Апелляционное постановление № 22-1691/2025 от 16 апреля 2025 г. по делу № 1-61/2025

Судья Панова Е.П.

Дело № 22-1691/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 апреля 2025 года г. Пермь

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего Салтыкова Д.С.,

с участием прокурора Хасанова Д.Р.,

осужденного ФИО1,

защитника Светлакова В.Ю.,

при секретаре судебного заседания Чечкине А.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Светлакова В.Ю. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 20февраля 2025 года, которым:

ФИО1, дата года рождения, уроженец ****, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году исправительных работ с удержанием из заработной платы 10 % в доход государства.

Разрешен вопрос о мере пресечения. Произведен зачет времени содержания осужденного под стражей и под домашним арестом в соответствии со ст. 72 УК РФ. Определена судьба вещественных доказательств. Принято решение по гражданскому иску.

Изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционной жалобы, заслушав выступления осужденного ФИО1, защитника Светлакова В.Ю., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Хасанова Д.Р. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в открытом хищении имущества П. на общую сумму 83 448 рублей.

Преступление совершено при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе адвокат Светлаков В.Ю. выражает несогласие с приговором суда, считая, что стороной обвинения не представлено достоверных, неопровержимых и достаточных доказательств для признания ФИО1 виновным в совершении преступления. В ходе судебного следствия не устранены сомнения в причастности иных лиц к хищению имущества, ФИО1 сдавал собственный лом, доказательств обратного в суде не представлено, приговор постановлен на основе предположений. Анализируя показания ФИО1, отмечает, что ФИО1 к хищению каркасов бытовых вагончиков не причастен, он видел, как Т., А. и Е. разбирали вагончики. Свидетель Т. обвинял ФИО1 в том, что он похитил приготовленный ими лом. Также ФИО1 видел, как неизвестное ему лицо с помощью пилы разбирало третий каркас бытового вагончика. ФИО1 пояснил, что метал, который он сдавал, является его собственностью, не имеет отношения к похищенным металлическим конструкциям. Оценивая показания свидетелей Т., А. и Л., приходит к выводу, что они не видели, как ФИО1 отделял какие-либо части конструкции, складировал их, перемещал по территории, увозил куда-либо. Обращает внимание, что в суде первой инстанции установлено, что основным средством к существованию свидетелей Т. и А. является сдача лома цветных металлов. Т. и А. ежедневно находились в состоянии алкогольного опьянения, пояснить, откуда у них денежные средства, они не могли. Указывает, что свидетели Т., А. и Л. в ходе судебного следствия меняли ранее данные показания. На предварительном следствии не исключали, что к хищению данных конструкций могут быть причастны другие лица, поскольку данная площадка не охраняется, в судебном заседании свидетель А. поменял свои показания и обвинял только ФИО1. Обращает внимание, что помимо указанных свидетелей никто не видел ФИО1 на данной стоянке. Автор апелляционной жалобы ставит под сомнение показания указанных выше свидетелей, поскольку у Т. были претензии к ФИО1 относительно лома. Считает, что именно эти свидетели причастны к хищению металлических конструкций. Просит учесть, что данную стоянку посетило неизвестное количество лиц, как тех, что распивали спиртные напитки совместно с Т. и А., так и неизвестных. Ссылаясь на объяснения К. указывает, что ей стало известно о том, как на стоянке, на пересечении улиц **** и ****, неизвестные лица разбирают оставшийся каркас павильона, при этом из показаний свидетелей А. и Т. предполагается, что все три каркаса разобрал один ФИО1. Обращает внимание на показания свидетеля Л., которая показала, что видела двух незнакомых ей людей, которые выносили с территории стоянки листы металла, ФИО1 среди них не было. Отмечает, что органом предварительного следствия и судом первой инстанции указанная выше информация от К. и Л. оставлена без внимания, судом фактически сделан вывод, что ФИО1 причастен к хищению всего объема металла. Орган предварительного следствия не дал оценки доводам ФИО1, лом, находящийся на участке ФИО1, не идентифицировали, данный лом он сдавал и после возбуждения уголовного дела. Указывает, что ни судом, ни следствием не учтено, что лом, находящийся у ФИО1 по объему соответствовал похищенному. Обращает внимание, что потерпевшая обосновывает исковые требования наличием договора аренды земельного участка для размещения на участке склада строительных материалов, магазина, автостоянки, при этом данный участок арендатором не использовался, находился в заброшенном состоянии. Отмечает, что потерпевшая мотивирует гражданский иск, тем, что владеет каркасами на праве собственности, перешедшем ей по наследству, но никаких документов, подтверждающих факт включения каркасов в наследственную массу, не представлено. Материалами дела не установлено, кто приобрел право на конструкции, когда и каким образом. Считает, что выводы суда о том, что потерпевшая является собственником металлических каркасов, не основан на законе, потерпевшая юридически не является собственником алюминиевых металлических каркасов. Обращает внимание, что договор аренды земельного участка, который многие годы не используется, не подтверждает право собственности на металлические каркасы. Отмечает, что в водной части приговора указан государственный обвинитель, который не участвовал в рассмотрении уголовного дела. Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать, в удовлетворении гражданского иска отказать.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал, пояснив, что в августе 2023 г. он сдавал в пункт приема металла принадлежащие ему металлические предметы от своей постройки.

Несмотря на отношение ФИО1 к предъявленному обвинению, вывод суда первой инстанции о доказанности его вины в совершении преступления, за которое он осужден, является правильным.

Вопреки доводам жалобы данный вывод соответствует установленным судом первой инстанции фактическим обстоятельствам дела и подтверждается совокупностью исследованных доказательств.

Представитель потерпевшего Ш. показала, что предприниматель П. имеет в собственности стоянку, где хранились алюминиевые каркасы трех вагонов, весом около 300 кг каждый. В августе 2023 г. П. обнаружила хищение алюминиевых каркасов.

Последовательными показаниями свидетеля Т. установлено, что летом 2023 г. он проживал на территории стоянки П., где хранились каркасы трех алюминиевых павильонов. В августе 2023 г. он неоднократно видел, что осужденный ФИО1 при помощи ножовки по металлу пилил каркасы алюминиевых павильонов. В один из дней он сделал осужденному замечание о незаконности его действий – совершение хищения, но осужденный ответил, что ему все равно. Через два дня на стоянку приезжала П., которой он сообщил о действиях ФИО1. Около дома ФИО1 он видел сложенные столбы, столбы по своей форме был идентичны столбам павильонов, эти столбы были спилены именно ФИО1.

Проанализировав показания Т., сопоставив их с другими исследованными доказательствами, суд первой инстанции обоснованно, с приведением соответствующих мотивов, отверг версию осужденного о том, что он грабеж не совершал.

Как следует из показаний свидетеля А., в один из дней августа 2023 г. он с Т. и Л. видел, что на стоянке ФИО1 ножовкой по металлу распиливал каркас вагона из алюминиевых труб. Они сообщили ФИО1, что он совершает хищение, но он продолжил свои действия. Т. сообщил, что ФИО1 накануне также пилил каркас вагона. Через день-два он снова приходил на стоянку к Т. и видел, что ФИО1 вновь пилит каркас вагончика, пилил вертикальную трубу, а верхние трубы каркаса уже отсутствовали. Когда он проходил около дома ФИО1, то видел через незапертые ворота гаража, что в нем сложены на полу алюминиевые трубы квадратного сечения, являвшиеся ранее каркасом вагонов. На территории пункта приема металла он видел аналогичные алюминиевые трубы квадратного сечения.

Свидетель Е., показания которого были оглашены в связи с его смертью, показал, что в один из дней августа 2023 г. он с Т. находился на территории стоянки, где ФИО1 пилил металлические каркасы двух из трех расположенных на стоянке павильонов.

Свидетель Л. показала, что в один из дней августа 2023 г. она с Т. находилась на территории стоянки. В дневное время на стоянку пришел осужденный ФИО1 и при помощи пилы распиливал каркас, стойку находящегося на стоянке павильона. Т. сделал осужденному замечание, но ФИО1 продолжил распиливать павильон. Отпиленные части ФИО1 увозил со стоянки на тележке.

Также на причастность ФИО1 к хищению имущества потерпевшего указывают и показания свидетеля Б., который показал, что он осуществляет грузовые перевозки на автомобиле «Газель». В августе 2023 г. ФИО1 неоднократно просил перевести груз из ограды его дома по адресу ****. в пункте приема металлолома Н. Вывозились алюминиевые квадратные трубы длиной до 3 м, похожие на части какого-то каркаса. ФИО1 ему пояснил, что трубы от металлических каркасов, которые где-то разбирают с разрешения владельца.

Из показаний свидетеля И. следует, что августе 2023 г. неоднократно по просьбе ФИО1 перевозил со двора дома по ул. **** в пункт приема металла Н. алюминиевые трубы длиной от 1 м до 3 м.

Свидетель Ж. показала, что с августа 2020 по август 2024 года работа приемщиком в пункте приема металлолома ИП Н. ФИО1 неоднократно сдавал в пункт приема металла разное железо, черный и цветной металл. В каждом случае сдачи металла ею оформлялся акт приема-сдачи этого металла. Она помнит, что в 2023 г. ФИО1 привозил большие квадратные трубы из цветного металла, которые были выгружены из грузового автомобиля, которые принимал другой сотрудник пункта приема металлолома - М.

Из показаний свидетеля М. следует, что ФИО1, часто сдавал в пункт приема лом черного и цветного металла. В августе 2023 года ФИО1 неоднократно приезжал в пункт приема металла, он у него неоднократно принимал и взвешивал лом цветного металла, например, ФИО1 сдавал квадратные алюминиевые трубы, размером 15*15см., напиленные различной длиной, до 3 метров, которые привозил на грузовых автомобилях «Газель», о чем в каждом случае был составлен акт приема металла.

Ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного заседания, каких-либо оснований ставить под сомнение показания указанных лиц, не имелось, в связи с чем, суд первой инстанции обоснованно положил их в основу приговора.

Данных о том, что свидетели Т., А., Е. и Л. дали ложные показания с целью уйти или переложить ответственность на кого-то, судом не установлено, показания свидетелей соотносятся с иными исследованными доказательствами.

Свидетели давали последовательные показания, всегда указывая на то, что ФИО1 распиливал каркасы.

В подтверждение вины ФИО1 суд также правильно сослался на письменные доказательства по делу, в том числе: протоколом осмотра приемосдаточных актов, изъятых при осмотре места происшествия – территории пункта приема металлолома ИП Н., № 2243 от 17.08.2023, № 2258 от 19.08.2023, №277 от 19.08.2023, №2287 от 21.08.2023, № 2336 от 23.08.2023, №2343 от 24.08.2023, без номера от 27.08.2023, №2509 от 29.08.2023, из которых следует, что ФИО1 в указанные даты сдавал лом бытового алюминия массами 66,9кг., 71 кг., 135 кг., 99,6 кг., 159,2 кг., 142,1 кг., 123,2 кг., 81,4 кг. соответственно, общей массой – 878,4 руб. по цене 95 руб. за 1 кг., получив за это денежные средства в общей сумме – 83448 руб.

Именно совокупностью доказательств по делу было бесспорно установлено, что хищение совершено именно осужденным, поскольку алюминиевые трубы (столбы) на территории дома осужденного, а затем на территории пункта приема металлолома имели индивидуальные особенности, являлись одними и теми же частями павильонов, которые отпиливал ФИО1, что следует из показаний свидетелей.

Вопреки доводам жалобы ФИО1 признан виновным в хищении чужого имущества - алюминия, вес которого определен на основании приемосдаточных актов. Хищение трех алюминиевых павильонов осужденному не вменялось. Предположение стороны защиты о причастности иных лиц к хищению имущества, не ставит под сомнение выводы суда, так как именно ФИО1 спилил и сдал алюминиевые части павильонов, указанных в приемосдаточных актах.

Нахождение распиливаемых павильонов на земельном участке, принадлежащем потерпевшей, подтверждает довод потерпевшей стороны о вступлении потерпевшей в наследство после смерти ее мужа, которым приобретались эти павильоны, что подтверждается и показаниями вышеуказанных свидетелей. Суду не представлено доказательств прав собственности на павильоны другим лицам. Отсутствие документов о праве собственности не опровергает вывод суда, что потерпевшая является собственником алюминиевых павильонов.

С учетом изложенного юридическую квалификацию действий ФИО1 по п. ч. 1 ст. 161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, суд апелляционной инстанции признает правильной.

Как следует из исследованных в ходе судебного заседания доказательств, ФИО1 с корыстной целью, осознавая, что действует открыто, похитил алюминиевые части павильонов.

Согласно пп. 3 и 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» открытым хищением чужого имущества является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет. Если в ходе совершения кражи действия виновного обнаруживаются собственником или иным владельцем имущества либо другими лицами, однако виновный, сознавая это, продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание, содеянное следует квалифицировать как грабеж.

Стоимость похищенного имущества установлена по рыночной цене приема металлолома, оснований не доверять которым не имеется, она никем не оспаривается.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не находит, признавая выводы суда первой инстанции верными, полностью соответствующими фактическим обстоятельствам, установленным по делу.

Судебное разбирательство в отношении ФИО1 проведено с соблюдением требований УПК РФ, полно и объективно, с соблюдением состязательности и равноправия сторон, председательствующий в процессе создал сторонам равные возможности для реализации своих прав.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями статей 6, 43, 60 УК РФ, оно соразмерно содеянному.

При назначении наказания ФИО1 суд, наряду с характером и степенью общественной опасности преступления, учел конкретные обстоятельства содеянного, данные о личности осужденного, смягчающие обстоятельства, в качестве которых суд признал состояние здоровья осужденного и его матери, оказание помощи матери, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного, предупреждение совершение им новых преступлений, на условия жизни его семьи.

Таким образом, судом были учтены все значимые для назначения наказания обстоятельства.

Сопоставляя приведенные выше сведения о характере и степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления со сведениями о его личности и обстоятельствами, смягчающими наказание, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судом первой инстанции обоснованно не установлено обстоятельств для применения положений ч. 6 ст. 15 и ст. 64 УК РФ.

Назначенное ФИО1 наказание в виде исправительных работ суд апелляционной инстанции находит справедливым и соразмерным содеянному, оно не является чрезмерно суровым, и оснований для его снижения не имеется.

Выводы суда о невозможности применения положений ст. 73 УК РФ судом первой инстанции должным образом мотивированы.

Вопросы о мере пресечения, зачете по правилам ст. 72 УК РФ, вещественных доказательствах разрешены в соответствии с требованиями закона.

На основании положений статьи 1064 ГК РФ исковые требования потерпевшей удовлетворены в размере ущерба – 83 448 рублей, установленного по приговору суда.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению.

Во вводной части приговора суд ошибочно указал одного из государственных обвинителей, участвующих в суде первой инстанции, как «Ч.» вместо «Шипкова Н.А.», который согласно протоколу судебного заседания принимал участие в судебном разбирательстве, в связи с чем, фамилия, имя и отчество государственного обвинителя во вводной части приговора подлежит уточнению.

Иных оснований для изменения приговора или его отмены суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 20февраля 2025 года в отношении ФИО1 изменить, уточнить во вводной части приговора фамилию, имя и отчество государственного обвинителя «Шипкова Н.А.» вместо «Ч.».

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий