Решение № 12-86/2019 от 24 июня 2019 г. по делу № 12-86/2019

Мировой судья – Е.Б. Воронина Дело № 12 – 86/2019

(суд. уч. № 5)


Р Е Ш Е Н И Е

25 июня 2019 года г. Валдай

Валдайский районный суд Новгородской области в составе:

председательствующего судьи И.А. Носовой,

при секретаре Я.М. Бикмансуровой,

с участием лица, в отношении которого вынесено постановление по делу об административном правонарушении, ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в порядке пересмотра жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 5 Валдайского судебного района Новгородской области от 15 апреля 2019 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный по адресу: <адрес> не работающий, имеющий на иждивении троих несовершеннолетних детей, ранее привлекавшийся к административной ответственности,

признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей, с лишением права управления транспортными средствами на срок 01 год 08 месяцев,

у с т а н о в и л:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 5 Валдайского судебного района Новгородской области от 15 апреля 2019 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей, с лишением права управления транспортными средствами на срок 01 год 08 месяцев.

Не соглашаясь с данным постановлением, ФИО1 обратился в Валдайский районный суд с жалобой, в которой просит отменить постановление мирового судьи и прекратить производство по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием в его действиях события административного правонарушения. Жалоба мотивирована тем, что он не являлся водителем транспортного средства в момент направления его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, в связи с чем требование должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения было незаконным, более того, от прохождения медицинского освидетельствования он не отказывался, неоднократно продувал в мундштук анализатора паров этанола, но врач сообщил, что прибор «барахлит», потом обвинил его в фальсификации, объявил освидетельствование законченным. В акте медицинского освидетельствования не отразил, какой прибор использовался для проведения освидетельствования. В медицинском учреждении, получив отказ от подписания результатов освидетельствования, врач указал, что он (ФИО1) отказался от прохождения освидетельствования, что не соответствовало действительности. Кроме того, нарушая п. 12 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, медицинский работник не осуществил отбор биологического объекта для направления на химико-токсикологическое исследование. Порядок проведения медицинского освидетельствования был нарушен, в связи с чем акт медицинского освидетельствования № 19 от 31 января 2019 года является недопустимым доказательством. Акт содержит противоречивые сведения о периоде освидетельствования, поскольку из данного документа усматривается, что освидетельствование начато 31 января 2019 года в 04 часа 51 минуту и закончено в это же время, вместе с тем, пробы выдыхаемого им (ФИО1) воздуха в медицинском учреждении были взяты в 04 часа 23 минуты. При вынесении решения мировому судье указывалось, что требование врача подписать результаты освидетельствования являются незаконными, но данные доводы оставлены без внимания, также как и доводы о том, что врач принял самостоятельное решение о том, что он (ФИО1) отказался от прохождения освидетельствования. Кроме того, при рассмотрении дела мировой судья проигнорировал все доводы защиты об отсутствии доказательств управления им (ФИО1) автомобилем.

В судебном заседании ФИО1 поддержал доводы жалобы по изложенным в ней основаниям.

Защитник Логашев М.С., в судебном заседании 07 июня 2019 года указал на незаконность вынесенного мировым судьей постановления, просил отменить указанное выше постановление, прекратить производство по делу, поскольку основания для привлечения ФИО1 к административной ответственности отсутствовали.

Представитель административного органа, будучи извещенным о времени и месте рассмотрения жалобы надлежащим образом, в судебное заседание не явился, причины неявки не указал.

Выслушав лицо, в отношении которого ведется производство по делу, его защитника, свидетелей, исследовав материалы дела об административном правонарушении, суд приходит к следующему.

В силу п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – ПДД РФ, Правила дорожного движения), водитель по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, обязан проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Невыполнение водителем законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, образует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Как следует из материалов дела 31 января 2019 года в 04 часа 51 минуту водитель ФИО1 в помещении ГОБУЗ НОНД «Катарсис» Диспансерно-поликлиническое отделение № 3 с дневным стационаром, расположенном по адресу: <адрес>, будучи водителем, ранее управлявшим автомобилем марки «Форд Фокус», государственный регистрационный знак №, с признаками опьянения, в нарушение требований 2.3.2 ПДД РФ, не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, совершив тем самым административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Факт совершения административного правонарушения и виновность ФИО1 подтверждаются совокупностью доказательств, допустимость и достоверность которых сомнений не вызывают, а именно, протоколом <адрес> об административном правонарушении от 31 января 2019 года; протоколом <адрес> об отстранении от управления транспортным средством от 31 января 2019 года; протоколом <адрес> о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 31 января 2019 года; актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 31 января 2019 года №; рапортом УУП ОУУП и ПДН ОМВД России по Валдайскому району от 31 января 2019 года, рапортом ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Валдайскому району от 31 января 2019 года, рапортом оперативного дежурного ОМВД России по Валдайскому району, зарегистрированным 31 января 2019 года №, объяснениями ФИО5, данными 31 января 2019 года; а также показаниями допрошенных мировым судьей и судом апелляционной инстанции свидетелей.

В соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные ст. 26.1 данного Кодекса.

Довод автора жалобы о том, что он не являлся водителем транспортного средства в момент направления его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, в связи с чем требование должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения было незаконным, является несостоятельным и подлежит отклонению.

Данный довод являлся предметом исследования и оценки мировым судьей, обоснованно отвергнут по основаниям, приведенным в соответствующем судебном постановлении, оснований не согласиться с ним суд апелляционной инстанции оснований не находит. Все материалы дела исследованы в полном объеме.

При разрешении данного дела об административном правонарушении мировой судья правильно установил все фактические обстоятельства, подлежащие доказыванию, дал надлежащую юридическую оценку действиям ФИО1 и на основе полного, объективного и всестороннего исследования представленных доказательств пришел к обоснованному выводу о наличии события административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, и виновности ФИО1 в его совершении.

Объективная сторона состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, заключается в невыполнении водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», основанием привлечения к административной ответственности по статье 12.26 КоАП РФ является зафиксированный в протоколе об административном правонарушении отказ лица от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, заявленный как непосредственно должностному лицу Государственной инспекции безопасности дорожного движения, так и медицинскому работнику. В качестве отказа от освидетельствования, заявленного медицинскому работнику, следует рассматривать не только отказ от медицинского освидетельствования в целом, но и отказ от того или иного вида исследования в рамках медицинского освидетельствования.

Согласно ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 данной статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

В соответствии с ч. 6 ст. 27.12 КоАП РФ освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475 утверждены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов (далее – Правила освидетельствования).

Порядок проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) утвержден приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 года № 933н (далее – Порядок).

В соответствии с подп. 1 п. 5 Порядка медицинское освидетельствование проводится в отношении лица, которое управляет транспортным средством, на основании протокола о направлении на медицинское освидетельствование, составленного в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида.

В силу пункта 9 Порядка после указания в Акте персональных данных освидетельствуемого проведение медицинского освидетельствования во всех случаях начинается с первого исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя, после которого врачом-специалистом (фельдшером) производится сбор жалоб, анамнеза и осмотр в целях выявления клинических признаков опьянения, предусмотренных приложением № 2 к Порядку.

Согласно п. 19 Порядка медицинское заключение «от медицинского освидетельствования отказался» выносится в случаях:

1) отказа освидетельствуемого от проведения медицинского освидетельствования (до начала его проведения);

2) отказа освидетельствуемого при проведении медицинского освидетельствования от осмотра врачом-специалистом (фельдшером), от любого инструментального или лабораторных исследований, предусмотренных пунктом 4 настоящего Порядка;

3) фальсификации выдоха;

4) фальсификации пробы биологического объекта (мочи).

В этих случаях медицинское освидетельствование и заполнение Акта прекращаются, в Журнале и в пункте 17 Акта делается запись «от медицинского освидетельствования отказался».

Как следует из материалов дела основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения послужило наличие у него выявленного инспектором ГИБДД внешнего признака опьянения: запаха алкоголя изо рта, а также его отказ от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, что зафиксировано в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в присутствии понятых, пройти которое ФИО1 согласился.

Из содержания акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) от 31 января 2019 года № 19 следует, что, в медицинском учреждении во время проведения освидетельствования ФИО1 в первые минуты проведения экспертизы пытался неоднократно фальсифицировать пробу с выдыхаемым воздухом, затем отказался ставить подпись в результатах обследования, вел себя злобно и агрессивно, выражался нецензурной бранью, оскорблял врача и сотрудников полиции, что обоснованно расценено медицинским работником, как отказ ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Указанные обстоятельства нашли свое подтверждение устными показаниями свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9, полученными мировым судьей, а также показаниями ФИО9, полученными судом апелляционной инстанции, согласно которым в медицинском учреждении ФИО1 после ознакомления с результатами медицинского освидетельствования отказался подписывать его результаты, вел себя вызывающе, был настроен агрессивно, общался на повышенных тонах, выражался грубой нецензурной бранью, унизил достоинство врача, после чего покинул медицинское учреждение. Кроме того, из показаний свидетеля ФИО9 установлено, что первоначально ФИО1 три – четыре раза фальсифицировал выдох, но заключение «от медицинского освидетельствования отказался» не было вынесено врачом, поскольку он предполагал, что ФИО1 не уяснил, как правильно проходить данный тест. Ознакомившись с результатами освидетельствования, ФИО1 сразу начал ругаться и оскорблять лиц, находившихся в этот момент в медицинском учреждении. Покинув кабинет медицинского учреждения, ФИО1 больше не вернулся, все указанные действия расценены как отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО9 не имеется, поскольку он предупреждался об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ за дачу заведомо ложных показаний, ранее с ФИО1 знаком не был, каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии причин для оговора последнего со стороны свидетеля в ходе рассмотрения дела не установлено и к настоящей жалобе не представлено.

Как неоднократно указывалось Конституционным судом Российской Федерации проведение медицинского освидетельствования водителя транспортного средства на состояние опьянения предполагает добровольное участие в этом данного лица; отказ от выполнения законных требований уполномоченного должностного лица о прохождении такого освидетельствования может выражаться любым способом – как в форме действия, так и в форме бездействия, которые свидетельствуют о том, что водитель не намерен проходить указанное освидетельствование, в частности предпринимает усилия, препятствующие совершению данного процессуального действия или исключающие возможность его совершения (Определение от 26 апреля 2016 года № 876-О).

В данном случае фальсификация ФИО1 выдоха при проведении освидетельствования, его агрессивное поведение, выразившееся, в том числе, в оскорблении врача, а также то обстоятельство, что ФИО1 покинул кабинет медицинского учреждения, свидетельствовали об отсутствии у него намерений проходить медицинское освидетельствование, что обосновано было признано медицинским работником как его фактический отказ от его законного требования пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, о чем в п. 17 акта сделана запись «от медицинского освидетельствования отказался».

Таким образом, зафиксированный в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения врачом психиатром-наркологом, а также в протоколе об административном правонарушении отказ ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения обоснованно признан мировым судьей основанием к привлечению его к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Довод автора жалобы об отсутствии в акте медицинского освидетельствования сведений о техническом средстве, с помощью которого оно проводилось, не является нарушением, поскольку ФИО1 от медицинского освидетельствования отказался, и оно фактически не проводилось. Для привлечения к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, правовое значение имеет лишь факт отказа водителя транспортного средства от выполнения законного требования сотрудника полиции либо требования медицинского работника о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Равным образом не являются заслуживающими внимания доводы о том, что ФИО1 не отказывался от прохождения медицинского освидетельствования, данное заключение было вынесено врачом после отказа ФИО1 от ознакомления под подпись с результатами освидетельствования, поскольку опровергаются указанными выше доказательствами. Более того, сам ФИО1 объяснил, что отказавшись ставить подпись в результатах освидетельствования, он покинул медицинское учреждение, тем самым отказался от дальнейшей процедуры освидетельствования. В ходе рассмотрения жалобы ФИО1 также сообщил, что находясь в медицинском учреждении, он выражался в адрес врача нецензурной бранью, был агрессивен, зол, покинул медицинское учреждение, поскольку, как установлено с его слов, не считал целесообразным далее находиться в данном помещении.

Довод жалобы о том, что в нарушение п. 12 Правил освидетельствования отбор биологического объекта (моча, кровь) не проводился и в п. 14 акта стоит прочерк несостоятельны, поскольку из системного толкования пунктов 9, 11, 12 Порядка освидетельствования следует, что отбор биологического объекта для направления на химико-токсикологические исследования осуществляется после проведения исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя.

Таким образом, отказ от проведения освидетельствования дает основание врачу в журнале и в пункте 17 акта сделать запись «от медицинского освидетельствования отказался», а не проводить отбор биологического объекта для направления на химико-токсикологические исследования.

Довод жалобы об отсутствии в акте результатов исследования также несостоятельны, поскольку при отказе освидетельствуемого при проведении медицинского освидетельствования от осмотра врачом-специалистом (фельдшером), от любого инструментального или лабораторных исследований, медицинское освидетельствование и заполнение акта прекращаются, в связи с чем отсутствие в акте результатов исследования паров этанола в выдыхаемом воздухе, отобранных у ФИО1 существенным нарушением, влекущем недопустимость данного доказательства, не является.

Доводы жалобы о противоречивых сведениях о времени начала и окончания медицинского освидетельствования опровергаются показаниями свидетеля ФИО9, из которых установлено, что освидетельствование ФИО1 было начато в 04 часа 00 минут, однако, поскольку акт был распечатан в 04 часа 51 минуту, а также в связи с тем, что сведения о том, что ФИО1 отказался от прохождения освидетельствования были внесены в указанное выше время, программа выдала данные сведения. Кроме того, сведения о времени начала и окончания освидетельствования, при наличии отказа ФИО1 от его проведения, правового значения для настоящего дела не имеют и на правильность выводов мирового судьи о доказанности вины в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, не влияют.

Доводы ФИО1 и его защитника относительно того, что акт медицинского освидетельствования является недопустимым доказательством, о допущенных нарушениях при проведении процедуры освидетельствования и составлении процессуальных документов, о незаконности направления на медицинское освидетельствование проверялись мировым судьей и обоснованно признаны несостоятельными, чему в судебном решении приведено надлежащее мотивирование.

Таким образом, указанные факты в совокупности дают основания утверждать, что вопреки доводам жалобы порядок медицинского освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475, не нарушен.

Доводы ФИО1 о том, что он не являлся водителем автомобиля «Форд Фокус», государственный регистрационный знак №, опровергаются исследованными выше доказательствами, а также рапортами УУП ОУПП и ПДН ОМВД РФ по Валдайскому району ФИО2, ФИО3 от 31 января 2019 года, объяснения ФИО5, из которых следует, что ФИО1 находился за рулем автомобиля «Форд Фокус», государственный регистрационный знак №.

Установлено, что применение мер обеспечения производства по делу в отношении ФИО1, а именно, отстранение от управления транспортным средством, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения произведено в присутствии двух понятых, которым были разъяснены права, что засвидетельствовано в соответствующих протоколах их подписями.

Несостоятельно указанное выше утверждение ФИО1, кроме того, в связи с тем, что все меры обеспечения производства по делу применены к нему именно как к водителю. В том случае, если он таковым не являлся, то вправе был возражать против применения к нему мер обеспечения производства по делу, изложить соответствующие замечания и возражения в протоколах. При составлении всех протоколов, как отражающих применение мер обеспечения производство по делу, так и протокола об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.26 КоАП РФ, ФИО1 присутствовал.

Довод заявителя о том, что мировым судьей проигнорированы все доводы защиты голословны. При вынесении оспариваемого постановления мировой судья, с учетом имеющихся доказательств, обоснованно пришел к выводу, что именно ФИО1 являлся водителем указанного выше автомобиля. Каких-либо противоречий в представленных доказательствах и сомнений относительно виновности ФИО1 в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, не имеется.

Таким образом, вопреки утверждению автора жалобы, приведенные им в ходе производства по делу об административном правонарушении доводы об отсутствии события административного правонарушения рассмотрены мировым судьей и каждому из них дана объективная оценка, основанная на материалах дела и требованиях закона, вследствие чего являющаяся правильной.

Изучение представленных материалов дела свидетельствуют о том, что при рассмотрении дела мировой судья всесторонне, полно и объективно исследовал все имеющиеся по делу доказательства, проверил их достоверность и допустимость. Выводы, по которым отвергнуты представленные ФИО1 доказательства, а также его доводы, мировым судьей мотивированы в обжалуемом судебном акте, данная собранным по делу доказательствам оценка является надлежащей, а потому ставить ее под сомнение оснований не имеется. При рассмотрении дела об административном правонарушении все собранные по делу доказательства судья оценивает по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности.

Каких-либо данных, которые могли бы свидетельствовать о предвзятости мирового судьи при рассмотрении дела и жалобы, не имеется.

Доводы автора жалобы по существу представляют собой его субъективную оценку обстоятельств происшедшего, сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования, а также к выражению несогласия с оценкой, данной мировым судьей фактическим обстоятельствам дела и представленным по делу доказательствам, выполненной в соответствии с положениями ст. 26.11 КоАП РФ, в связи с чем указанные доводы не подлежат удовлетворению.

Несогласие ФИО1 с оценкой конкретных обстоятельств дела и доказательств само по себе не может служить основанием для отмены вынесенного по делу судебного постановления.

При назначении наказания мировой судья учел данные о личности ФИО1, а также характер совершенного им административного правонарушения, объектом которого является безопасность дорожного движения.

Административное наказание в виде административного штрафа с лишением права управления транспортными средствами назначено ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 3.1, 3.5, 3.8 и 4.1 КоАП РФ, оно является справедливым и соразмерным содеянному.

Порядок и срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности не нарушены.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 – 30.8 КоАП РФ, судья

р е ш и л:

Постановление мирового судьи судебного участка № 5 Валдайского судебного района Новгородской области от 15 апреля 2019 года в отношении ФИО1 – оставить без изменения, а жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Решение вступает в силу с момента вынесения и может быть обжаловано в порядке надзора в Новгородский областной суд лицами, указанными в ст. 25.1 – 25.5 КоАП РФ, опротестовано прокурором.

Судья И.А. Носова