Решение № 2-2490/2017 2-2490/2017~М-2433/2017 М-2433/2017 от 17 октября 2017 г. по делу № 2-2490/2017

Дело № 2-2490/2017
18 октября 2017 года
город Котлас

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Котласский городской суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Кузнецовой О.Н.

при секретаре Соповой И.В.

при участии прокурора Мишаковой Л.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 18 октября 2017 года гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному унитарному предприятию «Почта России» о защите трудовых прав,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к Федеральному государственному унитарному предприятию «Почта России» (далее по тексту ФГУП «Почта России») о защите трудовых прав, просит отменить приказ № от 25 августа 2017 года о прекращении трудового договора в связи с истечением срока трудового договора на основании п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ, восстановить на работе в должности инженера обособленного подразделения Котласский почтамт Управления федеральной почтовой связи Архангельской области – филиал ФУГП «Почта России», взыскать компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

В обоснование требований указано, что истец с 24 октября 2016 года работала в должности инженера обособленного подразделения Котласский почтамт по срочному трудовому договору в период нахождения основного работника М.Н.Н. в декретном отпуске. С увольнением по данному основанию не согласна в связи с нарушением порядка ее увольнения, так как на момент увольнения она находилась в отпуске по уходу за ребенком. В связи с нарушением ее трудовых прав просит взыскать компенсацию морального вреда.

В судебном заседании истец и ее представитель ФИО2 требования поддержали по доводам, изложенным в иске. Дополнительно пояснили, что М.Н.Н. фактически не выходила на работу 28 августа 2017 года, поэтому оснований прекращать с истцом трудовой договор не было.

Представитель ответчика ФГУП «Почта России» ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что увольнение истца произведено на законных основаниях, просила в иске отказать.

Суд, рассмотрев иск, заслушав стороны, исследовав материалы дела, принимая во внимание заключение прокурора, полагавшего отказать в удовлетворении иска, приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

В силу части 1 статьи 79 Трудового кодекса РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Частью 3 той же статьи предусмотрено, что трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу.

Таким образом, выход на работу отсутствующего работника, для выполнения обязанностей которого принималось на работу другое лицо по срочному трудовому договору, является безусловным основанием для прекращения такого договора.

Данная норма регулирует отношения, возникающие при наступлении определенного события – истечения установленного срока действия трудового договора. Это обстоятельство не связано с инициативой работодателя и наступает независимо от его воли.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец в период с 24 октября 2016 года по 27 августа 2017 года работала в должности инженера Группы продаж Котлас Котласского почтамта УФПС Архангельской области – филиала ФГУП «Почта России» по срочному трудовому договору, уволена по п. 2 части первой ст. 77 ТК РФ, по истечении срока трудового договора.

Из заявления ФИО1 о приеме на работу, трудового договора от 24 октября 2016 года и приказа о приеме на работу ФИО1 следует, что истец принята на работу на период декретного отпуска (отпуска по беременности и родам, отпуску по уходу за ребенком) основного работника М.Н.Н.

М.Н.Н. с 17 октября 2016 года по 21 марта 2017 года предоставлен отпуск по беременности и родам, что подтверждается приказами работодателя № от 17 октября 2016 года и № от 28 декабря 2016 года.

Приказом работодателя № от 10 марта 2017 года М.Н.Н. предоставлен отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста 3-х лет с 22 марта 2017 года по 22 декабря 2019 года.

Согласно представленному работодателю заявлению от М.Н.Н., датированному 24 августа 2017 года, последняя просила считать ее вышедшей из отпуска по уходу за ребенком, с 28 августа 2017 года.

На основании данного заявления издан приказ № от 28 августа 2017 года о выходе М.Н.Н. из отпуска по уходу за ребенком 28 августа 2017 года на условиях неполного рабочего времени.

Таким образом, факт выхода на работу основного работника М.Н.Н. нашел свое подтверждение в судебном заседании, а именно заявлением самой М.Н.Н., приказом работодателя о выходе на работу М.Н.Н. из отпуска по уходу за ребенком, табелем учета рабочего времени в отношении М.Н.Н.

При указанных обстоятельствах ответчиком обоснованно был прекращен срочный трудовой договор с истцом, так как основанием для увольнения временного работника послужил выход на работу основного работника.

В данном случае суд также принимает во внимание, что истец, давая согласие на заключение трудового договора на определенный срок, знала о его прекращении по истечении заранее оговоренного периода – в связи с выходом на работу работника, за которым в соответствии с действующим законодательством сохраняется место работы. Возможность прекращения срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей временно отсутствующего работника, в том числе по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, обусловлена необходимостью защиты прав и свобод временно отсутствующего работника.

Довод истца о том, что ее не могли уволить, так как она находилась в отпуске по уходу за ребенком, судом во внимание не принимается, так как основан на неправильном толковании норм материального права.

Согласно ч. 1 ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации, расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

Согласно ч. 2 указанной статьи, в случае истечения срочного трудового договора в период беременности женщины работодатель обязан по ее письменному заявлению и при предоставлении медицинской справки, подтверждающей состояние беременности, продлить срок действия трудового договора до окончания беременности, а при предоставлении ей в установленном порядке отпуска по беременности и родам - до окончания такого отпуска.

Частью 3 ст. 261 ТК РФ допускается увольнение женщины в связи с истечением срока трудового договора в период ее беременности, если трудовой договор был заключен на время исполнения обязанностей отсутствующего работника и невозможно с письменного согласия женщины перевести ее до окончания беременности на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации женщины, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую женщина может выполнять с учетом ее состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать ей все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Согласно разъяснениям, данным в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда от 28 января 2014 года N 1 "О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних", в силу части второй статьи 261 ТК РФ срочный трудовой договор не может быть расторгнут до окончания беременности. Состояние беременности подтверждается медицинской справкой, предоставляемой женщиной по запросу работодателя, но не чаще чем один раз в три месяца.

Срочный трудовой договор с беременной женщиной может быть расторгнут в случае его заключения на время исполнения обязанностей отсутствующего работника и невозможности ее перевода до окончания беременности на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации женщины, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую она может выполнять с учетом состояния здоровья (часть третья статьи 261 ТК РФ). Срочный трудовой договор продлевается до окончания беременности женщины независимо от причины окончания беременности (рождение ребенка, самопроизвольный выкидыш, аборт по медицинским показаниям и др.). В случае рождения ребенка увольнение женщины в связи с окончанием срочного трудового договора производится в день окончания отпуска по беременности и родам.

В иных случаях женщина может быть уволена в течение недели со дня, когда работодатель узнал или должен был узнать о факте окончания беременности.

Таким образом, обязанность работодателя по продлению срока действия трудового договора до окончания беременности прямо предусмотрена трудовым законодательством.

Судом установлено, что истец в ноябре 2016 года поставила работодателя в известность о своей беременности.

В соответствии с приказом работодателя № от 10 апреля 2017 года ФИО1 предоставлен отпуск по беременности и родам с 10 апреля 2017 года по 27 августа 2017 года.

6 июля 2017 года истец родила дочь Екатерину.

В соответствии со ст. 256 ТК РФ по заявлению женщины ей предоставляется отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Порядок и сроки выплаты пособия по государственному социальному страхованию в период указанного отпуска определяются федеральными законами.

Судом установлено, что с заявлением о предоставлении отпуска по уходу за ребенком до достижения им определенного возраста истец к работодателю не обращалась, в связи с чем отпуск по уходу за ребенком ей не предоставлялся.

Таким образом, на период издания приказа об увольнении истца – 25 августа 2017 года, и на момент ее увольнения – 27 августа 2017 года, истец не находилась в состоянии беременности и отпуске по уходу за ребенком.

Довод истца о том, что основанной работник М.Н.Н. не выходила на работу с 28 августа 2017 года не нашел подтверждения в судебном заседании и опровергается представленными в суд доказательствами.

Из положений статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, а также пункта 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" следует, что работник может быть восстановлен на работе только в случае, если увольнение его было произведено без законного основания и (или) с нарушением установленного порядка.

Оценивая представленные сторонами доказательства, суд пришел к выводу, что порядок увольнения истца не нарушен, поводом к увольнению послужил выход на работу основного работника, соответственно, у ответчика имелись достаточные основания для расторжения с истцом срочного трудового договора в силу прямого указания закона, кроме этого увольнение ФИО1 произведено не в период ее беременности и отпуска по беременности и родам.

Таким образом, требования истца о восстановлении на работе, признании незаконными приказа об увольнении № от 25 августа 2017 года удовлетворению не подлежат.

Также не подлежат удовлетворению требования о взыскании компенсации морального вреда в связи с нарушением трудовых прав истца.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Так как при рассмотрении настоящего иска не нашел подтверждения факт нарушения трудовых прав истца ФИО1, то оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда не имеется.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

в иске иску ФИО1 к Федеральному государственному унитарному предприятию «Почта России» об отмене приказа, восстановлении на работе и взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Котласский городской суд.

Председательствующий О.Н. Кузнецова