Приговор № 1-18/2024 1-319/2023 1-319/2024 от 18 июля 2024 г. по делу № 1-18/2024

Дело № 1-319/2024


П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

г. Ижевск 19 июля 2024 года

Ленинский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Каримова Э.А.,

при секретарях Идрисове Р.Р., Мухачевой А.Н., Мазуниной М.В., Масалкиной Е.В. и Колупаевой В.А.,

с участием государственных обвинителей Комиссаровой М.А, Белослудцевой М.В. и Созонтовой Ю.Д.,

представителей потерпевших В.С.Н. и Ш.А.В.,

подсудимой ФИО1,

ее защитника – адвоката Ахметгалеевой А.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, гражданки РФ, вдовы, зарегистрированной и проживающей по адресу: <адрес>, имеющей высшее образование, пенсионерки, не военнообязанной, ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершила преступление против государственной власти и интересов государственной службы при следующих обстоятельствах.

В соответствии с распоряжением Правительства Удмуртской Республики № 681-р от 20.08.2012 «О государственном образовательном учреждении дополнительного профессионального образования (повышения квалификации) специалистов «Учебно-методический центр по гражданской обороне, чрезвычайным ситуациям и пожарной безопасности Удмуртской Республики»» создано Государственного образовательного учреждения дополнительного профессионального образования (повышения квалификации) специалистов «Учебно-методический центр по гражданской обороне, чрезвычайным ситуациям и пожарной безопасности Удмуртской Республики» (далее по тексту ГОУ ДПО «УМЦ УР», Учреждение).

Приказом директора ГОУ ДПО «УМЦ УР» № 2/к от 10.01.2013 ФИО1 назначена на должность заместителя директора по учебной работе ГОУ ДПО «УМЦ УР».

Приказом Председателя Государственного комитета Удмуртской Республики по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям (далее по тексту – ГК УР по делам ГО и ЧС) № 17-лс от 15.04.2021 на ФИО1 возложено исполнение дополнительных обязанностей директора Учреждения с 19.04.2021 с правом подписи документов ГОУ ДПО «УМЦ УР».

Таким образом, подсудимой вверено имущество Учреждения.

Согласно трудовому договору директора ГОУ ДПО «УМЦ УР», руководитель является единоличным органом учреждения, осуществляющим текущее руководство его деятельностью. Руководитель имеет право на осуществление в установленном порядке приема на работу работников учреждения, а также заключение, изменение и расторжение трудовых договоров с ними; принятие локальных нормативных правовых актов, поощрение работников учреждения. Руководитель обязан: соблюдать при исполнении должностных обязанностей требования законодательства РФ, законодательства субъекта РФ, нормативных правовых актов органов местного самоуправления, устава учреждения, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов и трудового договора; обеспечивать целевое и эффективное использование денежных средств учреждения, а также имущества, переданного учреждению в оперативное управление в установленном порядке; обеспечивать соблюдение законодательства РФ при выполнении финансово - хозяйственных операций, в том числе по своевременной и в полном объеме уплате всех установленных законодательством РФ налогов и сборов, а также представление отчетности в порядке и сроки, которые установлены законодательством РФ. Руководитель несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, предусмотренных законодательством РФ и трудовым договором. Руководитель несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный учреждению в соответствии со ст. 277 ТК РФ. Руководитель может быть привлечен к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном ТК РФ и иным федеральными законами, а также к гражданско-правовой, административной и уголовной ответственности в порядке, установленном федеральными законами.

В соответствии с Положением о премировании работников государственного образовательного учреждения дополнительного профессионального образования (повышение квалификации) специалистов «Учебно-методический центр по гражданской обороне, чрезвычайным ситуациям и пожарной безопасности Удмуртской Республики» (далее по тексту - Положение о премировании работников ГОУ ДПО «УМЦ УР»), утвержденным директором Учреждения С.Н.Г. 16.01.2013, премирование осуществляется в пределах фонда оплаты труда работников учреждения, сформированного на календарный год исходя из объема средств, предусмотренных на данные цели законом Удмуртской Республики о бюджете Удмуртской Республики на соответствующий финансовый год и плановый период, а также за счет средств, полученных от приносящей доход деятельности учреждения. Положением предусматриваются текущее и единовременное премирование. Текущее премирование осуществляется по итогам работы за месяц, квартал, полугодие и год. Премирование работников учреждения производится в пределах фонда оплаты труда и за счет средств полученных от приносящей доход деятельности. Размер текущих премий работников учреждения может устанавливаться в размере 34% от должностных окладов. Размер единовременного вознаграждения определяется для каждого работника директором в твердой сумме. Основанием для ежемесячного премирования является приказ директора ГОУ ДПО «УМЦ УР». Ежемесячные премии начисляются за конечные результаты работы и распределяются в соответствии с личным трудовым вкладом каждого работника. Выплата текущей премии может осуществляться в день выдачи зарплаты за истекший месяц.

Согласно Уставу ГОУ ДПО «УМЦ УР», утвержденному приказом Председателя ГК УР по делам ГО и ЧС № 4 от 31.12.2020, Учреждение возглавляет директор; который уполномочен совершать сделки от имени Учреждения, составлять штатное расписание Учреждения и регламентирующие деятельность Учреждения внутренние документы, в пределах компетенции издавать приказы и другие акты, осуществлять права и нести обязанности работодателя для работников Учреждения, осуществлять иные полномочия.

В соответствии с должностной инструкцией заместителя директора по учебной работе Учреждения, утвержденной 02.04.2012 директором ГОУ ДПО «УМЦ УР», ФИО1, как заместитель директора по учебной работе, относится к категории руководителей. На время отсутствия директора Учреждения исполняет его обязанности и несет ответственность за надлежащее их исполнение.

Таким образом, подсудимая, исполняя обязанности директора ГОУ ДПО «УМЦ УР», постоянно выполнявшая организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в государственном образовательном учреждении, в том числе по руководству организацией и обеспечению образовательного процесса, являлась должностным лицом.

Во время исполнения ФИО1 обязанностей директора ГОУ ДПО «УМЦ УР» располагалось по адресу: <адрес>.

В период с 19.04.2021 по 11.06.2021 у подсудимой, являющейся должностным лицом, обладающим организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями в отношении работников ГОУ ДПО «УМЦ УР», достоверно знавшей Устав Учреждения и Положение о премировании его работников, из корыстной заинтересованности возник преступный умысел, направленный на злоупотребление должностными полномочиями, предусмотренными приказом Председателя ГК УР по делам ГО и ЧС № 17-лс от 15.04.2021, Положением о премировании работников ГОУ ДПО «УМЦ УР», утвержденным директором Учреждения 16.01.2013, Уставом ГОУ ДПО «УМЦ УР», утвержденным приказом Председателем ГК УР по делам ГО и ЧС № 4 от 31.12.2020, выраженными в увеличении размера премии работникам Учреждения М.М.А. и С.Н.А., с последующим получением от них части от указанных премий.

Реализуя задуманное, ФИО1 в рабочее время того же периода, находясь в помещении ГОУ ДПО «УМЦ УР» по вышеуказанному адресу, действуя умышленно, из корыстной заинтересованности, используя свое служебное положение и.о. директора Учреждения, и злоупотребляя своими вышеуказанными должностными полномочиями, в нарушение Устава ГОУ ДПО «УМЦ УР» и Положения о премировании работников Учреждения, дала указание М.М.А. и С.Н.А. возвращать ей половину назначенных им премий, на что последние ответили согласием.

Далее подсудимая, действуя в продолжение реализации задуманного, в период с 19.04.2021 по 22.12.2022, находясь на своем рабочем месте, в нарушение Положения о премировании работников ГОУ ДПО «УМЦ УР», должностной инструкции и Устава Учреждения, действуя умышленно и из корыстных побуждений, с целью незаконного обогащения, используя свое служебное положение и полномочия директора по распоряжению имуществом Учреждения, изготовила и подписала следующие приказы о премировании:

- № 19/п от 11.05.2021, согласно которому назначена к выплате премия М.М.А. в размере 40 000 рублей;

- № 20/п от 25.06.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 60 000 рублей и С.Н.А. в размере 20 000 рублей;

- № 23/п от 23.07.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. размере 80 000 рублей и С.Н.А. в размере 40 000 рублей;

- № 26/п от 24.08.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 80 000 рублей и С.Н.А. в размере 40 000 рублей;

- № 28/п от 27.09.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 60 000 рублей и С.Н.А. в размере 20 000 рублей;

- № 29/п от 28.09.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. и С.Н.А. в размере 15 000 рублей каждой;

- № 33/п от 25.10.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 40 000 рублей и С.Н.А. в размере 20 000 рублей;

- № 36/п от 24.11.2021, согласно которому назначена к выплате премия М.М.А. в размере 80 000 рублей;

- № 37/п от 13.12.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 100 000 рублей и С.Н.А. в размере 50 000 рублей;

- № 39/п от 23.12.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 80 000 рублей и С.Н.А. в размере 40 000 рублей;

- № 2/п от 25.01.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 40 000 рублей и С.Н.А. в размере 15 000 рублей;

- № 6/п от 22.02.2022, согласно которому назначена к выплате премия М.М.А. в размере 30 000 рублей;

- № 10/п от 28.03.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 30 000 рублей и С.Н.А. в размере 15 000 рублей;

- № 11/п от 28.03.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 30 000 рублей и С.Н.А. в размере 10 000 рублей;

- № 13/п от 25.04.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 70 000 рублей и С.Н.А. в размере 25 000 рублей;

- № 19/п от 28.06.2022, согласно которому назначена к выплате премия М.М.А. в размере 40 000 рублей;

- № 20/п от 28.06.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 50 000 рублей и С.Н.А. в размере 10 000 рублей;

- № 31/п от 29.09.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 34 600 рублей и С.Н.А. в размере 17 300 рублей;

- № 40/п от 22.12.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 55 000 и 7 000 рублей, С.Н.А. в размере 30 000 рублей.

Кроме того, подсудимая, действуя с единым преступным умыслом, в периоды с 18 по 28 февраля 2022 года, с 18 по 27 мая 2022 года и с 11 по 15 июля 2022 года, будучи в отпусках, в период исполнения обязанностей директора ГОУ ДПО «УМЦ УР» М.Л.В., дала указания последней, не осведомленной о преступных намерениях ФИО1, изготовить и подписать следующие приказы о премировании:

- № 7/п от 28.02.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 46 000 рублей и С.Н.А. в размере 23 000 рублей;

- № 17/п от 27.05.2022, согласно которому назначена к выплате премия М.М.А. в размере 60 000 рублей;

- № 22/п от 11.07.2022, согласно которому назначена к выплате премия М.М.А. в размере 40 000 рублей.

В соответствии с вышеуказанными приказами о премировании М.М.А. назначены к выплате премии на общую сумму 1 167 600 рублей, С.Н.А. - премии на общую сумму 390 300 рублей, из которых М.М.А. в период с 11.05.2021 по 22.12.2022 в помещении ГОУ ДПО «УМЦ УР» передала подсудимой 583 800 рублей, С.Н.А. в тот же период и в том же месте передала ФИО1 через М.М.А. 190 150 рублей.

Вместе с тем, действуя с единым преступным умыслом, ФИО1, исполняя обязанности директора Учреждения, в рабочее время в период с 1 по 15 августа 2022 года, находясь в помещении ГОУ ДПО «УМЦ УР» по указанному адресу, изготовила и подписала приказ № 14 о/д «О возложении дополнительных обязанностей» от 01.08.2022, согласно которому С.Н.А. в период с 01.08.2022 по 31.12.2022 установлена выплата в размере 10 000 рублей ежемесячно за внесение сведений в федеральную информационную систему «Федеральный реестр сведений о документах об образовании и (или) о квалификации, документах об обучении» (ФИС ФРДО); приказ № 16 о/д «О возложении дополнительных обязанностей» от 15.08.2022, согласно которому М.М.А. в период с 15.08.2022 по 31.12.2022 установлена выплата в размере 30 000 рублей ежемесячно за работу по обеспечению и сопровождению по договорам на платные образовательные услуги, за выполнение работ по обеспечению пожарной безопасности в ГОУ ДПО «УМЦ УР», за выполнение работ по обеспечению безопасности дорожного движения в Учреждении.

С целью реализации задуманного, подсудимая дала указание М.М.А. и С.Н.А. возвращать ей половину назначенных им по вышеуказанным приказам выплат, на что последние дали согласие.

Согласно указанным приказам о возложении дополнительных обязанностей в период с 15.08.2022 по 28.12.2022 М.М.А. назначены к выплате денежные средства на общую сумму 135 000 рублей, С.Н.А. – в том числе на сумму 11 400 рублей, из которых М.М.А. в тот же период передала ФИО1 в помещении ГОУ ДПО «УМЦ УР» 67 500 рублей, С.Н.А. в периоды с 15.09.2022 до 14.10.2022 и с 17.11.2022 до 15.12.2022 в помещении Учреждения передала подсудимой через М.М.А. денежные средства на общую сумму 5 700 рублей.

Таким образом, ФИО1 в период с 19.04.2021 по 28.12.2022 года, находясь в помещении ГОУ ДПО «УМЦ УР» по адресу: <адрес>, действуя умышленно и из корыстной заинтересованности, получила от работников Учреждения М.М.А. и С.Н.А. денежные средства ГОУ ДПО «УМЦ УР» на общую сумму 847 150 рублей.

Злоупотребление подсудимой своими должностными полномочиями повлекло существенное нарушение прав и законных интересов организации, охраняемых законом интересов общества и государства, выразившееся в подрыве авторитета органов исполнительной власти Удмуртской Республики.

Подсудимая вину в совершении инкриминируемого преступления (с учетом переквалификации ее действий прокурором) признала в полном объеме и в суде показала, что действительно в период исполнения обязанностей директора Учреждения получала от М. и С.Н.А. денежные средства с назначенных и выплаченных им премий, а также по заключенным с ними дополнительным соглашениям (обязанностям). Она подтвердила свои признательные показания, оглашенные со стадии предварительного следствия, из совокупного анализа которых установлено следующее.

Приказом № 17 л/с от 16.04.2021 Государственного комитата по УР по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям она назначена на должность исполняющей обязанности директора ГОУ ДПО «УМЦ УР», без освобождения от исполнения должностных обязанностей заместителя директора по учебной работе. В этой должности она проработала в период с 16.04.2021 по 31.01.2023. Как исполняющая обязанности директора Учреждения она должна была следить за работой учреждения, организовывать работу. Также у нее появилось право издания локальных нормативно-правовых актов ГОУ ДПО «УМЦ УР», право подписи документов от лица Учреждения. ГОУ ДПО «УМЦ УР» осуществляет деятельность по обучению должностных лиц и специалистов Гражданской обороны и Удмуртской территориальной подсистемы Российской системы чрезвычайных ситуаций (далее по тексту ГО и УТП РС ЧС). ГОУ ДПО «УМЦ УР» зарегистрировано и расположено по адресу: <адрес>. Рабочее место у нее располагалось в кабинете № 306 по указанному адресу. Ее непосредственным руководителем во время исполнения ею обязанностей директора ГОУ ДПО «УМЦ УР» являлся председатель ГК по УР по делам ГО и ЧС Ш.Е.В.. Выплата заработной платы работникам Учреждения регламентирована положением об оплате труда, утвержденным распоряжением Правительства УР от 2012 года. Начисление и выплату заработной платы осуществляет централизованная бухгалтерия. Начисление премий осуществляется на основании положения о премировании, утвержденного директором Учреждения. Данное положение действовало до конца ноября 2022 года, так как в указанное время было принято новое положение о премировании. Согласно положению о премировании, действовавшему с января 2012 года, премии работникам Учреждения начислялись в размере 34% от должностного оклада ежемесячно в соответствии с отработанным временем. За выполнение дополнительного объема работ премии работникам ГОУ ДПО «УМЦ УР» могут начисляться на усмотрение руководителя Учреждения в твердой сумме. Согласно положению о премировании, вступившему в силу в конце 2022 года, были внесены изменения, а именно, детально указаны критерии начисления ежемесячной премии, критерии за выполнение дополнительного объема работ, основания лишения премии. М.М.А. знает с 2008 года, ранее они вместе работали. У них хорошие, деловые и доверительные отношения. М.М.А. по ее предложению вновь устроилась работать в ГОУ ДПО «УМЦ УР» 30.04.2021 года в должности специалиста по учебно-методической работе. В ходе разговора с М. о ее трудоустройстве она (подсудимая) сказала той, что у нее, как у руководителя, есть возможность выплачивать ей ежемесячно повышенные премии, но нужно будет 50% от этих премий передавать ей (ФИО2). На это предложение М. согласилась и начала работать в Учреждении. Выплата премий работникам осуществлялась в дни выплаты заработной платы, то есть 15 и 30 числа. Как правило, премии выплачивались в дни выплаты окончательного расчета заработной платы (30 числа). Выплаты премий производились путем безналичного перечисления централизованной бухгалтерией денежных средств на банковские карты работников. После начисления премии М.М.А. в течение нескольких дней передавала ей наличными 50% от поступившей премии в их кабинете № 306 по адресу: <адрес>. Деньги передавала в тот момент, когда в кабинете они оставались вдвоем. Полученные от М. деньги она убирала в свою сумку или в ящик стола.

Примерно в мае 2021 года М. обратилась к ней с просьбой трудоустроить в их учреждение ее дочь - С.Н.А., на что она (подсудимая) согласилась. С.Н.А. была трудоустроена на должность специалиста по учебно-методической работе. При этом в ходе разговора с М. она (ФИО2) сказала ей, что также будет выписывать ее дочери ежемесячные повышенные премии, половину из которых нужно будет передавать ей (подсудимой). С этим обстоятельством М. согласилась и в июне 2021 года С.Н.А. приступила к своим рабочим обязанностям. Непосредственно со С.Н.А. она никакие разговоры про деньги не вела, все это обсуждалось с ее матерью – М.. Таким образом, после назначения и выплаты С.Н.А. ежемесячных премий она также в течение нескольких дней через М. передавала ей (подсудимой) наличными 50% от выплаченной премии в кабинете ФИО2 № 306 по указанному адресу. Полученные от М. и С.Н.А. денежные средства она расходовала на свои нужды, на нужды учреждения эти деньги ею не тратились. Общая сумма денежных средств, которые она получила от М. и С.Н.А. путем выплаты им завышенных премий, составляет около 800 000 рублей.

Относительно приказов ГОУ ДПО «УМЦ УР»:

- за ее подписью №19/п от 11.05.2021, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 40 000 рублей,

- за ее подписью №20/п от 25.06.2021, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 60 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 20 000 рублей,

- за ее подписью №23/п от 23.07.2021, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 80 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 40 000 рублей,

- за ее подписью №26/п от 24.08.2021, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 80 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 40 000 рублей,

- за ее подписью №28/п от 27.09.2021, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 60 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 20 000 рублей,

- за ее подписью №29/п от 28.09.2021, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 10 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 10 000 рублей,

- за ее подписью №33/п от 25.10.2021, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 40 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 20 000 рублей,

- за ее подписью №36/п от 24.11.2021, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 80 000 рублей,

- за ее подписью №37/п от 13.12.2021, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 100 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 50 000 рублей,

- за ее подписью №39/п от 23.12.2021, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 80 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 40 000 рублей,

- за ее подписью №2/п от 25.01.2022, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 40 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 15 000 рублей,

- за ее подписью №6/п от 22.02.2022, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 30 000 рублей,

- за подписью М.Л.В. №7/п от 28.02.2022, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 46 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 23 000 рублей,

- за ее подписью №10/п от 28.03.2022, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 30 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 15 000 рублей,

- за ее подписью №11/п от 28.03.2022, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 30 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 10 000 рублей,

- за ее подписью №13/п от 25.04.2022, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 70 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 25 000 рублей,

- за подписью М.Л.В. №17/п от 27.05.2022, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 60 000 рублей,

- за ее подписью №19/п от 28.06.2022, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 40 000 рублей,

- за ее подписью №20/п от 28.06.2022, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 50 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 10 000 рублей,

- за подписью М.Л.В. №22/п от 11.07.2022, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 40 000 рублей,

- за ее подписью №31/п от 29.09.2022, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 34 600 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 17 300 рублей,

- за ее подписью №40/п от 22.12.2022, согласно которому М.М.А. выплачена премия в размере 55 000 рублей и 7 000 рублей, С.Н.А. выплачена премия в размере 30 000 рублей,

ФИО2 пояснила, что данные приказы подписаны ею, за исключением приказов № 7/п от 28.02.2022, № 17/п от 27.05.2022 и № 22/п от 11.07.2022, подписанных в ее отсутствие и по согласованию с ней М.Л.В.. Проекты приказов готовились Ш.М.С. по ее указанию. Суммы премиальных выплат по всем приказам устанавливались лично ею (подсудимой) и по ее усмотрению. В приказах премиальные выплаты М.М.А. и С.Н.А. ею были умышленно завышены по отношению к реальному размеру их премий, которые они фактически заработали. Половину выплаченных им премий они передавали ей наличными в ее рабочем кабинете.

Кроме того, в июле – августе 2022 года ее непосредственным руководителем – Ш.Е.В. было принято решение о запрете ежемесячных премиальных выплат, а все приказы о премировании с этого времени стало необходимо согласовывать лично с ним. Тогда она поняла, что больше не сможет выписывать М. и С.Н.А. повышенные премии, половину из которых забирать себе. В этой связи она нашла новый способ дополнительного дохода. Так, она предложила М. и ее дочери – С.Н.А. заключить с Учреждением в ее лице дополнительное к трудовому договору соглашение, согласно которому на них будет возложена обязанность по выполнению дополнительных работ, за что им будут производиться дополнительные выплаты. За это они должны будут платить ей ежемесячно по 50% от суммы дополнительного дохода. На ее предложение М. и С.Н.А. согласились. Далее ею был изготовлен и подписан приказ №14 о/д от 01.08.2022, согласно которому С.Н.А. установлена выплата в размере 10 000 рублей за внесение сведений в ФИС ФРДО, а также приказ №16 о/д от 15.08.2022, согласно которому М.М.А. установлена выплата в размере 30 000 рублей за работу по обеспечению и сопровождению по договорам на платные образовательные услуги, за ведение в области пожарной безопасности, за ведение безопасности дорожного движения. С августа до декабря 2022 года М. и С.Н.А. ежемесячно передавали ей вознаграждение в виде денег на общую сумму около 80 000 рублей. Таким образом, эти приказы были изданы по договоренности с М.М.А. и С.Н.А. с целью дополнительного получения денежных средств, половину из которых М. за себя и за С.Н.А. таким же образом наличными передала ей в кабинете № 306 по адресу: <адрес>. Эти деньги она также тратила на свои нужды.

Подобным образом М. передала ей в утреннее время 28 декабря 2022 года денежные средства из премии, выписанной на ее имя и на имя С.Н.А., в их служебном кабинете № 306 по указанному адресу. Так, М. подошла к ее рабочему столу и положила на него денежные средства в размере 31 000 рублей за премию, выплаченную ей (М.). Также она положила ей (ФИО2) на стол 7 500 рублей в качестве выплаты по дополнительным соглашениям. Кроме того, она передала ей 15 000 рублей в качестве премии за С.Н.А..

У нее не было долговых обязательств перед М. и С.Н.А., а вышеуказанные денежные средства являются незаконным доходом. Выплаченные последним премии были явно завышены относительно реального выполнения ими своих служебных обязанностей (т. 4 л.д. 133-158, 171-175, 179-183).

Вместе с тем, изначально при даче показаний в суде подсудимая пояснила, что она не ставила М. условие передавать ей половину от полученных премий сумм, это была решение самой М.. Последняя сама предложила при получении «хороших» премий помогать ей (подсудимой) ввиду необходимости приобретения подарков вышестоящему руководству. Так, она (ФИО2) регулярно приобретала подарки к праздникам и на дни рождения вышестоящим лицам, в том числе из Министерства Финансов УР. Это она делала для того, чтобы указанные лица со своей стороны оказывали ГОУ ДПО «УМЦ УР» помощь. Причину передачи денежных средств от С.Н.А. не знает, поскольку договоренности об этом не было.

На завершающей стадии судебного следствия, как указано ранее, ФИО2 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ (с учетом переквалификации прокурором), признала полностью. Свои признательные показания, оглашенные со стадии предварительного следствия, подтвердила, в содеянном раскаялась.

Виновность подсудимой подтверждается показаниями представителя потерпевшего и свидетелей.

Так, из совокупного анализа показаний представителя потерпевшего В.С.Н., данных в судебном заседании и оглашенных со стадии предварительного следствия (т. 3 л.д. 238-243), которые им подтверждены, установлено следующее. ГОУ ДПО «УМЦ УР» осуществляет деятельность по обучению должностных лиц и специалистов ГО и УТП РС ЧС. Учреждение расположено по адресу: <адрес>. В его должностные обязанности, как директора ГОУ ДПО «УМЦ УР», входит: организация и контроль работы учреждения, издание локальных нормативно-правовых актов, право подписания всех документов от лица Учреждения, представление интересов Учреждения в государственных органах. Приказом № 17 л/с от 16.04.2021 ГК по УР по делам ГО и ЧС на должность исполняющей обязанности директора ГОУ ДПО «УМЦ УР» была назначена заместитель директора ФИО1, без ее освобождения от исполнения должностных обязанностей заместителя директора по учебной работе. В должности и.о. директора Учреждения подсудимая проработала в период с 16.04.2021 по 31.01.2023. В ГОУ ДПО «УМЦ УР» трудоустроено 14 человек, включая С.Н.А. - в должности специалиста по учебно-методической работе и на полставки преподавателем, а также М.М.М. - в должности специалиста по учебной работе и на полставки преподавателем. Учреждение имеет один расчетный счет в Национальном Банке РФ. У ГОУ ДПО «УМЦ УР» имеются поступления в виде субсидий на выполнение государственных заданий и поступления в виде средств от деятельности самой организации, то есть денежные средства от договоров на оказание образовательных услуг в области ГО и ЧС (внебюджет). Из указанных денежных средств, поступающих в ГОУ ДПО «УМЦ УР» в виде субсидий, работникам выплачивалась заработная плата, производилась оплата коммунальных услуг, оплата услуг связи. Все статьи расходов прописаны в плане финансово-хозяйственной деятельности. Из внебюджета производится оплата всего, что не относится к выполнению государственного задания, а именно, закупка канцтоваров и техники, ремонт транспортного средства Учреждения и др. Выплата заработной платы работникам ГОУ ДПО «УМЦ УР» регламентирована положением об оплате труда, утвержденным распоряжением Правительства УР от 2012 года. Согласно положению, заработная плата работникам Учреждения начисляется и выплачивается 15 и 30 числа каждого месяца, из которых 15 числа - аванс, 30 числа - окончательный расчет. В силу положения, на выплату заработной платы может быть потрачено не более 80% внебюджетных средств. Начисление и выплату заработной платы осуществляет централизованная бухгалтерия, к которой в том числе относится ГОУ ДПО «УМЦ УР». Отработанное время фиксируется в табелях учета рабочего времени, которые заполняются ведущим документоведом Ш.М.С.. Учет рабочего времени фиксируется в программе 1С, которая имеет сопряжение с централизованной бухгалтерией. У работников учреждения отсутствует право доступа к начислениям и выплатам заработной платы. Начисление премий работникам осуществляется на основании положения о премировании, утвержденного директором ГОУ ДПО «УМЦ УР». Данное положение действовало до конца ноября 2022 года, когда было принято новое положение о премировании. Согласно положению о премировании, действовавшему с января 2012 года, премии работникам начислялись в размере 34% от должностного оклада ежемесячно в соответствии с отработанным временем. За выполнение дополнительного объема работ премии работникам ГОУ ДПО «УМЦ УР» могут начисляться на усмотрение руководителя учреждения в твердой сумме. Согласно положению о премировании, вступившему в силу в конце 2022 года, были внесены изменения, а именно, детально указаны критерии начисления ежемесячной премии, критерии за выполнение дополнительного объема работ, основания лишения премии. До назначения его директором учреждения ФИО1 оформляла приказы о премировании и начисляла завышенные премии сотрудникам ГОУ ДПО «УМЦ УР» М.М.А. и С.Н.А., которые передавали 50% от суммы полученной премии подсудимой. Размер подлежащей выплате указанным лицам премии определяла ФИО2. По его мнению, с учетом объема выполненных М.М.А. и С.Н.А. работ, размер начисленных им премий был явно завышен, в среднем примерно в 2 раза. Кроме того, в соответствии с Приказом ГОУ ДПО «УМЦ УР», возможно возложение дополнительных обязанностей на сотрудника помимо заключенного с ним трудового договора. В соглашении о возложении дополнительных обязанностей прописываются объем выполняемых функций и размер вознаграждения. Обычно в Учреждении в дополнительных соглашениях прописывается и выплачивается сумма в размере 10 000 рублей. Сумма зависит от объемов выполняемой работы и обязанностей. В августе 2022 года ФИО1 заключила с М.М.А. и С.Н.А. дополнительные соглашения к трудовому договору. Согласно этим соглашениям последние должны были выполнять дополнительные работы, которые не входят в их обязанности по трудовому договору. По этим соглашениям М.М.А. и С.Н.А. должны выплачиваться дополнительные денежные средства, половину из которых они передавали подсудимой. В Учреждении нет обязательств о безусловном израсходовании к концу отчетного периода (года) всех оставшихся в распоряжении Учреждения денежных средств, в том числе путем выплат премий работникам.

Из оглашенных по ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля М.Л.В. (заместитель директора Учреждения по финансово-экономической деятельности с июня 2021 года) известно, что приказом ФИО1 № 47о/Д от 26 августа 2021 года она была назначена и.о. директора ГОУ ДПО УМЦ УР в связи с выездом подсудимой в служебную командировку. Кроме того, в связи нетрудоспособностью или отпусками ФИО3 она также была назначена исполняющей обязанности директора Учреждения приказами подсудимой № 49о/Д от 29 сентября 2021 года, № 4о/Д от 7 февраля 2022 года, №10о/д от 17 мая 2022 года, №11о/д от 05 июля 2022 года, №29/1о/д от 27 октября 2022 года. В период исполнения обязанности директора Учреждения она (М.Л.В.) подписывала различные приказы: о премировании работников ГОУ ДПО УМЦ УР за фактически отработанное время по основной должности и по совмещению в размере 34%, о выплате доплаты за МРОТ, о выплате премии за выполнение дополнительного объема работ. Так, 28 февраля 2022 года она подписала Приказ о премировании № 7/п, 25 мая 2022 года - подписала Приказ № 16/п, 27 мая 2022 года - Приказ №17/п, 27 мая 2022 года - Приказ №17/п, 11 июля 2022 года - Приказ № 22/п, 27 октября 2022 года - Приказ № 32/п, 28 октября 2022 года - Приказ № 33/п, 27 октября 2022 года - Приказ № 34/п, 28 октября 2022 года - Приказ № 35/п. Все эти приказы она по всем работникам согласовывала с ФИО2, которая и определяла размер премирования каждого работника в отдельности (т.4 л.д. 17-21).

Из совокупного анализа показаний свидетеля Ш.М.С. (ведущий документовед ГОУ ДПО «УМЦ УР» с августа 2021 года, а также на полставки ведущий юрист), данных в судебном заседании и оглашенных в силу ч. 1 ст. 281 УПК РФ со стадии предварительного следствия (т. 4 л.д. 22-28), установлено следующее. В ее должностные обязанности ведущего юриста входит составление различных договоров, отчетов, разработка учредительных документов, внесение изменений в них и другое. Кроме того, с августа по декабрь 2022 года она также выполняла кадровую работу. С конца апреля 2021 года М. осуществляла работу на ставке специалиста по учебно-методической работе, а также на 0.5 ставки преподавателя. Вместе с тем, в период с сентября по декабрь 2022 года между М.М.А. и ГОУ ДПО «УМЦ УР» в лице исполняющей обязанности директора ФИО1 были заключены 3 дополнительных соглашения о наделении М.М.А. обязанностями по пожарной безопасности, безопасности дорожного движения и договорной работы по платным образовательным услугам. По каждому дополнительному соглашению к основной заработной плате специалиста по учебно-методической работе и заработной плате 0.5 ставки преподавателя М.М.А. начислялось по 10 000 рублей ежемесячно. Указанные дополнительные соглашения по указанию подсудимой составляла она (Ш.М.С.). При этом для начисления указанных выплат по дополнительным соглашениям изначально ею также по указанию ФИО1 были составлены приказы о ведении пожарной безопасности, безопасности дорожного движения и договорной работы по платным образовательным услугам, подписанные подсудимой. Также в указанный период она (Ш.М.С.) составляла табели учета рабочего времени работников. М.М.А. осуществляла трудовую деятельность в период с 9 до 15 часов, но по указанию ФИО1 в табелях учета рабочего времени М. она ставила 8 часов, то есть полный рабочий день. Она (Ш.М.С.) ни разу не видела, как М.М.А. вела учебные занятия, однако заработную плату она получала в полном объеме за полную ставку специалиста и 0.5 ставки преподавателя, в том числе денежные средства в размере 30 000 рублей по заключенным с ней дополнительным соглашениям. Также М.М.А. в табеле за 0.5 ставки преподавателя она по указанию подсудимой ставила 3,6 часов. Аналогичная ситуация с сотрудником С.Н.А., которая была трудоустроена на ставке специалиста по учебно-методической работе, а также дополнительно занимала 0.5 ставки преподавателя. В период с сентября по декабрь 2022 года между ГОУ ДПО «УМЦ УР» в лице и.о. директора ФИО1 и С.Н.А. было заключено 1 дополнительное соглашение о наделении последней обязанностями по формированию и ведению Федерального реестра сведений о документах об образовании и (или) о квалификации, документах об обучении. По этому дополнительному соглашению С.Н.А. получала денежные средства в размере 10 000 рублей к основной заработной плате специалиста по учебно-методической работе и заработной плате 0.5 ставки преподавателя. Данное дополнительное соглашение также составляла она (Ш.М.С.) по указанию подсудимой. Для начисления этой выплаты по дополнительному соглашению по указанию ФИО1 ею также был составлен приказ о назначении С.Н.А. ответственной за формирование и ведение Федерального реестра сведений о документах об образовании и (или) о квалификации, документах об обучении, подписанный подсудимой. На основании этого приказа и было составлено дополнительное соглашение со С.Н.А.. Последняя работала полный рабочий день, однако она (Ш.М.С.) ни разу не видела, чтобы С.Н.А. проводила учебные занятия, но по указанию ФИО2 она ставила ей в табеле за 0.5 ставки преподавателя 3,6 часов. В 20-х числах декабря 2022 года от М. она узнала, что часть своих денежных средств последняя отдает подсудимой. Заработная плата М.М.А. была значительно выше, чем у других сотрудников. ФИО1 и М.М.А. поддерживали хорошие, дружелюбные, приятельские отношения. Дополнительные соглашения с работниками заключались ввиду того, что контрольный комитет обязал согласовывать с ними приказы о премиях.

Из совокупного анализа показаний свидетеля М.М.А., данных в судебном заседании и оглашенных по ч. 3 ст. 281 УПК РФ со стадии предварительного следствия (т. 4 л.д. 35-45, 46-51, 59-66), которые ею подтверждены, установлено следующее. Между ней и подсудимой хорошие и доверительные отношения, в этой связи в апреле 2021 года ФИО2, будучи исполняющей обязанности директора ГОУ ДПО «УМЦ УР», пригласила ее на работу в учреждение на должность специалиста по учебно-методической работе. С 20 апреля 2021 года она была трудоустроена в ГОУ ДПО «УМЦ УР» на указанную должность. В ее должностные обязанности специалиста по учебно-методической работе входило формирование групп, составление расписаний занятий, формирование журнала посещения групп, проведение промежуточных и итоговых аттестаций, составление протоколов, вызовы на обучение. Кроме того, в июне 2021 года ФИО2 по ее просьбе также трудоустроила в учреждение на аналогичную должность ее дочь – С.Н.А.. Вместе с тем, до трудоустройства ее (М.), а также ее дочери (С.Н.А.) в ГОУ ДПО «УМЦ УР» в ходе личных бесед подсудимая сообщила ей (М.), что будет ежемесячно выплачивать им премии на различные суммы, с которых они с дочерью должны будут отдавать ФИО2 половину суммы. На данное предложение они со С.Н.А. согласились. После трудоустройства ежемесячно в конце месяца на ее (М.) банковскую карту ПАО «Сбербанк», а затем ПАО «ВТБ» поступала заработная плата и премия, половину которой она обналичивала в банкомате и передавала подсудимой. Обычно деньги она передавала ФИО2 в конверте из листа бумаги в их общем служебном кабинете № 306 в ГОУ ДПО «УМЦ УР» в отсутствие Ш.М.С., рабочее место которой находилось в том же кабинете. С.Н.А. таким же образом снимала половину премии в банкомате и отдавала их ей (М.) для последующей передачи ФИО2. Во время передачи денежных средств она озвучивала, что указанные денежные средства являются половинами премии от нее и С.Н.А.. Подобным образом она передавала подсудимой 50% от суммы премии в период с мая по сентябрь 2022 года на общие суммы примерно 15 000, 20 000, 30 000 и 40 000 рублей. Отчего зависел размер премии, они со С.Н.А. не знали. Со слов ФИО1, примерно в августе 2022 года председатель комитета по делам ГО и ЧС УР Ш.Е.В. запретил выписывать премии своим сотрудникам, а потому подсудимая предложила заключить с ней (М.) дополнительные соглашения. По этим соглашениям она должна быть ответственной за пожарную безопасность и безопасность дорожного движения, а также за работу по обеспечению платного обучения внебюджетным организациям. В рамках данных дополнительных соглашений ФИО1 пояснила, что ей будут ежемесячно начисляться 30 000 рублей, то есть по 10 000 рублей по каждому соглашению. С этой суммы половину денежных средств она должна была передавать подсудимой. На это предложение она ответила согласием. В дальнейшем в период с сентября по декабрь 2022 года она отдавала ФИО2 с указанных выплат в рамках дополнительных соглашений денежные средства в размере 50 % от выплаты, то есть по 15 000 рублей ежемесячно. Деньги по соглашениям передавала подсудимой наличными 2 раза в месяц, а именно 7 500 рублей из аванса и 7 500 рублей – из окончательно выплаченной заработной платы. Кроме того, в указанный период ФИО1 также заключила дополнительное соглашение со С.Н.А., согласно которому последняя исполняла обязанность по внесению сведений в ФИС ФРДО. По указанию подсудимой С.Н.А. также отдавала наличными через нее (М.) ФИО2 50% от суммы, полученной в рамках дополнительного соглашения. При ее трудоустройстве они (М. и подсудимая) договорились о том, что она будет находиться на рабочем месте с 09 часов 00 минут до 15 часов 00 минут, но она должна была успевать выполнить работу за полный рабочий день, то есть за 8 часов рабочего времени.

Согласно приказу № 19/п от 11.05.2021 она получила премию в размере 40 000 рублей, из которых отдала ФИО1 20 000 рублей.

Согласно приказу № 20/п от 25.06.2021 она получила премию в размере 60 000 рублей, из которых отдала ФИО1 30 000 рублей, С.Н.А. получила премию в размере 20 000 рублей, из которых отдала подсудимой 10 000 рублей.

Согласно приказу № 23/п от 23.07.2021 она получила премию в размере 80 000 рублей, из которых отдала ФИО1 40 000 рублей, С.Н.А. получила 40 000 рублей и отдала подсудимой 20 000 рублей.

Согласно приказу № 26/п от 24.08.2021 она получила премию в размере 80 000 рублей, из которых отдала ФИО1 40 000 рублей, С.Н.А. получила 40 000 рублей и отдала подсудимой 20 000 рублей.

Согласно приказу № 28/п от 27.09.2021 она получила премию в размере 60 000 рублей, из которых отдала ФИО1 30 000 рублей, С.Н.А. получила 20 000 рублей и отдала подсудимой 10 000 рублей.

Согласно приказу № 29/п от 28.09.2021 она получила премию в размере 15 000 рублей, из которых отдала ФИО1 7 500 рублей, С.Н.А. получила 15 000 рублей и отдала подсудимой 7 500 рублей.

Согласно приказу № 33/п от 25.10.2021 она получила премию в размере 40 000 рублей, из которых отдала ФИО1 20 000 рублей, С.Н.А. получила 20 000 рублей и отдала подсудимой 10 000 рублей.

Согласно приказу № 36/п от 24.11.2021 она получила премию в размере 80 000 рублей, из которых отдала ФИО1 40 000 рублей, С.Н.А. премию не получала.

Согласно приказу № 37/п от 13.12.2021 она получила премию в размере 100 000 рублей, из которых отдала ФИО1 50 000 рублей, С.Н.А. получила 50 000 рублей и отдала подсудимой 25 000 рублей.

Согласно приказу № 39/п от 23.12.2021 она получила премию в размере 80 000 рублей, из которых отдала ФИО1 40 000 рублей, С.Н.А. получила 40 000 рублей и отдала подсудимой 20 000 рублей.

Согласно приказу № 2/п от 25.01.2022 она получила премию в размере 40 000 рублей, из которых отдала ФИО1 20 000 рублей, С.Н.А. получила 15 000 рублей и отдала подсудимой 7 500 рублей.

Согласно приказу № 6/п от 22.02.2022 она получила премию в размере 30 000 рублей, из которых отдала ФИО1 15 000 рублей, С.Н.А. премию не получала.

Согласно приказу № 7/п от 28.02.2022 она получила премию в размере 46 000 рублей, из которых отдала ФИО1 23 000 рублей, С.Н.А. получила 23 000 рублей и отдала подсудимой 11 500 рублей.

Согласно приказу № 10/п от 28.03.2022 она получила премию в размере 30 000 рублей, из которых отдала ФИО1 15 000 рублей, С.Н.А. получила 15 000 рублей и отдала подсудимой 7 500 рублей.

Согласно приказу № 11/п от 28.03.2022 она получила премию в размере 30 000 рублей, из которых отдала ФИО1 15 000 рублей, С.Н.А. получила 10 000 рублей и отдала подсудимой 5 000 рублей.

Согласно приказу № 13/п от 25.04.2022 она получила премию в размере 70 000 рублей, из которых отдала ФИО1 35 000 рублей, С.Н.А. получила 25 000 рублей и отдала подсудимой 12 500 рублей.

Согласно приказу № 17/п от 27.05.2022 она получила премию в размере 60 000 рублей, из которых отдала ФИО1 30 000 рублей, С.Н.А. премию не получала.

Согласно приказу № 19/п от 28.06.2022 она получила премию в размере 40 000 рублей, из которых отдала ФИО1 20 000 рублей, С.Н.А. премию не получала.

Согласно приказу № 20/п от 28.06.2022 она получила премию в размере 50 000 рублей, из которых отдала ФИО1 25 000 рублей, С.Н.А. получила 10 000 рублей и отдала подсудимой 5 000 рублей.

Согласно приказу № 22/п от 11.07.2022 она получила премию в размере 40 000 рублей, из которых отдала ФИО1 20 000 рублей, С.Н.А. премию не получала.

Согласно приказу № 31/п от 29.09.2022 она получила премию в размере 34 600 рублей, из которых отдала ФИО1 17 300 рублей, С.Н.А. получила 17 300 рублей и отдала подсудимой 8 650 рублей.

Согласно приказу № 40/п от 22.12.2022 она получила премию в размере 55 000 и 7 000 рублей, из которых отдала ФИО1 31 000 рублей, С.Н.А. получила 30 000 рублей и отдала подсудимой 15 000 рублей.

Согласно расчетным листам, 30.08.2022 ей выплатили доплату за выполнение дополнительного объема работ в размере 16 956,51 руб., из которых она передала ФИО1 денежные средства в размере 7 500 рублей. 15.09.2022 и 30.09.2022 выплатили две доплаты за выполнение дополнительного объема работ в размере по 15 007 руб. на общую сумму 30 014 руб., из которых она передала подсудимой денежные средства в размере по 7 500 рублей в каждом случае, то есть в общей сумме 15 000 рублей. 14.10.2022 ей выплатили доплату за выполнение дополнительного объема работ в размере 14 293,57 руб., из которых она передала ФИО1 денежные средства в размере 7 500 рублей. 28.10.2022 ей выплатили доплату за выполнение дополнительного объема работ в размере 15 722,43 руб., из которых она передала подсудимой 7 500 рублей. 15.11.2022 ей выплатили доплату за выполнение дополнительного объема работ в размере 14 193,36 руб., из которых она передала ФИО1 7 500 рублей. 30.11.2022 ей выплатили доплату за выполнение дополнительного объема работ в размере 15 815,64 руб., из которых она передала подсудимой 7 500 рублей. 15.12.2022 ей выплатили доплату за выполнение дополнительного объема работ в размере 15 007 руб., из которых она передала ФИО1 7 500 рублей. 27.12.2022 ей выплатили доплату за выполнение дополнительного объема работ в размере 15 008 руб., из которых она передала подсудимой 7 500 рублей. Таким образом, в период с 15.08.2022 по 31.12.2022 она передала ФИО1 денежные средства на общую сумму 67 500 рублей.

Каких-либо долговых и иных финансовых обязательств перед подсудимой и С.Н.А. она не имела, они перед ней тоже. Для нее нет разницы, каким образом ей выплачивались денежные средства, в качестве премий или в рамках дополнительных соглашений. После заключения дополнительных соглашений фактически объем ее работы и обязанностей не увеличился, остался прежним.

Свои показания на стадии следствия свидетель М.М.А. подтвердила при их проверки на месте, в ходе которой она указала на служебный кабинет № 306 ГОУ ДПО «УМЦ по ГО, ЧС и ПБ УР» по адресу: <адрес>, где она передавала подсудимой половину полученных ею и С.Н.А. в качестве премий и в рамках дополнительных соглашений денежных средств (т. 4 л.д. 52-58).

Из совокупного анализа показаний свидетеля С.Н.А., данных в суде и оглашенных со стадии предварительного расследования, которые ею подтверждены (т. 4 л.д. 74-83, 84-89), известно, что она дала показания, в целом аналогичные показаниям свидетеля М.. Так, она подтвердила ее трудоустройство в июне 2021 года в ГОУ ДПО «УМЦ УР» на должность специалиста по учебно-методической работе. При трудоустройстве ее мама - М. сказала ей, что половину получаемой премии необходимо отдавать ФИО2, на что она согласилась. В последующем, после получения премии половину от этой суммы она обналичивала в банкомате и отдавала М. для дальнейшей передачи денежных средств подсудимой. В дальнейшем в августе 2022 года с ней была заключено дополнительное соглашение с оплатой в размере 10 000 рублей, из которых половины от получаемой суммы она также отдавала ФИО2. Дополнительное соглашение было заключено с ней вместо выплаты ежемесячных премий, это соглашение оформлялись приказом о возложении дополнительных обязанностей. Для нее самой разницы в получении денежных средств в качестве выплаты премий или по дополнительному соглашению не имелось. В виде премий она получила денежные средства в размере 390 300 рублей, из которых половину передала через маму ФИО2. 30.09.2022 ей выплачен окончательный расчет по заработной плате в размере 15 982,51 рубля, из них 4 545,45 рублей - доплата за выполнение дополнительного объема работ, из которых она передала подсудимой через М.М.А. 2 200 рублей. 30.11.2022 ей выплачен окончательный расчет по заработной плате в размере 18 888,32 рублей, из них 7 185,63 рублей - доплата за выполнение дополнительного объема работ, из которых она передала ФИО1 через свою маму 3 500 рублей. Всего по дополнительному соглашению она получила 30 633 рубля 77 копеек, из которых передала подсудимой 5 700 рублей.

Из показаний свидетеля Ч.О.А. (библиотекарь ГОУ ДПО «УМЦ УР») следует, что в период с апреля 2021 года по январь 2023 года ФИО1 исполняла обязанности директора Учреждения. Она (свидетель) полагает, что С.Н.А. и М. выплачивали завышенные премии, размер которых определяла ФИО2. Также со С.Н.А. и М. были заключены дополнительные соглашения.

Свидетель Х.А.Н. (преподаватель ГОУ ДПО «УМЦ УР») сообщил в суде, что в Учреждении начислялась премии работникам по приказам, которые подписывала подсудимая, как директор. От других сотрудников он слышал про завышенные премии.

Из анализа показаний свидетеля У.С.В., данных в суде и оглашенных по ч. 3 ст. 281 УПК РФ (т. 4 л.д. 14-16), которые ею подтверждены, установлено, что по приказам от 13 и 23 декабря 2021 года М.М.А. было выплачено около 80 000 и 100 000 рублей премии. При этом остальным сотрудникам премии были выплачены в размере от 8 000 до 15 000 рублей. Предполагает, что М. и С.Н.А. отдавали часть выплаченных им премий подсудимой, поскольку ей по приказам премии не выплачивались. М. и С.Н.А. фактически в должности преподавателей не работали.

Из показаний свидетеля С.Е.М., данных в ходе судебного заседания, а также оглашенных на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, которые свидетель подтвердила в полном объеме (т. 4 л.д. 95-101), следует, что со 02.11.2020 года она работает руководителем КУ УР «РЦУ и О». В ее должностные полномочия входит ведение бухгалтерского учета ГОУ ДПО «УМЦ УР», в том числе начисление выплат, связанных с заработной платой и иными выплатами. В период с апреля 2021 года по январь 2023 года ФИО1 исполняла обязанности директора. После предъявления на обозрение приказов о премировании С.Е.М. пояснила, что на основании приказа и.о. директора ГОУ ДПО «УМЦ УР» ФИО1 № 14 о/д от 01.08.2022 «О возложении дополнительных обязанностей» в период с 01.08.2022 по 31.12.2022 С.Н.А. выплачены денежные средства в сумме 30 633,77 руб. в качестве доплаты за выполнение дополнительных обязанностей из источника 4.010, то есть из бюджета Удмуртской Республики. Кроме того, на основании приказа и.о. директора ГОУ ДПО «УМЦ УР» ФИО1 №16 о/д от 15.08.2022 в период с 15.08.2022 по 31.12.2022 М.М.А. выплачены денежные средства в сумме 136 956,51 руб. в качестве доплаты за выполнение дополнительных обязанностей из источника 2.01130, то есть из средств ГОУ ДПО «УМЦ УР» от иной приносящей доход деятельности (из внебюджетных денежных средств).

На основании анализа показаний свидетеля Ш.Е.В., данных в судебном заседании и оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ со стадии предварительного следствия, которые им подтверждены (т. 4 л.д. 90-99) установлено следующее. С 12.11.2020 он состоит в должности Председателя Государственного комитета УР по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям. В его подчинении находятся подведомственные организации, в том числе ГОУ ДПО «УМЦ УР», где в период с апреля 2021 года по январь 2023 года и.о. директора являлась подсудимая. В ходе проведенной в период с 18 июля 2022 года по 5 августа 2022 года проверки было выявлено, что сотрудники Учреждения М. и С.Н.А. регулярно получают высокую, в отличие от других работников, премию. В этой связи на основании его указания все премии, выписываемые в ГОУ ДПО «УМЦ УР», должны были согласовываться с ним, во избежание повторения ситуации. В декабре 2022 года ему стало известно о том, что ФИО1 от лица Учреждения заключила с указанными работниками дополнительные соглашения к трудовому договору на выполнение дополнительных обязанностей. На это он отреагировал письмами в РКУ УР «Республиканский центр учета и отчетности», в которых указал о необходимости согласования с декабря 2022 года премий в Учреждении с ним. В дальнейшем подсудимая приходила к нему для согласования премий и выплат по дополнительным соглашениям работников, которые обосновать не могла. В соответствии с Уставом ГОУ ДПО «УМЦ УР» должна быть создана комиссия о выплатах стимулирующего характера за счет средств внебюджетной деятельности. Однако данной комиссии создано не было, а директор единолично не может определять расходование внебюджетных денежных средств на выплаты стимулирующего характера. Таким образом, денежные средства ГОУ ДПО «УМЦ УР» были потрачены не на нужды Учреждения, а также не на фонд заработной платы труда.

Свидетель В.Е.В. (дочь подсудимой) в судебном заседании ФИО2 охарактеризовала положительно, сообщила о ее работе в должности и.о. директора ГОУ ДПО «УМЦ УР». Также она сообщила о хороших взаимоотношениях между подсудимой и М., с которой ФИО2 знакома давно. С подсудимой они проживают вместе, ведут совместный бюджет.

Свидетель Л.А.В. (с апреля 2022 года главный специалист финансово-экономического отдела контрольного комитета) в суде сообщила о проведении в ГОУ ДПО «УМЦ УР» примерно в июле 2022 года проверки соблюдения трудового законодательства. По результатам проверки были составлены рекомендации по внесению изменений в положение о порядке премирования. Обоснованность начисления премий, в том числе конкретных сумм, они не проверяли, поскольку это не входило в их компетенцию.

Кроме того, вину подсудимой подтверждают исследованные в судебном заседании материалы уголовного дела:

- постановления о рассекречивании результатов оперативно-розыскной деятельности и предоставлении их следователю (т. 1 л.д. 50-52, 53-55, 242-243, 244-247), рапорт о проведении ОРМ «Наблюдение» (т. 1 л.д. 56-57), согласно которым на основании оперативной информации о причастности ФИО1 к хищению имущества ГОУ ДПО «УМЦ УР» с использованием своего служебного положения принято решение о проведении ОРМ «Наблюдение», результаты которого рассекречены и предоставлены органу предварительного расследования;

- акт о результатах проведения ОРМ «Наблюдение», а также протокол осмотра предметов, согласно которым в числе прочего на видео зафиксировано, как 20 декабря 2022 года в рабочем кабинете ГОУ ДПО «УМЦ УР» № 306 по адресу: <адрес>, М.М.А. подошла к столу ФИО1 и передала ей денежные средства с «аванса» в размере 7 500 рублей, которые подсудимая убрала под стол. Кроме того, в утреннее время 28 декабря 2022 года М. передала подсудимой в том же кабинете наличными денежные средства - 31 000 рублей (премия М.), 7 500 рублей (выплата за дополнительные обязанности М.) и 15 000 рублей (премия С.Н.А.). Эти денежные средства ФИО2 убрала в свою сумку и сказала, что «при наличии возможности, выписала бы больше, но Ш.Е.В. взял на контроль».

Также на записях запечатлены разговоры между Ш.М.С. и М.М.А. о передаче последней половины получаемых ею денежных средств (т. 1 л.д. 58-78, 245-247, т. 2 л.д. 1-59, 180-204, 209-251, т. 3 л.д. 1-182);

- постановления Октябрьского районного суда г. Ижевска о разрешении проведения ОРМ «Наведение справок» по расчетным счетам М.М.А. и С.Н.А. (т. 1 л.д. 80, 194, 200, 204);

- ответы ПАО «Сбербанк» и Банка «ВТБ», выписки о движении денежных средств по расчетным счетам М.М.А. и С.Н.А., а также протокол их осмотра, согласно которым на счета указанных лиц поступали денежные средства в виде заработной платы и иных выплат от ГОУ ДПО «УМЦ УР», часть из которых в последующем через непродолжительное время (в пределах нескольких суток), в том числе снимались через банкоматы (т. 1 л.д. 81-192, 195-198, 201, 202, 205-206,207-226, 227-231, т. 2 л.д. 141-179);

- постановление прокурора Ленинского района г. Ижевска о направлении материалов проверки в орган предварительного расследования для решения вопроса об уголовном преследовании (т. 1 л.д. 235);

- справка о результатах ОРМ «Наведение справок» со сведениями о полученной в рамках ОРМ информации и документах (т. 2 л.д. 19);

- приказы «О премировании»: № 19/п от 11.05.2021, согласно которому назначена к выплате премия М.М.А. в размере 40 000 рублей;

- № 20/п от 25.06.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 60 000 рублей и С.Н.А. в размере 20 000 рублей;

- № 23/п от 23.07.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. размере 80 000 рублей и С.Н.А. в размере 40 000 рублей;

- № 26/п от 24.08.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 80 000 рублей и С.Н.А. в размере 40 000 рублей;

- № 28/п от 27.09.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 60 000 рублей и С.Н.А. в размере 20 000 рублей;

- № 29/п от 28.09.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. и С.Н.А. в размере 15 000 рублей каждой;

- № 33/п от 25.10.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 40 000 рублей и С.Н.А. в размере 20 000 рублей;

- № 36/п от 24.11.2021, согласно которому назначена к выплате премия М.М.А. в размере 80 000 рублей;

- № 37/п от 13.12.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 100 000 рублей и С.Н.А. в размере 50 000 рублей;

- № 39/п от 23.12.2021, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 80 000 рублей и С.Н.А. в размере 40 000 рублей;

- № 2/п от 25.01.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 40 000 рублей и С.Н.А. в размере 15 000 рублей;

- № 6/п от 22.02.2022, согласно которому назначена к выплате премия М.М.А. в размере 30 000 рублей;

- № 10/п от 28.03.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 30 000 рублей и С.Н.А. в размере 15 000 рублей;

- № 11/п от 28.03.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 30 000 рублей и С.Н.А. в размере 10 000 рублей;

- № 13/п от 25.04.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 70 000 рублей и С.Н.А. в размере 25 000 рублей;

- № 19/п от 28.06.2022, согласно которому назначена к выплате премия М.М.А. в размере 40 000 рублей;

- № 20/п от 28.06.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 50 000 рублей и С.Н.А. в размере 10 000 рублей;

- № 31/п от 29.09.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 34 600 рублей и С.Н.А. в размере 17 300 рублей;

- № 40/п от 22.12.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 55 000 и 7 000 рублей, С.Н.А. в размере 30 000 рублей;

- № 7/п от 28.02.2022, согласно которому назначены к выплате премии М.М.А. в размере 46 000 рублей и С.Н.А. в размере 23 000 рублей;

- № 17/п от 27.05.2022, согласно которому назначена к выплате премия М.М.А. в размере 60 000 рублей;

- № 22/п от 11.07.2022, согласно которому назначена к выплате премия М.М.А. в размере 40 000 рублей (т. 2 л.д. 20-23, т. 3 л.д. 136-182);

- табели учета рабочего времени со сведениями о фактически отработанном времени работников ГОУ ДПО «УМЦ УР», включая подсудимой, М.М.А. и С.Н.А. (т. 2 л.д. 24-58);

- протоколы осмотров мест происшествий и обыска об изъятии в автомобиле подсудимой марки PEUGEOT 408, г.р.з. «№», в кабинете № 306 ГОУ ДПО «УМЦ УР» по адресу: <адрес>, документов Учреждения, включая организационно-распорядительные документы Учреждения, личные дела сотрудников организации, в том числе подтверждающие должностные полномочия ФИО1, документы о премировании работников за период с 20 апреля 2021 года до 1 февраля 2023 года (т. 2 л.д. 60-66, 68-74, 78-100);

- протоколы обыска и осмотра предметов об изъятии по месту жительства подсудимой по адресу: <адрес>, и осмотре в числе прочего банковских карт на имя ФИО1, денежных средств в размере 20 900 рублей и 13 долларов США, электронных носителей информации (т. 2 л.д. 104-121, 205-208, 183-187);

- копии документов ГОУ ДПО «УМЦ УР», включая Устав, организационно-правовые и иные правоустанавливающие документы Учреждения, а также протокол осмотра предметов об осмотре изъятых в рамках предварительного следствия предметов и документов, в том числе вышеуказанных документов Учреждения о премировании и соглашений о выполнении дополнительных обязанностей, документов на автомобиль подсудимой марки «PEUGEOT 408», г.р.з. «№», приказов о возложении на М.Л.В. исполнения обязанностей директора ГОУ ДПО «УМЦ УР» на период отсутствия и.о. директора ФИО1; приказа о введении в действие Положения «О премировании, выплатах компенсационного и стимулирующего характера, оказания материальной помощи работникам ГОУ ДПО «УМЦ УР»; трудовые документы с ФИО1, М.М.А. и С.Н.А. (трудовые договоры, приказы о приеме на работу, должностные инструкции и др.)

В соответствии с распоряжением Правительства Удмуртской Республики № 681-р от 20.08.2012 «О государственном образовательном учреждении дополнительного профессионального образования (повышения квалификации) специалистов «Учебно-методический центр по гражданской обороне, чрезвычайным ситуациям и пожарной безопасности Удмуртской Республики»» создано ГОУ ДПО «УМЦ УР»,

На основании приказа директора ГОУ ДПО «УМЦ УР» № 2/к от 10.01.2013 ФИО1 назначена на должность заместителя директора по учебной работе ГОУ ДПО «УМЦ УР», в тот же день с подсудимой заключен договор № 4 о полной индивидуальной материальной ответственности.

В силу приказа Председателя ГК УР по делам ГО и ЧС № 17-лс от 15.04.2021 на ФИО1 возложено исполнение дополнительных обязанностей директора ГОУ ДПО «УМЦ УР» с 19.04.2021 с правом подписи документов Учреждения.

Согласно трудовому договору директора ГОУ ДПО «УМЦ УР», руководитель является единоличным органом учреждения, осуществляющим текущее руководство его деятельностью. Руководитель имеет право на осуществление в установленном порядке приема на работу работников учреждения, а также заключение, изменение и расторжение трудовых договоров с ними; принятие локальных нормативных правовых актов, поощрение работников учреждения. Руководитель обязан: соблюдать при исполнении должностных обязанностей требования законодательства Российской Федерации, законодательства субъекта Российской Федерации, нормативных правовых актов органов местного самоуправления, устава учреждения, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов и трудового договора; обеспечивать целевое и эффективное использование денежных средств учреждения, а также имущества, переданного учреждению в оперативное управление в установленном порядке; обеспечивать соблюдение законодательства Российской Федерации при выполнении финансово - хозяйственных операций, в том числе по своевременной и в полном объеме уплате всех установленных законодательством Российской Федерации налогов и сборов, а также представление отчетности в порядке и сроки, которые установлены законодательством Российской Федерации. Руководитель несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, предусмотренных законодательством Российской Федерации и трудовым договором. Руководитель несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный учреждению в соответствии со ст. 277 Трудового кодекса РФ. Руководитель может быть привлечен к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном ТК РФ и иным федеральными законами, а также к гражданско-правовой, административной и уголовной ответственности в порядке, установленном федеральными законами.

В соответствии с Положением о премировании работников ГОУ ДПО «УМЦ УР», утвержденным директором ГОУ ДПО «УМЦ УР» С.Н.Г. 16.01.2013, премирование осуществляется в пределах фонда оплаты труда работников учреждения, сформированного на календарный год исходя из объема средств, предусмотренных на данные цели законом УР о бюджете Удмуртской Республики на соответствующий финансовый год и плановый период, а также за счет средств, полученных от приносящей доход деятельности учреждения. Положением предусматриваются текущее и единовременное премирование. Текущее премирование осуществляется по итогам работы за месяц, квартал, полугодие и год. Премирование работников учреждения производится в пределах фонда оплаты труда и за счет средств полученных от приносящей доход деятельности. Размер текущих премий работников учреждения может устанавливаться в размере 34 % от должностных окладов. Размер единовременного вознаграждения определяется для каждого работника директором в твердой сумме. Основанием для ежемесячного премирования является приказ директора Учреждения. Ежемесячные премии начисляются за конечные результаты работы и распределяются в соответствии с личным трудовым вкладом каждого работника. Выплата текущей премии может осуществляться в день выдачи зарплаты за истекший месяц.

Согласно Уставу ГОУ ДПО «УМЦ УР», утвержденному приказом Председателя ГК УР по делам ГО и ЧС № 4 от 31.12.2020, Учреждение возглавляет директор; директор уполномочен совершать сделки от имени Учреждения, составлять штатное расписание Учреждения и регламентирующие деятельность Учреждения внутренние документы, в пределах компетенции издавать приказы и другие акты, осуществлять права и нести обязанности работодателя для работников Учреждения, осуществлять иные полномочия.

В соответствии с должностной инструкцией заместителя директора по учебной работе ГОУ ДПО «УМЦ УР», утвержденной 02.04.2012 директором Учреждения, ФИО1, как заместитель директора по учебной работе, относится к категории руководителей. На время отсутствия директора Учреждения исполняет его обязанности и несет ответственность за надлежащее их исполнение.

Учреждение располагается по адресу: <адрес>.

Согласно приказу директора ГОУ ДПО «УМЦ по ГО, ЧС и ПБ УР», приказу №1-к председателя ГК УР по делам ГО и ЧС и трудовому договору с руководителем государственного учреждения УР, ФИО1 принята на работу в должность заместителя директора по учебной работе. С 6 апреля 2021 исполнение обязанностей директора возложено на ФИО1, которая, как руководитель является единоличным органом учреждения, осуществляющим текущее руководство его деятельностью, она обязана обеспечивать целевое и эффективное использование денежных средств учреждения, а также имущества, переданного учреждению в оперативное управление в установленном порядке.

Согласно приказу от имени подсудимой № 14 о/д «О возложении дополнительных обязанностей» от 01.08.2022 С.Н.А. в период с 01.08.2022 по 31.12.2022 установлена выплата в размере 10 000 рублей ежемесячно за внесение сведений в федеральную информационную систему «Федеральный реестр сведений о документах об образовании и (или) о квалификации, документах об обучении» (ФИС ФРДО); согласно приказу № 16 о/д «О возложении дополнительных обязанностей» от 15.08.2022 М.М.А. в период с 15.08.2022 по 31.12.2022 установлена выплата в размере 30 000 рублей ежемесячно за работу по обеспечению и сопровождению по договорам на платные образовательные услуги, за выполнение работ по обеспечению пожарной безопасности в ГОУ ДПО «УМЦ УР», за выполнение работ по обеспечению безопасности дорожного движения в ГОУ ДПО «УМЦ УР» (т. 2 л.д. 209-231, 232-251, т. 3 л.д. 1 – 135, 215-224);

- заявление представителя ГОУ ДПО «УМЦ УР» В.С.Н. о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности за совершение ею в период исполнения обязанностей директора Учреждения противоправных действий, в результате которых Учреждению причинен материальный ущерб на сумму более 800 000 рублей (т. 3 л.д. 237);

- расчетные листы за август, сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь 2022 года, согласно которым М.М.А. выплачены доплаты за исполнение дополнительных обязанностей в размерах: 16 965 руб., 15 007 руб., 15 007 руб., 14 293 руб. 57 коп., 15 722 руб. 43 коп., 14 193 руб. 36 коп., 15 815 руб. 64 коп., 15 007 руб., 15 008 руб. соответственно; С.Н.А. - в размерах: 6 521 руб. 74 коп., 4 545 руб. 45 коп., 2 380 руб. 95 коп., 7 185 руб. 63 коп., 10 000 руб. соответственно (т. 4 л.д. 104-113);

- протоколы очных ставок между свидетелями М.М.А. и С.Н.А. с одной стороны, а также ФИО1 - с другой, согласно которым свидетели дали показания, аналогичные их показаниям, изложенным в приговоре ранее. В свою очередь подсудимая показания свидетелей подтвердила, в том числе в части получения ею половины от выплаченных М. и С.Н.А. денежных средств в качестве премий и по соглашениям о возложении дополнительных обязанностей (т. 4 л.д. 186-193, 231-238);

- протоколы очных ставок между свидетелями М.М.А. и М.Л.В. с одной стороны, а также ФИО1 - с другой, согласно которым свидетели дали показания, аналогичные их показаниям, изложенным в приговоре ранее (т. 5 л.д. 87-100, 101-114).

Оценивая в совокупности исследованные в суде доказательства обвинения, суд в значительной степени признает их допустимыми, достоверными и достаточными для разрешения дела и приходит к убеждению о виновности ФИО2 в совершении преступления при указанных в приговоре обстоятельствах.

Вместе с тем, суд признает недопустимым доказательством заявление о явке с повинной ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 122-123), поскольку согласно ч. 1.2 ст. 144 УПК РФ сведения, содержащиеся в явке с повинной (добровольном сообщении о совершенном преступлении), могут быть использованы в качестве доказательства при условии соблюдения положений ст. 75 УПК РФ, что в данном случае не выполнено.

Как видно из указанного заявления, несмотря на разъяснение подсудимой положений ст. 51 Конституции РФ, включая права пользоваться услугами адвоката, ей не были разъяснены положения ст.ст. 46 и 47 УПК РФ, а участие защитника фактически не обеспечено. При таких обстоятельствах сведения, сообщенные ФИО1 в заявлении о явке с повинной, не могут использоваться для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, а потому это заявление является недопустимым доказательством.

В тоже время указанное заявление не может быть расценено как явка с повинной, поскольку, как следует из материалов уголовного дела, включая документы ОРД, на момент обращения подсудимой с этим заявлением органы предварительного расследования располагали достоверными сведениями о причастности ФИО1 к совершению противоправных действий.

По смыслу закона, признание лицом своей вины в совершении преступления в таких случаях может быть учтено судом в качестве иного смягчающего обстоятельства в порядке ч. 2 ст. 61 УК РФ или, при наличии к тому оснований, как активное способствование раскрытию и расследованию преступления. Это согласуется с разъяснениями, содержащимися в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания».

С учетом содержания этого заявления, суд, руководствуясь разъяснениями указанного Пленума, данное заявление признает в качестве активного способствования расследованию преступления, то есть как смягчающее наказание обстоятельство.

Признание заявления о явке с повинной недопустимым доказательством не влияет на выводы суда о виновности подсудимой, поскольку они основаны на совокупности иных достоверных и допустимых доказательств обвинения.

Каких-либо оснований для признания недопустимыми иных представленных стороной обвинения доказательств судом не усматривается.

В судебном заседании государственный обвинитель изменила обвинение в отношении ФИО1 в сторону смягчения, предложив квалифицировать ее действия по ч. 1 ст. 285 УК РФ – злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций, охраняемых законом интересов общества и государства. Свое позицию прокурор мотивировала тем, что предъявленное ФИО1 обвинение по ч. 3 ст. 160, ч. 1 ст. 291.2, ч. 2 ст. 290 УК РФ не нашло своего объективного подтверждение в ходе судебного следствия.

В соответствии со ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном заседании допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

В соответствие со п. 3 ч. 8 ст. 246 УПК РФ государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может изменить обвинение в сторону смягчения путем переквалификации деяния в соответствии с нормой УК РФ, предусматривающей более мягкое наказание. Эта позиция для суда обязательна, исходя из принципа состязательности и равенства сторон, а также исходя из того, что обвинение в суде формулируется и поддерживается государственным обвинителем. Позиция государственного обвинителя, выраженная ею в судебном заседании в сторону смягчения путем переквалификации деяния в соответствии с нормой УК РФ, предусматривающей более мягкое наказание, предопределяет принятие судом соответствующего решения. Конституционность, в том числе ч. 8 ст. 246 УПК РФ, подтверждена Постановлением КС РФ от 08.12.2003 № 18-П.

С учетом положений ч. 8 ст. 246, ст. 252 УПК РФ, ч. 3 ст. 123 Конституции РФ суд считает, что изменение обвинения не ухудшает положение подсудимой ФИО1 и не нарушает ее права, в том числе право на защиту.

При этом суд, руководствуясь принципом состязательности сторон, соблюдая объективность и беспристрастность, соглашается с позицией государственного обвинителя и считает, что действия ФИО1 верно переквалифицированы прокурором на ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Так, в судебном заседании каких-либо сведений о том, что полученные ФИО2 в рамках преступной деятельности денежные средства передавались ей М. и С.Н.А. в качестве взяток за совершение действий в их интересах, включая общее их покровительство и попустительство по службе, не приведено.

Из показаний свидетеля Ш.М.С. (ведущий документовед ГОУ ДПО «УМЦ УР» с августа 2021 года, а также на полставки ведущий юрист), следует, что соглашения о возложении дополнительных обязанностей с работниками заключались ввиду того, что контрольный комитет обязал согласовывать с ними приказы о премиях.

Показаниями свидетеля М.М.А. установлено, что примерно в августе 2022 года председатель комитета по делам ГО и ЧС УР Ш.Е.В. запретил выписывать премии сотрудникам Учреждения без предварительного согласования соответствующих приказов о премировании с ним. В этой связи подсудимая предложила заключить с ней (М.) дополнительные соглашения. Для нее нет разницы, каким образом ей выплачивались денежные средства, в качестве премий или в рамках дополнительных соглашений.

В целом аналогичные показания в указанной части даны свидетелем С.Н.А., сообщившей, что для нее не имелось разницы в получении денежных средств в качестве выплаты премий или по дополнительному соглашению.

Свидетель Ш.Е.В. (Председатель ГК УР по делам ГО и ЧС) указанные обстоятельства подтвердил, сообщив, что в связи с выявленными фактами выплаты завышенных премий работникам Учреждения, им в августе 2022 года был издан приказ о необходимости согласования всех выплат премий работников ГОУ ДПО «УМЦ УР» с ГК УР по делам ГО и ЧС.

В рамках судебного следствия истребованы и исследованы Приказ Председателя ГК УР по делам ГО и ЧС Ш.Е.В. № 159 от 8 августа 2022 года, а также письма Ш.Е.В. в адрес руководителя КУ УР «Республиканский центр учета и отчетности», смысл которых сводится к необходимости согласования Приказов о всех выплатах работникам Учреждения с ГК УР по делам ГО и ЧС.

Согласно акту о результатах проведения ОРМ «Наблюдение», а также протоколу осмотра предметов, на полученных в результате ОРМ видео зафиксировано, что в утреннее время 28 декабря 2022 года М. передала подсудимой в том же кабинете наличными денежные средства, в том числе в рамках премий. Забирая эти деньги ФИО2 сказала, что «при наличии возможности, выписала бы больше, но Ш.Е.В. взял на контроль».

Таким образом, в период совершения подсудимой противоправной деятельности возникли обстоятельства в виде необходимости согласования Приказов обо всех выплатах работникам Учреждения с вышестоящим органом, что для ФИО2 могло стать препятствием для дальнейшего злоупотребления ею своими должностными полномочиями из корыстной заинтересованности.

В этой связи издание приказов «О возложении дополнительных обязанностей» № 14 о/д от 01.08.2022 и № 16 о/д от 15.08.2022 было обусловлено намерением ФИО2 продолжить свою преступную деятельность с корыстным мотивом. При таких обстоятельствах, выводы органов следствия о том, что заключение соглашений о возложении дополнительных обязанностей с М. и С.Н.А. было связано с желанием подсудимой получить от них денежные средства в качестве взяток, своего подтверждения в судебном заседании не нашли и являются несостоятельными.

Кроме того, из показаний свидетеля М.М.А. следует, что после заключения дополнительных соглашений фактически объем ее работы и обязанностей не увеличился, остался прежним.

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что издание вышеуказанных приказов о возложении дополнительных обязанностей было направлено на создание возможностей дальнейшего получения денежных средств ФИО2, в том числе взамен денежных средств по приказам о премировании, последующее издание которых могло стать невозможным ввиду контролирующих действий Ш.Е.В.

По этим же причинам, а также учитывая фактически установленные в рамках судебного следствия обстоятельства, суд также соглашается с доводами прокурора о том, что предложенная органами предварительного следствия квалификация действий ФИО1 по ч. 4 ст. 160 УК РФ является неверной.

Само по себе нарушение установленного Положением о премировании порядка выплаты премий, с учетом наличия у директора права на издание соответствующих приказов о премировании работников Учреждения, по мнению суда, не может быть расценено как хищение чужого имущества подсудимой.

Вместе с тем, указанные действия ФИО2 представляют собой использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, продиктованное корыстной заинтересованностью, повлекшее нарушение прав и законных интересов организации, а также охраняемых законом интересов общества и государства.

Исходя из изложенного, как отмечено ранее, суд считает, что действия ФИО2 верно переквалифицированы государственным обвинителем с ч. 4 ст. 160, ч. 1 ст. 291.2, ч. 2 ст. 290 УК РФ на ч. 1 ст. 285 УК РФ.

В силу ч. 2 ст. 252 УПК РФ, изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Внесенные государственным обвинителем изменения, в силу разъяснений п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», как приведено ранее, позицию ФИО2 не ухудшают, поскольку о более тяжком обвинении не свидетельствуют, а потому право на защиту не нарушают и основанием для возвращения дела прокурору не являются.

Оперативно-розыскные мероприятия по уголовному делу проведены в установленном законом порядке, они осуществлены для решения задач, определенных в ст. 2 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных ст.ст. 7 и 8 указанного закона. Их результаты получены и переданы органу предварительного расследования в соответствии с требованиями закона и свидетельствуют о наличии у подсудимой умысла на злоупотребление должностными полномочиями, совершенное из корыстной заинтересованности и повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов организаций, охраняемых законом интересов общества и государства, который сформировался у ФИО1 независимо от деятельности сотрудников правоохранительных органов и (или) других лиц.

До начала проведения ОРМ у сотрудников правоохранительных органов имелись достаточные сведения о том, что подсудимая причастна к противоправной деятельности, связанной с ее работой и.о. директора ГОУ ДПО «УМЦ УР», что повлекло наступление негативных последствий для Учреждения.

Так, в УЭБ и ПК МВД по УР имелась оперативная информация (ДПОП №) о совершении преступлений и.о. директора ГОУ ДПО «УМЦ УР» ФИО1, которая с использованием своего служебного положения завладевает имуществом Учреждения. В том числе именно на основании этой информации принято решение о проведении ОРМ в отношении подсудимой.

Впоследствии достоверность полученной оперативной информации подтверждена в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом.

Документы, составленные при проведении ОРМ и переданные следственному органу в соответствии с действующим законодательством и постановлениями надлежащего должностного лица, не вызывают сомнений в своей объективности и достоверности, поскольку они проведены в соответствие с требованиями вышеуказанного федерального закона и при наличии достаточных на то оснований.

При таких обстоятельствах результаты проведенных ОРМ судом кладутся в основу приговора, так как наряду с другими доказательствами они подтверждают виновность подсудимой в совершении преступления.

Причастность и виновность подсудимой в злоупотреблении должностными полномочиями не оспаривается ею самой, подтверждается показаниями представителя ГОУ ДПО «УМЦ УР» В.С.Н. о начислении и.о. директора ФИО1 необоснованно завышенных премий работникам М. и С.Н.А., часть начисленных денежных средств из которых по ее указанию последние возвращали подсудимой обратно, а также о заключении подсудимой, как директором Учреждения, с указанными работниками соглашений о возложении дополнительных обязанностей, по которым ФИО2 также забирала половину выплаченных в рамках этих соглашений сумм; показаниями свидетеля М.Л.В., которая подписала некоторые из указанных в обвинении приказов о премировании работников Учреждения, суммы выплат по которым были лично согласованы с и.о. директора ФИО1; показаниями свидетелей М.М.А. и С.Н.А. о передаче ими подсудимой по ее указанию денежных средств, начисленных им в качестве премий и по дополнительным соглашениям; показаниями свидетеля Ш.М.С. о том, что указания о премировании работников, в том числе подлежащие выплате суммы, давала и определяла лично ФИО1; показаниями свидетеля Ш.Е.В. о выявленных в ходе проверки фактах систематических начислений завышенных премий работникам М. и С.Н.А., что было согласовано с подсудимой, и о заключении с этими работниками дополнительных соглашений; а также другими доказательствами, изложенными в приговоре ранее.

У суда нет оснований не доверять показаниям указанных представителя потерпевшего и свидетелей, которые, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, дали последовательные и согласующиеся между собой показания, уличающие подсудимую в совершении преступления. Существенных противоречий между показаниями этих лиц суд не усматривает, на завершающей стадии судопроизводства ФИО2 с ними согласилась.

Причин для оговора представителем потерпевшего и свидетелями ФИО1 с целью привлечения ее к уголовной ответственности либо наличия у них иной заинтересованности в исходе уголовного дела судом не установлено.

С учетом изложенного, вышеуказанные доказательства наряду с другими, приведенными ранее, судом кладутся в основу приговора.

Кроме того, суд также кладет в основу приговора показания самой ФИО2, оглашенные со стадии предварительного следствия, где фактические обстоятельства и вину она признавала. У суда нет оснований не доверять этим показаниям. Они даны в присутствии защитника, согласуются с показаниями представителя потерпевшего и свидетелей, письменными доказательствами. Наличие у подсудимой мотивов для самооговора суд не усматривает.

В ходе проведения указанных допросов ФИО1, где она давала признательные показания, органами предварительного следствия не допущено нарушений конституционных прав и свобод человека, установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка собирания и закрепления доказательств, а также их фальсификации, которые могут повлечь признание этих протоколов следственных действий с участием подсудимой недопустимыми доказательствами.

Вместе с тем, отсутствуют основания для вывода о том, что в отношении ФИО1 совершались незаконные действия, направленные на склонение ее к самооговору, в том числе дача показаний подсудимой по указанию и под давлением сотрудников правоохранительных органов. Так, следователь в соответствии с требованиями УПК РФ выяснил у подсудимой обстоятельства содеянного и осуществил иные, предусмотренные законом действия. Следственные действия проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Перед проведением допросов ФИО1 предоставлено достаточное время для согласования позиции с защитником, против участия которой она не возражала, разъяснены права подозреваемой и обвиняемой, в том числе право отказаться от дачи показаний, а также последствия их дачи. Каких-либо замечаний протоколы не содержат, после ознакомления с их содержанием подписаны как самой подсудимой, так и ее защитником.

Добровольность и самостоятельность дачи показаний ФИО1 в качестве подозреваемой и обвиняемой 21 и 22 февраля 2023 года в присутствии избранного ею защитника – адвоката Ахметгалеевой А.Ф. - также подтверждается тем обстоятельством, что этот же защитник продолжает осуществлять ее защиту и в настоящее время.

При этом суд отмечает, что участвующие лица, включая саму подсудимую, не возражали против проведения этих следственных действий в ночное время, о чем в материалах уголовного дела имеются соответствующие заявления ФИО1 (т. 4 л.д. 130, 168, 176).

Суд отмечает, что оглашенные со стадии следствия показания подсудимой являются последовательными, согласуются с показаниями вышеуказанных лиц (представителя потерпевшего и свидетелей обвинения), допрошенных в рамках судопроизводства по уголовному делу, чьи показания положены судом в основу приговора, а также с письменными доказательствами. Наличие у подсудимой мотивов для самооговора на стадии предварительного расследования суд, как указано ранее, не усматривает.

Кроме того, приходя к выводу о достоверности показаний ФИО1, оглашенных со стадии предварительного следствия, судом также учтено, что ее допрос в качестве обвиняемой от 22 февраля 2023 года осуществлен с применением видеозаписи, замечаний на содержание которой у участников следственного действия не имелось (т. 4 л.д. 179-183).

К первоначально высказанным доводам участников со стороны защиты о том, что преступления ФИО2 не совершала, к нему не причастна, а также к иным их доводам, смысл которых сводится к непричастности и невиновности подсудимой, суд относится критически.

По мнению суда, они были направлены на избежание подсудимой предусмотренной законом ответственности за совершенное преступление. Эти доводы опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, представленных стороной обвинения.

В пунктах 4 и 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» (далее по тексту – Пленум) разъяснено, что под организационно-распорядительными функциями следует понимать полномочия должностного лица, которые связаны с руководством трудовым коллективом государственного органа, государственного или муниципального учреждения (его структурного подразделения) или находящимися в их служебном подчинении отдельными работниками, с формированием кадрового состава и определением трудовых функций работников, с организацией порядка прохождения службы, применения мер поощрения или награждения, наложения дисциплинарных взысканий и т.п.

К организационно-распорядительным функциям относятся полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия (например, по выдаче медицинским работником листка временной нетрудоспособности, установлению работником учреждения медико-социальной экспертизы факта наличия у гражданина инвалидности, приему экзаменов и выставлению оценок членом государственной экзаменационной (аттестационной) комиссии).

Как административно-хозяйственные функции надлежит рассматривать полномочия должностного лица по управлению и распоряжению имуществом и (или) денежными средствами, находящимися на балансе и (или) банковских счетах организаций, учреждений, воинских частей и подразделений, а также по совершению иных действий (например, по принятию решений о начислении заработной платы, премий, осуществлению контроля за движением материальных ценностей, определению порядка их хранения, учета и контроля за их расходованием).

С учетом изложенного, анализируя объем и конкретный перечень предоставленных подсудимой, как и.о. директора ГОУ ДПО «УМЦ УР», полномочий и прав, а также возложенных на нее в связи с этим обязанностей, суд приходит к выводу, что ФИО1 выполняла организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в государственном учреждении, в том числе по руководству Учреждением, а потому являлась должностным лицом.

Отсутствие у ФИО1 этой должности и, как следствие, служебного положения и сопутствующих прав лишало бы ее возможности совершить преступление при указанных в приговоре обстоятельствах.

В предъявленном прокурором в результате переквалификации обвинении указаны конкретные служебные полномочия, которые Тюлькина использовала при совершении преступления вопреки интересам службы.

Таким образом, в случае, если бы подсудимая не занимала должность и.о. директора ГОУ ДПО «УМЦ УР», то это не позволило бы ей совершить действия, направленные на издание приказов о премировании М. и С.Н.А., а также на заключение с ними соглашений о возложении дополнительных обязанностей (приказы от 1 и 25 августа 2022 года), в результате чего последним выплачены денежные средства, половину из которых по указанию ФИО1 они передали ей.

В п. 15 Пленума разъяснено, что под использованием должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы (ст. 285 УК РФ) судам следует понимать совершение таких деяний, которые хотя и были непосредственно связаны с осуществлением должностным лицом своих прав и обязанностей, однако не вызывались служебной необходимостью и объективно противоречили как общим задачам и требованиям, предъявляемым к государственному аппарату и аппарату органов местного самоуправления, так и тем целям и задачам, для достижения которых должностное лицо было наделено соответствующими должностными полномочиями. В частности, как злоупотребление должностными полномочиями должны квалифицироваться действия должностного лица, которое из корыстной или иной личной заинтересованности совершает входящие в круг его должностных полномочий действия при отсутствии обязательных условий или оснований для их совершения (например, прием на работу лиц, которые фактически трудовые обязанности не исполняют).

Показаниями некоторых свидетелей, являющихся сотрудниками ГОУ ДПО «УМЦ УР», включая В.С.Н. и Ч.О.А., а также председателя ГК УР по делам ГО и ЧС Ш.Е.В. установлено, что М. и С.Н.А. по сравнению с другими работниками Учреждения выплачивались завышенные премии, которые не были обусловлены занимаемыми ими должностями, возложенными на них функциями и (или) выполненными ими задачами (осуществленной работой, трудовым вкладом).

Анализируя показания этих свидетелей в указанной части в совокупности со сведениями о размерах премий, оформленных приказами о премировании и выплаченных работникам Учреждения, суд находит их убедительными.

Так, размеры премий М. и С.Н.А. значительно (в несколько раз) отличались от размеров премий других работников ГОУ ДПО «УМЦ УР» (были выше), что указывает о необоснованном характере выплат в их пользу по отношению к другим работникам Учреждения.

При этом суд соглашается с доводами подсудимой о том, что директор ГОУ ДПО «УМЦ УР» сам уполномочен определять размеры премий, подлежащих выплате тому или иному работнику.

Вместе с тем, анализируя эти доводы, суд также учитывает содержание действовавшего в Учреждении Положения о премировании работников, согласно которому ежемесячные премии начисляются за конечные результаты работы и распределяются в соответствии с личным трудовым вкладом каждого работника.

Как отмечено ранее, трудовой вклад работников М. и С.Н.А. не соразмерен с суммами премий по приказам о премировании.

В этой связи подобные размеры премий, выплаченных М. и С.Н.А. по приказам, указанным в предъявленном подсудимой обвинении, являются явно завышенными, несправедливыми и необоснованными.

Все эти приказы о премировании, в том числе подлежащие выплате по ним каждому из работников размеры премий, были согласованы лично с подсудимой, а потому подписание и вынесение некоторых из них не самой ФИО2, а М.Л.В. о невиновности подсудимой, в том числе в какой-либо части, не свидетельствует.

Это подтверждается показаниями самой М.Л.В. о том, что содержание приказов, включая размеры премий, во всех случаях, в том числе, когда подписывала приказы от своего имени (как и.о. директора Учреждения ввиду отсутствия ФИО1), она согласовывала с подсудимой.

Кроме того, как следует из показаний свидетеля Ш.Е.В., в ГОУ ДПО «УМЦ УР» должна быть создана комиссия о выплатах стимулирующего характера за счет средств внебюджетной деятельности. Однако данной комиссии в Учреждении фактически создано не было, а директор единолично не может определять расходование внебюджетных денежных средств на выплаты стимулирующего характера.

При таких обстоятельствах подсудимая, являясь и.о. директора ГОУ ДПО «УМЦ УР» и обладая большим объемом прав, в том числе по отношению к подчиненным сотрудникам, используя свои служебные полномочия вопреки интересам службы, дала указания на изготовление (оформление) приказов о премировании М. и С.Н.А., определила по ним размеры премий, половину из которых в последующем забрала себе.

В целом аналогична ситуация с заключением с указанными лицами дополнительных соглашений и изданием приказов о возложении дополнительных обязанностей, что, по мнению суда, как указано ранее, было обусловлено в том числе тем обстоятельством, что Приказы о премировании впредь было необходимо согласовывать с начальником контрольного комитета Ш.Е.В..

Возникновение необходимости дальнейшего согласования премий с вышестоящим лицом подтверждается показаниями допрошенных в рамках судопроизводства лиц, включая показания свидетелей Ш.Е.В., М., С.Н.А., Ш.М.С., а также исследованными в судебном заседании документами, включая письма председателя ГК УР по делам ГО и ЧС Ш.Е.В. в адрес Руководителя Казенного учреждения УР «Республиканский центр учета и отчетности» И.Л.М. от 2022 года.

В этой связи ФИО2, действуя с единым преступным умыслом, с целью преодоления вышеуказанных возможных препятствий при издании приказов о премировании работников Учреждения М. и С.Н.А., организовала заключение с ними дополнительных соглашений, в рамках которым последним были выплачены дополнительные от основной заработной платы денежные средства, половина из которых по указанию подсудимой также передавались ей.

Вышеуказанные действия ФИО1, связаны с осуществлением ею своих прав и обязанностей, однако не вызывались служебной необходимостью и объективно противоречили как общим задачам и требованиям, предъявляемым к государственному аппарату, так и тем целям и задачам, для достижения которых должностное лицо наделено соответствующими должностными полномочиями.

В силу ст. 10 Конституции РФ, государственная власть в РФ осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную.

ГОУ ДПО «УМЦ УР» является учреждением регионального уровня и находится в структуре федеральных органов исполнительной власти. В этой связи суд уточняет предъявленное подсудимой в порядке переквалификации обвинение о том, что в результате совершения ею преступления в числе прочего осуществлен подрыв авторитета органов исполнительной власти Удмуртской Республики. Соответствующие негативные последствия были отражены в первоначально предъявленном ФИО1 обвинении по ч. 2 ст. 290 и ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, а потому вносимое судом обвинение позицию подсудимой не ухудшает.

Таким образом, действия подсудимой повлекли существенное нарушение прав и законных интересов организации, охраняемых законом интересов общества и государства, что выразилось в подрыве авторитета органов исполнительной власти Удмуртской Республики.

При этом ФИО2 осознавала общественную опасность своих действий, предвидела неизбежность наступления общественно опасных последствий и желала их наступления, поскольку не могла не осознавать их в силу своей занимаемой должности, опыта работы, будучи ознакомленной с основными нормативными документами в этой области, включая должностные инструкции и иные правоустанавливающие и регулирующие работу Учреждения документы.

При этом нельзя признать действия подсудимой неосторожными либо халатными, поскольку она, как следует из совокупности вышеизложенных фактов (наличия опыта работы, образования, будучи надлежащим образом ознакомленной с положениями должностной инструкции и зная нормативно-правовые акты), действовала, как отмечено ранее, осознавая общественную опасность своих действий и получила за эти действия имущественную выгоду (денежные средства).

Первоначально высказанные участниками со стороны защиты доводы о наличии существенных нарушений требований уголовно – процессуального законодательства на стадии предварительного следствия, в том числе неполноты расследования; нарушения прав ФИО2, суд признает несостоятельными.

Так, следовать в силу ст. 38 УПК РФ является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции самостоятельно направлять ход расследования по уголовному делу, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий.

Собранные по уголовному делу доказательства являются достаточными для принятия итогового решения по нему.

В судебном заседании достоверно установлено, что ФИО1, в силу занимаемого должностного положения, обладая организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями в отношении работников ГОУ ДПО «УМЦ УР», с целью извлечения для себя выгоды имущественного характера, в рамках предоставленных ей полномочий неоднократно давала указания о премировании работников М.М.А. и С.Н.А., а также на заключение с ними соглашений о возложении дополнительных обязанностей, которые (М. и С.Н.А.) в последующем половину от полученных в качестве премий и по дополнительным соглашениям денежных сумм передавали наличными подсудимой, расходовавшей их по своему усмотрению.

Таким образом, ФИО1 совершала входящие в круг ее должностных полномочий действия при отсутствии необходимых оснований для их совершения.

К доводам о том, что предложение о передаче денежных средств подсудимой поступило от М. (включая передачу денежных средств, выплаченных С.Н.А.), а также о расходовании ФИО2 части полученных в рамках преступления денежных средств на приобретение подарков вышестоящим должностным лицам, суд относится критически и находит их несостоятельными, поскольку они ничем не подтверждены. Из оглашенных со стадии предварительного следствия признательных показаний подсудимой следует, что полученными денежными средствами она распорядилась по своему усмотрению, при этом сведений об их расходовании в пользу и (или) для Учреждения не приведено. В исследованных в суде показаниях представителя потерпевшего и свидетелей, включая М. и С.Н.А., а также письменных материалах какой-либо информации, подтверждающей указанные доводы ФИО2, не отражено. Напротив, М. на протяжении всего судопроизводства по уголовному делу поясняла, что передача подсудимой половины полученных ею (М.) и С.Н.А. в рамках премий и по дополнительным соглашениям денежных средств являлось условием ФИО2 и совершалось по ее указанию.

По мнению суда, эти доводы были направлены на уменьшение степени общественной опасности совершенного преступления, а потому, как отмечено ранее, суд относится к ним критически. Кроме того, на завершающей стадии судебного следствия подсудимая вину признала полностью и подтвердила оглашенные признательные показания со стадии предварительного следствия.

При таких обстоятельствах суд находит обвинение, предъявленное подсудимой в порядке переквалификации ее действий, обоснованным, а ФИО1 – виновной в совершении инкриминируемого преступления.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд квалифицирует действия подсудимой по ч.1 ст.285 УК РФ – злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организации, охраняемых законом интересов общества и государства.

Материалы дела, поведение подсудимой в ходе предварительного следствия и в судебном заседании не дают оснований сомневаться в ее вменяемости, поэтому она должна нести уголовную ответственность за содеянное.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновной, в том числе наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признает полное признание вины и раскаяние в содеянном; активное способствование расследованию преступления, в качестве которого судом учитывается заявление о явке с повинной, а также признательные пояснения и показания, данные ФИО2 в ходе предварительного следствия; состояние здоровья подсудимой и ее близких родственников; наличие поощрений (включая награды, благодарности, грамоты).

Достаточных оснований для признания смягчающими наказание обстоятельствами активного способствования раскрытию преступления и явки с повинной в том понимании, какое данным обстоятельствам придается по смыслу закона, судом не усматривается.

Обстоятельств, отягчающих наказание, нет.

ФИО1 ранее не судима, имеет постоянное место жительства, в целом характеризуется с положительной стороны, в ее действиях имеется совокупность смягчающих наказание обстоятельств, на учетах в наркологическом и психоневрологическом диспансерах она не состоит.

Вместе с тем, она совершила умышленное преступление против государственной власти и интересов государственной службы, относящееся к категории средней тяжести.

При таких обстоятельствах, в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимой и предупреждения совершения ею новых преступлений, то есть для достижения целей применения уголовного наказания, суд назначает ей наказание в виде лишения свободы условно, с возложением обязанностей, которые будут способствовать ее исправлению.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, включая значительный период противоправной деятельности (более года), личности подсудимой, суд не усматривает оснований для применения положений ч. 6 ст. 15; ст.ст. 53.1 и 64 УК РФ, поскольку это будет несправедливым, и не будет способствовать достижению целей наказания.

Вместе с тем, учитывая наличие совокупности смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, положительно характеризующие сведения о личности подсудимой, суд назначает ей лишение свободы с применением положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, не в максимально возможных пределах и без применения положений ч. 3 ст. 47 УК РФ.

Назначение такого наказания является справедливым и достаточным, а менее строгие виды наказаний, предусмотренные санкцией инкриминируемой статьи, не смогут обеспечить достижение целей наказания.

Оснований для прекращения уголовного дела и освобождения подсудимой от уголовной ответственности, постановления приговора без назначения наказания и освобождения осужденной от наказания не имеется, поскольку это будет несправедливым, не будет способствовать целям исправления осужденной и предупреждению совершения ею новых преступлений.

С учетом вида назначаемого наказания и личности подсудимой, суд полагает необходимым до вступления приговора в законную силу изменить ей меру пресечения на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

На досудебной стадии представителем потерпевшего В.С.Н. заявлен гражданский иск о возмещении причиненного преступлением имущественного ущерба в размере 808 650 рублей (т. 3 л.д. 244-245).

При даче показаний в суде В.С.Н. пояснил, что сумма в иске определена и указана им в результате предъявленных ему на обозрение следователем документов, содержание которых он не помнит. Документально подтвердить эту сумму он не может, при этом бухгалтерские и иные документы при определении исковых требований он не проверял, поверил следователю.

Представитель потерпевшего Ш.А.В., вступившая в уголовное дело на стадии судебного следствия ввиду увольнения из Учреждения В.С.Н., исковые требования поддержала в полном объеме. Вместе с тем, она также не смогла пояснить о том, какие показатели и расчеты взяты за основу при составлении иска и определении размера заявленных к возмещению требований.

Оценивая указанные исковые требования, суд считает необходимым признать за ГОУ ДПО «УМЦ УР» право на удовлетворение гражданского иска, передав вопрос о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства ввиду следующего.

Так, государственным обвинителем поддержано обвинение о том, что ФИО1 в результате совершения преступления получила и завладела денежными средствами Учреждения на общую сумму 847 150 рублей. Эта сумма превышает размер заявленных в рамках судопроизводства по уголовному делу исковых требований на 38 500 рублей (из расчета: 847 150 - 808 650).

Вместе с тем, при определении общего размера полученных подсудимой в результате совершения преступления денежных средств, прокурором допущены неверности в расчетах.

Так, суд соглашается с доводами государственного обвинителя о том, что на основании приказов о премировании С.Н.А. назначены и выплачены премии на общую сумму 390 300 рублей.

В тоже время, как установлено судебным следствием, С.Н.А. передала подсудимой через М.М.А. половину из полученных ею (С.Н.А.) в качестве премий денежных средств.

Половиной из указанной суммы в размере 390 300 рублей является сумма в размере 195 150 рублей (из расчета: 390 300 / 2).

Однако прокурором при формулировании ФИО1 окончательного обвинения указано, что по приказам о премировании С.Н.А. передала подсудимой через М.М.А. 190 150 рублей, вместо 195 150 рублей.

Таким образом, в окончательно предъявленном подсудимой обвинении не учтена сумма в размере 5 000 рублей (из расчета: 195 150 - 190 150).

Как следствие, поддержанная прокурором в результате переквалификации обвинения сумма в размере 847 150 рублей также на 5 000 рублей отличается от суммы денежных средств, фактически полученных ФИО1 в результате преступления, которая равняется 852 150 рублям (из расчета: 847 150 + 5 000).

В свою очередь, сумма денежных средств в размере 852 150 рублей на 43 500 рублей превышает размер заявленных в рамках судопроизводства по уголовному делу исковых требований (из расчета: 852 150 - 808 650).

При таких обстоятельствах размер заявленных исковых требований значительно меньше суммы денежных средств, которыми фактически завладела подсудимая в результате совершения преступления.

Конституционные гарантии прав потерпевшего от преступления на доступ к правосудию и на возмещение причиненного ему ущерба (ст. 52 Конституции РФ) реализуются, в частности, посредством применения предусмотренного уголовно-процессуальным законом порядка рассмотрения судом гражданского иска по уголовному делу, установленного в качестве правового механизма эффективной судебной защиты прав потерпевшего.

Согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Конституционный Суд в п. 3.4 постановления от 8 декабря 2017 года № 39-П отметил, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

Причиненный противоправными действиями подсудимой вред в виде суммы денежных средств, которыми она незаконно завладела в результате преступления, превышает размер заявленных исковых требований. Вместе с тем, ГОУ ДПО «УМЦ УР» в силу п. 1 ст. 15 и п. 1 ст. 1064 ГК РФ имеет право на полное возмещение причиненного вреда с виновного лица.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июля 2017 года № 1442-О Конституция Российской Федерации устанавливает, что признаваемые и гарантируемые в Российской Федерации права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием; гарантируется государственная, в том числе судебная, защита прав и свобод человека и гражданина, каждому обеспечивается право защищать права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, а решения и действия (бездействие) органов государственной власти и должностных лиц могут быть обжалованы в суд; права потерпевших от преступлений охраняются законом, государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ч. 1 ст. 17, ст. 18 и 45, ч. 1 и 2 ст. 46, ст. 52).

Право на судебную защиту предполагает не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты, обеспечивающей эффективное восстановление нарушенных прав и свобод посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости и равенства.

Гарантируя права лиц, потерпевших от преступлений, Конституция Российской Федерации не определяет, в какой именно процедуре должен обеспечиваться доступ потерпевших от преступлений к правосудию в целях защиты своих прав и законных интересов и компенсации причиненного ущерба, и возлагает решение этого вопроса на федерального законодателя, который, в свою очередь, вправе устанавливать различный порядок защиты прав и законных интересов лиц, пострадавших от преступлений, - как в рамках уголовного судопроизводства, так и путем искового производства по гражданскому делу.

Гражданский иск в уголовном деле вправе предъявить потерпевший, который признается гражданским истцом, к лицам, которые в соответствии с ГК РФ несут ответственность за вред, причиненный преступлением, и признаются гражданскими ответчиками; он разрешается в приговоре суда по тем же правилам гражданского законодательства, что и иск в гражданском судопроизводстве, однако производство по гражданскому иску в уголовном судопроизводстве ведется по уголовно-процессуальным правилам, которые создают для потерпевшего повышенный уровень гарантий защиты его прав.

К таким гарантиям относится предусмотренная ч. 2 ст. 309 УПК РФ возможность признания в приговоре суда за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска и передачи вопроса о размере возмещения (при необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства) для разрешения в порядке гражданского судопроизводства.

При таких обстоятельствах, для восстановления нарушенных прав и свобод потерпевшей стороны, с целью соблюдения гарантированных конституцией прав на полное возмещение причиненного преступлением вреда, руководствуясь принципами справедливости, равенства и разумности, суд признает за ГОУ ДПО «УМЦ УР» право на удовлетворение гражданского иска и передает вопрос о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Кроме того, изменяя предъявленное подсудимой обвинение, государственным обвинителем также исключено указание о получении ФИО1 денежных средств от С.Н.А. по приказу № 19/п от 11.05.2021 и от М.М.А. по приказу о премировании № 28/п от 12.09.2022, по которому последней (М.) выплачены денежные средства в размере 30 000 рублей. Изменение обвинения в указанной части обусловлено тем, что эти обстоятельства не нашли своего подтверждения в рамках судебного следствия, поскольку С.Н.А. трудоустроена лишь с 01.06.2021 (т. 3 л.д. 99), а М.М.А. денежные средства по приказу № 28/п от 12.09.2022 ФИО2 не передавала.

В тоже время, анализируя данное изменение обвинения в совокупности с содержанием заявленного по делу искового заявления, суд отмечает, что какого-либо расчета размера причиненного преступлением ущерба иск не содержит.

В этой связи не представляется возможным доподлинно определить, подлежит ли соразмерному уменьшению размер исковых требований с учетом исключения прокурором из обвинения сведений о получении ФИО1 денежных средств по указанным приказам о премировании (№ 19/п от 11.05.2021 и № 28/п от 12.09.2022).

Как отмечено ранее, в судебном заседании представители потерпевшего В.С.Н. и Ш.А.В. дать пояснения о том, какие показатели и расчеты взяты за основу при составлении иска и определении размера заявленных к возмещению требований, не смогли. При этом, несмотря на внесенные прокурором изменения в обвинение, включая вышеуказанное уменьшение полученных подсудимой в результате преступления денежных средств, исковые требования представителем потерпевшего Ш.А.В. поддержаны полностью.

С учетом изложенного, возникают вопросы обоснованности заявленного гражданского иска, включая сумму подлежащих возмещению исковых требований, что влечет необходимость осуществления дополнительной проверки и расчетов, которые требуют отложения судебного разбирательства.

При таких обстоятельствах суд, как указано ранее, при рассмотрении гражданского иска руководствуется положениями ч. 2 ст. 309 УПК РФ.

Одновременно с этим суд приходит к выводу, что производство дополнительных расчетов не имеет значения для квалификации содеянного и определения объема обвинения (п. 27 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу»).

В п. 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» разъяснено, что по уголовному делу о преступлении, которым вред причинен имуществу, закрепленному за государственным или муниципальным унитарным предприятием, государственным или муниципальным учреждением во владение, пользование и распоряжение, такое предприятие, учреждение вправе самостоятельно заявить по делу гражданский иск, и в этом случае оно признается гражданским истцом.

В этой связи суд признает несостоятельными доводы защитника о том, что ГОУ ДПО «УМЦ УР» не может выступать в качестве гражданского истца по уголовному делу, поскольку вред причинен бюджету Удмуртской Республики. Как следствие, доводы о неверном определении потерпевшего по уголовному делу суд также признает несостоятельными и голословными.

Констатируя и оценивая допущенную ошибку в расчетах о получении ФИО1 от С.Н.А. по приказам о премировании денежных средств в размере 195 150 рублей, вместо 190 150 рублей, поддержанных прокурором в окончательном обвинении, суд руководствуется требованиями ч. 1 ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, которое проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Судом установлено, что ФИО1 в результате совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, получила денежные средства в размере 847 150 рублей, которые на основании п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ подлежат конфискации. Вместе с тем, на данный момент конфискация этой суммы невозможна вследствие ее израсходования подсудимой. Сведений о наличии в собственности ФИО1 достаточной суммы денежных средств, подлежащих конфискации взамен предмета, входящего в указанное в ст. 104.1 УК РФ имущество, суду не представлено. Вместе с тем, подсудимая имеет имущество в собственности, в том числе движимое и недвижимое.

При таких обстоятельствах суд, руководствуясь ч. 2 ст. 104.2 УК РФ, считает необходимым конфисковать в собственность государства имущество подсудимой, стоимость которого соответствует стоимости предмета, подлежащего конфискации, то есть на сумму в размере 847 150 рублей.

Учитывая наличие исковых требований, то предусмотренных ч. 9 ст. 115 УПК РФ оснований для отмены обеспечительных мер в виде ареста не имеется.

В этой связи арест, наложенный на имущество ФИО1, подлежит сохранению до принятия итогового решения по гражданскому иску и исполнения приговора в части конфискации имущества. При этом в счет обеспечения конфискации имущества суд полагает необходимым обратить взыскание на принадлежащие подсудимой: автомобиль марки «Peugeot 40», г.р.з. №; денежные средства в размере 20 900 рублей и 13 долларов США; мобильный телефон марки «Honor 30i 4 LRA-LX1»; а также денежные средства, находящиеся и поступающие на банковские счета подсудимой в пределах суммы конфискации.

Анализируя доводы ФИО1 о том, что вышеуказанные наличные денежные средства ей не принадлежат, суд признает их несостоятельными. При этом суд учитывает, что эти денежные средства обнаружены и изъяты по месту жительства подсудимой, большая часть жилища, где обнаружены эти денежные средства, находится в собственности ФИО1 (4/5 доли в праве) (т. 5 л.д. 6-7). По мнению суда, эти доводы подсудимой, поддержанные свидетелем В.Е.В., направлены на избежание ФИО1 предусмотренных уголовным законом иных мер уголовно-правового характера, в том числе в виде конфискации имущества, а потому к этим доводам суд относится критически. Приходя к таким выводам, суд также учитывает близкие родственные отношения между подсудимой и свидетелем В.Е.В., являющейся дочерью ФИО2.

В этой связи арест, наложенный на изъятые по месту жительства подсудимой денежные средства, как указано ранее, подлежит сохранению, а сами денежные средства – взысканию – в счет обеспечение исполнения приговора в части конфискации имущества.

Кроме того, как приведено ранее, ФИО1 получила от С.Н.А. по приказам о премировании денежные средства еще и в размере 5 000 рублей, которые в окончательную сумму по предъявленному обвинению по ч. 1 ст. 285 УК РФ не вошли. Анализируя эти обстоятельства в совокупности с содержанием положений ст.ст. 104.1 и 104.2 УК РФ, ст.ст. 396, 397 и 399 УПК РФ, суд констатирует, что вопрос о конфискации этой суммы может быть разрешен в порядке исполнения приговора. В этой связи самостоятельное решение по данному вопросу при постановлении приговора судом не принимается.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств решается судом с учетом положений ст. 81 УПК РФ.

С учетом вида назначаемого наказания и положительно характеризующих сведений о личности ФИО1, суд считает необходимым до вступления приговора в законную силу изменить ей меру пресечения с запрета определенных действий на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307 - 309 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, и назначить ей наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание считать условным с испытательным сроком на 1 год 6 месяцев.

Возложить на ФИО1 обязанности:

- в течение 10 суток со дня вступления приговора в законную силу встать на учет и один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осужденных (уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства), в установленные им дни и часы;

- не менять места жительства без уведомления этого органа.

Меру пресечения осужденной до вступления приговора в законную силу изменить с запрета определенных действий на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Признать за «Учебно-методический центр по гражданской обороне, чрезвычайным ситуациям и пожарной безопасности Удмуртской Республики» (ГОУ ДПО «УМЦ ГО ЧС и ПБ УР») право на возмещение причиненного в результате преступления имущественного ущерба, передав вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

В силу п. «а» ч. 1 ст. 104.1 и ч. 2 ст. 104.2 УК РФ конфисковать в собственность государства имущество ФИО1 на сумму 847 150 рублей.

Арест, наложенный на имущество ФИО1, сохранить до принятия итогового решения по гражданскому иску и до исполнения приговора в части конфискации имущества. В счет обеспечения исполнения конфискации имущества обратить взыскание на принадлежащие осужденной автомобиль марки «Peugeot 40», г.р.з. №, денежные средства в размере 20 900 рублей и 13 долларов США, мобильный телефон марки «Honor 30i 4 LRA-LX1», а также находящиеся и поступающие на ее банковские счета денежные средства в пределах суммы конфискации имущества, то есть в размере 847 150 рублей.

Вещественные доказательства:

- денежные средства в размере 20 900 рублей и 13 долларов США, мобильный телефон марки «Honor 30i 4 LRA-LX1», автомобиль марки «Peugeot 40», г.р.з. №, а также ключ и брелок от него, свидетельство о регистрации транспортного средства – передать в федеральной орган исполнительной власти, осуществляющий обращение взыскания в счет исполнения приговора в части конфискации имущества;

- банковские карты на имя ФИО1 и ее заграничный паспорт – выдать осужденной;

- остальные – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в Верховный Суд Удмуртской Республики через Ленинский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в течение 15 суток со дня его провозглашения.

Судья Э.А.Каримов

Копия верна: Судья Э.А.Каримов