Решение № 2-1485/2019 2-1485/2019~М-1035/2019 М-1035/2019 от 8 июля 2019 г. по делу № 2-1485/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 июля 2019 года г. Иркутск

Куйбышевский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи Красновой Н.С.,

при секретаре Булаевой А.С.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, представителя ответчика АО «Иркутскнефтепродукт» - ФИО3, представителя третьего лица Иркутское региональное отделение Фонд социального страхования РФ – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1485/2019 по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Иркутскнефтепродукт» о взыскании заработной платы,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском, в обоснование которого указал, что работал в АО «Иркутскнефтепродукт» с <дата> по <дата>.

Генеральным директором АО «Иркутскнефтепродукт» издан приказ от <дата> о расторжении договора с управляющим АЗК №3 АО «Иркутскнефтепродукт» ФИО1 на основании п.5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

<дата> истец подал работодателю заявление об удержании из его заработной платы суммы недостатчи за нефтепродукты в размере 1370, 49 рублей.

Согласно распоряжению АО «Ирктскнефтепродукт» <номер> от <дата> из заработной платы ФИО1 удержанию подлежит сумма материального ущерба за нефтепродукты в размере 1370, 49 рублей.

Согласно расчетного листа за май 2018 работодатель произвел удержание материального ущерба за нефтепродукты из заработной платы истца в размере 1370, 49 рублей.

<дата> истец подал работодателю заявление об удержании из его заработной платы суммы недостачи за нефтепродукты в размере 140, 10 рублей.

Согласно распоряжению АО «Иркутскнефтепродукт» <номер> от <дата> из заработной платы ФИО1 удержанию подлежит сумма материального ущерба за нефтепродукты в размере 140, 10 рублей.

Согласно расчетному листу указанная сумма удержана.

<дата> истец подал работодателю заявление об удержании из его заработной платы суммы недостачи за нефтепродукты в размере 901, 55 рублей.

Согласно распоряжению АО «Иркутскнефтепродукт» <номер> от <дата> из заработной платы ФИО1 удержанию подлежит сумма материального ущерба за нефтепродукты в размере 901, 35 рублей.

Согласно расчетного листка за ноябрь 2018 года работодатель произвел удержание материального ущерба за нефтепродукты из заработной платы суммы недостачи в размере 16413, 69 рублей, в следующем порядке: в декабре 2018 – 1413, 69 рублей, в период с января по октябрь 2019 – по 1500 рублей ежемесячно.

Согласно распоряжению АО «Иркутскнефтепродукт» <номер> от <дата> из заработной платы ФИО1 удержанию подлежит сумма материального ущерба за нефтепродукты в размере 16413, 69 в течение 11-ти месяцев.

Согласно расчетного листка за декабрь 2018 работодатель произвел удержание материального ущерба за нефтепродукты из заработной платы в размере 1492 рубля.

<дата> истец подал работодателю заявление об удержании из его заработной платы суммы недостачи за нефтепродукты в размере 13057,04 рублей равными частями в течение восьми месяцев.

Согласно распоряжению АО «Иркутскнефтепродукт» <номер> от <дата> из заработной платы ФИО1 удержанию подлежит сумма материального ущерба за нефтепродукты в размере 13057, 14 рублей в течение 8-ми месяцев.

Согласно расчетного листа за январь 2019 работодатель произвел удержание материального ущерба за нефтепродукты из заработной платы истца в размере 3124, 13 рубля.

<дата> истец подал работодателю заявление об удержании из заработной платы суммы недостачи в размере 950, 40 рублей.

Согласно распоряжению АО «Иркутскнефтепродукт» <номер> от <дата> из заработной платы ФИО1 удержанию подлежит сумма материального ущерба за нефтепродукты в размере 950, 40 рублей.

Согласно расчетного листа за февраль 2019 работодатель произвел удержание материального ущерба за нефтепродукты из заработной платы истца в размере 4074, 53 рубля.

Итого, за период с мая 2018 по февраль 2019 из заработной платы ФИО1 было удержано 11102, 80 рублей в качестве возмещения материального ущерба работодателю за недостачу по нефтепродуктам.

<дата> ФИО1 подал на имя генерального директора АО «Иркутскнефтепродукт» заявление об отзыве согласия на удержание денежных сумм из его заработной платы согласно заявлениям от <дата>, <дата>, <дата>.

Со ссылкой на положения ст. ст. 22, 129, 136, 137 ТК РФ истец считает, что удержание из заработной платы произошло с нарушением требований трудового законодательства. В связи с чем, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию удержанная заработная плата в сумме 11102, 80 рублей.

Период с <дата> по <дата> является периодом временной нетрудоспособности истца в связи с необходимостью ухода за больным ребенком.

В соответствии с графиком отпусков на 2019 год в период с <дата> по <дата> ФИО1 полагался ежегодный оплачиваемый отпуск. Однако, в связи с нетрудоспособностью, выпавшей на дни отпуска <дата>, истец фактически находился в отпуске с <дата> по <дата>.

Согласно расчетного листа за февраль 2019 работодатель верно начислил ФИО1 оплату больничного листа в количестве 5 дней (<дата>-<дата>) в размере 8997, 85 рублей.

Однако, в соответствии с расчетным листком за март 2019 работодатель незаконно произвел удержание из заработной платы истца за один оплаченный день больничного листа в размере 1799, 95 рублей. В связи с чем, указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

За апрель 2018 года ФИО1 не была начислена и выплачена текущая премия за выполнение плана в размере 14139 рублей, которая, по мнению истца, подлежит взысканию с ответчика.

На основании изложенного истец ФИО1 просит суд с учетом уточнения иска взыскать с АО «Иркутскнефтепродукт» в свою пользу сумму удержанной заработной платы в размере 11102, 80 рубля, сумму пособия по временной нетрудоспособности в размере 1799, 57 рублей, сумму текущей премии за апрель 2018 в размере 14139 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о судебном разбирательстве извещен, уважительных причин не явки не представил.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила иск удовлетворить.

Представитель ответчика АО «Иркутскнефтепродукт» - ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения иска возражала, поддержала ранее представленный отзыв ответчика. В обоснование отзыва представитель ответчика указала, что удержание производились на основании заявлений истца по распоряжению его заработной платы, в связи с чем действия работодателя являются законными. Удержание пособия по временной нетрудоспособности произведено в связи с тем, что <дата> опоздав на работу, истец полностью отработал рабочую смену, в связи с чем ему начислена и произведена оплата заработной платы. При этом, выплата пособия по временной нетрудоспособности и заработной платы одновременно не предусмотрены. Не согласен представитель ответчика и с требованием истца о взыскании текущей премии, поскольку в мае 2018 года истец был привлечен к дисциплинарной ответственности, а согласно Стандарта об оплате труда текущая премия выплачивается при отсутствии дисциплинарного взыскания за отчетный период. На основании изложенного, представитель ответчика просила в иске отказать.

Также заявила о пропуске срока для обращения истцом в суд по требованию об удержании из заработной платы в мае, октябре, ноябре, декабре 2018 года.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании против заявления о пропуске срока исковой давности возражала, указав, что срок, установленный ст. 392 ТК РФ истцом не пропущен.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, Иркутское региональное отделение Фонд социального страхования РФ – ФИО4 в судебном заседании оставил разрешение данного спора на усмотрение суда.

В порядке ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, исследовав и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией РФ основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются: обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В силу статьи 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно статье 22 ТК РФ работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно статье 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Судом установлено, что АО «Иркутскнефтепродукт» зарегистрировано в качестве юридического лица за основным государственным регистрационным номером <номер>. В материалы гражданского дела представлены надлежащим образом заверенные копии учредительных документов ответчика, а именно: свидетельство серии <номер>, свидетельство серии <номер>, свидетельство о постановке на налоговый учет серии <номер>, решение единственного акционера от <дата>, устав, утвержденный решение единственного акционера от <дата>.

В период с <дата> по <дата> ФИО1 состоял в трудовых отношения с АО «Иркутскнефтепродукт» и на момент расторжения трудового договора занимал должность управляющего АЗК №3 г. Иркутска.

Указанные обстоятельства подтверждаются трудовым договором <номер> от <дата>, приказом о прекращении трудового договора <номер><дата>, данными трудовой книжки серии <номер>.

Истцом ФИО1 на имя генерального директора АО «Иркутскнефтепродукт» были написаны заявления об удержании из его заработной платы недостачи, выявленной по результатам ревизии, инвентаризации от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>.

На основании заявлений истца были вынесены распоряжения и произведены удержания из заработной платы, всего на сумму 11102, 80 рубля, что сторонами не оспаривалось в судебном заседании и подтверждается распоряжениями АО «Иркутскнефтепродукт» от <дата><номер> от <дата><номер> от <дата><номер>, от <дата><номер>, от <дата><номер> от <дата><номер>, от <дата><номер>, расчетными листками за мая 2018, за октябрь 2018, за ноябрь 2018, за декабрь 2018, за январь 2019, за февраль 2019.

<дата> ФИО1 написал на имя генерального директора АО «Иркутскнефтепродукт» заявление об отзыве согласия на удержание денежных средств из его заработной платы согласно заявлениям от <дата>, от <дата>, от <дата>.

На основании указанного заявления денежные средства ответчиком не возращены, что не оспаривалось в судебном заседании.

Проверяя законность произведенных удержаний из заработной платы истца, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 137 ТК РФ удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы; для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях; для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса); при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 или пунктами 1, 2 или 4 части первой статьи 81, пунктах 1, 2, 5, 6 и 7 статьи 83 настоящего Кодекса.

В случаях, предусмотренных абзацами вторым, третьим и четвертым части второй настоящей статьи, работодатель вправе принять решение об удержании из заработной платы работника не позднее одного месяца со дня окончания срока, установленного для возвращения аванса, погашения задолженности или неправильно исчисленных выплат, и при условии, если работник не оспаривает оснований и размеров удержания.

Заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев: счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Как следует из содержания ч. 1, 2 ст. 248 ТК РФ взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба. Если месячный срок истек или работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом.

В соответствии со статьей 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

На основании п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 в силу ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам; под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Исходя из анализа указанных положений закона, удержания могут производиться только в случаях, указанных в ст. 137 ТК РФ. Ущерб, причиненный работником работодателю различными способами, в том числе в порядке недостачи, сам по себе нельзя считать основанием для удержания в порядке ст. 137 ТК РФ. Основанием для удержания является наличие условий для привлечения работника к материальной ответственности предусмотренной ст. 233 ТК РФ. В случае причинения ущерба работодателю, последний издает распоряжение не об удержании, а о привлечении работника к материальной ответственности через удержание из заработной платы с соблюдением требований ст. 138 ТК РФ.

Согласно договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности от <дата>, заключенного между АО «Иркутскнефтепродукт» и коллективом АЗК №3 г. Иркутск в лице руководителя ФИО1, коллектив принимает на себя коллективную (бригадную) материальную ответственность за не обеспечение сохранности имущества, вверенного ему для обеспечения деятельности АЗК №3, а также за ущерб, возникший у Работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, а Работодатель обязуется создать Коллективу (бригаде) условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых обязательств по настоящему договору (раздел 1 договора).

Пунктом 12 предусмотрено, что основанием для привлечения членов Коллектива (бригады) к материальной ответственности является прямой действительный ущерб, непосредственно причиненный Коллективом (бригадой) Работодателю, а также ущерб, возникший у Работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.

Определение размера ущерба, причиненного Коллективом (бригадой) Работодателю, а также порядок его возмещения регулируются действующим законодательством (п. 14 Договора).

Оценивая представленные доказательства, условия договора о материальной ответственности, исходя из требований закона, суд приходит к выводу о законности заявленных требований о взыскании с ответчика в пользу истца удержанной из заработной платы в качестве недостачи суммы в размере 11102, 80 рубля, поскольку в нарушение требований ст. 137, ст. 138, ст. 233 ТК РФ ответчиком не представлено доказательств причинения ущерба, размера ущерба, соблюдения процедуры привлечения истца к материальной ответственности. Таким образом, действия ответчика по удержанию из заработной платы истца суммы недостачи только на основании его заявления, по мнению суда, являются незаконными, а удержанная сумма в размере 11102, 80 рубля подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Доводы ответчика о произведенных удержаниях на основании его личного заявления, что допустимо в связи с разъяснениями Роструда в письме от <дата><номер> не могут быть приняты во внимание, поскольку во-первых, указанное письмо носит рекомендательный характер, во-вторых, касается производства удержаний в счет оплаты кредита, что не применимо к рассматриваемым правоотношениям.

Разрешая требования истца о взыскании текущей премии за апрель 2018 года, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии со ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Приказом АО «Иркутскнефтепродукт» от <дата><номер> утвержден Стандарт АО «Иркутскнефтепродукт» об оплате труда, согласно которому определено, что заработная плата работников состоит из должностного оклада (тарифной ставки), компенсационных и стимулирующих выплат, состав и размер которых устанавливается в соответствии с настоящим Стандартом (п.4.1.4 Стандарта).

В соответствии с п.5.1.1. Стандарта премирование работников производится в целях усиления их материальной заинтересованности в повышении эффективности и качества труда.

Системой премирования предусмотрена возможность следующих видов премий: текущее премирование персонала по итогам производственно-хозяйственной деятельности Общества за отчетный период, в том числе текущее премирование работников АЗК/АЗС/ПЗС (п. 5.1.2 Стандарта).

В соответствии с разделом 5.2. Стандарта отчетным месяцем для подведения итогов работы Общества и для определения базы заработной платы для целей ежемесячного премирования является месяц, предшествующий текущему.

Подведение итогов производственно-хозяйственной деятельности за отчетный месяц осуществляется по работникам АЗК/АЗС/ПЗС и территориальным менеджерам, на которых распространяется текущее премирование не позднее 25 числа месяца следующего за отчетным.

Премирование по результатам отчетного месяца (текущее премирование) распространяется на всех работников Общества, за исключением единоличного исполнительного органа.

Разделом 5.6 Стандарта предусмотрено, что отчетным периодом для подведения итогов производственно-хозяйственной деятельности АЗК/АЗС/ПЗС Общества и для определения базы заработной платы для целей текущего премирования является календарный месяц.

Согласно п.5.6.4. премия за отчетный период выплачивается при соблюдении следующих условий персонально работнику: при соблюдении Инструкции АО «Иркутскнефтепродукт» «Порядок определения и возмещения недостач на Автозаправочных станциях и комплексах» № П3-07 И-01069 ЮЛ-048 в части возмещения в добровольном порядке недостачи по результатам инвентаризации; при отсутствии дисциплинарного взыскания за отчетный период, при отсутствии среди причин расторжения с работником трудового договора до даты выплаты премии за отчетный период оснований, установленных п.5.2.3.3. настоящего Стандарта.

Пунктом 12.3. трудового договора от <дата> предусмотрены выплаты премий, которое осуществляется на основании положения о премировании.

В судебном заседании установлено и сторонами не оспаривалось, что за апрель 2018 года ФИО1 текущая премия в размере 14139 рублей не выплачивалась, в связи с наличием у истца дисциплинарного взыскания, что подтверждается приказом о премировании по результатам производственно-хозяйственной деятельности АЗК/АЗС/ПЗС от <дата><номер>, расчетным листом за апрель 2018 года, приказом «О дисциплинарном взыскании» от <дата><номер>.

Как усматривается из служебной записки от <дата>, объяснительной от <дата>, требования от <дата>, приказа от <дата><номер> ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания за нарушение п. 59 раздела Должностной инструкции управляющего АЗК.

Анализируя положения Стандарта о текущем премировании, учитывая, что отчетным месяцем для подведения итогов работы и для определения базы заработной платы для целей ежемесячного премирования является месяц, предшествующий текущему, принимая во внимание, что ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности в мае 2018 года, а не в апреле 2018 (в месяц, предшествующий текущему), суд приходит к выводу, что оснований для не выплаты истцу текущей премии в связи с привлечением его к дисциплинарной ответственности в мае 2018 года у ответчика не имелось, в связи с чем текущая премия за апрель 2018 года подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Разрешая требования истца о взыскании суммы удержанного пособия по временной нетрудоспособности, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 183 ТК РФ при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает работнику пособие по временной нетрудоспособности в соответствии с федеральными законами.

Размеры пособий по временной нетрудоспособности и условия их выплаты устанавливаются федеральными законами.

В соответствии со ст. 13 ФЗ № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком осуществляются страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (за исключением случаев, указанных в частях 3 и 4 настоящей статьи).

Согласно п. 10 Постановления Правительства РФ от 12.02.1994 № 101 (ред. от 29.12.2018) «О Фонде социального страхования Российской Федерации» выплата пособий по социальному страхованию, оплата путевок работникам и членам их семей в санаторно-курортные учреждения, финансирование других мероприятий по социальному страхованию на предприятиях, в организациях, учреждениях и иных хозяйствующих субъектах независимо от форм собственности осуществляется через бухгалтерии работодателей. Ответственность за правильность начисления и расходования средств государственного социального страхования несет администрация страхователя в лице руководителя и главного бухгалтера.

Согласно ч. 4 ст. 15 указанного федерального закона суммы пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком, излишне выплаченные застрахованному лицу, не могут быть с него взысканы, за исключением случаев счетной ошибки и недобросовестности со стороны получателя (представление документов с заведомо неверными сведениями, в том числе справки (справок) о сумме заработка, из которого исчисляются указанные пособия, сокрытие данных, влияющих на получение пособия и его размер, другие случаи). Удержание производится в размере не более 20 процентов суммы, причитающейся застрахованному лицу при каждой последующей выплате пособия, либо его заработной платы. При прекращении выплаты пособия либо заработной платы оставшаяся задолженность взыскивается в судебном порядке.

В судебном заседании установлено, что <дата> ФИО1 выдан листок нетрудоспособности <номер> с указанием периода нетрудоспособности с <дата> по <дата>, причины нетрудоспособности - уход за больным членом семьи.

<дата> актом отсутствия на рабочем месте зафиксировано, что управляющий АЗК ФИО1 отсутствовал на работе с <дата> с 08.00 до 08.42 ч.

<дата> составлен акт подтверждения отработанного времени, согласно которому было установлено, что ФИО1 опоздал на работу на 42 минуты и прибыл на АЗК в 08.42 ч., в дальнейшем ФИО1 находился на рабочем месте до 17.12 ч., то есть отработал до конца рабочей смены.

Согласно выписке из табеля учета рабочего времени за <дата> отработанного времени проставлено 7,5 ч.

Из письма заместителя генерального директора по экономической безопасности <ФИО>10 на имя генерального директора АО «Иркутскнефтепродукт» от <дата> следует, что входе проведенного внутреннего расследования было установлено, что <дата> ФИО1 предъявлен лист нетрудоспособности <номер> по уходу за ребенком в период с <дата> по <дата>.

Вместе с тем, ни <дата> в ходе проверки АЗК №3, ни во время уведомления своего руководства <дата> о том, что он ушел на больничный, ФИО1 никого в известность не поставил, что он находится больничном с <дата>. При просмотре записей СВН АЗК №3 установлено, что после своего опоздания истец проработал на АЗК полный рабочий день и убыл домой в 17.12 ч. В связи с чем, комиссия, проводившая внутреннее расследование пришла к выводу о том, что <дата> никакого ухода ФИО1 за ребенком не осуществлял, а добросовестно отработал рабочий день, за который должен получить заработную плату.

Как усматривается из расчетного листка за март 2019 года с ФИО1, удержана оплата больничного листа в размере 1799, 57 рублей, начислена и выплачена заработная плата за отработанное <дата> время - 7,5, исходя из оклада в размере 1263, 13 рублей.

В подтверждение того, что истец ставил в известность работодателя о нахождении на больничном, суду представлена телефонная переписка между истцом и <ФИО>12, из которой усматривается, что ФИО1, сообщает <дата> в 19.51 ч., что он на больничном.

Оценивая представленные доказательства, исходя из положений ст. 15 ФЗ № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» суд полагает, что действия истца, который с <дата> находился на больничном и в тот же день выполнял свои трудовые функции, в связи с чем получил и выплату пособия по нетрудоспособности, и заработную плату, нельзя признать добросовестными. Принимая во внимание, что в ходе судебного разбирательства нашел подтверждение факт нахождения истца на рабочем месте <дата> и выполнение работы в течение полного рабочего дня, за исключением опоздания, суд приходит к выводу, что законные основания для удержания пособия по временной нетрудоспособности из заработной платы истца у ответчика имелись, в связи с чем в удовлетворении иска в данной части надлежит отказать.

Довод представителя ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд по требованию об удержании из заработной платы в мае, октябре, ноябре, декабре 2018 года, по мнению суда не подлежит принятию в связи со следующим.

Согласно ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении. Работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Положениями указанной статьи Трудового кодекса РФ установлен годичный срок для обращения с иском о невыплате или не полной выплате заработной платы. Учитывая, что истец <дата> обратился в суд с иском о взыскании денежной суммы, удержанной из заработной платы за период с мая 2018 по февраль 2019 года, суд приходит к выводу, что срок, установленный ст. 392 ТК РФ истцом не пропущен.

В соответствии с подп. 1 п. 1 ст.333.36 Налогового кодекса РФ и ст. 393 ТК РФ истец освобожден от уплаты государственной пошлины и судебных расходов.

В соответствии с подп. 2 п. 2 ст.333.17 НК РФ плательщиками государственной пошлины признаются организации в случае, если они выступают ответчиками в судах общей юрисдикции, и если при этом решение суда принято не в их пользу и истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с главой 25.3 НК РФ.

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 957, 25 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Иркутскнефтепродукт» о взыскании заработной платы удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Иркутскнефтепродукт» в пользу ФИО1 сумму удержанной заработной платы в размере 11102, 80 рубля, сумму текущей премии за апрель 2018 в размере 14139 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Иркутскнефтепродукт» о взыскании суммы пособия по временной нетрудоспособности в размере 1799, 57 рублей, отказать.

Взыскать с Акционерного общества Иркутскнефтепродукт» государственную пошлину в бюджет г. Иркутска в сумме 957, 25 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Куйбышевский районный суд города Иркутска лицами, участвующими в деле, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: Н.С. Краснова