Решение № 2-2225/2020 2-2225/2020~М-2208/2020 М-2208/2020 от 16 сентября 2020 г. по делу № 2-2225/2020

дело № 2-2225/2020


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 сентября 2020 года город Нефтеюганск

Нефтеюганский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Ефремовой И.Б.

при секретаре Полянкер С.Н.

с участием представителя ответчика ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к акционерному обществу «Сибирская Сервисная Компания» о взыскании заработной платы, процентов за задержку выплаты причитающихся сумм, компенсации за неиспользованные дни отпуска, компенсации морального вреда, возмещении понесенных судебных расходов

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился с исковыми требованиями акционерному обществу «Сибирская Сервисная Компания» о взыскании заработной платы с (дата) по (дата) в сумме 40 621 рубль 90 копеек, процентов за нарушение сроков выплаты причитающихся сумм с (дата) по (дата) в сумме 4 876 рублей 48 копеек, компенсации за неиспользованные дни отпуска в сумме 87 313 рублей 75 копеек, компенсации морального вреда в сумме 30 000 рублей, возмещении понесенных судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 25 000 рублей, по оплате услуг нотариуса за удостоверение доверенности в сумме 2 200 рублей.

Требования мотивированы тем, что он состоял в трудовых отношениях с АО «Сибирская Сервисная Компания» с (дата). (дата) трудовые отношения прекращены. Однако окончательный расчет с ним произведен не верно. Он длительное время не работал в связи с болезнью. (дата) лист нетрудоспособности был закрыт, однако он фактически находился в городе Тюмени, так как проходил лечение. Постановлением Правительства Тюменской области от 17 марта 2020 года, с 18 марта 2020 года в Тюменской области введен режим повышенной готовности, граждане были обязаны соблюдать постановления санитарных врачей о нахождении в режиме самоизоляции на дому, гражданам было рекомендовано ограничить поездки, в том числе в целях туризма и отдыха, а с 03 апреля 2020 года и до отмены ограничений постановлено не покидать места проживания (пребывания). Передвижения граждан в случае их следования к месту работы осуществлюсь на основании специальных разрешений, выдаваемых в порядке и сроки, установленные постановлением Правительства Тюменской области. Кроме того, согласно постановлению Губернатора ХМАО-Югры, работодатель был обязан осуществлять доставку работников от мест постоянного и временного проживания к месту осуществления производственной деятельности без промежуточных остановок. Он обратился к ответчику с просьбой организации работы удалённо, однако ответчик не предпринял никаких действий по организации работы удаленно, не предоставил ему пропуск для следования к месту работы, не обеспечил его доставку до места работы. В соответствии с Указами Президента РФ, с 30 марта по 30 апреля 2020 года объявлены нерабочими днями с сохранением заработной платы за работниками. Однако при увольнении он обнаружил, что период с (дата) по (дата) ему проставлен как прогул. Кроме того, при увольнении ему должна была быть выплачена компенсация за 44,58 неиспользованных дней отпуска, ему фактически выплачена компенсация только за 29,62 дня отпуска. Поскольку ответчик своевременно не выплатил ему заработную плату и компенсацию за неиспользованные дни отпуска, с него подлежат взысканию проценты за задержку выплат при увольнении с (дата) по (дата). Действиями ответчика ему причинен моральный вред, компенсацию которого он оценивает в размере 30 000 рублей.

Истец в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, на исковых требованиях настаивает (т.1л.д.89)

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Представитель ответчика ФИО1, действующая на основании доверенности № от (дата) (т.1л.д.111), в судебном заседании исковые требования не признала и пояснила, что истец состоял в трудовых отношениях с АО «ССК» с (дата), работал в качестве (иные данные) Истец длительное время, с 2019 года был нетрудоспособен. С (дата) истец должен был приступить к работе согласно электронному листу нетрудоспособности. В период распространения новой коронавирусной инфекции, вызванной COVID-19, истец был включен в список работников, привлечённых к работе в офисе города Нефтеюганска на основании приказа № от (дата), учитывая ответственность, возложенную на истца трудовым договором и должностной инструкцией, перевод работника на удаленный режим работы, при котором невозможно в полной мере обеспечить сохранность конфиденциальной информации было нецелесообразно. Однако (дата) по электронной почте истец прислал заявление об увольнении с (дата). Руководитель связался с истцом по телефону и устно ему сообщил о необходимости явиться в офис. (дата) от истца поступило повторное заявление об увольнении. (дата) приказ от (дата) истцу направлен на личную почту и корпоративную почту, но истец на работу не явился. (дата) был составлен акт об отсутствии истца на работе с (дата). (дата) истец направил телеграмму об увольнении. (дата) истцу направлено уведомление о явке на работу или предоставлении доказательств об уважительных причинах неявки, но истец указанную телеграмму не получил. В дальнейшем с истцом было достигнуто соглашение об увольнении (дата). Истец не выходил на работу (дата) по (дата) по неуважительной причине, поэтому требования истца о выплате заработной платы за указанный период удовлетворению не подлежат. При расчете истцу компенсации за неиспользованные дни отпуска, ему не засчитаны дни отпуска за работу в районах, приравненных к районам Крайнего Севера, так как на листе нетрудоспособности он находился в городе Тюмени, который не относится к местности, приравненной к районам Крайнего Севера. Заявленные ко взысканию расходы явно завышены. Также им предоставлены возражения (т.1л.д.104).

Выслушав представителя ответчика, исследовав имеющиеся доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право, в том числе, на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии со ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника.

В судебном заседании установлено, что истец на основании трудового договора № от (дата) и приказа № от (дата) работал в АО «Сибирская Сервисная компания» в должности (иные данные) с (дата). Место работы – город Нефтеюганск. В соответствии с п. 3.1 договора, истец обязался соблюдать условия трудового договора, должностной инструкции, локальных нормативных актов, добросовестно выполнять свои обязанности. В соответствии с п. 4.2 договора, работнику установлена пятидневная рабочая неделя с выходными – суббота, воскресенье. За выполнение обязанностей, предусмотренных договором, работнику начисляется заработная плата (п.5.1) (т.1л.д.116-120). Также из трудового договора следует, что истец при трудоустройстве был ознакомлен с должностной инструкцией, локальными нормативными актами (т.1 л.д.123). При трудоустройстве на работу, истцом подписано обязательство о неразглашении и сохранении конфиденциальной информации (т.1л.д.126).

Из должностной инструкции (иные данные) следует, что в его трудовые обязанности входит, в том числе, контроль организации учета, перемещения и хранения конфиденциальной информации (т.1л.д.135).

В период с (дата) по (дата) истец был нетрудоспособен, с (дата) должен был приступить к работе, что подтверждается выпиской из табелей рабочего времени (т.1л.д.247).

Приказом № от (дата) в АО «Сибирская Сервисная Компания» филиал «Ремонт скважин» объявлены нерабочими днями. Этим же приказом определены сотрудники, привлекаемые к выполнению служебных обязанностей в нерабочие дни с (дата) по (дата). Согласно Приложению №2 к приказу, ФИО2 включен в список сотрудников, привлечённых к работе в офисе города Нефтеюганска (л.д.164-166).

Однако с (дата) истец на работу не вышел, а (дата) посредством электронной почты направил заявление об увольнении (дата) (т.1л.д.191). Повторное заявление об увольнении истец направил ответчику электронной почтой (дата) (л.д.193-194). В этот же день, ответчик направил истцу уведомление о невозможности увольнения (дата), предложил дату увольнения (дата), а в случае отказа от увольнения (дата), ответчик предложил истцу явиться на работу (дата) в офис города Нефтеюганска. С данным уведомлением истцу направлены: приказ №№ от (дата), должностная инструкция (иные данные), перечень системообразующих организация Минэнерго РФ (л.д.196-198).

Приказом № от (дата) трудовой договор между сторонами прекращен (дата) по соглашению сторон, по п.1 ч.1 ст. 77 Трудового договора РФ. С данным приказом истец ознакомлен (т.1л.д.213-214).

Таким образом, в судебном заседании установлено, что истец в период с (дата) по (дата) к исполнению трудовых обязанностей не приступал, о причинах неявки на работу ответчика в известность не поставил, в связи с чем в табели учета рабочего времени за апрель 2020 года ему проставлены невыходы на работу, что подтверждается служебной запиской сотрудника отдела кадров, актами об отсутствии работника на рабочем месте, телеграммой, направленной истцу о необходимости предоставить информацию о причинах отсутствия, табелем учета рабочего времени за апрель 2020 года (т.1л.д. 199-21, 2471).

В настоящее время истец обратился с исковыми требованиями о взыскании с ответчика заработной платы за период с (дата) по (дата), указывая, что работодатель не предпринял действий по организации его работы удаленно, не предоставил пропуск для следования к месту работы, не обеспечил его доставку до места работы в период действия Указов Президента Российской Федерации об объявлении нерабочими днями с сохранением заработной платы за работником с (дата) по (дата).

Разрешая заявленные требования судом установлено, что указами Президента Российской Федерации №206 от 25 марта 2020 года и №239 от 02 апреля 2020 года с 30 марта по 3 апреля 2020 г. и с 04 апреля 2020 года по 30 апреля 2020 года в Российской Федерации установлены нерабочими днями с сохранением за работниками заработной платы. Из текста указанных Указов следует, что они не распространяются на работников непрерывно действующих организаций.

Из протокола заседания Правительственной комиссии по повышению устойчивости развития Российской экономики от 20 марта 2020 года №3, АО «ССК» относится к системообразующей организации российской экономики (т.1л.д. 169).

Учитывая, что АО «Сибирская Сервисная Компания» является непрерывно действующей организацией, соответственно, Указы Президента Российской Федерации№206 от 25 марта 2020 года и №239 от 02 апреля 2020 года об установлении нерабочих дней с 30 марта 2020 года по 30 апреля 2020 года на нее не распространялись. Истец, работающей в АО «Сибирская Сервисная компания» в качестве (иные данные) филиала «Ремонт скважин», приказом № от (дата) был включен в список сотрудников, привлечённых к работе в офисе города Нефтеюганска, однако в период с (дата) по (дата) фактически на работу не выходил без каких-либо уважительных причин.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что требования истца о взыскании с ответчика заработной платы с (дата) по (дата) удовлетворению не подлежат.

Доводы истца о невозможности явиться на работу в город Нефтеюганск в связи с постановлением Правительства Тюменской области №120-п от 17 марта 2020 года суд оценивает критически и не принимает.

Так, в соответствии с постановлением Правительства Тюменской области №120-п от 17 марта 2020 года в редакции постановления Правительства Тюменской области №193-п от 15 апреля 2020 года, граждане обязаны не покидать место проживания с 00.00 часов 03 апреля 2020 года до отмены указанного ограничения, за исключением следующих случаев:

- следования к месту работы, которая не приостановлена в соответствии с настоящим постановлением и действующими нормативными правовыми актами;

- передвижения граждан в случае их следования к месту работы, которая не приостановлена в соответствии с настоящим постановлением и действующими нормативными правовыми актами, осуществляется на основании специальных разрешений, выданных в порядке и сроки, установленные постановлением Правительства Тюменской области ( в случае принятия такого постановления).

В судебном заседании установлено, что деятельность организации, в которой работал истец, в период с (дата) по (дата) не приостанавливалась. Доказательств о введении в Тюменской области специальных разрешений для следования к месту работы не установлено.

Доводы истца о том, что ответчик обязан был обеспечить его доставку к месту работы в соответствии с требованиями п. 14.3 постановления Губернатора ХМАО-Югры №29 от 09 апреля 2020 года «О мерах по предотвращению завоза и распространения новой коронавирусной инфекции, вызванной COVID-19 в ХМАО-Югре», суд также оценивает критически и не принимает, так как требования, перечисленные в п. 14 вышеуказанного постановления Губернатора ХМАО-Югры предъявлялись в отношении работников, работающих вахтовым методом, к которым истец не относится.

Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании компенсации за неиспользованные дни отпуска в сумме 87 313 рублей 75 копеек.

В соответствии со ст. 114 Трудового кодекса Российской Федерации работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы и среднего заработка.

В соответствии со ст. 115 Трудового кодекса Российской Федерации продолжительность ежегодного оплачиваемого отпуска составляет 28 календарных дней.

В соответствии со ст. 321 Трудового кодекса Российской Федерации кроме установленных законодательством ежегодного основного оплачиваемого отпуска и дополнительных оплачиваемых отпусков, предоставляемых на общих основаниях, лицам, работающим в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, предоставляется дополнительно 16 календарных дней.

Из трудового договора следует, что работнику предоставляется: ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней; дополнительно оплачиваемый отпуск в количестве 16 дней; по условиям коллективного договора отпуск за ненормированный режим рабочего времени в количестве 3 дней (т.1л.д.120).

Таким образом, за период с (дата) по (дата), то есть за 1 год 5 месяцев работы истцу должен был быть предоставлен отпуск в количестве 66,58 дней (( 47 + (47 : 12 х 5))

Истцу в период работы был предоставлен отпуск продолжительностью 22 календарных дня (т.1л.д. 217-224).

При увольнении истцу выплачена компенсация за 29,62 календарных дня неиспользованного отпуска.

Таким образом, ответчик не выплатил истцу при увольнении компенсацию за 14,96 календарных дней неиспользованного отпуска ( 66,58 – 22 – 29,62). За 14,96 дней неиспользованного отпуска истцу должна быть начислена компенсация в размере 87 313 рублей 74 копейки ( 14.96 х 5 836,48), учитывая, что размер среднедневного заработка истца в сумме 5 836 рублей 48 копеек сторонами не оспаривается (т.1 л.д.6 оборот, т.2л.д.12).

За вычетом налога на доходы физических лиц в размере 13%, что составляет 11 350 рублей 79 копеек, истцу к выплате на руки положено 75 962 рубля 95 копеек.

Доводы стороны ответчика о том, что в период болезни истец проживал в городе Тюмени, поэтому ему не положены дни отпуска как лицу, работающему в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, суд оценивает критически и не принимает, поскольку ст. 321 Трудового кодекса Российской Федерации указывает на предоставление дополнительного отпуска лицам, которые работают в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера. Факт работы истца в городе Нефтеюганске, относящейся к местности, приравненной к районам Крайнего Севера, сторонами не оспаривается. Вместе с тем, положения ст. 321 Трудового кодекса Российской Федерации не связывают предоставление дополнительного отпуска за работу в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, с местом жительства или пребывания работника.

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса РФ, при нарушении работодателем установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором или трудовым договором. Обязанность выплаты указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Поскольку компенсация за 14,96 неиспользованного отпуска должна была быть выплачена истцу в день увольнения, то есть (дата), тогда с (дата) по (дата) проценты за несвоевременную выплату составляют 2 895 рублей 45 копеек ( т.2л.д.30).

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ №2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Безусловно, неправомерными действиями ответчика, выразившимися в невыплате компенсации за все неиспользованные дни отпуска, истцу причинен моральный вред. Однако заявленные истцом требования о взыскании с ответчика в счет компенсации морального вреда денежных средств в сумме 30 000 рублей явно завышены. С учетом конкретных обстоятельств дела, принципа разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда денежные средства в сумме 3 000 рублей.

Кроме того, в соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на проезд и проживание сторон, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей и других расходы, признанные судом необходимыми.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд взыскивает с другой стороны расходы на оплате услуг представителя в разумных пределах.

Истцом понесены расходы по оплате услуг нотариуса по удостоверению доверенности в сумме 2 200 рублей, по оплате услуг представителя в сумме 25 000 рублей (л.д. 41-45).

С учетом объема выполненной представителем истца ФИО3 работы, которая подготовила исковое заявление, однако в судебном заседании участия не принимала, конкретных обстоятельств дела, принципа разумности, суд считает, что понесенные истцом расходы по оплате услуг представителя в сумме 25 000 рублей являются явно завышенными, подлежат возмещению частично, в сумме 5 000 рублей.

Кроме того, в соответствии с п. 2 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации №1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оформление доверенности представителю могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из предоставленной доверенности следует, что представители истца уполномочены совершать от имени доверителей широкий круг полномочий, которые не связанны с конкретным делом, в связи с чем суд приходит к выводу, что расходы, понесенные истцом в связи с оформлением доверенности представителям не подлежат возмещению ответчиком.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета города Нефтеюганска подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 2 779 рублей, от уплаты которой истец, при подаче искового заявления, в соответствии со ст. 333. 36 ч.2 Налогового кодекса Российской Федерации, был освобожден.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Сибирская Сервисная Компания» в пользу ФИО2 компенсацию за неиспользованнные дни отпуска в сумме 75 962 рубля 45 копеек, проценты в сумме 2 895 рублей 45 копеек, компенсацию морального вреда в сумме 3 000 рублей, в возмещение понесенных судебных расходов денежные средства в сумме 5 000 рублей, а всего 86 857 (восемьдесят шесть тысяч восемьсот пятьдесят семь) рублей 90 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 к акционерному обществу «Сибирская Сервисная Компания» отказать за необоснованностью.

Взыскать с акционерного общества «Сибирская Сервисная Компания» в доход бюджета города Нефтеюганска государственную пошлину в сумме 2 779 рублей.

Решение может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры с подачей апелляционной жалобы через Нефтеюганский районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья Нефтеюганского

районного суда