Решение № 2-3100/2018 2-3100/2018~М-2917/2018 М-2917/2018 от 2 октября 2018 г. по делу № 2-3100/2018

№ 2-3100/18


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 октября 2018 года город Новосибирск

Железнодорожный районный суд города Новосибирска

в с о с т а в е:

судьи Пуляевой О.В.

при секретаре Дядченко К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Российский сельскохозяйственный банк» о защите прав потребителя,

У С Т А Н О В И Л :

Истец обратился в суд с иском к банку о взыскании денежных средств в размере 94 050 руб., о признании недействительным п.5 заявления на присоединение к Программе коллективного страхования от 14.06.2018 г. в части невозможности возврата страховой премии при досрочном прекращении договора страхования.

В обоснование требований указано, что 14.06.2018 г. между сторонами заключен кредитный договор на сумму 750 000 руб. под 13,5 % годовых. Условия предоставления кредита для оплаты страховой премии не подлежат изменению, поскольку предусмотрены в соглашении и заявлении о добровольном страховании, т.е. исключена возможность заемщика соглашаться или отказаться от страхования. Соглашение и заявление о страховании изначально предполагали друг друга. В адрес ответчика направлено заявление о возврате страховой премии. В удовлетворении отказано. Отказ в удовлетворении требований о возврате страховой премии при отказе страхователя от договора добровольного страхования противоречит закону.

Истец в судебном заседании требования поддержал.

Ответчик в судебное заседание не явился, направил письменные возражения на иск, в которых указал, что страхование являлось добровольным. За оказание услуг банк правомерно получил оплату. Оснований для признания условий об оплате услуг банка по подключению к Программе страхования недействительными, не имеется.

Изучив материалы дела, заслушав истца, суд приходит к следующему.

Материалами дела установлено, что между сторонами 14.06.2018 г. (л.д.7) заключен кредитный договор, по которому, ответчиком истцу предоставлен кредит в размере 750000 руб. на срок до 14.06.2022 г. под 13,5 % годовых.

Пунктом 4.1 договора предусмотрено, что ставка при согласии страхования жизни и здоровья в течение срока кредитования составляет 13,5 % годовых. В случае отказа заемщика, доход которого был учтен при расчете суммы кредита, осуществить страхование жизни или несоблюдение принятого обязательства по обеспечению непрерывного страхования жизни и здоровья в течение срока кредитного договора, процентная ставка увеличивается на 6 % годовых.

Истцом подписано заявление на присоединение к Программе коллективного страхования заемщиком (л.д.16).

В соответствии с п.15 (л.д.12) истец согласился на страхование по договору коллективного страхования, заключенному между банком и страховщиком. Плата за сбор, обработку и техническую передачу информации о заемщике, связанную с распространением условий Программы страхования определена сторонами в размере 94 050 руб.

16.06.2018 г. (л.д.19) ответчиком от истца получено обращение о расторжении договора коллективного страхования и возврате суммы страховой премии. Так же 25.06.2018 г. подано заявление о возврат страховой премии.

Заявления оставлены без удовлетворения.

Ни истцом, ни ответчиком указанная Программа суду не представлена, как не представлены суду ответчиком доказательства осуществления платежа (страховой премии) страховщику до даты поступления первоначального обращения истца о возврате денежных средств в размере 94 050 руб. При этом, сторонам определением от 05.09.2018 г. (л.д.2) разъяснялись требования ст.56 ГПК РФ.

Рассматривая требования о признании сделки недействительной в части, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено каких-либо доказательств обращения в банк о предоставлении ему кредита без заключения договора страхования, в чем банком ему было бы отказано.

Соглашение на предоставление кредита в части применения по кредитному договору пониженной процентной ставки обязанности заемщика заключить договор страхования для предоставления кредита не содержит.

Текст п.15 Соглашения о применении по кредитному договору пониженной процентной ставки свидетельствует о том, что заемщику предлагаются различные процентные ставки по кредиту, при этом, разница между процентными ставками со страхованием и без такового не является дискриминационной, а является разумной.

Указанные в п.15 Соглашения услуги не подпадают под перечень банковских операций, перечисленных в п. 17 ст. 5 Федерального закона от 21.12.2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", поэтому установление платы за данные услуги не противоречит действующему законодательству.

Соглашение не ограничивает и не нарушает прав и законных интересов истца, договор страхования заключен с согласия заемщика, выраженного в письменной форме, отражающего самостоятельное свободное волеизъявление истца, заключение договора страхования не являлась необходимым условием заключения кредитного договора.

Из договора следует, что истец изъявил желание присоединиться к Программе страхования. Истец не представил суду доказательств принуждения его к заключению договора, он не лишен был возможности, не соглашаясь с вышеуказанными условиями на заключение кредитного договора, воспользоваться услугами другого банка, возражений против предложенной страховой компании не заявил, иных страховых компаний не предлагал.

Ответчик не оспаривал, что осуществил списание средств истца в размере 94 050 руб. в соответствии с подписанным соглашением.

Требования к страховщику, с которым банком заключен договор страхования, в котором застрахованным выступает истец, в рамках настоящего дела не заявляются.

Как указывает в своем отзыве представитель ответчика, списанная со счета истца во исполнение п.15 Соглашения сумма (94 050 руб.) не является страховой премией (т.е. к ней не могут быть применены положения Указания ЦБ РФ от 20 ноября 2015 г. N 3854-У «О МИНИМАЛЬНЫХ (СТАНДАРТНЫХ) ТРЕБОВАНИЯХ К УСЛОВИЯМ И ПОРЯДКУ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ОТДЕЛЬНЫХ ВИДОВ ДОБРОВОЛЬНОГО СТРАХОВАНИЯ»).

Поскольку истец не является страхователем, из его средств не производилась оплата страховой премии, то его права положениями Программы страхования в части невозврата страховой премии при досрочном прекращении договора страхования не нарушены, следовательно требования в указанной части не подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, рассматривая требования истца о возврате денежных средств, необходимо учитывать следующее.

Согласно п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Предоставление кредита, по смыслу Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей", является финансовой услугой, в связи с чем на отношения между гражданином-потребителем, заключившим кредитный договор с банком или иной кредитной организацией, распространяются нормы Закона "О защите прав потребителей" в части, не урегулированной специальными законами.

Текст заявлений истца (несмотря на его ссылку о возврате денежных средств – страховой премии, а не денежных средств – вознаграждения банка) свидетельствует о его намерении получить возврат денежных средств (как он указывает, сумму страховки).

Ответчик (в ответе от 19.06.2018 г. – л.д.20) называет вышепоименованную сумму «страховой платой». Иных денежных средств истец ответчику не вносил, следовательно, заявление от 16.06.2018 г. с учетом текста заявления от 25.06.2018 г. (л.д.21) свидетельствует о желании истца получить назад списанные с его счета средства в размере 94 050 руб.

Воля сторон кредитного договора была направлена на то, чтобы заключить договор с конкретной формулировкой условий о плате за услуги банка, а закон, запрещающий включение подобных условий в кредитный договор, отсутствует, данное условие договора не может быть признано недействительным.

Вместе с тем, поименованная выше сумма уплачивалась единовременно до выдачи кредита, поэтому такие действия подлежат оценке судом на предмет того, взимаются ли они за совершение банком действий, которые являются самостоятельной услугой, создающей для заемщика какое-либо дополнительное благо или иной полезный эффект.

Суд установил, что в рассматриваемом деле плата в размере 94 050 руб. была предусмотрена за действия, без совершения которых банк мог бы заключить и исполнить кредитный договор (в т.ч., например, в случае заключения самим истцом страхования жизни и здоровья у иного страховщика).

Следовательно, сбор, обработка и техническая передача информации о заемщике (поименованная в п.15) является самостоятельной услугой, создающей для заемщика дополнительное благо и иной полезный эффект.

Суд соглашается с доводами ответчика о правомерности взимания платы за оказываемую услугу, вместе с тем, учитывает, что в соответствии со ст. 32 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору. Аналогичное право предоставляет и п. 1 ст. 782 Гражданского кодекса РФ, согласно которому заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Заказчик вправе отказаться от договора в части, когда характер оказываемых услуг позволяет разделить их объем, если иное не установлено законом.

Как следует из содержания приведенных норм, они применяются в случаях, когда такой отказ потребителя (заказчика) не связан с нарушением исполнителем обязательств по договору, и возлагают на потребителя (заказчика) обязанность оплатить расходы, понесенные исполнителем в связи с исполнением обязательств по договору.

Поскольку ст. 32 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" предусматривает обязанность потребителя оплатить исполнителю фактически понесенные им расходы, Банк вправе удержать их при решении вопроса о возврате истцу части уплаченных им по договору средств.

При этом, с учетом ст.56 ГПК РФ именно на Банке лежит обязанность обосновать размер фактически понесенных расходов и подтвердить их – представить доказательства обоснованности удержания (невозврата) денежных средств, полученных от потребителя.

Ссылка ответчика в ответе от 19.06.2018 г. (л.д.20-оборот) на то, что страхователем (Банком) обязательства в рамках Программы коллективного страхования исполнены в полном объеме, является голословной и материалами дела не подтверждена.

Не представлены ответчиком доказательства в части расходов, связанных с производством действий в отношении истца. Ответчиком суду не представлена возможность определить и проверить их, т.е. фактические расходы, понесенные банком в связи с предоставлением услуг истцу в рамках договора с ним (п.15) не подтверждены (объем работ, затрат, экономическая обоснованность и оправданность затрат в денежной форме /например программная структура банка, покупка оборудования, обучение персонала, оплата работы, расходных материалов и пр./).

Так же ответчиком не представлено доказательств того, что произведенные затраты носят комплексный характер, в связи с чем, потребитель лишен возможности получить частично возврат внесенных денежных средств.

Как следует из ст.6 Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" в расчет полной стоимости потребительского кредита (займа) не включаются: платежи заемщика за услуги, оказание которых не обусловливает возможность получения потребительского кредита (займа) и не влияет на величину полной стоимости потребительского кредита (займа) в части процентной ставки и иных платежей, при условии, что заемщику предоставляется дополнительная выгода по сравнению с оказанием таких услуг на условиях публичной оферты и заемщик имеет право отказаться от услуги в течение четырнадцати календарных дней с возвратом части оплаты пропорционально стоимости части услуги, оказанной до уведомления об отказе.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" с учетом разъяснений, данных в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду. При таких обстоятельствах, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф, предусмотренный пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 47 025 руб.

Несмотря на то, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины, но она им оплачена в установленном законом размере (3022 руб.) с учетом ст.98 ГПК РФ она подлежит взысканию с ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Взыскать с АО «Российский сельскохозяйственный банк» в пользу ФИО1 144 097 руб. В удовлетворении иска в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд через Железнодорожный районный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья