Приговор № 1-10/2021 1-304/2020 от 22 июня 2021 г. по делу № 1-10/2021

дело №1-10/2021 (№1-304/2020)


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Усть-Илимск 23 июня 2021 года

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Бахаева Д.С., при секретаре Новгородовой В.К.,

с участием государственного обвинителя Таракановой А.В.,

подсудимой ФИО1, защитника адвоката Кравченко А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, судимой:

- 12 февраля 2019 года Усть-Илимским городским судом Иркутской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на 300 часов обязательных работ;

- 29 августа 2019 года Усть-Илимским городским судом Иркутской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на 300 часов обязательных работ. В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения неотбытого наказания по приговору от 12 февраля 2019 года, окончательно назначено 400 часов обязательных работ;

- 4 марта 2020 года мировым судьей судебного участка №101 г. Усть-Илимска и Усть-Илимского района по ч. 1 ст. 160, ч. 1 ст. 158 УК РФ, в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ на 11 месяцев лишения свободы. В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения неотбытого наказания по приговору от 29 августа 2019 года, окончательно назначено 11 месяцев 2 дня лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении. В силу ст. 82 УК РФ отбывание наказания отсрочено до достижения ее ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения – четырнадцатилетнего возраста,

содержащейся под стражей с ДД.ММ.ГГГГ,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 совершила кражу, при следующих обстоятельствах.

Так, ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время, ФИО1 находилась в своей квартире по адресу: <адрес> в <адрес>, при этом в гостях у нее была знакомая Потерпевший №1, которая на подоконнике в кухне квартиры оставила свой сотовый телефон «<данные изъяты>». В указанное время, ФИО1 с корыстной целью решила тайно противоправно, безвозмездно изъять и обратить в свою пользу сотовый телефон, принадлежащий Потерпевший №1 Реализуя свой преступный умысел, ФИО1, воспользовавшись тем, что Потерпевший №1 спит и за ее действиями не наблюдает, тайно похитила с подоконника на кухне указанный сотовый телефон «<данные изъяты>», стоимостью <данные изъяты> рубль с защитным стеклом, стоимостью <данные изъяты> рублей, принадлежащие Потерпевший №1, а в дальнейшем распорядилась данным имуществом по своему усмотрению, чем причинила последней ущерб на общую сумму <данные изъяты> рубль.

Подсудимая ФИО1 в судебном заседании заявила о полном признании своей вины, от дачи показаний отказалась.

В связи с отказом от дачи показаний, в судебном заседании были оглашены показания подсудимой, данные ею в ходе предварительного следствия, из которых установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов 30 минут к ней домой в гости приехала Потерпевший №1. Находясь на кухне, ее сожитель Свидетель №3 и Потерпевший №1 распивали спиртное. Через час приехала также знакомая Потерпевший №1 по имени ФИО4. В ходе распития спиртного Потерпевший №1 попросила у нее зарядное устройство для телефона, она поставила сотовый телефон «<данные изъяты>», принадлежащий Потерпевший №1 заряжаться на подоконнике окна. Около 00 часов ДД.ММ.ГГГГ Потерпевший №1 легла спать в зале, ФИО4 уехала, Свидетель №3 также уехал так как они поругались. Около 7 часов ДД.ММ.ГГГГ она проснулась, Потерпевший №1 еще спала. Пройдя на кухню и увидев телефон Потерпевший №1 на зарядке, она решила его похитить и в дальнейшем продать. Она сразу выкинула сим-карты, и переложила телефон в другое место, далее ушла прогуляться. Когда вернулась в квартиру, Потерпевший №1 спросила, где ее телефон, она пояснила, что возможно его забрала ФИО4. ДД.ММ.ГГГГ к ней приходили Свидетель №1 и Свидетель №2, она попросила Свидетель №2 продать сотовый телефон, не говоря, что он похищен. При этом попросила продать телефон в комиссионный магазин по <адрес>, так как перед этим спрашивала у сотрудника магазина Свидетель №5, за сколько там купят телефон. Свидетель №2 согласился, продав телефон за <данные изъяты> рублей, по ее просьбе на вырученные деньги он приобрел алкоголь, который они вместе распили. Оставшиеся <данные изъяты> рублей Свидетель №2 передал ей. Через несколько дней Потерпевший №1 звонила, спрашивала про телефон, она сказала, что не знает, где он, хотя на тот момент телефон уже был продан, и она получила за него деньги (т. 1 л.д. 54-58, л.д. 104-107, л.д. 163-165).

После оглашения показаний, подсудимая ФИО1 их содержание полностью подтвердила, указала, что действительно с корыстной целью похитила сотовый телефон, принадлежащий Потерпевший №1

Анализируя оглашенные показания подсудимой, суд приходит к выводу о том, что своими пояснениями ФИО1 изобличает себя в совершении преступления, при обстоятельствах указанных в описательной части приговора. Изобличающие показания подсудимой суд считает возможным положить в основу приговора, поскольку они получены в соответствии с требованиями закона, показания подсудимая давала при участии защитника, ее показания подтверждаются иными доказательствами представленными суду.

Проанализировав и оценив все представленные доказательства, выслушав сторону обвинения и сторону защиты, суд находит вину ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, указанных в описательной части приговора, полностью доказанной, при этом исходит из следующего.

Так, потерпевшая Потерпевший №1 суду показала, что действительно в ДД.ММ.ГГГГ она приезжала в гости к ФИО1 на <адрес>, где распивала спиртное. В квартире также был сожитель ФИО1, и приезжала ее подруга Свидетель №4. При этом она поставила свой сотовый телефон «<данные изъяты>» заряжаться на кухне, легла спать в зале. Она проснулась утром около 10-11 часов одна в квартире, и не обнаружила своего сотового телефона. Когда ФИО1 вернулась, она спросила про телефон, та сказала, что не знает где он, что его забрала ФИО16. Не найдя телефон она поехала к ФИО16, но та телефон не брала. Она пыталась звонить на свой номер, но тот был недоступен. В течение недели она искала телефон, при этом звонила ФИО1, говорила, что если телефон ей не вернут, то она обратится в полицию. В ходе следствия ФИО1 отдала ей <данные изъяты> рублей в счет возмещения ущерба, а позже также отдала ей еще <данные изъяты> рублей. В настоящее время ущерб ей возмещен в полном объеме. Сотовый телефон с защитным стеклом она приобретала примерно за три месяца до кражи. Телефон и стекло повреждений не имели, она их оценила в ту сумму, за которую приобретала. Причиненный ущерб в сумме <данные изъяты> рубль не является для нее значительным, поскольку ее и ребенка полностью обеспечивает бывший муж, он оплачивает коммунальные платежи, кредитные обязательства.

При допросе потерпевшей оглашались ее показания данные на следствии (т. 1 л.д. 82-86, л.д. 111-114, л.д. 237-240) в части даты и времени произошедших событий, а также размера причиненного ей ущерба и его значительности. Данные показания потерпевшая подтвердила частично, а именно указала, что действительно приехала в гости к ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов 30 минут, однако настояла на том, что ущерб в сумме <данные изъяты> рубль не является для нее значительным, поскольку, как на момент произошедших событий, так и в настоящее время ее полностью материально обеспечивает бывший муж. Показания о значительности ущерба она дала на эмоциях, будучи обозленной на то, что сотовый телефон был похищен. В настоящее время она материальных претензий к подсудимой не имеет.

Анализируя показания потерпевшей, суд констатирует, что они согласуются с показаниями, данными подсудимой относительно времени и места совершения преступления, относительно событий происходивших до и после совершения преступления.

А именно, что кража совершена в квартире по месту проживания ФИО1, куда потерпевшая приехала в гости. При этом, оставшись ночевать у ФИО1, потерпевшая поставила свой сотовый телефон на зарядку в кухне, а проснувшись утром в квартире, не обнаружила свой сотовый телефон, и впоследствии обратилась в полицию.

Свои показания подсудимая и потерпевшая подтвердили и на очной ставке, указав на аналогичные обстоятельства (т. 1 л.д. 111-114).

Данные показания также нашли свое объективное подтверждение письменными материалами дела.

А именно установлено, что Потерпевший №1, действительно, после самостоятельных поисков похищенного сотового телефона, обратилась в полицию, по телефону сообщила, что ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> неизвестное лицо похитило ее сотовый телефон «<данные изъяты>». Данное телефонное сообщение зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 13 минут (т. 1 л.д. 4).

В дальнейшем Потерпевший №1 обратилась с заявлением в отдел полиции, в котором просила о привлечении к уголовной ответственности неизвестного лица, которое находясь в <адрес> похитило ее сотовый телефон (т. 1 л.д. 5).

При этом место совершения кражи было установлено протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей, из которого следует, что осматривалась <адрес> в <адрес>, где ФИО1 участвовавшая в осмотре, указала на место в кухне, откуда был похищен сотовый телефон Потерпевший №1 (т. 1 л.д. 141-148).

В подтверждение принадлежности похищенного имущества потерпевшей Потерпевший №1, у последней изымались: упаковочная коробка от сотового телефона, а также кассовый чек (т. 1 л.д. 116-117).

При осмотре данных предметов (т. 1 л.д. 123-129) установлена марка и модель сотового телефона, а именно «<данные изъяты>», а также то, что телефон приобретался ДД.ММ.ГГГГ за <данные изъяты> рубль, при этом к телефону было приобретено защитное стекло за <данные изъяты> рублей, что объективно подтверждает показания потерпевшей относительно марки телефона, и что этот телефон приобретался с защитным стеклом примерно за три месяца до произошедших событий.

Стоимость похищенного имущества на общую сумму <данные изъяты> рубль, установленная вышеприведенными доказательствами, сторонами не оспаривается, подсудимая полностью согласилась с оценкой имущества и инкриминируемым ей объемом материального ущерба.

Обстоятельства приезда потерпевшей в гости к подсудимой, а также обстоятельства ее нахождения в квартире и последующего обнаружения пропажи телефона и его самостоятельных поисков, подтверждаются показаниями свидетелей Свидетель №3 и ФИО8

Так, оглашенными показаниями свидетеля Свидетель №3 установлено, что действительно ДД.ММ.ГГГГ Потерпевший №1 приехала к ним в гости по адресу: <адрес>, где они распивали спиртное. Также к ним позже приезжала подруга Потерпевший №1 – ФИО4. Далее Потерпевший №1 опьянела и пошла спать, ФИО4 уехала, он, поругавшись с ФИО1, тоже уехал (т. 1 л.д. 99-101).

Свидетель Свидетель №4 также на следствии подтвердила, что в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ она по приглашению Потерпевший №1 приехала по адресу: <адрес>, где проживала знакомая Потерпевший №1 по имени ФИО19 и ее сожитель по имени Свидетель №3. При ней Потерпевший №1 пользовалась сотовым телефоном. В дальнейшем та опьянела и легла спать в квартире, а она уехала домой. Около 15 часов ДД.ММ.ГГГГ к ней пришла Потерпевший №1, спросила, где ее телефон, на что она ответила, что телефон не забирала. Потерпевший №1 пояснила, что ФИО20 ей сказала, что телефон якобы забрала она (ФИО16) когда уезжала домой, однако она телефон не забирала (т. 1 л.д. 120-122).

Как видно из содержания этих показаний, они полностью согласуются как с показаниями потерпевшей, так и с изобличающими показаниями самой подсудимой.

Таким образом, судом достоверно установлено, что хищение сотового телефона потерпевшей было совершено ФИО1 именно при тех обстоятельствах, что и приведены в описательной части приговора.

Обстоятельства последующего распоряжения подсудимой похищенным имуществом, помимо ее собственных показаний также установлены следующими доказательствами.

Так оглашенными показаниями свидетеля Свидетель №2 подтверждено, что ДД.ММ.ГГГГ он по просьбе ФИО1 продал в комиссионный магазин по <адрес> сотовый телефон «<данные изъяты>» за <данные изъяты> рублей по предварительной договоренности ФИО1 с работником магазина. О том, что телефон был похищен, ФИО1 изначально не говорила, а пояснила об этом уже после его продажи, если бы он знал, что телефон похищен, то он бы не согласился его продать (т. 1 л.д. 89-91).

Как следует из оглашенных показаний свидетеля ФИО9, последняя также подтвердила, что в ее присутствии ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предложила Свидетель №2 продать сотовый телефон «<данные изъяты>» в комиссионный магазин, на что тот согласился (т. 1 л.д. 94-96).

При проведении очных ставок между подсудимой и указанными свидетелями (т. 1 л.д. 135-137, л.д. 138-140), они придерживались аналогичных показаний, что свидетельствует об их согласованности между собой, и отсутствии каких-либо противоречий.

О том, что похищенный ФИО1 сотовый телефон был реализован по ее просьбе именно Свидетель №2, свидетельствует изъятый документ, поименованный как «закупка товаров» от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 34-37). При осмотре данного документа установлено, что ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №2 был продан сотовый телефон «<данные изъяты>» за <данные изъяты> рублей (т. 1 л.д. 123-129).

Указанный факт также подтвержден свидетелем Свидетель №5 – директором комиссионного магазина ИП ФИО10 по <адрес>, что следует из ее оглашенных показаний (т. 1 л.д. 151-153). Так, Свидетель №5 указала, что ДД.ММ.ГГГГ ей написала сообщение ее знакомая ФИО1 с вопросом, за какую стоимость она приобретет сотовый телефон «<данные изъяты>», она ответила, что за <данные изъяты> рублей. Через некоторое время пришел мужчина, установленный по паспорту как Свидетель №2, и продал сотовый телефон указанной марки, она сделала вывод, что мужчина пришел от ФИО1

По итогам исследования вышеприведенных доказательств, стороны никаких замечаний не имели, допустимость доказательств сторонами не оспорена. Подсудимая ФИО1 полностью подтвердила, как свои показания на следствии, так и показания потерпевшей и всех свидетелей, изобличивших ее в совершении преступления. Подсудимая согласилась с обстоятельствами предъявленного обвинения.

Оценивая доказательства, представленные в обоснование вины подсудимой, не сомневаясь в допустимости доказательств ввиду их получения в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, суд полагает, что совокупности этих доказательств достаточно для установления вины ФИО1

Сведения, сообщенные самой ФИО1, полностью согласуются с иными доказательствами по делу, а потому суд полагает возможным положить в основу приговора ее показания, в которых она изобличила себя в совершении преступления.

Показания ФИО1 полностью подтверждены потерпевшей и свидетелями, а также закреплены письменными материалами дела.

Показания потерпевшей и свидетелей по обстоятельствам преступления суд также полагает возможным использовать в качестве доказательств по делу, поскольку они отвечают требованиям допустимости, оснований для оговора подсудимой со стороны указанных лиц судом не установлено.

Исходя из анализа показаний подсудимой ФИО1, показаний потерпевшей и свидетелей, а также объективных доказательств, судом достоверно установлено, что подсудимая совершила тайное хищение чужого имущества при нахождении в квартире по месту своего проживания, при этом ею было похищено имущество, принадлежащее Потерпевший №1

Место, время, способ хищения имущества, размер причиненного ущерба подтверждены показаниями, допрошенных по делу лиц, а также документальными сведениями.

Действия ФИО1 образуют оконченный состав преступления, поскольку она распорядилась похищенным имуществом по своему усмотрению и причинила тем самым ущерб собственнику.

Органами предварительного следствия ФИО1 предъявлено обвинение в тайном хищении имущества, принадлежащего Потерпевший №1, на общую сумму <данные изъяты> рубль, с причинением последней значительного ущерба. Государственным обвинителем данное обвинение поддержано в полном объеме.

В обоснование обвинения в части значительности причиненного ущерба были представлены такие доказательства, как показания самой потерпевшей на предварительном следствии, где она, сославшись на свое материальное положение, указала на то, что причиненный ущерб для нее значителен.

Вместе с тем, в судебном заседании потерпевшая Потерпевший №1 заявила о том, что ущерб на общую сумму <данные изъяты> рубль не является для нее значительным, как в настоящее время, так и не являлся в момент хищения.

По смыслу закона, при квалификации кражи с причинением значительного ущерба гражданину, необходимо учитывать имущественное положение потерпевшего, стоимость похищенного имущества и его значимость для потерпевшего, размер заработной платы, пенсии, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство.

При этом, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании потерпевшая относительно своего материального положения, пояснила, что она не работает и имеет на иждивении ребенка. На следствии сослалась на материальную помощь со стороны бывшего мужа. В судебном же заседании настояла на том, что ее и ребенка полностью материально обеспечивает и обеспечивал ранее бывший муж, который взял на себя все ее расходы.

Несмотря на то, что потерпевшая в судебном заседании после оглашения показаний в части значительности ущерба формально их подтвердила, заявив, что действительно давала такие показания следователю, суд не может их признать как достоверные, поскольку она же пояснила, что показания дала на эмоциях, будучи обозленной. Показания в этой части потерпевшая по существу не поддержала.

С учетом позиции потерпевшей, фактически отказавшейся от данных показаний, суд не может признать эти показания в качестве достоверного доказательства, бесспорно подтверждающего наличие такого квалифицирующего признака как «причинение значительного ущерба гражданину».

В данном случае, поскольку ни на предварительном следствии, ни в судебном заседании не представлено иных объективных доказательств, кроме показаний потерпевшей, подтверждающих значительность причиненного ущерба с учетом ее материального положения, суд исходит из субъективного отношения потерпевшей к оценке причиненного ущерба, и принимает как более достоверные ее пояснения о том, что ущерб на сумму <данные изъяты> рубль не является для нее значительным. При этом суд также учитывает, что указанный ущерб объективно лишь на небольшую сумму превышает минимальный критерий кражи с причинением значительного ущерба, установленный примечанием 2 к ст. 158 УК РФ.

Поэтому, после исследования всех доказательств, с учетом показаний потерпевшей в судебном заседании, на основе принципа презумпции невиновности о том, что все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены, должны толковаться в пользу обвиняемого, суд исключает из обвинения, предъявленного ФИО1, квалифицирующий признак «причинение значительного ущерба гражданину».

В этой связи на основании приведенных выше доказательств, совокупность которых является достаточной для разрешения уголовного дела, с учетом установленных в судебном заседании обстоятельств, суд приходит к выводу о виновности ФИО1 в краже сотового телефона «<данные изъяты>», стоимостью <данные изъяты> рубль с защитным стеклом, стоимостью <данные изъяты> рублей, принадлежащих потерпевшей Потерпевший №1 с причинением ей материального ущерба. И действия подсудимой суд квалифицирует по ч. 1 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества.

Обсуждая вопрос о психическом состоянии подсудимой ФИО1, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 на учете у невролога, нарколога и психиатра не состоит.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов №, проведенному в рамках данного уголовного дела, установлено, что подсудимая ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством (временным болезненным состоянием), слабоумием не страдала в период инкриминируемого деяния и не страдает в настоящее время, а обнаруживала и обнаруживает признаки <данные изъяты>. В период, относящийся к инкриминируемому деянию, а также в настоящее время ФИО1 могла и может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается.

Заключение экспертов не вызывает у суда сомнений в его обоснованности. В судебном заседании подсудимая ФИО1 правильно ориентируется во времени и в пространстве, отвечает на вопросы, помнит и мотивирует свои действия. При таких обстоятельствах у суда нет оснований сомневаться по поводу вменяемости ФИО1 и способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими, поэтому как лицо вменяемое она подлежит уголовной ответственности за совершенное преступление.

При назначении наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории небольшой тяжести, направлено против собственности, а также данные о личности ФИО1, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств. Учитывает суд и влияние назначаемого наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи.

Оценивая личность ФИО1, суд отмечает, что по месту жительства со стороны участкового уполномоченного полиции она характеризуется посредственно, как ранее судимая, привлекавшаяся к административной ответственности по ст. 5.35 КоАП РФ, с кругом общения с лицами, склонными к совершению преступлений и административных правонарушений.

От соседей по месту проживания на ФИО1 представлены положительные характеристики, также положительно она характеризовалась по месту работы в <данные изъяты>».

Кроме того судом установлено, что ФИО1 неоднократно судима за совершение имущественных преступлений, последнее наказание ей назначалось с отсрочкой его отбывания до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста.

ФИО1 имеет ребенка ДД.ММ.ГГГГ, который проживает с отцом – бывшим супругом подсудимой. Также имеет ребенка ДД.ММ.ГГГГ, который до заключения ее под стражу по данному делу проживал с ней.

По сведениям уголовно-исполнительной инспекции ФИО1 в период отсрочки привлекалась к административной ответственности за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей, предупреждалась об отмене отсрочки отбывания наказания, семья попадала в поле зрения органов по делам несовершеннолетних в связи с ненадлежащим исполнением ФИО1 родительских обязанностей.

С учетом приведенных сведений, суд приходит к выводу о том, что подсудимая ФИО1 характеризуется посредственно, как лицо склонное к противоправному поведению.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств подсудимой ФИО1 на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд учитывает ее фактическую явку с повинной, что выразилось в даче признательных объяснений о причастности к преступлению на стадии до возбуждения уголовного дела; ее активное способствование расследованию преступления, что выразилось в даче подробных изобличающих показаний, как в качестве подозреваемой и обвиняемой, так и на очных ставках.

В соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством суд признает полное добровольное возмещение ФИО1 ущерба потерпевшей путем передачи денежных средств, что подтверждается соответствующими расписками и показаниями потерпевшей.

Также в силу п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд относит к смягчающему наказанию обстоятельству наличие у ФИО1 малолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ.

Иными смягчающими наказание обстоятельствами в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ суд полагает возможным учесть полное признание ФИО1 своей вины, раскаяние в содеянном, состояние ее здоровья, а также наличие несовершеннолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ.

Отягчающим наказание обстоятельством подсудимой ФИО1 на основании п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ суд признает наличие в ее действиях рецидива преступлений, поскольку она имеет судимости за совершение умышленных преступлений средней тяжести с назначением реального наказания по приговорам от 12 февраля 2019 года и 29 августа 2019 года. При этом к реальным наказаниям по указанным приговорам отсрочка не применялась, ФИО1 данные наказания отбывала, тем не менее, будучи судимой по этим приговорам, она вновь совершила умышленное преступление, что, безусловно, отягчает ее общественную опасность и должно повлечь для нее более строгое наказание.

Ввиду наличия отягчающего наказание обстоятельства в виде рецидива, несмотря на установление смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд не применяет при назначении наказания подсудимой льготные положения ч. 1 ст. 62 УК РФ о пределе наказания не превышающем две трети от максимально возможного.

Преступление, совершенное ФИО1, отнесено к категории небольшой тяжести. Ввиду того, что преступление является наименее тяжким по категории, то применение положений ч. 6 ст. 15 УК РФ об изменении его категории в сторону смягчения невозможно.

Назначая подсудимой конкретный вид наказания, учитывая все обстоятельства дела, обстоятельства совершения преступления, личность подсудимой, и наличие в ее действиях рецидива, суд считает, что альтернативные, менее строгие виды наказания, предусмотренные санкцией ч. 1 ст. 158 УК РФ, такие как штраф, обязательные и исправительные работы, ограничение свободы, принудительные работы, не смогут обеспечить достижение целей наказания, а именно восстановление социальной справедливости, исправление ФИО1 и предупреждение совершения ею новых преступлений.

Как видно из материалов дела, подсудимой ранее уже назначались менее строгие виды наказаний, а также применялась отсрочка отбывания наказания, однако в короткий промежуток времени она вновь совершила умышленное преступление, что свидетельствует о том, что применение альтернативных видов наказания вновь, не окажет воспитательного воздействия на подсудимую. А, кроме того, наличие рецидива обязывает суд назначить самое строгое наказание по санкции, а потому суд считает необходимым назначить ФИО1 наиболее строгое наказание в виде лишения свободы.

При этом, учитывая обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным для подсудимой, суд полагает необходимым определить размер наказания на основании ч. 2 ст. 68 УК РФ, то есть не менее одной третьей части максимального размера наказания, предусмотренного за совершенное преступление. Оснований для применения требований ч. 3 ст. 68 УК РФ суд не усматривает.

Оснований для назначения наказания по правилам ст. 64 УК РФ, то есть более мягкого наказания, либо наказания ниже низшего предела, суд также не усматривает, ввиду отсутствия исключительных обстоятельств, позволяющих применить положения указанной нормы закона.

Также суд учитывает, что преступление ФИО1 совершено в период отсрочки отбывания наказания по приговору мирового судьи судебного участка №101 г. Усть-Илимска и Усть-Илимского района Иркутской области от 4 марта 2020 года, согласно которому ей назначено наказание в виде 11 месяцев 2 дней лишения свободы и в соответствии со ст. 82 УК РФ реальное отбывание наказания отсрочено до достижения ее ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения четырнадцатилетнего возраста. ФИО1 совершено новое умышленное преступление. При таких обстоятельствах, отсрочка отбывания наказания по указанному приговору в соответствии с ч. 5 ст. 82 УК РФ подлежит отмене, а окончательное наказание должно быть ей назначено по правилам ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров с частичным присоединением неотбытой части наказания.

Суд не находит оснований для повторного применения отсрочки реального отбывания наказания ФИО1, поскольку ранее ей наказание уже было отсрочено, однако подсудимая продолжила преступную деятельность, вновь совершила преступление аналогичной корыстной направленности, при этом в период отсрочки отбывания наказания она вела себя небезупречно, привлекалась к административной ответственности за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей, что свидетельствует о нежелании ФИО1 исправляться, находясь на свободе в условиях занятия воспитанием своего ребенка. С учетом изложенного, суд полагает, что достижение целей наказания для ФИО1 возможно только в условиях изоляции ее от общества. Данное наказание также не может быть условным, оснований для применения в такой ситуации ст. 73 УК РФ не имеется.

При этом оснований для замены реального лишения свободы принудительными работами в силу ст. 53.1 УК РФ, суд также не усматривает.

Назначая наказание в виде реального лишения свободы, суд считает, что это наказание существенно не отразится на условиях жизни семьи ФИО1, поскольку ранее при принятии решения о заключении подсудимой под стражу, судом была направлена информация о детях подсудимой в орган социального развития опеки и попечительства для решения вопроса об установлении над ними опеки.

Отбывание наказания ФИО1 назначается в колонии-поселении на основании п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, поскольку она осуждается за совершение умышленного преступления небольшой тяжести, и ранее лишение свободы не отбывала. Само по себе наличие рецидива в данном случае не влечет отбывание наказания в исправительной колонии общего режима, поскольку для ФИО1, как для лица женского пола, определяющим фактором должна быть тяжесть преступления, а она осуждается за преступление небольшой тяжести. Поэтому положения п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ к ФИО1 применяться не должны.

В связи с назначением наказания в виде реального лишения свободы, для обеспечения исполнения приговора, в целях исключения возможности уклониться от отбывания наказания, учитывая, что ранее ФИО1 уже нарушала менее строгую меру пресечения, настоящая мера пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу должна быть оставлена без изменения, в колонию-поселение ФИО1 должна быть направлена под конвоем.

Судьба вещественных доказательств разрешается судом в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.

Производство по гражданскому иску потерпевшей ФИО2 подлежит прекращению, в связи с отказом от иска в судебном заседании, в соответствии с ч. 5 ст. 44 УПК РФ.

С учетом материального положения и состояния здоровья подсудимой ФИО1, суд в соответствии со ст. 132 УПК РФ, полагает возможным полностью освободить ее от уплаты процессуальных издержек в виде вознаграждения, выплаченного адвокату.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ и назначить ей наказание в виде 10 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 82 УК РФ отсрочку отбывания наказания ФИО1 по приговору мирового судьи судебного участка №101 г. Усть-Илимска и Усть-Илимского района Иркутской области от 4 марта 2020 года, отменить.

В силу ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединить неотбытую часть наказания в виде 8 месяцев лишения свободы по приговору мирового судьи судебного участка №101 г. Усть-Илимска и Усть-Илимского района Иркутской области от 4 марта 2020 года, и окончательно по совокупности приговоров назначить ФИО1 наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы, с отбыванием в колонии-поселении.

Меру пресечения осужденной ФИО1 оставить прежней в виде заключения под стражу. По вступлении приговора в законную силу меру пресечения отменить.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Зачесть в срок отбытия наказания в соответствии с п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

Вещественные доказательства:

- кассовый чек, упаковочную коробку от сотового телефона, возвращенные потерпевшей Потерпевший №1 – оставить у последней по принадлежности;

- входящую накладную – оставить в материалах уголовного дела.

Производство по гражданскому иску Потерпевший №1 прекратить.

От взыскания процессуальных издержек ФИО1 освободить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Иркутского областного суда через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденной, содержащейся под стражей, в тот же срок со дня вручения ей копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденная вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе с участием защитника.

Председательствующий: Д.С. Бахаев