Апелляционное постановление № 22К-4305/2025 от 25 сентября 2025 г. по делу № 3/2-372/25

Судья Сурменко А.Н.

Дело № 22к-4305/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 сентября 2025 г.

г. Владивосток

Приморский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Пархоменко Д.В.,

при помощнике судьи Везовской В.Д.,

с участием:

прокурора Шашко В.А.,

адвоката Елистратова С.М.,

обвиняемого К. В.П.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Елистратова С.М. в интересах обвиняемого К. В.П. на постановление Фрунзенского районного суда г. Владивостока Приморского края от 09 сентября 2025 года, которым

К. В.П., ..., гражданину Российской Федерации, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

продлен срок содержания под стражей на 02 месяца 00 суток, а всего до 07 месяцев 23 суток, то есть до 12 ноября 2025 года.

Заслушав выступления адвоката Елистратова С.М., обвиняемого К. В.П., поддержавших апелляционную жалобу, прокурора Шашко В.А., полагавшего постановление оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

К. В.П. органами предварительного следствия обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

21.03.2025 (20.03.2025 по московскому времени) К. В.П. задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ.

Постановлением Фрунзенского районного суда г. Владивостока Приморского края от 21.03.2025 К. В.П. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой продлен в установленном законом порядке до 13.09.2025.

Постановлением Фрунзенского районного суда г. Владивостока Приморского края от 09 сентября 2025 года К. В.П. продлен срок содержания под стражей на 02 месяца 00 суток, а всего до 07 месяцев 23 суток, то есть до 12 ноября 2025 года.

В апелляционной жалобе адвокат Елистратов С.М. в интересах обвиняемого К. В.П. полагает постановление незаконным, необоснованным, немотивированным и подлежащим отмене. В обоснование указывает, что суд не дал оценки доводам защиты о том, что уголовное дело связано с предпринимательской деятельностью ООО «...», и проигнорировал запрет, предусмотренный ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, на применение заключения под стражу к обвиняемым в преступлениях в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, за исключением случаев, прямо предусмотренных законом. Следствие вменяет К. В.П. хищение бюджетных средств путем обмана. Однако, речь идёт о получении субсидии в рамках государственной программы на основании официально поданных документов, прошедших проверку и утвержденных Министерством сельского хозяйства Приморского края, что, по его мнению, исключает обман, как способ совершения преступления. ООО «...» заключило соглашение с Министерством, выполнило все установленные Порядком требования, представило отчет о достижении результатов, который был принят и утвержден, средства субсидии направлялись на хозяйственные нужды: аренду земли, оплату воды для орошения, электроэнергии, налогов, заработной платы, приобретение удобрений, масел для техники и т.д., требований о возврате субсидии к предприятию не предъявлялось, арбитражных споров нет. Полагает, бюджет не понес ущерба в уголовно-правовом смысле, претензии к полноте подтверждения затрат является вопросом гражданско-правовых отношений. Считает, что данное дело прямо связано с осуществлением хозяйственной деятельности ООО «...» и получением субсидии в рамках мер господдержки, должно квалифицироваться как преступление в сфере предпринимательства. Уклонение от анализа этого довода защиты, полагает, является существенным нарушением ст. ст. 7 и 17 УПК РФ. Кроме того, полагает, что выводы суда основаны на предположениях, а не на фактических обстоятельствах. Основаниями продления мер пресечения в постановлении указаны: тяжесть обвинения, наличие «связей с иностранными гражданами», предположения о возможном воздействии на свидетелей. Ссылаясь на Постановление Пленума ВС РФ от 19.12.2013 № 41, обращает внимание, что только лишь тяжесть обвинения не является достаточным основанием для содержания под стражей; судом не приведено ни одного конкретного факта, подтверждающего риск побега, давления на свидетелей или уничтожения доказательств; ссылки на гипотетические риски не отвечают требованиям ст. 97 УПК РФ и ст. 109 УПК РФ.

По мнению защитника, суд в нарушение ст. 89 и п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ сослался на недопустимые доказательства - сведения из материалов оперативно-розыскной деятельности и рапорта оперуполномоченного УФСБ РФ по ПК. Полагает, судом нарушены требования ст. ст. 7 и 17 УПК РФ о всесторонности и объективности судебного разбирательства, поскольку суд ограничился переписыванием позиции следствия и прокурора, не исследовал по существу возражения защиты, в постановлении отсутствует мотивированная оценка: характера субсидии, сведений, подтверждающих законность ее получения и целевого использования; сведений о положительных характеристиках и социальном положении обвиняемого.

Кроме того, указывает, что суд сослался на необходимость большого объема следственных действий, однако, дело в отношении К. В.П. расследуется уже 6 месяцев; основное уголовное дело, из которого выделен эпизод по К. В.П., расследуется почти год; оперативно-розыскные мероприятия проводятся на протяжении более года; основные доказательства по делу изъяты; следственные действия с участием К. в последние месяцы не проводились. Особой сложности расследование настоящего уголовного дела с одним обвиняемым не представляет, что следует из перечня выполненных и запланированных следователем следственных действий. Считает, что продление меры пресечения без установления новых обстоятельств противоречит ст. 109 УПК РФ. Отмечает, что судом не учтены данные о личности К. В.П., который является пенсионером, ветераном труда, ранее не судим, имеет постоянное место жительства, семью и хронические заболевания. Полагает, эти обстоятельства свидетельствуют о возможности применения более мягкой меры пресечения. Вместе с тем, отсутствие мотивировки невозможности применения мягких мер является основанием для отмены постановления. У К. В.П. имеется постоянное место жительства, в котором он может находиться под домашним арестом, супруга обвиняемого не возражает против такого решения. Следствие не опровергло возможность применения более мягкой меры пресечения. Полагает, что избрание в отношении К. В.П. более мягкой меры пресечения позволит обеспечить беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства по делу, направлено на обеспечение интересов правосудия и не повлечёт возникновения для подозреваемого возможности скрыться от следствия и суда, заниматься преступной деятельностью, оказать давление на участников уголовного судопроизводства или иным путем воспрепятствовать производству по делу.

Просит постановление отменить, в удовлетворении ходатайства старшего следователя отказать, избрать в отношении К. В.П. иную, более мягкую меру пресечения в виде запрета определенных действий, либо домашнего ареста.

Возражения на апелляционную жалобу не поступили.

Выслушав мнения участников процесса, проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями первой.1, первой.2 и второй настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения, этот срок может быть продлен судьей районного суда до шести месяцев, за исключением случая, указанного в части второй.1 статьи 109 УПК РФ, а в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения, - до 12 месяцев.

В силу ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97 и 99 УПК РФ.

В судебное заседание было представлено отвечающее требованиям закона ходатайство о продлении обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу, а также необходимые материалы, подтверждающие изложенные в ходатайстве доводы.

Ходатайство отвечает требованиям ч. 8 ст. 109 УПК РФ, составлено уполномоченным на то должностным лицом, с согласия соответствующего руководителя следственного органа, в рамках возбужденного уголовного дела, в пределах срока предварительного следствия, в установленные законом сроки.

Судом первой инстанции надлежащим образом проверена обоснованность подозрений органа предварительного следствия в причастности К. В.П. к совершению инкриминируемого преступления.

Нарушений порядка привлечения К. В.П. в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и предъявления ему обвинения, судом апелляционной инстанции не установлено.

При разрешении вопроса о продлении срока содержания под стражей К. В.П. суд первой инстанции пришел к выводу о том, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания в отношении него данной меры пресечения, не изменились и не утратили своего правового значения.

С учетом тяжести предъявленного обвинения, что прямо предусмотрено законом, а также сведений о личности обвиняемого К. В.П., суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для изменения последнему меры пресечения в виде заключения под стражу и невозможности применения иной более мягкой меры пресечения.

Выводы суда надлежащим образом мотивированы, и суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

Оснований для переоценки выводов суда относительно возможности обвиняемым скрыться от органов предварительного следствия и суда, воспрепятствовать производству по уголовному делу, не усматривается. Указанные выводы основаны на характере и степени общественной опасности преступления, связанного с хищением бюджетных денежных средств, инкриминируемого К. В.П., относящегося к категории тяжких преступлений, за совершение которого предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 10 лет, конкретных обстоятельств дела, данных о личности обвиняемого, который согласно оперативной информации имеет тесные связи с иностранными гражданами, проживающими на территории КНР, ранее проходил службу в следственных органах МВД России, имеет устойчивые связи с действующими сотрудниками органов внутренних дел в г. Арсеньеве и Анучинском районе Приморского края. Выводы суда убедительно мотивированы, не согласиться с ними суд апелляционной инстанции оснований не находит.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, представление результатов оперативно-розыскных мероприятий на данной стадии уголовного судопроизводства является оправданным, а их проверка и оценка производится в ходе предварительного расследования и при рассмотрении уголовного дела по существу.

Как видно из представленного материала, по уголовному делу запланированы указанные следователем следственные и процессуальные действия, направленные на завершение расследования, на что требуется дополнительное время.

Фактов волокиты или неэффективности производимого расследования уголовного дела судами первой и апелляционной инстанции не установлено. Вопреки доводам апелляционной жалобы, производство по уголовному делу не ограничивается проведением следственных и процессуальных действий исключительно с участием обвиняемого.

Особая сложность уголовного дела также являлась предметом проверки суда первой инстанции в судебном заседании, обусловлена характером совершенного преступления, необходимостью специальных познаний в области сельского хозяйства, картографии и экономики, выполнения значительного объема следственных и процессуальных действий, направленных на установление всех обстоятельств совершённого преступления, в том числе, с иностранными лицами, не владеющими языком уголовного судопроизводства, а также нахождением места преступления и большинства свидетелей вне дислокации следственного органа.

Вопреки доводам стороны защиты, оснований для применения к К. В.П. положений ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ не имеется, поскольку из представленных материалов усматривается, что последний на момент совершения инкриминируемого преступления не являлся субъектом предпринимательской деятельности или членом органа управления коммерческой организации, при этом, обвиняется в совершении хищения бюджетных денежных средств в особо крупном размере путем обмана сотрудников государственного органа при получении субсидии.

С учетом досудебной стадии производства по делу и процессуальной самостоятельности следователя суд первой инстанции обоснованно не входил в обсуждение вопросов, связанных с оценкой доказательств, доказанностью вины и правильности квалификации действий обвиняемого, о чем ставится вопрос защитником в жалобе, оценку которым надлежит сделать суду при рассмотрении уголовного дела по существу.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом не учтены данные о личности К. В.П., который является пенсионером, ветераном труда, ранее не судим, имеет семью, хронические заболевания, постоянное место жительства, способное служить местом исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста, необоснован. Как следует из протокола судебного заседания, при принятии решения по заявленному ходатайству, судом исследованы сведения, характеризующие личность обвиняемого, представленные следователем и приобщенные стороной защиты в судебном заседании. Данные, характеризующие личность последнего в полной мере учтены судом при рассмотрении ходатайства и нашли отражение в обжалуемом постановлении. Вместе с тем, указанные обстоятельства не свидетельствует о незаконности оспариваемого постановления и не является достаточными основаниями для изменения К. В.П. меры пресечения.

Не представлено суду апелляционной инстанции и не имеется в материалах дела объективных данных, в том числе, заключения медицинской комиссии, составленного в соответствии с требованиями постановления Правительства РФ от 14.01.2011 № 3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений», свидетельствующих о невозможности нахождения К. В.П. в условиях следственного изолятора по состоянию здоровья, или о том, что ему не оказывается в этих условиях необходимая медицинская помощь.

Принятое судом решение является обоснованным, выводы о наличии оснований для продления срока содержания К. В.П. под стражей, судом в постановлении мотивированы и соответствуют установленным в судебном заседании обстоятельствам, основаны на представленных следователем материалах.

Соглашаясь с решением суда о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, суд апелляционной инстанции не находит новых данных, не ставших предметом судебного разбирательства при решении вопроса о мере пресечения, которые могли бы послужить основанием для ее отмены или изменения.

Требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок продления срока содержания под стражей по настоящему делу не нарушены.

Срок содержания под стражей, установленный судом, является разумным, не выходит за рамки срока, предусмотренного ст. 109 УПК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона при продлении судом срока меры пресечения в виде заключения под стражу не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Фрунзенского районного суда г. Владивостока Приморского края от 09 сентября 2025 года, которым К. В.П. продлен срок содержания под стражей на 02 месяца 00 суток, а всего до 07 месяцев 23 суток, то есть до 12 ноября 2025 года, оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Елистратова С.М. без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу.

Председательствующий судья Д.В. Пархоменко