Апелляционное определение № 33-11293/2025 33-495/2026 от 4 февраля 2026 г.

Судья: Абуталипов Р.Ш. гр. дело 33-495/2026

2-2216/2025

УИД 63RS0029-01-2024-007666-63


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

05 февраля 2026 года г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе:

председательствующего Куршевой Н.Г.,

судей Соболевой Ж.В., Ивановой Е.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Губаревой Е.Н.,

рассмотрела гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Автозаводского районного суда г. Тольятти от 31 июля 2025 года,

заслушав доклад судьи Самарского областного суда Куршевой Н.Г., изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы,

УСТАНОВИЛА

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2, ФИО3 о расторжении договора, взыскании денежных средств, в обоснование требований, указав, что 14 февраля 2024 года между сторонами заключен договор возмездного оказания услуг, по условиям которого ИП ФИО2 обязался изготовить и установить надмогильное сооружение и благоустроить место захоронения ФИО4, умершего 19 июля 2022 года, который приходится ей сыном. Стоимость указанных услуг по договору составила 230 800 рублей. В исполнении указанного договора истец оплатил стоимость услуг в полном объеме, что подтверждается квитанцией к приходному ордеру от 14 февраля 2024 года. Однако, ответчиком обязательства, предусмотренные договором, не исполнены до настоящего времени.

На основании изложенных обстоятельств истец обратилась в суд за защитой нарушенного права и просила расторгнуть договор от 14 февраля 2024 года, заключенный между ФИО1 и ИП ФИО2; взыскать в солидарном порядке с ИП ФИО2, ФИО3 денежные средства в размере 230 800 рублей, неустойку в размере 230 800 рублей, штраф в размере 115 400 рублей.

31 июля 2025 года решением Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности и неустойки по договору оказания услуг оставлены без удовлетворения.

Не соглашаясь с решением суда, истицей принесена апелляционная жалоба об отмене судебного акта и принятии нового решения об удовлетворении исковых требований, так как суд неправильно применил нормы материального права, пришел к выводам, противоречащим фактическим обстоятельствам дела. В обоснование жалобы указали, что ФИО2 нарушил срок по договору, следовательно, обязан вернуть истице денежные средства, оплатить неустойку за нарушение сроков исполнения договора, штраф.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО5 в суде апелляционной инстанции поддержали доводы апелляционной жалобы, настаивали на их удовлетворении. Дополнительно, указали, что по устной договоренности ответчик должен был исполнить условия договора по изготовлению и установлению надмогильного сооружения, а также благоустроить место захоронения ФИО4 ко дню его рождения 19 июля 2024 года. Однако, в оговоренный срок обязательства по договору ответчик не исполнил. Определенный к взысканию размер неустойки исчислен на основании пункта 5 статьи 28 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» и ограничен суммой заключенного договора за период с 20 июля 2024 года и по день подачи иска в суд 07 августа 2024 года. При этом, штраф исчислен от суммы договора. Также истица пояснила, что действительно на месте захоронения находится памятник, установленный бывшей супругой сына как собственником захоронения. О наличии на месте захоронения памятника ей стало известно примерно с октября-ноября 2023 года. Впоследствии бывшая супруга ее сына вышла замуж, и примерно в январе-феврале 2024 года истица решила обратиться в военкомат с вопросом о возможности установки нового памятника, где ей сказали, что нет этому препятствий. После чего она приняла решение заключить договор с ответчиком. Была предпринята попытка получить разрешение на установку нового памятника, которое изначально было выдана, а впоследствии аннулировано из-за наличия собственника захоронения. Также указала на то, что имеющейся на могиле памятник ей не нравится, так как сын изображен в каком-то жилете, без наград, в то время как он является офицером запаса.

Представитель ответчика ИП ФИО2 - ФИО6 возражала против доводов апелляционной жалобы, полагала, что решение суда законно и обоснованно, отмене не подлежит. Также указала, что действительно договор с истицей был заключен через его сотрудника ФИО3. При этом, договор ответчиком исполнен, что подтверждается направленным в адрес истца уведомлением о готовности к отгрузке памятника 30 июля 2024 года. Заключая договор с ФИО7, зная о том, что на месте захоронения уже имеется памятник, установленный собственником захоронения бывшей супругой ее сына – третьим лицом ФИО8, не поставила в известность об этом ответчика. ФИО2 с целью исполнения договора предпринимал меры для получения разрешения у ответственного за место захоронения по установке нового памятника, но третье лицо ему отказала. Таким образом, полагает, что оснований для отмены решения суда не имеется, так как истица скрыла от ответчика сведения об отсутствии у нее разрешения на установку памятника. Просила отказать в удовлетворении жалобы, решение суда оставить без изменения.

Третье лицо ФИО8 в суд апелляционной инстанции не явилась извещена надлежащим образом о дате и времени судебного заседания. Ранее апелляционному суду пояснила, что является собственником захоронения ее бывшего супруга. В ноябре 2022 года заключила Договор возмездного оказания услуг с ИП ФИО9, который обязался изготовить надгробное сооружение (памятник) из натурального камня. Договор исполнен 15 июня 2023 года, о чем поставила в известность бывшую свекровь. Кроме того, перед заключением договора предлагала истицы согласовать вариант памятника, изображение на нем, последняя отказалась участвовать в этом. Подтвердила, что к ней обращался ФИО7 за получением разрешения, однако, она отказала.

Иные лица, участвующие в рассмотрении дела, надлежаще извещенные о времени и месте судебного разбирательства, не явились, уважительных причин неявки суду не сообщили, ходатайств о рассмотрении дела в свое отсутствие не представили.

Кроме того, информация о дате рассмотрения настоящего дела размещена в сети Интернет, официальном сайте Самарского областного суда.

В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются:

1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела;

2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела;

3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела;

4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Неправильным применением норм материального права являются:

1) неприменение закона, подлежащего применению;

2) применение закона, не подлежащего применению;

3) неправильное истолкование закона.

Нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения.

Выслушав пояснения истицы и ее представителя, представителя ответчика, исследовав материалы дела, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального законодательства в порядке, предусмотренном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу системного толкования положений подпункта 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается.

Статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в надлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, которыми являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует и установлено судом, что 14 февраля 2024 года между ФИО1 (заказчик) и ИП ФИО2 (исполнитель) заключен договор на изготовление и установку надмогильного сооружения и благоустройства захоронения.

Согласно указанному договору заказчик поручает, а изготовитель предоставляет продукцию в виде: стелла гранит 1 500х700, тумба, гранит 800х200х200, плитка гранит 3,6 кв.м (пункт 1 Договора).

Заказчик, в свою очередь, обязуется своевременно оплатить выполненные работы изготовителем (пункт 2).

В соответствии с пунктом 3 Договора, общая сумма договора составляет 230 800 рублей. При этом, предварительная оплата составляет 100% от суммы договора (пункт 4).

Пунктом 8 Договора определено, что исполнитель берет на себя обязательства по оформлению и получению разрешения на благоустройство захоронения и установку надмогильного сооружения в специализированной службе по вопросам благоустройства места захоронения, органа местного самоуправления, иных органах по вопросам похоронного дела и иных органах, а также в органах местного самоуправления по осуществлению обязанностей, взятых на основании договора на изготовление надмогильного сооружения и благоустройства захоронения.

В соответствии с пунктом 4 Договора, оплата услуг по договору произведена в полном объеме, о чем сделана соответствующая отметка (л.д. 6).

Кроме того, оплата истцом услуг по договору от 14 февраля 2024 года подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 14 февраля 2024 года на сумму 230 800 рублей. (л.д. 6, оборотная сторона).

В соответствии с уведомлением администрации городского округа Тольятти Департамента городского хозяйства от 05 августа 2022 года № 3415-упх/2.1, предоставлено место размером 2.0х2.5 для захоронения (подзахоронения) умершего ФИО4 на кладбище, расположенном по адресу: <адрес>. Ответственным за место захоронения является ФИО16.

В соответствии со справкой об установке намогильного сооружения №9 от 31 мая 2024 года, данной ФИО17 о том, что на месте захоронения ФИО4, расположенном на кладбище по адресу: <адрес>, установлено намогильное сооружение (памятник), зарегистрированное в книге регистрации установки намогильных сооружений №7 от 31 мая 2024 года.

Вместе с тем в материалах дела имеется ответ МКУ г.о. «Ритуал» от 15 июля 2024 года следующего содержания: в виду того, что заявление на захоронение погибшего ФИО4 и на установку надгробного памятника было от ФИО18, последняя является собственником. Произвести демонтаж памятника, либо другие действия без разрешения собственника невозможно. Инициатором демонтажа памятника, равно как и установить новый, может выступать только собственник (правообладатель) памятника. Мать погибшего, ФИО1, не является собственником памятника, следовательно, не может произвести ни демонтаж памятника, ни установку нового, без согласия на то ФИО8.

Данные обстоятельства сторонами в суде первой инстанции не оспаривались.

Из материалов дела усматривается и установлено судом, на момент заключения договора на изготовление и установку надмогильного сооружения и благоустройства захоронения от 14 февраля 2024 года, заключенного между ФИО1 (заказчик) и ФИО2 (исполнитель), содержащего, в том числе обязанность исполнителя, предусмотренную пунктом 9, истцу было достоверно известно, что она не является ответственным за место захоронения ФИО4, а также ей было известно, что на месте захоронения ФИО4 имеется намогильное сооружение. Данные сведения не доведены до ответчика в момент заключения договора. Доказательств, свидетельствующих об обратном суду, не предоставлено.

Вместе с тем, ответчиком предпринимались меры по получению разрешения на установку намогильного сооружения в рамках исполнения договора. Ответчик обращался к лицу ответственному за место захоронение – ФИО8, которая отказала в выдаче разрешения, что подтверждено последней в судебном заседании. Доказательств обратного суду не представлено.

Суд также установил, что договором сроки его исполнения не установлены.

Истец с досудебной претензией к ответчику не обращался. Доказательств направления претензии ответчику не предоставлено. В судебном заседании представителем истца указано, что претензия направлялась ответчику в одном почтовом конверте, в котором также направлено и исковое заявление.

Требований о выполнении обязательств по договору, истцом ответчику не предъявлялось.

При этом, установлено в судебном заседании ответчиком направлено уведомление истцу о готовности намогильного сооружения 30 июля 2024 года.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом обстоятельств, установленных по делу, руководствуясь приведенными выше нормами права, суд первой инстанций, исходя из того, что истица, заключая договор с ответчиком, знала о наличии памятника на месте захоронения ее погибшего сына, и собственника такого захоронения, которая отказала выдать разрешение на демонтаж памятника, однако, подписала договор, оплатив денежные средства в размере 230 800 рублей, при этом, указал срок по договору ответчиком не нарушен, ввиду не согласования сторонами условий о сроке его исполнения, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ФИО2 расторжении договора, взыскании задолженности, неустойки и штрафа.

Статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что решение суда должно быть законным и обоснованным.

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 2 и 3 постановления от 19 декабря 2003 года №23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Из содержания статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что предмет доказывания по делу составляют факты материально-правового характера, подтверждающие обоснованность требований и возражений сторон и имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом, доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах, доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства, и законы, которыми руководствовался суд.

Таким образом, с учетом приведенных положений процессуального закона именно на суд возлагается обязанность по определению предмета доказывания как совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Предмет доказывания определяется судом на основании требований и возражений сторон, а также норм материального права, регулирующих спорные отношения, выводы суда должны подтверждаться доказательствами.

Между тем принятое по делу судебное постановление указанным требованиям закона не отвечает.

Из материалов дела следует, что спорные правоотношения сторон возникли из договора подряда, правовое регулирование которого осуществляется общими положениями гражданского законодательства, специальными нормами главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации и Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей».

В силу пункта 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Как указывалось ранее, действительно 14 февраля 2024 года между ФИО1 (заказчик) и ИП ФИО2 (исполнитель) заключен договор на изготовление и установку надмогильного сооружения и благоустройства захоронения, по условиям которого заказчик поручил, а изготовитель обязался предоставить продукцию в виде: стелла гранит 1 500х700, тумба, гранит 800х200х200, плитка гранит 3,6 кв.м.

В соответствии с пунктом 3 Договора, общая сумма договора составила 230 800 рублей, которая оплачена истицей в день подписания договора в полном объеме, о чем сделана соответствующая отметка (л.д. 6) и подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 14 февраля 2024 года на сумму 230 800 рублей. (л.д.6, оборотная сторона).

Между тем, стороны пунктом 8 Договора предусмотрели, что исполнитель берет на себя обязательства по оформлению и получению разрешения на благоустройство захоронения и установку надмогильного сооружения в специализированной службе по вопросам благоустройства места захоронения, органа местного самоуправления, иных органах по вопросам похоронного дела и иных органах, а также в органах местного самоуправления по осуществлению обязанностей, взятых на основании договора на изготовление надмогильного сооружения и благоустройства захоронения.

Установлено судом и подтверждено истицей в суде апелляционной инстанции, что на момент подписания названного Договора она обладала достоверной информацией о собственнике захоронения и наличия на месте захоронения установленного памятника с октября 2023 года, однако, скрыла от исполнителя. Несмотря на это, ИП ФИО2 предпринял попытки получить разрешение от собственника захоронения – третьего лица ФИО8, но получил отказ.

Данные обстоятельства третье лицо также подтвердило в апелляционной инстанции, представив в материалы дела доказательства установки памятника – договор возмездного оказания услуг и акт сдачи-приемки работ.

Согласно Договору №183 возмездного оказания услуг от 12 ноября 2022 года, заключенного между ИП ФИО9 (исполнитель) и ФИО8 (заказчик), исполнитель принял на себя обязательства по оказанию услуг, связанных с изготовлением надгробного сооружения (памятника) из натурального камня.

15 июня 2023 года исполнитель оказал услуги по изготовлению и установке надгробного сооружения (памятника) из натурального камня в соответствии с перечнем, указанным в Приложении №1 к Договору №183 от 12 ноября 2022 года, что подтверждается Актом сдачи-приемки работ (оказания услуг) от 15 июня 2023 года.

При этом, из буквального прочтения пункта 8 Договора от 14 февраля 2024 года, заключенного между истцом и овтетчиком, не усматривается, что на ответчика возложена обязанность по оформлению и получению разрешения на благоустройство захоронения и установку надмогильного сооружения от собственника захоронения. Данный пункт лишь обязывает исполнителя на совершение оговоренных действий в специализированных службах по вопросам благоустройства места захоронения, органах местного самоуправления, иных органах по вопросам похоронного дела и иных органах, а также в органах местного самоуправления по осуществлению обязанностей, взятых на основании договора на изготовление надмогильного сооружения и благоустройства захоронения. Непосредственно о собственниках – физических лицах речь в названном пункте не ведется, следовательно, доводы апеллянта относительно неисполнения ответчиком приведенной выше обязанности признаются не убедительными, так как противоречат сути заключенного договора.

Вместе с тем, из положений пункта 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Указанные в договоре подряда начальный, конечный и промежуточные сроки выполнения работы могут быть изменены в случаях и в порядке, предусмотренных договором.

Из содержания приведенных норм следует, что договор подряда заключается для выполнения определенного вида работы, результат которой подрядчик обязан сдать, а заказчик принять и оплатить. Следовательно, целью договора подряда является не выполнение работы как таковой, а получение результата, который может быть передан заказчику. Получение подрядчиком определенного передаваемого (то есть материализованного, отделяемого от самой работы) результата позволяет отличить договор подряда от других договоров.

Как следует из содержания Договора №б/н на изготовление и установку надмогильного сооружения и благоустройство захоронения от 14 февраля 2024 года, стороны не оговорили срок исполнения ответчиком взятых на себя обязательств.

При этом, в суде апелляционной инстанции истица пояснила, что в момент подписания договора устной форме оговорили срок изготовления и установки памятника на место захоронения до 19 июля 2024 года (день рождения погибшего сына).

Сторона ответчика не оспаривала данный факт, подтвердив, что, как правило, заключая такие договора, ответчик к определенной дате не привязывается, однако, оговаривается срок исходя из погодных условий, позволяющих произвести соответствующие работы по установке памятника и благоустройству места захоронения. Также указали, что 30 июля 2024 года памятник был готов к отгрузке (л.д. 110). Вместе с тем, доказательств направления такого уведомления истице в материалы дела не представлено. В подтверждение направления ФИО1 названного документа ответчик представил справку по операции Сбербанка об оплате товаров и услуг POCHTA.RU на сумму 250 рублей (л.д. 109).

Доказательством сдачи подрядчиком результатов работы и приемки его заказчиком является двусторонний акт, удостоверяющий приемку выполненных работ (статья 720 Гражданского кодекса Российской Федерации), что в силу требований пункта 1 статьи 711 названного Кодекса является основанием возникновения на стороне заказчика обязательства по оплате принятых результатов работ.

В силу пункта 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами; при отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной.

При таких обстоятельствах и с учетом приведенных норм закона, судебная коллегия не принимает в качестве относимого и допустимого доказательства (акта приема-сдачи выполненных работ) названную выше справку, так как не представляется возможным ее соотнести с уведомлением об отгрузке, из ее содержания не усматривается назначение платежа, какая именно операция оплачивалась. Доказательств направления в адрес истца приведенного выше уведомления в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороной ответчика не представлено.

Согласно пункту 2 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации, если вследствие просрочки должника исполнение утратило интерес для кредитора, он может отказаться от принятия исполнения и требовать возмещения убытков.

Указанные последствия просрочки исполнения наступают при нарушении конечного срока выполнения работы, а также иных установленных договором подряда сроков (пункт 3 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При таком положении, судебная коллегия приходит к выводу о нарушении ответчиком срока исполнения договора, поскольку доказательств, подтверждающих своевременное изготовление памятника, в материалах дела не содержится, а истица по истечении оговоренного срока (19 июля 2024 года), утратив интерес к получению результата по договору, заявила требование в суд о возврате оплаченной суммы по договору в размере 230 800 рублей, которое является обоснованным и должно быть компенсировано за счет ответчика.

На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В силу пункта 1 статьи 28 Закона «О защите прав потребителей», если исполнитель нарушил сроки выполнения работы (оказания услуги) - сроки начала и (или) окончания выполнения работы (оказания услуги) и (или) промежуточные сроки выполнения работы (оказания услуги) или во время выполнения работы (оказания услуги) стало очевидным, что она не будет выполнена в срок, потребитель по своему выбору вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги).

Пунктом 5 статьи 28 названного Закона предусмотрено, что в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

Установив, что 19 июля 2024 года ответчик не исполнил обязательства по изготовлению и установке памятника в рамках заключенного с истцом Договора от 14 февраля 2024 года, ФИО1 обратилась в суд с иском 07 августа 2024 года с требованием о взыскании неустойки за нарушение срока оказания услуги по договору подряда в соответствии со статьей 28 Закона о защите прав потребителей. При этом, суду апелляционной инстанции истица пояснила, что произвела расчет неустойки за период с 20 июля 2024 года по 07 августа 2024 года, которая составила 230 800 рублей.

Судебная коллегия, проверяя расчет неустойки, не может согласиться с ее арифметическим расчетом неустойки, поскольку ее размер составит: 230 800 х 3% х 19 дней = 131 556 рублей.

Поскольку требования истца ответчиком не удовлетворены, то с последнего подлежит взысканию неустойка в размере 131 556 рублей.

Согласно пункту 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Такое ходатайство ответчика ИП ФИО2 в материалах дела отсутствует.

Руководствуясь положениями статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями пунктов 69 и 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пунктом 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», учитывая, что ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд апелляционной инстанции полагал, что оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку каких-либо доказательств наличия исключительных обстоятельств, влекущих необходимость снижения штрафных санкций на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также их несоразмерности последствиям нарушения обязательства ответчиком не представлено.

С учетом приведенного нормативно-правового обоснования и отсутствия в материалах дела ходатайства ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, коллегия полагает, что установленный размер штрафной санкции отвечает требованиям соразмерности, допущенному ответчиком нарушению обязательства и позволит компенсировать заказчику негативные последствия несвоевременного исполнения обязательства по договору от 14 февраля 2024 года, при этом не повлечет получения кредитором необоснованной выгоды, поскольку требования истца добровольно ответчиком длительное время не удовлетворялись.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка в размере 131 556 рублей.

Согласно части 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В соответствии с пунктом 46 Постановлением Пленума Верховного Суд Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Таким образом, размер штрафа составит 181 178 рублей = (230 800 + 131 556) / 2, при этом, сторона истца заявила к взысканию с ответчика штраф в размере 115 400 рублей, однако, требования в данной части не уточняла, а суд апелляционной инстанции к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции не переходил, следовательно, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 115 400 рублей, который способствует соблюдению баланса интересов сторон. Оснований для снижения определенного к взысканию штрафа суд не усматривает, так как его размер отвечает требованиям разумности и справедливости, балансу интересов сторон, кроме того, стороной ответчика ходатайство о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не заявлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия признает доводы апеллянта обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по приведенным выше основаниям, а решение суда подлежит отмене как постановленное с нарушением норм материального права.

Доводы апеллянта о взыскании заявленных сумм, в том числе и с ответчика ФИО3, не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, поскольку как установлено судом первой инстанции и стороной ответчика не оспорено, ФИО3, являясь сотрудником ИП ФИО2, каких-либо обязательств по исполнению заключенного договора на себя не брала, а лишь совершила действия от имени работодателя, предоставив на подписание истице бланк договор с подписью и печатью ответчика ИП ФИО10, следовательно, доказательств заключения договора непосредственно с ФИО3 в материалы дела не представлено, значит отсутствуют основания для взыскания с нее предъявленных денежных сумм.

Требования истицы о расторжении Договора №б/н на изготовление и установку надмогильного сооружения и благоустройство захоронения от 14 февраля 2024 года не подлежат удовлетворению как излишне заявленные.

В соответствии с абзацем 3 подпункта 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, в редакции, действующей на дату подачи иска в суд, по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, мировыми судьями, государственная пошлина уплачивается при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, в следующем размере: при цене иска от 200 001 рубля до 1 000 000 рублей – 5 200 рублей плюс 1% суммы, превышающей 200 000 рублей.

В соответствии с абзацем 1 подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, в редакции, действующей на дату подачи иска, по делам при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера для физических лиц – 3 000 рублей.

Поскольку сумма удовлетворённых требований ФИО1 не превышает 1 000 000 рублей имущественного характера, с ИП ФИО2 подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета городского округа Тольятти в размере 6 824 рублей.

В соответствии со статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение должно быть законным и обоснованным.

Принимая во внимание допущенные судом первой инстанции нарушения норм материального права, учитывая, что указанные нарушения устранены в ходе апелляционного рассмотрения путем принятия по делу нового судебного акта, судебная коллегия находит необходимым отменить решение суда первой, принять по делу новое решение в части, удовлетворив частично требований ФИО1 о взыскании денежных средств, оплаченных по договору, неустойки и штрафа с ответчика ИП ФИО2 и расходов по оплате государственной пошлины в пользу истца.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА

Решение Автозаводского районного суда г. Тольятти от 31 июля 2025 года отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (№) в пользу ФИО1 денежные средства в размере 230 800 рублей, неустойку в размере 131 556 рублей, штраф в размере 115 400 рублей.

В остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (№) в доход местного бюджета городского округа Тольятти государственную пошлину в размере 6 824 рублей.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его вынесения, может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Апелляционное определение составлено в окончательной форме 24 февраля 2026 года.

Председательствующий

Судьи