременной компенсационной выплаты, направленном учителю уполномоченным органом, или в случае отказа учителя от возврата единовременной компенсационной выплаты уполномоченный орган обеспечивает взыскание единовременной компенсационной выплаты, подлежащей возврату, в судебном порядке.

В соответствии с 11 Правил учитель, заключивший трудовой договор, принимает обязательства исполнять трудовые обязанности в течение 5 лет со дня заключения трудового договора по должности в соответствии с трудовым договором при условии его продления на период неисполнения трудовой функции в полном объеме (кроме времени отдыха, предусмотренного статьями 106 и 107 Трудового кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных статьями 255, 256 и 257 Трудового кодекса Российской Федерации), а в случае их неисполнения возвратить в бюджет субъекта Российской Федерации в полном объеме единовременную компенсационную выплату при расторжении трудового договора (за исключением случаев прекращения трудового договора по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 и пунктами 5 - 7 части первой статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации).

Указанное означает, что учитель обязуется в полном объеме выполнять трудовую функцию в течение 5 лет, а при досрочном расторжении трудового договора (не зависимо от отработанного времени в рамках установленных 5 лет), обязан вернуть в единовременную компенсационную выплату.

Аналогичные по своему содержанию нормы содержатся в действующей редакции Правил.

Аналогичные нормы содержатся также и в Порядке, утвержденном Постановлением главы администрации Краснодарского края № 48 от 31.01.2020. Постановление Главы Администрации Краснодарского края от 31.01.2020 № 48 вместе с утвержденным Порядком предоставления единовременной выплаты на территории Краснодарского края в 2020-2022 приобщены судебной коллегией на стадии апелляционного рассмотрения.

В соответствии с п.2.3.2 Договора ответчик обязалась исполнять трудовые обязанности в течение 5 лет со дня начала работы по должности, включенной в Перечень вакантных должностей, для замещения победителями конкурсного отбора на право получения единовременной компенсационной выплаты учителю, прибывшему (переехавшему) на работу в сельские населенные пункты, либо рабочие поселки, либо поселки городского типа, либо города с населением до 50 тысяч человек.

В случае прекращения трудового договора с организацией до истечения 5 лет со дня начала работы (за исключением случаев прекращения трудового договора по основаниям, предусмотренным п. 8 ч. 1 ст. 77, п.п. 5-7 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса РФ), ответчик обязалась возвратить единовременную компенсационную выплату в полном объеме в краевой бюджет в течение 40 дней со дня наступления указанного обстоятельства (пункт 2.3.3. договора).

Анализ положений Трудового кодекса Российской Федерации, на которые имеется указание в пункте 11 Приложения N 23 в государственной программе "Развитие образования", пункте 3.1 Положения N 439 и в пункте 2.3.3 трехстороннего договора, заключенного с ответчиком, дает основание прийти к выводу о том, что освобождение педагога от возврата компенсационной выплаты может иметь место в случае прекращения трудового договора ввиду наличия медицинских противопоказаний к данному виду деятельности либо по независящим от воли сторон договора обстоятельствам, то есть прекращение отношений должно носить вынужденный характер.

Поскольку при заключении трёхстороннего договора ответчик добровольно приняла на себя обязанность отработать не менее пяти лет по основному месту работы в соответствии с заключенным трудовым договором в образовательной организации, однако была уволена по собственному желанию до истечения данного срока, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что требования истца о взыскании с ответчика компенсационной выплаты подлежат удовлетворению, отклонив доводы ответчика о незаключении с ней дополнительного соглашения в соответствии с положениями п.2.2.2 договора как не свидетельствующие о наличии оснований для освобождения от исполнения обязательств.

В соответствии с данным пунктом уполномоченный орган (министерство) обязался заключить дополнительное соглашение со сторонами договора о продлении срока его действия на период неисполнения учителем трудовой функций в полном объеме (кроме времени отдыха, установленного ст.ст.106107 Трудового кодекса Российской Федерации, кроме случаев установленных ст.ст.255, 256 и 257 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно полученным от третьего лица сведениям, приобщенным к материалам дела судебной коллегией в качестве дополнительного доказательства, следует, что ФИО1 была трудоустроена в МОБУ СОШ № 3 им. Сидоренко Г.С. с 01.09.2020 по 04.04.2024, в период с 25.01.2021 по 13.06.2021 находилась в отпуске по беременности и родам, затем на больничном с 14.06.2021 по 29.06.2021, с 30.06.2021 по 03.04.2024 в отпуске по уходу за ребенком, 04.04.2024 – уволена по собственному желанию.

Из указанного следует, что у Министерства как у уполномоченного органа не имелось даже оснований для заключения с ФИО1 соглашения о продлении срока действия договора в связи с ее увольнением сразу после окончания отпуска по уходу за ребенком. Доказательств отказа в заключении такого договора не имеется в материалах дела, что свидетельствует об отсутствии оснований для отказа в удовлетворении требований на данном основании по доводам жалобы ответчика.

Также суд правомерно отклонил доводы ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд по взысканию суммы единовременной компенсационной выплаты, поскольку увольнение ФИО1 произведено приказом от 15.03.2024 с 04.04.2024.

По условиям трехстороннего договора о предоставлении единовременной компенсационной выплаты от 01.09.2020 предусмотрена обязанность учителя возвратить единовременную выплату в течение 40 календарных дней со дня наступления обстоятельств, указанных в договоре при этом реквизиты для перечисления предоставляются уполномоченным органом.

С учетом положений ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из того, что Министерство было осведомлено о прекращении трудовых отношений между образовательным учреждением и ФИО1 только после получения уведомления от МБОУ СОШ № 3 от 10.04.2024 об увольнении ответчика с 04.04.2024.

Самостоятельно о прекращении трудовых отношений и необходимости предоставления реквизитов для возврата единовременной выплаты ФИО1 после своего увольнения из школы в Министерство не сообщала и не обращалась с соответствующим заявлением.

В связи с указанным в адрес ФИО1 направлено Министерством 26.04.2024 (почтовая квитанция л.д.15) требование о возврате выплаты, в котором было указано, что выплата должна была быть возвращена в течение 40 дней со дня наступления обстоятельств для ее возврата (увольнения), в уведомлении указан срок до 14.05.2024 (л.д.11). К данному требованию также были приложены реквизиты для возврата, без наличия которых возврат выплаты был бы невозможен в принципе.

Согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором письмо доставлено адресату 07.05.2024 (л.д.50). Суд, исчисляя срок для добровольного исполнения требования, учел данные производственного календаря на 2024 год, приходя к выводу, что, исходя из условий трехстороннего договора выплата должна была быть возвращена в течение 40 дней, то есть, до 05.07.2024 (расчет произведен в рабочих днях), обязательства по возврату компенсационной выплаты ответчик не исполнила в установленный срок. С учетом изложенного срок обращения в суд на дату подачи иска 27.06.2025, по мнению суда, не истек, что свидетельствует о правомерности признания оснований судом для удовлетворения заявленных требований.

Судебная коллегия отмечает, что в соответствии с положениями Порядка предоставления выплаты, утвержденного Постановлением главы администрации Краснодарского края от 31.01.2020 № 48, в п.3.2 определено, что в течение трех рабочих дней со дня прекращения трудового договора работник обязан уведомить уполномоченный орган с последующим возвращением выплаты. Указанная обязанность ФИО1 выполнена не была.

В силу п.3.4 Порядка при получении информации о прекращении трудового договора, уполномоченный орган направляет учителю требование о возврате единовременной выплаты, которое учитель обязан исполнить в течение 30 календарных дней со дня его получения.

При этом условия самого договора, заключенного между сторонами, указывали на необходимость возврата суммы в течение не 30 дней как в установленном общем порядке, а в более длительный срок 40 дней с учетом необходимости в том числе предоставления реквизитов для выплаты уполномоченным органом, что само по себе нормативным актам не противоречит. Учитывая получение таких реквизитов ответчиком только 07.05.2024 вместе с требованием о возврате суммы выплаты, с указанной даты подлежал, по мнению коллегии, как верно указал суд первой инстанции, течению срок для добровольного возврата суммы, что свидетельствовало также об отсутствии достоверного установления истцом ранее истечения данного срока самого факта наступления ущерба в части невозврата единовременной выплаты ответчиком.

При этом, учитывая положения ч.5 ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающей возможность восстановления судом сроков, установленных данной нормой, на обращение в суд, как работнику, так и работодателю, учитывая истечение календарных 40 дней с момента получения ответчиком требования о возврате суммы 18.06.2024, учитывая, статус истца как органа исполнительной власти и его действия, направленные на защиту в первую очередь интересов бюджета Краснодарского края, права которого нарушены в связи с необоснованным неисполнением обязательств ответчиком отработать в образовательном учреждении в сельской местности 5 лет после заключения договора и получения выплаты, учитывая саму цель предоставления выплаты (направленной на обеспечение кадрами школ сельской местности) судебная коллегия полагает, что обращение с иском в суд 27.06.2025 следует признать имевшим место с незначительным пропуском срока по ч.4 ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации, который должен быть с учетом фактических обстоятельств данного дела восстановлен, тем более, учитывая заблуждение истца относительно применяемых норм права к спорным правоотношениям.

Доводы жалобы ответчика о необходимости исчисления срока на обращение в суд с 25.01.2021 основаны на неверном толковании условий предоставления выплаты, а также требований нормативных актов о ее возврате.

Условия фактически заключенного трехстороннего договора, в пункте 2.3.3, определяют, что выплата подлежала возврату не с момента начала отпуска по беременности и родам ответчика (с 25.01.2021) и отпуска по уходу за ребенком, а только после прекращения трудовых отношений между сторонами в апреле 2024, поскольку только после указанного обстоятельства у ответчика возникла обязанность по возврату суммы единовременной выплаты в связи с неисполнением обязательств.

Определяя сумму взыскания, суд первой инстанции исходил из применения к спорным правоотношениям положений трудового законодательства, ст.250 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы истца, указывавшего, га отсутствие применения к спорным отношениям норм трудового законодательства.

Судебная коллегия отмечает, что тот факт, что средства на спорную выплату выделены за счет средств бюджета, а не самого работодателя, направлены на привлечение педагогов к работе в сельской местности, не свидетельствует о невозможности применения норм трудового права, тем более, что действующим законодательством не предусмотрено норм, исключающих возможность применения аналогии закона в трудовом праве.

Суд учел, что принятые Правила предоставления единовременных компенсационных выплат учителям направлены на привлечение и закрепление в образовательных учреждениях кадров, повышение социальной защищенности работников, призваны обеспечить более широкий объем прав работников и предоставляемых им гарантий в рамках взаимного согласования интересов работников и работодателей. Участником программы может являться только работник, заключивший трудовой договор с работодателем. Определение в трехстороннем договоре от 01.09.2020 условий предоставления работнику целевых финансовых средств в виде указанной выплаты, а также условия возврата полученной суммы при нарушении условий ее предоставления не противоречат трудовому законодательству и не ущемляют права работника по сравнению с нормами трудового законодательства.

Поскольку заявленный спор связан со взысканием с ответчика именно как с работника предоставленной ему целевой финансовой помощи в качестве дополнительной гарантии в рамках трудовых отношений, то он подлежит разрешению в том числе с учетом трудового законодательства в части норм, регулирующих возмещение ущерба работником, привлечения его к материальной ответственности.

Вопреки доводам жалобы истца о том, что между сторонами отсутствуют трудовые отношения, в связи с чем положения Трудового кодекса Российской Федерации не могут быть применены, судом первой инстанции указанные положения применены правильно, поскольку выплаченная ответчику единовременная выплата связана непосредственно с ее работой в сельской местности по договору, который заключен с ней, работодателем и истцом, в связи с чем на данные правоотношения распространяются положения Трудового законодательства, в частности, положения ст.250 Трудового кодекса Российской Федерации.

Аналогичная позиция приведена в Определении Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 10.04.2025 по делу N 88-4408/2025, от 23.08.2022 по делу № 88-13043/2022, Определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 01.10.2025 по делу N 88-24947/2025.

Отношения, связанные со снижением органом по рассмотрению трудовых споров размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, урегулированы в ст.250 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не производится, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.

Как разъяснено в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что работник обязан возместить причиненный ущерб, суд в соответствии с частью первой статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации может с учетом степени и формы вины, материального положения работника, а также других конкретных обстоятельств снизить размер сумм, подлежащих взысканию, но не вправе полностью освободить работника от такой обязанности. Оценивая материальное положение работника, следует принимать во внимание его имущественное положение (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейное положение (количество членов семьи, наличие иждивенцев, удержания по исполнительным документам) и т.п.

Указанные положения закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом первой инстанции применены к спорным правоотношениям верно.

Как следует из материалов дела, судом учтено, что ФИО1 является матерью троих несовершеннолетних детей, 2008, 2012, ДД.ММ.ГГГГ г.р., которые находятся на ее иждивении, трудоспособна, средний ежемесячный доход составляет 12000 руб., имеет кредитные обязательства по ипотеке (кредитный договор от 05.08.2025, заключен после прекращения работы в МОУ СОШ № 3).

Оценивая представленные доказательства по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что невозможность дальнейшего исполнения трудовых обязанностей возникла в том числе в виду беременности истца и рождения третьего ребенка, учтя наличие на иждивении троих детей, кредитные обязательств, уровень дохода истца, суд обоснованно пришел к выводу о необходимости снижения размера взыскиваемой суммы до 750 000 руб.

При этом судебная коллегия не находит оснований согласиться с доводам жалобы ответчика о необходимости снижения суммы взыскания еще в большем размере, поскольку совокупностью представленных доказательств не подтверждено наличие тяжелого имущественного и семейного положения ответчика (наличие на иждивении детей учтено), также не представлено данных о невозможности осуществления трудовой деятельности ответчиком в Краснодарском крае по состоянию здоровья, что обусловило бы переезд в другую область и прекращение трудовых отношений с МБОУ СОШ № 3.

Доводы жалобы ответчика об отсутствие умысла на получение выплаты не могут быть отнесены к обстоятельствам, подтверждающим необходимость дополнительного снижения суммы взыскания, поскольку не приведено доказательств невозможности выполнения ответчиком принятых на себя обязательств по договору от 01.09.2020 по объективным причинам.

Также судебная коллегия отмечает, что фактически ФИО1 отработала по трудовому договору только с 01.09.2020 по 24.01.2021, то есть всего 146 дней из 1825 положенных за пять лет, поскольку с 25.01.2021 по 04.04.2024 находилась в отпуске по уходу за ребенком и по беременности и родам, который не подлежит включению в стаж для признания исполнения обязательств. При этом период отработанный ответчиком эквивалентен сумме 79999 рублей 99 копеек, если производить расчет за отработанной время, от полученной суммы 1000000 рублей, что также подтверждает правомерность выводов суда о возможности снижения суммы до 750000 рублей.

Учитывая изложенное, решение суда следует признать законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционных жалоб не имеется, поскольку разрешая заявленные требования, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал надлежащую правовую оценку представленным в материалы дела доказательствам и постановил решение в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и нуждались в проверке, апелляционная жалоба не содержит.

Из материалов дела следует, что нарушений, предусмотренных ч.4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Камышловского районного суда Свердловской области от 20.10.2025 оставить без изменения, апелляционные жалобы сторон – без удовлетворения.

Председательствующий А.Е. Зонова

Судьи А.А. Пономарева

Ж.А. Мурашова